Гастролер 16

    Инспектор уголовного розыска Запольского ОВД, лейтенант милиции Скворцов Виктор сидел в своем кабинете и занимался бумажной работой. Да, инспектора уголовного розыска не только гоняются за преступниками, но порой сидят за столом и заполняют всевозможную документацию: учетные карточки, пишут справки во всевозможные дела: наблюдательные, агентурные. Да, агентурные. Ибо ни одна иностранная полиция и, даже Советская милиция, не может обойтись баз агентурной работы. И поэтому оперативные работники милиции используют в своей работе определенный круг лиц, которые вольно, или невольно помогают оперативникам вести кропотливую работу с преступностью, которую один из генсеков обещал народу искоренить преступность в стране через двадцать лет еще в шестидесятом году. Обещал последнего преступника через двадцать лет показать по телевизору. Вот и Скворцов старался всеми силами принять участие в борьбе с преступными элементами и искоренить их в указанный генсеком срок.
   Он перебирал сообщения от своих агентов, которых в народе называли и барабанами, и стукачами, и дятлами. Но, как их не называй, а пользу эти люди приносили милиции очень даже ощутимую. Виктор перебирал оперативные сообщения и сразу писал справки, что сделано по тому или иному сообщению, что нужно сделать по очередному сообщению, затем подшивал все ото в нужную папку.
   Опер взял очередной лист бумаги, сложенный не очень аккуратно, прочитал: "Витя, в городе появился мужчина кавказской национальности, который знакомится с молодыми женщинами, входит к ним в доверие и обворовывает их". - Вот черт! - Выругался опер. - Как же я позабыл об этом? - Целую неделю у опера пролежало в сейфе это сообщение от "Танцора", а в миру Синицына Алексея. Псевдоним "Танцор" Алексей получил за свою способность танцевать. Он мог исполнить любой танец, стоило только посмотреть на него в оригинале. В свое время Виктор помог танцору
избавиться от  преследований мужа любовницы. За это Алексей стал на добровольной основе оказывать некоторые услуги оперу, не требуя за это вознаграждения. Виктор позвонил Алексею. Тот, как бы ожидал его звонка, снял трубку сразу.
  - Здорово начальник. - поприветствовал он опера. - Я давно жду твоего звонка. Чего так долго не звонил?
  - Леша, прости. У меня заморочки по работе были, не смог тебе сразу позвонить. Ты, сейчас свободен? Если свободен, иди сейчас в кафе "Северяночка" там и поговорим. Нам есть о чем поговорить.
    Когда Виктор зашел в кафе, танцор сидел уже за угловым столиком в ожидании его. Опер заказал бутылку сухого вина, по две порции мороженого и сел за столик к танцору. Выпили вина по фужеру, закурили.
  - Леша, расскажи мне подробности о гастролере, что появился в городе. А то я сразу-то не вник в твое сообщение. Сложности были. Ка-то не до этого было.
  - Значит так Виктор. Неделю назад я встретил свою бывшую Настю. (Он всех своих знакомых девушек называл Настями), так вот, она мне поведала любопытную историю. Ее подруга Лиза Воробьева повстречалась с Ласточкиной Викой, которая была с мужчиной кавказской национальности. Назвался Суреном. Вика познакомила его с Лизой. Он стал ухаживать за ней. В итоге Лиза в один из вечеров пригласила Сурена к себе домой, оставила на ночь. А после его ухода она обнаружила, что ее золотые изделия пропали. Они были нанизаны на макет Эйфелевой башни. Два перстенька с камушками и кольцо. Камни натуральные, еще от бабушки остались. Общая стоимость три тысячи пятьсот тридцать рублей. Я пока ждал тебя на свой страх и риск походил по своим бывшим Настям и выяснил, что Лиза была не единственная, которая пострадала от этого горного орла. Он побывал с ночлегом у Ковалевой Кати, у Самариной Веры, у Голубевой Наташи. И так же обнес их. Вот, я даже на память записал: у Ковалевой подвеска с кулоном, кольцо на общую сумму четыреста рублей. У Самариной перстень с черным камнем и колечко на общую сумму семьсот рублей. У Голубевой браслет, цепочка с кулоном и колечко на общую сумму восемьсот пятьдесят рублей. И, заметь, Вика его знакомит с женщинами мужья, которых имеют разъездной характер работы. Их по долгу не бывает дома. А они бедные, скучают. Вот и развлекаются таким образом. А, теперь не знают, как им быть. И драгоценностей жалко и в милицию заявление писать опасаются из-за страха перед мужьями. Что будет, когда они узнают, как их жены отдыхают, когда он в отъезде. Я только о четверых узнал, а сколько еще таких скучающих, любвеобильных скучающих без мужей жен или одиноких женщин.? Пр. след.
  - Какой ты молодец, Леша! Почти половину моей работы проделал. Установил потерпевших и материальный ущерб подсчитал. Но, тут вот такая штука. Без заявления, чьего-либо из потерпевших женщин, мне к этому сыну гор не подобраться. Может тебе Леша, удастся уговорить, кого-то из этих страдающих от одиночества жен? Мне надо за, что-то ухватиться. Хоть бы одно заявление заполучить от них, дальше проще будет. Там глядишь и другие напишут заявы.
  - Чего не попробовать. Можно. Я сейчас сторожем работаю, времени хватает. В сторожа пошел, чтобы от вашего брата отвязаться, чтобы участковые не доставали, что не работаю. Платят, правда, мало. Но не беда. Я на студентах подрабатываю. По математике задания и контрольные работы делаю. В четыре раза больше получаю, чем за работу сторожем.
  - Нормально. Ты и меня в три раза получаешь больше. Значит ты берешься обработать, кого-нибудь из этих шаловливых жен. Как только получишь от кого-нибудь согласие написать заяву, сразу звони мне, я сразу займусь ей. А, теперь я покину тебя. Мне пора. Ты еще можешь посидеть, вино допить. У тебя со временем проще, не как у меня.
   У себя в кабинете Виктор оформил агентурное сообщение от танцора, написал рапорт, составил примерный план оперативных мероприятий и задумался.
