Кошки на даче

                Мусик
Ранней весной мы с мужем приехали на дачу, расположенную в одном из сел. Свежий воздух бодрил и звал в сад, где мы сразу стали наводить порядок на участке после зимы.
Первым делом я принялась расчищать цветник от прошлогодней листвы. И вдруг слышу: кто-то плачет. Оглянулась и увидела, как сквозь сухую траву пробирается кот. Шерсть на нем висела, сбившись в колтуны. На ум сразу пришла мысль, что он весь в лишаях и заразный. Я стояла и смотрела, как он идет и кричит, а в его крике слышалась обида на весь белый свет. Не обращая на меня внимания, кот подлез под забор и скрылся из глаз на соседском участке.
Через некоторое время, закончив работу, я подошла к дому и увидела у крыльца мужа, который кормил того самого кота из сада.
— Посмотри, какой он голодный и худой, —  сказал муж и, немного помолчав, добавил: — Ну как такого не накормить?
— Я видела его в саду, он прошёл мимо меня, — ответила я и принялась разглядывать гостя.
Он и правда был худой — кожа да кости, шерсть клочьями, но ни лишаев, ни проплешин видно не было. Назвали кота Мусиком. Решили, что в дом брать не будем, но подкармливать станем обязательно.
Кот очень привязался к мужу и стал ходить за ним по пятам: куда муж, туда и Мусик. Днем он валялся на солнышке, лениво прищуривая зеленые глаза или вылизывая шерстку. Вскоре мы заметили, что по коту можно сверять часы: ровно в пять вечера он приходил к крыльцу обедать. У него оказался ласковый, добрый нрав, а на руках он сразу начинал мурлыкать нам свои песчинки. Со временем мы узнали, что Мусик — соседский кот, но на нашем участке он быстро почувствовал себя настоящим хозяином территории.
Однажды в конце августа Мусик привел на обед рыжую кошечку, которая с жадностью набросилась на еду. Первое время она нас побаивалась и ела с опаской, но вскоре привыкла и стала приходить регулярно. Сам харчуется, так еще и подругу привел!
К концу лета Мусик превратился в настоящего красавца. Шерсть на нем лоснилась и блестела, а усы, как белые антенны, торчали в разные стороны. Осенью, когда пришла пора уезжать в город, мы с грустью прощались со своим дачным любимцем.
 
                Маша
На следующий год ранней весной, когда мы приехали на дачу, первым увидели Мусика. Жив, дорогуша! Кот тут же стал тереться о ноги, выгибать спину от удовольствия и громко мурлыкать.
В заботах и хлопотах быстро пробегали недели, а там уж и солнышко стало радовать настоящим теплом.
В один из дней вместе с нашим Мусиком на обед пришла небольшая кошечка — маленькая, черно-белой масти, с черной мордочкой и белыми лапками. Стали называть ее Машкой. Она все время вилась у ног, забегала вперед, и бывало так, что по неосторожности ей наступали на лапку. Кошка громко вскрикивала, мы пугались и бранили её, чтобы не лезла под ноги. Говорили ей:
— Маша, ну бери пример с Мусика, он никогда не путается под ногами!
Но наши уговоры были бесполезны — она все равно лезла под ноги.
Прошло несколько недель, и наша Маша пропала, перестав появляться на обед. Но как-то вечером, когда мы с мужем наводили порядок в гараже, увидели, как Маша тащит котенка в зубах прямо к нам. Не обращая на нас внимания, она забралась на полку стеллажа, где стояло старое автомобильное кресло.
— Ну куда ты забралась! — стала ругаться я. — Закроем гараж — и как ты тут с дитём будешь в темноте, без воды и еды?
Одним словом, выпроводили мы ее из гаража. Маша, взяв котенка за холку, потащила его обратно туда, откуда пришла.
А через пару-тройку недель, зайдя под навес, я увидела двух маленьких котят, которые испуганно смотрели на меня в четыре глаза. Оба черно-белые, как мама, они вмиг убежали и спрятались. Так у нас появилось Машино потомство, которое росло буквально на глазах.
Маша оказалась очень заботливой матерью. Сначала она носила своим деткам кусочки колбасы или курочки под навес, а когда котята подросли, привела их прямо к крыльцу, где мы обычно устраивали обед для кошек. Я несколько раз видела, как Маша, изловив мышь, приносила ее котятам, чтобы те учились охотничьим навыкам. А однажды мы с мужем наблюдали, как она карабкалась по фронтону соседского дома и выуживала из гнезд воробьиных птенцов.
Мусик к новому семейству относился спокойно, малышей не обижал. Если брошенную колбаску утаскивал котенок или Маша, он не кричал и не дрался, а терпеливо ждал своей доли.
Уже в сентябре Маша, которая до этого ласково созывала деток, вылизывала их и, улегшись на бок, кормила молоком, стала неожиданно их шипеть, бить и отгонять от себя. Котята, привыкшие к заботливой матери, были в полном недоумении и еще долго тянулись к ней, но ее вердикт был непреклонен. Отрывая их от материнской груди, кошка буквально выталкивала своих детей в самостоятельную жизнь. Кормление и воспитание остались позади, а котят ждал их собственный путь.
Хорошо, что их было двое: они все время проводили вместе, играя в свои кошачьи игры. То боролись друг с другом, то вылизывали шкурки, то нежились, лежа на солнышке. В руки не давались — дикие, пугливые. Главное, едой они были обеспечены.
Сам; же Маша ушла со двора в сад и стала проводить там почти все свое время: ловила бабочек, кузнечиков, мышей, а во двор приходила только поесть.

