Азбука жизни Глава 1 Часть 135 Да уж!

Глава 1.135. Да уж!

«Прелесть твоей жизни в том, что твоему внутреннему росту никто не помешал. Ты видела и понимала слишком много с самого начала, поэтому пустые люди не задерживались в твоём мире.
— Иногда я всё же обманывалась. Хотя и не судила их за свои же разочарования. Есть люди, которые говорят о том, чего никогда не проживали. Чаще я удивлялась собственной доверчивости. Но именно такие встречи и помогали понять, откуда берутся нелепости в жизни других.
— Ты с детства училась разбираться прежде всего в себе. А то, что тебе иногда лгали, объяснимо. Ты смотришь на мир без розовых очков. Жизнь несовершенна, и мы все — её герои. Некоторые из этих героев, сталкиваясь с тобой, не видели тебя настоящей — они пытались возвыситься, а вызывали лишь тихую грусть.
— Я выросла среди сильных и честных людей, там, где ложь была невозможна. Да, есть те, кто живёт в полусне, чья планка развития едва видна. Но выживать как-то надо, вот они и придумывают себе роли — под прикрытием должностей, титулов, фирм. Умный не станет тянуть из чужих карманов. Он под свист и улюлюканье будет молча делать своё дело — и тащить на себе всё, что действительно имеет значение. Если бы у руля стояли умные, они бы не позволили торговать воздухом вместо хлеба — они бы вложились в заводы, поля, в человеческие руки и головы.
— Не спорю. У нас была хорошая основа в конце восьмидесятых — и научная, и человеческая.
— А я уже с трудом верю, что можно столько лет жить в нравственном рабстве, в крепостной зависимости от собственной мелкости.
— Что предлагаешь? Сама же пишешь, что мы бессильны остановить этот разгул пустоты.
— Надо платить за труд и талант — чтобы завидовали им, а не тем, кто лишь крадёт.
— Но и среди последних есть талантливые — если сумели украсть столько.
— А почему ты завистника ставишь рядом с лгуном?
— Я ждала этого вопроса. Завистник — неосознанный поклонник своей жертвы, но питается он лишь злорадством. Получается противоречие. И тогда приходится лгать сначала себе, а потом уже другим».

— Виктория, какой пронзительный текст!
— Мария Михайловна, вы считаете, что «Исповедь» всё же стоит опубликовать?
— Разве у тебя ещё есть сомнения? Сколько мудрых мыслей вы с ребятами уже извлекли оттуда.
— Если честно, мне не хочется возвращаться в то недалёкое прошлое. Имена хочется поменять — будто стереть слишком яркие следы. Но вы выбрали отрывок, который звучит… на удивление современно. И это меня затягивает. Как только найдётся настроение…
— Скорее желание. В «Исповеди» у тебя через край бьёт не только вдохновение — там живёт целый мир.
— Да уж…