Разные судьбы Часть 21

Идя по дороге, Вера спросила Константина Петровича:
- Так значит, Толик - это Ваш сын? Вы приехали сюда из-за него? Но почему приехали так поздно, ведь прошло уже двадцать лет?!
- Вы, знаете, Вера, сын Зины, действительно, тоже мой сын! Тогда мы были оба очень молоды, а я, к тому же, заканчивал срочную службу. И потом… в наши отношения вмешались мои родители. Мой отец был командиром части, где я служил. Не всё так просто в жизни… - с горечью в голосе произнёс мужчина.
- А Вы… не боитесь реакции Зинаиды на Ваш приезд? - прямо спросила Вера.
- Я всё обдумал прежде, чем ехать сюда. Вполне возможно, что она может меня «облаять» и прогнать… Но я к этому готов и стерплю, если так призойдёт, - спокойно ответил Константин Петрович.
- Понимаете, Вера, мне важно увидеть сына, чтобы он знал, что я все эти годы думал о моём ребёнке и очень жалел, что струсил и поступил тогда безответственно с его матерью, - продолжил он.
- Но Вы так опоздали! Толик сегодня днём ушёл в море. А вернётся он только через пару недель… - сочувствуя ему, сказала Вера.
- Тогда мне придётся подождать его прихода домой… Я не тороплюсь никуда, у меня отпуск на целый месяц. Мне просто нужно снять у кого-то комнату, - уверенно сказал Константин Петрович.
- Ведь здесь кто-нибудь может сдать комнату приезжему человеку? - спросил он.
- У семейных-то нет свободных комнат. Если только у кого-то из вдовушек, - неуверенно ответила Вера.
Они подошли к дому Евдокии. Мужчина, посмотрев на дом, остановился и спросил:
- Видать, перед войной построили? Какой добротный дом! А что… здесь, наверное, живёт многодетная семья, раз такой большой отгрохали?
- Да нет. Это дом Евдокии. У неё тоже судьба запутанной оказалась… Жила она в нём одна с сыном с самого начала войны. Муж был на фронте. А сейчас… Но она никого не возьмёт на постой, - поспешно и твёрдо сказала Вера.
- А вот и дом Зинаиды, я не буду входить к ним, Вы уж сами теперь… Постучите в дверь, Вам откроют, - как будто чего-то опасаясь, неожиданно сказала Вера.
- До свидания, может, ещё встретимся! - попрощалась она и быстро пошла по тропинке обратно.
- Спасибо, Вера, до свидания! - уже вдогонку крикнул ей Константин Петрович.

Открыв калитку, он прошёл через двор и взошёл на старенькое крыльцо. В кухонном окне были задёрнуты занасвески, а в кухне горел свет.
Константин Петрович решительно постучал в дверь. Кто-то вышел в сени и спросил:
- Кто там? Кого там черти по вечерам носят?!
- Простите! Зинаида Власовна здесь живёт?
Стоя в сенях, и, услышав, что её - Зинку, впервые за много лет назвали вежливо по имени-отчеству, она, чертыхаясь, застучав засовом, громко возмутилась:
- Да кто это там такие шуточки шутит со мной?! Ведь понедельник уже, вроде, а всё никак не отрезвеешь?! Кто там, за дверьми-то?
- Зина, здравствуй! Это я - Костя! Помнишь ещё меня? - радостно вырвалось у пришедшего.
Зину аж в жар бросило, а сердце дуром заколотилось в груди… Она неуклюже отодвинула засов и нараспашку открыла дверь.
На крыльце, действительно, стоял тот самый Костя - её солдат, которого она в молодости очень любила. Только время и война, как и многих других людей, изменили его внешность.
Ещё не веря своим глазам, Зина стояла и смотрела на него - человека в штатском с поседевшими висками и, в волнении, еле найдя наощупь косяк двери, прислонилась к нему и тихо, медленно спросила:
- Откуда ты взялся через столько-то лет?! Я же даже не ждала тебя!
- Здравствуй, Зина! Вот… хотел видеть тебя и сына все эти годы! - с радостью в голосе сказал Константин Петрович.

