Словесный нокаут. Радуются тогда, когда хотят

       Разговорная речь, доносившаяся до Анны через закрытую дверь помещения,
  слышалась вполне реально, но стоило ей потянуть её на себя, как разговор
  резко прекратился и Анна, войдя в небольшую комнату, являющейся регулировочной
  мастерской, почувствовала напряжённую тишину, скрывающую обсуждение её персоны.

      Она не удивилась этому.  Её личность была обсуждаема по всем направлениям:
  бытовом, интимном и родительской способности.
     С лёгкой руки, когда-то являющейся её подругой, Анна слыла неумехой
  практически во всём.   И, естественно, такая характеристика личных способностей
  Анны не лучшим образом отражалась на контрольных выводах   её трудовой
  деятельности.

     Предвзятый контроль вёлся бывшей её подругой Лидой, назначенной старшим
  техником и, естественно, проверка  месячного плана Анны осуществлялась с такими
  придирками, что можно было предположить причастность этих приборов в работе
  космической станции, но не как в обычном автозале связи.

     Так получилось: на работу в эту мастерскую Анна с Лидой    устроились
  одновременно года три назад.   Но, по каким-то, скорее всего внешним признакам,
  Лиде досталась должность старшего техника, определив Анну к ней в подчинение
  обычным  регулировщиком приборов.

     Ну, назначили, так назначили: Анна даже не думала обижаться на такое
  распределение должностей и, вникнув в производственные особенности, безропотно
  выполняла работу не хуже других работников мастерской, работающие уже давно
  и имеющие навык и опыт побольше Аниного.
     Опыт в производственных делах имеет немалое значение и Анна- менее опытная-
  еле успевала делать необходимый месячный план.
    Когда у некоторых, более опытных работниц, время отведённое на план, даже
  оставалось... и использовалось в личных, не очень благовидных целях.

     А так как план выполнялся в строгом соответствии закреплённого оборудования,
  которое в своём рабочем использовании нагружалось не одинаково, то оказалось
  что за менее опытной Анной было закреплено оборудование, которое использовалось
  очень активно и значит: ремонт и регулировка ему  требовалось  больше.
     Заметив и потерпев несколько месяцев такую несправедливость, Анна подняла
  вопрос о перераспределении оборудования.

    Естественно, таким новшеством были не довольны те, кто много рабочего времени
  тратили в курилке или в закутке, поглощая казённый спирт, предназначенный для
  чистки контактов.
     Но как не крути,  а требование имело   основание и  справедливость
  восторжествовала: требование было удовлетворено.

     Конечно, революционное новшество Анны очень бурно обсуждалось за глаза,
  когда её не было рядом или в курилке, куда ныряли практически все из коллектива
  мастерской, кроме... кроме Анны, которая не то что не курила, она не выносила
  даже запах табака.
     Вот уж там её косточки обсасывались очень подробно.  Так или иначе, но
  у бомонда их общества появилось новое мнение об "этой тихуши" Анны, а она
  об этом как-будто не догадывалась: "Пусть думают, что хотят, время покажет
  на чьей стороне правда".

     И то -верно.  На самом деле Анна не была неумехой и работу свою выполняла
  в точности нужной инструкции, но... как бы она не старалась, всегда оказывалась
  в отстающих.
      Но странным образом эта "отстающая" оказывалась победительницей в
   производственных конкурсах, итоги которых определялись по номеру, присвоенному
   данному конкурсанту, а не по фамилии, коротая была неизвестна жюри.
     Вот так.  Обезличенная Анна выходила победительницей в конкурсе, но...эти
  её достижения никак не отражались на справедливости последующих  проверок её
  обычной, плановой работы,   которая велась с тем же мастерством, что и на
  конкурсе.      Непосредственное начальство опять относилось к Анне предвзято.
 
     Анна не возмущалась.  Её самолюбие продолжал греть огонёк собственной
  победы на конкурсе, где все видели: кто есть кто.
     Открыто не возмущаясь, она не носила в себе тайную мысль мести, вела себя
  свободно и дружелюбно.
     А когда принесла коллегам на пробу баночку смородинового варенья,
  собственного производства, то те сначала засомневались, что это она лично
  сварила варенье.  Да, так и удивились и больше всех удивлялась Лидия: "Это
  варенье из смородины?  Странно, вкусное, как черничное.  Наверное муж варил".
  - Какой муж!?  Он на работе пропадает, ему не до варки. Просто я знаю, как
    варить, чтобы получилось варенье таким вкусным.

