Посмотреть в Ласточкины глаза

УКРАИНА И РОССИЯ, А КОГДА-ТО — ОДНА СТРАНА. НЕУЖЕЛИ МОЖНО ВСЁ ТАК БЫСТРО ЗАБЫТЬ?
Накануне дня освобождения п.Плюсса от немецко-фашистских захватчиков, я пришла на аллею Славы Героев Советского Союзапоклониться им и сказать «спасибо» за то, что живу в этом мире, благодаря им. И поклониться в пояс женщине, единственной среди героев-мужчин, даже не женщине, нет, не женщине, а девушке, она ещё совсем молоденькой была, ей ещё и двадцати не было, когда она совершила свой подвиг. Подвиг, на который и мужчина не всякий отважится, — Валерии Осиповне Гнаровской. Когда она погибла, это было в 1943 году, подорвав себя вместе с танком, двигающимся на медсанбат, Плюсса была оккупирована немцами. Её родная земля стонала, как корчилась от боли и та земля, где сложила крылья Ласточка, как любовно прозвали её бойцы. Она погибла на земле, где сейчас идут бои и льётся кровь русских, но эту кровь проливают не фашисты, а наши братья-славяне. Вместе со своим полком и своей ротой санинструктор Гнаровская участвовала в наступлении советских войск на Украине, в освобождении Донецкой области, Запорожья, эта девочка погибла за украинское село Вербовое Запорожской области. Страшно признать, что она, чистый и светлый человек, пролила свою кровь на Украине, которая была нашей, братской, своей, и которая теперь стала враждебной к нам, русским. Скажите, чья здесь вина? Валерии или тех 3000 наших земляков, которые сложили свои головы на фронтах ВОВ? Которые воевали и за Украину. По стечению судьбы, Валерия приняла смерть там, там и похоронена, там ей поставлен памятник, но будет ли он стоять? Не снесут ли его украинские воинствующие националисты, которые устраивают геноцид русского населения, где когда-то была наша Родина? Смотрит Валерия с монумента своими чистыми, преданными, влюблёнными в свою Родину глазами.А ответить ей нечего. Стыдно нам должно быть, что не смогли сберечь то, за, что отдали жизни такие прекрасные люди. Тот, кто призывает к войне с нашей или украинской стороны, преступник и провокатор. Он пришёл бы и посмотрел в чистые Ласточкины глаза, которые закрылись в неполные двадцать, на той земле, которая когда-то была и нашей землёй, нашей родиной.