Золотой ковш

Наталья Патрацкая
Золотой ковш



Глава 1

  Русская печь стояла в углу комнаты, на ней спала старая мама. На топчане подле печи спал парень. Так они и жили: он и бабка. Бабку он называл старая мама. Парень по имени Феофан вырос крепким мужиком, он рано принял на себя мужские обязанности на деревне: пахал поле, сеял рожь.  Скотину держал в сенях зимой, а летом в загоне. Справно жили, не бедовали.

Грамоту в ту пору мало кто знал, школ само собой не было. В соседнем селе церковь маленькая была, так там поп проповедь читал по старой книжке. Феофан не понимал, что такое читать, он думал, что поп сказки сказывает, да наказы дает. В церкви образа стояли, да свечки горели во время проповеди, а потом их тушили и зажигали фитиль.
В соседнем доме жила большая семья: отец без руки, мать красавица и пять дочек, одна краше другой. Феофан со старше дочки, которой минуло четырнадцать лет, глаз не сводил. Шибко она ему нравилась. Он помогал им поле вспахать, а картошку они сами сажали, сами и собирали.

За деревней рос сухой чистый лес, по нему босиком летом ходили за грибами. Грибов белых было много, их сушили на зиму, а потом супы варили. Грибы с картошкой первое блюдо завсегда было. Репу на зиму заготавливали, а как без нее? Ее и погрызть можно вместо яблока.  Хлеб пекли в печи, хорошие караваи получались.

Старая мама Аксинья все умела делать и на здоровье не жаловалась. Она давно приметила, что внук Феофан на старшую дочь соседей заглядывается, но виду не подавала. Дело молодое. Она исправно скребла ножом стол, чтобы чистый был. Пол в избе у многих был земляной, а них пол был из бревен, разрубленных вдоль топором. Пол бабка лихо скребла ножом, для чистоты.

Ее муж был мастеровой человек, из дерева топором все мог сделать, вот деревом его и придавило. Земля ему пухом. Если бы не он, был бы у них пол в избе из земли, а так – деревянный. Феофан много чему у деда научился, успел. Дед помер, когда внуку было годков восемь. У Феофана всегда заказы были: кому дверь сработать, иль дом поставить, а то и пол настелить.

Работящий парень оказался. Соседи брагу ставили, а он ни-ни, никогда не прикладывался к бродящему напитку и табаком не увлекался.
Жители деревни хотели его старостой выбрать, но парень не согласился. Любил он работать, а командовать не любил. На беду пришли рекруты в деревню, а кроме Феофана, и забрать некого. Вся деревня запричитала, жаль было парня отпускать на службу царскую. Больше всех соседские девчонки голосили, он всем был люб.

Забрили Феофана в армию, но перед отъездом он ночь провел в стогу со старшей дочкой соседей, они и к попу ночью в соседское село наведались. Поп их обвенчал за новую дверь, что Феофан ему для церкви подарил. Хороша дверь, с задвижкой. Все парень успел сделать и маме старой дров наколоть на зиму. Топор – всему голова.

Повезли рекруты парня в город, а Феофан всему дивится, нигде он не бывал, кроме своей деревни, да села соседнего. Вот чудеса! В городе дома каменные, да беленые. Церкви большие, купола на солнце светятся. Лошади запряжены не в телеги, а в повозки, да кареты чудные. Городской голова, посмотрел сам на новобранцев, Феофана он сразу заметил, да и оставил его служить себе. Слышал он о его плотницких способностях, вместо Феофана в армию отправили другого парня.

В городе в ту пору дома из бревен делали и из камня. Первый этаж делали из камня, а второй из бревен. А наличники всегда мастера вырезали, вот Феофана и отдали в плотницкую артель. Работать и учиться столярному ремеслу парню одновременно приходилось. Хороший мастер из него получился. Городской голова в ученики к Феофану еще парней стал направлять. Город всегда славен новыми домами.

Проезжал царь со своей свитой по земскому городу, удивлен был очень опрятности и красоте городка: дома стояли с резными ставнями, ворота и те красивые. Очень понравился городок. Позвал царь к себе городского голову, похвалил его, выдал ему денег для города, чтобы еще школу построил.

Городской голова на свою голову показал царю своего главного мастера – Феофана. Царь посмотрел на справного мужика и дал ему бусы малахитовые в подарок. Феофан и рад подарку, решил, что жене своей отдаст. Жена к этому времени с ним в городе жила, мальчик у них рос смышленый. Мама старая померла на восьмом десятке, лет десять она без Феофана прожила в своей деревне, а в город за внуком не поехала.

У царя из головы Феофан не шел, справный мужик, вон как город украсил! Захотел царь его к себе в стольный город забрать, мастером сделать, зодчим. Увидел он, как к Феофану баба с дитем подошла, и приказал забрать Феофана с семьей в столицу.

Феофан малахитовые бусы жене на шею повесил, а она только и успела, что вещи в узлы собрать, да дите покормить. Уехали Феофан, его жена и сын в обозе, который шел за царской каретой. Довелось Феофану столицу увидеть, строения деревянные больше на окраине города стояли, потом шли дома каменные и деревянные, а ближе к центру все больше встречались дома большие, да каменные. Камни и на земле лежали, брусчаткой назывались.

Работы Феофану прибавилось, мебель он стал делать. Научили его читать и писать еще люди городского головы, а теперь его еще и чертить научили, чтобы мебель лучше получалась. Он уже и чертежи домов стал понимать. Славный мастер из него получился.
Дома он редко бывал, жена не жаловалась, сын рос умным мальчиком, его в школу определили. У жены помощница по дому появилась. От постоянной работы мышцы у Феофана силой налились, лицо от ума хуже не стало. Волосы слегка засеребрились. Красавец и на все руки мастер.

Одна барыня заказала артели Феофана изготовить летнюю усадьбу в своем имении.  Мастер сделал набросок дома и пристроек, набросал на бумаге интерьер, согласовал с барыней, и хотел уже заняться своими делами, но не тут-то было. Барыня оказалась царской родней, она захотела, чтобы сам мастер руководил стройкой. Это была сестра самой царицы. Все царицы заморские, а эта царица была русская, корни и родичи были из земли русской.

Феофан – сам по себе был русский богатырь, волосы светло – русые, нос прямой, глаза серые, взгляд пронзительный и умный. Нрав у него был сговорчивый, но он всегда был себе на уме. Женщинам он нравился с первого взгляда. А барыня, она и есть самая настоящая женщина с хорошим достатком.

Попал он, как кур в щи. В артели у Феофана женщин не было, заказчиками были мужики богатые, купцы и бояре, иль дворяне. Барыня оказалась самой настоящей дворянкой, но большой любительницей деревянного зодчества. Вот она лучшего мастера и пригласила для строительства своей усадьбы каменной, но украшенной деревянными лестницами и верандами.

К этому времени Феофан освоил изготовление паркетного пола, который очень высоко оценили в высших кругах общества. Барыня сразу-то хотела весь дом сделать деревянным, но потом передумала, и заказала паркетный пол в каменном доме. А еще она хотела сделать цветные витражи в окнах. В ту пору только придумали, как их делать. Один ученый и придумал такую красоту.

Пришлось Феофану ехать к ученому человеку с самой барыней. Кто же сестре царицы откажет? Славный дворец получилась. А барыня так привязалась к Феофану, что еще заказала у него один дворец, но теперь в городе. Ранг Феофана вырос, его стали звать графы да цари. Вот жизнь у него пошла! А дома у него дочь родилась, а он ее почти не видел.

Барыня сама к нему в дом пожаловала, посмотрела на его жену, на дочь, на сына старшего, да и забрала его к себе. Сын Феофана, Митя, поступил в университет, к главному ученому, а жить стал во дворце у барыни, который его отец спроектировал и построил. У барыни детей не было, и так бывает. Что уж скрывать, сына Феофана барыня много лет знала, долго тогда дворцы строились, она и состариться усела.
На балы она с молодым парнем стала ходить, все его за сына ее принимали. Красавец писаный вырос из сына Феофана. Образованный, языкам обученный, манеры он у барыни перенял. Жених завидный, что и говорить. Барыня ему коней подарила вместе конюшней и конюхами.

Из черноземной глубинки приехала к Феофану племянница жены, дочь младшей ее сестры. Они уж и забыли о родне, так долго в городе жили. Жена племяннице обрадовалась, ей нужна была няня для дочки, а чужих людей нанимать не хотела. Феофан не возражал, племянница Катерина осталась у них жить. Она рассказала деревенские новости, кто на ком женился, кто родился, а кто и помер.

К этому времени в живых из пяти сестер осталось только двое: старшая и младшая. Младшая сестра и направила свою дочь к старшей сестре в саму столицу. Всей деревней ее провожали, знали, что больше не свидеться им. Приветов передали всем и ото всех.

Девушка оказалась не из робкого десятка, сама доехала на перекладных лошадях до столицы, которые меняла на почтовых станциях. Она спокойно отнеслась к своим обязанностям няни. Есть девушки, к которым мужики да парни пристают, а у нее вид был такой смелый и безмятежный, что никто не осмелился с ней лясы точить.

Жена Феофана освоила грамоту и племянницу буквам обучила, а вместе с ней и дочь маленькая буквы выучила. А в деревне в ту пору так никто и не умел читать и писать. Оно им не надо было. Работы много в поле, в огороде да со скотиной хлопот не оберешься. А воду из колодца или из реки принести? Дел в деревне много, не до грамоты.

Племяннице жизнь в городе понравилась, вела она себя скромно, требования тетки выполняла беспрекословно, и помогала расти своей маленькой племяннице. Феофан был ею доволен и подарил ей гарнитур из малахита: бусы, перстень с малахитом и сережки. Глубокие цвета камня чередовались так ярко, как отличалась жизнь в городе и деревне.

В гости к родителям заглянул сын Феофана, он впервые познакомился с кузиной из деревни. Девушка деревенская, но вполне приличная и по городским меркам, не сильно его огорчила. Они разговорились, любопытно было узнать о жизни молодежи в разной местности. Молодой человек подарил кузине шкатулку из красного дерева, в нее девушка Катерина положила малахитовый гарнитур. Тетка посмотрела на дары, и, смеясь, положила в шкатулку свои малахитовые бусы, первый подарок судьбы...

     В огороде стояли два соломенных чучела, которые Феофан сам набивал соломой и украшал старой одеждой. Когда он злился на кого-нибудь, то подходил к чучелам и бил их ножами. Дед, увидев очередной разорванный наряд чучела, ругал мальчика, но безрезультатно, его неизменным развлечением оставались чучела в огороде.

   Когда Феофан освоил нападение на одно чучело и мог нанести удар в обведенную углем точку, ему захотелось большего. Он поставил два чучела на крепкие колья так, словно стояли два человека и разговаривали. Теперь его задача резко усложнилась: он не нападал на чучела, он к ним подходил так, словно хотел с ними поговорить. Он некоторое время стоял против соломенных идолов, потом резко наносил два удара двумя ножами в обведенные точки.

   Деда пугало затяжное развлечение мальчика, он пытался научить его полезным навыкам. Если дело было осенью, то дед приглашал внука помочь порубить капусту. На столе шинковали вилки капусты и морковь, потом обильно солили эту овощную смесь крупной солью и уминали руками до тех пор, пока капуста не давала сок. Комок соленой капусты с морковью бросали в кадку, и так происходило до тех пор, пока кадка не наполнялась капустой. Но Феофан неизменно вонзал двойным ударом два ножа в целый вилок капусты в намеченную точку, чем выводил деда из себя.

   Солнце пробивалось сквозь облака. Кленовые листья наливались красками. На одном клене было до трех ярких цветов: зеленый, желтый, вишневый. Березы желтели черезЛист: один зеленый, второй желтый. Красота в лиственных просторах нарастала. И в личной жизни Феофана стояла осень. Ой, да что там! А там вот что произошло. Он изменился. Ножи ему надоели хуже горькой редьки.
   Он подошел к плетню соседнего дома и сказал:

   — Катерина, я жить без тебя не могу! На улице благодать божья, а тебя нет! Пришла бы ты да утешила молодца, погуляли бы мы с тобой около мельницы.

   Она ему и отвечает:

   — Любимый мой, так уж и соскучился? Или тебе чучело на огороде надоело? Не сомневайся, я приду, как только солнце к дубу подойдет, подле него и ждать буду. А к мельнице я не пойду, страшно там.
   Катерина от счастья закрутилась на одной ножке. Да, сподобилась! Значит, и у нее ныне девичья осень. Феофана она больно любила. А он ее? Да неужели он не любит ее? Девушка к сундуку бросилась, отворила крышку и затихла над нарядами. Зипун новый достала, платок вытащила новехонький. Что еще Феофан у нее не видел? Тятенька давно на базар не ездил.

   Девушка вынула из сундука атласную ленту, переплела косу, затянула ее на конце крепко лентой, бантик завязала. Потом Катерина покрутилась, отчего коленкоровая юбка колоколом закрутилась подле ног. Она опять к сундуку подошла, чтобы юбку новую посмотреть, словно не знала содержимое сундука. Катерина юбку себе сама шила. Бабушка ее стежку крепкому обучила. Юбку она лентой по подолу обшила.

   Отец зашел в горницу, посмотрел на девичьи хлопоты и раскатисто рассмеялся:

   — Дочь, куда ты собираешься? Неужели под венец идти надумала, а меня не спросила?

   — Отец, люб мне Феофан.

   — Да верно ли? Пусть сватов засылает! Хватит вам желуди с дубов околачивать.

   Встретились Феофан и Катерина под раскидистым дубом. Он в рубашке новой пришел, ремешком золотым подпоясанный, а сам в лаптях. Ремешок ему боярыня подарила, он и носил его постоянно. Очень Феофан боярыне приглянулся. Боярыня в столице белокаменной зимой жила, а летом в деревню наезжала.

   Только Феофан поцеловать захотел девушку, как откуда ни возьмись боярыня в карете подъехала. Вышла она из кареты, выхватила у кучера плеть да по юбке Катерине и врезала. Ноге девушки больно стало. Она отпрянула от парня. А боярыня засмеялась и дальше поехала.

   Феофан испугался за Катерину, испугался он гнева боярыни. Парень стоял в полной растерянности под дубом, с которого медленно падали первые желтые листья. Страх парня перед боярыней был сильнее его любви к девушке. Феофан с того дня от Катерины отдалился и взгляд при встрече отводил.

   Катерине стало зябко и обидно за себя и за беспомощность Феофана. Она поняла, что он зависит от боярыни больше, чем от нее. И она решила, что непременно будет сильнее боярыни! Она будет сильнее его! Она — Катерина, и все тут!

   В зеленой траве лежали желтые листья, словно золотые иконы. У Катерины в горнице в переднем углу висела икона, срисованная с древней иконы. Печь занимала четвертую часть жилого помещения, в ней можно было мыться и греться после того, как испекут хлеб. Пол был выстлан широкими половицами, немного черноватыми от времени.

   Девушка сидела на крыльце и поджидала молодого соседа, она еще надеялась на его возвращение. Отец вышел из дома и сел рядом с Катериной. Они стали рассматривать новый каменный собор с золотистым куполом. Возле него толпилась воскресная кучка прихожан.

   Звон колоколов радовал тишину своим проникновенным звучанием. Платки и сарафаны были надеты на женщинах. Редкая женщина ходила в кокошнике. На мужиках были надеты высокие лапти и длинные рубахи, подпоясанные веревкой или ремнем. А на Феофане уже был золотой ремешок, словно золотой гребешок у петуха.

   — Отец, Феофан боярыне служит, — нарушила тишину девушка, не отрывая глаз от соседнего дома в надежде, что на соседнем крыльце появится Феофан.

   — Хорошо, что ты это сама узнала, — сказал отец и тяжело вздохнул. — Эх, дочь, знавал я нашу боярыню, служил ей верой и правдой, да состарился.

   — Отец, и не старый ты вовсе! Твои ровесники — мужики седые, а ты молодой еще, русоволосый. А меня сегодня боярыня хлыстом отходила. Промолчу, но отомщу ей! А я замуж пойду за боярина! — не удержалась Катерина от обиды на боярыню.

   — Мстить — не надо. Тебе еще хуже будет, забьют тебя розгами. Эх, куда хватила: замуж за боярина! Очнись, дочь! — испугался отец за свою дочь.

   — Тогда я служанкой пойду в боярский дом! Я Феофана попрошу, так он за меня словечко и замолвит, — не унималась взволнованная девушка.

   — Слуг они завсегда любят. Если Феофан замолвит слово, может, что и получится, — задумчиво сказал отец, закряхтел и поднялся с крыльца.

   Катерина стала думать, как понравиться боярину да во что одеться. Одежды такой, как у боярыни, у нее никогда не было. Она встала с крыльца, взяла деревянное ведро, поставила его на голову и стала ходить по двору.

   Мать, увидев дочь с ведром на голове, закричала:

   — Катерина, ведро расколешь, протекать станет!

   — Матушка, я статной боярыней хочу стать, — ответила важно девушка, продолжая гордо вышагивать по двору с ведром на голове.

   — Ты и так не последняя невеста, приданое у тебя есть. Очнись! — крикнула мать и пошла к корове, которую пригнал пастух.

   Катерина подошла к корове и погладила кормилицу семьи по холке.
Отец кучером служил у бояр. Боярыню раньше он возил, но теперь она его с собой больше не брала. Бывший кучер все больше навоз из конюшни выносил да за лошадьми ухаживал. А Катерина к рукоделию была приучена, могла рубаху сшить и расшить ее. Первую рубаху она отцу и сшила, да так ее узорами вышила, что боярыня вновь взяла отца Катерины на облучок своей кареты. Катерина расшила рубаху и для боярина, да и поднесла ее боярыне.

   Боярыня плетью хлестнула Катерину в знак благодарности да рассмеялась громко:

   — Катерина, ты у меня мужа отнять хочешь?

   "Как она догадалась?" — подумала Катерина и пошла прочь среди летящей осенней листвы в сторону города, на околице которого она и жила со своими родителями.

   В городе стояли соборы большие, белокаменные. Чуть ниже располагались ряды торговые каменные. Катерина в монастырь заходила к настоятельнице и видела каменные своды и келью монашескую. Оставаться в монастыре она и не думала, не по ней была святая жизнь. Несколько домов в городе стояли — каменные, красивые дома, прочные.

   А у Катерины дом бревенчатый, просторный, еще у нее был большой хозяйский двор под навесом. Дед ее дом начинал строить, а отец двор камнем вымостил. Бабушка все еще с ними жила. Она пряла пряжу, покручивая в руках веретено, сидя на широкой лавке. А мама Катерины любила полосатые половики ткать на маленьком деревянном станке. Все в семье ремеслу обучены.

   Феофан — сын кузнеца, отец его подковы для лошадей делал. У них была своя мельница. Они и муку мололи. Семья Катерины у них зерно молола на муку. Феофан со своим отцом иногда у горна стоял, помогал отцу. Чем Феофан не жених Катерине? Правда, он себе все ножи выковывает, а потом их в чучела вонзает. Так нет, боярыня еще на голову Катерины объявилась! У нее своя земля, свои деревни, и все здесь принадлежит боярыне.

   Слухи ходят, будто боярыня — ведьма и колдовать умеет, будто мужа своего она приворожила зельем любовным. А если она и Феофана к себе приворожила? Он справный парень. Боярыня, рассмотрев рубашку, сшитую Катериной для ее мужа боярина, заказала еще для себя пять рубашек и чепчики для сна. Засадила боярыня Катерину за работу. Стала девушка портнихой, а не служанкой. Узоры боярыня заказывала сложные, вышивать их теперь придется всю зиму!

   Вот как дело обернулось! А боярина Катерина так и не увидела, к ним он редко приезжал. Люди говаривали, что он самому царю служит! Катерина бы и для самого царя рубашку справила, так дел много и без царской одежды. Но между дел она себе кокошник смастерила и расшила бисером. И рубашку под сарафан она тоже себе расшила.
   Девушка быстро наловчилась вышивать.


Глава 2

   Пришла весна. Отдала Катерина заказ боярыне. А тут и снег растаял. Надела девушка на себя обновы: сапожки сафьяновые, сарафан расписной по подолу и впереди полосой весь расшитый. На голову надела кокошник и во двор вышла. Отец как увидел дочь, так и пошатнулся от неожиданности.

   — Катерина, красавица ты наша! Ох, какая ты стала! — удивленно воскликнул отец, не веря своим глазам.

   Он медленно подошел к дочери и дотронулся до кокошника.

   — Знатная из меня боярыня получится? — спросила Катерина у отца, павой пройдясь по каменному двору.

   — Страшно за тебя, дочка! — замахал отец руками, а потом вдруг спросил: — Хочешь, дочь, грамоте обучиться у дьячка нашего?

   — Хочу, — ответила Катерина с вызовом, — мне нужна грамота.

   Стал дьячок к ним домой приходить и грамоте девушку обучать. Мать ему за учебу сразу половик подарила, а потом молочко в крынке подавала, когда он приходил. Дьячок маленький был да шустрый. Знал много, рассказывал интересно о том, что за горами, за долами делается.

   Летом Катерину признали первой красавицей среди девушек. Феофан на празднике солнца изображал всадника на коне. Катерина расшила себе и ему белые одежды. Феофан с босыми ногами сидел на коне, ездил по улице с пучком пшеницы, люди выходили ему навстречу и кланялись в пояс, словно он само солнце доброе. Боярыне он больше прежнего приглянулся.
 
   Катерину в белом расшитом платье к дереву привязали на солнечной поляне, а на голову ей надели венок из цветов. Вокруг нее парни и девушки стали хоровод водить да песни петь. Феофан отвязал Катерину от дерева, поэтому их стали дразнить: "Жених и невеста".

   Вечером сожгли соломенные чучела. Факелы запылали. Красота. И вдруг в круг праздника ворвалась карета с боярыней, лошади зафыркали, заржали. Девушки и ребята разбежались, а боярыня-матушка на глазах у всех в ведьму превратилась, а карета — в ступу. Схватила ведьма Феофана, посадила вместе с собой в ступу и улетела за леса, за моря.

   Катерина так и села у костра, в нем еще головешки потрескивали. К девушке отец подошел, это он боярыню в карете привез. Лошади стояли и хрипели. Катерина подошла к лошадям, погладила их по холке, они и успокоились. А отец сказал, что боярыня полетает и сама вернется, не век же ей в ступе сидеть, да еще с молодым парнем.

   Страху Катерина натерпелась — и не передать. Сидит она у костра, смотрит, а у нее в руке ремешок золотой остался. Показала девушка золотой ремешок отцу. Он взял ремешок и перекрестил им костер. Ремешок превратился в ужа, а ужей в их местности всегда много было. Катерина так и отпрянула от отца.

   А отец засмеялся:

   — Не пойдешь ты, дочь, под венец, не пара Феофан тебе, нет, не пара.

   Парни вокруг Катерины заплясали да песни запели, что она их невеста, а не Феофана. Просили парни своими песнями жениха среди них себе выбрать. А Катерине все парни казались на одно лицо, не могла она вот так сразу Феофана забыть. Ох, не могла.

   А Феофан — что Феофан? Он оказался у боярыни в услужении и, пока служил, многое узнал, многие ремесла изучил. Узнал он состав отвара — снадобья, из-за которого боярыня превращалась то ведьму, то опять в боярыню. Скучал он по Катерине, по нраву она ему была, но не мог он к ней вернуться, боярыня-ведьма не отпускала.

   И так ему захотелось на свободу, что он замахнулся ножом на саму боярыню! Ведьма, словно мужик, перевернула его за руку через себя, да и хлопнула оземь. Феофан до нападения на боярыню-ведьму зелья выпил. Очнулся он дома с книгой в руках, словно века промелькнули и остановились.
 
   Сапфирные лучи света медленно скользили по серебристым шарам, создавая праздничное мерцание холодных мраморных столешниц. Катерина выключила прожектор и грустно усмехнулась, она все сделала для будущего праздника, оставалось накрыть столы и ждать гостей. Это ее мама предложила ей оформить зал кафе к новогодним праздникам, что она и делала.

   Девушка купила елочные шары и приклеила их к подносам, а потом она развешивала подносы с шарами по стенам небольшого зала. Она подошла к елке, украшенной такими же шарами, и погладила ее от избытка чувств, потом вздохнула и, как истинная Золушка в фартуке и стоптанных туфлях, присела на стул, чтобы еще раз осмотреть зал.

   Катерина подошла к зеркалу на стене, покрутилась перед ним — увиденным в зеркале собственным изображением она осталась довольна, но на секунду задумалась, перебирая в голове свою одежду. Она подумала, что ей не хватает нарядного платья с декольте. Взор ее опустился на туфли, она покрутила одной ножкой и скрипнула от злости зубами: туфли ей тоже были нужны.

   До праздника оставалось три дня, деньги за это время не предвиделись, их она получит только после праздника от мамы, работавшей в этом кафе. На некоторое время Катерина задумалась, она вспомнила, как приехала в этот городок с мамой из деревни, продав там дом и всю мебель. На данный момент у них с мамой ничего не было в этом большом городе. Деньги за проданный дом они быстро израсходовали.

   Мама жила у хозяина кафе, Афанасия Афанасьевича, в его квартире, с ней жила и Катерина. Нет, мама за него замуж не вышла. Просто хозяин решил три задачи: он получил сотрудницу для кафе, обеспечил ее жильем, и дома у него появилась домработница — и все в одном лице мамы Катерины. Но денег от этого в их семье особо не прибавилось, они постоянно были в долгу у хозяина.

   Катерина еще раз вздохнула и покрутила носком туфли, что ее не порадовало. Она еще училась в школе и постоянно чувствовала свою бедность, такую глубокую, что избавиться от нее не представляло никакой возможности. Конечно, мама сделала глупость, что продала дом в деревне Медный ковш, а то бы они давно назад в деревню сбежали. Мама с хозяином познакомилась прошлым летом, когда он приезжал в их деревню по своим делам. Именно тогда Афанасий Афанасьевич предложил работу и комнату в своей квартире.

   Девушка поднялась со стула и обошла зал: все было в порядке, можно было уходить домой. Дома ее ждала новость: к хозяину приехал новый повар, сын Феофан, бывший военнослужащий, участник боевых операций. Особенно хорошо он владел двумя ножами одновременно, просто виртуозно, за что его отправляли работать на кухню. Позже он стал помощником повара в солдатской столовой, так и привык к кухне. Когда он покинул воинскую службу, то однозначно решил стать поваром.

