Японский зонтик

      Это была большая перемена, и учитель биологии Виталий Николаевич решил её продуктивно использовать. Дома он не успел просмотреть все проверочные работы 8 – а класса и решил это сделать сейчас, закрывшись в лаборантской. К сегодняшнему уроку он обещал сообщить детям оценки и понятно, что не выполнить своё обещание никак не мог. В дверь настойчиво постучали, Виталий Николаевич решил не отпирать, но, услышав голос Галановой Ольги, старосты 10 – б класса, всё же открыл замок.
- Извините, Виталий Николаевич, очень важный вопрос! – прямо с порога начала Ольга, -  у Вики Тепляковой в воскресенье день рождения, мы хотели поговорить, как и когда лучше организовать ей поздравление!
Вместе со старостой вошёл комсорг класса Рыбалкин Андрей, который, молча, встал у двери.
      Виталий Николаевич был классным руководителем 10 – б класса. В этой школе он работал всего три года и класс ему достался совершенно неожиданно. Учитель русского языка и литературы, которая должна была принять 9 – б класс, неожиданно, в первых числах сентября серьёзно заболела, а затем, получив инвалидность, в школу больше не вернулась. Учитывая, что Виталий Николаевич являлся предметником в этом классе, директор вначале попросила замещать коллегу, но, когда выяснилось, что учитель русского языка на работу не выйдет, она официально утвердила его приказом. Он уже имел опыт работы классным руководителем в классах основной школы -  с пятого по восьмой.  Эта категория детей требовала особого подхода, повышенного внимания и постоянного контроля. Что касается старшеклассников, то он знал, что из пяти восьмых классов в параллели, отбираются наиболее успевающие, дисциплинированные учащиеся и создаются только два девятых класса. Это и подтолкнуло его принять предложение директора и согласиться, к тому же, он понимал, если руководство что – то предлагает, то лучше не возражать. Конечно же, набранные в 9 класс школьники были такими же детьми, как и все. Они имели разные способности, характеры и интересы, но их объединяло главное – они, в основном, все были нацелены на учёбу, на получение аттестата с хорошими оценками, чтобы, в дальнейшем, продолжить образование в вузах, в крайнем случае, в техникумах.
- А что это такое событие?- удивлённо посмотрел на Ольгу Виталий Николаевич, - поздравьте её на уроке, как это обычно делаете.

         - Видите ли, Виталий Николаевич, - подключился Андрей, - Вика у нас последний член коллектива, которому исполняется 16 лет. Она получается самая младшая, мы решили её торжественно поздравить, сделать ей подарок, хотим, чтобы это событие ей запомнилось. Желательно это сделать на вашем уроке, чтобы и вы присутствовали.
- Давайте в понедельник, как раз первый урок, уделим ей несколько минут, - согласился Виталий Николаевич, давая понять, что он очень занят.
Ребята собрались уходить, но Оля вдруг, повернувшись у самой двери, сказала:
- А может, лучше в четверг, всё – таки последний урок, можно задержаться, не спешить, мы поздравление придумали в стихах! Единственное, что смущает вроде, заранее не поздравляют, но у нас такие обстоятельства!  Как вам такое предложение?
- Знаете, что друзья, вы же не вдвоём это пытаетесь организовать, давайте всю свою инициативную группу собирайте и сегодня после уроков -ко мне, всё спокойно обсудим! Согласны? Я сейчас просто очень занят,- извиняющимся тоном сказал классный руководитель.
Андрей и Оля, улыбаясь, закивали головой и сказали, что обязательно зайдут.
Они пришли в назначенное время. С ними были ещё несколько человек, которые учились с Викой с самого начала и затем составили основной костяк 10 – б класса. Ребята повторили, почему они хотят устроить такое торжественное поздравление, добавив, что Вика теперь является человеком известным и, в дальнейшем, возможно, будет личностью знаменитой.
Виталий Николаевич не стал возражать школьникам, хотя не считал свою ученицу особо одарённой. Вика обладала средними способностями, она старалась учиться без троек, но это было на пределе её возможностей. Её отличала определённая целеустремлённость и высокая амбициозность, которую активно поощряли родители. Себя они причисляли к людям творческим, хотя отец был обыкновенным художником – оформителем, а мать работала на киностудии в монтажно – техническом отделе. Тем не менее, они считали, что их дочь наделена исключительным дарованием и её ждёт большое будущее. 
          
       Когда Вика училась ещё в пятом классе, она снялась в детском юмористическом журнале, а затем, спустя три года, скорее всего, не без помощи родителей, ей удалось принять участие в популярном модном показе подростковой одежды. Демонстрация модных новинок освещалась в печати, и Вика получила известность, о ней заговорили, в том числе и в школе. Несмотря на то, что по возрасту, была самая младшая в коллективе, выглядела она абсолютно сформированной девушкой, физиологически опережая некоторых своих сверстниц. Вика не была красавицей, но имела вполне привлекательную внешность и хорошую фигуру с длинными и стройными ногами. Считая, что с такими данными её не могут не пригласить на следующий год, она, с нетерпением, ждала, что её вот - вот вызовут. Но прошёл год, другой, ею никто не интересовался, родители даже звонили в конкурсную комиссию, но им деликатно ответили, что пока такой типаж не требуется. Тем не менее, Вика не отчаивалась и заявляла всем, что после окончания школы, у неё нет другого пути, как на подиум или в театральный институт. В классе она не вела себя заносчиво и надменно, но всё же чувствовалось, что она очень самолюбива и тщеславна, в её общении и действиях часто прослеживались нотки высокомерия и какой – то значимости. Более тесные отношения поддерживала с теми ребятами, с которыми училась ещё в начальной школе, но сказать, что с кем – то у неё сформировались дружеские связи и появились близкие подруги, было нельзя. Классный коллектив принимал её всё же такой, как она есть, относился к ней вполне нормально и даже решил сделать ко дню рождения приятный сюрприз.
Выслушав школьников, Виталий Николаевич спросил:
- Вы говорили, что ещё какой – то подарок ей хотите преподнести?
- Наш незаменимый фотограф Боря сделал коллаж и кое – что ещё приобрели, - сказала Ольга.
Фомин Борис вытащил из сумки раскладную папку и раскрыл её. Там были расположены фото с изображением Тепляковой Вики, начиная с первого класса. Все они сопровождались шуточными надписями. Заканчивалось всё интересной фотографией. Со спины снята девушка, стоящая на сцене в лёгком поклоне и аплодирующий зрительный зал. Кто это и где сделан снимок, Борис не сказал.

      Боря Фомин вообще был малоразговорчивым и спокойным человеком, с Викой он учился ещё с первого класса и у них даже были какие – то приятельские отношения.
В учёбе он особыми успехами не отличался, но и провалов тоже не было. Иногда он мог подготовиться и ответить на «отлично», а иногда, с трудом, получал «три» балла.
           Самой большой проблемой за период обучения в школе, у него являлись уроки физкультуры. От природы он был невысокого роста, плотного телосложения, даже можно сказать, немного склонным к полноте, поэтому такие упражнения, как прыжки в длину, высоту, а, тем более через «коня» для него представляли серьёзное испытание.
