Бомж 3

Бомж
(Остросюжетная повесть)

3

   И Сергей Петрович стал рассказывать.
 
 - Когда-то я действительно, было, подумал, что Бог есть. На мою долю выпало большое счастье. В молодости у нас с женой была нелёгкая жизнь. Я крутил баранку, она штукатурила. Комната в рабочей общаге, подрастающий сын. Жили мы в этой теснотище долго. Чего только сынок не насмотрелся за это время.

И наконец-то дождались квартиры. Но тут бах... жена умерла. Болела она долго. Ну, что ей стоило протянуть ещё недельку? Тогда бы дали нам двухкомнатную. А тут: "Вы с сыном однополые, значит, хватит вам однокомнатной". Пахал я на это государство, пахал, а получил шиш и без масла.

И так мы с сыном двенадцать лет прожили в однокомнатной. Тоска - страшно вспомнить. Подругу не приведёшь, а если всё же хочешь привести, проси сынка погулять пару часиков. А потом он вдруг говорит: "Папа, хочешь, чтобы я уходил, уходи и ты, когда я скажу". Смотрю: хлопец потихоньку выпивать стал. Да и план, наверное, начал покуривать. А я бы уже женился, но куда там.

И тогда я взмолился к Богу: "Если Ты есть, то сделай что-то! Дай мне квартиру, чтобы я мог жениться, и сын мог жениться, и чтобы мы могли спокойно жить, и чтобы друг друга не поубивали". И представьте, произошло чудо: я нашёл большую сумму денег. Тогда как раз уже квартиры начали приватизировать и разрешили продавать. Так я столько нашёл денег, что хватило продать однокомнатную и купить трёхкомнатную. И не в "хрущёвке", а в шестнадцатиэтажке. Здесь неподалёку. И на ремонт хватило.

Вот тогда я почти поверил, что Бог есть. Жизнь началась совсем другая, радостнее, что ли. Сынок, правда, стал не только план покуривать, но принимать что-то покрепче. Уговорил его лечиться. Вроде помогло. В армию его, как наркома не взяли. Он на работу устроился. Пить, правда, начал. Но из дома ничего не тащил.

Потом мне предложили на Север поехать, бабок заработать. Так же, как и здесь баранку крутить, но там гораздо больше платят. Я согласился. Там действительно стал зарабатывать много. Раз в год приезжал домой в отпуск. Другие северяне старались не брать отпуск года три, чтобы потом отгулять всё вместе. Мне этого было делать нельзя. Сын здесь хозяйничал. А надёжность его была сомнительной: глядишь всё из дому повыносит. Квартира была моей собственностью. Так что за неё я не боялся.

Сын же из дому ничего не выносил. Где-то работал, а потом не работал. Опять начал наркоманить, но потихоньку. Вернее, мне говорил, что это делает редко, а как было на самом деле - не знаю. За коммунальные услуги он вообще не платил. Я это делал сам за весь год, как приезжал.

(Следующие слова Сергей Петрович почему-то стал произносить чуть тише).

И ещё я бабки каждый раз привозил заработанные. Конечно, сыну их даже не показывал. Был у меня дома в моей комнате тайник. Сам его смайстрячил, когда делал ремонт. В полу под паркетом. Даже если все паркетины в углу снимешь, а они снимаются нелегко, то всё равно ничего не заметишь - голая стяжка. А там плита поднималась, и в стяжке был тайник. Я, конечно, его открывал, когда сына не было дома. Любил бабки пересчитывать, радостно это было делать. Видел, что старость моя обеспечена. В прошлом году, как уезжал, было их девяносто штук баксов. Видели ли вы когда-то такие деньги? Думаю, что нет.

В этом году я уже приехал насовсем. Бригаду мою на Севере расформировали. Предлагали в другое место переехать, но я решил, что уже хватит ишачить. Рассчитался и вернулся в Одессу. Примерно месяц назад. Шмуток у меня там особых не было, но всё, что представляло какую-то ценность, отправил контейнером. Он скоро должен прийти.

