Азбука жизни Глава 1 Часть 137 Завели в тупик

Глава 1.137. Завели в тупик

Вересов при моём появлении в гостиной сиял улыбкой. Я тут же всё поняла: если Ричард сидит рядом, довольный, с бокалом вина в руке, да и Николенька выглядит расслабленно, значит, только что закончился какой-то забавный разговор. И, конечно же, о нас.

— Чему, Вересов, улыбаешься? — спросила я, подходя к ним. — Девочки завели вас в тупик?
— А вы все для нас девочки! — с лёгким хрипловатым смешком вступил Ричард.
— Это легко, Ричард, объясняется, — парировала я, опускаясь в кресло. — Рядом с такими мужчинами можно позволить себе и не взрослеть. Оставаться в душе ребёнком, зная, что ты под защитой.

— Но у тебя, как ты сама утверждаешь, всё было с точностью до наоборот, — не отпускал Ричард, и в его взгляде читался добродушный, но настойчивый интерес. — И Тиночка сегодня это почему-то подтвердила.
— Иногда я думаю, Ричард, что если бы папа с дедулей не ушли так рано, в один год, — мои слова невольно стали тише, — я, возможно, и не была бы такой… ответственной. Не научилась бы нести этот груз так рано.

— Почему? — мягко спросил он, отставляя бокал.
— Я поняла это с твоим появлением, — честно ответила я, глядя на него. — Ощутила в тебе мгновенно ту самую сильную, спокойную защиту. Такую, о которой даже не просишь, потому что она уже есть. Просто по факту твоего существования рядом.

Ричард принял моё откровение с тихой, одобрительной симпатией. А Николенька, сидевший напротив, лишь чуть склонил голову — в его взгляде читалась радость за меня. Радость и, может быть, лёгкое удивление от того, как он сам для себя в этот момент осознал, насколько же счастлива его жена. И отчего.

Да, я с детства была любима в семье. Обласкана друзьями, окружена заботой. Но расслабляться, радоваться бездумно, как сейчас, — такого позволить себе не могла. Всегда чувствовала обязанности перед мамой, перед бабулей. Вторая бабушка, Настёна, меня так не волновала — рядом с ней был любящий мужчина. Хотя из-за меня у неё порой возникало непонимание с дочкой. Но наша Мариночка слишком мудра. Она замечала отношение своей мамочки ко мне, своей младшей внученьке. И, конечно, видела, как меня любили родители Вероники, мои вторые дедуля с бабулей. Замечала это и Настёна, и потому порой проявляла ревность, странным образом защищая именно меня, младшую. А старшенькая, Ника, была слишком независимой, своенравной — вот на мне и сказывались иногда бабушкины переживания, хотя в их спорах виновата чаще была как раз Ника.

Но я не в обиде. Скорее, благодарна всем. За каждый урок, за каждую нежность и даже за каждую трудность. Потому что именно в Николае, как и в его родителях, я наконец-то почувствовала ту самую, незыблемую опору. И смогла по-настоящему понять, что значит — любить и быть любимой. Без условий. Без тяжкого груза обязанностей. Просто потому что ты есть. И он есть. И это — навсегда.