Спящие волки

               
 
В детстве мы несколько раз слушали историю, которая произошла с моим прадедом - отцом моей бабушки (его звали Федос), и она нам очень нравилась, потому что невероятно сказочная история была правдивой. Её передала, что помнила, моя бабушка Прасковья моей маме Зинаиде. Обычно слушание происходило поздним вечером, когда было уже темно. Рассказывала мама с белорусским акцентом, эмоционально. И я, и мои дети, внимательно вслушиваясь в таинственный случай, с любопытством и волнением боялись пропустить какие-нибудь новые подробности.
Этот случай произошёл в Белоруссии, где родились и жили мои родители и где родилась я. Моей бабушке тогда исполнилось шесть лет, в 1912 году. Она жила с родителями в деревне, в которой было тридцать домов. Деревня считалась большой, а меньшие – по двадцать домов. У моего прадеда Федоса было шестеро детей: двойняшки Женя и Полина, моя бабушка Прасковья, Леонид, Клавдия и Алексей. Прадед был женат второй раз, первая жена умерла, детей у них не было.
Они держали большое хозяйство: скот, птицу, лошадей. Земли было очень много, её нужно было обрабатывать, так как ранней весной сеяли лён. Работы хватало всем. В конце лета лён собирали в снопы, затем выбивали зёрнышки из коробочек предметом, изготовленным из длинной деревянной гладкой палки, к которой была привязана верёвка изо льна, а на конце верёвки крепилась короткая деревянная палочка. Этот предмет называли «цапы». Потом по осени снопы стелили на землю, чтобы дождик намочил и лён стал мягче; проверяли и, если готов, собирали и везли мять в «пуни» - так называли помещение-сарай (закладывали лён в мялки - металлическое колесо). После этого лён вычёсывали на гвоздях, вбитых в деревянную доску, затем пряли, ткали и из готового полотна кроили и шили льняную одежду. Дети и соседи были хорошими работниками в этом трудоёмком процессе. Все работали до ночи, детям ночью всегда очень хотелось кушать, но им не давали, потому что соблюдали все посты.
В деревне был маленький магазинчик, хозяином был еврей. В магазинчике продавалось все самое необходимое: спички, соль, селёдка, конфеты, нитки. Один раз в неделю Федос, так как у него были свои лошади, возил еврея для закупки товара в город Оршу на рынок. Рано утром, в четыре часа, прадед запрягал лошадей, чтобы успеть вернуться обратно: расстояние до места было тридцать километров. Дорога была одна – разъезженная, через лес. Иногда из-за деревьев выбегали деревенские бандиты, останавливали прадеда и еврея, отбирали деньги, если деньги отдавали сразу, то бандиты их не били. Но после этого Федосу с евреем приходилось возвращаться обратно домой. Еврей копил деньги, и, когда собиралось нужное количество, они опять ехали за покупками. Изредка на обратном пути из Орши, после закупки товара, еврей давал Федосу один большой пряник, иногда посыпанный сверху сахаром, на всех шестерых детей и приговаривал:
– Пусть знают Хаемку.
За удачную поездку платил Федосу деньгами.
Зимой морозы были сильные, снег лежал гладкий и ровный. Лес вокруг деревень стоял могущественный и дремучий. Однажды евреи попросили Федоса отвезти жениха к невесте в местечко, которое стояло на возвышенности и поэтому получило название Горки. Благополучно доехав до места проведения свадьбы, евреи предложили Федосу остаться на свадьбу и заночевать. Но он отказался от угощений и ночёвки, сообщив:
– Дорога санная, поеду. Ноги больные, залезу на русскую печь и буду греться, люблю спать дома.
Недалеко отъехав от местечка Горки, он остановился возле дороги, где стояла корчма. Нужно было покормить лошадей сеном. Пока лошади ели, Федос выпил пива и поел. Хозяева корчмы тоже предложили ему остаться до утра:
– Поздно уже ехать, ночь на дворе. Оставайся. Утром поедешь.
Но он ответил уверенно:
– Погрелся. Поеду. У чужих не ночую. - Сел в сани и поехал.
Когда заезжал в дремучий хмурый лес, ни на что не обращал внимания, никуда не смотрел, только на разъезженную санями дорогу, ехал ведь не первый раз. Но вдруг лошади с храпом встали на дыбы, замерли как вкопанные и не хотели двигаться с места. Не понимая, что произошло, Федос посмотрел в глубь леса и увидел пенёк, а на нём сидел небольшого роста, с длинной седой бородой, старенький дедок. Рядом с пеньком горел большой костёр, а вокруг костра и пенька со старичком спали серые мохнатые волки. Они были похожи, как близнецы, все лежали в одну сторону, вытянувши свои мохнатые передние лапы к костру, а задние лапы и хвост были прижаты к телу.  Волки дышали тихо, ровно, окружая свою волчью пасть тёплым паром, который быстро растворялся в морозном воздухе. Сильно испугавшись и придя в недоумение, Федос не знал, что делать. Но тут вдруг услышал слова старичка:
– Иди, погрейся.
И Федос, медленно вытаскивая свои больные ноги, вылез из саней и понял, что ему ничего не остаётся делать, только идти к старику. Будто напуганный зверёк, осторожно и мягко ступая по снегу, не чувствуя под собой твёрдой почвы, постепенно приближаясь к спящим волкам, Федос вдруг почувствовал, что шапка на его голове поднимается, и понял: от страха волосы стали дыбом. Он попробовал рукой поправить шапку, но этого сделать ему не удалось. В это время старичок произнёс:
– Переступай через них, не бойся, только аккуратно, не наступи, а то разбудишь.
Трясясь всем телом, Федос приблизился к костру, снял рукавицы; не понимая, что происходит, протянул к огню руки, дрожащие то ли от холода, то ли от страха. Пока Федос грелся, старичок спрашивал, откуда он едет так поздно ночью, куда держит свой путь. Федос ответил, что возил жениха на свадьбу. Сколько он просидел у костра, не помнит, но когда почувствовал, что согрелся, сказал старичку:
– Я уже обогрелся, мне нужно ехать домой, к семье.
Старичок его не задерживал, проговорив слова:
– Поезжай, теперь у тебя всё будет хорошо, свободен твой путь.            
Стараясь не подать вида, насколько ему страшно, Федос потихоньку встал, так же осторожно перешагнул через спящих волков, представляя, что будет, если эти свирепые звери проснутся. Дойдя до деревянных саней, он сел, схватил поводья и сильно ударил кнутом испуганных лошадей. Теперь они бежали, как ужаленные. Немного отъехав от места спящих волков, Федос оглянулся, но, к его удивлению, уже не было ни костра, ни волков. Он ещё сильней ударил лошадей и гнал их до самого дома, но не оглядываясь. Ему показалось, что доехал он за один миг. Дома быстро залез на русскую печь и уснул, а утром рассказал, что с ним произошло. Сколько потом ездил по этой же дороге через лес, но никогда не встречал ни старичка, ни спящих волков.
Только иногда, под Рождество, когда у волков бывали свадьбы, одна волчица подбегала к саням, ставила переднюю лапу на сани и бежала по снегу вместе с санями. Когда Федос замечал волчицу, он гнал лошадей, но она тоже бежала быстрее. А если он, сильно разозлившись, стегал волчицу кнутом, она запрыгивала на сани и сразу убегала, но на него не нападала. Вот такие загадочные случаи происходили, когда нас ещё не было. А, благодаря рассказам наших бабушек и дедушек, теперь их знаем и мы.
               
Февраль 2015 г.