И вот, приезжаю, значит, я домой, достаю ключ, начинаю им в замке ковыряться, а он не подходит. Первое что подумал - замок сломался, а сын другой поставил. Только собирался позвонить, как дверь сама открылась. Стоит на пороге какая-то баба. Я подумал, что сын привёл. Захожу и спрашиваю, где он сам. Баба эта как-то визгливо мне отвечает, что не знает, о ком я говорю. Такой здесь не живёт. Видя её уверенность, я даже подумал, что ошибся этажом. Вышел на площадку, посмотрел на номера квартир. Нет, всё правильно. Моя квартира. Тогда у неё спрашиваю:

 - Кто вы такая?

А она так же визгливо:

 - Я хозяйка этой квартиры, а вот кто ты, что себя так ведёшь?

Жалею, что тогда её по голове не стукнул и не забрал из тайника свои деньги. Но я совершенно не понял, что происходит. Поэтому стал кричать на неё, что это я хозяин этой квартиры, и потребовал, чтобы она отсюда убиралась. Она стала вопить, что вызовет милицию. Я ответил, что мне как раз этого и надо. Тогда она схватила трубку и набрала 02. Я думал, что она блефует, и насмешливо наблюдал, что будет дальше. Она же закричала в трубку, что к ней в квартиру ворвался сумасшедший и угрожает ей. Потом она назвала мой адрес и какую-то фамилию.

 - Вот сейчас придёт милиция, и ты тогда покричи! - сказала она торжествующе.

Я растерялся. На блеф это не было похоже. Но что же это тогда? Мой чемодан так и стоял посреди прихожей, а я снял дублёнку и сел здесь же на табуретку. Решил всё выяснить в более спокойной обстановке. А она в это время звонила мужу на работу.

Милиция с мужем подоспели одновременно. Ментов было двое, но представился только один. Он спросил, есть ли у меня документы и кто я такой. Я протянул паспорт и сказал, что хозяин этой квартиры, приехал с Севера, а здесь какая-то незнакомая женщина права качает. Тогда мент спросил у женщины и её мужа, кто они. Те сказали, что это они хозяева квартиры. Женщина зашла в мою комнату и через минуту вынесла оттуда их паспорта и ещё какую-то бумагу. Мент посмотрел на документы и заявил, что свидетельство на право собственности утверждает, что хозяева квартиры эти мужчина и женщина. Он спросил, есть ли у меня такое же свидетельство. Я тоже зашёл в свою комнату, но там уже не было моей мебели и, разумеется, шкафа, где лежали мои документы. Тогда я сказал милиционеру, что меня год не было дома, и здесь всё изменилось. Так что сразу не могу найти документов на квартиру.

Мент же ответил, что по всем правилам должен меня задержать, но сегодня добрый и напишет в отчёте, что произошло недоразумение, если, конечно, хозяева квартиры не будут предъявлять претензий, что они вправе сделать по закону. Те милостиво заявили, что претензий предъявлять не будут, только чтобы я убирался поскорее.

Я взял чемодан и вместе с ментами вошёл в лифт. В лифте другой мент спросил:

 - А кто жил в квартире?

 - Сын, ответил я.

 - Наверное, сын продал вашу квартиру, - сказал мент.

 - Как он мог её продать, если хозяином был я?

 - Сейчас всякое бывает. Обращайтесь к адвокату, и побыстрее.

Я поблагодарил мента, и решил вернуться в дом, чтобы поговорить со знакомыми соседями. Те сказали, что мой сын уже давно здесь не живёт. Вспомнили, что кто-то видел его около базара сидящего под забором.

Когда я вышел на улицу, уже стемнело. Что делать? Куда податься? Внутри всё разрывалось от такой несправедливости. Очень хотелось сразу действовать. Но нужно было куда-то завезти чемодан. Близких друзей в Одессе у меня нет... уже нет. Так что подался к ближайшей недорогой гостинице. Но это только на словах недорогая. Сейчас вообще нет недорогих гостиниц. Однако деньги у меня с собой были.