   "Мужчина-повар — звучит хорошо!" — так думал Феофан. Он окончил кулинарное училище и теперь явился к отцу работать в его кафе, но место шеф-повара было занято, да и место повара тоже.
Это все, что знала Катерина о Феофане. А еще она знала, что к хозяину подбивает клинья новая сменщица ее мамы. Катерина была еще совсем юная девушка, стройная и худенькая, но в душе у нее расцветали такие потребности! Об этом она и думать боялась.

А еще она знала, что декада до Нового года в кафе вся расписана и со следующего дня в кафе ожидается наплыв праздничных компаний. Девушка еще раз посмотрела в зал и погасила свет. Она зашла в раздевалку, накинула старую курточку, заглянула в кабинет хозяина и вышла из кафе. Она сама закрыла дверь на ключ и отнесла его домой.

   На школьном новогоднем вечере Катерина блистала в сказочном платье настоящей феи, на ногах у нее сверкали волшебные туфельки, на шее сверкало колье из сапфиров, в ушах покачивались сапфировые сережки. Она стала центром притяжения всех мальчиков, они крутились вокруг нее целой стаей.

   Девчонки обиженно толпились у Сапфирной елки, обсуждая наряд новой феи. Они и так недолюбливали Катерину, а тут и вовсе отодвинулись от нее. Девочки не могли понять: где бедная девушка добыла великолепное платье?! Нет, это в головах красавиц никак не укладывалось! После школьного праздника Катерина ушла ночевать к однокласснице.

   Для Арины ничего удивительного в этом не было. Арина дала Катерине свою домашнюю одежду, раздвинула диван, спросив разрешения у мамы. Так Катерина осталась на три дня в доме подруги, домой она даже не звонила. Шли школьные каникулы. Вечером по телевизору Катерина из новостей узнала, что в городе произошло двойное нападение, а человек, совершивший нападение, — скрылся. Предполагали, что Феофан двумя ударами ножа ранил двух сотрудниц.

   Тем же вечером к Катерине пришел детектив  и сказал, что ее мать ранена вместе со своей сменщицей. Катерина пошла в больницу, но к матери ее не пустили, и она ушла домой. На следующий день под предлогом, что ей тяжело, она вернулась в дом к Арине и осталась у нее на неделю. Катерину жалели все и осуждали Феофана. Катерина один день грустила, потом вместе с Ариной ездила по магазинам и покупала новую одежду и обувь. Арине деньги на одежду давал отец.

   Шеф-повар прекрасно знала, что Афанасий Афанасьевич привел в дом Катерину с матерью. Она внедрилась в доверие к матери Катерины, назвавшись поварихой. Но в праздники им пришлось много работать, и обе дамы переутомились. Они крупно повздорили и разозлили третьего помощника — Феофана. Шеф-повар всегда чувствовала, что Феофан — опасный человек. Нож слегка ранил ее, злоба у него копилась давно. Мать Катерины вступилась за напарницу. И Феофан в порыве гнева на повара случайно ранил мать Катерины, демонстрируя им технику владения двумя ножами одновременно.

   По делу о двойном ножевом ранении все были одного мнения: виноват Феофан. Катерина думала, что Феофан ранил ее мать случайно, ей казалось естественным, что человек, прошедший через настоящую войну, обладал ослабленной нервной системой и навыками обращения с холодным оружием.

   Феофана и Афанасия Афанасьевича не могли найти. Еще один человек не мог взять в толк, зачем Феофану понадобилось нападать на двух женщин. Может быть, он демонстрировал технику владения ножами? Да, они выпили на троих во время работы, но это им не в первый раз доводилось делать, а тут еще и новогодние праздники. Но вот так сразу ранить двух женщин? В чем две женщины могли перед молодым мужчиной провиниться? Очевидного ответа на этот вопрос не было.

   Отец Арины не переставал размышлять на эту тему. Катерина постоянно находилась у них в доме, а у него нарастало раздражение против нее. Ее все жалели, а он ее ненавидел с каждым днем больше и больше. Неужели это мужская солидарность? Или что-то другое? Он попытался высказаться дома против Катерины, но на него домашние обрушились с гневными словами, что он несправедлив к бедной девушке.

   Казалось бы, задача решения не имеет: почему его раздражает Катерина? Почему он внутри себя не осуждает сына хозяина кафе, а если и осуждает, то только за несдержанность? Новогодние каникулы подходили к концу. Что же произошло в кафе с точки зрения детектива а? Посетители сидели за праздничными столами в кафе и мирно разговаривали. Все столы в этот новогодний вечер были заняты. Елочные шары поблескивали на елке и на всех стенах в лучах цветомузыки. Музыка звучала как оформление к разговорам за столами, которые ломились от еды и напитков. Шел час насыщения и тостов.

   Детектив Олег, сидевший в зале, всегда знал, что после шампанского и вина аппетит разгорается на целый час. В этот час даже те, кто занимался развлечением общества, и те ели, словно до этого еды в глаза не видели. В какой-то момент вилки уменьшили свою скорость, движения рук и челюстей прекратились. Самый праздничный стол в году постепенно приобретал неопрятный вид. Голоса зазвучали громче, пытаясь заглушить музыку.

   — Реально, у всех отношения разные. Ты познакомился со мной, подарил мне подарки, но это не факт, что у нас все будет хорошо! Что ты на меня опять наезжаешь со своими вопросами по поводу "почему мы не живем в деревне"? — спросила детектива его напарница Зоя.
   — Мы притираемся с тобой друг к другу, — уклончиво ответил Олег. — У нас период вопросов.

   Красный луч света прошел по красной блузке Зои и побрел дальше. Олег передернулся он внутреннего ужаса, он ничего не понял, но ему показалась, что по груди девушки струится кровь. В этот момент раздался крик, за ним еще один. Крик шел со стороны кухни, заглушая музыку.

   Зоя посмотрела на детектива Олега, который вскочил с места и побежал в сторону кухни. То, что он там увидел, превзошло все его ожидания. Сцена не для праздника. Две поварихи лежали у стола в странных позах и истекали кровью. Олег увидел, как из открытого окна выпрыгнул мужчина, в каждой руке у него было по ножу, а на голове у него был белый колпак. В этот момент в кухню ворвались несколько человек и закричали на разные голоса. Некто уже вызывал скорую помощь. Женщины были ранены в мягкие ткани, но они были обе живы.
 
  На следующий день белый снег облепил деревья. Почти белое небо не отражалось в реке, запорошенной снегом. Детектив  шел по берегу пруда мимо снежных деревьев и нетронутого снега. Он наслаждался чистотой природы и чувствовал себя первым среди снежного безмолвия. Его душа еще страдала, но уже наполнялась лирическим настроением. Его грудь вдыхала чистый воздух. Ему было и хорошо и плохо. Его ноги отважно оставляли следы на белом полотне дороги.

   Вскоре появилась у берега вода, он остановился и посмотрел вдоль берега. Судя по нетронутому снегу, здесь никто за последние сутки не проходил. Ему нравилось одиночество, словно он вошел в иной мир. Он невольно посмотрел сквозь стволы деревьев в сторону дороги: по ней равномерно ехали машины, то есть мир людей был рядом, до него всего метров сто, если идти сквозь строй серебристых деревьев.

   Неожиданно для себя ему стало неуютно. Из-под льдины показалась ладошка, она колыхалась на ледяной воде от слабого течения.

   — Ау! — крикнул морж и замолчал, озираясь вокруг себя, хотя он прекрасно знал, что рядом нет человеческих следов.

   Из-под льдины показался человек и посмотрел в сторону детектива а, который ничего не понял, но заметил, что человек еще живой, но сильно замерзший, хоть и не голый, но и не в одежде водолаза. В голове пронеслась мысль, как бы спасти моржа, учитывая, что себя он к моржам никогда не относил.

   Взгляд Олега упал на тонкое дерево в снегу, потом он посмотрел на более старые деревья. Нашел приличный сук, забрался на него с ловкостью обезьяны. Сухой сук подломился и упал вместе с молодым человеком. Олег поднялся, схватил сук и пошел в сторону берега. Он осмотрел полынью, но никого в ней не обнаружил.

   — Ау, утопленник! — закричал он. — Я пришел тебя спасать!

   — Чего раскричался? — почти в ухо ему сказал человек в мокрой одежде, синий от холода.

   — А как ты доплыл до берега? — удивился Олег.

   — Время дорого. Мне холодно. Я подо льдом прятался, — проговорил человек синими губами. — Отдай одежду погреться, — и синий человек стал сдирать с него куртку.

 Олег разозлился, развернулся и суком уронил рьяного моржа на землю. Мужик в мокрой одежде оказался на снегу. С ближнего дерева на него посыпались потревоженные снежинки. Жалость к моржу ненадолго исчезла. Олег посмотрел на окоченевшего человека и побежал к дороге через лесную полосу за помощью. Морж увидел, что человек с суком бежит прочь, попытался подняться, но его одежда успела сродниться со снегом дороги.

   Владельцы машин, завидев на кромке дороги человека с суковатой палкой, пытались его объехать. Тогда он стал качать сук в разные стороны. Фургон остановился, из него вышел весьма крепкий мужчина. Да, хозяин кафе собственной персоной стоял перед Олегом. У него возникло странное чувство, что если Афанасий Афанасьевич и есть тот, кто их ранил, то в данный момент все равно важнее спасти человека из пруда.

   — Помогите, там человек замерзает! — крикнул Олег, опуская сук в землю и тараня его за собой по земле.

   Афанасий Афанасьевич, не задумываясь, пошел рядом с человеком с суковатой палкой приличных размеров. Они подошли к месту, где оставался замерзающий морж, но его на месте не оказалось. Олег осмотрел полынью. Конечно, морж был в воде, синея рядом с берегом.
Морж, увидев мужчин, окунулся добровольно в ледяную воду. По воде пошли ленивые круги. Олег подошел к берегу и протянул моржу сук, пытаясь достать его из воды. В это время Афанасий Афанасьевич случайно или нарочно толкнул Олега в сторону воды.

 Олег и его сук упали в воду. Озноб пронзил его тело. Он посмотрел на берег, ища глазами крепкого мужчину, но только увидел его спину, уходящую к машине.

   Рядом всплыл морж и прошипел стянутыми, синими губами:

   — Ты зачем отца привел? Я хотел замерзнуть.

   — Вдвоем замерзнем, — пролепетал Олег, пытаясь по суку выбраться на берег.

   Над головой Олега возник Афанасий Афанасьевич и рывком вытянул его на берег. Потом он протянул сук моржу, который настолько замерз вместе со своим страхом, что из последних сил схватился за сук и в момент оказался на берегу. Афанасий Афанасьевич, как волшебник, достал из внутреннего кармана бутылку крепкого напитка и влил его двум моржам в рот. Приятное тепло прошло волной по телу а. А морж настолько замерз, что для него этот напиток спасением не показался. Афанасий Афанасьевич взвалил моржа на плечо, как бревно, и пошел в сторону дороги. Олег поплелся рядом.

   Машина оказалась небольшим фургоном, внутри него находилась узкая постель. На нее и положили моржа. Олег сам стал растирать себя полотенцем до красноты на коже. В это время хозяин фургона закутал моржа одеялом и еще раз попытался напоить. Морж хлебнул напиток и отключился. Олег завернулся во второе одеяло, все еще стуча зубами от холода.

   Фургон дернулся и поехал дальше от зимнего пруда и потревоженного снежного покрова деревьев. Он остановился у деревенского медпункта, из которого вышла худенькая девушка. Она осмотрела двух моржей и предложила первого моржа положить в лазарет, а второго моржа она отпустила домой под его ответственность.
Морж назвал свое имя: Феофан. Девушка записала его в журнал медпункта. Фамилия его ей ни о чем не говорила.

   Детектив сидел в машине рядом с Афанасием Афанасьевичем и рассказывал ему о громком нападении неизвестного на двух поварих, надеясь вызвать у него признание, что это он их ранил. Но Афанасий Афанасьевич даже не знал об этом нападении, и они одновременно подумали, что морж из пруда и есть потенциальный убийца! Потом они высказали свои мысли вслух. Олег сказал, что видел, как мужчина с двумя ножами убегал через окно после убийства.

   Афанасий Афанасьевич после этих слов развернул машину и поехал назад в медпункт, где оставили моржа. По дороге хозяин кафе сказал, что его несколько дней в городе не было, он ездил за продуктами и ничего не знает об этом деле. Морж Феофан лечился с помощью медсестры. Он был настолько промерзшим, что девушка от него не отходила и отогревала его всеми известными ей способами. Она напоила и обтерла его спиртом, потом укутала. В этот момент и вошли в палату двое мужчин. Они пытались устроить допрос моржу, но тот уснул и не отвечал на вопросы.
 
   Феофан проснулся и увидел небольшую комнату с одним окном, одной кроватью, одной тумбочкой и одним стулом. Он был один в белом безмолвии палаты. Звуки отсутствовали. Он стал вспоминать, что с ним произошло, но ничего особенного не мог вспомнить, словно память и совесть у него отмерзли. Потихоньку он вспомнил, что он работал в кафе, а у него не было денег. Впереди маячили новогодние праздники. В отсутствии хозяина Феофан сказал поварихам, что обнаружил кражу денег, которые внесли коллективы за новогодние торжества.

   Часть продуктов была закуплена, были закуплены напитки. Феофан тихо спросил у поварих, кто из них взял деньги. Женщины восприняли его вопрос всерьез и разразились бранью. Он разозлился. В зале шел праздничный банкет, а у него кончились нервы и деньги. Он сказал поварихам, что не намерен скрывать кражу, которую сам не совершал.
Женщины стали отрицать кражу денег из стола хозяина, которые он якобы не успел убрать в сейф. Что было дальше, Феофан помнил смутно: как ему кухонные ножи под руку подвернулись, как он их поднял...

   Феофан остро почувствовал, что поварих больше нет, что он двойным ударом убил двух женщин почти мгновенно, будто они были соломенными чучелами. Он сжал голову. Застонал. В груди послышались хрипы. Он понял, что сильно проморозил себя и свою совесть. Терять ему было ровным счетом нечего, кафе все равно прогорело от кражи и крови. Идти ему было некуда. Он закашлялся.
   В палату заглянула медсестра.

   — Феофан, Вы проснулись? — спросила медсестра, подходя к больному.

   — Не подходи, — прошипел Феофан и вновь погрузился в лающий кашель.

   В палату зашел  в медицинской маске и сказал:

   — Девушка, немедленно наденьте маску на лицо, заболеете — посмотрите, как он кашляет! — и протянул ей голубоватую маску.

   Медсестра послушно натянула на уши тесемки маски, подошла к шкафу, чтобы взять одноразовый шприц для укола. Феофан угрожающе закашлял. В этот момент в медпункт вошла или влетела женщина с забинтованной рукой. Феофан с удивлением узнал в ней шеф-повара из кафе. Женщина, увидев Феофана в отмороженном виде, стала нервно говорить все, что в голову пришло:

   — Счастье — это иллюзия некоего состояния, к которому можно стремиться, но невозможно в нем долго существовать. В чем состояло мое счастье пару лет тому назад? У меня был муж, дочь, квартира, работа. Я всегда была спортивного телосложения благодаря прежним занятиям спортом. Выносить физические нагрузки семейной жизни, когда мои родственники и родственники мужа были от нас очень далеко, мне помогал спорт. То есть спортивная закалка помогла мне выдержать счастье семейной жизни. Прочитав книгу о счастье три раза, я благополучно не запомнила из нее ни единой строчки. Вероятно, поэтому невозможно удержать в руке птицу счастья. Хотя я вообще не привыкла держать в руках нечто живое из числа птиц и животных. Во времена писем в конвертах были распространены письма счастья, авторы которых требовали переписать письмо большое число раз. Видимо потому, что невозможно понять, что такое счастье, с первого раза. Так, да не так. Проехали. Когда я узнала об исчезновении Феофана, то проревела целый час со всхлипами от боли в раненой руке. Глупец, поранил мне руку!

   Медсестра, выслушав даму, сказала:

   — Хорошо, что Вы плакали, у вас промылись слезные протоки, глазам легче стало. Ваше счастье для глаз оказалось рядом с горем либо с жалостью к себе любимой. Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Еще есть счастье в виде писания стихотворений, но в данный момент в моей голове нет любовных иллюзий, нет фантастики, хотя как сказать. Чувства у меня вспыхнули мгновенно, как только я увидела взгляд детектива а. Это он нашел Феофана в пруду. Мне показалось, что  смотрит на меня. С таким прекрасным ощущением я прожила целый день. Мне все удавалось, пока я еще раз не посмотрела в его глаза. Потом поговорила с ним и поняла, что я — случайность на его горизонте. Однако спасибо ему и за это недолгое везение. Но я ожила, пройдя очередной порог комплекса неполноценности.

   — Что такое неполноценность? — спросила шеф-повар, приходя в себя и обретая прежнюю силу.

   — А бог его знает, — ответила, вздохнув, медсестра. — Себя я ощущаю так, как надо, а мужчины от моего малейшего внимания к ним заводятся с половины оборота. Это радует, но забирает некую энергетику, которую не от всякого индивидуума получишь взамен. Пара удачная получается тогда, когда в ней не возникает чувство неполноценности! Вот, нагородила. Но я успела представить, что будет со мной, если второй половиной у меня будет мужчина-врач. С этой мыслью я не смогла долго существовать по многим причинам. У каждого врача есть близкие ему люди: врачихи и медицинские сестры, больные и почитатели его творчества. В юности я уже один раз прошла мимо врача, так неужели сейчас я выберу столь опасный объект? Конечно, нет! Да и он сразу понял, что меня лучше обойти. Спасибо Олегу за взгляд. Он меня исцелил, и теперь я буду жить дальше без него.

   — Первые годы я часто плакала от семейной счастливой жизни, — шептала шеф-повар, не слушая медсестру. — Если сейчас проанализировать мою семейную жизнь, то ее однозначно можно бы назвать счастливой. Но тогда я этого понять не могла из-за постоянных перегрузок. Спасибо, что Вы согрели Феофана, я его забираю с собой.


Глава 3

   Женщина посмотрела на свою руку: рана полностью затянулась, словно ее никогда не было. Тогда она посмотрела на Феофана и решила его наказать. Она, собрав все свои силы, направила руки с растопыренными пальцами в сторону Феофана, потом резко сжала их в кулаки и выпрямила.

   — Феофан, за то, что ты меня ранил, я натравлю на тебя твоего соперника! Он отберет у тебя Катерину, а его убить невозможно! — с пафосом произнесла шеф-повар.

   Медсестра проснулась утром и подумала, что в любви виновных нет, если любви нет, а если любовь есть, то какая может быть вина? Да никакой. Хоть вой, а выть не хотелось. При встрече взгляд детектива пронзал ее насквозь, он все хотел что-то сказать, но не решался. Он говорил одними глазами, но так долго продолжаться не могло, мог бы и слово молвить.

   Афанасия Афанасьевича арестовали, как только он вернулся домой. Он никого не успел увидеть, да и видеть было некого. Он надеялся, что Феофан выживет, и ничего о нем не говорил. Афанасий Афанасьевич сказал следователю, что ездил за мясом в знакомый кооператив и немного задержался, а когда вернулся, то никого в кафе не обнаружил.
   Следователь, проверив алиби хозяина кафе, отпустил его домой.

Афанасий Афанасьевич сразу поехал в медпункт, где нашел медсестру в полном замешательстве. Оказалась, что у моржа была шеф-повар, как она нашла Феофана — неизвестно, но из медпункта она его забрала в очень плохом состоянии. Олега в это время в медпункте не было, а медсестра с такой женщиной справиться не смогла. Катерина и Афанасий Афанасьевич остались одни, пока ее мать и Феофан лежали в больнице. Он задал вопрос девушке, который стоил ранения ее матери:

   — Катерина, ты брала деньги из моего стола?

   — Нет, — резко ответила девушка.

   — Не спеши, девушка. Пропала большая сумма денег. Феофан денег не брал. Он всегда колол ножами соломенные чучела и вот нанес серию ударов по живым мишеням. Извини, что так говорю. Мне твою мать искренне жаль! Хорошо, что она уже поправляется. Но я хотел бы знать, в чем твоя вина в этой кровавой истории? И где мои деньги? Я видел твое новогоднее платье и туфли, они немалых денег стоят! Где ты их взяла?! — закричал Афанасий Афанасьевич, встряхивая Катерину за грудки.

   — Платье я сама сшила из старого тюля и расшила серебряными нитями! А туфли? Да, они старые! Я их обклеила серебристой фольгой! — нервно закричала Катерина. — А деньги? Да кому они нужны? Лежат, где лежали, — проговорила она тихим голосом.

   Афанасий Афанасьевич внимательно посмотрел на девушку и повел ее к фургону. Они поехали в сторону кафе, зашли в него. Он подошел к столу, открыл ящик — денег не было. Тогда к столу подошла Катерина, она открыла нижний ящик стола: в его дальнем углу лежала кипа денег.

   — Ты спрятала деньги?! — воскликнул хозяин с негодованием в голосе.

   — Нет. У Вас дома стоит такой же стол, я за ним уроки делала. Фанера дна ящика постоянно смещается, и содержимое из одного ящика стола плавно переходит в другой. И вся загадка двух ранений, — всхлипнула девушка и разревелась в голос.

   А Афанасий Афанасьевич подумал, что он деньги оставил в столе по типу того, как люди носят большие деньги — в полиэтиленовых пакетах, чтобы никто о них не догадался...

   Феофан очнулся от забытья. Рядом с ним сидела шеф-повар.

   — Я долго спал?

   — Почитай, трое суток. Сны хорошие снились?

   — Мне целая сказка приснилась.

   — Ты ее всю и упомни.

   Феофан подумал, что шеф-повар не настоящая, а из его сказки.

 Стояла поздняя осень, когда Катерину вызвала к себе домой тетя Ксения. Теперь она ходила по ее квартире, не зная, что здесь вообще можно делать. Все казалось чужим, особенно доставали запахи залежалых лекарств. Пока девушка ехала, тетушка умерла. Да еще ее похоронили как-то странно: поставили гроб рядом с глыбами глины, а в могилу не опустили. Только несколько старушек сморкались в платочки. Из молодого поколения на похоронах была только Катерина.

   Старушки поминки организовали у соседки и в квартиру тети Ксении даже не зашли. Катерина к ним тоже не пошла, потому что ей тяжело было находиться среди бедности и затхлости. Она и в доме тети Ксении с трудом находилась, горло сжималось от спазмов брезгливости, скверное, на первый взгляд, чувство спасало ее неизвестно от чего. Она вообще была странно устроена: не любила рестораны и не любила столовые. В ресторанах слишком много вычурности и посуды, а в столовых ложки и вилки излишне примитивные. Катерина любила белый фарфор и нержавеющие вилки.

   Итак, Катерина находилась в квартире умершей тети Ксении, которая не брезговала собирать в парке бутылки. Катерина жила далеко от нее и богатой не считалась. У тети Ксении вообще-то была более любимая внучка Тамара. А вот ее на похоронах и не было. У тети Ксении была сестра, мать Тамары, которая постоянно жила в деревне, поэтому тетя Ксения иногда воспитывала Тамару вместо ее матери. Естественно ее основной наследницей считалась Тамара и немного Катерина.

   Интересная картина получалась, зачем тогда именно Катерину вызвали на похороны? Она на эти самые похороны истратила часть наследства, переданного ей перед собственной смертью тетей Ксенией наличными. Девушка ни с чем приехала перед ее смертью, ни с чем и осталась. Ее вообще-то вызвала соседка, сказав, что одинокая женщина при смерти.

   Приехала Катерина, когда тетя Ксения еще дышала и лежала в этой комнате на железной кровати с периной. Запах в однокомнатной квартире стоял жуткий. Тетя Ксения достала пачку денег из-под подушки и умерла, только и успела улыбнуться сухими губами.

   Дверь в квартиру была открыта, то есть двери не были закрыты на замок. Вскоре пришла старушка соседка и громко завыла, узнав, что тетя Ксения скончалась. Когда она выть прекратила, тогда и спросила у Катерины про деньги на похороны. Катерина показала деньги, переданные ей тетушкой перед смертью. Соседка довольно улыбнулась и помогла организовать похороны.

   Тетя Ксения была человеком социалистической закалки и в церковь не ходила, поэтому ее не отпевали. Однако и гроб с ее телом не дали опустить в могилу подошедшие к могиле два мужчины весьма странной внешности. Они показали документы, из которых Катерина ничего не поняла, но послушно вместе со старушками отошла от могилы.

   Два старичка подошли к двум мужчинам, они поговорили. Старички уверенно повели старушек на выход. Катерина была вынуждена пойти с ними. Вскоре ее догнали два крепких мужика с лопатами, ведь за работу им было заплачено. Они сказали, что все сделают, как только им разрешат захоронить покойную, тем более что она еще при жизни купила себе мраморную плиту на могилу.

   На сердце у Катерины остался неприятный осадок от непонятных похорон, и теперь она бродила по квартире, как неприкаянная. Она попыталась открыть окно в комнате, но оно было крепко закрыто на шпингалет, покрытый несколькими слоями старой краски. Между рамами окна лежала запыленная вата. Квартира находилась на первом этаже четырехэтажного кирпичного дома, возможно, именно этим можно объяснить нелюбовь хозяйки к чистому воздуху в квартире. Или она чего-то боялась? Но чего могла бояться пожилая женщина?

   Катерина внимательно осмотрела убогое жилище с мебелью весьма примитивной: шкафом из фанеры, металлической кроватью, круглым столом и одним стулом со спинкой из гнутых прутиков. Она встала на стул и посмотрела на то, что лежало на фанерном шкафу: там лежало с десяток сберегательных книжек. Она подумала, что тетушка хранила старые книжки. Она и подумать не могла, что сберегательные книжки с деньгами!

   Брезгливо взяла Катерина одну книжку, открыла, и глаза ее полезли вверх: денег на сберегательной книжке бедной тетушки было очень много! Она открыла еще шесть книжек: на всех лежали вклады внушительных размеров. Семь сберегательных книжек были оформлены на предъявителя.