   С этим армянином, Суреном Арменовичем Саркисяном, он уже был заочно знаком. Год назад он был у него в оперативной разработке, но сумел скрыться. Виктору даже приходилось дважды выезжать в командировки в другие города, где появлялся этот фигурант. Но все было не то. В одном городе при помощи Виктора и его помощницы был задержан мошенник, но тоже не тот. И вот, Сурен опять появился на горизонте. - Вот нахал. Видимо, уверился в своей неуловимости, - Подумал опер. - Да, интересные пошли преступники. Страдает теорема Ломбразо по портрету преступника. Высшее филологическое образование. Как его охарактеризовали потерпевшие в прошлый раз: культурный, воспитанный мужчина, вежливый. Прилично выглядит, следит за своей внешностью. Тут еще эта Ласточкина к нему прилипла. На, что позарилась дура. Жизни красивой захотела, что ли? - Он очень хорошо знал Ласточкину Вику. Когда-то жили по соседству в одном доме из старого фонда, где их семьи получили комнаты. У вики еще тогда Виктор заметил, какой-то дар угадывать, когда соседи собираются выпивать. Стоит только собрать на стол и выставить бутылку спиртного, как раздавался легкий стук в двери. Открываешь двери, а там Вика. За солью, яко бы пришла. Он не помнил случая, чтобы они с женой выпивали без Вики. Как-то раз Виктор остался дома один. жена уехала к родителям. Он в тот день промок сильно под дождем и решил обогреться. Приготовил ужин и поставил на стол чекушку водки, и тут опять послышался в двери стук. Он открыл двери, как всегда там стояла Вика. Пришла опять за солью. В этот раз она не ушла до утра. Ее муж уехал в ночь на рыбалку. Пр. сл.
   Вика была красивой женщиной. Не высокого роста, ладно скроена. Черные волосы волнами спадали на плечи. Высокая грудь, тонкая талия. Но природа обидела ее такой, кажется мелочи. Для ее маленького роста наградила Вику большими кистями рук с пористой кожей. И никакие крема и притирки ей не помогали. Она всегда при разговоре с кем-то всегда старалась укрыть свои руки, на сколько это можно было сделать. С мужем у нее были странные отношения. Внешне это была очень красивая пара, приятно было смотреть на них. Но, как они разговаривали между собой дома? Он: "ну ты, кусок проститутки, туфли мне почистила!? Она: "Фу, колхозник". В итоге они разошлись. Муж от работы получил квартиру, а ее с сыном с собой в новую квартиру не взял. Она на жительство переехала к матери в частный дом.
   Виктор часто встречал ее в городе, но поговорить с ней ней, как-то не получалось. Хоть она после того случая еще не раз приходила к нему, когда он оставался дома один.
  - А, интересно, какую роль играет Вика у этого сына гор? Знает она о его аферах или не знает? - Подумал опер. - Если исходить из того, что она знакомит его с женщинами, значит в курсе, чем он занимается. В таком случае она уже является соучастницей в делах Сурена. Если так, то она совершенно потеряла голову. Ведь посадят и ее за компанию с этим красавцем. Ладно надо идти до руководства и доложить все по форме.
   Убрав все бумаги в сейф, Виктор пошел к заместителю начальника отдела по оперативной работе, подполковнику милиции Белову Павлу Алексеевичу. Его прямой начальник был в отпуске. Павел Алексеевич внимательно его выслушал, просмотрел план оперативных мероприятий, спросил: - И с чего ты решил начать?
  - Я думаю надо, как-то сделать так, чтобы, кто-нибудь из потерпевших женщин написал заявление. А, чтобы муж не устраивал сцен ревности, объяснить ему, что она это делала по нашей просьбе, убедить его естественно, что в близкие отношения она с Суреном не вступала.
  - Ну, это если ты найдешь такую женщину, которая пойдет на это. А, если не найдешь? Знаешь Виктор, кавказские мужчины обожают броских женщин и состоятельных. Тут нужна такая яркая женщина. Вот, например, твоя Нина Николаевна из ресторана. А, что, это идея. Красивая, всегда нарядная и всегда блестит своими побрякушками, как новогодняя елка. Вот на нее он обязательно клюнет. Как ты считаешь?
  - А что. Можно попробовать. Нина Николаевна действительно броская женщина.
  - Виктор, а чего тут пробовать? Давай связывайся с ней и договаривайся о встрече и вперед.
  - Связаться с ней не проблема. Позвоню и все. - Набрал номер телефона Нины Николаевны. Она сразу взяла трубку, как будь-то ждала его звонка.
  - Здравствуй Витя, - откликнулась она.- Я так рада, что ты позвонил. Только, что хотела сама тебе звонить. Ты опередил меня милый. У меня к тебе есть предложение. Завтра у нас суббота и у тебя должен быть выходной. Как, сможешь ты завтра приехать ко мне на дачу? Она у нас на берегу речушки Моксы. Порыбачишь заодно. Ты говорил, что рыбалку любишь. Ну, так как? Ты у меня на даче еще не был.
  - Нина, какой разговор? Конечно приеду и с большой охотой. Говори, какому времени, я на мотоцикле прикачу. ПРОДЛ. СЛЕД.
  - Приезжай к восьми часам. Я уже там буду. На пятичасовом автобусе приеду и все приготовлю. Жду тебя милый с нетерпением. К даче проедешь по тропинке, что уходит вправо от деревни. Ее увидишь сразу. Она двухэтажная, таких там больше нет. До завтра Витя.
  - Ну, вот Павел Алексеевич я договорился о встрече. завтра у нее на даче с утра.
  - да, слышал я, слышал, "милый". Голову тебе бы оторвать кобель несчастный.
  - Ну вот, кобель. Вы же сами Павел Алексеевич, дали добро на наши с ней отношения в оперативных целях. А, такого информатора нам еще поискать надо.
