Мало смотреть - видеть надо!

Истинное искусство — это нечто, поражающее сознание человека, меняющее представление о мире. В молодости любил посещать Дом художника на Крымском валу. Это огромный выставочный комплекс со множеством залов. В каждом зале отдельно представлен очередной автор. Трудно представить, как можно вместить в себя такое количество информации?! Несколько десятков залов, и везде побывать хочется!

Вначале я, как и многие, обходил зал за залом. Останавливался у каждой работы, интересуясь названием. Узнав имя автора, внимательно разглядывал её. После третьего зала приходила определённая усталость. Терялась сосредоточенность. В четвёртом садился на пуфик и отдыхал. Сидя, рассматривал картины, которые попадали в поле моего зрения. И что я заметил?! По некоторым полотнам глаз просто скользит, как по безликой стене. Ноль моего внимания. На других – словно прилипает к холсту! Встанешь, подойдёшь и не можешь глаз оторвать от полотна. Почему так происходит?

Вот откуда у меня появилось своё определение живописи: «Живопись — это когда я смотрю. Не понимаю, что это. Но глаз оторвать не могу…» И с тех пор я стал упрощать задачу по просмотру картин. Входил в зал. Останавливался у двери и обводил взглядом периметр всего выставочного пространства. Глаза без задержки скользят по работам. Но хотя бы одно цветовое пятно да зацепит?! Подхожу к нему… В данный момент меня уже не интересует ни имя автора, ни название картины. Меня уже ничего не интересует, кроме этой совокупности цветовых пятен. Я нахожусь во власти увиденного. Бывало так, что на остальные работы я уже не обращал никакого внимания. Сразу переходя в другой зал.

Такое происходит со мной и в Третьяковке. Прихожу в музей, экспозицию которого я знаю довольно неплохо. Но появляюсь там вновь и вновь… Так почему меня постоянно тянет туда? И прежде всего в зал Иванова…

«Явление Христа народу» просматривается с разных точек. Но иду непосредственно к нему. В его зал. Сажусь на лавочку и просто смотрю перед собой. Нет смысла в очередной раз рассматривать столь знакомое полотно. Полностью погружаюсь в ауру этого чуда! Могу так просидеть пять минут и больше. Тут как назло экскурсовод приводит группу. И начинается... Она нарушает своей бесчувственной и набившей оскомину тарабарщиной моё единение с картиной. Встаю. Ухожу к Брюллову. Там рассматриваю только его автопортрет. Всё остальное лишь глянцевая живопись для богатых мира той эпохи.

У многих художников можно найти такие магические полотна. У Левитана я долго разглядываю «Над вечным покоем». Мыслями погружаясь в это бескрайнее пространство тревожного неба над Волгой. У Куинджи я не могу оторвать глаз от небольшого кружочка, представляющего Луну над Днепром.

А есть так называемые «художники одной картины». Прежде всего, Саврасов и его «Грачи прилетели»! У него есть «Просёлок» и ряд других работ. Но имя этого художника ассоциируется только с данной работой. Пукирев и его «Неравный брак»! Никто не назовёт больше ни одной другой картины художника. Зато этот шедевр «жанровой живописи» знают все.

Что осеняет гениев в определённый момент жизни, а такое бывает единожды. Это приходит ниоткуда и уходит в никуда. Даже в гениальных «Временах года» Вивальди есть свой «Шторм», который исполняют все: от больших симфонических оркестров с виртуозной скрипкой до рок-групп…

Истинный художник пишет свою картину, получая энергию свыше. Вдруг на него снисходит благодать. А что потом? Он удручается тому, что другие его работы не дотягивают до шедевра. Это происходит с любым творцом, который слышит глас с неба. Нужно творить, а то время будет упущено. И делать это день и ночь, пока информация проистекает через его подсознание.

