Разница между Спартаком и Аяксом

            
     Мне вновь не хватало хоть какой конкуренции для очевидно вырвавшегося в тараканьем гандикапе нолей и единиц ленинградского инженера, накернувшего Бабченку разницей, потому - то и вбурился я, мудачина окончательный, к тилиграмной крысе, точно такой же стремной, что и Бабченко, троллихе. Не скрою, неприятно резанула по нервам память о временах, когда я и сам орудовал в бложике Лимонова так - то вот навозно и жирно, пока не надоело или просто вырос я из олигофренических штанишек вечно молодых и пьяных руссиш блогеров, сместившись в совсем иной поджанр, придуманный мною от не хер делать, когда я взял основой странных существ Босха, принявшись мастырить, как горячие пирожки, сказочки по паре раз в сутки, симбиотя не насекомых и рыб, а литературу, кино и - иногда - песни, гусли, мысли. Все эти игры неизбежно утыкаются в насущность противовеса, пусть умеющая, как и Дита, по уму использовать соцсети Эжени Бушар конкурирует с матерой и блистательной, а Бабченко с Несмияном, но то - то и оно - то, граждане бандиты, что попытки противостоять перфекционизму одной и профессионализму уровня Капицы другого, скорее раньше, нежели позже, завершаются Кристофером Ламбертом, не имеющим никакого отношения к кавказским горцам, что, помнится, привело меня в предыстероидное состояние от замысла бибисишников хоть так проиллюстрировать какую - то там из моих историй. Простота хуже воровства, дурной вкус хуже предательства, а благоглупости шендеровинок или отчаянное холуйство - на хрен.
    - Бляяя, - проныл я, устав лицезреть титьки и жопки великих актерок современности у селебжидихадистов, - сталкивать лбами инженера и стриптизершу априори не выйдет и не получится, потому как Дите реально срать на все парадигмы, а блогеру интересны такие кромешности, что отринуты коалой еще на первом курсе. Что ж делать - то ?
    Будучи русским, но не признавая такой постыдной подробности в своей биографии, я, конечно, знал, что на этот вопрос следует искать ответы после решения другого вопроса из того же либретто, поэтому, закурив, впал в раздумья. В думы, так сказать, невеселые. Виноват, разумеется, мой язвительный ум, это понятно и бесспорно, осознание чепуховости явно излишней информации и мои душевные страдания из - за отсутствия надежд на демократию в России по климату и населению также превалируют над духовным поиском того человека разумного, что, дрыгая бородавкой, пойдет валить на хер кандидата в политики, но сничтожит в конце концов сутенеров в извилистых коридорах непонятного здания ненашенской постройки. Вот бы встретить Бобби де Ниру, не нынешнего пузана и бесталанного гада, а того, настоящего, из чугуна, когда мисс Джоди была юна, но уже розова, а Харви не лез к журналистам с повестью печальной о жизни еврейского гангстера Кеннеди - писателя, но чотко и быром дрыгался на углу, продавая за недорого малолетнюю шлюху всем желающим.
    - Товарыщ, бабу хочишь ?
    Кужель открыл глаза, прислушиваясь. К эшелону подкатили какие - то мохнатоголовые люди, поджарые и верткие. Совали головы сыра, скрипя кожей седел, гортанно торгуясь с бежавшими с фронта казаками.
    - Пука, - тыкал пальцем всадник, горяча низкорослого коня, - грянет ?
    - А як жа, - топырил руки матрос Галаган, до одури нанюхавшись кокаину, - так вдарит, бабай, что костей не соберешь. Хлопцы ! - суетился обезумевший матрос, будя казаков. - А ну покажьте этому чорту горбоносому, как у нас в Кастилии полагается.
    Очнувшиеся пираты рычали, живописно одеваясь и не менее живописно ругаясь громом и молниями, тысячами чертей и скелетом Флинта. Снаряжали кулеврину и первым же выстрелом сносили к такой - то матери аул, случившийся географически у места краткой остановки эшелона. Жаль, что Веселый ничего такого не писал, да и написал бы - цензура рубанет. Его и расстреляли справедливые коммунисты в тридцатых не абы как, а по понятиям, диктовавшим уже нынешним два десятка лет держать границы нараспашку, за что искренне благодарен я путиноидам, пусть сам и не уехал никуда. Зато тот, кто мозг имел, давно свалил из обители зла и теперь пробует начать новую жизни не тута, а это, товарищи, куда как лучше бесцельного лежания в братской могиле. Диктатор выполнил свою функцию - не допустил возрождения проклятого большевизма, тута ему и карачун, а уж остальное лишь от населения зависит : захотят жить по - человечески - начнут, не захотят - так и сгинут, как сгинули ромеи или варяги, всего - то лишь породив могучую цивилизацию римского права и уважения государственности когда - то пиратов и варваров, покрывших руины Империи новой готикой соборов, бургов, тауэров. Мы, впрочем, сооружая из китайского гипсокартона торговые и физкультурные центры, обреченные сгнить при нынешнем поколении, еще умнее, мы, братья и сестры, не заморачиваемся монументальностью, хорошо зная из отеческой истории, что уже наши дети потащат болван Перуна в речку срачку, купят нам, старым, тиви и вручат торжественно газету  " Телесемь ". Сиди, старый, на жопе ровно, просвящайся.
    А как просвящаться без конкуренции интересному мужчине, пусть и со своими тараканами в голове, но оказавшемуся, как Дита фон Тиз, в едином экземпляре профессиональной деятельности по втюхиванию актуальности и злободневности на сей день ? Потому и будут отныне противостоять ему мои низменные наклонности в жанре порно, раз уж все остальные благополучно кончили остальных, как выражался мессир Бэм, скидывая с раската не какого - то там Ивашку дедушки Салтыкова, а самого, мать вашу, адмирала Гаспара де Колиньи. Тоже история. С литературой. И кино, если не забыть кинематограф Белль Франс, один, уверен, из лучших на планете.