     Анна без утайки рассказала коллегам как варить такое варенье, но всё равно
  не убедила Лидку в правдивости своих способностей.
   "Да, Бог с ними,- беззлобно думала она,- может и у них получится".
    Но ни регулировка приборов, ни варка вкусного варенья, никакие соленья
  не были пределом её мечтаний.       Анна мечтала о другом и... стремилась
  осуществить  свою  тайную мечту...     Это было её тайной, к которой она
  приближалась по крохам, маленькими шажочками, мечтая её обнародовать, ибо
  то о чём она мечтала, делалось для других...

     Но это её тайное хобби занимало всё больше времени, которого катастрофически
  не хватало: домашними да и дачными делами занималась практически она одна:
  в будние дни все домочадцы были заняты.
    И чтобы как можно продуктивнее использовать те крохи времени, которое она
  находила для своего любимого занятия, Анна предварительно мысленно обдумывала
  все их варианты, все возможные нюансы, которые могли встретиться и смело
  примениться ею в итоге.
     Раз-раз и всё обдуманное плавно ложилось, превращаясь в красочный плод
  её творения.

    Она и на  основной работе занимала свой мыслительный аппарат обдумыванием
  новых вариантов своего хобби, не вслушиваясь в витавшие вокруг бабьи сплетни;
  чем без опасения быть уличёнными во лжи, были заняты языки её приятельниц.
     Подруг среди них у Анны не было.  Правда коллеги частенько замечали, за
  Анной её, старательно записывающую что-то к тетрадку.     Не придавая этому
  значения, они не интересовались чужими подробностями, предполагая, что она
  слышит весь их трёп, но на самом деле, Анна вся была в своих мыслях и в
  обдумывании уточнений своего хобби.

  - Аня, ты что молчишь, когда тебя спрашивают?
  - А?  Да я задумалась.  Мне ещё после работы предстоит поливать грядки
    на даче.  Так что обдумываю: как удачнее добраться до ж/д вокзала и не
    опоздать на семнадцатичасовую электричку.

     И... конечно, ровно в семнадцать часов сорвалась с места и понеслась
  на автобусную остановку, до которой надо было весьма резвыми скачками нестись,
  практически в гору.
    А потом, проехав путь-загогулину, выйти на своей остановке и опять нестись
  сломя голову к ближайшему вагону уже стоящей электрички (хорошо, если на первом
  пути) на нужном пути. И при этом слышать объявление о приближающемся её
  отправлении...
     Так что успеть заскочить в открытые двери любого вагона,   практически
  отправляющейся электрички, для Анны приравнивалось к большой удаче, соизмеримой
  со счастьем.     Но полное счастье наступало тогда, когда она, протопав
  несколько вагонов, достигала третьего, который оказывался первым у
  остановочной площадки.   А когда в этом третьем вагоне её удавалось водрузить
  своё уставшее тело на пустующее место и передохнуть, то это   представлялось
  большой удачей, так как впереди её ждала другая эстафета:   быстро добраться
  до своего дачного участка, так как на дачные дела отпускалось совсем немного
  времени.

    А как она успевала за полтора часа полить все грядки, парники и теплицы,
  при этом собрать кое-какой урожай-просто уму непостижимо- это можно назвать
  балетом в ритме presto, с фуэте и антраша, при этом не подавиться наспех
  съеденным в конце дачного "спектакля" бутербродом.
      Обратный путь до дома был не менее экстремальный, но Анне удавалось во
  время  его отдохнуть физически и морально, витая мыслями опять же в своём
  хобби.
    И после проявления такой сноровки и мастерства в преодолении дачной "эпопеи",
  её называют неумехой!?      Да все бы такими "неумехами" были!

     Понимание несоответствия мнения о ней собственного и чужого, стало Анну
  сначала напрягать, потом раздражать, вызывая ответную её реакцию.
    И эти улыбочки при её появлении...  Прилепят улыбающуюся маску на лицо, как
  вовремя подвернувшуюся шторку и сидят с загадочными лицами,   как ни в чём 
  не бывало, изображая из себя сверх занятых или закончивших  обычный разговор.
    Но Анна понимала, что заняты у них были брехливые языки  обсуждением
  не погоды за окном, а новыми придирками к ней, к чему она уже привыкла.
     Эта тишина в помещении при её появлении не смутила Анну.     Она, следуя
  к своему рабочему столу, спокойно обращаясь как бы ко всем, без смущения
  проговорила, будто говорила о надоевших мухах, иногда залетающих к ним:
  - Что замолчали?  Меня обсуждали?  Лида, что означает твоя улыбка?
     Неужели у вас нет другой темы, как только обсуждать мою персону?
      Чем обоснованы такие приоритеты?
     Компромиссом  обойдёмся или опять заклеймим меня по-чёрному?

