Вия-Ветерок. Эпилог

Можно ведь рассказ закончить и без эпилога, формат того не требует.
Но я решил завершить повествование отдельной частью по ряду вновь возникших обстоятельств и не определённого замысла...

Вия практически перестала выходить. Тут сказались несколько причин.
Во-первых, после переезда возникло громадное количество чисто хозяйственных забот в обустройстве нового места обитания большой семьи, которая съехалась, –– вывоз старья и мусора, косметический ремонт и снова уборка в доме и на территории,
изучение окрестностей и т.д.
Во-вторых, её, уже ослабленный недавно перенесённой модной болезнью организм, после бесчисленных хлопот
с продажей-покупкой-переездом… несколько надломился, и она приболела снова.
Ну, и на фоне всего этого она болезненно восприняла чисто семейные неурядицы, которые естественным образом проявились, когда люди съехались, но границы взаимного влияния только начинают выстраиваться, и не всегда это лёгкое занятие выяснять –– кто в доме хозяин…
Вот, что она написала:
–– Да, устала и немного не в настроении… хлам вокруг аж в четырёх сараях, прежние хозяева ничего не вывезли,
а мусор –– так по всем углам и двору.
Под снегом-то не видно было... а теперь, как всё выползло –– ужас.
Самосвала два вывезла на себе, и ещё один будет. Кости, мышцы –– ноют, голова болит. 
Надорвалась, а мусора ещё много + огород уже пора вскапывать, ремонт в доме. 
Времени читать –– только перед самым сном.

Но есть у Вии и четвёртая причина для негативного состояния.
Ведь один из членов семьи временно не просто отсутствует, а неожиданным образом оказался в центре небывалой заварухи,
для употребления в народе названной специальной операцией.
Эту тему мы даже и не обсуждаем с ней, потому как настали времена абсолютно умопомрачительные и отчасти даже зубодробительные,
но и без того я знаю, что будучи контрактником, тот родственник находился на территории Крыма ещё до того как…
и усиленно там готовился, как и все прочие в нескончаемых манёврах..., даже в сюжет по телевидению попал однажды, и я его просмотрел.
Но в его личных и ближайших планах было скорейшее завершение службы и возвращение в родные пенаты, а никак не что-то сугубо противоположное.
Теперь возвращение зависло под знаком пугающе огромного вопроса, ведь сколько месяцев может продлиться специальная операция,
вряд ли знает даже тот, кто всю эту кашу заварил… задепрессуешь тут, короче.
Армагеддон пришёл,… мы это долго обсуждали, но так быстро не ожидали… впрочем, абсолютное большинство этого
даже и не заметили до сих пор.

И вот после такого краткого вступления я вдруг продолжу не про Вию вовсе.
Неожиданным образом захотелось мне в эту историю вплести ещё один небольшой сюжет и переписку с бывшей одноклассницей из соображений совпадения тематики.
Итак, переписка с одноклассницей… а учился я аж в трёх разных школах, но  дольше всего в средней школе –– №3  г. Новосибирска,
по пути в которую из дома я неизменно поворачивал с улицы Урицкого на улицу Октябрьскую, огибая деревянное строение,
в котором располагался "Сибирский народный хор".
Это важное замечание, так как ни Сибирского хора, ни Молокозавода, что находился в те времена на противоположной стороне от Хора –– уже там нет.
Более семи лет отходил я одной дорогой в ту школу, и все эти годы в одном со мной классе училась девочка –– назовём её для краткости просто Ира.
Но за все те почти восемь упомянутых мною лет, нам как-то не удавалось с ней «пересечься» в интересах, ну хотя бы разок, ну никак, вообще… бывает и так.
И вот через много-много лет случайно, уже естественно под другой фамилией, взрослая женщина, живущая в большом уральском городе, открыла мне свою историю прихода к Вере.
Ира до этого прочитала несколько моих рассказов и откликнулась на один из них. 
А рассказ тот был посвящён моим изысканиям и воспоминаниям о своих предках. 
И вот, что она написала тогда, и какой у нас произошёл обмен мнениями после этого.
……………………..
     Ты знаешь, я храню семейные реликвии и тех, кто ещё жив, и тех, кого уж нет: письма, открытки, записки, рисунки…
Иногда достаю коробку –– возвращаюсь в прошлое.
Вот теперь мы сожалеем, что вовремя не расспросили тех, кто ушёл навсегда, а что-то просто "пропустили мимо ушей", не придали значения даже тому, что было нам поведано ими...
у нас остались теперь только старые фотографии и письма, да ещё недоумение, почему же я не расспросила об этом… или о том... столько необъяснимого иногда выплывает из их прошлого, и хотелось бы знать, чтобы лучше их понимать, да и себя саму. Да вот поздно уже.
Ты вот –– молодец, записывал воспоминания, но ты был близко, а я, когда  вышла замуж, уехала  в Челябинск.
Возможно, хоть поэтому мне простительно, что виделась потом с родственниками очень редко, хорошо, если раз в год.
А в такие редкие наезды всегда находилось много разных дел, встреч, застолий,…
только до глубоких и сокровенных разговоров времени не находилось.
У меня обе бабушки были глубоко верующими.
Одна жила (вместе с дедушкой) –– с нами в Новосибирске, а другая –– в Воронежской области, где мы бывали детьми (с сестрой) совсем редко, но в воспоминаниях осталось, как рано утром, если я неожиданно просыпалась, то видела, как бабушка молилась, стоя на коленях перед образами.
Царствие ей Небесное!