   Катерина знала, что квартира достанется Тамаре, на нее все бумаги были оформлены бабкой Ксенией, но о сберегательных книжках речь нигде не шла. А если Катерина сберегательные книжки нашла на семейной территории, то они принадлежат ей и государственной пошлиной не облагаются.

   Девушка собрала все сберегательные книжки, чихнув от пыли. Пыльное облачко поднялось над крышкой шкафа, и она увидела плоский браунинг, покрытый крутой пылью. Тетушка — женщина больная, поэтому пыль не вытирала на шкафу и сбоку за верхней планкой шкафа складывала свои сберкнижки. Когда она туда браунинг закинула?

   В сумке Катерины лежали легкие кожаные перчатки, в них она и взяла браунинг в руки. Он оказался именным! На нем было выгравировано имя тети Ксении! Катерина сняла с головы шелковый, черный платок, положила в него сберегательные книжки и браунинг. Черный сверток она засунула в отдел своей большой сумки. В это время позвонили в дверь. На пороге стояли два мужика с кладбища, которые не дали сразу захоронить тетю Ксению.

   — Не волнуйтесь, девушка, Вашу тетушку захоронили. Завтра можете проверить, а сегодня Вам придется ответить на наши вопросы, — сказал первый из мужчин и сел на единственный стул.

   — Вы нам не объясните, кто была ваша тетушка? — спросил второй мужчина.

   Катерина посмотрела на странных мужчин и поджала губы в знак незнания.

   — Так дело не пойдет, мы люди серьезные, нам нужны официальные ответы, — сказал первый мужчина.

   — Я ее племянница по линии отца. Тетушка с моей мамой практически не общалась. Мать моя о ней ничего не говорила. Тетушку я видела редко. Больше мне сказать нечего. Да вы посмотреть на бедность ее! Это же ужас какой-то! — воскликнула Катерина в подтверждение своих слов.

   — Стыдно родственников забывать! — воскликнул второй мужчина, обходя убогую комнату.

   Катерина смотрела на тщетные попытки мужчины открыть окно, но теперь у нее закрытое окно удивления не вызывало.

   — Мажор, да что с ней говорить! — воскликнул первый мужчина, — Она ничего не знает о бабке и приехала перед ее смертью по вызову соседки.

   — Сундук, эта Тамара! Это она страху напустила, что в гробу тетки лежат сокровища! — прокричал в сердцах Мажор. — Мы с тобой ей поверили, гроб проверили, денег и драгоценностей в нем не нашли.

   — Ты чего при посторонних кричишь? — зло спросил Сундук.

   — Эта девушка не посторонняя, она кузина Тамары, которую ты закрыл у себя дома.

   — Так вы еще и мою кузину скрываете от похорон?! — возмутилась Катерина и спросила: — А почему у тетушки в гробу должны были быть деньги?

   — Вот, и эта не в курсе! Значит, Тамара все придумала, — пробурчал Мажор, отходя от закрытого окна.

   — Девушка, есть вероятность, что у Вашей тетушки были большие деньги и пистолет! Дело в том, что этот гроб был заказан ею при жизни, значит, она могла свое богатство с собой унести в могилу, — сказал Сундук.

   — Вы правы, гроб был заказан. Но я не успела этому удивиться, мало того, гранитная плита стояла в ее квартире еще при жизни! Мы все это привезли на кладбище, но вы не позволили ее положить в могилу, на которую уже все было куплено тетушкой при жизни. Она мне и деньги сунула перед смертью, чтобы я все это вместе собрала и сделала так, как подобает в таких случаях.

   — Похоже на правду. Но где деньги?! — воскликнул Сундук.

   — Какие деньги? — на автомате спросила Катерина.

   — Те, что Вы взяли со шкафа, — сказал Сундук, удивительно ловко вскочив на стул, на котором сидел, гладя на нарушенную пыльную композицию на шкафу.

   — В сумке, — ответила Катерина машинально.

   — Нехорошо обманывать старших, — проговорил Мажор, вытаскивая из сумки черный сверток. — Гляди, Сундук, да тут все есть: и деньги, и пистолет! — Он взял сверток и исчез за дверью.

   Катерина села на стул и горько заплакала. В этот момент дверь открылась и зашла сердобольная соседка, она стала успокаивать девушку. Тут набежали ее старушки. Пришли два старичка. Запахло кадилом. Послышался напевный голос человека в черной сутане: видимо, старушки решили отпеть соседку. Когда все покинули квартиру тети Ксении, появилась Тамара. Она села на кровать, взяла в руки подушку и разревелась. По ее щекам текли черные слезы от туши для ресниц. Она легла на бок и уснула.

   Мучительно захотелось спать и Катерине, но в комнате была одна кровать, Катерина села на стул, положила руки на стол, на руки наклонила голову и задремала.

   Через час Катерина разговаривала с Тамарой, которая пояснила ситуацию:

   — Сестричка, все было шито-крыто, и тетя Ксения жила бедно. Она собирала бутылки для большей убедительности и управляла некой монополией недвижимости. Не удивляйся, ты ничего не знала, тебя и твою правдивую маму она оберегала от неприятностей, связанных с большими деньгами. А вас терзала совесть, что вы пенсионерке не помогаете.

   Катерина с этим была полностью согласна.

   — Так вот, сестричка-синичка, тетя Ксения была то, что надо! Ты видела ее браунинг времен царя Гороха? Она была большим партийным человеком и имела право получать бесплатные квартиры для людей. Она их и получала. У меня есть отличная квартира. У нее есть замечательная квартира, а эта убогость — ее официальное пристанище для проверяющих людей, которых хватало во все времена. Мало того, она владела домами. Да что теперь вспоминать! — в сердцах воскликнула Тамара.

   Катерина молчала от неожиданной информации.

   — Катерина, эти мужики вели нашу тетушку давно, они ее вычислили и окучивали со всех сторон, пока не закопали. Думаю, они взяли деньги со шкафа и успокоились. Ты не удивляйся, я знала про эти семь сберкнижек, они нужны были для отвода глаз. Ты главного не знаешь: у тебя есть квартира, она оформлена на тебя. Не строй удивленные глаза, не эта квартира, а другая, в которой тетя Ксения жила. А у меня уже есть квартира, да плюс эта квартира — я ее сдавать буду.

   В этот момент посыпались оконные стекла, послышался выстрел. Тамара упала на кровать, на которой сидела. Белая постель покрылась кровью. Катерина подошла к Тамаре, она держала правую руку на левой руке, рана оказалась легкой, но кровопролитной. Пуля прорвала кожу, прошла через мягкие ткани и пролетела дальше, не задев кости. Катерина не нашла бинт и разорвала старую наволочку. Рядом с раной она нанесла йод и забинтовала руку.

   В комнату струился холодный воздух из разбитого окна. Тамара, стиснув зубы, качалась на кровати, держа забинтованную руку. Врача вызывать двоюродные сестры не захотели. Дверь входная открылась: на пороге стояла тетя Ксения собственной персоной в той одежде, в которой она лежала в гробу:

   — Привет, девушки, не ждали?

   Тамара упала на кровать, а голову закрыла подушкой. Катерина с ужасом смотрела на тетю Ксению, а ее зубы ныли от избытка чувств.

   — Ладно, ничего удивительного не произошло, мне надо было сбросить хвост из тех двух мужчин, которые забрали деньги со шкафа. Что молчите?

   — Тетя Ксения, я сомневалась в Вашей смерти, но Вас в гроб положили в морге, а вот захоронить не дали. А позже эти двое сказали, что они Вас похоронили, — первой откликнулась Катерина.

   — Катерина, все нормально. Я за все заплатила, а отсюда я выйду ночью в твоей одежде. Впрочем, если квартира постоит без жильцов некоторое время, то это будет естественно.

   — Тетушка, ты не могла нас предупредить?! — завопила Тамара, сбрасывая с головы подушку.

   — Девушки, дайте мне полежать, я устала от собственных похорон, — сказала тетушка, ложась на постель рядом с Тамарой.

   Тамара вскочила с кровати и выскочила из квартиры, хватая по дороге свои вещи. Катерина осталась в странной квартире с бывшей покойницей и разбитым окном.

   — Катерина, я человек добрый, но не настолько, чтобы все нажитое непосильным трудом оставить Тамаре и двум мужикам, я еще хочу пожить. Твое присутствие меня бы устроило.

   — Тетя Ксения, все так странно, но как нам окно закрыть? — спросила Катерина, уводя разговор в сторону реальности.

   — Отдохнуть не даешь. Хотя ты права: здесь холодно, не теплее, чем в гробу. Достань в шкафу мешок, в нем две норковые шубки — мне длинную, тебе короткую. Там же новые сапоги и два черных платка. Мы это наденем, а на улице нас ждет моя машина с шофером. Детка, ты зайдешь в квартиру напротив, дашь соседке деньги и ключи, она присмотрит за квартирой и вставит стекло.

   Катерина даже не успела удивиться и просто выполнила приказ тети Ксении. Они обе вышли из квартиры. Катерина отдала соседке ключи и деньги. Соседка безразличным взглядом глянула на приникшую тетушку, прикрытую дорогим мехом, и промолчала. Умершую соседку в мехах она не узнала.

   На улице стоял огромный темный джип. За рулем сидел весьма приличный мужчина. Он слова не вымолвил и просто ждал, когда женщины сядут в машину, и поехал туда, куда сам знал. Катерина подумала, что это он стрелял в Тамару, но сказать о своей догадке не решилась. Тетя Ксения бодренько сидела рядом с шофером. Катерина одна сидела на заднем сиденье и дремала от общей усталости последних дней и особенно часов, поэтому в окно она не смотрела. Бездна бытия обволакивала ее сознание почти осязаемо, опять это странное чувство безысходности нахлынуло на нее. Девушка погружалась в сонное забытье. Очнулась она от резкого торможения.

   Машина остановилась у великолепного дома, расположенного за высоким кирпичным забором. Рядом стояли похожие двухэтажные дома, состоящие из трех секций. Судя по всему, это был престижный дачный поселок не для самых бедных мира сего. Тете Ксении принадлежала одна часть дома, состоящая из двух этажей и нескольких комнат. Шофер имел свою комнату на первом этаже, рядом находилась спальня тети Ксении.

   Спальня Катерины находились на втором этаже. Из окна был виден кирпичный забор, ветви деревьев и кусочек неба. Катерина походила по комнате и вскоре услышала стук в дверь. Она подумала, что тетя Ксения идет, но вошла невысокая женщина, неся в руках поднос с едой. От еды Катерина не смогла отказаться, голод давно давал о себе знать.

   В комнате было все, что нужно: стоял на столе компьютер и висел плоский экран телевизора. Катерина включила компьютер, написала письмо маме, коротко объяснив свое отсутствие на ближайшую неделю. Письмо она не успела отправить, как за дверью послышался очередной стук. Она подошла к двери, открыла. На нее смотрели глаза шофера, вращаясь от ненависти.

   — Вы что-то хотели? — спросила Катерина безразличным голосом.

   — Нет, я хотел вас предупредить, чтобы Вы никому не писали о том, где вы находитесь. Все остальное писать можно, — процедил сквозь зубы мужчина неопределенного назначения. — И еще, тетушку Ксению не ищите, ее здесь нет! Вам придется неделю жить здесь.

   Катерина промолчала, понимая, что события этого дня выходят за рамки ее понимания.

   — Да, здесь есть электронная защита, нажмите на кнопку — и к Вам никто не войдет, даже я. И, показав, где находится кнопка, шофер удалился.

   Катерина нажала на кнопку, потом попыталась открыть дверь. Дверь не открылась, теперь она подумала о том, как выйти из помещения. Она обошла место своего заточения, при этом обнаружила двери в ванную, туалет, мини-кухню и продукты на неделю. Все у нее было, но для чего все это было нужно, ей было неведомо.

   Неделю она прожила в заточении, сколько бы она ни жала на кнопку, дверь не открывалась и не пищала. Окна тоже не открывались, но вентиляция работала исправно. Катерина никому ничего не сообщала, понимая, что это лишнее в ее положении. Сотовый телефон молчал, питание в нем закончилось, а блок питания куда-то исчез.

   Поражала тишина поселка. Звуки практически не долетали. Катерина готовила пищу, ела, мыла посуду и мыла полы пару раз. Пыли практически нигде не было, она все вымыла из-за своей брезгливости, чтобы вокруг нее жили ее микробы, а не чужие. Через неделю за дверью послышался шум. В кнопке засветился светодиод. Катерина нажала на кнопку и дверь открылась. Перед девушкой стояла тетя Ксения, но выглядела она просто изумительно.

   — Катерина, надеюсь, ты отдохнула и о жизни подумала. Вела себя ты вполне прилично, тебя снимали с нескольких камер, а я в это время сменила немного свою внешность. Так что теперь мы можем с тобой поговорить. Идем на первый этаж.

   Они спустились на первый этаж, где был накрыт стол на троих. К ним присоединился шофер. Катерина продолжала молчать то ли от страха, то ли от внутреннего возмущения.

   — Катерина, да скажи ты хоть слово! — вскричала тетя Ксения.

   — Тетя Ксения, — начала Катерина говорить.

   — Так, меня зовут Ксения Артемовна.

   — Хорошо, Ксения Артемовна, — пролепетала Катерина тихим голосом.

   — И это правильно. Твой имидж претерпит изменения, тебе сделают крутую прическу, и будешь ты что надо. И цвет волос станет немного темнее.


Глава 4

   Катерина вздохнула, но это никого не волновало.

   — Катерина, не вздрагивай, а привыкай! Вскоре приедет твой жених. Вы поженитесь. Ты сменишь ФИО, и у тебя будут новые документы.

   — А он кто? — спросила Катерина.

   — Познакомитесь при встрече! Бежать не пытайся, здесь все схвачено. Живи спокойно, дольше проживешь.

   Катерина вновь замолчала, осознавая, что Тамара в этом доме явно была до своего ранения. Она встала и пошла наверх, ее никто не окликнул, не остановил. Когда Катерина осталась одна, закрыв дверь на электронную защиту, она подумала, что тетя Ксения что-то на себя вообще не похожа, да и знала ли она ее раньше? Скорее нет, чем да. Теперь она понимала, почему ее мать с ней не общалась. Мелькнула мысль, что с ее помощью тетя Ксения проводит очередную махинацию.

   Следующая неделя была неделей Катерины. Ее привели в нужный вид, после чего они с тетушкой стали больше походить друг на друга. Надо сказать, что до появления в этом доме Катерина училась, так вот теперь она полностью зависла, не имея контакта с внешним миром. И тут приходит тетушка и говорит, что она может вновь учиться, о работе речь пока не идет. Тетя Ксения протянула Катерине студенческий билет и зачетку.

   Катерина не успела удивиться, как тетя Ксения в очередной раз удивила:

   — Катерина, учиться ты будешь в университете на дневном факультете, тебя приняли по твоим документам. На учебу тебя будет возить шофер. Понятно? И никакой самодеятельности! У тебя хорошая фигура, одежда у тебя будет в нужном количестве и качестве.

   — Ксения Артемовна, как я должна к Вам относиться?

   — Право, называй меня Ксения, этого вполне достаточно.

   — Но у нас разница в возрасте огромная!

   — Детка, кого это волнует в наше время? Мы с твоей мамой хорошо выглядим, а это дает простор для воображения.

   Что удивительно, но учиться в университете на старших курсах Катерина стала лучше. Раньше она трупом ложилась, все учила и учила, а ей все равно ставили "удов", а то и "неуд", и как высший балл ставили "хор". А тут она свет увидела и "отлично" в зачетной книжке. Такое чудо она не могла объяснить. Она ведь не изменилась, и университет был крупнее прежнего, хотя профиль учебных программ сохранился.

   Одеваться Катерина стала настолько лучше, что сама себя в зеркало не узнавала и иногда вздрагивала от неожиданности, всматриваясь в свои утонченные черты лица и фирменную одежду. Сокурсники относились к ней нормально, без эксцессов, особо не заигрывали, но и не игнорировали. Они с пониманием смотрели на джип с шофером, да и сами разъезжали на машинах, а многие просто сидели за рулем своих машин. Ее имя произносили с неким удивлением, потом улыбались, но удивительно быстро запоминали.

   Катерину больше всего волновало предстоящее замужество. Тетя Ксения больше о нем не говорила, но девушка прекрасно понимала, что она ничего зря не говорит. В морозное солнечное утро к Катерине в комнату пришла домработница, которая принесла короткую шубу из чернобурки и длинные сапоги. Девушка была уже в макияже, ей осталось надеть предложенные вещи. Она покрутилась у большого зеркала и вышла в холл.

   На первом этаже в гигантском кожаном кресле сидела тетя Ксения, она спокойно осмотрела наряд Катерины и помахала ей ручкой. Шофер ждал у дверей. Слова в этом доме не всегда произносили, все шло по накатанным рельсам неких правил. Машина остановилась у старого дома тетушки. Катерина машинально посмотрела на окно: она было новое. Шофер протянул ей ключи от квартиры. В шикарной шубе Катерина зашла в захудалый подъезд. Она открыла дверь ключом и остановилась, нижняя челюсть медленно стала опускаться вниз, она ее закрыла усилием воли.

   Квартира была так хороша! Прошел месяц, а здесь все было просто шикарно! Ремонт и новая мебель сделали свое дело. Белая кожа мягкой мебели и красное дерево мебели поражали своим неожиданным сочетанием. Катерина повесила шубу в шкаф, где уже висела для нее новая одежда. В высоких сапогах выше колен она села в кресло и закинула ногу на ногу, осматривая новый интерьер. Но отдохнуть ей не дали, она уже знала, что тетушка время бережет, и свое, и чужое. Через десять минут в дверь позвонили. Она посмотрела на экран монитора, расположенный у двери, и увидела букет.

   Букет из белых и вишневых роз и мужское лицо соответствовали друг другу. Она открыла дверь. В квартиру вошел молодой человек в черном пальто с белым шарфом.

   "Гималайский медведь", — подумала Катерина и сказала:

   — Добрый день!

   — Добрый день, Катерина! Меня зовут Прохор.

   Она улыбнулась.

   — Мне не до смеха, а букет Вам, — сказал со странным акцентом серьезный молодой человек со слегка загорелой кожей лица.

   Катерина взяла букет, оглянулась и увидела изогнутую вазу из бело-вишневого стекла, точно предназначенную для этого букета. Она налила воду в цветочную вазу, поставила в нее цветы. Когда она вернулась в комнату, то увидела мужчину, сидящего в кресле без пальто, но в блестящих черных штиблетах.
   "О чем нам говорить?" — с тоской подумала Катерина.

   А он сказал:

   — Садись, — и показал на кресло напротив себя. — Катерина, я твой жених, и можно сказать с уверенностью, что я буду твоим мужем!

   — Буднично все так... — пролепетала Катерина.

   — Ты будешь продолжать учиться, но работать до окончания университета тебе никто не даст. Опыт показал, что ты умна, преподаватели тобой довольны.

   Дальнейшие дифирамбы прервал звонок в дверь. Катерина посмотрела на экран монитора: за дверью стояла Тамара собственной персоной. Она открыла дверь, не думая о том, как вписывается кузина в новую игру тетки Ксении.

   — Привет! — воскликнула Тамара и села на белый диван, снимая с себя старую шубу и бросая ее на край дивана.

   — Представьте мне свою гостью, Катерина, — величественно произнес Прохор.

   Катерина не знала, как Тамару представить.

   — Меня зовут Тамара, — представила себя кузина.

   — Вас три сестры? — удивился Прохор. — Вишневый сад.

   — Да, нас три сестры: Ксения, Тамара и я, — сказала с насмешкой в голосе Катерина и внимательно посмотрела на Тамару.

   Тамара подхватила игру, видимо, за жизнь с теткой она чему-то научилась.

   — Катерина, а он кто? — с удивлением спросила Тамара.

   — Мой потенциальный муж, — ответила Катерина с долей недовольства.

   — Обойдешься, тебе его слишком много. Пожалуй, эту квартиру и Прохора я возьму себе, — уверенно произнесла Тамара.

   — Спроси у тети Ксении, если она согласится, то я возражать не буду, — вставила Катерина свою мысль и внимательно посмотрела на темные волосы Тамары.

   — Девушки, я жених Катерины... — робко проговорил Прохор.

   — Какие проблемы? Ты ее жених, но муж ты будешь мой, — настойчиво заявила Тамара, подходя к шкафу и открывая вишневую дверь. — Ба! Какая шубка! И шуба эта моя!

   Наглость Тамары начинала коробить Катерину. Она у нее все отбирала. Зачем ей только руку бинтовала в этой комнате? Раздались трели сотового телефона. Катерина раздвинула сотовый телефон, нажала на зеленую кнопку и услышала голос тетушки:

   — Катерина, Тамара отняла у тебя три вещи: квартиру, жениха и шубу?

   — Да, Ксения.

   — Отлично! Надень ее старую шубу и выходи из квартиры. Джип ждет тебя.

   Катерина взяла с белого дивана старую шубу. Помахав новой паре рукой, она вышла, положив ключи от квартиры на полку, расположенную рядом с монитором. В джипе на заднем сидении сидела Ксения Артемовна. Тетушкой ее Катерина даже мысленно перестала называть.

   — Катерина, ты огласила главное, что нас три сестры. Остальное неважно.

   — А кто тогда моя мать? — спросила Катерина, не ожидая услышать ответа.

   — Твоя мать остается твоей матерью, но для нее ты находишься за границей, а почему — не пытайся выяснять. К ней тебе ехать не надо. Дом, где ты жила последнее время, не знает твоя мать. Там искать тебя не будут.

   — Но Прохор знает, как я учусь, — возразила Катерина.

   — Прохора я не комментирую, — как-то грустно сказала тетя Ксения.
   Катерина подумала, что тетушка привыкла находиться в детстве с сестрами и это ситуация ее устраивала, а теперь она устроила трио с племянницами для молодости души.

   — Ты права, Катерина, рядом с вами я моложе. Мне с вами интересней жить.

   — Но Вы обещали мне мужа!

   — Детка, зачем тебе муж нужен, ты не подумала?

   — Но Вы — подумали.

   — Твое дело — учиться. А Тамара взяла то, что ей принадлежит, а не твое. Если бы я сразу сказала, что Прохор предназначен ей, она бы на него не посмотрела. А у тебя она отобрала его с руками и ногами в блестящих штиблетах.

   — Мы едем в дачную крепость?

   — Нет, мы заедем на выставку автомобилей, которая проходит в новом выставочном комплексе. Выбери себе автомобиль и не спрашивай о деньгах.

   Еще бы Катерина задавала нетактичные вопросы в присутствие шофера! За окном мелькали деревья, широкие полосы дорог, высокие дома. Вскоре поток машин стал плотнее. Они подъехали к выставочному комплексу. Старую шубу пришлось сдать в гардероб, потом заполнить анкету и пройти в залы с медленной публикой.
Катерина многократно отражалась в экранах мониторов, но она знала конкретную цель, что она должна выбрать себе новый автомобиль. Девушка час ходила среди машин, прежде чем выбрала автомобиль. Она взяла у представителей фирмы подборку каталогов и пошла на выход.

   У выхода ее ждал шофер. Кто бы в этом сомневался! В джипе тети Ксении не оказалось, видимо, она не из тех, кто ждет в машине рядом с выставочным комплексом. Шофер отвез Катерину домой, от выставки до него рукой подать. Хорошо, что выставочный комплекс сделали на окраине, а не в центре столицы. Душа Катерины пела, а она испытывала состояние легкости: страх замужества исчез, а дача ее больше не пугала. Она забежала на второй этаж, открыла дверь в свою комнату и обнаружила, что комната пустая! Вот пустая! Радость сбежала по Катерине и упала на пол. Ее тронули за плечо.
   Катерина оглянулась: рядом стоял шофер.

   — Катерина, Вы так быстро забежали на второй этаж, — проговорил шофер. — Вам надо спуститься вниз.

   Девушка медленно спустилась вниз за шофером и села у стола. В дверь позвонили. Шофер нажал на кнопку на углу стола. Дверь открылась. На пороге стоял мужчина и держал в руках огромную коробку с пиццей. Шофер рассчитался с мужчиной и положил коробку на стол. Катерина открыла коробку, приятный запах одурманил голодный желудок. Она пошла в туалетную комнату, а когда вернулась, то увидела, что к столу на кресле-коляске шофер подвозил Ксению Артемовну.

   — Катерина, то, что я в кресле сижу, так это временно.

   Да, Катерина теперь совсем не знала, чего ожидать от мобильной тетушки в инвалидном кресле. После трапезы тетя Ксения объявила, что будет ездить на сеансы терапии и вскоре поднимется на ноги. Катерина ей поверила и пошла в новую комнату, где все было по-прежнему. Она закрылась в комнате, задумалась, открыла почту, но ничего интересного в ней не было.

   "И почему тетушка такая неугомонная?" — промелькнул вопрос в ее голове, она уже порядком устала от смены интерьера перед глазами.

   Когда Катерина вышла на следующий день из комнаты, чтобы поехать в университет, тетушка вручила ей ключи от машины, которая стояла у парадной двери. Машина была что надо, Катерина вчера ее на выставке выбрала.

   Тетя Ксения так и передвигалась в кресле, но значительно повеселела от присутствия Катерины и надеялась на то, что скоро будет ходить.
Похоже, у тетушки были проблемы с ногами, поэтому она решила умереть, но потом передумала и все переиграла. Или ей кто подсказал, что еще можно жить и ходить всегда, а не иногда и через силу.
   
Катерина ехала медленно на новой машине, в их районе пробки бывали редко и по графику работающих людей. Она чувствовала относительную свободу, и это радовало ее не меньше нового джипа вишневого цвета. Она вновь была на высоте. Джип заметил сокурсник и присвистнул. Катерине он с первого дня понравился. Да что говорить, это был гималайский медведь собственной персоной. На занятиях она умудрилась отличиться. Вообще, она сама себе поражалась, как с новым имиджем у нее все дела лучше стали идти.

   Раньше Катерина училась усердно, но это никогда не оценивалось, а теперь она тащилась от своих успехов. Даже прическа из длинных волос ее не раздражала, раз с ней она была победителем над самой собой прежней. Ради этой победы она готова была простить тете Ксении все перемещения и нервозность последнего времени.