  - Это тебя и спасает, что она информатор ценный, а то бы я тебя, кобель несчастный, в порошок стер. Не понимаю, чего женщины в тебе находят? Чем ты их берешь? Вот, даже эта Нина Николаевна. Ведь, если сравнить тебя и ее, сравнение будет не в твою пользу. Она рослая, видная и обеспеченная женщина. И ты. Ростом не вышел. Одеваешься по возможностям своей зарплаты. Так ладно бы она у тебя была одна. Так, ведь, у тебя их целый набор.
  - Так Павел Алексеевич, говорят, что женщины сплошные загадки, а наша задача разгадывать эти загадки. Вот я и стараюсь в силах своих возможностей. Что делать, если все так складывается. Так я пошел Павел Алексеевич. У меня пока никаких дел нет. До конца рабочего дня два часа. Пойду готовится к поездке на дачу. Надо рыболовные принадлежности подготовить, червей накопать, мотоцикл осмотреть, чтобы не подвел.
  - Сейчас. дел у него нет. Садись  и справки пиши, дела в порядок приводи. Червей копать он пойдет. Накопаешь и после работы, любитель загадок. О встрече с Ниной Николаевной доложишь мне в понедельник утром и рапорт подробный напишешь. Кровь из носу, но уговори ее на знакомство с этим горным козлом. Все, иди.
   Дачу Нины он увидел сразу, как только миновал мелкий лесок. Аккуратное здание в два этажа стояло метрах в двадцати от речушки. Почти на самом берегу стояла банька. Баня, видимо, топилась по-черному, потому что на крыше не было трубы, а было, какое-то жестяное приспособление, вероятно, вытяжка из которой струился синеватый дымок. Он выключил двигатель и накатом проехал под гору почти до самого дома. Закатил мотоцикл в тень от кустов и сел на бугорок, полюбоваться природой. Солнце поднялось уже высоко, но не так еще сильно грело. лучи его переливались в волнах речушки, которая звонко журчала на камешках, и играли всеми цветами радуги. заливались птицы, радуясь солнцу. было слышно, как жужжат шмели. И, запах. Запах луговых цветов, который не сравнить ни с какими заморскими цветами.
   Вот, из бани вышла Нина в коротеньком халатике, который, наверное, носила, когда ей было лет восемнадцать, потому что халатик не сходился на ее высокой груди. Ее волосы были перевязаны платочком и от этого Нина походила на деревенскую красавицу. Она стала вытряхивать дорожки, что вынесла из бани и развешивать их на веревку, приподнималась на цыпочки, от чего полы ее халатика поднимались и расходились, открывая постороннему взгляду ее стройные ноги почти полностью. На фоне речки, луговых цветов, в лучах солнца смотрелась она экзотически. Вот, она повесила последнюю дорожку, потянулась с грацией пантеры, повернула голову и увидела Виктора. Ее лицо озарилось светлой улыбкой.
  - Ой, а я и не вижу тебя. Ты давно тут сидишь? - И подошла к нему.
  - Да нет. С полчаса всего за тобой наблюдаю. Уж больно хорошо ты смотришься на фоне все этой красоты. Райский уголок просто. Только херувимов не хватает.
  - Ладно, пошли в дом херувим. Покажу тебе свое хозяйство. - Она на миг прильнула к нему. - Так соскучилась по тебе. Пошли, - И она повела Виктора в дом.
   Внутренняя обстановка дама поразила Виктора. Он вдруг понял, что есть богатые люди и очень богатые. Вот, к последним относилась Нина. Виктор привык видеть дачи, где все сделано своими руками, в основном из материалов, уже бывшими в употреблении, а из мебели было то, что выносилось из городских квартир за ненадобностью. В даче Нины обстановка ни чем не отличалась от обстановки в ее квартире. Здесь было все: ванная с душем, утепленный туалет со сливом, горячая вода, хрустальные люстры. Каждые детали дома была словно притерты друг к другу. На первом этаже красовалась печь, совместно с камином. - Хороший мастер приложил руки, - Оценил печь Виктор. Его размышления прервала Нина.
  - Витя, проходи в столовую. Я накормлю тебя. Ты, наверное, еще не завтракал, а у меня яичница готова. Садись, ешь, а я посмотрю на тебя.
    Он ел яичницу с аппетитом. Позавтракать он действительно не успел. Потом уже вместе пили кофе. Закончив трапезу, Виктор собрался сразу пойти на рыбалку. На этой речушке он еще не был и горел желанием испытать ее. Рыболовные снасти он привез с собой. Время было еще раннее и до полудня можно по речке побродить, о чем он и сказал Нине. Но, у Нины были совершенно другие намерения.
  - Витя, ты чего? Какая рыбалка? Я тут с утра вся изнемогаю от желаний в ожидании тебя, а ты на рыбалку собрался! Сейчас никакой рыбалки. Иди в душ и поднимайся на верх. Я  помою посуду и поднимусь к тебе. Рыбалка подождет, а я ждать не могу.
    В гостях воля не своя. Виктор с удовольствием принял душ, избавился от дорожной грязи. Снял с вешалки мужской, отглаженный халат, принадлежащий, видимо, мужу Нины и без всякого смущения надел его.
  - Чего смущаться того, что халат носит ее муж, если сама Нина принадлежит мужу.- Несколько цинично подумал Виктор и прошел в спальню. Включил телевизор  и незаметно уснул. Проснулся от того, что Нина, склонившись над ним, пытается развязать пояс на халате. Он из-под полуоткрытых век наблюдал за ней. Видел, как ее по девичьи крепкие груди высвободились из халата и совершенно открытые колыхались перед ним. Виктор не удержался от соблазна погладил их и притянул Нину к себе, впишись губами в ее губы. Крепко обнявшись, они перекатывались по широкой кровати пока Нина не оказалась сверху его. Тишину дома огласили стоны, временами переходя на крик. Потом они долго лежали в полном молчании  расслабленные и опустошенные. Молчание нарушила Нина.
  - Вить, что это было? Такого со мной не было со времен молодости. Я три раза побывала на небесах. Какой ты Вить молодец. Умеешь ублажить страждущую женщину. Поверишь, так легко стало, хоть взлетай.  А, ты, как Вить?