Когда – то, ещё в начальной школе, родители подарили ему фотоаппарат, и фотография стала главным его увлечением. Он постоянно снимал школьные и, тем более все классные мероприятия. У каждого, практически, ученика в классе имелись фотографии Бориса. Дома у него была уже своя лаборатория, которую ему создали родители. Когда  дело касалось каких – то классных торжеств или выездных экскурсий, ребята собирали деньги, чтобы хоть как - то компенсировать затраты своего товарища на фотоматериалы и бумагу. С возрастом, у него менялись только марки фотоаппаратов и качество снимков, а желание снимать, наоборот, возрастало, поэтому вопрос о будущей профессии перед ним не стоял.
- Интересно и профессионально! – сказал классный руководитель,  посмотрев коллаж.
- А вот ещё, какая необычная вещь! – продолжила Ольга, - посмотрите!
В руках она держала маску, напоминающую лицо радостного клоуна. Ольга дёрнула за маленький шнурок, который висел сбоку, верхняя часть маски сместилась, бока вошли внутрь, и маска стала похожа на лицо жалобной старухи.
- Очень оригинально! – восхищённо проговорил Виталий Николаевич, - где вы это взяли?
- Да так, - немного смущённо, ответила Ольга,- один человек подарил.

        - Очень хорошо всё продумали! Вы все – большие молодцы! – с восторгом, произнёс классный руководитель и продолжил, -  никаких чаепитий, мы, правда, организовывать не будем, потому что это всё надо согласовывать с руководством, но Вику следует всё же поставить в известность заранее. Сюрприз сюрпризом, но она не должна чувствовать себя от неожиданности растерянной!
- Вика знает, что её собираются поздравить, но не знает – когда? – подал голос, тихо сидевший до этого, Боря Фомин, - я же брал у неё некоторые фото, она сказала, что хотела бы всех угостить конфетами!
Мероприятие прошло успешно. Минут за десять до окончания урока, Виталий Николаевич позволил школьникам устроить поздравление и сам лично сказал несколько слов, напомнив, что теперь именинница полноправный гражданин СССР и имеет право получить паспорт. Вика была приятно удивлена таким к ней отношением, ей всё понравилось, единственное недоразумение произошло, когда Андрей Рыбалкин, вручая  маску, решил пошутить и, показывая смеющегося клоуна, сказал:
- Это настроение артиста в начале карьеры! – затем, изменив облик маски на лицо сморщенной старухи, продолжил, -  а это в конце карьеры!
Большинство ребят рассмеялись, но Вике, видимо, такая шутка пришлась не по душе или она её не поняла, поэтому подарок  был принят довольно сдержанно. Внезапно прозвенел звонок с урока, но поскольку урок был последним, никто никуда не спешил, все продолжали поздравлять именинницу, а она угощала одноклассников сладостями, поставив на первый стол среднего ряда вазу с конфетами «Белочка» и «Кара – Кум». Досталась пара конфет и Виталию Николаевичу. Ребята, ещё немного пообщавшись, в приподнятом настроении, стали расходиться по домам. Виталий Николаевич тоже начал собираться, до дома ему надо было идти не более 15 минут.
Всю дорогу к дому он думал о своих воспитанниках. Работа со старшеклассниками была, конечно, намного интересней и спокойней, чем, скажем, с учениками шестых или седьмых классов. Им не надо было десять раз всё объяснять и повторять. При подготовке, каких – либо мероприятий, достаточно только подать идею и указать направление, всё остальное школьники делали сами. Зачастую идеи исходили от ребят, они же разрабатывали сценарий и всё успешно проводили.
От классного руководителя требовался только лёгкий, ненавязчивый контроль или, при необходимости, какая – то своевременная подсказка. Вместе с тем, работая с учениками старшего школьного возраста, Виталий Николаевич прекрасно понимал, что от него, как педагога требовалось теперь не только превосходное знание своего предмета, но и хорошая эрудиция во многих областях. В любой момент школьники могли задать серьёзный, и даже каверзный вопрос по пройденной теме на уроке, или просто попросить прокомментировать какую – то житейскую проблему  и, в этом случае, им необходимо было дать исчерпывающий ответ. Всякая промашка могла подпортить авторитет, что влекло за собой снижение доверия со стороны учеников к педагогу.
Пошёл уже второй год их совместного сотрудничества и Виталий Николаевич чувствовал, что отношения с коллективом взрослеющих детей у него сложились вполне нормальными. Ребята видели в нём наставника, относились к нему с уважением и даже в индивидуальных беседах доверяли свои личные планы, намерения и спрашивали совета. Он также относился к ним с должным вниманием и заботой, никогда не устраивал публичных разборок, у провинившихся учеников всегда выслушивал оправдательные аргументы и только тогда принимал решение. За прошедший учебный год нельзя было не заметить, как ребята начинали взрослеть, как дружба между юношами и девушками, постепенно трансформировалась в зарождающуюся влюблённость. У кого – то это получалось, у кого – то -  нет!  Кто – то попытку продолжал,  кто – то прекращал и страдал. Всё это и радовало педагога, и иногда настораживало, потому что искренние переживания юношей и девушек от нахлынувших чувств, не могли не сказываться на учебном процессе. Так, в конце прошлого учебного года, он обратил внимание, что Галанову Ольгу и Рыбалкина Андрея стала сближать не только общественная работа. Они жили где – то рядом в одном микрорайоне и часто уходили вместе домой. Иногда, по каким – то делам они долго задерживались в школе, а однажды Виталий Николаевич встретил их вечером в троллейбусе и они, слегка смутившись, стали объяснять, что возвращаются из райкома комсомола, что загружены работой до предела, нет никакого отдыха и личной жизни. Виталий Николаевич им посочувствовал, рекомендовал не перегружать себя общественными делами, прекрасно понимая, что ребята возвращаются либо из кинотеатра, либо с очередной прогулки.  Как - то он заметил, что Теплякова Вика стала уделять повышенное внимание Березняку Александру, но тот, погружённый в учёбу и занятие спортом, старался на это реагировать сдержанно.
 
       Саша был из семьи потомственных военных, собирался поступать в высшее военно – морское училище, к учёбе относился ответственно. К тому же он серьёзно занимался спортом, был призёром городских юниорских турниров по боксу. Его фотография висела на стенде, отражающем спортивную жизнь школы. Несмотря на то, что он занимался таким напористым и агрессивным видом спорта, в жизни, в общении Саша был человеком сдержанным и даже застенчивым. Спортивные успехи не вскружили ему голову, не было никакого зазнайства, на свою популярность он не обращал внимания. Как товарищ, был человеком надёжным, обладал обострённым чувством справедливости и всегда приходил на помощь, если видел, что кого – то обижали или пытались унизить. В разрешении конфликтных ситуаций, он, практически, не использовал своей спортивной подготовки – многие его знали не только в школе, но и в районе и старались обстановку до крайности не накалять.
