Её кот

Есть такие люди – константы.
Ты приходишь к ним раз в год, на чашку чая, и твердо знаешь, что в их жизни все по-прежнему. У тебя за это время поменялись работа, домашний адрес, круг общения, ты успел подняться на Эверест, переболеть тропической лихорадкой и выучить китайский, а у них все по-прежнему. И для тебя это почему-то чертовски важно.
Мы сидели на кухне, ели свежие блины со сгущёнкой и неторопливо беседовали обо всем на свете.
- Знаешь, мне сегодня приснилось, что я умерла. Почему-то это было бесконечно приятно, такая легкость, как будто я научилась летать. Там, во сне, я закрывала глаза, и вдруг поняла: "Всё, я умерла". Не было ни боли, ни страха. А потом вдруг вспомнила, что хотела написать стих, и не успела. Так обидно стало, что я сразу проснулась.
- Написала?
- Что написала?
- Стих.
- Забыла, - Ли пожала плечами и закурила тонкую женскую сигарету.
Стыдно признаться, но я не помнила полного имени подруги. Вроде бы ее звали то ли Алисой, то ли Алиной... то ли вообще Аликой. Короткое Ли подходило ей гораздо больше любого из этих имен. Она была для меня той самой константой. За годы нашей дружбы у неё была одна и та же работа, секретарем на кафедре. Один и тот же любовник, он каждый год обещал ей развестись с женой, и все не разводился. Одна и та же квартира, двушка, с родителями, которые уже не надеялись отдать дочь замуж. Одна и та же умеренная красота и легкая несуразность, которые полностью стирали возраст. И неизменная коса, толстая, туго заплетенная, почти до бедер.
Ее натура была соткана из противоречий, как горное летнее утро. Чистота и наивность школьницы соседствовали с цинизмом, которому позавидовал бы пожилой патологоанатом. Она помнила имена всех одноклассников в каждой из своих школ, но забывала о том, что было важно еще минуту назад. Она относилась с легким неприятием почти ко всем живым существам... кроме своего кота.
- Иди сюда, мой хороший, - засюсюкала Ли и похлопала рукой по коленке.
Кот прицелился, взмуркнул и тяжело запрыгнул на колени хозяйки. Ли провела пару раз рукой по кошачьей спине, и в ответ раздалось громкое мурлыканье.
- Поражаюсь, как ты его выдрессировать смогла, - я отпила чай.
- Да он сам как-то, - Ли пожала плечами. – Ласковый, вот и лезет.
Кот в ответ еще громче замурчал и обильно накапал слюной на хозяйские колени. От удовольствия.
Он был огромен. Самый обычный дворовый кот, без признаков хоть какой-то породы, габаритами не уступал диковинным мейнкунам. Я с трудом могла удержать его на руках и предпочитала гладить, пока он нежится на коленях или дрыхнет на ближайшей к хозяйке горизонтальной поверхности.
Кот был самой важной составляющей жизни Ли и неотъемлемой ее частью. Я не знала его возраста. Мы познакомились с Ли чуть больше десяти лет назад, и кот у нее уже был. Такой же огромный, тяжелый и слюнявый. Мне казалось, что он был всегда – такая же константа, как и сама Ли.
В шутку я называла его котособакой – он всюду ходил за хозяйкой, вилял хвостом, даже когда был доволен, и обильно слюнявил окружающую действительность, как сенбернар. Ли на прозвище очень обижалась и говорила, что у ее благородного друга есть благородное имя.
Честно говоря, я втайне надеялась, что ее любовник однажды сдуру приревнует ее к коту и поставит условие – «или он, или я». Или у него вдруг обнаружится аллергия на кошек. Этот тип, который метался между двумя женщинами, мне не слишком нравился. И я ни на секунду не сомневалась в том, какой выбор сделает подруга.
- Слушай, а как это чудесное толстое животное у тебя появилось? Ты никогда не рассказывала.
- Он не толстый, он мускулистый, - Ли обиженно поджала губы. – Как появился… не помню. Как мы с тобой познакомились, я тоже забыла. Давно это было. Как говорится, столько не живут.
- У Ленки на дне рождения, - я на автомате напомнила про нашу первую встречу. Все-таки память у Ли как у золотой рыбки.
- А, точно. Мы с ней еще со школы дружим. А вы, кажется, на работе познакомились?
- Да, было дело. Обе из той дыры давно уволились, но до сих пор общаемся.
Я окинула сонным взглядом небольшую уютную кухню. Самая обычная кухня. Белая тюль на окнах, светлая, простая мебель. Над столом – несколько открытых полок со всякой всячиной. Посередине нижней полки стоит фотография в рамке. Фото кота. Наверное, по-другому и быть не могло.