    Казалось бы- что она такого сказала?   Но слушающие коллеги пришли в некий
  ступор: и от прорезавшегося голоса всегда молчавшей, и от её слов.
     Как она заговорила, какими фразами, какими словами...  Которых они отродясь
  не слыхали и смысл их еле угадывали.
     Сплетницы продолжали улыбаться, но уже кислыми, глупыми улыбками, а Анна,
  не давая одуматься, продолжала словесную стрельбу,    вкладывая  в неё силу
  контрольных выстрелов.

     В данный момент Анна ловко осадила сплетниц, заставив их задуматься,
  свергая их с высоты того пьедестала, на который они сами себя возвысили.
    Особого значения словесной дуэли Анна, в общем-то, не придавала,
  ибо понимала, что силы обеих сторон дуэлянтов не равны: она не свою силу
  считала меньшей, Анна у противника силу не считала большей.
   - "Ну отхлестала мещанок словесной фразеологией, ввела их в ступор. 
  Так им и надо.  Пускай почешут репу. А то- всё двусмысленные улыбочки, да
  унизительное неверие моим словам."

      Но смелая пощёчина пока не остановила хозяек униженного интеллекта: те,
  чувствуя себя уязвлёнными и решив  поквитаться за "пощёчину", стали выискивать 
  причину вывести из себя Анну.
  - Иванова, (Анна) ты почему не участвуешь в жизни коллектива?

  - Это какого коллектива и в каких мероприятиях: в тех, что в вашем закутке,
    где вы разбавленный спирт для чистки контактов хлещите, пардон- пьёте?
  - На лыжную базу почему не пошла?
  - На лыжах не катаюсь, а после, заодно с вами распивать водку у меня нет
     ни желания, ни времени.
  - Чем это ты так занята?
  - У меня была деловая встреча.
  - Ха-ха, в чьей-нибудь кровати?
  - Кто о чём, а вшивый о бане.  Кровать- предел ваших мечтаний и фантазий?

   "Господи, да что это с ней?- думали мстительницы.- Опять вышла сухой из воды"
     Но, даже обратившись за разъяснением интересовавшего их вопроса о лыжной
  безе к инженерше-начальнице, которая не отличалась своими взглядами на
  знакомые обстоятельства от подчинённых, те не были удовлетворены её ответом
  и решили надеяться на свои способности плести интриги.

    Новым недовольствам со стороны некоторых коллег-регулировщиц   Анна  особо
  не удивлялась, но снисходительно относясь ко всем их бессмысленным трепыханиям,
  она надеялась, что наконец-то придёт время понимания друг другом.
   - Девчата, приходите завтра в Дом книги-там будет литературный диспут
     на тему: "Любовь в современном понимании и личном выражении современных
     авторов".
    "Ну,-заговорила одна, -субботу тратить на книги?"

   - Я лучше посплю.
   - Ну не до двенадцати часов ты будешь спать?
   - Мы с мужем на дачу поедем.
   - Вы же на машине поедете?  На пару часов позже туда отправитесь, только
      и всего. Зато- как будет интересно!
   - Кому интересно7  Мне-нет.
   - Ну как хотите. Я вас пригласила.  Не всё же водку глыкать вместе...

     И всё же, приглашение Анны на диспут не осталось без комментариев своих
  коллег.  Упиваясь домашним бездельем, уставившись бездумно в телевизор,
  вдруг увидели в передаче по местному каналу фрагмент того самого, литературного
  диспута, на который пригласила их тихушная неумёха.
     И что  самое главное: Иванову Анну показали по телеку, да ещё назвали
  начинающим, молодым автором.

     Разговора по телефону для обсуждения такого факта им было недостаточно.
  В понедельник в курилке обсуждали возмутительное поведение своей коллеги.
   - Иванова, по телеку что-то напутали, так ты уточни- где надо.
      Почему тебя назвали молодым автором?
   - Девчата-это не имеет значение.  Я сама там смущалась.
     А диспут был очень интересный.  Зря не пришли. 
     Возможно там на месте всё поняли.
   - Что поняли?   Как любить?
      Так мы знаем и умеем.  Не первый год замужем.
   Все засмеялись: "Ха-ха-ха..."