  - А, что я? Лежу, как выжатый лимон. Одна оболочка осталась. Ты со своим темпераментом кого угодно выжмешь. Не руки, не ноги поднять не в состоянии.
  - Ничего Витенька. Зато ты в момент стояния великолепен. Господи, и где ты раньше-то был? Как же мы раньше не узнали друг друга? Теперь даже не знаю, что бы без тебя делала.
  - Что бы делала? Да, ничего. Нашла бы, кого-нибудь другого и развлекалась так же бы. А, что раньше не познакомились, потому что ты меня в упор не видела, хотя мы часто встречались. Ты вон, какая вся из себя. Рослая, статная. А я что? Ростом не высок, невзрачный. А вам, рослым дивам высокого красавца подавай.
  - Ой, Вить, ты на себя-то не наговаривай. Ты во-первых симпатичный, а в остальном дашь фору любому рослому. С тобой мой муж не сравнился бы, когда еще в силе был.
   - Муж Нины в прошлом был флотским офицером и служил на атомной субмарине старшим штурманом. Попал в аварию, получил сильное облучение и с военного флота был списан в чистую. Облучение сказалось и на его мужских способностях. Может от того, что ее муж не мог жить без моря, а может от того, что не мог смотреть, как страдает его красавица жена от того, что он не боеспособен, муж нанялся на гражданское, торговое судно старшим помощником капитана и надолго уходил в плавание, оставляя дома одну свою любимую жену. Ну, а жена красавица в силу своей темпераментности и потребностей, не могла обходиться без мужчин и находила себе утехи на стороне пока ее муж-Одиссей бороздил моря, океаны. Вот, как на грех ей и подвернулся под руку Виктор, который в то время работал в милиции на должности, которая позволяла ему контактировать с представителями общепита и с представителями производственных предприятий. Он был тогда в звании старшины. Как-то в одно из совещаний представителе хозорганов в Горисполкоме Нина, работавшая в ресторане администратором, по ошибке свою шаль сунула в рукав шинели Виктора. Шаль Виктор обнаружил у себя дома, когда пришел на обед. Он тогда обзванивал все женщин, что присутствовали на совещании. Владелицей шали оказалась Нина Николаевна. Он принес ей шал на дом и чем-то приглянулся, скучающей женщине, и не ушел без ее благодарности, которая закончилась постелью. А, когда его перевели работать в уголовный розыск он сделал Нину своим осведомителем, о чем она, естественно, не подозревала. А, может и догадывалась, но не подавала вида. Благодаря ей в ресторане было раскрыто не одно, совершенной преступление. Даже заместитель начальника отдела по оперативной работе дал Виктору добро на связь с Ниной Николаевной. Наказал оперу, чтобы он обоими руками держался за Нину Николаевну, что Виктор и дела с большим удовольствием.
  - Вить, ты отдохнул? - Заговорила Нина. - Надо вставать. Обед сварить, баньку протопить. Время-то уже одиннадцать часов. Вставай, пошли в душ ополоснемся и делами займемся.
  - Как скажешь начальник. Вставать так вставать. И в самом деле пора, а то завалялись. Ты по хозяйству, я на рыбалку. Проверю вашу речушку. Не зря же свои рыболовные прибамбасы привез. В душ, так в душ. И, прихватив халат, голышом побежал на первый этаж. После душа он отправился на рыбалку.
   ОН прошел примерно с пол - километра от дома Нины по берегу речки вверх по течению. Остановился возле омута, окруженного листьями кувшинок. Насадил червя и сделал первый заброс. Поплавок почти сразу  качнулся и его повело в сторону против течения. Виктор подсек и на крючке затрепыхалась небольшая плотичка. ОН поймал трех плотичек, которыми наживил три донки и забросил их в окна кувшинок. Сам же продолжил ловить на удочку. Вскоре у него в садке уже трепыхалось десятка два крупной плотвы и почти столько же окуней. Потом он, к своему удивлению, вытащил леща весом около двух килограммов. И это в такой-то речушке! Было чему удивиться. Когда солнце стало припекать сильнее, клев прекратился. Виктор взялся за спиннинг. С первого заброса взяла крупная щука килограмма на три. Nакой удачи он не ожидал. Но он еще больше удивился, когда на донки поймал еще две крупных щуки. Он таких щук никогда раньше не ловил. Вот, что значит лесная речушка.
  - Здесь, наверное, т рыбаки не бывают. - С удовлетворением подумал Виктор, собирая свой улов. Уложив свои трофеи и снаряжение, он попутно наломал сосновых веток для бани, думая при этом, как уговорить Нину на знакомство с Суреном. В - первых она не знает, что является его агентом. А, может и знает, но молчит. А знакомить ее с этим человеком Виктору самому не хотелось. Впутаешь ее в эту историю, засветишь ее, а он не хотел терять такого ценного осведомителя. Вот и думал, как избежать такой сомнительной операции.
  - Надо для знакомства с Суреном найти, кого-то со стороны, как он это делал раньше. Но кого? Вот вопрос. - Размышляя таким образом, он вышел к дому Нины. Она увидела его, радостно улыбнулась.
  - А, вот и рыбак пришел. Ну, показывай свой улов. - А, когда Виктор вывалил на траву из садка рыбу, удивленно воскликнула, - Вот это улов. Я понимаю. А, мой-то рыбак никогда больше трех мелких рыбинок не приносил. А тут такие рыбины! Здорово. Давай Вить сделаем так: одну щуку и леща я запеку в печи на углях, а остальную рыбу ты отвезешь домой. Перед женой оправдаешься, что действительно на рыбалке был. Сейчас почистим рыбу, пообедаем и пойдем в баню. Рыбу я в холодильник положу. До утра не испортится. Предупреждаю: до бани никакого спиртного. Ты мне нужен живой и здоровенький. Поэтому обед будет легкий, чтобы в бане тяжело не было и, никакого секса. Все потом, вечером. И после бани сначала только травяной чай. Не вина, не пива.
