Глава 16 Эпилог

Первые два года «правления» Марта были самыми трудными для новой группы. Март переименовал «группу милосердия» просто в «милосердных». Вскоре их название стало нарицательным. Март забрал своих разведчиков и мотоциклы от сальвагеров. Сперва он принялся заниматься уже знакомым делом, разведывая разнообразные брошенные склады и базы. Многое полезное он отправлял в убежище, многое продавали сальвагеры. Март быстро рассчитался с долгами перед лидером и Настей. Он пытался нанять её команду, но они настаивали, что будут работать на милосердных бесплатно, только за покрытие издержек на припасы, топливо и ремонт техники.

Уже через полтора года Март полностью восстановил полную функциональность убежища, его людям даже удалось открыть некоторые запечатанные области с ценными грузами, припасами и… оружием…

Март начал готовить и формировать не просто группы, обеспечивающие заботу и уход за подопечными, постепенно он стал формировать настоящие военные формирования, готовые, в случае чего, дать отпор даже атакам карателей. Но Март был не дурак: он понимал, что как только милосердные с оружием выступят против сил столицы, на их устранение бросят все самые опасные элитные силы. Этого допустить было нельзя. Поэтому в тех крайне малочисленных случаях встреч с карателями отряды милосердных лишь стреляли в воздух, давая понять о своём намерении защищаться, в свою очередь каратели предпочитали не ввязываться в бой и спешно ретироваться. Военные силы нужны были для других целей. Далеко не всем было по душе, что на территории вокруг столицы начала образовываться новая влиятельная группировка. Остальные группы сальвагеров и некоторые мелкие бандитские группировки практически ополчились на милосердных. Изредка встречи с ними заканчивались кровопролитием, в основном со стороны сальвагеров и бандитов.

Через два года Март решил прибрать к рукам всю территорию города-призрака. Он практически сразу договорился о сотрудничестве с учёными. Более того, они даже сообщили Марту много ценной информации относительно природы, частоты и особенностей вспышек света. А вот нечистые оказались весьма крепкими противниками. Два года продолжалось их противостояние. Нечистые сразу распознали намерения и возможности милосердных и предпочли атаковать первыми. Более того, распознав желание милосердных заботиться о фарфоровых людях, нечистые даже начали намеренно похищать фарфоровых людей или устраивать засады в местах, где милосердные заботились о подопечных. Это приводило Марта в ярость. Он бросил практически все военные силы милосердных на то, чтобы окончательно разобраться с нечистыми. Пару раз нечистые даже вызывали подкрепление со стороны столицы, прибегая к своим связям. Но милосердные были к этому готовы. Используя разнообразные связи с подпольщиками, а также неплохие доходы от сотрудничества с сальвагерами, Март смог подкупить нужных людей, умаслить некоторых разожравшихся чиновников, в результате чего столица перестала вмешиваться в войну нечистых и милосердных. Нечистые остались сами по себе. Стоит ли говорить, что им быстро пришёл конец. Милосердные заняли весь город-призрак и получили доступ к самым лакомым заражённым.

Стоит отдельно отметить, насколько, оказывается, на поток был поставлен процесс лечения в богатой среде… Достаточно зажиточных заражённых в самом деле доставляли до города-призрака с комфортом. Их близкие даже могли в режиме постоянной связи осведомляться о заботе нечистых об их родственниках. Само собой, подобная забота влетала им в копеечку. Многие с облегчением выдохнули, когда весь этот бизнес перешёл в руки милосердных. Объём поборов существенно сократился, зато Март приобрёл многих влиятельных соратников и оброс многими связями даже среди приближённых к правящим элитам столицы. Наконец милосердные могли больше не переживать о конфликтах или контактах с карателями. Большая часть этой структуры уже была должным образом умаслена или, в редких случаях, вообще находилась в долгу у милосердных. Грамотное умерение аппетитов в пользу взаимовыгодного сотрудничества порой творит чудеса и позволяет достичь куда большего, чем маниакальное стремление лишь к всепоглощающей наживе.

Через девять лет труда Март наконец смог добиться полного воплощения своей мечты. Фактически он создал полноценный, защищённый на каждом этапе процесс, позволяющий обеспечивать практически гарантированное исцеление всех больных фарфоровой чумой. Он даже смог организовать систематизацию и каталогизацию попадающих под заботу милосердных людей. Всё было направлено на то, чтобы каждый заражённый, доставленный в город-призрак, имел шанс на спасение.

Март даже начал пытаться воздействовать на машину пропаганды столицы с целью уменьшить количество людей, становящихся жертвами центров попечения. Но эта вершина оказалась существенно более тяжёлой в освоении. Ещё долгие годы сотни людей каждый год гибли в безжалостных печах столицы. Зато Март смог найти источники дополнительного финансирования, чтобы поддержать работу группы учёных, он всеми силами старался помочь их работе, чтобы однажды найти полное излечение от фарфоровой чумы.