Учился Березняк стабильно хорошо, а по физике, математике и литературе стремился получать только отличные оценки. Он знал, что эти предметы для него являются основными при сдаче экзаменов в училище. Несмотря на то, что Саша целенаправленно реализовывал поставленные перед собой задачи и в учёбе и в спорте, затрачивая значительное количество времени и сил, ему ничего не было чуждо: его также беспокоили юношеские страсти и увлечения. Проявив наблюдательность, Виталий Николаевич отметил, что Саша на переменах подходил к Серебровской Жене, пытаясь с ней заговорить. Она, улыбаясь что – то ему отвечала, пожимая плечами, а он смущённо отходил на своё место. Женя сидела за второй партой среднего ряда со своей подружкой Денисовой Леной, а Саша за третьей партой первого ряда. Виталий Николаевич видел, что на уроке Березняк, не отрываясь, смотрит на Серебровскую, и было невооружённым глазом видно, что молодой человек поглощён страстью к этой девушке, но пока не ощущает взаимности.
На Серебровскую Женю посматривал не только Саша или другие парни из её класса, на неё обращали внимание все старшеклассники школы. Женя была красива той естественной природной красотой, которая, в последнее время, встречалась очень редко. Она была среднего роста, стройная с каштановыми, вьющимися волосами, слегка спадающими на плечи. Большие голубые глаза окаймлялись пышными ресницами. Сочные губы безо всякой помады были настолько яркими, что казалось, они заполнены вишнёвым соком. Взгляд у неё был спокойный, располагающий, но в глазах проскальзывала  грусть. Лишь, когда она начинала улыбаться, лицо её преображалось, улыбка придавала ему неповторимое очарованье и какое – то магическое притяжение.
Знакомясь с классом, Виталий Николаевич старался выяснить, как можно больше о самих учениках и о семьях, в которых они живут. С этой целью, он старался переговорить с родителями после собраний. Мама Жени на таких встречах присутствовала только один раз. Это была симпатичная женщина, примерно, сорока лет, но с уже седеющими волосами. Такие же голубые, как у дочери глаза, вокруг которых уже собрались морщинки, были заполнены печалью. Она сказала, что воспитывает двух дочерей одна, что у Жени есть младшая сестра, которая учится в шестом классе. Её муж был военным, и погиб шесть лет назад во время несчастного случая на учениях. Эта трагедия очень серьёзно повлияла на её здоровье, и она до сих пор не может восстановиться. Работать практически не в состоянии, очень часто и подолгу болеет, живут, в основном, на пенсию, которую она получает за погибшего мужа. Все  хозяйственные дела выполняют девочки, раньше эти обязанности лежали на плечах одной Жени. Уходя, она задумчиво, сказала:
- Женя для меня – всё! Это наша опора и наша надежда!
Женя старалась оправдать ожидание матери, отличалась особым трудолюбием и демонстрировала хорошие способности в учёбе, о таких детях обычно говорят, что «они схватывают всё на лету». Она собиралась поступать в медицинский ВУЗ, поэтому больше уделяла внимания таким предметам, как химия и биология. Здесь у неё неизменно было «отлично», и она постоянно принимала участие в биологических олимпиадах, как школьных, так и районных. По своему характеру она была внимательным, отзывчивым человеком, несмотря на большую загруженность в школе, а также семейно – бытовые проблемы, которые отнимали значительную часть времени, она не отказывалась от общественной работы и в течение нескольких лет была вожатой в начальных классах.
С начала нового учебного года к ним в 10-й класс пришёл новый ученик - Саргаев Игорь. До этого он жил в Перми. Его отец был известным музыкантом. Сначала он просто приезжал на гастроли в наш город, но затем ему предоставили место в филармонии, и вся семья переехала на постоянное место жительства. В Перми Игорь учился в музыкальной школе по классу фортепиано. Переехав, он продолжил своё дальнейшее музыкальное образование.
        Игорь производил впечатление человека общительного, энергичного, с чувством юмора. В разговоре, особенно, с девчонками пытался продемонстрировать свою музыкальную эрудицию, рассказывая о современных музыкальных группах и модных направлениях. Как и положено, основная масса коллектива новичка приняла сдержанно, но с некоторыми парнями и девушками у него установились более доверительные отношения. Через какое – то время он пригласил их к себе домой послушать диски зарубежных групп. Поступило такое приглашение и Серебровской Жене, но она отказалась, сославшись на неотложные дела. Зато охотно приняли его предложение Теплякова Вика и Омелина Наташа, которая с Викой  была в приятельских отношениях. Вика, не дождавшись какой – то конкретной реакции от Саши Березняка, решила наладить контакт с настойчивым и решительным новичком. Игорь же, после отказа Жени поехать к нему слушать музыку, решил ей не надоедать своим вниманием, а вначале понаблюдать, с кем она общается, с кем дружит, узнать какие – то подробности её жизни, чтобы не нарваться на неприятности. Он стал присматриваться к Вике, которая у него начала вызывать симпатию. Когда весь класс её поздравлял, он подошёл к ней и сказал, что лично для неё сыграет «Лунную сонату».
В понедельник с утра начался дождь, Виталий Николаевич торопился, он опаздывал на работу, а проклятый зонтик куда – то задевался. Наконец – то он его нашёл и буквально вылетел на улицу. В кабинете биологии предусмотрено две двери: через боковую дверь заходил педагог, а затем изнутри открывал дверь, ведущую в рекреацию, через которую заходили ученики. Звонок прозвенел, когда Виталий Николаевич вошёл в вестибюль школы, он бегом поднялся на этаж, основная масса детей уже зашла в кабинеты, и было слышно, как его десятиклассники бубнят перед закрытой дверью. Через пару минут они были в классе и стали рассредоточиваться по своим местам. Вика была в обычной школьной форме, но в руках держала красивый складной зонтик, который, видимо, получила в подарок на своём вчерашнем юбилее. На её лице, не прослеживалось какого – то восторга и приподнятого настроения от прошедшего мероприятия, скорее всего, оно отражало определённую озабоченность и досаду.
Виталий Николаевич знал, что Вика приглашала на воскресенье несколько человек к себе домой. После поздравления Вики в четверг, свой класс до понедельника педагог не видел. В субботу, уходя домой, он уже на выходе случайно встретил Омелину Наташу, которая сдавала задолженность по физкультуре и, торопясь домой, буквально на ходу ему сказала:
- Спешу в магазин, надо купить Вике подарок, даже не представляю, что! Она пригласила нас на воскресенье, будут, в основном, все те, кто с ней учился, за исключением меня, Саргаева и Серебровской!
Виталий Николаевич хотел о чём - то ещё полюбопытствовать, но Наташа, прокричав, - до свидания, Виталий Николаевич! – помчалась в магазин за подарком.
Во время контрольных или проверочных работ, Виталий Николаевич имел такую особенность: он никогда не сидел за своей кафедрой просто наблюдателем, а медленно прохаживался между рядами или уходил в конец кабинета и, как бы с «тыла», внимательно контролировал работу учащихся. Вот и сейчас, предложив классу самостоятельную работу по пройденной теме, он прошёл в конец кабинета и обратил внимание, что земля в цветочных горшках была просто сухой – это говорило о том, что на прошлой неделе дежурные учащиеся цветы поливали плохо. Минут за пять до конца урока, собрав работы, Виталий Николаевич спросил, обращаясь к старосте:
- Оля, а кто у нас дежурит?