Устроился, стал звонить знакомым. Просил посоветовать хорошего адвоката, чтобы в деньгах не загибал и дело своё знал. Подсказали одного парня. Утром к нему пришёл и всё рассказал. Думал, он что-то посоветует, подскажет, как восстановить документы, составит какие-то бумаги, начальники их подпишут, и можно будет выселять наглых самозванцев. Парень же сказал, что не так всё просто. Сразу сделал какую-то бумагу, чтоб наложить арест на квартиру. А то глядишь, теперешние хозяева её быстро перепродадут, и дело осложнится. Потом он составил пару запросов и направил меня с ними в разные инстанции. В конце концов, выяснилось, что сын квартиру действительно продал, но при продаже он выступал, как хозяин квартиры. И самое неприятное, что квартира уже была несколько раз перепродана. Так что теперешние хозяева, как сказал адвокат, являются "добросовестными покупателями". Добросовестные! Да это гады настоящие! Мерзавцы, каких свет не видел! Я бы их всех поубивал!

Ну, ладно, расскажу дальше. Спрашиваю у адвоката, почему если ворованную машину найдут у кого-то, то сразу забирают, даже если та была многократно перепродана. Что-то он мне объяснял, но я так ничего и не понял. Понял только, что дело неважное.

Потом мы стали выяснять, как сын завладел квартирой. Предполагали, что тут была какая-то подделка документов, которую легко разоблачить. Но всё оказалось по-другому. Выяснилось, что он стал владельцем, приняв наследство по смерти отца. Меня, то есть. Понимаете? Оказывается, я умер больше года назад! В прошлый раз, когда приезжал, я уже был мёртвым, но ничего об этом не знал. И свидетельство о смерти было выписано. Основанием для этого было заключение такого-то врача такой-то больницы. И на кладбище поехал. Выяснилось, что и там я фигурирую. Похоронили меня, понимаете ли? Видел свою собственную могилу. Вы видели свою могилу? А я вот видел. Наверное, какого-то бомжа там похоронили.

Сына я, в конце концов, нашёл. Оказалось, что он живёт в Палермо в рабстве у цыган. Палермо - это место в Одессе, где наркотой торгуют. Да вы, наверное, и сами знаете. Узнал, что и в наше время есть рабство. Наркомы отпетые там за дневную дозу и кусок хлеба пашут, пока полными доходягами не станут. А потом их выбрасывают на улицу подыхать. И мой сын стал таким рабом. Да эти же цыгане мою квартиру и отхватили. Я допытывался у него, что произошло. Говорит, что ничего не помнит.

 В общем, адвокат мне сказал:

 - Единственное, что вы можете сделать, так это подать в суд на сына, что он фальсифицировал вашу смерть.

 - А почему только он? - спрашиваю. А загс, а врачи?

 - В загсе всё сделали по закону, а врач всегда сможет сослаться на вашего сына: тот, мол, сказал, что предъявленный труп - его отец. Врача, конечно, накажут, но даже с работы не выгонят. Да вам, собственно, от его наказания легче не станет. И ещё, даже если вы захотите подавать в суд на сына, вы пока этого сделать не можете.

 - Я и не собираюсь с сыном судиться, - говорю, - но почему вы утверждаете, что я этого не могу сделать?

 - Потому, что вы считаетесь мёртвым. В судебном иске нужно указать: такой-то, проживающий там-то. Адвокат противоположной стороны сделает запрос и предъявит бумагу, что такой человек мёртв и искать правды в суде уже не может. Вам надо сперва получить заключение суда, что вы живой, и аннулировать документы о вашей смерти. И ещё одна неприятность: вы там, на Севере, приняли российское гражданство. Так что подобное заключение в силах сделать только Российский суд. Поезжайте в любой город России и обратитесь в суд по этому вопросу.