Однако несправедливо будет приписать все заслуги исключительно труду Марта. Весь путь развития милосердных всегда поддерживался и чутко направлялся мудрыми советами и наставлениями Лидера и престарелого главы группы учёных. Конечно же, Март не всегда прислушивался к советам и увещеваниям мудрых наставников. Но, пройдя через несколько особенно болезненных провалов, случившихся из-за небольшого самодурства Марта, когда он решил отринуть помощь своих учителей и пойти, как ему тогда казалось, единственно верным путём, всецело оценить правильность которого может лишь он сам, ситуация поменялась. К счастью всех милосердных, всего двух болезненных ошибок хватило, чтобы их лидер убедился, что он не всесилен и нуждается в мудрости и наставничестве старшего поколения. Впредь он внимательно и уважительно принимал советы и в редких случаях даже руководство от своих учителей. Чем дальше, тем всё мудрее и опытнее становился Март.

На десятый год группа Марта настолько разрослась, что в рядах милосердных наметился раскол. Уже более двухсот человек ежедневно трудились как шестерёнки в отлаженном механизме. И уже начались проблемы с коррупцией внутри самой системы. Выяснилось, что некоторые, особенные ушлые, милосердные начали приторговывать своими услугами через разнообразных подпольщиков. Ярость Марта была безмерна: он жестоко покарал этих нерадивых «предпринимателей». В свою очередь это подняло волну недовольства среди примерно трети милосердных, чьи помыслы были, вероятно, не так чисты и бескорыстны, как у остальных.

Когда-то давно деятельность милосердных была полностью построена на идеологических стремлениях: работы было так много, что каждый был вынужден выкладываться на все сто, чтобы обеспечить выживание дела всей их жизни. Но чем больших успехов достигала группа, чем более вольготные условия труда они стали способны себе позволить, тем больше росло идеологическое разложение. Самые худшие из милосердных, само собой, первыми подпали под тлетворное действие комфорта и безопасности вкупе с привлекательными запретными возможностями. Март не знал, как справиться с этой ситуацией, время от времени он терялся, не зная, кому он может доверять и на кого в самом деле может опереться…

Он боялся худшего: он страшился, что если его не станет, то дело всей его жизни превратится в капище прохвостов и воров, гонящихся за собственной наживой. Он так до конца и не смог справиться с этой проблемой…

Но через двенадцать лет произошло столь долгожданное событие… Вика наконец возродилась. Всё это время после каждой вспышки Март старался прибыть к её группе, чтобы однажды найти её в числе пробудившихся. Время шло, но она всё не пробуждалась… Временами Март уже отчаивался, но потом вновь набирался сил и решимости. Он ждал. Само собой, периодически в его жизни проскакивали скоротечные отношения с различными женщинами, но его сердце всегда было преданно и ждало возвращения Вики. И вот долгожданный день настал!

Вика возродилась от своего фарфорового заключения. Как и многие до неё, она практически ничего не помнила о своей прежней жизни. Март и два его лучших психолога неустанно работали с ней, чтобы помочь восстановить память. Через неделю она вспомнила своё имя, а через три недели вспомнила Марта. Их радости не было предела. Практически всё время они проводили вместе. Ещё через месяц её память уже практически полностью вернулась к ней. Она не переставала восхищаться и восторгаться успехами, которых за двенадцать лет неустанного труда смог добиться Март. Через четыре месяца после возрождения Вики они поженились, а через двенадцать месяцев у них родился ребёнок.

Постепенно Вика вникла во все дела и стала верной соратницей Марта, его правой рукой. Как никто другой, она чувствовала эмоции возрождавшихся от заключения людей, ей не было равных, особенно после прохождения обучения и серьёзной подготовки. Она была способна будто бы читать мысли людей. Через несколько лет неустанного труда благодаря ей оказалась практически решена проблема разложения внутри милосердных. А ещё через пять лет впервые появилась крохотная надежда на нахождение лекарства от фарфоровой чумы.

Милосердные выяснили, что, вероятно, причины появления на Канье фарфоровой чумы следует искать на других планетах сектора. Как оказалось, некоторые учёные сектора уже занимались изучением древних технологий, которые как-то могли быть связаны с проклятьем, поразившим Канью. Март смог добиться того, что учёные Каньи получили доступ к некоторым результатам исследований этих древних технологий. Подробный анализ полученных данных позволил ученым милосердных выдвинуть несколько смелых теорий. Возможно, ещё чуть-чуть, и они смогут определить хотя бы возбудителя болезни…