Галанова Ольга, встрепенувшись, посмотрела в свой блокнот и сказала:
- Горбунов и Березняк, но Горбунов Костя болеет!
- Саша, я попрошу тебя – займись цветами на перемене! – обратился классный руководитель к Березняку. -  Выходить после звонка будете через боковую дверь, я дверь со стороны рекреации пока перекрою, чтобы 10 – а тебе не мешал.
- Ребята, у нас на доске объявлений висит график дежурств, прошу вас – обращайте внимание! – назидательно, добавила Галанова Ольга, и в это время прозвенел звонок.
Виталий Николаевич зашёл в лаборантскую, чтобы подготовиться к следующему уроку.  Буквально через минуту в ней появился Березняк, бросив свой портфель на стоящий стул, он взял бутылки с водой и пошёл поливать цветы. Через неплотно прикрытую дверь в кабинет, классный руководитель слышал, что он с кем – то  разговаривал.
Школа жила по своему режиму, она подчинялась определённому, выработанному годами ритму, который ей задавал школьный звонок. Влетевший в лаборантскую Березняк, поставил пустые бутылки из под воды и, схватив портфель, помчался на следующий урок.Виталий Николаевич вышел встречать 10 - а класс.
          Урок  уже начался, когда боковая дверь в кабинет слегка приоткрылась и заглянувшая Теплякова Вика тихо сказала:
- Извините, Виталий Николаевич, я забыла зонтик, можно я его заберу?
- Хорошо, забери…- недовольно пробормотал Виталий Николаевич, он очень не любил, когда его отвлекали во время урока.
Вика прошла к своему столу, что – то спросила у сидящих там ребят, а затем, вернувшись к кафедре педагога, недоумённо сказала:
- А зонтика там нет! Вам никто не передавал?
- Вика, зачем бы я тебе позволил туда идти, если бы у меня был зонтик? – с таким же удивлением, проговорил Виталий Николаевич и, обращаясь к сидящим за её столом учащимся 10 – а, Дмитриеву  и Дубовскому, раздражённо произнёс:
- Ребята, а вы зонтик, что не видели, он висел на крючке?
- Когда мы вошли, здесь зонтика никакого не было! – пожимали плечами парни.
- Куда же он мог испариться? – озадаченно проговорил педагог.
- Виталий Николаевич, вы, что нам не верите? – юноши эмоционально схватили свои сумки, пытаясь их вытряхнуть и показать, что там нет никакого зонтика. По классу прошёл лёгкий ропот.
- Да успокойтесь вы! Вас же никто не обвиняет! – примирительно сказал Виталий Николаевич и, обращаясь к Вике, произнёс:
- Ты спроси, может, кто – то из нашего класса взял или просто, по – дурацки пошутил!
Сидящие ученики вдруг загалдели, стали высказываться, что взял кто – то из Викиного класса, а они зашли в кабинет одновременно и зонтика никакого не видели.Расстроенная Вика ушла, Виталий Николаевич продолжил урок, но в голове навязчиво бродила мысль, что может обозначиться серьёзная неприятность.

       Большие перемены давали возможность немного отдохнуть и перекусить в столовой не только детям, но и педагогам. Виталий Николаевич регулярно пил чай прямо у себя в лаборанткой, иногда к нему присоединялись некоторые педагоги из соседних кабинетов. Вода для чая уже закипела и в это время в дверь лаборантской постучали. Он подумал, что это кто – то из коллег и привычно крикнул:
- Я здесь – заходите!
Вошла Теплякова Вика, было видно, что её огорчению нет предела. Чуть ли не со слезами на глазах, она сказала:
- Виталий Николаевич, в классе сказали, что зонтик мой не брали, никто не пытался шутить. Куда он мог деться! Мне подарили его на день рождения!
Виталий Николаевич вышел в кабинет, Вика направилась за ним. Кабинет биологии имеет особое оформление, здесь всё посвящено природе и основным  представителям растительного и животного мира. На фронтальной стене слева и справа от двери находились шкафы, которые были наполнены природными экспонатами, внизу на специальных подставках и столах располагались многочисленные горшки с цветами. Здесь же в углу стоял стол, на котором лежали свёрнутые в рулоны пособия, наиболее часто используемые на уроке. В верхней части боковой стены располагались портреты выдающихся деятелей биологической науки, начиная от  Клавдия Галена и заканчивая  Чарльзом  Дарвином и Ильёй Мечниковым. Внизу висели стенды, отражающие жизнь и деятельность 10 – б класса, Рабочий листок «Юного биолога», доска объявлений с графиком дежурств и различного рода другой информацией.
Виталий Николаевич и Вика обследовали всё пространство кабинета, открыли даже шкафы, но зонтика не обнаружили.
Прощаясь с ученицей, он сказал:
- Вика, я понимаю твоё состояние, но ты не отчаивайся, в космос он улететь не мог – мы его найдём! Ребятам передай, чтобы после уроков все, как один пришли сюда!
В классе собрались все, кто в этот день присутствовал в школе. Ребята галдели, обсуждая произошедший случай.

       Виталий Николаевич стал внизу у кафедры. Заметив, что классный руководитель их ждёт, школьники стали замолкать и наконец, в классе воцарилась гробовая тишина.
- Произошёл отвратительный эпизод, бросающий тень на наш коллектив – у Вики пропал зонтик! Зонтик красивый, импортный… Какой марки зонтик? – Виталий Николаевич обратился к Тепляковой.
- Зонтик японский, «Три слона»! – тихо проговорила Вика.
- Вот видите, японский, модный, популярный! Но я не могу поверить, чтобы кто – то из вас, моих учеников, которыми я, без преувеличения горжусь и рад, что у нас сложился такой коллектив, мог соблазниться и стащить, пусть даже такую, привлекательную вещь!  Скорее всего, кто – то неумно пошутил, чтобы подпортить Вике настроение, но, если ситуация сейчас разрешится, я думаю, хозяйка зонтика, да и коллектив, сумеют этого шутника простить, пожурив, конечно!
Класс продолжал молчать. Виталий Николаевич взглядом проходил по рядам и вдруг обратил внимание на пустой стул.
- А где Серебровская, почему не пришла?
- Виталий Николаевич, а вы, что не знаете? – поднялась соседка и подруга Жени, Денисова Лена. К нам на английский пришла секретарь директора и сказала Жене, что её маму отправили в больницу. В школу позвонил врач скорой помощи. Женю отпустили и она уехала.
        Классный руководитель нахмурился, ему было жаль Женину маму и конечно, саму школьницу. В это время он заметил, что подняла руку Савостьянова Катя, которая была немногословной, но отличалась рассудительностью и щепетильностью.
- Виталий Николаевич, почему вы считаете, что это сделал кто – то из нашего коллектива, мы медленно выходили через боковую дверь у всех на виду. Может, кто заходил, надо у Сашки спросить – он же цветы поливал!