Я понимала, что когда-нибудь это должно произойти. Вернее, одно полушарие моего мозга понимало, а второе упорно твердило: «Так не бывает». Ли позвонила мне среди ночи и рыдала в трубку.
- Я не знаю, как без него буду. Просто не знаю, - твердила она, словно в бреду Я ничего толкового не могла придумать в ответ.
Ее кот умер. Тихо, без мучений, без каких-то симптомов, заметив которые, берешь кота в охапку и бежишь к врачу. Он просто уснул и не проснулся.
Весь следующий день я провела у подруги. Успокаивала, как могла. На работе мы обе взяли отгул.
Мне было неуютно. Из той частички моей жизни, которая была константой, выгрызли кусок. Безжалостно, грубо, оставив рваную рану. Я тоже любила этого кота, хоть и не была ему хозяйкой. Вместе с этим котом я потеряла уверенность. Пространство стало зыбким и каким-то ненадежным. Раньше я твердо знала – солнце встает на востоке, снег идет зимой, у Ли есть кот. Теперь кота не было… Моя константа исчезла.

Несколько недель я пыталась поймать сломанный ритм жизни, а потом напросилась к Ли в гости. Просто написала, что вечером заеду на чай, даже не уточняя ее планов. За годы дружбы я знала расписание подруги наизусть, и переспрашивать не имело смысла. Сегодня она точно свободна.
Квартира казалась пустой. Из нее исчезли десять килограммов пушистого слюнявого счастья.
Мы обнялись и пошли на кухню. В обстановке что-то поменялось, но я не сразу поняла, что именно.
- А где фотография? – я удивленно смотрела на полупустую полку над столом.
- Какая фотография? – непонимающе переспросила Ли.
- Фотография кота, которая на полке стояла, - для убедительности я ткнула пальцем в пространство над столом.
- Не было там никакой фотографии. Раньше чайник стоял, керамический, дурацкий, но я его бабушке отвезла. Ей понравился. А как по мне – жуть несусветная.
- Я точно помню, что там стояло фото. Твоего кота. Ты специально на видное место поставила.
- Не пугай меня, - Ли звонко рассмеялась. – Я люблю фильмы ужасов, но не такая доверчивая, как ты думаешь. Никаких котов у меня не было, я вообще кошек не люблю. Спорим, ты собиралась мне рассказать, что когда-то в этой квартире жил кот, и его призрак до сих пор по ней бродит?
Я почувствовала себя полной дурой. Ли не помнила своего любимого кота, ради которого была готова на все. И убрала фото, которое еще несколько недель назад, рыдая, прижимала к груди. Бред какой-то.
Перед уходом я зашла к ее родителям – попрощаться и под благовидным предлогом уточнить, куда делась фотография с кухни.
- Это та, где дочка на пляже, на фоне моря? Она стесняется себя в купальнике, вот и убрали, - беззаботно сказала ее мама.
Показания не совпадали, и я решила, что у Ли психологическая травма. Фото убрали специально, чтобы не усугублять ситуацию, и тема котов теперь под запретом. По крайней мере, на какое-то время. На всякий случай я решила не упоминать кошек в разговорах с Ли.
На следующий день я позвонила Ленке. Мы перемывали косточки общим знакомым, и, естественно, вспомнили про Ли.
- Как думаешь, когда она придет в себя после потери кота?
- Какого кота? – Ленка удивилась. – У нее же аллергия на кошек. Я не слышала, чтобы она кого-то заводила и тем более теряла. А если все-таки завела, неудивительно, что он у нее убежал.
Я почувствовала легкое головокружение и комок в горле. Почему Ленка не помнит про кота? Допустим, у Ли краткосрочная амнезия от горя, я про такое читала. Ее родители при ней не упоминают кота. Но Ли здесь не было. И Ленка не настолько была привязана к животному, чтобы тоже потерять память.
Я наскоро попрощалась и позвонила еще нескольким знакомым. Никто не помнил про кота. Мой мир стал рушиться во второй раз за месяц, и чтобы окончательно не рехнуться, я легла спать.