Приоткрыв дверь избы, в проём высунулся Роман и громко сказал Зине:
- Зови человека в дом, чего стоять-то на крыльце! Кто это?
Зина немного очухалась от нежданного гостя и пригласила пройти его в избу:
- Проходи, раздевайся! У нас всё по-простому, не как в городе! Деревенский быт, сам понимаешь…
Костя вошёл, разделся, повесил свой плащ на вешалку, а шляпу аккуратно положил на лавку.
Сильно хромая, к нему подошёл Роман и, подав руку, представился:
- Роман! Добро пожаловать в дом!
- Константин Петрович, можно просто Костя, - пожав руку хозяину дома, сказал неожиданный гость.
Роман, кашлянув в кулак, удивлённо взглянул на жену.
Зина, заволновавшись, полезла за валидолом в карман своей жакетки. Сунув таблетку в рот, она молча прошла к печи и передвинула тарелку с блинами поближе к краю.
Роман пригласил гостя к столу:
- Проходите, садитесь с нами поужинать! В самый раз пришли! Проголодались, небось, с дороги-то?
- Спасибо, с удовольствием! - ответил Костя и прошёл к умывальнику мыть руки.
- Зина, накрой-ка поживее на стол, ужинать будем! - сказал Роман жене.
Зина быстро захлопотала с ужином, неся еду на стол. Крикнув из комнаты Славика, она сказала ему:
- Давай-ка, сынок, помоги расставить тарелки и стаканы под морс! Гость у нас сегодня!
- Это наш младший - Славик, - обернувшись к Косте, сказала Зина.
- Здравствуйте! - поздоровался Славик.
- Здравствуй, а я Константин Петрович, приехал из Петрозаводска.
- Водку-то пьёте? - спросил Роман, доставая из шкафа бутылку «Московской».
- Иногда бывает, но не увлекаюсь, - признался гость.
Зина, достав стопочки, поставила их на стол. Взглянув на Костю, вздохнула и с подколкой сказала про мужа:
- А у нас в доме водочка не переводится! Любят её, однако, откушать некоторые!
Она многозначительно взглянула на Романа.
Но тот совсем не обиделся, а ответил:
- Без водки ни один праздник, ни одна свадьба, ни крестины, ни похороны не обходятся! Это уже вековая традиция у нашего народа!
Накрыв на стол, Зина пригласила всех ужинать. Гость сел рядом с Романом, а Зина со Славиком напротив их.

Зина была совсем, как потерянная. От прежней - языкастой и шустрой Зинаиды, в этот вечер не осталось и следа. Она сидела за столом, как не в своей тарелке, и  не знала, как вести себя при таком незваном госте.
Роман разлил водку по стопкам и открыто сказал Косте:
- Ну, что ж, за тех, кто в море! За сына Толика, значит!
- Ты же, Костя, к нему приехал? - перейдя на ты, спросил Роман.
- Да, Роман, я приехал повидать сына! - ответил Костя.
Все выпили, а Зина, посмотрев на Костю, задала ему прямой вопрос:
- Откуда ты узнал, что у меня родился сын?
- А я не знал. Я только предполагал, что ты всё же родила моего ребёнка, ведь ты была уже на большом сроке беременности. А то, что родился сын, я узнал только сегодня на катере от одной бабульки - Пелагеи, - улыбаясь, ответил Костя, глядя на Зину.
- Ты опоздал, Костя, Толик ушёл в море и вернётся на побывку только через две-три недели, - сказала Зина.
- Я подожду его, мне некуда торопиться! - возразил Костя.
- Подождёшь, так долго?! А что же твоя семья на это скажет?! - очень удивилась Зина.
- У меня нет семьи. Жена умерла пять лет назад, а детей у нас не было, - ответил он.
- И что, теперь ты приехал сюда и претендуешь на сына?! -  заволновалась Зина, глядя на Романа.
Роман слушал, но в разговор не вмешивался. Костя, отставив пустую стопку в сторону, сказал спокойным голосом:
- Зина, ты неправильно меня поняла! Я просто хочу, чтобы он знал, что я все эти годы думал о моём ребёнке и хочу извиниться перед ним за то, что не нашёл в себе смелости противостоять родителям и, что не женился тогда на тебе.
- Ты, Роман, извини меня, что вынужден тут слушать этот разговор, - извинился Костя.
- А ты, Зина, прости меня, если можешь, за моё тогдашнее малодушие! Я ведь знал, что ты любила меня, но под напором моего отца я просто струсил! - сказал он.
- Всю эту… вашу историю я знаю, Костя! Зина мне всё давно и откровенно рассказала, не стоит извиняться, - ответил Роман.
- Я же любил Зинку ещё до тебя, будучи пацаном. Но, так вот случилось, на всю жизнь покалечил ногу и не решился её тогда сватать. Она уехала учиться в город, а я так и остался холостым, - рассказал Роман.
- Это уж потом, когда она вернулась беременной, я всё же осмелился посвататься к ней, - погладив жену по плечу, сказал Роман.
- Толик знает, что я не родной ему отец, но я воспитал его, как своего сына! Скажу тебе как мужик мужику - я твою боль очень даже понимаю! - продолжил Роман.
Зина, видя, что Славик уже поел, сказала ему:
- А ты, сынок, иди делать уроки, завтра в школу идти!Здесь у нас взрослые разговоры…