   Прохор ждал Катерину рядом с ее джипом, поскольку рядом стоял его форд. Он улыбнулся ей великолепными зубами и щеками с ямочками. Она подумала: "Интересно, а я смогу его домой пригласить?"

   — Катерина, пригласи меня к себе. Я от любопытства сгораю, хочу увидеть тебя в твоем интерьере.

   — Не сегодня, — и она села за руль прекрасного автомобиля.

   Дома Катерина сказала тете Ксении о поклоннике. Тетка спросила его имя, полученные данные ей были хорошо знакомы. Она знала почти все официальные данные о сокурснике Прохоре. Они ее устроили, или она сделала вид, что устроили.

   — Ксения Артемовна, а зачем Вы показались на глаза Тамаре?

   — Так она спряталась под подушку и подумала, что это видение. Ладно, она знает, что я жива, и знает мое новое место жительства. Мы его вместе с ней придумывали и покупали до инсценировки похорон, а потом тебя вызвали.

   — А кто ее ранил? А где сберегательные книжки? А зачем весь спектакль?

   — Для тебя.

   Катерине расхотелось приглашать к себе Прохора. Она не знала, что еще придумает тетя Ксения для очередного развлечения.

   — А откуда у Вас дурные деньги?

   — Они что, пахнут? Тебе не нравится новая жизнь?

   — Если честно — не знаю. Вы мне объясните: зачем я Вам нужна?

   — Я тебя люблю с рождения, как свою дочь.

   — Я хочу домой, к маме. Хочу свою внешность.

   — Наивная. Отец при твоем рождении хотел дать тебе свое отчество, но твоя мать с ним не согласилась. Они долго спорили, твоя мать его перекричала. Что еще, твой отец (ты с ним и не знакома) — декан твоего нового факультета.

   — Интересное кино получается, Вы все знаете, а я нет. Но обидно, теперь я знаю, за что меня преподаватели вдруг полюбили! Не дали Вы мне побыть счастливой от своих успехов.

   — Извини, но этот номер сейчас не пройдет. Тебе придется побыть принцессой. Хозяин этого дачного поселка — твой отец. Хуже того, Прохор — сын своей мамы, а она доцент в том же институте. Так его мама всегда нравилась твоему отцу. Вкусы и во втором поколении совпадают. Остальное узнаешь позже. Твоя машина от твоего отца.

   — А я думала, это Вы такая богатая.

   — Он через меня тебе деньги передавал все время, пока тебе не исполнилось восемнадцать лет, а потом захотел дать тебе куш больше.

   — Вся сказка исчезла, — сказала Катерина уныло.

   — Не вся. Мы с ним акционеры, часть его капитала принадлежит мне. Мы вместе создавали недвижимость, а декан факультета он по совместительству.

   — Тетя Ксения, значит, я принцесса Катерина, хозяйка элитного поселка и факультета?

   — Нет, у твоего отца еще есть кирпичный завод, где делают кирпичи для дачного поселка.

   — Я богатая невеста, — запела Катерина диким голом.

   — Твоя встреча с отцом намечена на сегодня. Он зайдет к нам. Вы познакомитесь.

   — А раньше нельзя было меня с отцом познакомить?

   — Спросила бы раньше у своей мамы, — сказала Ксения Артемовна более чем спокойно. — Тебе об этом не сказали.

   — Мне реветь или смеяться? — спросила Катерина в полном трансе.

   — Твоя мать родила тебя и не сказала от кого. Твой отец меня нашел и помогал тебе по мере сил, он не всегда был богатым. А я была некоторое время на ответственном посту, и мне перепало несколько квартир. С них мы и начали создавать империю для тебя. Его голова и мысли, а мой первый вклад.

   — Но когда я ехала к Вам из дома, мой родной отец был жив! — с плачем воскликнула Катерина: — Он ведь Ваш брат, — добавила она без большой уверенности.

   — Ты видишь: я ходить не могу. Ноги мои отказали, а у твоего отца тромб в черепушке оторвался. Умер он мгновенно, пока ты ко мне ехала. Когда ты ко мне зашла, я уже знала, что брата нет в живых.

   Катерина разревелась как белуга. Она рыдала, кричала и вдруг затихла. В этот момент и зашел новоиспеченный ее отец.
Он посмотрел на заплаканные глаза дочери, погладил ее по голове:

   — Я надеюсь, что теперь ты все знаешь?

   — Кирпичная принцесса — звучит, скорее, вообще не звучит, — прокомментировала Катерина ситуацию.

   — Нам надо было запутать дорогу для несчастий, — сказал мнимый отец, мужчина с весьма умным лицом декана факультета.

   — А браунинг с гравировкой? — выдала она неожиданно для всех. — Это он тромб в голове отца сделал?

   Тетя Ксения и новый отец переглянулись, но по их взглядам Катерина поняла, что они не стреляли в голову ее отца.

   — Катерина, у него тромб и никаких ранений в голове, — тихо сказал мнимый отец.

   — Давайте вскроем могилу! — вскричала Катерина.

   — Смысла нет, его сожгли, — проговорила тетушка.

   — Забудем эту тему, там все честно и труп сожжен, — проговорил мнимый отец.

   — Тетя Ксения, зачем Вы так со мной поступили? — спросила Катерина.

   — Так получилось, произошли многочисленные накладки, — ответила она.

   — Катерина, я боюсь за тебя! — искренне воскликнул мнимый отец.


Глава 5

   После ухода мнимого отца Катерина осталась одна. Сдвинуться можно от новостей тети Ксении, если их еще самой интерпретировать. Катерина съездила на могилу, рядом с которой когда-то оставили гроб с якобы телом тети Ксении, но позже здесь захоронили ее отца. Над могилой стояла новая плита. Точно, здесь была похоронен отец Катерины, в этом она убедилась окончательно. Катерине очень захотелось вернуться в свою квартиру, но она понимала, что это невозможно. В стороне стоял Прохор в белой рубашке под черным плащом. Он наблюдал за Катериной в экстремальной ситуации, но к ней не подходил...

   На даче Ксении Артемовны спокойствие отсутствовало. Тетушка волновалась об исчезновении Катерины, ее везде искали, но не могли найти. Вскоре появилась Тамара, которая пришла с единственной просьбой: дать ей денег. Два мужика, сопровождавшие Тамару, постреляв в воздух, исчезли.

   — Тамара, зачем ты устроила весь этот шум, ты не могла одна приехать? — спросила Ксения Артемовна, сидя в кресле за чайным столом в холле.

   — Хорошо, Ксения Артемовна, эти два мужика меня достали. Я осталась одна, а эти двое потратили деньги с одной твоей сберегательной книжки и стали просить у меня еще. Они не знали, что ты жива. У меня случайно вырвалось, что ты живая и закрыла остальные вклады, — протараторила Тамара, доставая пиво в банке из холодильника.

   — Понятно, где мы будем Катерину искать? — спросила Ксения Артемовна, наливая воду из чайника в чашку с пакетиком зеленого чая.

   — Не волнуйся, Катерина спряталась где-то, — сказала Тамара, открывая шкаф, где лежали пакетики с чипсами, орешками, пряниками, конфетами, вафлями.

   — Катерину найдем. А теперь у меня есть предложение: ты можешь пожить в этом доме, но ты будешь работать, — сказала Ксения Артемовна, показывая на пакет.

   — Добрая тетушка! Я — и работать! Ты лучше придумай, как откупиться от мужиков! Вчера их выгнала охрана дачного поселка. А в следующий раз что произойдет? — Тамара подала пакет пряников тетке, взяла себе пакет соленых орешков.

   — Тамара, что я могу придумать, я уже смерть изобразила, а ты проговорилась, что я живая, — недовольно проговорила Ксения Артемовна, вскрывая пакет с пряниками.

   — А шофер зачем? Пусть тебя защищает, — парировала Тамара, вскрывая банку.

   — Тогда пойдем другим путем: ты их вызови сюда, пока здесь нет Катерины. Попробуем устроить переговоры на высшем уровне, заключим с ними договор о ненападении, — проговорила Ксения Артемовна с чашечкой кофе в одной руке и пряником в другой.

   — Эти два мужика договоры не воспринимают, — возразила Тамара, щелкая соленые орешки из пакетика и запивая их пивом из банки.

   К ним подошел шофер в спортивном костюме.

   — Присаживайся, Клим. Чай. Кофе. У нас легкий завтрак, — проговорила Ксения Артемовна, доставая следующий пряник.

   — А мне пива не осталось? — спросил Клим, но, увидев покачивание головы Ксении Артемовны, добавил: — Уговорили, выпью кофе. У меня есть предложение по поводу вчерашних олухов.

   — Клим, а раньше, где ты был, где было твое предложение? — с раздражением спросила Ксения Артемовна, вставая на ноги, которые почти отошли от стресса и могли ходить.

   — Не хотите — не скажу, — обиделся Клим, положив пару ложек растворимого кофе в чашку и заливая горячей водой из чайника.

   — Клим, у тебя отличная фигура! Давай поженимся! — воскликнула на одном дыхание Тамара, чтобы не успели ее прервать. — Это у меня идея, а не у тебя! Если мы поженимся, то те двое от нас отцепятся, не будут они преследовать семейную пару. Я подслушала один их разговор. Ксения Артемовна, соглашайтесь на нашу свадьбу, сразу получите дополнительных наследников, а преследователи уйдут от Вас к другим!

   — Тамара, если все будет так, как ты говоришь, то я согласна, — приободрилась от идеи о свободе от преследователей Ксения Артемовна.

   — Меня женили! — с пафосом воскликнул Клим. — А я согласен, человеком буду, а не Вашим служащим, — и залпом выпил кофе из кружки, словно это пиво.

   — Кстати, мой багаж у ваших соседей, я ждала результата переговоров. Я за ним пойду, а ты, Клим, изобрази счастливого мужа, когда мы возьмем мои чемоданы.

   И она выскочила в дверь в джинсах и тонком свитере. Через минут пять Тамара появилась с сумкой, а за ней шел нагруженный большими сумками Клим.

   Ксения Артемовна величественно показала на второй этаж:

   — Тамара, весь второй этаж ваш, а если Катерина вернется, то мы придумаем выход из ситуации.

   Тамара хлопнула в ладоши и побежала по лестнице на второй этаж, за ней пошел Клим. Вскоре он вернулся, взял сумки и отнес их на второй этаж. К столу подошла домработница, посмотрела на чашки и стала их составлять на поднос и как-то незаметно вытерла стол. Ксения Артемовна осталась одна за столом. Она подумала, что с Тамарой ей жить проще, чем с Катериной.

   В это время переключил телевизор некий Вова каналы телевизора. Он нашел передачу о городе, который располагался на горном острове, жизнь в нем кипела в средние века. Жить в нем было очень удобно, море служило для города остроконечным забором. Шли века, и город после подводных толчков разделился на две части. Люди покинули город, но жаждущие экстрима путешественники всегда готовы были его посетить. Еще бы, вроде городу тьма веков, а он еще возвышается над землей, хотя море постоянно затягивает его вниз.

   Вова очень любил экстрим и уху. Он по своей натуре рыбный человек, любил купаться в море и питаться морскими продуктами. Он любил посещать острова, расположенные на реке, море или в океане. Нет, он не был богатым человеком, он был натуральным трактористом и жил на деревне. Деревня состояла из обычных пятиэтажных домов. Был в свое время в этих местах богатый совхоз, в котором имелся скотный двор, поля и теплицы. Неплохо люди жили, работали и получали оплату натуральными продуктами и деньгами. А рядом был город, в котором все произведенные совхозом продукты, легко продавались.

   Бабка Вовы держала огород, удобренный навозом из коровника. На нем все росло только так. Она постоянно продавала на рынке в городе зелень с огорода, и первая поставила себе многофункциональные пластиковые окна.

   Жизнь на деревне била ключом
   Колхозники остались без дела. Вова выкупил трактор и стал помогать частным владельцам, иногда и ночью работал, так он тоже заработал на пластиковые окна. Его бабка Даша стонала от нашествия коричневых вампиров на огороде, и только издали на него поглядывала.

   Но в это время ее дочка Тамара пошла в финансовую гору, она открыла мясные лавки и неплохо зарабатывала на продаже мяса. А это происходило тогда, когда уничтожали колхозных здоровых коровушек, вот они их и продавали. И на мясе построили себе по современному дворцу и прилегающему поместью. Мать к ним не ездила, только по праздникам.

   Вове мясо не досталось, а только трактор. Он его держал у себя во дворе. Не все остались жить в пятиэтажках, умеющие делать деньги, купили себе участки земли и построили на них дома, получились мини совхозы. Но нашлись люди и купили совхоз с потрохами. Стало лучше? Коровы исчезли. Теплицы потеряли стекла и превратились в пустые грядки. Правление совхоза затянуло травой, точнее борщевиком. На время деревня стала бесхозной. По огородам поползли с палец толщиной упыри и на корню съедали всю зелень. Огороды пришли в упадок вслед за совхозными полями, которые быстро поросли огромным борщевиком, из которого борщ не сваришь.
ездить в санатории, дочь Тамара ей давала деньги, и она ехала в южные горы отдыхать. Раз 12 ездила.

   И стало Вове завидно, что старая бабка Даша в горах отдыхает. Но он был упрямым и все делал наоборот. Он поехал на остров, расположенный на Ладожском озере. Взял ял и с друзьями и катался вокруг острова. А там такие ветры! А волны! А он в лодке с парусом плыл, словно это был трактор, рассекал волны, как поле. Жизнь! Страшно, а приятно. И недорого.

   После этого он работал и на своем тракторе, и на бульдозерах в городе по расчистке снега на улицах. Получился из него неплохой дворник. У него был друг по совхозной работе, который тоже пришел работать в городе на машине по уборке улиц. Его друг с годами располнел, чаще за сердце держался. Но своей гражданской жене, бывшей доярке, ничего не говорил о боли в сердце. Он вообще по жизни был молчуном, поэтому легко на небольшом тракторе с метлами чистил асфальтированные дороги в городском лесу.

   Однажды он потно пообедал на домашнем празднике, надо сказать, что его жена была девушка размера 66. Крупная и красивая, иногда сварливая, но готовила отменно. Она лет 10 продавала в городе молоко из цистерны, промерзла на всю жизнь, но пила молоко только из цистерн. Она всегда выходила из дома, когда приезжала цистерна, и шла покупать молоко в стеклянные трехлитровые банки, пластиковые бутылки и бидоны она не признавала.

   Короче, друг Вовы, переел. На работе смену отработал, ему стало плохо, но врача не вызвал, а стал мыть свой трактор. Вымыл трактор, сел в него и помер. Так его гражданская жена его не дождалась. По слухам у нее было человек пять обожателей, но все по живой очереди. Любят иногда мужики крупных и приятных дам. Но всякие очереди подходят к концу, после тракториста у бывшей доярки больше никого и не было.

   Вова остался без друга. Бабка Даша осталась без огорода, ее дочка Тамара закрыла мясную лавку. Жизнь шла своим чередом. А Вова смотрел в окно и думал о море после уборки городских улиц. Бывают многодетные отцы, а у него детей не было. У него был казус в жизни, если его друг переел, то он однажды перепил и подрался неудачно. Его сослали в места более отдаленные, чем его бывший совхоз. Мать Тамара к нему ездила, привозила посылки и теплые вещи. Подпортил парень себе биографию, но выстоял. Первое время по возвращению домой боялся на улицу выходить, в глаза людям смотреть. Но народ без него в той драке разобрался и по—своему осудил участников. Короче, Вову люди не осуждали, а считали, что он за правое дело пострадал.

   И потянуло Вову кушать креветки, да морскую капусту. Мать в ужасе, сын борщ не ест, подавай ему рыбу! Стала мать в город ездить, да обрезки рыбные покупать, чтобы сварить Вове уху вместо борща. А его тянуло море, захотелось ему морской простор увидеть! Бабка Даша у него бывшая доярка и овощевод, в деревне почти все женщины работали доярками или овощеводами в теплицах. После развала совхоза работала продавцом то там, то здесь. Она была среднего роста, с правильными чертами лица. Общительная и привлекательная, но неуступчивая. Ее муж пролежал дома 15 лет парализованным, денег особых дома не было.

   Муж бабки Даши в свое время работал в совхозе трактористом, попал в аварию, с ним что—то приключилось. Все к одному, но не к деньгам. Дед помер, когда Вова срок отбывал. Мать Тамара тогда одна осталась и сдавала две комнаты в трехкомнатной квартире, а Вове, на вырученные деньги, посылки возила.

   После первого года работы по очистке городских улиц, Вова поехал в бюджетный отпуск, нет, не на тракторе. Пошел пешком на остановку автобуса через надземный переход. В их деревне сделали переход через дорогу, сколько людей здесь погибло под машинами, а сколько еще больными осталось, еще до сих пор по домам лежат или в креслах сидят.

Катерина не унывала, теперь у нее был свой современный вид транспорта, изобретенный для облета пробок на дороге. Вот опять она перепутала кнопки на пульте управления МЛА (малого летательного аппарата, способного перемещаться по воздуху), в результате чего ее занесло в сторону от центральной магистрали летающих объектов. Она залетела в кромешную тьму. У нее всевидящее око во лбу! Ее третьему глазу интуиции любая тьма в радость.

   Но на этот раз известная модница занавесила третий глаз большой челкой и поэтому потеряла ориентир. К своему небольшому хвостику волос она прицепила огромный хвост из чужих волос. Местный цирюльник постарался и сделал ей подарок. Он у жеребца Фомки отрезал часть хвоста да переделал его для хвоста Катерины. Вот уж она обрадовалась подарку! Краше ее и на всем белом свете никого теперь не было! Она даже хотела в честь такой красоты назвать себя принцессой, но этого бы никто не понял.

   Малый летательный аппарат последней модели состоял из комфортной кабины с креслом. Сверху кабина закрывалась прозрачным куполом, дающим обзор на все 360 градусов. Поэтому Катерина вертела головой, или вертела МЛА. Летательный аппарат украшала метелка антенны для приема сигналов с пульта диспетчера. Цвет корпуса и аэрографию она выбирала сама. Да, престижно для девушки иметь такую модель! Стоила она больших денег, да и не в каждом болоте МЛА купишь.

   Кстати, о болотах. Летний домик Катерины стоял на Клюквенном болоте. Отличное место для уединения и размышления о смысле вечной жизни! Место на болоте ей выдали на слете болотных людей. Главной болотной хозяйкой во все времена была жилистая ведьма Марфа. Она не признавала себя женщиной, а всегда утверждала, что она чистокровная боярыня. Болотные люди не пользовались воздушным транспортом, а ведьма постоянно летала над лесами, полями и болотами в малом летательном аппарате. С годами она взяла власть в свои руки и сама раздавала земли и болота молодым девушкам.

   Все ведьмы как ведьмы, а Катерина себя к ведьмам не относила, она считала себя феей или богиней. Молодая девушка выделялась статностью и экстравагантностью, за это и получила прекрасное болото с кочками клюквы и небольшими березками. На автомобиле по болоту не проедешь, но при необходимости можно было перемещаться, перепрыгивая с кочки на кочку, цепляясь за маленькие березки.

   Великолепное место! Катерина заказала грузовой вертолет, команду строителей и макет дома. Строители соорудили платформу и с четырех сторон опустили болотные якоря. На платформе постепенно вырос двухэтажный дворец с небольшими башенками. Это была ее летняя резиденция. Феофан сидел на лесной опушке с прекрасным видом на Клюквенное болото и в ус не дул. Он нехотя смотрел в сторону болота из—под больших век и длинных ресниц.

   У него был дом, расположенный на трех дубах. Дом у него был добротный, не каждому лесному жителю такой по карману, ведь ипотеку в лесу на жилье не выдавали. О его доме необходимо сказать пару слов. Некогда Феофан нашел три дуба, которые умудрились вырасти на краю леса. Три дуба он спилил на высоте двух метров и соединил бревнами. На бревнах установил настил и построил одноэтажный дом.

   Дом на трех дубах дом очень понравился Марфе Митрофановне. Она хотела дом Феофана купить лично для себя. Она пыталась обмануть его и заполучить домик на трех дубах, но он был неподкупен. На опушке леса Феофан сделал скважину для воды, провел в дом водопровод от скважины и был почти счастлив. Ему не хватало спортивного канала для наблюдения за футбольными баталиями. Он купил себе телевизор, спутниковую антенну и поставил на краю болота ветряную мельницу для получения электричества. Теперь он был счастлив, наблюдая игры ЦСКА, Спартака и Зенита на футбольном поле и на ледяной арене.

   Марфа Митрофановна вообще потеряла покой от возможностей Феофана. Она готова была его взять своим заместителем, но он не соглашался, тогда она стала смотреть концерт по своему телевизору. У нее домов хватало, и не только на куриных ножках! И вообще, ей всегда нравился дворец на болоте, принадлежащий Катерине, а не какой—то там дом на трех дубах Феофана!

   Итак, сидел Феофан на пне, оформленном под кресло, и неожиданно для себя увидел на болоте мини—дворец. Он глаза протер от неожиданности! Дворец на болоте! Вот и хорошо! Впервые он пожалел, что у него нет МЛА — малого летательного аппарата — и даже вертолета! Все МЛА распространялись только через Марфу, а с ней у него отношения не складывались. Прыгать с кочки на кочку по Клюквенному болоту ему не хотелось. Он открыл Всемирную сеть, которую недавно умудрился провести от ближних дач, пользующихся беспроводной сетью, и увидел: "Все продают и покупают автомобили только здесь!"

   Но на автомобиле по болоту не проедешь, это уж Феофан точно знал! Тогда он решил купить вертолет, но вспомнил, что устав общества болотных жителей запретил пользоваться неуставной техникой перемещения. Да, он не девушка, а правящая партия на болоте — ведьмы, с этим приходилось считаться. Феофан достал бинокль и направил его в сторону дворца на болоте.

   Дворец внушал уважение. Рядом с дворцом ходила великолепная девушка с конским хвостом на голове, в гольфах и шортах. Он видел ее раньше, она летала на МЛА последнего образца, и звали ее Катерина. А девушка не такой уж простой оказалась, построила себе дворец на болоте.

   Феофан любил ходить по лесу. В выходные дни он вставал рано и уходил в лес с рюкзаком. Сада и огорода он никогда не имел. Феофан не мог быть землекопом по своей натуре, не мог копать грядки, сажать кустарники или картофель с луком. Не было в нем крестьянской жилки. Родители его были люди обычные и практичные: у них был сад, огород, и в доме все было добротно и красиво, или ему так казалось...
Он возвращался домой и из—под верхнего мусора в корзине доставал плоды леса. Он приносил малину с дурманящим запахом, приносил грибы, бруснику.

   В средней полосе Руси росли ягоды для производства средних благородных напитков. Благородство вин, как и благородство людей, от многих факторов зависит. В местах, где растет клюква, не мог он найти благородный виноград. Из клюквы можно было сделать настойку на спирту. А клюква и без сахара не портилась. Он находил в лесу бруснику. Ее водой зальет, и зиму она простоит. И однажды набрел он на поляну голубики, набрал рюкзак и корзину ягод. Шел за грибами — нашел голубику. С кем не бывает?!

Варенье из голубики Феофан варить не решился. Он напряг память и вспомнил, что на складе у девушки Марфы видел бутыли, в них на дне еще что—то оставалось, но в целом их можно было применить для своих нужд. Пошел он на склад, выпросил две емкости из—под снадобья, принес домой, долго мыл, стерилизовал.

   Марфа дивилась старательности Феофана. Ягоды он не мыл. Он говорил, что если ягоды вымыть, то смоются полезные микробы. Он положил ягоды в бутыли, добавил сахар, помял сахар с ягодами и в полученную смесь налил немного воды. Время было еще теплое, и Феофан ждал бродильной реакции.

В бутылях забродила некая жидкость темного цвета, тогда он конфисковал у Марфы две резиновые перчатки, надел их на горлышко бутылей, чтобы вино дышало и не убегало. Он сделал из дерева две длинные плоские палки и стал иногда темную жидкость помешивать.
Ждал, когда вино получится. Все знакомые упыри Клюквенного болота ждали вино. Но оказалось, что Феофан первый раз в жизни вино делал. Он по жизни всегда пил вино хорошее, и то редко, лишь по большим праздникам, а на этот раз процесс виноделия его сильно увлек. Раньше он покупал вино в больших бутылях, наливал его в металлический кубок и добавлял газированную воду из сифона.

   Еще у него была теория, из которой следовало, что если в воду из болота добавить вино, то вода становилась пригодной для употребления и все микробы уничтожались. Он вообще любил с микробами бороться, а тут сам развел в бутылях микробы и с удовольствием наблюдал за бродильным процессом.

   Как-то Феофан решил съездить в город. Перед отъездом он еще раз в одной бутылке помешал ягоды, а когда стал мешать вино во второй бутыли, то в окно увидел Катерину, летевшую к его домику на МЛА. Он сгоряча как ударил палкой по дну бутыли! Бутыль и разбилась. Вино потекло по полу, стало затекать под лавки. В этот момент к нему заглянула Катерина.

   — Катерина, а запах винный! Я лизнул, нормальное вино у меня получилось.

   — Ты бы лучше вино вытер с пола, — смеясь, сказала она.

   — Нет, я стекла соберу, а ты вытри пол, и мы успеем уехать в город.

   Сумки его стояли у двери. Они оба занялись быстрой уборкой, убрали последствия винного завода и поехали в гости к садоводу. Дней десять они ели фрукты с деревьев, ягоды с кустарников и овощи с грядок. Когда Феофан вернулся домой, то увидел, что над единственной бутылью перчатка раздулась, как капюшон кобры. Он помешал осторожно вино. Да — это уже было нечто, похожее на вино. Бутыль была литров на десять—пятнадцать. Стал он собирать бутылки, которые закручиваются крышками, даже нашел квадратную бутыль. Болотные люди собрались праздник отметить. Феофан принес им на пробу свое вино, они его выпили.
 