На следующее утро я встала совершенно разбитой. К счастью, был выходной, не нужно было ехать в офис и создавать видимость деятельности или брать отгул. Я решила поваляться в постели до обеда и расслабиться. Либо окружающий мир сошел с ума, либо я. Оба события печальны, но пока я ничего не могу с этим сделать, поэтому паниковать бессмысленно.
У Ли был кот. Огромный, слюнявый, черн… Стоп. Не черный. Вроде был серый в полоску, таких еще называют «шпротами». Или полоски были рыжими?..
Я поняла, что не помню его окрас. Совсем, даже приблизительно. Кот, которого я гладила на протяжении десяти лет, упорно ускользал из моего сознания и не желал показываться на глаза. Я попыталась позвать его по имени, чтобы он все-таки появился. Вместо имени получилось какое-то блеяние. Я забыла имя кота. Благородное имя, которым так гордилась Ли. Мне стало страшно. Я поняла, что еще немного, и из памяти уйдет то немногое, что я еще помнила об этом коте. Я побежала к столу, схватила первый попавшийся блокнот, и написала:
«У Ли был кот. Огромный, слюнявый. С благородным именем. Прыгал на колени.»
После этого я села на корточки и разревелась.

Я перечитывала свою короткую запись каждое утро. По будням – перед работой, по выходным – сразу после душа. Почему-то мне было очень важно, чтобы кот остался в памяти. Казалось, что пока я о нем помню, он еще жив. Пусть где-то далеко, в другом городе или в другой галактике, но он есть. И пока он существует, земля под моими ногами будет твердой, и солнце продолжит вставать на востоке.
Я все реже и реже приезжала в гости к Ли. Светлая кухня не казалась такой уютной, как раньше. В подруге тоже что-то неуловимо изменилось. Может быть, это была интонация, с которой она говорила. Может быть, жесты. Я чувствовала какое-то отторжение, хотя это была все та же Ли. Вместе с отторжением приходил стыд. Мне было неловко перед ней за эти чувства, и я не понимала, откуда они берутся.
Мы почти перестали созваниваться. Теперь я наблюдала за ее жизнью из социальных сетей. Она стала носить короткое каре и изменила имя на своей странице. Алика. Все-таки ее звали Аликой… Прошло еще немного времени, и мне пришло уведомление о том, что она указала новое место работы. Наверное, это хорошо. Мне стоило порадоваться, что жизнь подруги сдвинулась с мертвой точки и пошла вперед. Но вместо этого почему-то накатывала тоска. Понимание пришло неожиданно – она стала как все. Люди идут вверх по карьерной лестнице, женятся, заводят детей покупают квартиры. В этом нет ничего плохого. Но Ли всегда была другой. От нее веяло уютом и чем-то потусторонним. Сейчас все это пропало. Пропало ощущение, которое вызывала Ли. Пропал кот.
Я поняла, что на самом деле моей константой, моей точкой отсчета был этот кот.
Может быть, на самом деле это был мой кот, который почему-то обитал в квартире Ли. Огромный. Слюнявый. С благородным именем.