Азбука жизни Глава 5 Часть 127 Разговор о заложник

Глава 5.127. Разговор о заложниках

— Вика, ты вошла как тень. Что с тобой?
— Тина, ты знаешь это лучше меня. Разве у тебя не бывает вопросов? Или уже не бывало?
— Мне пришлось повзрослеть рано, — мой голос прозвучал глухо. Шесть лет, отец и дед Алексей... Они из памяти не стираются, а мир не становится добрее. Тебе ли не знать при твоей красоте и уме, насколько он бывает жесток.
— Но как бы тебя ни любили в нашей большой семье! Свиридовы, Головины, Светловы с Беловыми... Не говоря уже о Ромашовых, которые в детстве носили тебя на руках. Ты никогда не была одинока.
— Если бы не они... и если бы не ты, — тихо сказала Тина. — Если бы не твоя воля, твой Воронцов вовремя меня не перехватил...
Я кивнула. Благодарность в её голосе была мне одновременно и наградой, и грузом. Пауза повисла тяжёлым занавесом.
— Я вчера смотрела репортаж, — начала я снова, чтобы развеять тишину. — Про заложников.
— На того парня, что не пропускал вперёд девушку? На ту, что оказалась в толпе, вместе с другими — мужчинами, детьми? — голос Тины сорвался. — Страшная картина. Она в отчаянии прижала руку к груди, понимая, что обречена. Как и все они, если помощь не подоспеет. Вся беда в том, что этим… людям, которые держат в заложниках целый город, как восемь лет держали Донбасс, — терять нечего. Абсолютно.
— Военную технику можно уничтожить за часы, — сказала я, глядя в окно, но не видя его. — Но как изменить сознание тех, кто держит других в страхе, прекрасно зная цену своей и чужой жизни? Как найти выход без потерь среди тех, кто пришёл спасать? Выход будет, — добавила я скорее для себя. — Но что дальше?
— Дальше? Даже референдум не нужен! — в её тихом обычно голосе прорвалась сдерживаемая годами боль. — Люди за эти годы и особенно за последние дни живут в таком аду, что их нужно просто спасать. Эта земля, часть бывшего Союза, уже тридцать лет в руках… террористов и воров. Её нужно возвращать. Возвращать домой, в Россию. И жить одной семьёй. У тебя, у меня — у нас там столько родственников. Возьми любую нашу семью — навряд ли не найдёшь корней оттуда. Диана постоянно повторяет: мы — один народ. Мы должны объединиться. Иначе весь русский мир так и останется заложником… заложником тех, у кого нет ни семьи, ни чести, ни Родины.

Последние слова повисли в тишине кабинета, горькие и безапелляционные. Это был уже не вопрос, а приговор, вынесенный вслух.