Вечный шторм

Перевозчик, старый мрачный рыбак, убрал с головы массивный капюшон, посмотрел в сторону суши. Уже отплыли от берега на расстояние, когда оставленный позади остров можно сжать в кулаке. Снова начал объяснять нанимателям, что тот шторм, ярость которого хотели испытать молодые люди - пока не для них...

По сути еще оголтелые мальки, они не понимают, что явление то - для старых глубоководных рыб, что плавниками обшарпали каждую песчинку дна океана, и с низов, с вожделением, смотрят на неизвестное пространство сверху.

Пока не поздно - старик предложил вернуться на сушу.

Девушка вопрошающе посмотрела на парня. Тот отрицательно покачал головой.

Небо, крепко затянутое измокшей серой парусиной, выдавливало излишки влаги. Частый мелкий дождь, стучащий о борты лодки, начал свою заунывную мелодию. Полное безветрие.

Перевозчик смерил спутников взглядом, снова пригласил вернуться на берег.

Молодые люди в очередной раз отказались. Старик, пожав плечами, расчехлил удочку.

Он не любил много разговаривать. С течением времени привык, к тому, что люди желают увидеть этот шторм, во что бы - то ни стало. А его предупреждения всегда сносил внезапный шквальный ветер, упрямый, как те безумцы, что стремились в самое сердце непогоды.

Нанизывая на крючок беснующегося мотыля, проверяющим взглядом окинул крепежи на приспущенных парусах, кинул леску в воду.

Чуть выбиваясь из убаюкивающей колыбельной, рассказываемой дождем, производя так приятный старику звонкий звук, леска с ее содержимым юрко опустилась в воду.

Молодые люди с равнодушием посмотрели на поплавок. Прижались друг к другу. Накинув на головы капюшоны, продолжили молчаливо созерцать раскинувшиеся безлюдные просторы, предвкушая настоящее зрелище.

Старик рассмотрел в их глазах скуку, некую усталость.

Что же - скоро будет им зрелище…

***
Чуть погодя, старик задремал. Едва не уронив ускользающую из рук удочку, встрепенулся.

Где-то вдалеке, на острове, зажглись огни уличных фонарей, поднялась дымка из десятков едва заметных труб.

Тяжелые веки окон, обрамлявших многочисленные зрачки домашних светильников, с грустью смотрели на плавающую в море лодку. Открытые двери хибар, как замершее в воздухе восклицание из уст, тщетно взывали о возвращении.

Обычно сонный, портовый городок ожил, раскрашивая теплыми красками палитру безрадостной прибрежной жизни.

Старик подумал об особенном вкусе приготовленных на пару, только выпотрошенных тунцах. Об ухе, о рыбных котлетах.

Вернул образы из воспоминаний. Видел, как сейчас видит падающие капли дождя - поспевающих в дома от заставших на берегу ненастье людях. Скрывшихся в тёплых чертогах, без всяких забот, с полыханием в сердце, рассказывающих разные истории.

Блюда, что ел старик - были самые обычные, но становились особенными в компании, что собиралась в непогоду, под началом исходившего от печи тепла. Когда у очага собиралось множество людей. И он, бывалый рыбак, стоящий в тени рассказчиков, с наслаждением ловил в свои сети каждую историю, с упоением излагаемую собравшимися.

Словно самые последние, самые важные – те истории, имели всегда горький и одновременно сладкий привкус.

Истории о полученных мужчинами разрезах от перетянувших кожу металлом лесках. О ссадинах и ушибах, оставленных великодушными и грациозными марлинами, что пытались со всей животной силой вырваться из рук рыбаков. Об уставших в своих попытках защитить свою добычу от стаи акул, мечтателей. Мечтателей, вернувшихся с обглоданной тушей марлина на берег. Без разочарования, но с содраганием вспоминающих о схватке с самой природой.

О ждущих у берега сильных стойких женщинах, спорящих о том, чей мужчина привезет улов больший. С остервенением кричащих, встречающих швартующиеся лодки.

О своенравных и беззаботных детях, пытающихся сбить камнями кружащих над уловом чаек.

Старик, чье присутствие как будто никто и не замечал, всякий раз дослушав очередную историю, покидал теплое помещение, устремляясь к лодке. В ожидании людей, что захотят испытать на себе весь ужас шторма, проверял готовность лодки к немедленному отплытию.

***
Немного поблуждав в воспоминаниях, вернулся на лодку. Увидел, что течение сносило поплавок, ощутил как волны начали раскачивать судно. Подняв паруса, поймал в них ветер.

Молодые люди засуетились, в их глазах был виден едва скрываемый ужас.

- Может не в этот раз? Одумайтесь... - старик знал, что эта парочка не готова.

Девушка, в очередной раз, посмотрела на парня.

- Мы вам заплатили достаточно. Давайте просто продолжим… - молодой человек сжал в объятиях свою спутницу.

Старик вздохнул. Плата была и вправду большая.

Продолжая вычленять каждый всхлип удара дождя о море, каждый крик летящих к берегу птиц, перевозчик ощущал прилив некоей силы.

Силы, что заполняет кончики уставших от топтанья сушу ног, быстро проникая в самое темечко. Силы, что хочет взлететь в небо, оспаривая превосходство облаков. Силы, которая разливается в своем естестве в человеке, стремящаяся к своему концу.

Ощутив распространяющееся по телу тепло, старик увидел, как небеса ожесточились.

Темные, тяжеловесные тучи двигались с севера. Грозовые облака точечно выстреливали молниями в апатичное серое небо. Дождь усилился.

Шторм покрыл линию горизонта черными извивающимися щупальцами.

Неистовый, неукратимый огромный зверь, от голода рычащий, он стремился к берегу.

Молодые люди чуть оживились, выглядывая из-за капюшонов, искали глазами спасение в бесстрастных водах моря, запаниковали.

Немногие оставшиеся в море лодки, прежде скрытые под пеленой частого дождя, направились к портовому городку. Рыбаки активно жестикулировали руками, направляя все проплывающие суда к берегу.

- Вот и шторм, - старик смотал удочку, посмотрел на поблекшие лица, - Точно хотите продолжить?

Молодые люди, прежде робко сидевшие в лодке, задвигались. В их глазах было отчаяние. Они хаотично задвигали головами, мотались по носу лодки. Застрявшие между скучным, праздным городком, в который не хотели возвращаться, и разъяренным стремящимся прямо на них ураганом, взывали к лодочнику.

Старик же, много раз предупреждавший их, лишь покачал плечами.

Шторм, в центре которого извиваясь закружил смерч, неумолимо приближался.

Обезумевшая, девушка встала на самый нос лодки, посмотрела на парня. Тот одобрительно кивнул, взял ее руку. И в тот же миг молодые люди прыгнули в море.

Не справившись с жестоким ветром и быстрым течением, скрылись под накрывшей их волной.

Старик смотрел на растворяющиеся в воде образы людей. Достал из кармана две монеты, с досадой кинул в то место, откуда сотни пузырьков поднимались из воды.

- Глупцы. Самоубийцы. И в жизни не смогли найти спокойствия, и в смерти не могут.

В этот раз перевозчик не смог выполнить свою работу.

Шторм поглотил одинокую лодку и сидящего в ней старика.

***
Немного погодя, перевозчик увидел на берегу очередного ждущего его нанимателя.

Подведя лодку к берегу, спустив паруса, старик прокричал:

"Я - Харон, перевозчик душ умерших. Готов ли ты пересечь водные просторы, отделяющие мир живых от мира мертвых? Покажи свою плату, и если она окажется достойной, я отвезу тебя в покои мертвых, передам в объятия вечного шторма..."