Глава 12 Обретение

В течение следующих дней Март практически ничего не ел и очень мало спал. Он смог найти несколько вариантов заработка. Где-то он отрабатывал по несколько часов, где-то – целые сутки. Он практически ни с кем не разговаривал. Он лишь выполнял свою работу, получал ничтожную оплату и уходил. Дни сменялись днями. Всё сильнее Март чувствовал всё нарастающую ненависть ко всему миру и прежде всего к самому себе. Бессмысленное постыдное существование начало становиться невыносимым. Несколько раз Март, будто призрак, стоял на мостовой, рассуждая о том, чтобы броситься под колёса проносящегося мимо грузовика. Уже раз пять или шесть Март замечал еле живых тощих людей, покупающих что-то в подворотне. Вероятно, это были какие-то нелегальные средства.

– Я мог бы немного подзаработать и скупить целую кучу этой мерзости… – уже будто само рассуждало его сознание. – Любопытно, сколько надо в себя запихнуть разом, чтобы уже никогда больше не проснуться…

Ещё через несколько дней март замылил зеркало в душевой кабине. Его собственное выражение лица стало ему невыносимо противным. Темные пятна под глазами, отвратительная щетина и взгляд, впитавший в себя всё безумие, всю скорбь мира… Март больше не хотел видеть это лицо. Никогда!...

Вскоре сознание Марта уже большую часть времени рассуждало о различных способах свести счёты с жизнью. Мучительные, безболезненные, медленные, быстрые, показательные, тайные… Как же много существует способов закончить свою никчёмную жизнь… Апатия начала захлёстывать разум Марта. В какой-то момент даже идея самоубийства уже не занимала его ум. Он хотел просто остановиться. Просто перестать существовать. Если бы какой-то из вымогателей напал на него и рассёк ножом его живот или горло, то он бы просто оказал Марту огромную услугу. Март просто с облегчением сел бы и спокойно отдался в руки смерти, наслаждаясь тем, как с каждой секундой жизнь покидает его бренное тело.

Снова уже знакомые чувства безысходности, беспомощности, загнанности и чудовищного одиночества начали преследовать разум Марта. Он начал понимать, что ещё несколько дней, и всё будет кончено. Ничто уже не сможет этому воспрепятствовать! При этих мыслях остатки какой-то части души Марта забились в истерике, какие-то жалкие отголоски, напоминающие те ощущения, которые он испытывал когда-то давно в убежище, в пустыне, в той злополучной подсобке, начали метаться в его сознании в отчаянной попытке найти выход, обрести спасение от неизбежной кончины. В этот раз Март будто бы был с другой стороны. Как безжалостный палач, он улыбался, глядя, как эти несчастные рвутся к свободе, к жизни, хоть к какому-нибудь смыслу. Всё это забавляло палача, уже занёсшего свой топор над головой жертвы: «Корчись, мелкий человечек! Корчись! Вскоре смерть воздаст тебе за всё!»

На следующий день непонятно зачем Март вновь отправился добыть для себя немного денег, чтобы страдающее тело могло насладиться агонией ещё одного дня. В какой-то момент он остановился. В знакомом переулке, в котором он несколько раз встречал пса, отчаянно цепляющегося за свою жалкую жизнь, было пусто. Очевидно, пёс был уже мёртв. Невыразимый гнев и ярость заполонили всё сознание, всю сущность Марта. Тихо тлеющая ненависть ко всей его бессмысленной жалкой жизни в мановение ока обратилась в огненное торнадо ярости и гнева. Март в полной мере осознал всю жестокость, всю грязь, несправедливость и бесполезность всей этой отвратительной жизни. Решимость овладела его телом. Он был больше не намерен ни минуты, ни ещё одного бессмысленного дня проводить во всей этой омерзительной зловонной клоаке под названием «жизнь»! Это было последней каплей!

– Спасибо тебе, отвратная судьба! Спасибо, что не оставила мне выбора! Спасибо, что открылась мне целиком! – кричал Март, несясь куда-то по улице.