   Прежде, чем идти парится, Виктор накидал сосновых веток на полок и пол. Плеснул на каменку целый ковш кипятка и вышел из мойки в предбанник. Нина в это время расстилала на полу дорожку. Полы халата сзади поднялись, оголив ее совершенные формы. От такого вида у Виктора перехватило дыхание. Он шагнул к ней и привлек к себе. Нина тихо охнула, с готовностью подалась навстречу. Громкие и протяжные стоны, наверное, были слышны за пределами бани. Когда все закончилось, она выпрямилась, одернула халат, спросила:
  - А, как ты догадался, что я хотела именно так?
  - Ну, об этом было не трудно догадаться, когда увидишь такое. Кто бы удержался на моем месте? - Целуя ее проговорил Виктор. - Пошли смывать наш грех.
    В бане приятно пахло сосновой хвоей. Они забрались на полок и Виктор плеснул на каменку. Пар горячей волной ударил в потолок, а потом пошел вниз и обрушился обжигающей волной их обнаженные тела. Обоих охватила приятная истома. Сначала Виктор попарил Нину березовым веником, а потом стал обхаживать сосновым, наддав еще пару. Нина стонала и охала от наслаждения. Потом слезла с полка и почти ползком вывалилась в предбанник, голышом вышла на улицу и бултыхнулась в речку. Поплескалась в прохладной воде и опять прибежала в баню, забралась на полок, где Виктор обхаживал себя веником. После чего тоже искупался в речке, а затем в предбаннике на откидном столе делал Нине массаж. Он мог его делать и не плохо. Когда-то они на тренировках под присмотром тренера делали друг другу массаж. Нина стонала и кряхтела под его руками. Потом расслабленно раскинулась на лавке и блаженно улыбалась.
  - Ну Вить, ты во все мастер. Массаж и тот делаешь так, что я два раза была на небесах. Такого еще со мной не было. Это просто фантастика. Я теперь, как только соберусь на даче баню топить тебя обязательно приглашать буду. Будешь моим персональным банщиком. Давай попьем квасу и пойдем домываться.
    Потом пили чай с мятой, цветами липы, малины и смородины. Пили и потели. Чай пили с разговорами и, как это делали раньше наши бабушки в старину, из стаканов и блюдечек. Виктор не знал с чего начать разговор о ее знакомстве с Суреном. Наконец он нашел способ разговорить Нину на эту тему. Вспомнил о Ласточкиной. Вдруг они знакомы. А это было бы хорошо.
  - Нина, а ты не знаешь женщину по фамилии Ласточкина?
  - Знаю. И, даже очень хорошо. Разведенка. - Живо откликнулась она. - Муж ее с сыном бросил. Сейчас живет в матери. Она иногда денег у меня занимает. Так, иногда общаемся при встрече. Так-то я больше мать ее знаю. Она у меня в магазине работала, когда я завмагом работала. А, чего это вдруг, тебя заинтересовала Ласточкина?
  - Меня больше интересует ее кавалер. Говорят она нового кавалера нашла. Армянина, как0-то.
  - Видела я их, как-то вместе. И в ресторане они были не давно. Мужчина представительный, слов нет. Но, бабник. Это сразу видно. Глазами так и раздевает. Ловила не себе его масляный взгляд.
  - Тебя Вика с ним еще не знакомила?
  - Пока нет. А зачем ей это нужно?
  - А, затем. Она знакомит его с состоятельными женщинами и он делает все, чтобы понравится. В доверие втирается. А, добившись этого, банально обворовывает. Не чем не брезгует. даже джинсами не пренебрегает. А, в основном рыжье и брюлики берет. Так, что имей ввиду это. Избегай с ним знакомства. Не исключено, что он на тебя глас положил. Ты вон, какая. Всегда красивая я яркая. Блестишь вся, обвешанная брюликами.
  - Ой, Вить, мне это не грозит. Я терпеть не могу кавказцев. Не опасайся на этот счет. Не поведусь я на его чары. Тебя я ни на каких красавцев не променяю.
  - Ну, и, слава Богу. Теперь я спокоен за тебя. - Он сказал Нине совсем не то, что хотел сказать.
    За разговорами они выпили почти весь самовар. Пропотели основательно не хуже, чем в бане. Нина встала из-за стола.
  - Вить, ты сейчас иди наверх, отдохни. Я положу рыбу в печь, посуду помою. Когда все поспеет, я тебя позову и мы устроим с тобой грандиозный пир.
    Она разбудила Виктора в семь часов. Стол в гостиной был уже накрыт. По центру красовалась рыба, запеченная в своем соку. По соседству стоял судок с черной икрой, мясная и колбасная нарезки, зелень. Из вин на столе красовалась бутылка "Рижского бальзама", сухое болгарское вино и бутылка армянского коньяка. Нина сделала приглашающий жест
  - Витя, занимай место главы семейства и командуй парадом. разливай и угощай меня. Прошу, на коньяк не налегать. Его мы выпьем по чуть-чуть. Пить будем коктейль. Наливай фужеры сухого вина на три четверти, а остальное доливай бальзамом. Получится чудесный напиток. Закусывай икрой и зеленью Ты мне сегодня  в форме нужен. Я тебя сегодня всего выпью, до капельки. Выжму все, на что ты способен.
   И Виктор налегал. Не каждый день бедному оперу удается есть черную икру ложками. А, когда насытились перешли на танцы. Веселиться так веселиться. Нина в прозрачном, темном пеньюаре смотрелась изумительно. В танцах она была мастер, как и в остальном. Сколько раз Виктор видел ее обнаженно и каждый раз удивлялся ее грудям. В свои тридцать пять лет ее груди были, как у молоденькой девушки. Высокие и тяжелые они, почему-то не отвисали, а вызывающе выступали крупными сосками вперед. Было от чего возбудиться. Наконец они утомились и Нина потянула Виктора наверх. Поднявшись в спальню, Виктор рухнул на кровать, раскинув руки. Она развязала поясок на его халате, раскинула полы. Произнесла - Скинь его совсем.
  - Нина, отдохни. Я совсем никакой. Давай полежим спокойно. В себя придем. Я совсем обессилел.
