242. День Гнезда. Зайчик

242…((9.а)) Реконструкция. Зайчик
На День Гнезда любой колдун обязательно ищет себе компанию. Это внутренняя потребность соблюсти традицию, а ещё это редкая подсказка: как бы вы не разнились, в глубине имеется некоторое сродство. Нежданного путника в этот день зовут к столу. Особенно братски относятся к тому, с кем хотя бы единожды пировали на День Гнезда.
Внезапно! Треф, смеясь говорит Колдуну, что вежливым до приторности письмом, о которого веяло тревогой и шёпотом просьбы, придворный гадатель выразил желание праздновать вместе с ним, как общим по картам. А-ха-ха, и к чему это упоминать?! Кого прогонят в такой день? Видно, плохи дела во дворце.
Колдун ухмыляется:
– Не на цепи ли он там сидит? Не раз ли в году его расковывают? Хотя именно в этот день Чомга и должен бы приревновать слугу, мчащегося прочь. Вот тебе и власть поменялась! Спросить его: как доволен результатом?
Чомга и ревность? Нет. Гадателю достаточно пообещать, что назавтра он вернётся с медной монетой для него и всё – отпущен! Помимо денег бескровное иссохшее чудовище под дымной шкурой волка не волнует ни-че-го.
Но в целом Треф соглашается: положение гадателя и страшно, и комично. Всем известно, нечисть использует дворец, как проходной двор между лесом и адом. Егерь в своих владениях теперь в большей безопасности, чем гадатель за дворцовой стеной.
***
242…9.а Исходник
Треф:
– В краплёной покерной, истрёпанной колоде
Живёт зайчонок с детских карт!
Как только он туда попал?!
Ах, да, по глупости, по доброй воле!
Капустной масти зверь козырный
на дамку прыг!
Ан, туз его покрыл!
Бедняжка скачет и не может выйти
из партии.
Ему бы лист капустный,
пенёк на солнце, сочную морковку.