К мосту! Март уже давно выбрал это место. Огромный мост магнитной эстакады. Он будто металлическим куполом возвышался над всем районом, в котором находился жалкий дом Марта. Через каких-то десять минут Март был уже на краю обрыва. Жалкое двухметровое ограждение отделяло его от долгожданного покоя, от долгожданной справедливости! Март аккуратно перелез через ограждение. За спиной на огромной скорости проносились машины и грузовики. Внизу простирался весь злосчастный район, населённый наркоманами, убийцами и ворами.

– Да! Наконец! Четыре или пять секунд – и наконец всё! Хватит отчаяния, хватить всей этой мерзости! Довольно! – выкрикивал Март, будто бы уговаривая землю самой броситься к нему на встречу.

Он медлил. Остатки разума предпринимали отчаянную попытку найти хоть какой-то аргумент за жизнь. Будто штормовые волны, они набрасывались на гранитный неровный берег гнева и ненависти Марта. Аргумент за аргументом они пытались найти хоть что-то, хоть ничтожную надежду, которая позволит протянуть ещё хотя бы несколько секунд.

Внезапно нужные аргументы были найдены:

– Нет. Не сейчас! Всю свою жизнь я делал поспешные поступки, ведомый сиюминутными желаниями. И к чему меня это привело? К обрыву, за которым смерть? Нет. Только не сейчас. Не тогда, когда я на сто процентов готов сделать шаг. Пусть это финальное решение будет взвешенным, подготовленным, осмысленным. Завтра! Да, пусть всё случится завтра!

Непонятно каким чудесным образом, но подсознание Марта смогло отложить его смерть. На ещё каких-то 10-12 часов, чтобы надышаться перед смертью…

Март неспешно, будто нехотя, перелез обратно через ограждение. Он стремительно отправился домой. В этот вечер он позволил себе потратить почти все свои средства на пышный последний пир. Впервые за всё время в столице он крепко спал. Сном человека, который обрёл цель. И цель эта – смерть.

Март проспал около двенадцати часов. Унылая серость столицы не скрываясь светила сквозь грязное окно. Март бодро встал, оделся и полный решительности отправился в свой последний путь. Он намеренно выбрал дорогу в несколько часов, чтобы обогнуть эстакаду целиком и взойти на свой эшафот с другой, будто бы с парадной, стороны. Он шагал уверенно, целеустремлённо. Впервые за долгое время он будто бы был счастлив. Как мститель, выслеживающий своего обидчика, чтобы свершить долгожданную, тщательнейшим образом спланированную месть. Как палач, ведущий на казнь чудовищного преступника и вот-вот восстановивший справедливость. Как жестокий неостановимый рок, стремительной поступью Март двигался к своей финальной цели.

Сознание вновь начало свои эмоциональные атаки в тщетных попытках остановить или хотя бы отсрочить неизбежное. Но в этот раз всё было тщетно. Решение было принято, кредит времени был выдан, и сейчас, именно сегодня, был тот день, когда долг надо было уплатить в полном объёме!

Однако путь оказался длиннее, чем планировал Март. Для тела, долгое время находящегося на голодном пайке, бодрая прогулка длиной в несколько часов оказалась непростым испытанием. Уже через час Март почувствовал усталость и утомлённость. Нет, само собой, он не свернул с намеченного пути, просто такое «светлое» и бодрое, на первый взгляд, начинание уже стало тяготить его. Он прошёл ещё несколько улиц и остановился передохнуть перед небольшой клиникой. Он дал себе ровно десять минут, только чтобы перевести дух и набраться сил для финального рывка.

Люди входили и выходили из клиники. Некоторые бодро и уверенно, большинство лениво и даже отчаянно. Внезапно внимание Марта привлекло нечто выбивающееся из общей стандартной картины. Март был уже в другом районе, явно немного богаче, чем тот, где находился его дом. Но даже для такого района подобное зрелище было необычным.

Молодая, красивая и явно состоятельная по меркам бедных районов женщина вела на поводке в клинику собаку. В столице не было ветеринарных клиник, по крайней мере, их точно не было в бедных районах, поэтому животное, нуждающееся в уходе, посещало человеческую клинику наравне со своими двуногими покровителями.