  - Витюша, я тебя не узнаю. Не рано ли ты выдохся? Если выдохся, я тебе помогу.
    Она опустилась на его и стала покрывать поцелуями его живот, опускаясь все ниже и ниже, пока ее губы не коснулись его естества. Виктор замер от охватившего его блаженства.
  - Да, она не из тех женщин, которые останавливаются на полпути.- Расслабленно подумал Виктор, чувствуя, как все в нем возвращается к жизни.
  - Ну вот, - удовлетворенно проговорила Нина, а ты говоришь, что никакой.
    Она освободилась от условной одежды и оказалась на нем в позе наездницы. И опять начались скачки. Громкие стоны и вскрики нарушали тишину дома. В близости она всегда была неутомимой и изобретательной. Но вот, она, испустив громкий, продолжительный стон упала на Виктора и притихла. Виктор давно заметил, что поза "наездник" у нее самая любимая. С полчаса она лежала без движения и Виктор подумал, что она заснула. Но, он ошибся.
  - Ты, что спишь? - Услышал он совсем не сонный голос Нины.
  - Нет. Я думал, что ты заснула.
  - Сейчас. Обрадовался. Это для тебя только начинается. Чего ждешь? Теперь твоя очередь проявить свои способности. Я тебе показала, на что я способна, теперь ты покажи на что способен.
  - Что же. Назвался груздем, полезай в кузов, - подумал Виктор, - придется отвечать.
   Они кувыркались почти до утра. Проснулись около девяти часов. На нежности времени уже не оставалось. Виктору надо было собираться домой. Они вместе побежали в баню, чтобы обмыться после бурной ночи. Разделись, вошли в моечную, наполнили тазы еще не остывшей водой. Нина склонилась нал тазом и лукаво взглянула на него из-под распущенных волос, - Вить, а слабо, как вчера, - и призывно выгнула спину. Пришлось принять вызов. К своему удивлению Опер не опозорился и выдержал марку до конца. Нина осталась довольной. Завтракали уже в некоторой спешке. Виктор собрал свои принадлежности, выкатил мотоцикл на тропинку. К нему подошла Нина.
  - Вот, возьми рыбу. И не пропадай, звони чаще. Я скучать буду. Чем я с тобой больше нахожусь, тем больше меня тянет к тебе. Дай я тебя поцелую на прощание, - И приникла к нему. - Все теперь езжай. - Отошла от него. Виктор толкнул кигстартер , мотоцикл взревел, нарушив утреннюю тишину, через миг скрылся за мелким леском.
   Почти до самого дома Виктор думал, что скажет Павлу Алексеевичу по поводу того, что он не подготовил Нину к знакомству с Суреном. И уже перед самым домом ему в голову пришла спасительная мысль: Надо обработать Вику и уговорить ее на явку с повинной. Не может она не знать про дела своего сожителя. Ведь, женщин-то она ему подыскивает и знакомит их с Суреном. Значит она в курсе для каких целей знакомит их. Он уже прикидывал, как это устроить.
  - Для начала с ней надо поговорить нормально, без нажима. А, уж если Вика не поведется, припугнуть ее уголовным кодексом. Так и сделаю. - Решил он и не стал откладывать дело до понедельника. Бурно проведенная ночь с Ниной, двигала его на подвиги. Сославшись дома на оперативную необходимость, он на мотоцикле отправился Вике и вскоре увидел ее перед продуктовым магазином и стал ждать, когда она выйдет от туда. Вика вышла из магазина через полчаса, опер окликнул ее.
  - Вика, привет! Давай я тебя до дома на мотоцикле подкину. Наверное, уже и подзабыла, как с мужем на мотоцикле ездила.
  - Здравствуй Вить. Ой, когда это было, как я с ним ездила. Я теперь все пешком хожу. С удовольствием с тобой прокачусь. - Она села на сиденье позади Виктора.
   За два квартала до дома Вики, опер повернул на другую улицу.
  - Вить, ты куда? - Прокричала Вика. - Мне домой надо. Меня к обеду ждут.
  - Не переживай об этом. Мы в отдел проедем, мне надо с тобой поговорить. Долго я тебе не задержу.
   В отделе они поднялись в кабинет Виктора. Он усадил Вику на стул, сам сел напротив ее. Закурил сам и дал сигарету Вике.
  - Вить, я уже с месяц, как не курю. Сурен не любит, когда от меня пахнет табачным дымом. Что делать? Приходится мириться. О чем ты хотел со мной поговорить?
  - Разговор Вика, у нас будет очень серьезный и не для посторонних ушей. Вот, почему я и привез тебя сюда. Извини, что задержал тебя перед обедом. Не стану ходить вокруг да около. Мы с тобой давно знаем друг друга. И хорошо знаем. Так вот, слушай и мотай на ус, как говорят. Чисто случайно мне стало известно о нехороших делах твоего сожителя. Я уже установил четырех потерпевших от него. И ты не можешь не знать, что будет с тобой, если я займусь этими женщинами, с которыми ты, кстати, знакомила Сурена. Твой сожитель уверен, что, обворованные им женщины, в милицию с жалобами нем побегут из-за страха пред мужьями. Ты сама-то то подумай, что останется делать их женам, когда мужья их прижмут с вопросами, куда девались украшения из благородного металла, подаренные ими? Да, они сами притащат своих жен к нам, чтобы мы приняли меры к поиску их драгоценностей. Вот и подумай, что будет с тобой при таком раскладе? Пойдешь ты, моя родная, ка прямая соучастница и наводчица, совершенных Суреном преступлений. А у тебя сын на руках. Что с ним будет? Ты подумала над этим?
  - Вить, я давно поняла, что влипла в нехорошее дело. Первый и второй разы до меня еще не дошло, что ворует драгоценности у моих знакомы. Представляешь, подкатил такой учтивый, вежливый и красивый. даже подумать не могла, что он таким подонком окажется. Потом поняла и хотела его остановить, но он сказал мне, что если его раскроют, то и я с ним пойду. Вот теперь и не знаю, что делать.