Все повернулись к Березняку Александру. Саша даже встал.
- Вы, что на меня думаете? – он вопросительно посмотрел на всех.  - Если бы я взял зонтик, то как бы я его положил в свой портфель, который был у меня в лаборантской! – чуть ли не прокричал Березняк.
- Ну, что ты Саша, не нервничай, тебя никто не подозревает, я видел, как ты поливал цветы и потом убежал на урок!  Просто ребята интересуются, может, кто посторонний заходил в кабинет, - попытался его успокоить педагог.
- Заглядывали девочки из 10 – а, но в кабинет они не заходили, вы бы и сами увидели, потому что у вас дверь в лаборантскую была приоткрыта!
- Я, честно говоря, за дверью не следил, я занимался своими делами! Вот, что я вам предлагаю: вы сейчас сосредоточьтесь и вспомните хорошо, как выходили из класса, кто что делал и где был. Выйдите и через минуту, потом зайдёте – поговорим. Я за вами понаблюдаю, на меня внимания не обращайте, выходите, как обычно! Самое главное, постарайтесь припомнить, кто за кем выходил!
Несколько минут ребята обсуждали, кто за кем выходил из кабинета, затем, успокоившись, приступили к «следственному эксперименту». Виталий Николаевич внимательно за ними наблюдал и в глаза бросился интересный момент: Вика выходила практически последней и к её столу вряд ли кто из одноклассников подходил. Если там оставался зонтик, который она забыла, то его могли взять только после того, как из кабинета все вышли.
        Когда все вернулись в кабинет, Виталий Николаевич спросил:
- Вы точно помните, что именно так выходили?
- Да, примерно, так! – школьники снова зашумели, припоминая подробности.
- Я, конечно, не следователь, но могу предположить, что зонтик исчез, после того, как вы покинули класс. Ты, Вика, фактически, выходила последней, и зонтик взяли потом, если он там оставался!
- А где же ему быть! – сорвавшись, выкрикнула Вика, - я его действительно забыла, вы, что думаете, что я придумала эту историю!
Ребята опять загалдели, выдвигая различные версии и основной вектор подозрения, перенесли на 10 – а класс.

         Виталий Николаевич, пытаясь их успокоить, сказал:
- Мы завтра, конечно, будем проводить работу с 10-а классом и, скорее всего, с участием администрации, но я хочу попросить вас, как можно меньше об этом говорить с посторонними.
- Это наше внутреннее дело, касается только нашего класса, не стоит лишний раз ничего обсуждать.  Может так произойти, что мы предполагаем одно, а всё будет выглядеть совсем иначе!
Обращаясь к Вике, он проговорил:
- Пока, вот такая ситуация, завтра продолжим, надо набраться терпения! Отправляйтесь по домам и поменьше разговоров! Березняк – ты дежурный, надо тебе ещё кого – то в помощь?
- Ну, что вы, Виталий Николаевич, я справлюсь сам! Костя тоже один убирал, когда я болел!
В присутствии классного руководителя 10 –а класса, на следующий день детально пытались прояснить ситуацию по поводу случившегося инцидента, но все ученики в один голос говорили, что зонтика не то, что не брали, они его даже не видели. Заявления их были вполне искренними, некоторые даже обиженно возмущались таким подозрением, поэтому оснований не верить им не было. Вместе с тем, факт оставался фактом – зонтик улетучился.
Виталий Николаевич сидел после уроков в своём кабинете и думал, как разрешить эту проблему. Он чувствовал, что всё это произошло не случайно, возможно, и кражи никакой не было, но куда сгинул этот зонтик и почему, он понять не мог. «А ведь кто – то же знает, куда он задевался, но молчит»! – думал Виталий Николаевич, глядя, как дежурные девочки расставляют стулья после уборки кабинета. «Сегодня, завтра это неизбежно станет известно администрации, вряд ли мы собственными силами сможем добраться до виновников, если кто – то не заговорит! Что делать? Привлекать милицию для расследования? Какую позицию ещё займут родители Вики? Их тоже можно понять!».
Дежурные, выполнив работу и попрощавшись, ушли, Виталий Николаевич тоже поднялся, он решил зайти к директору и посоветоваться по поводу чрезвычайного происшествия. В это время в проёме двери показалась голова женщины.
- К вам можно?
Виталий Николаевич кивнул, и в кабинет вошла мать Тепляковой Вики.Чувствовалось, что настроена она решительно и, поздоровавшись, сразу спросила:
- Что произошло, вы выяснили, кто это сделал?
Виталий Николаевич закрыл дверь в кабинет, пригласил даму сесть и спокойно проговорил:
- Раиса Сергеевна, а вам Вика разве ничего не рассказывала?
- Она сказала, что забыла зонтик в кабинете, вернулась за ним, а его нет. Классный руководитель, говорит, стал выяснять, но получилось так, что никто зонтик не брал, потому его там могло просто не быть, а всю историю эту она якобы придумала!
Виталий Николаевич с недоумением на неё посмотрел и сказал:
- Всё было не совсем так, а точнее, совсем не так! Или вы не поняли свою дочь, или она что – то не то сказала!
Он стал подробно рассказывать, как они пытались вчера добраться до истины и даже проводили эксперимент, который показал, что к столу Вики никто из учеников класса не подходил, что сегодня целый день разбирались с классом, который вошёл следом, но пока тоже нет результатов. Он сказал, что очень сожалеет о случившемся, но делается всё, что имеется в их педагогическом арсенале для выявления виновных.
Раиса Сергеевна немного успокоилась, но всё же в дальнейшем разговоре пыталась подчеркнуть, что надо принимать какие – то более решительные меры.
- Виталий Николаевич, я вообще считала, что Вике с классом повезло, да и она о ребятах отзывалась хорошо, но этот случай…
- Раиса Сергеевна, давайте не будем делать скоропалительных выводов!
- Ну, а как вы хотите, девочка переживает! Пропала такая вещь, тем более подарок на день рождения! Это не какая – то безделушка – это импортный, модный зонт! В конце – концов, он стоит приличных денег. Если так ничего нельзя выяснить, надо подключать милицию! Я хочу зайти к директору и ей лично об этом сказать! – поджав губы, с холодной принципиальностью проговорила Раиса Сергеевна.
Виталию Николаевичу это заявление не понравилось, он даже слегка поморщился, а голове неожиданно произошло какое – то озарение. Сегодня  ведь вторник, когда проводятся совещания и собрания коллектива, но директора срочно вызвали в отдел образования, он утром видел в учительской объявление, что намеченное совещание отменяется. «С нынешними делами, я совсем про это забыл», -  подумал он, и, обращаясь к Раисе Сергеевне, сказал:
- Светлана Романовна сегодня на совещании, а завтра у неё методический день, по средам её не бывает! Если мы до четверга ничего не выясним, я вместе с вами пойду к директору и будем принимать совместно какие – то решения.
С трудом, но, всё же учитывая сложившуюся ситуацию, Раиса Сергеевна согласилась, напомнив, что, если проблема не разрешится, то в четверг она будет обязательно.