 - Да это бред какой-то, - говорю. - Вы представляете? Я приду к судье и скажу: "Дайте мне бумагу, что я живой". Да он меня отправит в психушку до конца жизни!

Однако адвокат мне ничего другого посоветовать не смог. Наконец-то до меня дошло, что моей квартиры мне уже не видать. И вообще, я, оказывается, совершенно бесправный человек. У меня меньше прав, чем у сына-раба. Он хоть раб, но живой, а я хоть и свободный, но мертвец.

Однако у меня ещё были немалые деньги. Находились, правда, они в тайнике в моей бывшей квартире. Как же до них добраться?

Разные были по этому поводу мысли. Самое простое, когда их нет - взломать замок, вскрыть тайник, забрать деньги и уезжать, куда глаза глядят. Сейчас понимаю, что так нужно было и сделать. Но я боялся. Если накроют, то тюрьмы не миновать. А я в этом неопытный. Большой шанс был засыпаться. Можно, конечно, нанять уголовников, но они же потом бабки не отдадут.

Пошёл к другому адвокату совсем в другом месте города. Боялся старому даже заикаться за деньги. Ведь он знает адрес квартиры и может сговориться с хозяевами и забрать деньги раньше, чем я что-то предприму.

Спрашиваю у второго адвоката, не называя никаких адресов, как можно официально забрать спрятанную ценность в доме, который тебе уже не принадлежит. Что-то он мне мутное стал рассказывать. Я понял, что прежде нужно написать куда-то заявление с указанием того, что спрятано, и чуть ли не место нужно указать. И это мне не подходило. Там народ ещё менее надёжный.

Остановился я на последнем варианте. Пришёл к новым хозяевам квартиры и говорю им, что у меня спрятана здесь одна вещь. Предложил им сто баксов, чтобы они разрешили мне её забрать. Те сказали, что подумают, и чтоб я пришёл на следующий день. Я так и предполагал, что они захотят сами эту вещь найти, но был уверен, что не найдут. Когда пришёл, они сказали: "Нет". Наверняка, не нашли, но не теряли ещё надежды найти.
 
 - Так что, денежки там всё ещё лежат? - спросил Дантист.

 - Подожди, расскажу всё по порядку. Я каждый день приходил к ним и упрашивал. Они не соглашались. Уже до того дошёл, что падал на колени, ноги их обнимал и целовал. Понимаете? Я никогда ни перед кем не стоял на коленях, но тут...

 - Ну, прямо отец Фёдор и только, - шепнул Философ Матвеичу.

 - И что, - сочувственно спросил Матвеич, - так и не смилостивились?

Пока Сергей Петрович рассказывал, Философ несколько раз наливал понемногу, и все молча чокались, выливали жгучую жидкость себе в горло и быстро закусывали. Поэтому на самом деле изложение истории перемежёвывалось паузами, которые мы здесь опустили. Водка как-то подействовала на Сергея Петровича, хоть выпитого было немного. Он не был пьян и язык его не заплетался. Просто стал себя свободнее чувствовать. Было видно, что в очередной раз переживает свою трагедию. На его глазах то и дело выступали слёзы, и к данному моменту он их почти не сдерживал.

 - В конце концов, они мне разрешили. Мне нужны были некоторые инструменты, но они как раз оказались у хозяина. Я вошёл в мою бывшую комнату и попросил хозяев выйти. Заверил, что всё верну в прежнее состояние. Хозяин не согласился выйти, но у меня уже другого выхода не было. Пришлось всё делать в его присутствии. Когда я снял паркетины и добрался до плиты, хозяин вдруг закричал на меня, что я испортил его пол. Сказал, чтобы я убирался вон. Я заверил, что ещё чуть-чуть и уйду, но не тут-то было. В комнату вдруг вошли ещё трое мужчин. Они меня скрутили, хоть я и пытался отбиваться, но это было бесполезно. Вышвырнули меня на лестничную площадку. Вслед за мной кинули мою дублёнку и сапоги. Я бросался на двери, колотил по ним кулаками, но хозяин, не открывая, сказал, что вызовет сейчас милицию и посадит меня. Это было вчера.