  - А тебе Вика, подскажу, что делать. Ты, прямо сейчас, радость моя, напишешь чистосердечное признание о совершенных вами деяниях. Укажешь, что поступала так под его принуждением своего сожителя и, что искренне раскаиваешься в содеянном. Я все оформляю, как явку с повинной. В таком случае суд учтет твое пролетарское происхождение. Ну, там хорошие характеристики по месту работы и жительства. Глядишь и дадут тебе условный срок. Другого выбора у тебя нет. Думай, да не долго. Писать можешь прямо сейчас. Чего время тянуть? Решайся. Потом, может, нам удастся сделать так, что это все ты делала по нашему заданию. Тогда может быть, вообще выйдешь сухой из воды. Но, в этом случае, тебе придется конкретно работать на меня. Думай. Или тюрьма, или ты мой агент.
  - Чего уж тут думать? Выбора-то у меня нет. Из двух зол выбираю меньшее. Я и сама собиралась к тебе прийти, да все не решалась. Неудобно перед тобой было. Не посторонний ты мне был, когда-то. Давай бумагу буду писать чистосердечное признание.
  - Вот и правильно. Ты не стесняйся сгущать краски. Пиши, что увлеклась им, а он стервец этакий, воспользовался этим. Ну, в общем, надо разжалобить наш самый гуманный суд в мире.
    Вика свое признание писала не меньше часа.
  - Все Вить, закончила. Обо все написала. Если меня не осудят, буду самой верной твоей помощницей. Это я тебе обещаю. Теперь вези меня домой. Поверишь, как груз с плеч сбросила. Так легко на душе стало. Спасибо тебе Вить. Всю жизнь помнить буду.
  - Да, ладно Вика. Помнить можешь и не помнить, а отрабатывать тебе придется конкретно. Так, что готовься к сотрудничеству. Я тебе и кликуху дам "Черная Роза". Одним цветком в моем цветнике будет больше. Ты Вика, главное сейчас дома не проболтайся, а то еще вспугнешь нашего красавца и мне опять придется за ним гоняться по городам и весям. Веди себя, как ни в чем не бывало. Объясни, что подругу случайно встретила и заболталась с ней. И, главное не дрейфь. Все обойдется.
    Вику он ссадил с мотоцикла за квартал от дома. Не стал терять время, решил опросить женщине, которых указал танцор. Начал с Воробьевой Лизы. Она проживала как раз на соседней улице от Викиного дома в частном доме. Оставив мотоцикл у калитки, Виктор прошел во двор. И еще от калитки услышал, что в доме происходит крупный скандал. На его стук в двери вышел мужчина лет тридцати, высокого роста. Он не очень приветливо встретил Виктора. - Чего тебе? Виктор показал удостоверение.
  - Инспектор уголовного розыска, лейтенант милиции Скворцов Виктор.
  - И, что тебе надо лейтенант милиции?
  - Мне надо поговорить с гражданкой Воробьевой Лизой.
  - А, по какому вопросу? Я муж данной гражданки. Пока.
  - По поводу кражи драгоценностей  в вашем доме.
  - Вот. Уже и в милиции известно о твоих знакомствах, - вглубь дома громко проговорил мужчина. И, уже оперу: - проходи.
  - А, что бы стоили, если бы не знали, что происходит в нашем городе. - Проходя во внутрь дома, ответил Виктор. В прихожей его встретила хозяйка с припухшей губой и свежим синяком под глазом. - Вот, тут уже тайна стала явью. Не надо устраивать тайн. - Подумал опер.
  - Елизавета, как Вас по отчеству?
  - Просто Лиза сойдет, - вместо хозяйки ответил муж.
  - Лиза, Вы, будете писать заявление по поводу хищения драгоценностей в Вашем доме?
  - А, куда она денется? - Опять проговорил муж Лизы. - Садись и пиши, чтобы я видел и о подробностях не забудь написать, чтобы следователю читать было поинтересней, - с легкой иронией  проговорил он.
   Взяв, заявление и объяснение Лизы, Виктор поехал к Ковалева Екатерина. В доме Ковалевых опер застал похожую картину. Только муж Екатерины еще не успел выяснить отношения с женой физически. Было много шума от звона разбитой посуды. Даже на улице было слышно, как разлетались тарелки и вазы. Все остальное произошло точно так же, как и у Воробьевых. Екатерина написала заявление и дала письменной объяснение.
   В остальных адресах женщины заявили, что в их домах краж не было. Наверное, потому что их мужья еще не приехали из командировок. Это Виктора нисколько не огорчило. То, что у него было собрано, вполне хватало для возбуждения уголовного дела. С чувством исполненного долга и с спокойно совестью, опер поехал домой. В глубине души он был рад тому, что ему удалось не впутать Нину в эту историю.
   В понедельник с утра Виктор привел в порядок, собранный по Сурену материал, написал рапорт о проделанной работе, пошел с докладом к Павлу Алексеевичу, который уже поджидал его.
  - Ну, рассказывай, что у тебя получилось с Ниной Николаевной, уговорил ее на знакомство с этим гастролером?
  - Павел Алексеевич, в этом надобность отпала. 
  - Как отпала? Почему? Объясни.
  - Я в выходные дни подсуетился и убедил Ласточкину Вику, подельницу Сурена, написать чистуху. Оформил ее, как явку с повинной. После чего я взял заявления и объяснений у двоих потерпевших. Вот тут у меня весь материал и рапорт на передачу в следственное отделение для возбуждении уголовного дела.
  - Ты, что, и в выходные работал? Ну, молодец. Ничего не скажешь. А, что, Нину Николаевну уговорить не ужалось?
  - А я и не пытался. Я так подумал: На такое дело надо подбирать женщину разового использования. Которая сделала свое дело и в сторону. Забыли про нее. А, с Ниной Николаевной так нельзя. Она, как осведомитель еще нам понадобится. Кого еще в ресторане подберешь в осведомители? Ее светить нельзя. Да, и потом, Нина женщина самолюбивая. Могла бы и оскорбиться, если бы узнала, что ее используют в темную. Уж я-то ее хорошо знаю. Вот потому я и не стал впутывать ее в эту историю. Вот и убедил Ласточкину написать чистуху, то есть чистосердечное признание.