В удручённом состоянии Виталий Николаевич отправился домой. Внизу, в вестибюле к нему подошла нянечка, которая следила за раздевалками и убирала первый этаж.
- Виталий Николаевич, вы уже уходите?
- А вы хотите, чтобы я здесь сидел до утра! – слегка улыбнувшись, ответил педагог.
- Вы помните, обещали нам цветы -  два в больших горшках  вот сюда к зеркалу на передний план и три в маленьких - к раздевалкам!
- Я вам всё приготовил, давайте завтра!
- Но мне завтра тогда надо приезжать с утра, после 10 будет какая – то комиссия! – умоляющими глазами посмотрела нянечка.
Виталию Николаевичу не хотелось возвращаться, не то было настроение.
- Дарья Тимофеевна, возьмите сами! Ключ от кабинета, от боковой двери в канцелярии на стенде. Спросите у секретаря. Цветы легко найти. Они стоят в конце кабинета на том столе, на котором лежат пособия. Внизу два больших цветка стоят на полу.
- Спасибо, мы заберём и перенесём! – заулыбалась нянечка.
Всю дорогу домой он думал о неприятном эпизоде с этим зонтиком и не мог поверить, что кто – то из учеников его действительно утащил. Вечером он решил рассказать обо всём вернувшейся с работы жене. Она не была связана с педагогической деятельностью, но с большим вниманием его выслушала, а затем неожиданно спросила:
- А девочка эта с зонтиком, что из себя представляет?  Как она себя ведёт, что она за человек?
- Вика, девушка слегка с завышенной самооценкой, эгоцентрична, старается в учёбе, хотя не всё у неё, получается, пытается привлечь к себе внимание, особенно юношей. Тем не менее, ребята к ней относятся нормально, хорошо её поздравили в классе, даже лучше, чем кого – либо, она нескольких человек приглашала к себе домой на торжество.
- Мне кажется, это сделал человек, который на неё обиделся, может, она хотела его пригласить и передумала! Возможно, и зонтик он не воровал, а просто куда – нибудь его выбросил или спрятал! Она, скорее всего, пришла и хвасталась своим зонтом, обиженный товарищ решил её наказать.   
- Ну, ты прямо психолог! – восторженно сказал жене Виталий Николаевич,- хотя вполне реалистичные аргументы в твоих высказываниях есть! Вика, может, иногда, в несколько высокомерном тоне что – то сказать, или просто резко ответить, у нас есть ранимые личности, и они могут обидеться!
Полночи он размышлял о своих воспитанниках, пытаясь понять, кто бы мог это сделать? Как он ни старался не думать об этом, но всё время натыкался на одну фамилию – Березняк! «Неужели Саша Березняк обиделся на Вику? Но за что? Особых контактов между ними вроде не замечалось? Скорее всего, могла Вика обидеться, потому что она пыталась на него произвести впечатление. А с другой стороны, только он оставался в классе, когда поливал цветы, мог увидеть зонтик и что – то с ним сделать! И потом, было ясно слышно, что он  с кем – то разговаривал. Надо у него обязательно об этом спросить».  Как бы ни было неприятно осознавать, что к этой досадной истории, по всей видимости, имеет отношение один из лучших учеников класса, Виталий Николаевич уснул именно с этой мыслью.
Жена всегда уходит на работу раньше и Виталий Николаевич, проснувшись, от звонка будильника, обычно, переводил его на час позже для себя и снова засыпал. Но в этот раз не получилось, сна не было, и он притащился в школу, когда там только открыли входную дверь. Не включая свет, он сразу прошёл в лаборантскую, чтобы подготовиться к уроку. У него были классы, начиная с восьмого по десятый. Его коллега вела биологию с 5 по 7 классы  и одновременно преподавала географию, все необходимые пособия были в её кабинете, к нему заходила редко, если только требовались микроскопы или какие – то муляжи по зоологии. Виталий Николаевич просмотрел планирование, выбрал нужный наглядный материал по анатомии и пошел в кабинет. Он включил свет, выложил все необходимое на стол и буквально обомлел: на столе лежал японский зонтик, тот самый, который был в руках у Тепляковой Вики. Он сразу его узнал: нежно – фиолетовый оттенок купола, переливающаяся перламутровая ручка с блестящей кнопкой.  «Что за мистика? – подумал Виталий Николаевич,  -  как он здесь оказался, видимо, кто – то подбросил, но когда? Скорее всего, вчера, когда Дарья Тимофеевна брала цветы, возможно, она видела, кто это был! А может, нашла сама, где – то там за цветами? Надо с ней обязательно переговорить! Но она будет теперь только завтра!».
Он занёс зонтик в лаборантскую и положил в свою сумку. «Так  будет надёжней, а то, не дай Бог, опять пропадёт, Вике отдам только после того, как переговорю с Дарьей Тимофеевной. Думаю, к тому времени буду знать виновника! Сегодня, тем более, 10-х классов у меня нет».
Весь день этот удивительный факт не выходил у него из головы, он всё время об этом думал, в столовой к нему подошла, классный руководитель   10-а класса и поинтересовалась, есть ли какие новости. Это была уже пожилая женщина, учитель истории, она очень болезненно среагировала на эту ситуацию, но Виталий Николаевич попытался её успокоить, сказав, что завтра всё станет ясно, хотя в душе у него было сомнение, что может быть, это кто – то из её класса.
На следующий день, войдя в вестибюль школы, он тут же направился к раздевалкам, где стояла Дарья Тимофеевна. Увидев его, она сразу заулыбалась!
- Спасибо за цветочки! – сказала она, поздоровавшись, - видели, как мы их красиво расположили!
- Здорово получилось, вестибюль превратился в цветочный оазис! – Виталий Николаевич поддержал её настроение и тут же спросил:
- Дарья Тимофеевна, вы не видели, кто мне зонтик положил на стол?

        - Так я и положила, я подумала, что это ваш или кто – то из детей забыл!
- А вы его, откуда взяли?
- Я отодвигала большие горшки с цветами, неудачно повернулась и все ваши таблицы, свёрнутые, упали на пол. Я стала поднимать, обратно укладывать на стол, а зонтик и вывалился!
- А откуда он вывалился? – Виталия Николаевича, как будто подстёгивало какое – то юношеское любопытство.
- Я так сразу не поняла, но, по – моему, он был в рулоне, внутри спрятан. Я рулоны подняла, перевернула, чтобы положить на стол – он и выпал!
- Большое вам спасибо, Дарья Тимофеевна, за зонтик! Девочка одна потеряла, я думаю, кто – то нашёл и положил на таблицы, а вы не заметили и подумали, что он в рулоне.  Ещё раз, спасибо, если потребуются цветы – приходите, подберём что – нибудь приличное! – Виталий Николаевич решил закончить разговор, переводя его на другую, отвлечённую тему, а сам подумал: «Значит, зонт всё – таки спрятали!».
Он всё время думал, как поступить – отдать зонтик Вике сейчас или вручить при всех на последнем уроке. Пришёл к выводу, что это лучше сделать на глазах всего класса, но надо предварительно поговорить с Березняком.