                Серая кошка
Иногда к нам на обед приходила соседская серая кошка. Вся она была серая, без единого пятнышка, а глаза — дикие. Вначале она близко к крыльцу не подходила, а мяукала в отдалении, но позже, пообвыкнув и поняв, что от нас беда не грозит, стала наводить свои порядки. Отбирала еду у Мусика и нередко задирала Машу. Мы ей так имени и не дали — так Серой и осталась. Мы ее не гнали, кормили, но она как была дикой, так и осталась: в руки, как Мусик или Маша, не давалась, нас сторонилась.
В один из дней она, как и Маша, тоже пропала — перестала приходить столоваться. И когда у Маши котята уже подросли и стали из-под навеса выбегать во двор, Серая вернулась. Но пришла не одна, а с четырьмя котятами!
Если их мама-кошка была серой, невзрачной «мышкой», у которой на мордочке выделялись только желтые дикие глаза, то детки оказались настоящими красавцами. Все трехцветные: по серой шубке рассыпались яркие белые и рыжие пятна.
Семейство покрутилось у крыльца, попило молока и ушло. Больше Серая к нам не приходила.

                Тигр
Про этого кота надо рассказать обязательно.
Я впервые увидела его через окно, которое выходило в сад, аккурат туда, где стояла колонка для воды. Возле нее я обычно ставила миску с водой для Мусика. Вот тут, на «водопое», и встретились Тигр с Мусиком.
Тигр был крупным, длинноногим котом с короткой шерстью, широкой мордой и круглыми желтыми глазами. Шёрстка у него была гладкой и шелковистой, пепельно-голубого окраса, а по ней рассыпались темные круглые пятна. Настоящий кошачий тигр!
И вот стоят они друг против друга и орут — выясняют отношения. Мусик-то у нас уже второй год живет, полноправным хозяином себя чувствует: его территория, его кошки! А Тигр — пришлый, первый раз во двор зашел воды попить. А тут его так встречают, не пускают. Выглянула я в окно, покричала на задир. Разошлись они нехотя, всё время оглядываясь.
Все лето то там сойдутся Мусик с Тигром, то тут. Мусик своих прав уступать не хотел, до последнего доказывал свою правоту. Но все-таки сила взяла верх.
Тигр стал приходить к крыльцу на обед. Ляжет под машину и выглядывает оттуда — не наглеет, в первые ряды за едой не лезет. Иной раз муж бросит ему кусочек колбасы, а Маша возьмет да и перехватит его — то ли в полете, то ли прямо перед мордой Тигра. А он лишь деликатно отвернется, будто и не ему давали. Спокойный такой кот, ни Машу, ни котят не обижал.
Пообвык к нам Тигр и стал уже и на крыльцо взбираться, а Мусика потихоньку вытеснять со двора. Теперь уж Мусик первым делом высматривал Тигра на крыльце: если того не было, смело шел по дорожке похлебать из плошки молока или получить кусочек колбасы. А если Тигр сидел на крыльце, Мусик начинал пробираться осторожненько, через заросли цветов и травы. Он замирал и посматривал на Тигра, будто проверяя его реакцию на свое появление. В конце концов Мусик стал заходить к нам все реже и реже, и по его приходу уже нельзя было проверять время. А Тигр обосновался окончательно — стал спать на лавке прямо на крыльце.
Однажды уже осенью к нам забрела чужая рыжая кошка — возможно, прошлогодняя Мусикова подружка. Забралась на крыльцо и давай орать так, что мы вышли посмотреть, в чем дело. Видим картину: рыжая кошка вся скукожилась, нахохлилась, выгнула спину дугой и кричит не своим голосом. А напротив, прямо перед ступенями, стоит наш Тигр. Смотрит на нее широко раскрытыми глазами и молча, маленькими шажками пытается зайти к чужачке сзади. Какой-то миг — и кошка метнулась под рядом стоящую машину, а Тигр за ней! Выгнал чужачку со двора и вернулся на крыльцо с чувством выполненного долга.
Я протянула к нему руку. Он ее сначала осторожно понюхал, а потом разрешил себя погладить. С того дня Тигр стал тереться у моих ног и с удовольствием подставлять спинку.
Но вот похолодало, задули сырые ветры, и мы решили возвращаться в город на зимнюю квартиру. Закончился очередной дачный сезон.