Женщина вела не просто собаку – это был тот самый пёс, тот самый мёртвый призрак, ставший последней каплей, вернее, последним водопадом, однозначно направившим решительность Марта в направлении к неизбежной смерти. Женщина замешкалась на входе, пытаясь найти что-то важное в своей достаточно большой шикарной сумочке. Пёс терпеливо ждал. На пса всё ещё было жалко смотреть, но он был уже явно сыт, отмыт и расчёсан. Его проплешины уже явно затягивались новой, но пока ещё жиденькой шерстью. Пёс излучал даже некую уверенность в завтрашнем дне.

Взгляд Марта встретился с взглядом пса. Пёсель, видимо, тоже вспомнил об их печальной встрече. Он весело завилял хвостом. В его взгляде уже не читалась молчаливая скорбь существа, находящегося на грани голодной смерти. В его взгляде отчетливо читалась надежда, а ещё немного забота и любовь!

Было очевидно, что молодая красивая женщина мало что знает о том, как заботиться о собаке, но было видно, что она очень старается. Возможно, пара лет кропотливого труда, и она научится, конечно, если счастливый уже пёс проживёт всё это время. Хотя по виду пса было очевидно, что он и не думает сдаваться.

Наконец женщина нашла, что искала в своей бездонной сумочке. Она взглянула на пса – он безмерно благодарно посмотрел на неё, она провела по его морде рукой – пёс растворился в её прикосновении. Было достаточно далеко и шумно, но можно было поверить, что женщина произнесла что-то типа: «Ладно, пойдём, надо ещё немного потерпеть. Ты же хочешь поправиться?» Они скрылись за дверью клиники. Когда дверь захлопывалась, Март заметил, как женщина брезгливо вытирала обслюнявленную руку о дорогую юбку. Ей явно было нелегко выхаживать и заботиться о еле живом псе, но её решимость была абсолютной.

Март, будто поражённый разрядом молнии в тысячу вольт, беззвучно опустился на колени. Его лицо прошибла уродливая улыбка, слёзы ручьём брызнули из глаз. Он рыдал и хохотал, как безумец. Всё громче и громче он кричал, рыдая и рыдая, разрывался от неудержимого смеха. Наконец он понял! Наконец он понял всё!

Прохожие люди сторонились его, некоторые уже куда-то звонили. Оставаться на улице стало не совсем безопасно. Прошла минута, вторая. Март утёр слёзы. Его лицо выражало не совсем понятные эмоции: брови были опущены к переносице на сморщенном лбу, но при этом губы выражали сдержанную улыбку.

Март рывком вскочил и практически бегом понёсся обратно в свою крохотную квартирку. Через каких-то двадцать-тридцать минут он был на месте. Он ударом захлопнул дверь. Мысли переполняли его голову. Март был невероятно воодушевлён и полон решимости. Он быстро прохаживался взад-вперёд по комнате, выкрикивая какие-то фразы. Периодически он садился на кровать, замирал и надолго задумывался. Он и не заметил, как пролетел целый день. Март хотел есть. Он безумно хотел есть! Но он понимал, насколько может быть опасно ночью в его районе. Он сделал над собой усилие, пытаясь побороть голод, и волевым решением заставил себя лечь спать. На следующий день ему потребуются силы, о-о-о, ему потребуется много, очень много сил!

Рано утром, как только жизнь в столице начала разгоняться для нового трудового дня, Март бегом добрался к раздатчику еды; у него оставалось совсем немного денег, но этого должно было хватить. Он купил еды, позавтракал и отправился в ближайший административный центр. Вечером он уже вышел оттуда с пачкой пластиковых денег. Ему удалось практически невозможное: он смог устроиться на должность младшего клерка, да ещё и получить солидный аванс. Это стало возможным, благодаря его обширным познаниям в области социального законодательства.