А что происходит с музыкантами? Гендель находится в глубокой депрессии. Даже домочадцы начинают беспокоиться за его жизнь. Вдруг он садится за нотные листы. Пишет целых три недели кряду, не выходя из своей комнаты. И вот готово самое великое творенье композитора – «Мессия»! Бетховен, будучи практически глухим, создаёт девятую симфонию. Потом, уже полностью потеряв слух, дирижирует оркестром, когда тот исполняет его великое творение. А Моцарт и его «Реквием»? Всю свою небольшую жизнь пишет виртуозные произведения. Они несут в себе жизнь и радость, а тут такое! Будто он предчувствовал свою смерть. На свет появляется гениальное произведение, превосходящее в разы все остальные его сочинения. Реквием! А что говорить об адажио Альбинони?! Нет слов восхищения! Мурашки по телу!

Но это всё там, на недосягаемых высотах, а здесь мы с нашими повседневными заботами: работа – дом, банк – суд, кредит – машина, жена – любовница… И этот ряд обыденных, отягощающих наше душевное состояние вещей можно продолжать бесконечно. Нам не до великих творений. Нам бы чего попроще. На кухню – цветочки. В комнату – чего-нибудь такое, чтобы душа развернулась. В спальню – поэротичней, пожалуйста, и чтобы как на фотографии обязательно. Да, и больше десяти тысяч не заплачу, я вам не миллионер какой-нибудь…

И начинается: какой там цвет обоев, ковров, мебели — ведь в тон попасть надо и в колорит?! Плюс необходимо отразить то, что заказчик пожелал. Да ещё и в сумму вложиться надо. Чего пахать без толку — нам что, больше всех надо?!

Вот и плодятся изо дня в день серые безликие картинки. Это я о значимости их, а по цвету они могут быть далеко не серыми. А даже до наоборот: такими ярко-ядовитыми, что кажется: поживи в этой квартире недельку, и зрение немудрено потерять. Я уже не говорю об ауре, которую такие работы несут в себе?! Это ещё хорошо, если они ничего не несут, а если чёрную или болезненную какую?..

Давайте попробуем набрать в поисковике: «цветы в вазе» — живопись (пауза)… Это я специально паузу делаю, чтобы вас подготовить — миллион результатов?! Вы можете представить это количество цветов и ваз?! И это всё — живопись, и обязательно — чтобы масло и холст, а то на бумаге не купят. И все эти люди — «художники»…

Другие фотографируют себя около этюдников на фоне пейзажа. Они его пишут, а на холсте точное отображение этого мотива. Этой фоткой они хотят показать придирчивому заказчику, что мастер работает с натуры. Да, с натуры! Четыре года в художественном институте прошли не зря. Научился клепать этюдики, а чего нам?.. — потихоньку уходят. А если своё чего-нибудь попробовать? Слабо?.. Ах, не получается у нас? Ну что делать? Вот и плодятся пейзажики штампованные. Один на другой похожие, как братья-близнецы — спрос есть, да и семью кормить надо…

И тут вспомнился Микеланджело. Он вошёл в Сикстинскую капеллу одним, а вышел из неё на четыре года старше. Все эти годы он не вылезал из неё. Сконструировали специальные леса, чтобы не лежать под потолком, но стоять и… — полный вперёд?! Без эскизов. Всё придумывалось и рисовалось чисто по наитию — на ходу. Сегодня он ещё не знал, что будет делать завтра. Не знал и что с ним будет. Настоящий творец живёт в работе. А значит, пока она есть — и жизнь продолжается. Он просто работал, не отвлекаясь ни на что. А когда треть фрески покрылась плесенью, он соскоблил и переписал её заново. А после этой работы он из бракованной мраморной глыбы с трещиной создаёт своего «Давида»! И много чего ещё другого, но что нам до этого? Цветочки на кухне душу греют — и ладно…

На мой взгляд, в истинном произведении искусства всегда чувствуется присутствие Бога. В подделках и серости — тараканы бегают…

                Февраль 2022г )"