 - А что сегодня? - спросил Философ.

 - А сегодня я пришёл к ним, опять ползал перед ними и умолял, чтобы дали мне хоть половину денег. Они ответили, что никаких денег там не было, что их, скорее всего, забрал мой сын. Но брешут гады! Я, когда паркет снял, видел, что там плита лежала так, как я оставил. Но они меня опять выставили. Мужики, может, вы мне поможете? Давайте наедем на них. Я отдам вам половину денег.

 - Нет, друг, - ответил Матвеич, - это не наш профиль. Ты поищи других, но думаю, они тебе и половины не дадут, даже если вышибут бабки у твоих "приятелей".

 - Да я всё равно буду рад, если мне ничего не дадут, а этих гадов с дерьмом смешают, - сказал Сергей Петрович и зарыдал.

Философ предложил ему ещё выпить, но тот покачал головой и растянулся на рулоне, уткнувшись лицом в руки.

 - Разливай, Философ, остатки, - сказал Матвеич.

 - Мы же Мишку не дождались, - возразил Философ. - Может, ему оставить?

 - Мишка пить не будет. Он теперь не пьёт.

Философ разлил на троих последние капли и спрятал бутылку в пакет. Затем они выпили, и Философ начал рассказывать очередной анекдот.
 
Едут два ковбоя Том и Билл по прерии. Видят на дороге кучу дерьма. Том говорит Биллу:

 - Спорим, Бил, на сто баксов, что я эту кучу съем?

 - Спорим, - отвечает Билл.

Поспорили. Том взял и съел. Отдал ему Билл сто баксов, а самому обидно. Едут дальше. Видят ещё одну кучу.

Тогда Билл говорит:

 - Том, спорим теперь на сто баксов, что я съем эту кучу?

Опять поспорили. Билл взял и съел. Том вернул ему сто баксов. Едут дальше молча. И Том вдруг говорит:

 - Билл, тебе не кажется, что мы ради одного спортивного интереса дерьма наелись?
 
Матвеич с Дантистом рассмеялись, и Дантист сквозь смех сказал:

 - Матвеич, расскажи теперь о себе. А то ты уже моего дерьма наелся, а я твоего нет.

 - Вы спать ещё не хотите? Вон наш Отец Фёдор уже отрубился.

 - Нет, Матвеич, пока не хочется, сказал Философ. - Рассказывай.

 - Да ты же всё уже и так знаешь.

 - Я знаю, а Дантист не знает. Надо, чтобы и он имел представление, с каким важным человеком корефанит.

 - А я действительно был важным человеком. Угадай, Дантист, с трёх попыток, кем я работал.

На пару секунд задумавшись, Дантист предположил:

 - Воякой. Подполковником.

 - Мимо, - засмеялся Матвеич. - Но почему так мелко: подполковником, а не полковником?

 - Если бы ты раньше был полковником, то сейчас бы уже был не Матвеичем, а генералом.

Все трое засмеялись, и затем Дантист высказал второе предположение:

 - Ну, тогда ментом, может, даже полковником.

 - И до сих пор им являюсь. Специально внедрился в вашу компанию, чтобы вас всех замести, - сказал Матвеич, и все трое опять рассмеялись. - Нет, друг, и тут ты промахнулся.

 - Тогда капитаном корабля, - сделал Дантист последнюю попытку.

 - О, это ты почти попал, - весело ответил Матвеич. - Ладно, сейчас соберусь с мыслями и всё расскажу.

Когда он начал рассказывать, в подсобку вошёл Михаил и тихо присел на рулоне рядом с Матвеичем.
 
(Продолжение следует).