   Вскоре Феофан привез домой кролика и поселил его на балконе дома на трех дубах. Когда пришла осень, размеры кролика были уже достаточно большие. Феофан наточил топор и приготовился из него сделать кроличье рагу. Катерине он сказал, чтобы она улетела на МЛА как можно дальше от его дома. Предварительно были куплены керамические горшочки для тушения кролика. Убил Феофан кролика топором. Из кролика было сделано рагу в горшочках с овощами. Вкус пищи был отменный, но при воспоминании, что кролик только что бегал — и вот его едят, аппетит у Катерины несколько портился.

   Феофан прочитал в книге, как надо обрабатывать мех кролика. Он приготовил нужный состав, натер мех с внутренней стороны крупинками соли и стал ждать, когда из меха можно будет сделать шапку. Мех кролика положил на балкон, и запах, идущий от меха, то усиливался, то уменьшался — все зависело от направления ветра. Мех, засыпанный солевым составом для обработки меха, портился на глазах. Феофан благополучно выкинул мех, а солью почистил свое лицо. Вино среднего благородства он тоже использовал по назначению: он протирал вином свое лицо.

   Следующее утро новой жизни Катерина начала с белого тренажера. Этот загадочный белый станок для корректировки фигуры стоял рядом с постелью. Зачем изматывать себя зарядкой, бегом, что практически невозможно в болотных условиях? Катерина встала в тренажер, натянула на себя ленту с резиновыми выступами, включила вторую скорость — и вперед, к новой фигуре. Кто сказал, что это легко? Стоишь, а по тебе лента бьет и бьет, а ты ее по себе передвигаешь туда—сюда.

   Ноги Катерины плотно обтянуты джинсами, немного вытянуты каблуками, она шагает навстречу судьбе. Два МЛА сделали в воздухе полукруг и остановились. Не глядя на них, она знала, что в одном из них сидит тот, ради кого все ее потуги в области фигуры. Он неотразим для нее. Рядом с ним она ощущает себя стопроцентной девушкой. Он выше ее, плотнее, и она рядом с ним смотрится изящней. Блаженство — находиться рядом с ним! Феофан — ее визуальное счастье! Счастье длилось ровно столько, сколько МЛА Катерины поднимался над болотом.

   Марфа летела в МЛА за машиной, в которой ехали по земле Феофан и Катерина, оберегая их путь. По трассе шли огромные фуры целыми поездами. Удивительно, но машина свернула с трассы и поехала не в сторону крупных городов, а в сторону болота Клюква. Она притормозила у дома на трех дубах. Дом несколько обветшал без хозяина, но все равно привлекал внимание случайных путников. Феофан первый поднялся в дом. За ним по лестнице поднялась Катерина.

   Феофан и Катерина сели в кресла по разные стороны комнаты.

   — Катерина — принцесса, — проговорил попугай из клетки.

   Феофан насыпал попугаю зерно в миску, чтобы замолчал.

   — Глупость! — воскликнула Катерина. — Так не бывает! — прокричала она и в голос заплакала.


Глава 6

   Феофан налил стакан воды и протянул его Катерине, чтобы она успокоилась. В дверь вошла Марфа с унылым выражением лица.

   — Спокойно, я все слышала и все знаю. Катерина, хочешь, тебя будут звать "графиня Катерина"? А что? Звучит сногсшибательно!

   Феофан принес Марфе стакан своего вина, чтобы она не волновалась за Катерину.

   — Спасибо, дорогой! Но быть принцессой — не актуально. У меня, кроме болота, ничего нет. Я могу работать. Мне этого достаточно. Нет, я не принцесса, здесь какая—то ошибка, — сказала Катерина и поставила на стол пустой стакан.

   — Ой, ты еще заплачь! Она не хочет быть принцессой! Да кто тебе даст быть принцессой? Посмотри, везде пишут и говорят, что принцесса погибла, доказывают, что ее косточки найдены вместе с косточками погибшего в автокатастрофе шаха. А это значит, что и ты не принцесса! — гордо вымолвила Марфа и поставила стакан на стол.

   — Чушь! Катерина — принцесса! — сказал попугай. Он задел пустую миску. Но вместо миски из клетки выпало кольцо с сапфиром

   Феофан поднял кольцо, потом медленно надел его на палец Катерины. Кольцо пришлось ей впору. Он всегда считал ее принцессой и с попугаем был полностью согласен.

   На следующий день подлетает Катерина в МЛА к дому на болоте, а Феофан на крыльце сидит, лестницу отверткой колупает, он местная звезда телеэкрана, только немногие люди могут попасть на экран. Поговорили они о трубах. Он сказал, что у себя дома он трубы прочистил и не менял. Ровно через неделю все смесители стояли на месте по воле Феофана, долгая история, современная, как и жизнь Катерины.

   Катерина, посмотрев новости с болота, решила сама съездить к Феофану. На краю болота она увидела дом на трех дубах. В доме сидел Феофан собственной персоной. Она от неожиданности присела на кресло, сделанное из пня дуба. Феофан с удивлением посмотрел на Катерину.

   — Ты дома? Почему трубку не берешь? — тихо спросила Катерина.

   — Я здесь живу давно один, — ответил он, как эхо, — звонить мне некому.

   — Понятно, здесь одни комары и поговорить тебе не с кем.

   — Так здесь не жарко, мой дом с обогревом. Я не жалуюсь на жизнь. А ты что здесь забыла?

   — Я давно тебя не видела, — слукавила Катерина, — сегодня по ТВ показали тебя, твой дом на трех дубах и этот мой новый дворец на болоте. Вон его видно из окна! Но как я туда попаду? МЛА в ремонте. У тебя есть транспорт?

   — Спрашивает! Здесь во все века один транспорт — ступа! — важно и насмешливо произнес Феофан.

   — А у тебя есть ступа? — с надеждой в голосе спросила Катерина.

   — Конечно, есть! Твой МЛА я починил, забирай! — бодро ответил Феофан, поднимаясь с лежбища. — Мне Марфа свою старую ступу удружила.

   Вскоре они были на крыльце дома, стоящего на сваях, забитых в бесконечную топь болота. Они пили клюквенный напиток и заедали его свежей сдобной выпечкой. Разговор медленно переходил в монологи, в которых трудно было отделить правду от вымысла. Вечер выдался теплым, но комары не дали им излить свои души. Неожиданно Феофан уснул. Уснула и Катерина.

   Феофан постоянно смотрел на дворец на болоте. Надоело ему видеть Катерину с голыми ногами выше колен, очень хотелось ему быть к ней поближе, да не получалось. Решил он спрятать гордость и обратился к Тоне, чтобы она дала ему право пользоваться ступами последнего поколения для перемещения над болотами. Марфа — человек с опытом. Она затребовала дом на трех дубах в фонд ведьм. В порыве желания Феофан согласился на обмен дома на трех дубах на ступу с крышей и мотором пылесоса. Прилетел Феофан на ступе к дому Катерины, опустился на платформу, а платформа почти и не качнулась.

   В глазах Катерины Феофан заметил потаенную грусть, не было у нее радости от нового терема. И ноги Катерины были прикрыты джинсами, что в его планы не входило, он дом потерял ради ее голых ног выше колен, а тут джинсы! Катерина следила за порядком на вверенном ей болоте Клюква, но пока клюква цвела, делать на болоте было ровным счетом нечего. Она лишь слегка улыбнулась прибывшему в ступе человеку. А Феофана от ее улыбки разобрала такая грусть, что дальше некуда. Лететь ему было некуда! Домой он не мог возвращаться, для всех его больше не было, но он чуть—чуть не умер, он чуть—чуть не зомби.
 
   В зимний день выручила Тамара. Она прекрасно знала, что Феофан и Катерина ни к чему не придут. В момент отчаянного молчания молодой пары она появилась на платформе дворца. Тамара купила коньки и на снегоходе доставила их во дворец на болоте. Болото подмерзло. Местами ровный слой льда сковывал открытые участки воды.

 Дворец Катерины привлекал внимание болотных упырей. Феофан вообще часто к ней приходил. Тамара внесла разнообразие в холодный период жизни на болоте. Катерина обрадовалась новому развлечению и включила музыку на все Клюквенное болото. Из всех щелей на музыку полезли жители леса и болот. Красавец Феофан явился в овчинном полушубке мехом наверх. Он пел без слов. С собой он привел дюжину белых зайцев, которые у него служили лесными разведчиками.

Появилась Тамара. Ее Катерина произвела в ранг воздушной девы, оберегающей людей от упырей, и выдала ей белые коньки. Приехал некий Виктор. Его она произвела в ранг змеевидного демона, который любит дупла дубов и способен внушить страсть женщине, тем более что у него есть клон — Феофан, живущий в домике на трех дубах. Виктор от звания змеевидного демона не отказался, но попросил называть его скромно — Виктор.

   На звуки болотной музыки прибыла Марфа. Катерина не обошла ее своим вниманием. Она захотела ее произвести в лесные духи, но та отказалась. Марфа приняла решение быть самой собой, она отказалась быть духом воздушных стихий. Но Катерина не сдавалась, она назначила Марфу женским духом, и эту должность с нее мог снять только мужчина, первым снявший с нее одежду.

   Коньков хватило на всех, оставались еще одни коньки. Катерина была верна себе и предложила Феофану стать подобием вия. Феофан поднял руку вверх и резко опустил в знак согласия. У него навсегда осталась привычка соглашаться с женщинами для предотвращения болотных скандалов. Феофан сказал, что роль вия, его устраивает, поскольку у него тяжелые веки и огромные ресницы от природы.

   После официальной части болотный народ на коньках разбрелся по льду болота. Каждый нашел себе личный каток и крутился на нем.
Не крутилась на коньках одна госпожа Марфа, она устало сидела во дворце на болоте и смотрела на катание других. Феофан быстрее всех устал и стал снимать публику на сотовый телефон, потом вошел в домик. Так закончились новогодние праздники. На самом деле друзья жили в обычном городке и работали на фабрике по изготовлению художественных изделий. Закончился отдых молодых людей в клюквенном крае.

Любое желание Катерины исполнялось. И вот теперь она находилась в пионерском лагере, в возрасте 15 лет, при росте 170 сантиметров.
На берегу прозрачного озера, расположенного среди невысоких гор, находился лагерь для детей и подростков. Катерина сидела на песке с волейбольным мячом под ярким солнцем, ей было лет тринадцать. Стройная и высокая девушка с роскошной светлой косой до пояса из второго отряда притягивала взгляд одного из парней первого отряда.

   Кто-то умный из руководителей лагеря составил первый отряд из одних парней, а второй отряд — из девушек, младшие отряды были смешанными. Никто из девчонок не хотел с Катериной играть в пляжный волейбол, а она не могла жить без волейбола, ей становилось скучно. И она, скучая без любимых движений, смотрела на ленивые волны чистого озера.

   От первого отряда отделился молодой человек и подошел к Катерине:

   — Поиграем вдвоем, — предложил парень с почти белыми ресницами и светлыми волосами.

   — Поиграем, — обрадовалась девушка и вскочила на ноги. — Вдвоем, если дадут.

   Они встали друг против друга и стали кончиками пальцев бросать друг другу хорошо накачанный мяч. Иногда они складывали руки лодочкой, чтобы отбить нижние подачи, изредка, принимая нижние мячи, падали на песок. Что за люди!

   Как только девчонки увидели белобрысого парня на своей территории, сразу стали подниматься с песка и протягивать руки к мячу. Парни, заметив оживление среди девушек, медленно стали подходить к ним. Круг из желающих дотронуться до летающего мяча получился большой. Когда круг стал таким большим, что никто из девушек, кроме Катерины, не мог добросить мяч пальцами игроку напротив, то он невольно уменьшился. Девушки вышли из круга, остались парни и Катерина. Она была счастлива, пока мяч не полетел в озеро.

   Катерина не заплакала, а посмотрела на блондина, а он в мгновение ока оказался в воде. Девушка вздохнула: всем хорош был парень, но у нее и у самой брови были светлыми. И с ней в классе учились светлые парни. Потаенная девичья мечта: она хотела парня, похожего на индейца из племени майя. Что с девчонками делают фильмы и книги об индейцах! Никто и не знает.

   Блондин благополучно достал мяч и принес его Катерине. Он ей понравился с первого взгляда, но со второго взгляда она понимала, что ей нужен другой парень, пусть не сейчас, когда-нибудь потом. Нет, она любила светлых людей, но ей хотелось, чтобы у избранника брови были темнее, а волосы не белобрысые. Этого она никому и никогда не говорила, но мечтать не вредно. Ведь она сама была белобрысая.

   За забором лагеря начинались горы, на которых рос странный горный лук плоской формы. Над лагерем оглушительно звучала песня: "У моря, у синего моря..." Но до моря было далеко. Катерине нравилось побережье озера и небольшие походы вокруг него. Она слишком много купалась в довольно теплом озере и однажды почувствовала, что зубы сильно заболели. Вдобавок она потеряла голос, стала говорить каким-то фальцетом. По возвращению из лагеря ей удалили два практически здоровых коренных зуба, чтобы не болели. Фантастика, если смотреть с вершины современной стоматологии, и глупость без границ.

     Когда-то родному отцу Катерины, хуже горькой редьки надоело топить печи в квартире, расположенной на втором этаже деревянного дома. Он уехал в Степной город. До этого семья жила в крупном промышленном городе, и рядом с их печными домами уже вырос первый микрорайон с домами, в которых были все удобства, и среди этих домов стояла новая школа. Катерине все здесь нравилось, но была потаенная мечта — новый дом со всеми удобствами.

   Но в жизни бывает так, что мечта выкручивается в противоположную сторону. Катерина с семьей продолжали получать крупы и белый хлеб по списку. Мама без отца места себе не находила, поэтому она раздала некоторые вещи, а остальные сложила в контейнер. И поехала Катерина с мамой и братом в город, где жил отец.

   У девушки была длинная прекрасная коса из русых волос, с которой она и покинула свой город навсегда. Отец снял две комнаты в маленьком деревянном домике на последней улице от бескрайней степи. Ветер, солнце и отсутствие дождя резко отличало степной климат от горного климата. Катерина еще немного подросла и стала похожа на взрослую девушку.

   В маленьких магазинах можно было свободно купить белый хлеб, джем и сыр, то есть все то, что не продавали там, где Катерина покоряла подиум красоты. Сейчас она понимает, что все было правильно и хлеб для фигуры вреден, но этого не понимали мама и бабушка, прошедшие через военный голод. Им хотелось белого хлеба и котлет.

   Вся семья ждала контейнер со своими вещами. Наступило седьмое ноября. Праздничный парад трудящихся прошел по центру города. С шествия по городу и началось знакомство девушки с новым местом обитания. В приехавшем контейнере оказалось сломанное зеркало и вещи. Разбитое трюмо на фоне фикуса долго было основным украшением большой комнаты. В маленькой комнате постелили матрацы — это и была постель.

   Новая ее школа состояла из трех картонных бараков. На площадке у одного из трех бараков залили каток. Катерина на коньках-ножах с клюшкой в руках каталась на льду и пыталась забросить шайбу в ворота. Трое ребят одноклассников ей подыгрывали, они был рады игре с новенькой девочкой. Появилась она в новой школе в седьмом классе во второй четверти. В класс вошла высокая, стройная девушка в коричневой форме и в черном фартуке с белым воротником-стойкой. Длинная коса спокойно колебалась по спине. Ребята внимательно осмотрели ее с ног до головы. Учительница представила новенькую:

   — Катерина.

   Оказывается, кроме роста, для взаимного увлечения, необходим одинаковый уровень знаний. Одноклассники скоро поняли, что новенькая не только хороша собой, но и способная ученица. Только одна девочка из класса превосходила ее иногда в оценках, и то по одному предмету. Среди мальчиков выделялся своим умом полный, симпатичный парень со стоячими в хорошей стрижке русыми волосами. Это был парень русоволосый от природы.

   Неназойливо, но постоянно всегда и везде паренек оказывался рядом с новенькой девушкой со светлой косой на спине. Вот и теперь он крутился на коньках рядом с ней. Полная и теплая ладонь сероглазого юноши при любой возможности пыталась коснуться ладошки девушки. Первая нежная влюбленность овладела им, но природный такт и ум не делали его назойливым. Паренек изменил свой маршрут в школу либо поджидал Катерину по дороге домой, и если ему удавалось пройти рядом с ней и поговорить, то он был счастлив и спокоен.

   Отцу Катерины на работе дали жилье в картонном бараке рядом со школой. Здесь появились покупные металлические кровати, простой стол и шкаф-шифоньер, которые отец сам сделал. Хоть барак и был из картона, но в нем были батареи центрального отопления. Только на кухне стояла печь-плита, которую топили углем или дровами, чтобы приготовить пищу.

   Соседом по бараку оказался еще один блондин. Кроме одноклассника, сосед стал ярким кандидатом на часть ее сердца. Рядом с внешней дверью квартиры Катерины находилась дверь соседа. Это был стройный парень на год старше ее. Их сближали разговоры на общем крыльце одноэтажного дома, в котором две квартиры выходили на одно крыльцо. Зимой их встречи частыми трудно было назвать, они сталкивались на крыльце, смотрели друг на друга и иногда шли вместе до школы.

   Лето меняло все! Летом появлялось больше возможности быть рядом с домом. Окна кухни Катерины выходили на земельный участок, принадлежавший ее семье. Участок семьи соседа был огорожен более плотным забором и находился через дорожку в метрах четырех от дома. Сарафан девушки в яркую зеленую полоску на белом фоне постоянно мелькал перед глазами юноши соседа. А он, сокращая дорогу, перепрыгивал через ее забор и проходил у нее под всеми окнами.

   Но их руки никогда не соприкасались! Странная у них была любовь: зрительная! Они нравились друг другу внешне. Возможно, сосед чувствовал, что он Катерине не пара, и поэтому взял себе в пару другую девушку из ее класса. Одноклассник блондин почувствовал легкость в душе, увидев соседа Катерины с другой девушкой, и решил навестить ее дома под предлогом учебы.

Дом типа барака был выполнен из материала похожего на листы картона. При освоении целинных земель так было проще строить. Удобства находились во дворе, поэтому при входе в дом первое, что можно было встретить, — это стоящий на табурете тазик, над которым висел умывальник, действующий при нажатии снизу на штырь. Штырь поднимался, и из умывальника текла вода.

   Рядом с умывальником стоял мотоцикл соседа по квартире. Стены, окрашенные серой краской, были далеко не первой свежести, и присутствие бензина и мотоцикла их лучше не делали. Если повернуть налево по коридору после мотоцикла, можно было попасть на кухню, принадлежащую двум семьям. Детей у соседей было трое, из них двое — двойняшки, которым было меньше года.

   От цивилизации в этом доме было центральное отопление, свет и телевизор. Одноклассник заглянул на кухню и прошел в комнату Катерины, в которой стояли две кровати, письменный стол, шкаф. Вот где жила новенькая! Он ее сфотографировал. Катерина полезла рукой в портфель, волосы слегка растрепались в косе. Она в школьной форме, рукава в три четверти слегка оголили руки.

   Такой снимок стал украшением ее коллекции фотографий. Случайно или нет, но Катерина появилась всего один раз в доме, где жил одноклассник. Кирпичный коттедж, предназначенный на две семьи, располагался на земельном участке. В его квартире царила неправдоподобная чистота. Огромная разница в условиях жизни несколько охладила их пыл. Любовь одноклассника к Катерине приняла отвлеченный характер. Они еще гуляли вдвоем по степи, еще играли вдвоем в волейбол, но уже было лучше, если рядом с ним находился его друг и сосед по коттеджу.

   В деревне Медный ковш бабы за молодых парней одно время замуж выходили. Счастья вагон и маленькая тележка. Все как есть пример брали с главной певицы. Бабы деревенские себе молодых мужиков находили. А как певица и певец развелись — слезы пошли по деревне. Молодые мужья взбунтовались и с пожилыми, можно сказать, супругами развелись. Так и кто кого подставил? Сколько пар счастье свое потеряли — и не пересказать.

   Иван Кузьмич тем временем на машину "Копейка" пересел, тележку к ней прицепил. Они с тетей Дашей так хорошо зажили! Иван Кузьмич овощи те, что тетя Даша выращивала, на рынок на тележке возил. Ой! Хорошо у них в семье стало. Так нет, после развода великой пары певцов и он с тетей Дашей решил развестись, вспомнил, что он ее моложе на пару лет. А кто ему портянки стирал? Сейчас еще фантастика объявилась, но что это такое — толком тетя Даша не поймет, знает, что это вместо сказок насочиняли.

   Так тетка Даша сама сказки сказывает. Вот оно как бывает! А тетя Даша до сих пор неизвестная, потому что сказки сказывала в устной форме. Она по природе своей деревенское радио, ее все без рупора слышат. В прошлом году бабы на ее скамейке губы себе на семечках искусали. Они все как есть знали, что было, что будет, чем сердце успокоится. Так их никто газетой "Взгляд" не называл. Ой, а сколько раз они актрису с талией в 45 сантиметров вспоминали — и не упомнить! Она, чай, ровесница соседки Семеновны. Так она давно баба, ее щеки из-за спины всегда видно, и никто ей лицо не менял, щекастая такая.

   Катерина мамину шляпу из норки с краями большими подарила Семеновне, так из-за шляпы щеки Семеновны все равно выглядывали, когда она в ней на телеге ехала. Вылитая боярыня. А в этом году скамейка без семечек осталась. Приехала Катерина, привезла две стопки книжек: одни красные, другие цветастые. Так тете Даше теперь поговорить не с кем. Бабы читают по очереди женские детективы.

   Вчера по телевизору тетя Даша видела физика, значит. Он все по горам ходил, семитысячники покорял, хотел из человека превратиться в снежного барса. Вот как. Что в этом удивительного? Он все вверх лез, чтобы быть выше земли, а тетя Даша так скажет: "Можно выйти в чистое поле — и сразу будешь выше ржи, а рожь — она над землей растет". А дело было так, если верить тетке Даше.

   — Ой, бабы, — сказала тетка Даша бабам, — Тамара совсем взрослая стала. Признавайтесь, если знаете, — кто ее испортил?!

   — Даша, ты чего, правда, что ли? — заговорили бабы, щелкая семечки.

   — А то, что Тамара полнеет не в ту сторону!

   Бабы смолкли и пошли по дворам деревни Медный ковш собирать вторую часть этой истории. На лето в деревню приехали археологи, молодые ребята. Бабы решили найти среди них нехорошего по их меркам мужика. Тамара страдала и не признавалась в том, кто он. Тусклая она стала и все время ворчала, что в школу идти не хочет. Дома не могли ничего понять и оставались в полной неизвестности.
   Деревня знала все.

   Осенью Тамара пошла в школу. Но ходила она в нее странно, мать провожала ее в школу и на работу уходила. А из школы звонить стали, что Тамара уроки пропускает. Запахи на ней появились посторонние. Однажды мать пошла по своим делам мимо школы, смотрит, ее дочь выходит из школы. А ее уже парень поджидает. Они поговорили и разошлись, а запах парня матери уже знаком был. Он прошел мимо нее.

   Мать вернулась домой, а дом был полон роз. По всей комнате во всех сосудах стояли крупные вишневые розы. Тамара сказала, что ей цветы подарил ее парень. Первую беременность дочь от матери пыталась скрыть. И тетка Даша молчала до поры до времени. Возникли новые проблемы. Училась Тамара, да не доучилась, а стала будущей мамой. Фигура у нее поплыла. Здесь нервы Тамары не выдержали, и она матери призналась в своем естественном грехе. Что делать? Оставили ребенка, а Тамару срочно перевели в вечернюю школу.

   Разносторонний человек, студент-археолог Феофан к этому времени окончил институт. И они поженились. Тетка Даша думала, что вот выйдет Тамара замуж, будет жить с мужем и к ней дорогу забудет. Нет, явилась со своим мужем. Вздохнуть тете Даше не давала, она из-за нее все больше дома работала, все пыталась дочери угодить.

   А Тамара стала такой справной женщиной, что все бабы в деревне диву давались. Хорошая жена из нее получилась. С мужем-археологом своим, как голубки, ворковали. Тетка Даша на них налюбоваться не могла. А муж-то Тамары продолжал копать землю один. Другие археологи больше не приезжали, они ничего здесь не нашли.

   Мужик Тамары оказался упорным малым. Таких рвов нарыл, что любо-дорого посмотреть. Дети в его пещерах играть стали. А он отпуск взял да и рыл ямы-то. Тамара ему еду носила прямо в поле, а у самой ребенок в подоле. Бабы над ним смеяться устали. И откопал археолог Феофан кузницу. Наковальню в ней нашел, молот, утварь домашнюю. Народ ученый в деревню приехал и люди с камерами. Вскоре находки по телевизору показали. Сподобились. А чего удивительного? Что они сами не находили подковы? Вон, у тетки Даши при входе в дом завсегда подкова на счастье висит.

   Так они что удумали? Тамара с мужем решили избу себе поставить и остаться жить в деревне. Бабы посмеялись, а они всерьез дом стали ставить. Купили печку странную, типа старой круглой стиральной машинки, она им весь дом стала обогревать.

   Дом построили с городскими удобствами. Так вся деревня к ним на экскурсию пришла, посмотреть, как вода из крана бежит. И плита у них чистенькая. И газ у них в баллоне и дров не видать. Все путем. Тамара хозяйственная оказалась. Дома чистота такая, какой у тетки Даши никогда и не было. Дом так поставили, что найденная кузница оказалась в огороде.


Глава 7

Муж Тамары на месте древней кузни свою возвел, современную. Кузнецом стал работать и в школе учителем физкультуры. Медно так все получилось. В деревне Медный ковш землю никогда не ценили, а тут ее стали перемерять, продавать. Домов понастроили на пустом поле. Речку почистили. Вот тебе и Тамара, как все повернула!

   А тетка Даша как овощи выращивала, так и выращивает. Тамара матери построила теплицу. И тетка Даша стала бригадиром, и по отчеству стали ее звать-величать бабы — Дарья Артемовна. И приснился ей сон, будто в ее доме воды под крышу и все в ней плавает. Проснулась она, а на улице сильный ливень идет, потом молнии засверкали, гром прогремел раз, другой — и все успокоилось.

   Утром солнце засветило. Если бы не лужи, никто бы не поверил, что ночь страшная была. Телефон зазвенел. Тамара к себе мать позвала. Тетя Даша побежала по лужам, думая, что это за спешка, что ее подняли с утра пораньше. А люди стояли у кузни и смотрели в одну из ям. Ямы полны воды, а в одном месте земля словно светится. Да что там говорить!