В Новосибирске –– у другой бабушки, была старинная икона, которая всегда открыто стояла на комоде.
Бабушка ходила в Турухановскую церковь (на улице Советской) –– это её старое название, иногда она брала и меня с собой.
Бабушка с ещё одной нашей родственницей (моей тётей) обязательно посещали ночные службы в Вербное воскресение и на Пасху.
И помню, когда мы с сестрой утром только просыпались, они уже возвращались из храма с освященными выпечкой, яйцами или вербочками.
А отец наш в Пасху старался поднять нас пораньше, чтобы мы посмотрели сквозь закопчённые стёклышки «как солнышко играет» на восходе и, поднимаясь «из-под земли», переливается, словно живое.
Я часто, находясь поблизости, слышала бабушкины молитвы, знала, что она писала записки о здравии и упокоении... она иногда рассказывала нам, но ненавязчиво, к какому святому можно обратиться и советовала в трудных ситуациях просить о помощи Богородицу.
Потом началось моё самостоятельное познание мира через книги.
Я читала  Блаватскую, Рериха, Клизовского, Лазорева и других. К счастью, всё прошло.

Я: Вывод неожиданный!

–– Это про познание мира! То был путь интересный, но –– не верный… длинная дорога чужих заблуждений и фантазий, но я открыла для себя настоящую дорогу к Истине.
Я: То есть ты –– твёрдо и канонически православная? И весь мир теперь у тебя –– по Ветхому Завету? Или нет? Церковь ведь тоже идёт в ногу со временем...
–– Это государство должно жить по Ветхому Завету, а люди –– по Новому Завету.
А про себя скажу так… ты, наверное, слышал  выражение «есть прихожане, а есть захожане». 
Так вот я пока –– захожанка.

Я: Понятно. Ну, а я –– вообще, внецерковный, хотя крещёный, и внука с детьми крестил. Но ведь это из соображений не столько веры, сколько еле теплящихся традиций, да и по настоянию близких, конечно.
Веры вокруг, увы, не наблюдаю. Моё твёрдое убеждение, что русские минимум наполовину ещё язычники.
В нас перебор по части суеверий самых различных.
Удивительно, но даже наши бабушки меньше им следовали, у них же не было интернета со всей этой несусветной чепухой, а достаточно суровая необходимость выживать своим трудом поневоле делала их «просвещенными» в вопросах познания окружающего мира.
Некогда им было предаваться пустым вымыслам и шизоидным фантазиям, чем столь увлеклись следующие поколения.
Но Вера в Бога ещё жила где-то в подсознании, в корнях. И вот моя прабабушка (Мама-стара) –– единственная, которую я успел застать в живых из всех пращуров, была верующей, хотя даже и её сильно к тому подвигла сама жизнь –– к Богу, как к последней надежде.
А причины этого куда как значимы: сначала в 37-ом увели прямо из дома её мужа и расстреляли аккурат под Новый год.
Потом всех трёх сыновей забрала в кровавый передел война, а выдернуть из неё она смогла только одного, израненного уже…
станешь тут Богу молиться.
Остальные в родне у нас придерживались церковных праздников в большей степени, как поводов к застолью... что ли?
Мне тоже нравились крашеные яйца и кулич-«пасочка» –– вкусно, красиво.
Но икона в доме была только в комнатке прабабушки, да и молилась она в полном одиночестве.
Она никаких усилий в отношении нас (внуков и правнуков) для приобщения к Богу не делала, и правильно ––
тогда бы она вряд ли чего-то добилась.