    Обсудив "звезду экрана" не только в своём кругу, но и выше...обратились
  к Анне за разъяснением.
    - Ты вот всё тихим сапом, молчком.   Ничего о себе не говоришь.
    - А что говорить?  То что я вам предлагаю- вам не интересно, а другое...
      другое о себе я не успеваю рассказать.  Всё время оправдываюсь от ваших
      нападок.
       Вы выискиваете обвинения там, где его нет, а я пытаюсь сформулировать
      оправдания
      Да о том, что я могу вам рассказать, вы всё равно бы не поверили.

     Анна понимала, что работая бок о бок с людьми не схожими с её взглядами на
  жизнь, отличалась от коллег своей моралью, сколько не пыталась, но пока не
  могла влиться в их спаянный- споенный коллектив, но, всё же не отдалялась
  совсем.
     И всё же не зря она держала рядом записную и постоянно, как приходила
  необходимость и желание, записывала туда что-то, чем ненароком вызывала
  удивление и любопытство окружающих...  В этом была её потребность и способ
  ведения своих выводов, наблюдений и примеров существующих фактов, которые ей,
  в последствии очень пригодились.
      Может кто-то мог подумать, что она таким способом пишет досье или ещё
  что-то, но так или иначе, но...
     Но в очередное для себя значимое мероприятие Анна вновь пригласила своих
  коллег.
   - Девчата, приходите на презентацию книг двух авторов.  Эти книги с их
     автографом можно получить бесплатно.
   - Книги бесплатно?   Можно рискнуть потратить время.

      Пришедшие Лида с подругой Юлей чинно прохаживались между стеллажами книг
  и разной канцелярией.   Затем нехотя, с обычным недоверием примкнули к
  сидящим посетителям этого большого, книжного магазина и стали вслушиваться
  в суть, обсуждаемую посетителями, задающие непонятные вопросы сидящим за столом
  к ним лицом двух молодых женщин, одной из которых была их Иванова Анька...

   "Что она опять тут делает?- подумали про неё две нюшки-подружки.

    Обсуждаемые книги они не читали и поэтому словесные диалоги им были
  не понятны.   Они бы наверно ушли от бессмысленного созерцания окружающей
  действительности, но бесплатные книги, обещанные им Анной, держали их в числе
  искренне интересующихся творчеством молодых авторов.
     Они просто глазели с удивлением слушая смелые и чёткие ответы Анны на
  задаваемые вопросы участников презентации.

      И до конца не осознавая- что к чему и, уже узнав у присутствующих, что те
  две молодые женщины, сидящие за столом со стопками книг- авторы этих книг,
  даже тогда они сомневались в правдивости узнанного.
     И лишь прочитав собственными глазами красующуюся на обложке книги
  знакомую фамилию, напечатанную яркими, крупными буквами, до них дошло, что
  им говорили правду.   И правда в том, что их Анна- автор той самой книги,
  которую они держат в руках.
      До них дошла вся правда сего мероприятия.

    Им бы радоваться и гордиться, что они знакомы и работают бок о бок с таким
  необычным человеком, но радости у них не было.
      Они были в нокауте.

     В понедельник, в своей мастерской её встретили без обычных улыбок,
  разнося узнанное об Анне шёпотом и чуть ли ни на ушко, как-будто та совершила
  что-то позорное, не достойное называться работником регулировки.
     Но такая реакция была только у старшей по регулировочному цеху и у её
  подсевалы- Юлии.

     Остальные, когда узнали интересную новость об Анне, радовались и поздравляли
  её с успехом на новом поприще.
     Инженерша- начальница, получив в подарок от Анны книгу с её автографом,
  даже разрешила ей провести  прощальный вечер с шампанским и канопе.

     После отработки двух недель, как раз к концу текущего месяца, на
  прощальном вечере были все желающие пожелать ей удачи, оставаясь работать
  в этом безостановочном предприятии.
   -Анна, ты-молодец. Мы гордимся, что из наших рядов вышел такой
    перспективный автор.
    Ты где теперь будешь работать?
   - В типографии.  По моей просьбе мне предложили там работу.
   - Замечательно!    Мы рады за тебя.    А где Лида с Юлей?
   - Они, почему-то ушли. 
   - Не захотели все вместе радоваться твоему успеху?
   - О них не могу утверждать, но знаю: радуются тогда, когда хотят радоваться.