Березняка он увидел в школьном буфете. Когда тот, взяв булочку и сок, направился к столу, Виталий Николаевич ему тихо сказал:
- Зайди ко мне после этого урока!
Разговор в кабинете сразу начался с вопроса:
- Саша, а с кем ты разговаривал, когда поливал цветы?
- Это была Женя Серебровская, у неё сломался замок на сумке.
- А Женя, она, что оставалась в классе?
- Нет, она вышла со всеми, но у неё раскрылся портфель, и она вернулась, чтобы как – то исправить замок. Я ей помог, подвинул скрепкой язычок, и портфель стал закрываться.
- Женя, она рядом стояла или ходила по кабинету? – Виталий Николаевич, заметил, что после этого вопроса Березняк сразу покраснел и опустил глаза. Сделав паузу, он медленно проговорил:
- Пока я ковырялся с замком, Женя сказала, что польёт цветы.
- Зонтик она спрятала или ты? – Виталий Николаевич спросил строго и пристально посмотрел на ученика. Березняк вздрогнул, но тут же собрался и резко ответил:
- Я ничего не видел и сам ничего не прятал! Какой ещё зонтик?..
- Вот этот! – Виталий Николаевич вытащил из сумки японский зонтик,- он лежал в пособиях среди цветов, внутри рулона, его нашла нянечка первого этажа, когда забирала цветы. Нашла совершенно случайно!  Он мог бы там лежать ещё долго, а невиновные люди были в подозрении и страдали!  Кто его туда засунул – ты или Серебровская?
Березняк молча смотрел на лежащий, на столе зонт, как будто что – то обдумывая.
- Послушай Саша, я склонен думать, что ты этого не делал и даже не видел, что это сделала Женя, но тогда кто? В классе ещё кто – то присутствовал?
- В классе, кроме нас, никого не было, я говорю правду, -  Саша поднял глаза и посмотрел на педагога.
- Но ведь зонт спрятали! Ты к этому не причастен, значит, не можешь не осознавать, что это дело рук Серебровской! Я только не могу понять, зачем ей это надо? Что послужило причиной? Может, с Викой поругалась? Тебе она что – то говорила?
- Ничего не говорила, я возился с портфелем, она взяла бутылки и сказала, что пошла, поливать, - тихо промолвил Саша.
- Ну, что же, когда у неё дома всё нормализуется и она появится в школе, мы попросим её объяснить перед классом, что произошло!
Березняк стоял перед педагогом, и по его лицу было видно, что этот необъяснимый пока эпизод, он переживает с большой болью. Наконец он попытался взять себя в руки и спокойно проговорил:
- Виталий Николаевич, если вы сегодня на последнем уроке будете эту  ситуацию разбирать и скажете, что это сделала Серебровская, то я поднимусь и скажу, что это сделал я, а не Женя, что вам просто не известны подробности! Я зонтик этот действительно в глаза не видел и, если это сделала Женя, то мне мотивы её не понятны. В то же время, если она пошла на такие действия, значит, что – то её подтолкнуло! Но пока Жени нет, и мы не знаем подробностей, я не хотел бы, чтобы её имя звучало перед классом в такой негативной форме.
- Ты – молодец! – вдруг сказал Виталий Николаевич, -  я ценю твоё понимание проблемы и отношение к Серебровской, если бы речь шла о ком – то другом, я бы сказал, что ты пытаешься облагородить банальный проступок. Но я тоже хорошо знаю Женю и никогда не поверю, что она это сделала из меркантильных соображений. Узнаем мы, когда она появится в школе. Ты, в свою очередь, наш сегодняшний разговор ни с кем не обсуждай, о Серебровской, о том, что она была в кабинете, вообще не говори. Я сегодня на уроке отдам зонтик Вике и объясню всем, как и где его обнаружила нянечка школы. С Женей у меня будет индивидуальный разговор, если его нужно  будет, придать огласке – мы это сделаем! Ещё раз тебя прошу – по этой теме ни с кем не дискутируй!
Лицо ученика немного просветлело, смущаясь, он пробормотал:
         - Я всё понял, Виталий Николаевич, я знал, что вы разберётесь и правильно всё осмыслите! Спасибо!
Внимание пришедших на урок биологии учеников 10- б класса, Виталий Николаевич решил на этот раз особо не акцентировать на неприятном эпизоде с зонтиком, а просто перевести всю эту ситуацию в разряд обычного недоразумения. Он подождал пока школьники войдут в класс, рассядутся по своим местам, успокоятся, а затем пошёл в лаборантскую и вернулся оттуда с зонтиком Тепляковой.
- Вика, нашёлся твой зонтик, как я и предполагал,  его не похитили, просто, он, видимо, упал на пол, кто – то его подобрал и положил на стол с пособиями. Там его и нашла Дарья Тимофеевна, дежурная нянечка с первого этажа. История поучительная, во всех отношениях – нам надо быть внимательнее и к своим вещам, и к своим товарищам, в первую очередь! Зонт свой можешь забрать!
         Вика, скорее всего, не ожидала такого поворота событий, поэтому  удивление и даже растерянность на лице, сменились радостью и восторгом только тогда, когда  она взяла в руки свой зонт. Она поблагодарила Дарью Тимофеевну и Виталия Николаевича, а он, в свою очередь, её попросил:
- Вика, ты, пожалуйста, открой зонтик, мало ли что…
Вика нажала на кнопку, по кабинету пронёсся звук лёгкого щелчка, а над ней раскрылся упругий нежно – фиолетовый купол. Ребята, с облегчением вздохнули, что всё закончилось, сравнительно, благополучно и приступили к работе на уроке.
Единственное, что беспокоило педагога так это то, что пока была непонятна причина исчезновения зонта, и он с нетерпением ждал, когда в школе появится Серебровская. Вечером он позвонил ей, но трубку взяла её сестра Лиза и сказала, Женя сейчас в больнице, что маме всё ещё плохо. Виталий Николаевич посочувствовал им, выразил, как мог слова поддержки и спросил, не нужна ли какая помощь и есть ли у них деньги. Девочка скромно ответила, что пока ничего не нужно, им помогают друзья отца, с работы матери и соседи.
В школе Серебровская Женя появилась только через неделю. Увидев её на уроке, Виталий Николаевич поинтересовался здоровьем матери, и Женя сказала, что состояние постепенно улучшается. Виталий Николаевич попросил Женю задержаться после урока, чтобы обсудить её участие в городских конкурсных работах по биологии. Серебровская молча кивнула, но было заметно, что она как – то сразу потускнела и нахмурилась.
Прозвенел звонок, все стали собираться и потянулись к выходу. Женя подошла к столу педагога.
- Я вас слушаю, Виталий Николаевич!
- Пойдём в лаборантскую, там поговорим, здесь дежурные нам будут мешать.
Они прошли в лаборантскую, там, в глубине кабинета стоял стол. Виталий Николаевич сел за стол и предложил Жене сесть на стоящий рядом стул. Разговор он начал с отвлечённых тем, с того, что это ответственный год учёбы, надо сконцентрироваться и, если она хочет поступить в медицинский институт, то надо особое внимание уделить биологии. Будут проводиться городские конкурсные работы, и неплохо было бы в них поучаствовать.