В храм (Вознесенский собор) я зашёл впервые на Пасху весной 1971 года, почти семнадцатилетним.
Попал туда совершенно случайно и угодил на Всенощную.
С вечера, (а он был удивительно тёплым), гуляли мы с другом, который жил в доме напротив той самой, как ты пишешь,
Турухановской церкви.
Зашли просто поглазеть да и «застряли» там, что-то захватило нас, сначала как зрелище, но потом почувствовали какую-то одухотворённость в людях вокруг и простояли почти всю службу.
Даже не в церкви самой, а на подворье. В храм-то было и не зайти –– людей оказалось на наше удивление так много,
что заполонили всё окрест.
Потом мы ещё каких-то девчонок проводили домой ближе к утру, они тоже на Всенощную забрели случайно…
и что меня удивило, –– когда я заявился домой уже утром, мама встретила спокойно, хотя я её не предупреждал, а о телефоне домашнем и не мечтали тогда… и вот я впервые так загулял.
Но мне достаточно было сказать ей, что я отстоял всенощную в церкви, и всё… спокойно улёгся на диван и долго спал умиротворённый.
А потом как-то вот долго-долго было не до Бога.
При этом я сам много размышлял смолоду на тему верований и роли вероучений, которые, безусловно, сыграли положительную роль в цивилизационном развитии.
Христианство, думаю, в сути своей –– нужная для человечества идеология даже сегодня, когда всё остальное разрушили до основания.
Жаль, настоящих Патриархов нет ни в государстве, ни в Церкви.

–– Священники говорят, что у тех, в чьих семьях были истинно верующие родственники, обязательно станут верующими,
хотя они про это ещё не знают.
      Не могу с тобой согласиться про Патриархов в Церкви, особенно про наших святых.
Если найдёшь время, почитай о них: Иоанн Крестьянкин, Серафим Саровский, Сергий Радонежский, Матрона Московская,
Ксения Петербуржская и т.д...

Я: Понимаю тебя, только я ведь говорю о живых, несущих не только слово Божье, но и являющих пример служения не только Богу, а и людям.
Думаю, я не единственный, кто таких фигур не наблюдает. На виду-то греховодники, рвачи, хапуги, да и лицемеры знатные.

–– Согласна, поэтому я много лет уже не смотрю ток-шоу и новостные программы, да и детективы тоже.
Однако, телевизор оказался не без пользы.
Ещё давно, читая Евангелие, я многого не понимала. Не доходили слова, не то что до сердца, но просто до восприятия, и некоторые смысловые тонкости терялись в обилие текстов.
Но вот когда появился канал «Союз», там ежедневно шли программы: «Читаем Евангелие вместе с церковью», по 15 минут всего.
И многое стало открываться, а отрывки из Святого Писания великолепно разъяснял священник Анатолий Куликов.
Лучше и душевнее, чем у него, я больше не слышала.

Я: Слушал и я одного богослова –– Осипова Алексея.
Наверное, три-четыре его лекции в Московской Духовной Академии как-то видел в трансляции на этом канале.
Натыкался на них каждый раз по случаю, не регулярно, но интересные мысли у него слышал, а иногда очень неожиданные выводы.
С точки зрения общих этических норм и морали я во многом с ним соглашался мысленно.
Но, когда видишь «живую» церковь и особенно нашего падре –– Гундяева, то от РПЦ как-то меня отворачивает.
И вспомнишь патриарха Алексия II. Алексий был всё же –– личностью одухотворённой и нравственно притягательной.
Ему я верил, как православному духовнику.
Его уход именно в 2008 году, когда у кого-то вдруг в мозгу перещёлкнуло, думаю, совпал по времени не случайно…
Ну, а Кирилл…? да лучше ничего не буду.