Он уверенно шёл обратно в свою квартирку. Внезапно что-то привлекло его внимание. В темном переулке, ему показалось, кто-то сидел. Нет-нет, это была просто куча мусора. Или нет? Март вернулся, подошёл ближе и рассмотрел переулок внимательнее. В самом деле там кто-то сидел. Среди мусора сидела молодая девушка: она сидела, закутавшись в толстовку, и еле слышно рыдала. Март подошёл ближе и спросил:

– Что случилось?

Несмотря на то что Март постарался задать свой вопрос как можно мягче и заботливее, девушка безумно испугалась и чуть было не рванула вглубь переулка, размахивая руками и выкрикивая:

– Нет! Не трогайте, не подходите ко мне!

Март заметил белёсое пятно на запястье девушки. Не обращая внимания на истерику девушки, он рванулся к ней и схватил её одной рукой за предплечье, а второй рукой натянул рукав, чтобы обнажить руку. Всю руку девушки до локтя покрывали фарфоровые пятна.

– У тебя фарфоровая чума… – с большим удивлением констатировал Март, будто столкнулся с этим впервые.

Девушка забилась в истерике и уже была готова громко закричать, но Март опередил её:

– Успокойся! Я знаю, как это вылечить! – властно и громко произнёс он, будто бы в самом деле нашёл гарантированное лекарство.

Девушка замерла, шокированная его заявлением. Она перестала истерично вырываться, но всё равно пыталась высвободиться из захвата Марта.

– Успокойся, дай мне осмотреть тебя! – всё так же властно приказал Март.

Он принялся вертеть девушку со всех сторон, будто куклу, задирая её толстовку, обнажая руки и ноги.

– Эй! – возмутилась девушка отстраняясь, когда Март чуть было не обнажил её грудь.

Март не стал её удерживать. На данный момент он увидел достаточно. Болезнь распространилась пока только по руке девушки. Ещё одно еле заметное пятнышко было на лодыжке, но пока было непонятно, была ли это фарфоровая чума или девушка просто натёрла мозоль. Было холодно, девушка была явно одета не по погоде: на её ногах были лишь легкие леггинсы, и ноги уже становились бледными от холода.

– Я твой единственный шанс на спасение! Тебе придётся довериться мне! – Март сделал несколько шагов из переулка и остановился, приглашая девушку идти с ним.

Девушка медлила. Неожиданность всего происходящего явно не давала ей трезво мыслить.

– Что ты собрался со мной делать? – устало и безнадёжно спросила она.

– Я вывезу тебя из города и доставлю в город-призрак. Там о тебе будут заботиться, пока свет не пробудит тебя из заточения, – голос Марта был холодным, но уверенным. Он старался быть честным с ней, но понимал, что подобное с большей вероятностью отпугнёт её, чем заставит довериться.

– Иного выхода нет? – в отчаянии спросила девушка.

– Нет. Иначе ты умрёшь! – фаталично ответил Март.

Девушка зарыдала, закрывая лицо ладонями. Повинуясь неизбежности, она сделала несколько шагов к Марту. Он приобнял её за плечо и опустил руку с пятнами вниз, к карману толстовки, чтобы её не было видно. Девушка инстинктивно прижалась к нему, продолжая рыдать.

– Сейчас мы пойдём ко мне домой, – ответил Март.

Девушка не ответила, она продолжала рыдать, она лишь едва кивнула в знак подчинения.

Пока они шли, девушка почти успокоилась. В свою очередь Март напряжённо, едва заметно озирался вокруг, будто пытаясь понять, не привлекло ли его новообретённое сокровище внимание кого-то, кто может захотеть отнять её у него. Уже минут через пятнадцать Март завёл девушку в свою крохотную квартирку. Он смущенно взглянул на неё и неуверенно сказал:

– Чувствуй, пожалуйста, себя тут как дома.

В квартирке Марта даже не было стульев, лишь небольшая кровать и стол, вмонтированный в стену. Девушка неуверенно и смущённо села на край кровати. Март напряжённо прогуливался по небольшой прихожей, обдумывая следующий шаг.