   Археолог медь нашел, прямо под своим домом. То-то он все удивлялся, что все, что они в кузне нашли, было из меди, а не из самого железа. Так-то. А горы-то рядом, вот медь и вымылась из раскопок. Ладно, врать тетка Даша не будет, и ей не велели. Что они нашли, она толком не знала, вынули из земли то, что блестело. А это оказался обыкновенный старый медный ковш для варения. Смеху было, потом еще вся деревня смеялась.

   На тетку Дашу вместо смеха опустилась скука. Всю жизнь в этой деревне прожила — и вдруг скучно стало, хоть волком вой. Ну, ничего ее не радует. Грусть такая — до оскомины. Так захотелось ей уехать туда, куда глаза глядят, вот сесть бы на телегу и уехать. Оставила она теплицу на куму, приоделась и поехала на подводе до станции. Колесо деревянное у телеги и откатилась в сторону.

   В автобусе тетка Даша встретила смотрящие на нее глаза молодого человека, такие глаза были только у брата, отца Катерины. Когда молодой человек выходил из автобуса, он еще раз пристально посмотрел тетке Даше в глаза! Да, нет сомнения, у него взгляд и глаза ее брата! Парень мог бы сыграть в кино ее брата без напряжения. Взгляд запал ей в душу! Но с братьями романов заводить не принято, и тетя Даша вырвала из сердца проникающий взгляд молодого человека. Не может он быть героем ее романа.

   Отец Катерины в войну воевал! Он был красив и благороден по своей природе! Он мог понравиться любой девушке, и тете Даше похожий на ее брата молодой человек очень понравился. Молодой человек вполне мог быть сыном ее брата. Где он вышел из автобуса, она не запомнила, потому что увидела в окно краеведческий музей.

   Тетя Даша ходила в местный краеведческий музей и знала историю своего края. Нужно ли ей искать этого парня из автобуса? Вот нашла себе головную боль! Но у него редкие по красоте глаза брата! Один в один! Что она знает о брате того периода? Он был ранен, лежал в полевом госпитале. Он не был тогда женат, официальный брак у него один. Это ж надо, как они похожи!

   Приехала тетя Даша в город, идет по улице — и вдруг у огромной машины оторвалось колесо и покатилось. Страху она натерпелась, колесо от телеги намного меньше будет. Город — он и есть город. Горожанка Арина шла по улице, как у себя по квартире. И вдруг навстречу ей покатилось колесо, оторванное от огромной машины. Как она успела отскочить, неизвестно. Колесо размером с нее мимо прокатилось. Сердце у девушки сжалось от страха.

   К Арине подошла странная бабка, каких она давно не видела, и стала ее утешать. Слово за слово — и они познакомились в состоянии общего стресса. Позже оказалось, что шли они в один дом, зашли в один подъезд, поднялись на один этаж. Квартиры оказались рядом. "Судьба колесная, не иначе", — подумала Арина и зашла к себе домой.

   Странная для города тетка Даша позвонила в дверь квартиры Катерины, которой дома не оказалось. Тогда она позвонила в дверь к Арине. Стоит тетя Даша перед дверью и держит в руках коричневый чемодан с металлическими углами. Арина пропустила ее к себе в квартиру. Хотя никогда чужих людей в дом не пускала, а тут пропустила и чаем угостила. Сидят две дамы, разговаривают и чай пьют.

   Пришла мать Арины, тетка Люба, и сказала, что мать Катерины дня три не видела, ведь они дружат, на улице летом вместе гуляют вечерами.
   У тети Даши сердце зашлось:

   — А что если с племянницей Катериной что случилось?

   Три женщины переглянулись и ринулись к двери. Стучат. Кричат.
   Из третьей двери сосед выскочил и говорит:

   — Что расшумелись? Звать надо полицию. Я шум слышал в квартире, а потом три дня никого не видел.

   Тетка Даша к стенке привалилась, потом к двери подошла:

   — Запах, — сказал она и села на пол.

   Остальные принюхались и отошли подальше от двери. Соседка Люба первая очнулась, принесла запасные ключи от квартиры соседей. Зашли соседи в квартиру. У входа лежала собака, убитая пулей. На кухне лежала женщина, прикрытая газетой, с пулевым отверстием в области виска. В газете было ярко обведена одна статья о том, что в деревне Медный ковш нашли золотой ковш.

   Тетка Даша прочитала и спросила:

   — Неужели сестру мою за медный ковш пришили? У нас в деревне нашли медный ковш, а тут написано, что археолог Феофан Комков, зять мой, нашел золотой ковш у себя во дворе. Что же это делается?!

   — Мы читали эту статью, — сказала Арина, — мама еще сказала, что нашли медный ковш, сверкающий как золотой. Катерину я с детства знаю, так неужели кто-то прочитал статью и ринулся к ее матери? Глупость!

   Когда все стихло, сосед поднял газету с трупа.
   Тетка Даша ахнула:

   — Это не моя сестра!

   — А кто? — спросил сосед.

   — Не знаю, — ответила бабка Даша.

   Вскоре пришла Катерина и сказала, что это труп подруги ее мамы. Тетка Даша стала обходить квартиру, в которую редко приезжала. Квартира из двух комнат была небольшой и какой-то средней во всем. Мебель была ни новая, ремонт не напрашивался, но и не светился тем, что его недавно делали. В общем, здесь можно было жить и на первых порах ничего не менять, что она и сделала.

   Так тетка Даша осталась в квартире своей племянницы Катерины, ведь надо было как-то решать все вопросы. Она одному не переставала удивляться — почему ей так неудержимо захотелось уехать из деревни? Оказывается, надо было. Она стала выходить с соседкой гулять во дворе, к ней привыкли соседи. И когда она почти свыклась со своей жизнью, к ней приехала Тамара с ребенком и без мужа Феофана. Она похудела, осунулась и попросила мать остаться с ней, иначе ей трудно справляться с ребенком.

   Тетка Даша посмотрела на свои корявые пальцы в узлах от работы с землей и осталась в городе, потому что никто не знал, куда делась мать Катерины. Понятно, что хотели убить ее, а убили собаку и ее приятельницу, но где она сама?! Феофан не звонил, Тамара с ним связь не поддерживала. Тетка Даша ее ни о чем не спрашивала. Все говорит: "Ребенок, ребенок". А ребенок у Тамары — это сын Вова. Вот с ним тетка Даша и стала гулять во дворе, вроде все при деле. Тамара работала. Домашние дела свалились на бабку вместе с внуком, она с ними справлялась. К работе она с детства привычная.
 
   Тетя Даша убирала квартиру и нашла вещи Феофана, и ей в них что-то показалось странным. Тамара сказала, что в этой квартире они вместе жили очень мало. Археолог с матерью Катерины не поладил. Тетке Даше стало странно и страшно. Вот помяните ее глупость, но ей казалось, что чужих людей в этой квартире не было! Пока Вова спал, она стала все осматривать, хоть тут и без нее полиция все осмотрела, но медный ковш это дело скоро прикрыл. Всем был понятен припев убийства, а точнее мотив убийства — медный ковш, который убийце показался золотым.

   После того как тетка Даша в деревне начиталась детективов, которые ей привозила Катерина, ее просто понесло в сторону расследования убийства. Она знала, что медный ковш достали из комков грязи. Феофан сказал, что это медный ковш. Тетка Даша этот ковш сама мыла, на нем письмена были и резьба. И потом, она знает, что такое медный ковш, она в нем завсегда варенье на зиму варила. Она сказала родственнику-археологу, что этот ковш не медный. А он глазами стал вращать, показывая, чтобы она замолчала. Феофан отвез ковш в город на экспертизу, ясно, что он побывал в этом доме. У него пистолета не было, но ковш был.

   Ребенок заворочался в постели. Бабка Даша укрыла Вову одеялом и села в кресло, продолжая осмотр квартиры. Когда она в первый раз в квартиру зашла, здесь был порядок. Пришла с работы Тамара раньше времени и с потухшими глазами сказала, что Феофан исчез. Она позвонила ему на мобильный телефон, а ей ответил кто-то чужой, что Феофана он не знает, а телефон он нашел, и отсоединился.

Тамара пошла в душ, вышла из него спокойная и впервые заговорила:

   — Мама, Феофан возил ковш на экспертизу. Эксперты сказали, что ковш из золота. Ему лет 200-300. Скорее всего, это царский ковш. Ковш у Феофана изъяли и пообещали 25% заплатить. А кто знает, сколько он на самом деле стоит? И я не знаю. Он мне все это по телефону сказал, а теперь у него и телефона нет.

   Тетка Даша посмотрела на Тамару, ее глаза были полны слез. И ей стало ясно, что Феофан не хотел никого убивать, но то, что ковш виноват в смерти подруги сестры, стало совсем понятно и без газеты. Тамара уснула, выпив успокоительные таблетки. Проснулся Вова, и бабка закрутилась с ним. Они играли в мяч, который закатился под диван. Полы бабка мыла накрученной шваброй и не наклонялась, а тут она встала на колени и стала искать мяч. Она увидела... Правильно, она увидела край золотого ковша в диване. Как она раньше его не заметила? Она встала с колен, подала малышу мяч, зашла в комнату к Тамаре — та спала.

   Что делать? И откуда здесь оказался золотой ковш? Здесь обыск был, но ковша тогда не было! Сколько лет тетка Даша прожила в деревне Медный ковш, и все, слава богу, было хорошо. А поехала в город — и колесо от телеги отвалилось. В деревне в медном ковше варенье варят, а тут он криминальный объект. Не выдержала тетка Даша, встала, приподняла диван, смотрит и глазам не верит: в диване лежит четвертинка от золотого ковша! А рядом лежат ножницы по металлу. Она диван опустила, да так резко, что Вова заплакал. Это кто ж, такой умный, историческую ценность разрезал?

   Заглянула она под диван: кусок от ковша больше не светился, видимо, в фанерное дно дивана упал весь. Покормила она малыша, и они гулять пошли. Милое дело у бабок — выяснить, кто в подъезд заходил. Тетка Даша соседке Любе все и рассказала, даже про четверть ковша.

   А тетка Люба как засмеется:

   — Баба Даша, так 25% клада уже у вас. Дело можно закрыть. Убитую женщину только жалко.

   — Люба, я видела ковш в земле, по нему дождь хлестал. Я его потом отмыла, почистила. А яму ту зять Феофан выкопал, до этого он кузню откопал, а теперь он пропал.

   — Баба Даша, я тебе честно скажу, что Арине моей ваш Феофан сильно приглянулся.

   — А с какого боку мне такая неприятность? Она, что ли, его спрятала? Он, чай, у вас дома не сидит?

   И тут они увидели, что к подъезду идет сам археолог Феофан! Бабка Даша вскочила.

   А Люба ее придержала:

   — Сиди, баба Даша, с тобой ребенок, а они сами разберутся.

   Феофан на соседок и не посмотрел, он сразу зашел в подъезд. Бабки притихли, поглядывая за малышом, который в песочнице сидел. Через минуты две из окна какой-то квартиры вылетел черный предмет и упал в клумбу. Тетка Люба прыткой оказалась и вынула из цветов пистолет, потом сама испугалась и опустила его в цветы.

   — Баба Даша, а это что?

   — Сама видела, пистолет.

   — Так страшно мне стало!

   — Мне уже давно страшно, с тех пор как археологи первый раз приехали в деревню. Боюсь я Феофана этого.

   Они замолчали, Вова разревелся, и им стало некогда. Пока они утешали его, из подъезда выбежал Феофан с полиэтиленовым пакетом, но его они не заметили. Через полчаса бабка Даша и Вова вернулись домой. Люба подождала, пока она дверь в квартиру открыла. Бабка Даша зашла в квартиру, посмотрела на Тамару: она спала! Она спала в той же позе, в какой она ее оставила! Бабка Даша на цыпочках подошла к ней: дочь дышала ровно и просто спала, отвернувшись к стене. Значит, она Феофана не видела! Да и они его больше не видели.

   Тетка Люба, увидев, что у соседей все относительно хорошо, пошла к себе. Пистолет повторно нашла собака соседа и привела к Любе, ведь она его держала в руках на клумбе! Вторично заинтересовались детективы этим делом, а овчарка соседа стала героем дня во дворе. Круче оказалось то, что пистолет забрали для экспертизы, а бабка Даша подумала — надо было от него дуло отрезать ножницами для металла, что под диваном лежат. Она подняла диван, но в нем не было четвертинки от ковша и ножниц для резки металла.

   В этот момент проснулась Тамара, бабка Даша ей ничего нового не стала говорить. На улице потемнело, и Тамара села у кровати засыпающего сына. Бабка Даша пошла на кухню с полной уверенностью, что криминала в этой квартире больше нет. Она все пыталась припомнить, из какого окна вылетел пистолет, но этого она не видела, она его заметила, когда пистолет подлетел к клумбе. Феофан здесь был, но где был пистолет? Если он его кинул в окно, так это глупо. А если не он, то кто? Тамара проспала на таблетках. Бабка Даша и Тамара сели пить чай.

В дверь позвонили одним звонком, резким и продолжительным. Бабка Даша пошла открывать. На пороге стояла Люба с восьмушкой от золотого ковша. Бабка Даша прыснула от смеха. Соседка ворвалась в квартиру:

   — Баба Даша, ты чего смеешься? Я пришла домой, а на столе рядом с хрустальной вазой лежит этот кусок золота! Это 12,5% от вашего ковша!

   Из кухни вышла Тамара:

   — О, наш ковш уменьшается! За что вам 12,5% перепало? Тетя Люба, а я знаю, это доля.

   "Был золотой ковш, остались обрезки", — об этом Феофан старался не думать, он ехал в деревню Медный ковш. Хотел сделать доброе дело, да злом оно обернулось. Лучше бы выдал золотой ковш за медный ковш, и никто бы не пришел проверять, мало ли медных ковшей для варки варенья!

   А еще он обзывал себя последними словами. Ведь он не убивал женщину, он убил собаку, и совсем не из-за золота. Женщина его с Ариной увидела, прошла бы тихо, так живой бы осталась. Он повез ковш на экспертизу, перед этим решил заглянуть домой и взять свои вещи. Встретил Арину в подъезде, и так она к нему прицепилась — не оторвать, и до поцелуя дошли.

   Тут и появилась эта женщина в парике, которая закричала:

   — Люди добрые, что же это делается! Феофан с Ариной целуется!

   Тут Арину и проняло. Спуску она никому не дает. Она оттолкнула любвеобильного Феофана, забежала домой, схватила пистолет с глушителем (он у нее был от друга) и выскочила на лестницу, сунула оружие Феофану. Все решили секунды странного настроения: Феофан убил собаку, а Арина убила женщину в парике. И оба они не поняли, кого убили.

   Дело в том, что настоящая хозяйка квартиры была в служебной командировке и вместо себя оставила дома приятельницу, которая обо всех все знала. Она с собой вещей мало принесла и ходила в одежде и парике хозяйки квартиры. Феофан опомнился, да поздно было, ему все казалось, что произошла ошибка, что это был странный сон, и только. Вот Арина и опекала бабу Дашу, когда та приехала к племяннице, время тянула.

   Ковш Феофан взял после экспертизы для съемок, его в комнату к фотографу отвели, чтобы снял его во всех ракурсах и отдал государству. У фотографа оказались ножницы не только для фотобумаги, но и обычные для металла. Он схватил ножницы для металла, отрезал четвертинку ковша, спрятал за пазухой и ножницы прихватил. Вот и вся история.

   Теперь Феофан ехал в деревню и боялся всего на свете. У него с собой была восьмая часть ковша, столько же он отдал Арине за пистолет. Они немного повздорили, и он бросил пистолет в окно из ее квартиры, а теперь он не знал, что с ним будет. Радио в электричке вещало, что есть предположение, что в убийстве...

   Живет бабка Даша с дочкой, сидит с внуком и чувствует, что жить с каждым днем становится тяжелее. Феофан уехал в деревню и помалкивает. Арина к ним не заходит. Тамара получает такую зарплату, что для деревни много, а для города очень мало. Они втроем на ее деньги жили с большим трудом. Их три человека — хоть реви, а все они неразрывно связаны. Тамара в деревню ехать отказывается, а бабке Даше в городе только в овощном магазине работать, да и то пол мыть или овощи фасовать. Жизнь ее — жестянка!

   Пока Вова спал, бабка Даша обошла квартиру с точки зрения уточнения убийства за золотой ковш. Кухню исследовала по сантиметру, по пятнышку. И она нашла! Женщину убили в висок, но она умерла через минуту после выстрела и кровью на красном столе написала "Арина" — дальше капли крови, рука у нее упала. Надпись не заметили, красный цвет —  на красном, внизу стола — тумбы. Точно, ту женщину Арина приголубила пулей!

   Феофан женщину не убивал, но собаку мог. Бабка Даша встала с колен и пошла в прихожую, где всегда лежала овчарка. Собака нигде не написала, кто ее прибил. Бабка ползала, смотрела, но никаких следов, все сама и вытерла. Хотя им сказали, что собака и женщина были убиты из одного пистолета. Нет, бабка Даша домой хочет, в деревню, овощи выращивать.

   И так ей поесть захотелось! Открыла она холодильник, потом морозильник, смотрит — ягоды мороженые лежат, никто из них варенье не варит. Думает — дай компот сварю. Стала она ягоды доставать, еле оторвала от стенки, так они примерзли. Пока отрывала ягоды, оторвала еще один пакет. Посмотрела в пакет, а в нем, не поверите, ложки лежат, то ли медные, то ли золотые, врать не будет. Ой, блестят! Шесть штук.

   Бабка Даша у дочери спросила:

   — Что за ложки лежат в морозильнике?

   Она удивилась для приличия, а потом и говорит:

   — Это Люба принесла вместо восьмой части золотого ковша.

   — Или она хотела, чтобы мы молчали?

   — А что мы такое знаем, чтобы молчать?

   Бабка Даша поняла, что Тамара не знает, кто убил женщину в парике, а тетка Люба выручает свою Арину.

   — Тамара, продай эти ложки на жизнь, на хлеб.

   — Нет, я ложки продавать не буду, а на хлеб нам хватит.

   — У меня мысль есть, я гуляла с Вовой и видела объявление, набирают людей на завод по изготовлению ложек. Отпусти меня на завод, Вову в сад отдам.

   — Мама, а тебя на работу возьмут?

   — Не беспокойся, меня возьмут и Вову возьмут в детский сад при этом заводе.

   Пришла бабка Даша на завод, а в отделе кадров тетка Люба сидит, она ее и пристроила на работу, как будто язык ей перевязала, чтобы она про Арину не проговорилась. Так бабка Даша стала городской жительницей, дважды нужной Тамаре.

   Тамара сама поехала в деревню. Феофана она заметила с лопатой у очередной ямы, рядом с ним копала землю женщина. Тамара узнала Арину и хотела развернуться и уйти, но передумала и подошла к ним. Они хотели ее прогнать, но передумали и закрыли собой большой грязный предмет.

   — Тамара, ты абсолютно свободный человек, я тебя не держу, — встретил ее недружелюбными словами Феофан.

   — Вы чего это откопали? — спросила Тамара, с любопытством рассматривая квадратную глыбу грязи, не обращая внимания на слова Феофана.

   — Ничего мы не нашли, ты спросила — я ответил.

   — Мне уже нельзя узнать?

   — Меньше знаешь — целей будешь, — процедила сквозь зубы Арина.

   Обиженная Тамара хотела развернуться и уйти, но на грязный ком опустилась третья лопата, все посмотрели на нее, потом на хозяина лопаты. Это был Олег.

   — Думаю, вы не против того, что я к вам присоединюсь, — пророкотал он. — Феофан, говори, кто из двух твоя, а вторая девушка будет моя.

   — Олег, какого черта ты здесь?

   — Не сердись, слухами земля полнится, решил тебе помочь копать, так кто из них моя? А о твоих раскопках я сам узнал, ты все в сети пишешь, а я читаю тебя.

   — Олег, твоя — Тамара, она у меня получила полную свободу.

   — А кто здесь Тамара? — спросил театрально Олег.

   — Я, — ответила Тамара. — Мы с тобой еще чистые, а они уже грязные.

   — Годится, а теперь давайте посмотрим, что находится в этом грязном коме грязи.

   — А ты ком вытаскивал из земли? Ты его откапывал?! — закричал истошно Феофан, готовый полезть с кулаками на Олега.

   — Чего кричишь? Если нашел, так и очищай чудище из грязи! — наставил Феофана на путь истинный Олег.


Глава 8

   Феофан стал лопатой грязь сбрасывать с непонятного предмета. И тут блеснула молния. Полил ливень. Громыхнул гром. У людей появилось естественное желание спрятаться под навес, но никто с места не сдвинулся. Дождь вылил быстро воду на грязный предмет и ушел полосой в другое место, где уже сверкнула молния и послышались раскаты грома.

   — Ящик! Я его сам вскрою! — пророкотал благодушно Олег, стряхивая воду с волос. И тут же лопатой открыл деревянное творение прошлых веков, окантованное ржавым железом.

   Непроизвольно все четверо вытянули шеи в сторону чуда. Это оказался обычный сундучок со старой одеждой, появился запах махры и плесени. Мех, ткань словно спеклись временем. Арина работала в перчатках, она и стала чистыми руками вытаскивать из сундука фрак, панталоны и верхнюю накидку, отделанную мехом, башмаки с пряжкой.

   — Ну, тут полный набор... — не договорил Феофан и расчихался.

   Напряжение и скованность прошли, появился смех и полное разочарование. Тамара прощальным взглядом посмотрела на Феофана, Арину, сундук и пошла назад на станцию.

   Олег догнал Тамару и пошел рядом. "Человека нет, собаки нет, а все увязли в круговой ответственности", — так думал Олег, идя рядом с красивой женщиной. В какой-то момент жизни ему пришлось учиться с Феофаном и заниматься археологическими раскопками. И сейчас ему надо было найти убийцу женщины в парике и часть бесценного золотого ковша.

   Тамара шла и молчала. Она думала: "Если вас поставили в состояние тупика, говоря всеми фибрами души, что тот человек, который вас поставил в плохое положение, умнее вас, значит, надо сделать так, чтобы он сам наслаждался этим тупиком, а самому покинуть эту ситуацию и заняться другим делом, более приятным и понятным".

   Олег тоже покинул раскопки и пошел с Тамарой на станцию. Он понял, что раскопки не его ума дело, а все, что раскопает Феофан, он обнаружит более легким путем, чем лопатой. Он шел и болтал о жизни. А в целом и эта ситуация для него была скучной, и дело с разрезанным золотым ковшом его не привлекало. Тревожить Тамару вопросами по поводу убийства ему тоже не хотелось.

   После дождя появилось солнце. Под ногами чавкала грязь от недавнего дождя. Тамара поскользнулась и слетела по грязи, как по маслу, в кювет с водой. Вода в кювете оказалась неожиданно холодной, ее пронзил озноб. Она крикнула, но язык от холода стал западать, звук получил слабый. Она попыталась вылезти из канавы, но ноги скользили. Олег продолжал идти, не замечая потери попутчицы. Он скорее почувствовал отсутствие Тамары, чем услышал ее тихий голос. Мужчина остановился, посмотрел в сторону женщины, потом осмотрелся, но ее не заметил. Тогда он пошел назад и стал кричать ее имя.

   И только тогда услышал тихий крик. Он сам едва не свалился в яму, расположенную вдоль дороги для спасенья дороги от лишней грязи и воды. Тамара стояла в грязной воде, держась за траву и пытаясь вылезти из водяного плена. Олег подал ей свою могучую руку и вытащил из канавы. Продолжать путь в таком виде смысла не имело, мимо не проезжало на колесах ровным счетом ничего. Глушь. Он проявил благородство, достав из рюкзака полотенце и воду в бутылке.

   Вскоре рядом с ним шла женщина в его клетчатой рубашке, с голыми ногами, обутыми в кеды. Теперь она излучала флюиды, весьма приятные для Олега, и скука стала покидать его мужскую сущность. Олег выкрутил джинсы Тамары и шел, размахивая ими, в надежде, что они высохнут до ниточки. Тамара заговорила, да так сказочно, пересказывая рассказ матери о своих предках.

Олег слушал ее и не прерывал, так они подошли к станции, и тут он спросил:

   — Тамара, я правильно понял, что найденные вещи принадлежат Вашему прадеду?

   — Да, скорее всего, ему. В деревне Медный ковш живут свои легенды.

   — Вернемся, посмотрим на вещи в сундуке.

   Она посмотрела на свой облик, подумала о близком городском счастье с асфальтом и решительно ответила:

   — Нет, я не пойду назад, там Феофан с Ариной. Это они убили собаку и женщину в парике.

   — Вы все так думаете?

   — Это все знают, только не знают откуда. Ой, проговорилась! Олег, ты никому не скажешь?

   — Кому мне говорить, если я — следователь по этому делу.

   — Да, влетела — то в грязь, то в следователя, то в мужа.

   — Не волнуйтесь, я это уже знал. Мы нашли в клумбе пистолет, который вылетел из окна Арины, и из него были произведены два выстрела.

   — Так это она сделала!

   — Пока не приказано их арестовывать. За ними наблюдают из-за слишком успешных раскопок.

   — Кто наблюдает, если Вы со мной?

   — Все тебе расскажи! Есть люди рядом с ними.

   Тамаре нечего было возразить, она натянула влажные джинсы, и они подошли к электричке.
   "Кому женщина помешала"? — вот вопрос, над которым думал Олег.

   Бабка Даша купила красивые, круглые ломти ананасов — цукаты — у продавщицы с золотыми зубами. Колесики. В ее доме никто их есть не стал. А она подумала, что их делают там, где люди долго живут, вдруг ей их долголетие перепадет! В цукатном ананасе она оставила часть зуба. Тогда она купила маленькие разноцветные цукаты. В них она оставила четверть того же зуба.

   Пришлось задуматься о его восстановлении. Позвонила она в стоматологическую частную клинику, там оказались люди хваткие и разместили свои объявления на первых полосах газет, в результате у них запись была на три дня вперед. А она чувствовала, что последний кусочек родного зуба оставит в цветном цукате, если еще прождет два дня без стоматологического приема.