–– Но мы времена не выбираем. Люди грешат и не хотят изменяться, отсюда происходило и происходит то, что мы видим.
Полной Справедливости на ЗЕМЛЕ не было до нас и не будет после, наверное.
И когда мы видим её (несправедливость) и понимаем, что мы её видим, то душа негодует.
Но изменить мир не в наших силах. Всё уже сказано в "Апокалипсисе".

Я:
Не стало мятежных и стойких идейно, но много –– привязанных накрепко к деньгам.
Делец побеждает, ему рукоплещут, ведь мир, как известно –– не вечный, но –– вещный.

Вывод твой, Ира, не оригинален и не близок мне по его внутреннему отрицанию борьбы, хотя бы и за справедливость.
Другое дело, что и само это понятие –– Справедливость, не трактуется всеми одинаково.
Но вдумайся в свои слова: видим, понимаем, негодуем(!) и ничего не можем изменить… то есть терпим и подчиняемся?!
Во что и для чего тогда Вера?
Сатана ли постарался или кто-то ещё, но все понятия настолько потеряли свои границы, что любой грех можно легко выдать за благодеяние, а преступление –– за подвиг.
Сводить всё к «Апокалипсису», как неизбежному предначертанию будущего –– это путь для человечества в пропасть, а ведь известно, что Писание пришло ещё из времён Царей и рабов.
Об этом стоит помнить сегодня. И понимать, кому удобно нас за рабов и держать, а то и за безмозглых баранов.

–– Работать для Бога, и значит –– быть рабом Божьим. 

Я: Рабом Божьим –– возможно, но не пресмыкающимся перед власть предержащими и безропотно работающим на «чужого дядю».
А Церковь норовит уравнять с богом любых властителей и наделить их правами Царей.

–– Ну, не совсем так. Если вспомнить времена после революции, то одно из первых дел новой власти ––
уничтожение храмов, священства и веры.
Далее годы репрессий, расстрелов огромного количества священников и их семей.
Даже Хрущёв обещал миру показать последнего священника в СССР.
Нас хорошо учили и воспитывали в семье, в школе, но мы тогда мало или почти ничего не знали о православии.

Я: Твою историческую трактовку понял и принял.
Да, власть и Церковь жили в разные времена по-разному.
Безусловно, времена гонений, времена активного безбожия насаждались и сверху, и не только при коммунистах,
кстати, иначе откуда бы взялись староверы.
Цари, возможно, погубили и более священников, ну и «отступников» заодно.
Мы, как поколение, попали в переход от одного положения дел в другое, и не поймёшь, когда было понятнее и главное ––
нравственно благоприятнее как для общества, так и для самой церкви, если считать её истинно Божьей.
Поэтому я ближе к атеизму, чем к православию, или любой иной религии.
Бог даже не дал людям единой Веры и трудно, вообще, одним божественным провидением, Творением ––
объяснить всё устройство физического мира, Вселенной.
А в мире людей и того хуже, там слишком много такого, что не то что не увязывается с чистой религией, но вопиюще противоречит всякой… разве что кроме сатанинской.

У меня возникает уже почти философия, что Бог –– это именно то, что только между людьми и в их сознании может возникать.
Это близко к идеям Вернадского о ноосфере, но в другой плоскости.
В том смысле, что когда-нибудь идея Бога, как Верховного Судьи дел человеческих станет всеобщей, осознанной большинством.
И только тогда Человечество в целом сможет жить по Единому Закону, объединив свой разум и нравственные ориентиры.
Но это перспектива далёкого будущего.
А сейчас мы наблюдаем тенденцию вполне фантастическую, что таким Богом уже хотят сделать искусственный Разум.
Но это крайне опасный путь, по которому более вероятно прийти не в Царство Божие, а в мир Сатаны, где мы отчасти и находимся уже.
И это тоже Большой Вопрос к Богу.

–– Что ж, у каждого человека своё понимание и свои пути.
Но Благодать послать людям  может только Бог. Душа человека –– христианка, по сути своей, хотя не всегда люди это понимают.
Поэтому Бог помогает осознать это. В данном случае (у тебя и тебе самому) –– через стихи!

Я:…чтобы принять Благодать, людей надо как-то немного будоражить, дабы Царствие Небесное не заслоняло им своей сияющей перспективой возможности создавать Царствие Справедливости здесь на земле грешной, где за благодать часто принимаются
богатство и власть.

