Дождливое видение

Дождливое видение (Призраки светлых воспоминаний)
…………………………………………………
Сумрак ночи надел вампирский фрак и вошел в мою комнату. Или это уже была репетиция спектакля утра для румяной Актрисы Весны? Двойные даты моих циферблатов размыло теплым дождем, ставшим шумом по ту сторону мира, заснувшего древним Левиафаном на ложе Атлантиды. Мне не спалось. Или это сама жизнь внутри меня была слишком жадной до жизни? Чтобы просто взять и уснуть. 
Я подошел к столу и начал записывать бессонницу. За окном шел нескончаемый дождь. И я стал слушать шепот дождя как преданный ребенок ноября.
И в комнате остались я, и моя бессонница, и шепот дождя, занавешенный тишиной. И я увидел рассвет. Я посмотрел в его чистые глаза, омытые блестящими крышами домов напротив. И я открыл свои Двери Восприятия, чтобы стать единоличным «наездником шторма», под ритмы и блюзы шамана Джима и прочих шаманов, поющих свои Молитвы во имя Дождя.
И тут, выглянув в окно, я увидел странную картину: в пелене дождя, посередине двора, между лавок и качелей, везде стояли какие-то люди. Они стояли, вперившись куда-то, и мокли под дождем как бледные истуканы. И тут внезапно все они подняли головы и посмотрели на меня. И я увидел. И я узнал. И я прозрел.
Это были все мои друзья и соратники, сестры и братья, родные и близкие, живые и мертвые. Там внизу стояли все мои Музы Богини Нимфеи Русалки как призраки бывших и будущих любовниц, источая Сочное Сияние Любви. В сумраке я различил и другие силуэты. Поэты, музыканты, писатели, издатели, художники, режиссеры, сценаристы, коллеги по чатам, грехам, смешкам и стихам, и все прочие - все те, с которыми мое детство, отрочество и юность когда-то повстречались в дождливой пелене воспоминаний, сжимая ключи от прошлого навстречу светлым дням грядущего, увязнув в странном настоящем.  И тут я вспомнил: с ними со всеми я проводил разные этапы своей жизни - родные дворы района, школа, институт, места столицы и глубинки. Там стояли даже те люди, которые были вместе со мной в знойных путешествиях, на домашних диванах, в трактирах русского пития, в каморках душных офисов, в пыльных гаражах и на творческих вечерах. Даже те, кого я помнил мельком, и они остались лишь размытыми мазками на холсте моей памяти.
И смутные воспоминания становились светлыми. И те дождливые призраки вдруг обретали черты конкретных людей, как только я смотрел или думал о ком-то. А потом снова сливались с общим пейзажем вечной осени. Где-то во дворе блуждающего лета. И в каждом из них была частичка моей памяти. А значит, и судьбы.
И я почувствовал себя чуть более человечным, ибо здесь, в моем дворе, на размытой границе дня и ночи, стоят призраки вечно живых, но уже забытых мной - всех тех душ, с которыми моя душа когда-либо вступала в Metha’физический диалог. Впускала в себя и запоминала особым образом. А потом эта неблагодарная память их же и забрасывала песком забвения, ввиду новых встреч, дел и лиц в мясистой чаще дней. За неимением случаев, за неумением времени запоминать детали.
И вот эти призраки светлых воспоминаний стоят посреди дождя. Там, внизу. И ждут меня. То ли они любили меня, то ли я их. А может, ничего и не было вообще. Снаружи то ли дождливое лето, то ли вечная жаркая осень внутри.
И вот они начинают махать мне руками и улыбаться, вставая в огромный хоровод. В полшестого ночи. А может, это на часах было 5: 30 утра? Я смотрел на них из окна и улыбался им в ответ. 
И тут я почувствовал себя нестерпимо одиноким. И одновременно любимым. Принадлежавшим всей своей сутью им, призракам вечно живых и забытых. Забытых именно мной. Стертых из памяти. И воскресших всех сразу в одной точке моего воображения.
Я сел за стол и стал лихорадочно записывать свое Дождливое видение. Когда я встал и выглянул в окно: во дворе, погруженным в сон, никого не было. Никаких хороводов. Или толпы призраков.
Только комната, ушедшая в сон. Только блаженная тишина. Только шепот дождя, убаюкивающий мою бессонницу.
Я записал фразу: «Как приятно быть любимым призраками светлых воспоминаний…»
И ушел спать. А нескончаемый дождь подобно старой пластинке, поставленной на проигрыватель, продолжал шептать сквозь шторы свои заклинания…

16 апреля 2022 года
(Любая ваша дата Дождливого циферблата, забывшего о времени совсем)

Иван Николаевич Козин
(потерявшийся в именах и днях и нашедший Поэзию в прозаичном шуме дождя за занавеской ночного дня)