   Пришлось бабке Даше купить телефонный справочник, в нем она нашла номер телефона частной поликлиники, где обещали через четыре часа прием стоматолога. Она не жевала цукаты целых четыре часа и отварила замороженные пельмени из пачки. В пельменях последний осколок зуба она не оставила, но сил набралась. Что делать? Поехала бабушка к врачу. Врачом-стоматологом оказался мужчина очень красивый, правда, свое лицо он вскоре спрятал под маской, а ей пришлось прикрыть глаза.

   Его медсестра вместе с ним посмотрела в рот и вдруг как закричит:

   — А Вы собираетесь делать остальные зубы? Я пишу, что у Вас один зуб скошенный!

   После всех процедур и пяти рентгенов вышла бабка на улицу с двумя обновленными, белыми зубами. Естественно, она пошла в магазин за продуктами, которые не будут разрывать зубы на части.

   К бабке Даше приехал Феофан, посмотрел на нее внимательно и спросил:

   — Баба Даша, Вы лучше расскажите, кто была бабушка Вашей матери?

   Ой, ей страшно стало!
   А он опять говорит:

   — Мы нашли сундук с мужской одеждой, очень старый. Кто был хозяином одежды, мы и догадаться не можем. Скажите то, что слышали от матери.

   — Феофан, это одежда моего родного деда по линии матери. Я слышала историю его приезда от нее.

   В это время к ним позвонили. На пороге стоял Олег и еще несколько человек.

   Феофан попытался бежать, да было некуда.

   — Феофан, Вы подозреваетесь в убийстве. Вся вина за убийство лежит на Вас. Арина говорит, что Вы можете подтвердить ее алиби, якобы она была с Вами и не могла совершить преступление.

   — Где мы были? На раскопках, Вы нас видели там.

   — Нет, все не так.

   Олег со своими людьми быстро развернулся и ушел, как будто что вспомнил.

   Бабка Даша спросила у Феофана:

   — Что это было?

   — Ошиблись дверью.

   В дверь позвонили, на пороге стояла женщина со знакомыми чертами лица. Бабка Даша узнала родную племянницу Катерину. За ней стоял Олег.

   — Баба Даша, гостью принимай! У Катерины есть тестер лжи, работает через сотовый телефон. Прибор отделяет всю правду.

   Действительно, скоро вся квартира была полна народу. Катерина села в кресло, держа в руках небольшой прибор, к нему проводом был подсоединен сотовый телефон. Все по очереди отвечали на вопросы в этот телефон. Электронный обвинитель показал в сторону Арины. Арина взвизгнула, раскричалась, разревелась и призналась во всем. Феофан устало вздохнул. Прибор показал полную его невиновность. Пришли результаты экспертизы, которые показали, что женщина умерла не от пули, а от сердечного приступа.
   Заточение Арины было недолгим.

   Феофан смотрел на небо с голубоватыми прожилками между перистыми облаками и придумывал новую идею, которая была далека от благородства. Ему нужна была слава для материального обеспечения. Только людская молва могла принести ему имя и известность. Слава и известность, хотя чем эти два понятия друг от друга отличаются?

   Почти ничем. Добыть себе имя он мог только после того, как его покажут на всех телевизионных экранах. Второй вариант — ему надо сделать видео и раскрутить удачно распутанное дело, которое он раскроет лучше сыщиков. От сложной задачи Феофан ощущал тупость в висках; не найдя решения, он вышел на улицу и побрел в сторону центральной части города. Он увидел свадебные машины, которые остановились практически перед ним. Он с любопытством взирал на красивую невесту. Она его так поразила своими безупречными линиями фигуры, что он потерял ощущение времени.

   Невеста покрутилась у памятника, рядом с которым они находились. Ее сняли на фото и видеокамеру. Феофан тоже успел щелкнуть своим телефоном и получить удачный снимок девушки в белом платье и ее матери, которую мысленно назвал "мадам Фифа", а это оказалась тетка Люба при параде. Жениха рядом с невестой не было, из этого Феофан сделал вывод, что невеста едет на регистрацию брака. В его голове щелкнула мысль, что это именно то, что ему нужно, и записал номера машин.

Феофан выяснил адрес невесты по имени Арина и через пару дней уже разговаривал с ее матерью во дворе их дома. Он завел разговор об экстрасенсах, и мадам поддержала эту тему. Они обсудили телевизионные программы, из чего Феофан сделал вывод, что мадам Люба не прочь засветиться на экране. Дома он набрал на мониторе нужный вокзал, посмотрел на расписание поездов, купил через виртуальную кассу два билета. Дальнейшие его действия никто не мог проследить.

   Мадам Люба, то есть мать невесты, сидела дома в полном одиночестве и смотрела телевизор. Ее отдых прервал звонок зятя, он жаловался на отсутствие молодой жены и спрашивал у тещи, не у нее ли дочь?  Мадам Люба заволновалась, зная, что ее дочь Арина — девушка пунктуальная, честная и не могла она просто так кинуть молодого мужа. Они обсудили этот животрепещущий вопрос, выяснили, кто и что знал из них на эту тему, и ни к чему не пришли.

   В голове мадам Любы возник образ мужчины, с которым она разговаривала об экстрасенсах. Она вспомнила про его визитку, на которой было написано "Экстрасенс Феофан". Зять подал заявление в отделение по розыску граждан, где на него подозрительно посмотрели, словно обвиняя его в том, чего он не делал. Ему их подозрения не понравились, и он поддержал мысль тещи обратиться к господину Феофану, но телефон экстрасенса оказался вне зоны доступа.

   В отделения по розыску граждан пришел журналист. Ему и сказали, что пропала некая невеста Арина, не успевшая стать женой. Журналист предложил сотрудникам отдела поработать с экстрасенсом для поиска девушки и дал им визитку Феофана. Господин Феофан, изменив внешность, познакомился с невестой Ариной до этого ажиотажа. Он представился ей режиссером передачи об аномальных явлениях и предложил поучаствовать в съемках всего несколько минут и за большие деньги. Она из любопытства согласилась, поскольку от природы была любознательной особой. С собой она взяла пляжный набор одежды, как он и потребовал.

   Через некоторое время по телевизору показывали программу, в которой господин Феофан помогал сотрудникам отделения по розыску граждан разыскивать пропавшую невесту. Он уверенно показал на карте соседней области место, где она находится. Мадам Люба смотрела передачу по телевизору с мокрыми от слез глазами и не могла понять, что ее дочь могла делать в соседней области. В дверь позвонили — это пришел возмущенный зять, который тоже смотрел эту передачу. Его лишили права покидать город, и он не мог поехать туда, куда всех посылал экстрасенс Феофан.

   Но передача шла дальше. Теща и зять затихли в креслах, взирая на экран. На место, указанное экстрасенсом Феофаном на карте, выехали два сотрудника из отдела по розыску пропавших людей, журналист и сам Феофан. Зрителям оставалось смотреть передачу. К поиску невесты подключили добровольцев. Целая толпа людей рассеялась по лесу в поисках. Феофан первым нашел холмик и стал его раскапывать. Вокруг него собрались люди. Камера снимала, как разрывают землю, находят нечто, завернутое в целлофан.
   Зять завопил:

   — Это не Арина!

   Мадам Люба рыдала. В дверь звонили. Зять открыл дверь. Его арестовали по подозрению в жестоком убийстве невесты. Мадам Люба онемела. Передача по телевизору окончилась. Она не шевелилась. Она впала в оцепенение, не поверив в то, что произошло.

   Эту передачу смотрела и Катерина. Вопреки всему она почувствовала страшный и несправедливый обман. Она подумала, что невеста Арина — живая. И ее молодой муж преступления не совершал. В ее мозгу всплыло лицо экстрасенса Феофана. Его взгляд доверия не вызывал. Было в его лице нечто хищное и самодовольное.
   Она погладила собаку, прижавшуюся к ее ноге.

   — Поехали, Чипа!

   Пес тихо залаял ей в ответ.

   Катерина зашла к матери Арины, взяла у нее платочек Арины и поехала на вокзал. Купила два билета на себя и собаку.
   Кассир воскликнула:

   — Все туда поехали! Знаете, а ведь этот экстрасенс Феофан, которого по телевизору показывали, тоже туда ездил, и уже два раза!

   Катерина не удивилась, а погладила собаку по голове. Они доехали до населенного пункта, о котором говорили по телевизору. Поселок шумел от новостей и гостей, наехавших сюда после передачи. Нашлись люди, которые довели Катерину до ямы, из которой выкопали нечто, завернутое в полиэтилен. Чипа молчал, он брезгливо морщился и покачивал головой. Катерина поняла, что здесь ничего для них страшного не было.

Неожиданно пес покрутил головой и побежал в сторону леса. Она бросилась за ним. Катерина с собакой прошли метров двести по лесу и остановились перед забором из жердей, за которым ходили лоси. Один лось ел, выдирая пищу из-под пляжного платка невесты Арины. Катерина от увиденного зрелища вся встрепенулась, сердце ее сжалось от боли. Пес залаял на лосей. Они ощетинились на него рогами. Катерина залезла к лосям, протиснувшись между жердями в заборе, — в ней было столько агрессии, что лось невольно уступил ей дорогу к кормушке.

   Она тронула рукой платок Арины, потом попыталась его снять с соломы, которую он обертывал, но у нее ничего не получилось. Она посмотрела на пса, но он уже бежал в лес. Она последовала за ним. Издалека Катерина увидела силуэт девушки, привязанной к дереву. Пес лаял рядом. Катерина даже не удивилась, что это был манекен в купальнике невесты. Чипа продолжал лаять и смотреть вверх на дерево. Катерина подняла голову и увидела пляжную сумку, которая явно была пуста. Пес опять подождал, пока Катерина снимет с ветки сумку, и бросился бежать дальше в лес. Он остановился у шалаша, расположенного в ветвях двух дубов. Пес больше не лаял, он скулил.

   Катерина по лестнице добралась до входа в шалаш и посмотрела внутрь. Ничего страшного она не увидела. Невеста Арина спала на боку в свадебном платье, укрытая фатой. Катерина легонько пошевелила девушку, но та не реагировала на руки Катерины. Тело ее было теплым под грязной фатой. Усталость проступила на лице спящей девушки.

   Неожиданно она села:

   — Ой! — воскликнула она с таким отчаянием в голосе, что пес залаял.

   — Арина! — выдохнула Катерина. — Что произошло с тобой?

   — Лох я обыкновенный. Я подумала, что мне заплатят за съемки, обещанные неким господином Феофаном. Да вот ни с чем и осталась.

   — Хорошо, что живая, — сказала Катерина, у нее не было сил рассказывать, в какую историю Арина попала.

   Девушки спустились на землю.

   Для себя Катерина из этой истории поняла, что экстрасенс Феофан — обычный авантюрист, который может быть двуликим и не поможет ей найти черный шар жизни. Везти сразу домой грязную невесту, которую знает теперь вся страна, она не решилась. Поэтому сняла номер в дорожном отеле. У невесты в огромной пляжной сумке оказались легкие босоножки и тонкое платье из полосок ткани. Она и надела сей незамысловатый комплект.

   Катерина терзалась сомнениями, как на работе шефу объяснить свое отсутствие. Решение пришло неожиданное: надо поездку превратить в командировку, то есть сделать нечто полезное для фирмы. И она решила посмотреть на новые виды ламп, к которым ее фирма имела косвенное отношение. Она направилась в магазин, оставив невесту с собакой. Вскоре они вернулись домой.

Пяти звездная осень царила на земле. Клены высотой в шесть этажей были покрыты чистыми светло — желтыми листьями, такие же изумительные по красоте листья кружились в воздухе и падали на влажную и прохладную землю. Несколько дней красота была неземная, а золотистая и на земле, и на кленах. Но сегодня опустился туман, прошел осенний дождь, подул не совсем легкий ветер, и красота постепенно стала покидать божественную кленовую поляну. Кленовые листья, как раскрытые ладошки лежали на земле и понемногу теряли свою первозданную, нежную желтизну. Клены стали принимать растрепанный вид.

   В жизни бывают такие чистые и солнечные дни, а потом происходят события не совсем радующие, или здоровье подцепит где-нибудь осенний вирус, или компьютер случайно зависнет. Вероятно, в такую звездную осень хозяйка медной горы и встретила Данилу мастера, влюбленного в малахит. Малахитовые цвета исчезают осенью из природы, долго кустарник остается зеленым, а малахит он вечно зеленый камень с разводами. Создать зеленый малахитовый каменный цветок, было делом чести мастера Данилы. Сейчас этот цветок создали бы с помощью специального инструмента, который бы кружился над малахитом с приличной скоростью и жужжал сильнее мухи. И нет романтики медной горы, и незачем прятать Данилу во владениях хозяйки медной горы.

   На высоте девятого этажа расположен офис и цеха фирмы, где сидят мастера своего дела, а хозяин и хозяйка управляют производством. Где-то далеко, внизу на земле, видны волны красной, желтой и зеленой листвы. Небо затянуто туманом. Девятый этаж — это вполне приличная гора, начиненная людьми и аппаратурой. Что связывает фирмы с медной горой? Медные провода являются постоянной принадлежность многочисленных фирм и производств. Долгое время в стране не поощрялась семейственность в руководстве, а это влекло за собой печальные проблемы неверности.

   Ведь Хозяйка Медной горы то же разрушала пару Данилы и его девушки на земле. И только после того, как появились частные фирмы, появилось и парное руководство. Хозяин фирмы, сын военного командира, был потрясающе воспитан. Лет пятнадцать назад, когда он был моложе, и вся его душа воспринимала флюиды окружающих женщин, он и тогда не воспринимал их, как партнеров, только как партнеров по работе.

   Осень пятнадцать лет назад была в последней фазе золотистого оперения, когда Олег и Катерина шли по Столице на выставку. День был теплый для этого времени года и в автобус, который везет от метро до выставки, садиться им не хотелось. Шли быстро, дорога до выставки была им хорошо знакома. Раз в год сюда приезжали обязательно. Выставки менялись, задания на работе то же менялись. Олег шел рядом с Катериной, но не близко и рассказывал о своем отце, о том, что его отец родом с Медных гор. Этого можно и не говорить, если посмотреть на Олега внимательнее: крупный молодой мужчина, русоволосый, голубоглазый.

   А Катерина? И Катерина оказалась родом с Медных гор, но с более южной его части. Вот так в центре Столице шли и знакомились по дороге два человека, родом с Медных гор. И Катерина была русоволосая, голубоглазая и рослая молодая женщина. В ее памяти остались только красивые машины с выставки, тогда еще их так много не было на улицах Столицы. А сапфиры у нее еще были? Были, но из магазина и очень маленькие в сережках, которые она сняла совсем недавно.

   Вертолет, вращая лопастями, иногда пролетал над лесом. Что высматривали из иллюминаторов в лесу поздней осенью? Листва черным ажуром лежала вдоль асфальтированных дорожек, сами дороги были чисты, Листва на них уже практически не падала. Маленькие белки, полные и сытые, иногда перебегали дорожки.

   Наблюдатели с вертолета просматривали сквозь темную призму времени, жизнь конструктора Катерины. Для простоты эксперимента выбрана дорога в лесу, по которой периодически она проходила. Дорога шла от космического института до жилого комплекса, где она жила. В вертолете ее знали, знали всю ее жизнь, и поэтому именно с нее решили провести опыт времени.

   Видеокамера была установлена внизу вертолета как иллюминатор. Оператору было бы неудобно смотреть вниз, поэтому плоский монитор времени, по которому наблюдали за подопечными людьми, был установлен внутри кабины со всеми удобствами. Команда состояла из трех человек. Все явления, возникающие в поле зрения видеокамеры, появлялись на мониторе, записывались на диски памяти компьютера, их легко можно было демонстрировать и устанавливать новые.


Глава 9

 В команде вертолета был детектив, в его задачу входило наблюдение за известными людьми своего времени. Он уже не бегал за людьми по дорожкам, он входил в команду вертолета и помогал командиру корабля своими умными советами. В фокусе экрана находилась дорога на отрезке в десять метров. Катерина только что прошла в настоящем времени. Датчики памяти из вертолета вцепились в ее мозг.

   Разговор внутри тарелки:

   — Знает ли Катерина об эксперименте? — спросил у командира корабля.

   — Естественно, нет!

   — Видит ли она вертолет?

   — Видит. Нас — не видит! Вертолет окружен защитным полем, делающим невидимым сам объект. Для людей, смотрящих с земли, вертолет кажется небольшим летающим объектом, а если учесть, что лес достаточно высок, то очертание пролетающего вертолета мало может волновать людей.

   — Почему выбрали ее?

   — О, она путешествует по времени. Медная дама.

   — За медными дамами я еще не следил, — как эхо проговорил детектив.

   Катерина прошла по лесной дороге. Дорожка стала практически пуста. Исчез асфальт, появилась дорожка, протоптанная людьми. По дороге идет Катерина в космический институт. Весна. Дорогу перебегают ручьи. Поют птицы. Катерина идет с сотрудницей космического института от работы до дома. Монитор зарябил. В нем быстро пробегали незначительные эпизоды времени с ее участием. Жизнь Катерины нет-нет да проходила по этой дороге и в снег, и в зной, и в дождь, и всегда менялись люди, которые с ней шли, но не было ни одного кадра, где бы она шла одна.

   Командир вертолета ждал не этих кадров, все было затеяно для проверки одного уникального случая в ее жизни, но может, все произошло раньше, чем два года назад. Катерина смотрится необыкновенно молодой, а ведь ей уже много лет, значит, надо смотреть события 25-летней давности! И им повезло, они увидели, как странная дама передавала сундук Катерины.

   — Все, ребята, остановка! Надо настроить приборы и мониторы на 25 лет назад, но в следующий прилет, — сказал командир.

   — А что мы ищем в ее биографии? — спросил детектив Олег.

   — Сучки и задоринки, — ответил командир.

   Опустился туман, прошел осенний дождь, подул не совсем легкий ветер, и красота постепенно стала покидать божественную дорожку в лесу. Кленовые листья, как раскрытые ладошки, лежали на земле и понемногу теряли свою первозданную, нежную желтизну. Клены стали принимать растрепанный вид, но еще оставались с медными всплесками листвы. Вертолет покрутился в последний раз над ней и исчез навсегда в тумане жизни.

  Ветер, изменивший направление, принес прохладу в отношения людей. Переключая каналы телевизора, Катерина Ивановна увидела отрывок знакомого фильма, когда-то она с большим удовольствием смотрела сериал "Возвращение в Эдем". Она стала смотреть фильм, не отрывая глаз от экрана. Героиня возвращалась в жизнь с необыкновенно красивой прической. Сейчас много фильмов об изменении внешности женщин, а это был первый такой фильм, да еще художественный.

   Тут же Катерине Ивановне захотелось бежать в парикмахерскую и сделать прическу, как у героини фильма. Потом пришла мысль, о том, что сколько раз после химической завивки она оставалась с кошмой на голове, а волосы утрачивали свою структуру, и приходилось покупать парики.

   О, а если у Тары парик? Хорошая мысль, уж очень красиво, вот и в парикмахерскую идти не надо, обойдусь перышками. Дальше Катерину Ивановну привлекла сцена в бассейне, где родной муж Тары пытался ее утопить, но в него выстрелила любовница... Интересная мысль, когда смотришь импортные фильмы о дворцах и бассейнах, в первый момент появляется зависть, что у них свой бассейн. Во второй момент понимаешь, что бассейн — это спасение от жары, и, в общем-то, это не для нервных людей.

   В городе некогда были одни большие государственные фирмы, но после 90-х они распались на маленькие составные части, у каждой части фирмы свой хозяин. Когда-то из княжеств Русь образовалась, а в данном случае из государственных фирм образовались три о, которые выживают, как могут, и серая зарплата иногда исчезает, и не до белой зарплаты. С одной фирмы так и пришлось уйти Катерине без белой и серой зарплаты.

   А сейчас тьма людей работает, как бог даст, то есть, как пан директор даст или не даст работнику деньги, независимо пенсионер это или нет. Так в чем проблема? В серых зарплатах? Скорее в отсутствии государственных фирм в городах и совхозов в деревнях. А так ловите серого зайца в поле...

Временный переезд в деревню Медный ковш произошел быстро, за один день. Теперь старый друг ноутбук — лучший друг. Создались условия полнейшего одиночества. Катерина Ивановна в деревне Медный ковш. За окном гудит любимая автострада, над телевизором тикают часы. Темно в комнате, прошел фильм про человека с хорошо развитым нюхом. И у нее сегодня закладывает нос. На улице похолодало, а она вымыла голову, а окна не закрыла. Это первый вариант, второй потревожила пыль квартиры, в которой находится совсем недавно, но квартира эта у них давно.

   Можно сказать, что Катерина Ивановна находится в местной ссылке, а можно сказать, что она на отдыхе. Вероятно, она вышла из женского работоспособного возраста. Ей 65 лет с половиной. Выглядит нормально, отпустила волосы, не стригла их с января месяца, а на дворе конец августа. Листва еще вся зеленая. Сегодня она вышла на лавочку, все бабы стриженные, а у нее волосы появились, самой приятно, хотя иногда ей хочется их подстричь. Что еще, она на пенсии, на самой средней пенсии. Теперь ей надо жить на свою пенсию, поэтому она определила сумму, из которой не должна выходить. Не забалуешь.

   Квартиранты выехали из этой квартиры, Катерина Ивановна въехала. В первый вечер убрала одну комнату и выстирала единственное покрывало, все остальное она привезла с собой. И постельное белье, и посуду, и одежду для августа — октября. На второй день она снимала шторы, стирала и вновь их вешала после стиральной машинки. Три окна, шесть штор — занятие хорошее, надо встать на крутящийся стул, поднять руки выше головы и проделать все процедуры с крючками на кольцах.

   На третий день она думала, как заклеить места протечек. Денег мало. Подумала, вспомнила, что есть небольшая антресоль, а ремонт в квартире был три года назад. Точно, в клетчатой сумке лежали остатки обоев. Обои есть, клея нет. В деревне не оказалось хозяйственного магазина, но были продуктовые. Старый способ получения обойного клея — это крахмал, мука и вода. Получила крутой кисель. Два дня ушло на мелкий ремонт углов комнат. Сняла обои в местах протечек, дезинфицировала грибок, приклеила самые толстые обои, а потом те, что были на основных стенах.

   Мусоропровод в доме есть, но он не работает, пришлось выносить мусор на улицу, в отгороженные контейнеры. Оказалось, что из-за мусоропровода появились крысы и его решили закрыть, теперь все жители вынуждены выходить на прогулку с пакетами для мусора. Удобно, выкинул мусор и иди в магазин, все по пути. Магазины осваивает. Готовит минимум. Посуды с собой взяла мало, остановили ее во время сборов, поэтому исхитряется, как может. Вечером в комнате прохладно.

   Проехали. Весна. Деревья продолжают распускаться, скоро появится желтая пыльца. Если Катерина Ивановна пишет, значит, ее голова возвращается в работоспособное состояние, госпожа обида уходит на второй план. Желание вернуться на работу приходит все реже. Чудное было место работы. Замечательное здание. Много света и цветов. Хорошие люди, прекрасное оборудование. Все превратилось в нуль. Людей увольняли пачками и поодиночке. Катерина Ивановна собралась минут за пять, через десять минут ушла.

   У нее осталась хорошая привычка: гулять по лесу. В обед Катерина Ивановна и Тамара Ивановна выходили в лес, расположенный за фирмой. Лес был захламлен страшно, но им повезло, его почистили, вывезли упавшие деревья и сделали дорожку из белых камушков. До асфальта дело не дошло, но дорога получилась массажной. Вот Катерина Ивановна и привыкла гулять по лесу, для ног это первое средство, а, если не гулять, то ноги костенеют, а погуляла и опять здоровая.

   Кошка сидит на окошке. Две собачки бегают по квартире. Естественно, что Катерина живет не одна. Вязать надоело. Два дня подряд ходила на тренировки — перетренировалась, теперь пару дней — отдых от фитнеса. Гулять не хочет — нагулялась. Разговаривать не хочет — наговорилась. Пишет. Молчит. Сбросила все телефоны тех, с кем работала. Зачем травмировать себя и их звонками? Все в прошлом. Но они знают, где ее странички в сети. Привет!

   Сегодня по культуре на ТВ шел концерт о песнях конца семидесятых годов и начала восьмидесятых. Переключала, переключала программы Катерина и остановилась. Говорил мужчина о песне "Советский Союз". Звучит, как что-то очень далекое. Самоцветы. Катерина Ивановна ходила на их концерт в те года их молодости, слушала на стадионе Лужники. Давно это было. Звуки тогда были громкие, она сидела слева от сцены.

   А сегодня на экране показывали ансамбль Самоцветы в светлых костюмах, с рисунками на воротнике. На сцене появилась София, когда—то она пела с Карелом, пели они песню "Отчий дом". И Катерина Ивановна поняла, откуда взялась Джулия в известном фильме. Актриса популярного фильма очень походит на Софию времен начала восьмидесятых. Пусть не обижаются, в хорошем смысле. Ракурсы были один в один. Какие все были молодые и умные. А Катерина Ивановна не умеет на музыку писать стихи. Ансамбль великолепный.

   А, еще показывали и рассказывали о создание песни "Крылатые качели" и "он бежал, и длинные рога задевали небо, облака". А недавно прошел детский конкурс "Голос", в котором не было детских песен. Малюсенькие дети пели взрослые песни. У детей нет детских песен! Какая Люся была красивая в 50 лет! Напомнили Валентину и ее песню "носики". Чудесно. Заслушалась Иосифом, когда он пел песню из "Семнадцати мгновений весны". Концерт хороший, а повтор она специально посмотрела, когда еще многие были живы.

Катерине за труды праведные предложили поехать в обычный санаторий, на обдумывание этого вопроса дали десять минут, и она согласилась поехать дней на десять. Ее посадили за столик в углу огромной столовой санатория, за этим столиком уже сидел седой, очень крупный мужчина, в его внешности было нечто иностранное.