–– Хотелось бы! Люди не совершенны, но как нам радостно, когда в нашем окружении есть честные, справедливые и порядочные.

Я: … ну, вот тебе, как верующему человеку, возможно, проще в этом смысле, что существует какой-то круг общения с единоверцами по духу.
А я вот совсем недавно побывал в самом центре таких событий, где доблестная полиция ярко и впечатляюще продемонстрировала наше скорое будущее, да и настоящее уже...

––  «Покайтесь, ибо приблизилось Царствие Небесное!» слова из Евангелия.
Это призыв Христа. Он не говорил о построении Рая на Земле.
Народ встречал его с пальмовыми  ветвями, устилал перед ним дорогу и кричал «Осанна Вышнему» в надежде, что он станет земным царём и настанет их время благоденствия... без покаяния, без изменения образа  жизни. Христос-то говорил о Царствии Небесном!
И уже через неделю эти же люди кричали: «Распни его!».
Об этом написано во всех четырёх Евангелиях, а также в «Ветхом Завете» и у пророков.
Мы видим несправедливость в нашей жизни, поэтому мне понятны и близки твои произведения –– стихи и рассказы.

Я: Мне, кажется, твои слова применительно к поступку Христа, что «Он не говорил о построении Рая на Земле» –– несколько противоречивы и даже кощунственны, но многим удобны, как ширма от действительности,
в которой /вертикаль власти ушла до таких Небес, чтобы никто –– к ней причастный –– на землю уже не слез/.

Иисус боролся за справедливость в человеческом обществе, поэтому и был распят. Это моё христианское убеждение.
Уж этого из Библии не удалишь. А выводы пишут не апостолы, а переписчики-церковники.
Им-то нужна послушная, абсолютно покорная паства.

–– Христос пришёл в мир с Новым Заветом и чтобы взять на себя все грехи людей (смыть их своей кровью),
он знал, что его смерть будет на Кресте.
Все люди после смерти попадали в ад –– и грешники, и праведники, в том числе и Лазарь, которого он очень любил.
И только после своей смерти,
Христос спустился в ад и вывел из него праведников, «Смертию смерть поправ».

Я: Ну, это Библейская легенда… вот про покаяние, про осознание грехов,… в этом много смысла.
Здесь общество как раз мертво, оно к этому неспособно, не сподвигнуто, а не осознав прошлых грехов, марширует к новым.
Вообще-то чудо оживления Лазаря никак не утверждает веры в Царство Небесное. Лазарь уже ушёл туда, и если он был безгрешен настолько, что его полюбил Христос, то попал бы в рай рано или поздно.
Вернув его к жизни, Христос не даровал ему жизни вечной, а лишь проявил свою божественную силу. В этой притче я вижу противоречия смысловые.
Поэтому вера в Царствие Небесное, в рай –– трактуется иногда, как отрицание самой жизни и призыв к самоубийству, что некоторые проповедники не раз уже и практиковали в истории религий. Сколько существовало таких «умерщвляющих» сект!
А Христос проповедовал справедливость здесь –– при жизни на Земле.
И БОРОЛСЯ, противостоял, за что и получил КАЗНЬ земную.
Но верующим почему-то упорно внедряется мысль про Царствие непременно Небесное.
А здесь… ладно, –– смиримся, перетерпим, проживём и так, не такое видели, перебьёмся как-нибудь, отмучаемся… это бесконечный смысловой ряд истовых терпил.
   Мы строим жизнь и сами же ломаем, а после плачемся и говорим –– Судьба!
   И этим лжём, ведь ясно понимаем, что на поступок-то душа была –– слаба.

–– Ведь даны были первые заповеди (ещё Моисею), а потом и Христос учил,  как жить без грехов.
На всё воля Божья! «Не как я хочу, Господи, а как ты  хочешь!»
Да, никакие материальные блага не могут и не должны помешать поиску Бога! Каждый пройдёт свой путь.
Бог поругаем не бывает. Лет 13 назад прочла книгу «Не святые святые» Шевкунова.
И нашла там много ответов на свои вопросы.

Я: …лет 13 назад, может быть, и я почитал по твоему совету Шевкунова, чью книгу ты похвалила, а теперь вот твёрдо скажу ––
не читал и вряд ли возьму её в руки даже… насколько мне известно, автор является духовным наставником нашего господина ВВП,
а это для меня очень плохой знак.
Хотя тому назад… возможно, в их головах ещё было что-то духовно совместимое с моими представлениями о добре и зле.

