Просто быть...

Вика сильно болела. Проклятый тонзиллит, будто змея, окутал шею и давил так, что хотелось вырвать всю глотку целиком. Яд ощущался при каждом глотании. Сопротивление отбирало силы.

Впервые, лёжа на кровати, она осознала, что монотонный рассказ ведущего о новинках биоинженерии был подобен концентрату классической музыки. Мысли растворялись между потолком и постелью. Их как будто не было, или, если точнее, их невозможно было пощупать: какая-то деформированность съедала и размывала все периодически возникавшие проростки.

В итоге – сюита в голове, пустоты в теле. Мир казался безграничным, человек – песчинкой, дела –пылью. Время растянулось на часы, увязло в одном пространстве. Сюжетов не было: они рождались где-то там, за гранью восприятия. Ватный диск играл мелодию флейты, и сюрриализм полностью овладевал каждым существом, предметом, клеткой – всей сутью живого и неодушевлённого разом.

Наконец-то! Вика вдруг увидела девочку, года полтора, не больше. Будто ангел, с чистым лицом, в бледно-розовом платьице, она стояла возле порога летней кухни, растерянно оглядываясь по сторонам.

- Ну, что же ты стоишь?! Надевай ботинки и вперёд! Догоняй! – крикнула с заботой о малышке молодая женщина.

В пяти метрах от них разбегалась ребятня, гогоча непонятно от чего. Непомерное детское счастье разливалось под солнечным дождём, заполняло каждый миг этого, казалось бы, обычного эпизода и улетучивалось вместе с ватагой мальчуганов в небытиё.

Вика сладко потянулась за ними, но тут же остановилась, как та девочка в бледно-розовом платьице. Что-то подсказывало ей, что она нужна здесь, прямо сейчас, на этой площадке…

Но теперь уже на кровати и наяву. Здоровой и радостной, искренней и целеустремлённой. Просто жить, просто любить, просто быть...