   Окно слева, окно прямо, и прямо перед ней сидел необыкновенный представитель мужского пола. Породистое лицо, неспешные движения, импортная одежда. Весил он явно больше 130 килограммов, но на нем они достаточно равномерно распределились. Он занимал один квартиру в элитном домике, приходил в столовую, потом шел пешком по одному маршруту. Однажды ее вынесло на его дорогу. Пройдя с ним, Катерина узнала, что он приехал из западной страны, но бывший житель ее страны. Пенсию он складывал на книжку и раз в год на пенсионные деньги приобретал путевку в санаторий.

   Санаторий был некогда номенклатурный, но и сейчас в нем было весьма неплохо. Мужчина шел по своему маршруту с одной скоростью, его возраст... ему уже 80 лет, но Катерина и предположить не могла, что так мужчина может выглядеть в 80 лет. В прогулках он потерял три килограмма, что на нем заметить просто невозможно. Его дети уехали в западную страну, он не знает местного языка, его внуки почти не знают своего языка.

   А Катерина, зная в свое время немецкий язык, так им и не пользовалась, но из этого мужчины, не хочется его называть просто дедом, иногда вылетали знакомые слова. Надо сказать, что одна одноклассница вышла замуж за иностранца и уехала в западную страну, и она у нее была перед отъездом. Они и здесь жили явно хорошо, Катерина ее помнила по школе, но и в школе она бедной не была.

   В свое время у них почти в один день родились сыновья, вместе лежали в больнице, но ехать в другую страну она не очень стремилась. Квартира у одноклассницы была большая и отделана, как музей, но муж ее уезжал, и она, возможно, с ним уехала. Это была крупная женщина, дочка заводского начальства. Еще у Катерины был учитель по немецкому языку той же национальности. Маленький худой мужчина, полная противоположность тому человеку, которого она встретила в столовой санатория.

   Немецкий язык он, похоже, хорошо преподавал, потому что в институте особых проблем с языком у нее не было. В институте немецкий язык преподавала строгая женщина в коричневом платье, той же национальности, и в ее подгруппе было пять западных студентов. Немецкий язык они знали просто хорошо, с ними легко было учиться. Таковы скудные непосредственные знания.

Взрослые всегда хотят на пенсию, пенсионеры хотят быть взрослыми, поэтому трудно провести черту между ними. Официальный возрастной пенсионный ценз значения не имеет. Балерины на пенсию уходят в 35 лет! Летчики с 45 по 65 лет находятся в пенсионном, но рабочем состоянии. Инженеры они в 35 лет только входят в число знатоков своего дела.

   Получается, что нельзя балерин учить только балету, если они могут гулять по дорожкам парка до 80 лет. Как хотите, но до 65 лет нормальный человек может работать, гениальный человек может работать до 80 лет. Очень тяжело люди морально переходят из состояния взрослых в пенсионеры, речь не о больных людях, у которых длину жизни определяет болезнь.

   Странно, чтобы не говорили официальные данные, но самая распространенная болезнь среди женщин после 45 лет — диабет. Они еще ходят, но меньше всего по лесным дорожкам, они предпочитают ближние лавочки. Они чаще теряют зрение, они чаще пьют лекарство, они чаще полные, чем худые. Очень трудно передвигаются, ноги часто опухают. Умирают внезапно, если месяц не пьют лекарство.

   Все бы ничего и люди их могут просто не заметить, но когда диабетики твои соседи, с которыми живешь в одном доме. И Катерине Ивановне иногда хочется сладкого, поэтому она никогда не измеряет сахар в крови, вдруг — она еще здоровая!
   Чем еще страдают дамы?

   Болезни ног. Очень часто они со вкусом произносят слова из могучей серии артрозов. Катерина Ивановна смеется над болями? Она их проходила. Для дам придумали Тонус клуб. Дорого, но когда три дня не сможешь сесть, встать, ходить, то это просто выход. Тонус клуб только для женщин всех возрастов. Не для ленивых женщин, а для тех, которые хотят быть здоровыми. 6 лежачих тренажеров легко восстанавливают подвижность, остальные тренажеры: ролики, велосипеды, вакуумные штаны и куртки помогают работать сосудам. Здорово, но дорого. Катерина Ивановна отходила в Тонус клуб целый год.

   После Тонус клуба многие женщины идут в фитнес клуб для всех, где есть тренажерные залы для мужчин и женщин, бассейн и все виды прыгающих и растягивающих видов спорта. Но, если у вас запущенная физическая немощь, то можно начинать с физических нагрузок, а потом идти в фитнес клуб. По поводу дачников. Особая когорта людей, но все вышеперечисленное им не чуждо.

   По поводу тех, кто пьет. Люди все больше пьют воду, кто пил 40 градусную воду, как-то быстро ушли в мир иной, легко перейдя границу взрослый человек, не дойдя до пенсионера. Велика страна. Богатые и бедные сейчас сильно перемещались и разделились. Дело здесь не только в географии страны, хотя и в ней тоже. Кто беднеет, кто богатеет, у кого какие способности и предрасположенность. Одно можно сказать, что весна идет с юга на север, так и богатство идет, но откуда и куда — неизвестно. Но все страна обновляется.

   Столица превращается в космический город, такое впечатление возникает от автомобильных развязок и новых домов. Но и другие города, и населенные пункты все больше обновляются. Можно набрать любой город в сети и посмотреть фотографии, что было и что стало.

  Появился мини—отпуск для больших дел. Много средств за мини—эффект. Голодовки или жизнь на грани диет? В выигрыше из всех знакомых те, чьи ноги худые, и спортом эти ноги не занимались. Бред? Нет, действительность. Спортивные, накаченные ноги имеют весьма большой и плотный вид, верхние слои таких ног с трудом поддаются массажу, так вот этот верхний слой бывших спортивных ног, и ныне еще обладающих мышцами, что подтвердили два массажиста, и является холодным сектором. Это не просто жир, это мышцы, а сбросить этот черный слой почти невозможно, а надо. А как из спортивных ног сделать тонкие ноги?

   Только очень большой ленью и отсутствием калорий в употребляемой пище. Да здравствует лень процесса похудения! И еще несколько романов, которые можно прочесть во время лени и относительной голодовки под названием «диета». Естественно, что Катерина, просмотрела все диеты. Самые рекламные диеты — кремлевская и японская. Она не в Кремле и не в Японии, ей бы что проще и чтобы чувство голода не мучило своим остросюжетным состоянием. Лучше читать остросюжетные романы, чем ощущать острый голод.

   И все же — начинает сбрасывать вес, а не хранить свой обычный. Она ставит рядом с собой сок, рекомендованный по группе крови, и пьет, а остальное, то есть вид выбранной диеты, сохранит она в тайне, до поры до времени. Теперь всю жизнь борется она с весом, а ему все равно, но теперь удары по весу придется наносить более ощутимые.

   А весной, когда деревья распускаются, то все становится на порядок лучше. В Пальмире и то расцвел симфонический оркестр с великолепным звучанием! Звук и зрители говорили о многом, даже если зрители молчали, то оркестр — звучал! Слушала Катерина Ивановна весь концерт, а такое бывает, когда слушаешь живую музыку. И на обломках древнего города появилась жизнь и цветы.

   Как давно Катерина Ивановна не писала! Мысли не вырывались в строчки, а она элементарно выговаривались попутчицам. И такое бывает. Сидеть за столом ей не хотелось, писать лежа — лениво. Изо всех сил изображала пенсионерку: ходила с бабулями и вязала, иногда издавала то, что раньше написала. Сейчас издано то, что было написано на 2015 год под маркой 2016 год.

   Получилось, что голова ее дважды ушла на пенсию: и по работе, и по хобби. Как будто мысли из головы выбили от обиды. Когда она сама увольнялась — это одно дело, когда уволили ее по возрасту — совсем другое. Никакого удовольствия, но в лень она втягивается и уже удивляется: "А, как это она еще могла работать"?

Катерине показалось, что с Марфой Митрофановной что-то случилось или случится. Она ее чувствовала, словно она ее мать...

     И тут передали, что умерла Марфа. С чудаком по телефону Катерина Ивановна все же поговорила, но на следующий день. Он был такой нервный, потому что умерла его Марфа—покровительница, не всегда он был немолодым и некрасивым. С Марфой чудак придумывал приборы воздействия на человека для увеличения продолжительности жизни. Она была известной целительницей. Статная Марфа многим нравилась в период своей молодости.

   Так Марфа понравилась самому генеральному Правителю Большой страны. Правитель обычно флиртовал с медсестрами, любил он этот тип женщин. Жена у него была важной женщиной и совсем не походила на медсестер. Шутить о жизни Правитель мог и с Марфой, именно ее он позвал для личного массажа. Марфа с радостью лечила Правителя, она была красивой, ухоженной женщиной и очень гордилась своими делами.

   И родился у Марфы сын от Правителя. Массажи бывают разные, как оказалось. Никто не догадывался, чей сын у Марфы. Шли годы. Правитель умер, а сын Марфы стал все больше походить на своего именитого отца. Кому—то это не понравилось. К этому времени изобретатель и Марфа уже перестали вместе работать, а она увлеклась восходящей звездой — певцом, автором, исполнителем своих песен. Он был импозантен! Он был обаятельный и привлекательный.

   Марфа обрела с Певцом свою уходящую молодость. Певец гордился Марфой. Они любили смотреть на лебедей в пруду. Певца убили, а кто и почему — неизвестно. Сын у Марфы тем временем приобрел все черты Правителя, но сам был слабовольным молодым человеком, у него не было девушки. Мать после гибели Певца полностью опекала сына.

   И тут она понравилась новому Правителю. Он был высокий и представительный, седой и удалой. Странное сочетание для правителя. Марфа в эту пору еще была статной и яркой женщиной, известность ее была огромной. Народ все еще переживал гибель Певца, его многие любили, но никто не связывал его судьбу с Марфой, но кто—то всю беду свалил на другую восточную женщину — певицу, и та надолго попала в людскую опалу.

   А Марфа? Ведь именно она первая любовь Феофана! Она полностью перешла на службу к новому Правителю. Ее карьера пошла вверх. Ей подарили много квартир. Она стала меньше заниматься лечением массажем, больше писала картины в свободное время. Новому Правителю сделали операцию на сердце, и Марфа на этом уровне ему мало помогла. Ее сына убрали, как Певца, за схожесть с отцом, о чем никому не говорилось. Прошло еще десять лет, и Марфе сделали операцию на сердце, как второму Правителю, а говорить она стала как первый Правитель. Ее не стало, с ней ушла цепь событий, в которых она участвовала прямо или косвенно.

   В голову полезли мысли о Марфе. Она владела помыслами людей, добрыми и черными. Она пленила певцов, которые к ней просто приклеивались. К ней шли больные и старые люди. Некоторые были назойливые. Тогда она организовала черный проект под условным названием — "Яхта". Экскурсионное судно было обычным, необычными были экскурсанты. Их набирали из числа посетителей Марфы, старые одинокие люди шли к ней за помощью, она помогла им купить билет на экскурсию по реке.

   Экскурсию назначила за день до шторма. Река. Скалы. Шторм. Две минуты — и никого не осталось. Судно пошло на дно стремительно. Спасли 3 процента от тех, кто плыл на судне, включая команду. Это произошло за две недели до ее кончины. Вероятно, кто-то успел ее проклясть, из тех, кто не сразу утонул в своем кубрике. Жуткая история. Какая ей от этого была выгода? Никакой, учитывая ее больное сознание и состояние. До операции у нее было еще два развлечения. Марфа решила стать экстрасенсом техногенных мероприятий. Но об этом потом.

   Катерина вполне могла бы делать людям массаж и говорить, что она исцеляет. Нет, это не кощунство. Любое исцеление — не вечное. Вот в чем беда. Возможно, Марфа могла вынуть из человека его резервы на короткое время. Так она лечила и правителей. Катерина не завидует ее славе. Но встреча Катерины с человеком, который лично знал Марфу Митрофановну, заставила ее так думать. Плохо или хорошо?

     Космический ветер носил над головой темные облака пепла. Леденящий холод пронизывал сквозь одежду. Синее небо между облаками казалось чужим и незнакомым. Катерина Ивановна шла по старой асфальтированной дороге, расположенной среди лесных деревьев. Она любила придумывать новые картины, наблюдая за жизнью, и лучше всего выдумывалась любовь в акватории бывшего замка, а выдуманную любовь она изображала на поверхности картин и шкатулок.

   Трудно избавиться от приобретенных навыков и знаний, с годами они берут верх над всеми другими интересами. Семейная жизнь была фоном ее творчества, иногда ей хотелось покинуть акваторию первой любви, очень хотелось, но она давно поняла, что это практически невозможно. Воспаленный мозг выдумывал сказки, спокойный мозг их забывал, и жизнь начиналась сначала в отблесках солнца или в каплях дождя.


Глава 10

   Катерина Ивановна устала от ненависти, горьких обид и воспоминаний о своей жизни, поэтому она решила полечить нервы мужским способом, а не женским — таблетками. Она разрешила себе пять дней в восемь вечера принимать по пятьдесят грамм коньяка, запивая его водой. Правда после выпитого коньяка аппетит возрастал, и она бежала на кухню жарить, парить и варить. Диета в этот момент отдыхала.

   В мозгах женщины возникала небесная пустота, она забывала ненависть и объектов, которые вызывали в ней неприязнь и обиду. Космическая пустота в мозгах располагала к сытости и отдыху. Прошло пять дней, на шестой день в восемь вечера организм затребовал коньяк, кровь вскипела во всем организме. Ей стала страшно от собственного состояния и того ощущения, что организм требует коньяка! Что делать?

   Но у нее было! У нее был однопроцентный кефир, как напоминание о диете. Двое суток в восемь вечера она выпивала по пачке кефира, и требование организмом коньяка — прекратилось. Зеленый змий ее не одолел.

Летающая тарелка с конусообразным дном вращалась медленно над лесом. Интересно, что высматривали из иллюминаторов на конусе в лесу? Листва зеленым ажуром окружала дорожки, сами дороги были чисты. Маленькие белки, полные и сытые, иногда перебегали чистые дорожки.
   
Видеокамера была установлена внизу конуса, как иллюминатор.
Оператору было бы неудобно смотреть вниз, поэтому плоский жидкокристаллический монитор времени, по которому наблюдали, был установлен внутри летающей тарелки со всеми удобствами. В команде было три человека. Все явления, возникающие в поле зрения видеокамеры, появлялись на мониторе, записывались на диски памяти компьютера, их легко можно было демонстрировать и устанавливать новые.

   В команде летающей тарелки был Олег, он знал о Катерине все. В фокусе экрана была дорога на отрезке в десять метров. Катерина только что прошла в настоящем времени. Датчики памяти из летающей тарелки вцепились в ее мозг. И оказались во времени...
 
     В школе характеристику Катерины прочитали всему классу, поэтому она ее хорошо запомнила. В характеристике были слова: "Рекомендуем поступить в технический институт". Бог мой! Кто бы ей объяснил, что такое институт! Ее родители окончили семь классов школы и училища по специальностям. Они были обычные труженики.

   Сосед по дому был старше Катерины. Он поступал в технический институт, но завалил один предмет, химию. Она слушала о его опыте поступления в институт, открыв глаза и уши. Ей нестерпимо захотелось поступить в технический институт! Раз в школе сказали, что ее рекомендуют в технический институт, значит, надо идти в технический институт! А химию она не завалит, она просто пойдет на другой факультет. В городе был еще педагогический институт, но он ее совсем не волновал, она не любила других учить и не любила, когда у нее списывали.

   Прошли последние школьные каникулы Катерины. Сдала она в школе выпускные экзамены, пришла к институту, а там оказалось несколько корпусов. Обошла она все здания, нашла, где принимают документы. Села девушка в юбке защитного цвета у огромного стола и стала заполнять бумаги. Прочитала в приемной комиссии, что в институте есть четыре факультета. Долго боролась с выбором между двумя факультетами.

   Тут над ее головой раздался чей-то голос, похожий на голос Бога:

   — Девушка, заполняйте бумаги на механико-технологический факультет!

   Человек, который это сказал, растворился в пространстве. А Катерина сидела и думала: а это что за факультет? Заполнила она послушно бумаги на механический факультет. В приемной комиссии ей сказали, какие придется сдавать экзамены. Посоветовали две недели ходить на подготовительные курсы перед сдачей экзаменов. Сдавать предстояло математику, физику, родной язык.

   Конек Катерины — математика. Она взяла сборник задач по математике и пошла за дом, где под кленами стоял стол со скамейками. За этим столом она решала все задачи подряд по математике. Потом она решала задачи по физике и учила формулы. Сосед, как опытный наставник, сказал, что если она какую задачу пропустит, то та и попадет ей на экзамене. Решала все. Физику она решала с меньшим удовольствием, а родной язык не воспринимала должным образом.

   Подготовительные курсы ей очень понравились. Она наслаждалась, слушая лекции по знакомым и незнакомым темам одновременно. Лекции проходили в старом здании, а экзамены сдавали в новом, красивом здании. Сверху на нем было написано: "Механический факультет".

   Огромный актовый зал. День приема в студенты. Впервые сердце Катерины сказало, где оно находится. Через некоторое время повезли новоиспеченных студентов на машинах в совхоз. Долго ехали по степи, привезли в совхоз "Веселая роща". В степи стояли одинаковые домики недавней застройки. За околицей виднелась стайка берез.

   Семь девушек на первую ночь поместили в жилой дом. Внутри чисто. У входа на полу стоял чайник. По центру комнаты лежала столешница. Во второй комнате находился полог. Под пологом спали молодые. Девушек положили на кошму. Ночь им запомнилась. Всю ночь их кто-то кусал и кусал. Молодые под пологом шевелились и шевелились.

   На следующее утро девушки попросили сменить им место обитания. Почесав в затылке, некий мужчина освободил для них правление совхоза. Место злачное. Маленький домик, в котором за печкой было спрятано огромное количество пустых бутылок. Поставили студенткам семь кроватей. Все удобства во дворе. Катерина выбрала себе высокого блондина, боксера, способного ее защитить, но у него ее отбил другой боксер, взрослее и сильнее. Что девушка со вторым боксером делала? Побивала рекорды по прогулкам в степи после работы на токе.

   Да! Все студенты работали на токе. Зерно сгребали. Один раз Катерину послали работать на кухню. Кухня кормила студентов и трактористов. В столовой кормили тех, кто был рядом с ней. Пищу для тех, кто был в поле, помещали в металлический контейнер, похожий на бидон. Контейнеры ставили на машину и увозили в поле трактористам.

   Ей повезло: в совхозе она видела полное солнечное затмение. С новой подругой она пошла на ближнюю железнодорожную станцию за конфетами. Идти пришлось далеко. Дорога проселочная. Машин нет. Возвращались еще засветло, но вдруг стало темно-темно. Подошли девушки к совхозу и увидели, что все студенты с копчеными стеклышками смотрят на солнце. Повезло всем. Они видели ореол солнечной короны. Отработали студенты в совхозе, и домой уехали. Катерина потом ходила смотреть первенство города по боксу. На этом ее боксерское увлечение закончилось.

   Однажды институтская группа собралась в частном доме сокурсницы, которая обладала изящной фигурой, пышной гривой волос и длиннющими накрашенными ногтями. Первый курс. Все еще мало знакомы друг с другом. Танцы сближали молодых. На вечере Катерина познакомилась с молодым человеком, который пообещал ей обручальное кольцо.

   Математика на первых курсах была достаточно сложная. По непонятным причинам за первый год учебы в институте Катерину семь раз показывали по телевизору. Ее показывали в спортивной форме и в обычном платье. Показывали на тренировке и дома, куда приходила целая команда телевизионщиков. У нее брали интервью. Ее показывали молчащую. Ей два раза сделали предложения руки и сердца у рябины, покрытой красными ягодами.

   Катерина выглянула в окно, как будто почувствовала, что ее ждут: она увидела однокурсника Мишу. Он был хорош собой и напоминал агента из кино. Плащ. Пояс. Обычно молодые люди редко пользуются поясами. Теперь Миша стоял и покорно ждал Катерину. Она надела туфли на слоистой подошве, темно-синее пальто, встряхнула копной волос, которая рассыпалась по плечам, и вышла навстречу судьбе. Высокий, стройный молодой человек стоял у рябины, на которой не было еще листочков. Шел апрель. Он ждал, дергая пряжку пояса, подчеркивающего его тонкую талию.

   Его серые глаза внимательно смотрели на окна четвертого этажа, за которыми жила Катерина. Он был влюблен в девушку своенравную и чувственную. В голове промелькнули прогулке с ней по снежным улицам. Нормальные люди в такую зиму дома сидели, а она гуляла с ним по легкому морозцу, смеялась и разговаривала. Зима резко закончилась, и сейчас было почти тепло. Над землею царила весна, когда снега уже не было, а листочки еще не распустились.

   Они вместе пошли в институт, в котором учились. Дорога шла мимо строящегося дома. Молодой человек потянул девушку в сторону стройки, над которой застыл подъемный кран. От будущего дома пробился на свет, как подснежник, только первый этаж. Григорий привлек к себе Катерину. Он обнял ее, судорожно прильнул губами к ее губам. Он пил нектар любви нежно и страстно. Она случайно ответила на поцелуй, а потом вцепилась в его пояс на плаще, словно натянула удила на лошади, и оттолкнула от себя.

   Она не думала, что с парнем нельзя просто так дойти до института. Для нее это был урок или звонок, что парни выросли и прогулки не для них. Когда они пришли в институт, сокурсники уже сидели в аудитории, и их совместное появление не осталось не замеченным. Больше всех такое появление Катерины не понравилось сокурснику Виталию. Он был в шоке, заметив взволнованность пары, взлохмаченные волосы девушки. А губы? Они были больше нормальных размеров. В его голове промелькнуло красное видение, когда он с ней ходил на концерт. На Ольге тогда сияло алое платье. Его воспоминание прервалось появлением преподавателя.

   Как из-под земли рядом с черной доской возникли стенды с кинематикой станков. Студенты забыли о любви и целиком вошли в мир металлорежущих станков. Шикарный мир механики, если его понимать. Следующие две пары проходили у настоящих станков: фрезерных, токарных, расточных. Вот где приоритет парней был неоспорим. Девушки только записывали результаты лабораторной работы, но их было мало, в том смысле, что девушек на курсе было значительно меньше, чем парней.

   Сюрпризом на последней паре оказалась книга о любви в позах, которая путешествовала с парты на пару. Ее кто-то принес, спрятал в книгу со станком на обложке и пустил по студентам. Непутевые возгласы то тут, то там раздавались в аудитории. Жизнь продолжалась или только начиналась.

   Ночью станки ощетинились инструментами и столпились вокруг Катерины. Они танцевали танец металлических монстров. Фреза на фрезерном станке подергивалась, как плечико во время танцев. Девушка проснулась и подумала, что накануне переучила кинематику фрезерного станка. Махина координатного расточного станка стояла в отдельном помещении. Большая станина прятала в своих недрах умную начинку, следившую за точностью перемещения инструмента по программе. Катерина прошла в цех и собрала чертежи деталей, которые можно было обработать на станке. Ей предстояло перевести станок на числовое программное управление. Такое задание получила она от своего руководителя, доктора технических наук. Миша и Виталий отказались от участия в этом проекте.

   Катерина работала в одиночестве, спрашивать особо было нечего. Собрав все детали, которые можно было обработать на станке, она под руководством руководителя проекта написала программы, разработала инструменты, которые надо было начертить и внедрить в производство. Со временем оказалось, что ей надо было только написать программу и начертить то, чего не было в станке, а внедрением могли заняться и другие люди. Эта чудесная работа определила назначение самой Катерины в производственной жизни. На последнем этапе учебы в институте ей предстояло выбрать, кем она будет — технологом или конструктором.

   Миша работал в соседнем цехе, поэтому мог сопровождать Катерину на преддипломную практику. Их любовь приобрела дорожный характер, поскольку времени другого на общение у них не было. Прогулки и поцелуи под шорохом листвы тополей носили почти традиционный характер. Дипломный проект Катерины продвигался, а отношения с Мишей несколько застопорились. Виталий заметил, что Катерина охладела к Мише, подошел к ней с предложением:

   — Катерина, стань моей женой после окончания института. Есть возможность получить звездочку на погоны и стать охранником на заводе. Не нравится мне быть конструктором, не хочу я быть технологом, я решил стать офицером охраны, поскольку у них заработная плата на настоящий момент времени выше, чем у молодых специалистов-инженеров. Я подарю тебе настоящее золото и натуральную бирюзу, похожую на твои красивые глаза!

   — Виталий, ты с Мишей в одной комнате в общежитии живешь? Вы кого наслушались?

   — К нам приходил фотожурналист, снимал нас и сказки рассказывал.

   — Теперь понятно, почему вы на одну тему стали говорить.

   В десяти минутах от Кремля, в доме бывших офицеров, огромные квартиры, по меркам квартир семидесятых годов 20 века. Минуя театр на Таганке, пройдя вдоль Садового кольца и повернув вправо, попадаешь в дом на набережной Москвы реки. Что Катерина там забыла? Здесь люди меняли квартиру, и ее квартира их чем-то устраивала. Ее квартира маленькая с низкими потолками, у них квартира огромная с высокими потолками.

   Лжет немного, за ее квартиру они давали две комнаты, а сами потом получали большую квартиру, а она так, промежуточный вариант в цепочке обмена. Но это было лет тридцать назад. Две огромные комнаты по двадцать шесть квадратных метров, таили в себе огромный древний шкаф, которые хозяева не хотели увозить, он неподъемный, антикварный. А во второй комнате в двух клетках жили птички и смотрели из окна на Москву-реку. Катерина основательно забыла об этой квартире, а вчера...

   Бизнесмен-стилист, с исковерканным лицом, как у великого черно-белого певца из-за океана, показывал птичку в клетке, в телевизионной передаче, а квартира была столь знакомой! А еще она узнала шкаф, который так не хотела брать в наследство и не стала участвовать в обмене. Этот обмен ей лет десять снился, она просыпалась с ужасом: обменялась или нет? Потом смотрела на низкий потолок и успокаивалась.

   В той квартире было четыре комнаты, кухня и, в общем, там можно сделать квартиру, в которой не стыдно жить бизнесмену - стилисту.
Катерина была вынуждена слушать истории о зиме и лете, сидя под золотой листвой березы. Ветер иногда приносил холодные потоки воздуха, и она куталась. Ей вдруг показалась, что в этом году она вообще не знает чувства времени.
    
   ©НВП