–– Я об этом ничего не знала тогда, возможно, и автор верил тогда в иные истины. Но читать книги духовные не перестаю с давних пор.
Как только разберусь с новым урожаем, так снова пойду в свою любимую православную библиотеку за стопками книг.
И буду читать сразу по две книги, почему-то привыкла так с детства.
Хочу рассказать тебе один эпизод, связанный с нашей библиотекой.
Эта библиотека находится при храме, заведует ею матушка одного из священников (жена).
Очень приветливая, разговорчивая. Частенько мы с ней беседуем, пьём чай. Я приношу варенье, кто-то приносит конфеты или печенье...
И вот в одно из таких чаепитий, зашёл к нам отец Владимир (её супруг).
И начал он вдруг рассказывать, как несколько лет назад они находились в Новосибирске и занимались восстановлением храма на улице Октябрьской!? То есть в том здании рядом с нашей школой, где, как ты знаешь, размещался «Сибирский народный хор».
И вот он рассказывает о работе по восстановлению храма, а у меня текут слёзы.
Никто не знал даже, что я сама из Новосибирска. У меня было такое волнение, что я ничего толком и объяснить-то им не смогла.
Только в следующее своё посещение мы с матушкой Ларисой поговорили обо всём в подробностях.
Это особенно впечатлило меня из-за того, что рассказ отца Владимира случился буквально через несколько месяцев после моей последней поездки с внучкой в Новосибирск.
И мы с ней ходили к нашей школе, а на обратном пути я и увидела восстановленный храм Покрова Пресвятой Богородицы.
Конечно, мы зашли с внучкой внутрь.
И понимаешь, зашли с ней… а мне уходить не хотелось, не знаю даже почему.
Обошли все иконы, посидели на скамейках. Возможно, просто и оттого, что на улице стояла июльская жара, а внутри деревянного храма воздух напоен запахом свечей и бревенчатых стен, упокоением от уличной суеты и прохладой. Благодать!
И, конечно, было радостно ещё раз повстречаться с детством! Мне всё это щемяще знакомо, мы  ведь жили на улице Революции, один вход во двор был с Горького, а другой с Революции. Это же мир –– Мир нашего детства.

Я: Да, история твоя из редкостных, но как бы и предопределённых. Ведь у вас в семье православие было с детства –– ты им «вскормлена с молоком».
И вот «встреча» с Храмом Богородицы, тем более вещая, что к помощи Богородицы тебя ещё бабушка направляла,… а ведь и не знали мы, не догадывались, что рядом совсем, по пути в школу, проходили мимо бывшего Храма её имени.
Кстати, теперь там тоже есть хор, детская студия пения и ещё воскресная школа для детей, в том числе и для глухих.
Так что Церковь может делать много полезного и здесь на земле, не отсылая все упования только в Царство Небесное.
...........
Такая вот переписка…
По времени она состоялась в ещё относительно благостные времена –– до «ковидлы» и всего прочего…
А когда я закончил третью часть рассказа «Вия-ветерок», то первую часть отправил Ирине на рецензирование.
Она в сети появлялась редко, и ответ пришёл не сразу, но он был неожиданно резким по тону.
Смысл его, если кратко –– звучал так: Зачем ты пишешь такую жуткую историю, зачем эта бесовщина?!

По горячим следам обмен мнениями с Ирой не состоялся, и я тогда ещё только намечал 4-ю часть, но эту рецензию на 1-ю довёл до сведения прототипа, и Вия эту резкость в оценке рассказа восприняла сравнительно легко, не пожелав вступать в ярую полемику.
–– «Каждый имеет право на своё мнение…»,–– как бы не о чем и спорить.
Я же со своей стороны просил потом Иру прочитать все три готовые части и написать по возможности подробнее, в чём она усмотрела бесовщину.
Понятно, что Вия честно изложила длинный путь своих поисков, как они уводили её ещё дальше, чем саму Иру, от Истины,
иногда в абсолютно тёмные стороны…
Но ведь Ира тоже не сразу «нашлась».
Те же книги Блаватской, Рериха и прочих, которыми она увлекалась, раскрывают совсем не канонические, не библейские взгляды на Бога и ярко демонстрируют, сколь разнообразны мировые религии в своём понимании Божественного начала и в отношении человека с Всевышним, какое бы имя Ему не присвоили люди.
То, что Вия отрицает религии вовсе (и что близко мне), не означает отрицание ею Бога.
Но они обе пришли в результате к одному Богу и к Святому Писанию.
Более того, за Бога, за Имя Его именно Вия готова сражаться! И сражается по мере своих возможностей.
Например, хотя бы и со мной, да и не только…
В чём же разногласия между ними, если они обе называют себя вполне осознанно рабами (рабынями?) Божьими?
Вия всегда тверда в этом своём призвании, а совсем недавно она написала мне вновь об этом:

–– Раб… я не вижу в этом слове рабства подневольного. Раб от слова работа, думаю так. Или если батрак, тогда что?
Да, раб… работать на Бога, и только так. А на кого ещё? Он зачинщик всего...
Землю Он сотворил для дел человеческих: работать на ней, насаждать, плодиться...
Так зачем нам пугаться слова раб? То проделки Люцифера –– испортить отношения человеков с Творцом...
Если бы ты подарил сыну участок, то чему бы ты был рад  –– чистому ухоженному саду или свалке на нём?
«Это тебе, сынок, дар от меня, работай, корми семью, и наслаждайтесь плодами трудов своих».
И, конечно, ты бы всё же в душе ожидал благодарности от сына своего.
Вот эта РАБОТА, как ПЛАТА, и она же –– любовь и благодарность Дарителю.
Потому и спасённых, от сердца любящих Его, будут единицы –– что нет этой работы, этой благодарности на Земле.
Армагеддон давно начался, но не замечает человек его...
И голод уже пришёл, но как голод –– духовный, так пишет нам сам Творец: «Будете есть, а наедаться не будете». (Библ.)
Это из последнего обсуждения от Вии на моё «Весна на дворе».

Мне хотелось свести мнения Иры и Вии воедино в заочной дискуссии, но Ирина не отвечает давно… причин этого не знаю, времена изменились.
Сначала они там всей семьёй сильно переболели, а потом началось то самое, чему названия нет… тут уже не до чтения, возможно.

Но я написал этот Эпилог всё же, если не для чтения, то для собственного размышления.
Потому что в этом, лишь слегка обозначившемся противостоянии между двумя верующими людьми, увидел, насколько наглядно вырисовывается в нём картина духовного раскола нашего общества.
Я уверен и даже знаю, что им обеим проще общаться со мной и понимать мою позицию условного «Фомы-неверующего»,
чем понять друг друга, притом, что верят и молятся они обе одному и тому же Богу.
Они не противостоят даже на уровне Церкви, потому что Вия вне её, а Ира всего лишь «захожанка»… и тем не менее.
Диалог между ними трудно представить, примирение –– тем более, но оно ведь должно же быть!
И я было попытался подвигнуть их к этому, но пока неудачно.
Но это и характерно для всех нас теперешних: каждый слышит только своё, да и своё-то уже сказать опасается...

   Неужели это станет в обыкновении, что ни с кем, ни о чём –– в откровении,
   даже с попутчиком чисто случайным –– за чаем?   

..........
Хотелось бы закончить рассказ каким-нибудь оптимистическим пассажем,
например, такими словами-клише, что Добро всё равно победит Зло…
Но я думаю (про себя), а ты сам-то в это веришь? Теперь вот…
Почему собственно Добро непременно победит в мире,
где разрушены, размазаны, я бы даже сказал –– залиты кровью границы между Добром и Злом;
где большинство людей этих границ давно совершенно не различают, даже и не догадываются, по каким таким приметам или критериям отделять им Добро от Зла;
где пресмыкаясь перед отъявленным злом, потакая ему, служа ему –– многие умудряются уверенно относить себя к силам светлым… вопросы, вопросы, вопросы…
А Дьявол где-то в своём подземном царстве радостно ухмыляется, озирая содеянное людьми, и потирает свои грязные ручонки…
или у него непременно, по-вашему, должны быть копыта и хвост?

Наша История ещё только пишется
в несгораемые цифровые скрижали,
но туда ли она, заблудшая, движется,
чтобы потомки нас уважали?
..........


Иллюстрация заимствована
с Яндекс-ресурсов