  - Что сказать? Молодец. Ты прав. И волки сыты и овцы целы. Хвалю, что вперед смотришь. Давай материал, подпишу. Пусть следствие теперь занимается этим горным козлом. Надо теперь задерживать его. Но где?
  - Как где? Все там же, у ласточкиной. Она же сожительствует с ним.
  - Так ты, что и доставить его можешь?
  - запросто. машина и пара постовых и сейчас же он будет перед Вами.
    Через пятнадцать минут милицейский УАЗ остановился за квартал от дома Ласточкиной. Виктор и два постовых прошли к дому пешком. С одним из постовых Виктор прошел в дом, а второго постового отправил под окна дома со стороны сада.
   Обитатели дома: Вика, ее мать Вера Петровна и Сурен сидели за обеденным столом. Сурен с некоторой настороженностью посмотрел на вошедших. Опер представился и попросил его показать паспорт. Сурен, сама вежливость, улыбнулся, встал, снял со спинки стула пиджак, достал паспорт и направился к Виктору вокруг стола. Проходя мимо, раскрытого окна, он неожиданно, щукой нырнул в окно, оставив пиджак на полу. А, зря. Постовой, который бдительно охранял окно, не стал мудрит с задержанием, а просто воспользовался лопатой, что стояла под окном, ударил ею беглеца по ногам. В итоге неудачливого беглеца в машину пришлось нести на руках. Когда задержанного унесли, Виктор попросил Вику показать его вещи.
  - Вить, а у него из вещей только один дипломат. Мама, ты случайно не знаешь где он его прячет?
  - Он дипломат все время прячет в дровянике. Он даже тебе показывать запретил, где он его прячет. Сказал, что я сильно пожалею, если расскажу тебе об этом. Виктор, пошли я покажу тебе место, где лежит дипломат. Я случайно подглядела, как он его прятал. Я в дровяник зашла в тот момент, как он маскировал.
   Вера Петровна провела Виктора в дровяник и подвела его к боковой стене. Сдвинула в сторону старый сундук, больше похожий на ларь, разгребла мусор, извлекла прямоугольный предмет, обернутый клеенкой и подала его Виктору. Они прошли в дом. Виктор попросил Веру Петровну пригласить в качестве понятых, кого-нибудь из соседей. Мать Вики привела двоих женщин. В их присутствии Виктор развернул сверток и в руках его оказался дипломат из натуральной кожи коричневого цвета с кодовым замком. Он не стал мудрить над подбором кода, просто отверткой отковырнул оба замка. В дипломате было уложено белье обладателя дипломата. Виктор стал вынимать вещи из дипломата и каждую вещь заносил в протокол осмотра. Наконец из дипломата опер вынул последний предмет - женский купальный набор в упаковке.  Внутренность дипломата была отделана красным бархатом. И при поверхностном осмотре внутренность его выглядела вполне нормально. Если не считать некоторой неровности покрытия дна. Опер провел рукой по швам материала и нащупал еда заметную неровность в швах. Он потянул подкладку, она легко подалась и сразу стало видно, что шов сделан неровно и поверхностно. Виктор подрезал нитки, подкладка дна отделилась, открыв взором присутствующих, прикрепленные изолентой к днищу дипломата пачки денег в количестве десяти штук, купюрами достоинством в двадцать пять рублей. Россыпью лежали украшения из желтого металла, всего двадцать пять предметов. Там были цепочки, кулоны, перстни, браслеты, крестики. Виктор пересчитал деньги. Общая сумма составляла десять тысяч рублей. Ознакомив понятых с протоколом осмотра дипломата, Виктор сложил все вещи в дипломат, опечатал его своей личной печатью. Опросил Вику и ее мать. Когда они уходили из дома Вики Виктору показалось, что Вера Петровна с облегчением вздохнула.
   По приезду в отдел Виктор доложил Павлу Алексеевичу о том, что Сурен доставлен и о содержимом его дипломата. Объяснил, как Сурен получил травму и что ему надо будет вызвать врача для осмотра ноги. Что надо бы опросить этого сына гор.
  - Ну, ты свое дело сделал. Теперь им пусть занимаются следователи. Врача ему вызовет дежурный, если посчитает нужным.
   У себя в кабинете Виктор позвонил танцору.
  - Леша, ты нашел, кого-нибудь из женщин, согласных написать заявление по кражам драгоценностей?
  - Виктор, извини. Не успел. Оба выходные мать заставила работать по дому. Вот, сегодня собрался побегать по ним.
  - Леша, можешь не бегать. Я уже все сделал. Двое из тех, кого ты мне назвал, согласились написать заявления, под нажимом своих мужей. Материал уже в следствие передан.
    Потом он позвони Нине.
  - Нина, можешь жить спокойно. Кавказский красавец к тебе уже не подойдет. Я его вчера задержал. Больше тебя никто не будет смущать.
  - Спасибо милый. Я была уверена, что ты его поймаешь. Я тебя с удовольствием отблагодарю. Только ты звони и не пропадай. А, если сегодня у тебя часам к шестнадцати выпадет свободное время, приходи ко мне работу. Директора с обеда не будет в ресторане. Посидим, поговорим нам никто помешает. Буду ждать. 


  P.S. Через три месяца состоялся суд. Сурен Арменович Саркисян был осужден к шести годам лишения свободы с отбытием наказания в колонии общего режима, как ранее, привлекавшийся к уголовной ответственности за совершение аналогичного преступления.
    Дело на Ласточкину Викторию Николаевну было выведено в отдельное производство, а впоследствии в ее отношении уголовное преследование было прекращено.

  РЕБЯТА, ПИШИТЕ РЕЦЕНЗИИ (ОТЗЫВЫ), МНЕ ИНТЕРЕСНО БУДЕТ ЗНАТЬ ВАШЕ МНЕНИЕ.

Этот рассказ из второй книги.