– Нет, так не пойдёт, придётся действовать быстрее, существенно быстрее… – едва заметно произносил он вслух, будто девушки и вовсе тут нет. Она немного испуганно наблюдала его мыслительный процесс.

– Мне… Мне нужно знать точнее, сколько у нас есть времени. У тебя больше нет никаких пятен на теле? – с беспокойством сказал Март.

Девушка молча расстроенно пожала плечами. Март снова принялся ходить взад-вперёд.

– Я… Мне… Мне придётся попросить тебя… – растерянно начал март по пути к входной двери. Он повернулся к девушке – она стояла перед кроватью, обнажённая по пояс, холодно смотря на него, вероятно, ожидая худшего.

Март завис в остолбенении. Он уже имел опыт близкого общения с обнаженными женскими натурами, но то были немногочисленные сальвагерши, не отличающиеся большой изящностью или красотой. Сейчас же перед ним стояла самая красивая девушка из всех, которых он когда бы то ни было встречал… Он завис в нерешительности, уставившись на неё.

– Ну?! – раздражённо спросила девушка, недовольная тем, что её разглядывают.

– Да… Прости… – промямлил Март и принялся тщательно осматривать её.

На их счастье, верхняя часть тела девушки была чиста, если не считать поражённую руку. Март подал девушке её водолазку и толстовку, она смущённо надела их обратно. Март помедлил и взглядом указал на ноги девушки. Она покраснела и в смущении сняла обувь, легинсы и трусики, оставшись снизу в неглиже. Пытаясь не думать о моментах, не относящихся к сложившейся ситуации, Март бережно исследовал девушку. Новых пятен на ней не оказалось, более того, даже пятно на лодыжке теперь точно оказалось лишь белёсой мозолью. Девушка оделась и недовольно спросила:

– Доволен?!

– У нас приблизительно две недели, возможно, чуть больше, – не обращая внимания на выпад девушки начал рассуждать вслух Март, вновь прохаживаясь взад-вперёд.

Такая сконцентрированность порадовала девушку: она окончательно убедилась, что сейчас речь идёт в самом деле о её спасении. Она уселась на кровать, поджала ноги и стала смотреть на мыслительный процесс Марта, стараясь ничем не мешать ему.

– Тебя кто-то ищет? Родные, каратели? Кто знает о том, что ты больна фарфоровой чумой? – напряжённо спросил Март.

– Никто не знает, – со скорбной обидой сказала девушка. – Только мой отчим. Когда он узнал, он отвёз меня и оставил в этом районе. Он сказал, что тут ничего не поделаешь и он не хочет видеть мою смерть. Я думаю, у него просто не хватило духу сдать меня в центр попечения. Он жутко боялся, что его родные дочери или, что хуже, он сам подцепит от меня эту заразу…

– Как давно появилось первое пятно?

– Около недели назад, – расстроенно ответила девушка, пряча поражённую руку в рукав толстовки.

– А сколько ты уже на улице? – опечаленно и расположенно спросил Март.

– Два дня… – с обидой ответила девушка.

Наступила тишина, каждый думал о чём-то своём.

– Меня зовут Вика, – с лёгкой улыбкой сказала девушка.

– Ой, прости, пожалуйста, меня зовут Март, – растерянно ответил Март.

Оба смущенно улыбнулись. Девушка звонко засмеялась.

– Так что же мы будем делать? – с надеждой спросила она.

– Сейчас – спать. Ночью на улицах может быть небезопасно. Завтра рано утром я схожу куплю тебе подходящую одежду, потом найму риэлтора, чтобы в кратчайшие сроки продать эту квартиру. Этих денег должно хватить на то, чтобы договориться с подпольщиками, чтобы они вывезли нас в город-призрак. Если нам повезёт, мы успеем доставить тебя вовремя, до того, как болезнь поглотит тебя.

Каждое слово пугало девушку всё больше и больше.

– А что будет, если мы не успеем? – со страхом спросила она.

– Тогда я бережно доставлю твоё бездыханное изваяние сам! – решительно ответил Март глядя ей прямо в глаза, которые вновь заблестели от слёз.