Славик ушёл в свою комнату, а Зина, принесла блины и самовар на стол.
Сев на лавку, она спросила Костю:
- Ты, что же, и комнату у кого-то собираешься снять, коли останешься ждать Толика?
Костя не успел ответить, как Роман, глянув на Зину, сказал:
- Зачем это… комнату снимать? Во-он, у нас может жить, если годятся условия…
- Кровать Толика пустует пока, постели чистое бельё, как полагается! - распорядился Роман.
- Спасибо, годится, конечно же, но как-то неудобно стеснять вас! - отозвался гость.
- Какое там стеснение! Мы гостям рады, хоть и живём по-простому, - заверил Роман.
- Ну, давайте, что ли, на вторую ногу встанем, а то на одной-то хромать будем, как я на своей! - сказал Роман.
Все снова выпили и закусили. Разговор теперь пошёл в более раскованном стиле.
- Так ты, Роман, и не воевал из-за ноги? - спросил Костя, подцепив на вилку кусочек солёного сала.
- Нет, Костя, не пришлось воевать! - прямо ответил Роман.
- Я-то хоть из-за ноги не был призван на фронт… А ведь есть у нас в деревне парочка мужиков-трутней, которые всякие справки «справили», чтобы своё добро остаться караулить! - зло выругался Роман.
- А ты… сам-то где воевал? Ведь тоже совсем молодым был тогда! - поинтересовался Роман.
- Я был на Карельском фронте, а позже в партизанах у границ Финляндии. Там и познакомился с моей будущей женой. Она была наша разведчица, родители Анны - финны, жили тогда в приграничье, - рассказал Костя.
- А почему она умерла такой молодой? - спросила Зина.
- Пытали Анну по-страшному, когда в одной деревеньке поймали её финские разведчики. К счастью, нам удалось найти Анну ещё живой во время наступления. Вот всё и сказалось на здоровье, - грустно ответил Костя.
- А её родители… уцелели? - взяв солёный огурец, спросил Роман.
- Родителей успели переправить  к Ладоге. Там и живут по сей день, но болеют, старые уже, - пояснил Костя.
- Да-а, тебе досталось от жизни-то! А кем ты работаешь? - поинтересовался Роман.
- Начальник отдела кадров на судоверфи, - просто ответил Костя.
Зина уважительно посмотрела на Костю и улыбнулась, сказав:
- Ну, что, может, чайку из самовара попьём? Вот блиночки есть, да варенье…
- Спасибо, не откажусь! - впервые, за весь вечер засмеялся Костя.
После ужина Зина приготовила гостю постель в комнате Славика.
Он вошёл туда и спросил:
- Ну, что, Слава, не возражаешь, если и я здесь на пару недель расположусь?
- Да нет, располагайтесь! Кровать-то… всё равно пустует, - пожав плечами, сказал Славик.