         К главному вопросу, который беспокоил педагога, никак не удавалось подойти, потому что в лаборантскую постоянно заходили дежурные: они, то брали бутылки с водой для полива цветов, то над раковиной снова заполняли их водой. Виталий Николаевич хотел, чтобы этот разговор был конфиденциальным, чтобы Серебровскую можно было расположить к искренности и узнать подробности произошедшего случая. Чувствовалось, что и сама Женя вошла с большим напряжением, она догадывалась, о чём может пойти речь, но по мере того, как их беседа, проходящая на совершенно другую тему, превращалась просто в обмен мнениями между учеником и педагогом, она успокоилась и в доброжелательной манере согласилась принять участие в конкурсе. В это время дежурные учащиеся, попрощавшись с педагогом, покинули кабинет, и Виталий Николаевич спокойно проговорил:
- Женя, а ты знаешь, зонтик Вики нашли?
Женя вздрогнула, помрачнела, её сверкающие глаза вдруг потускнели, она поняла, что разговора, о котором она предполагала, не избежать. Тем не менее, она как – то безразлично ответила:
- Я знаю, Лена мне звонила. Хорошо, что нашёлся – подарок всё же!
- Женя, это ты спрятала  зонтик? – Виталий Николаевич посмотрел на неё в упор. – Если это сделала ты, я хотел бы знать – зачем?
- Я – зонтик! – Женя задумчиво и безучастно смотрела куда – то в сторону, как будто вспоминая что – то мучительное и неприятное. Когда она повернула голову и посмотрела на педагога, он увидел, что глаза её были заполнены слезами.
- Да, я! Это сделала я!..- она почти выкрикнула и, вытащив из кармана аккуратно сложенный кружевной платочек, промокнула им глаза.
- Успокойся дорогая, не надо так переживать, я не собираюсь устраивать каких – то дознаний, осуждать тебя или оправдывать, я хочу для себя понять, что могло быть причиной такого поступка!
Виталий Николаевич налил ей в стакан из чайника кипяченой воды.
Она немного отхлебнула, чувствовалось, что школьница заново переживает ситуацию, которая вызвала у неё болезненные воспоминания.

         - Я это сделала, потому что мне хотелось, что ей хоть немного было больно, я знаю, как она трепетно относится к вещам эта эгоистичная, пресыщенная девица!
- Но почему, Женя, что она тебе сделала, она тебя даже пригласила на день рождения?
- Она меня очень обидела, унизила при всех, а потом сделала вид, что ничего не произошло, все захихикали… Сейчас, я понимаю, что поступила глупо, по – детски, а тогда меня захлестнули эмоции обиды, я увидела этот зонтик и захотелось какой – то мести!
- Что она тебе такого сказала, что ты так среагировала? – Виталий Николаевич, с искренним недоумением смотрел на свою ученицу.
- Мне неудобно об этом говорить, я не хочу об этом вспоминать, извините!.. Можете спросить у тех, кто там был. Некоторые из них охотно расскажут! А мне, я так думаю, в понедельник придётся просить прощения перед всем классом и, в том числе, перед Викой, которая виновата передо мной в десять раз больше.
         Женя замолчала, наступила пауза -  Виталий Николаевич размышлял. Он понимал, что школьница совершила неприятный проступок, и неизвестно чем бы это всё закончилось, но сделала она это не по злому умыслу, а от того, что хозяйка зонтика её серьезно оскорбила. Но, может, ли это служить оправданием? В любом случае, -  не может! С другой стороны это серьёзное смягчающее обстоятельство, и с этим нельзя не считаться. Но ведь зонтик уже найден и благополучно возвращён хозяйке, сама конфликтная ситуация  вроде бы разрешилась? Так нужно ли честную, порядочную девчонку, совершившую глупость под влиянием обиды и эмоционального порыва и признавшую факт своего участия, подвергать ещё какой – то публичной экзекуции?
- Женя, я тебя знаю, как девушку честную, ответственную, принципиальную, я понимаю твои мотивы, но не оправдываю твои действия, - медленно, стараясь чётко сформулировать мысли, проговорил Виталий Николаевич.  -  И поскольку инцидент с этим злосчастным зонтиком исчерпан и всё успокоилось, я не вижу смысла придавать огласке твоё участие. Зачем тебе лишние испытания, у тебя и так достаточно в жизни нервного напряжения. Для тебя пусть этот случай будет примером того, как не надо поступать, даже, если появляется соблазн сделать кому – то назло!
         После небольшой паузы, посмотрев на Женю, которая слушала его с повышенным вниманием, слегка даже приоткрыв рот, Виталий Николаевич продолжил:
         - От мерзких, отвратительных лиц, если они пытаются тебя оскорбить, старайся просто отвернуться!  Никогда не уподобляйся им и не отвечай также! Будь выше! Не станешь же ты падать на четвереньки и лаять в ответ, на залаявшую на тебя собаку! Об этом инциденте вспоминать нам больше нет смысла и знать о том, что произошло, на самом деле, будут только три человека!
Женя, глядя на классного руководителя, скорее выдохнула с волнением, чем сказала:
- А кто третий?.. Вика?
- Ну, что ты, Женя, не волнуйся! – как можно спокойней, сказал Виталий Николаевич. Третий  человек – это Березняк Саша!
- Он что знал? Он видел, что я взяла зонт? Это он вам сказал?
- Он мне этого не говорил! Он просто сказал, что ты была в кабинете и поливала цветы, пока он чинил твой портфель. Как зонтик попал в таблицы, мне нетрудно было догадаться, догадался об этом, как ты понимаешь, и Саша, но он тебе ничего не скажет. Мы просто об этом забудем!
Виталий Николаевич поднялся, давая понять Жене, что разговор закончен.
- Всё, Женя, ты свободна, езжай домой, у тебя, я знаю, много дел!
Женя продолжала сидеть, она была растрогана, она ждала неприятных для себя последствий, думала, что в словах классного руководителя будет упрёк, что подвела класс, заставила всех нервничать, что начался переполох, с подозрениями к каждому,  а он спокойно и корректно объяснил, в чём она была неправа, и даже дал хорошие советы. Она хотела сказать в ответ, какие – то слова благодарности, но не могла сразу сообразить, что произнести, чтобы звучало искренне, от души. Вдруг она резко поднялась со стула, приблизилась к классному руководителю и, как провинившийся ребёнок, неуклюже, слегка его обняла и тихо проговорила:
- Спасибо, что поняли меня! Вы поступили… вы поступили, как отец родной!.. – и, схватив портфель, Женя быстро вышла из лаборантской.
         Виталий Николаевич улыбнулся ей вслед, ему было жаль эту девочку, которая сама ещё так нуждалась во внимании, любви и заботе, но, в первую очередь, должна была заботиться о других. И он ещё раз убедил себя в том, что в отношении неё принял правильное решение. Его поразило её сравнение, которое она, переполненная чувствами благодарности, выразила на прощание.  В это она вкладывала, видимо, очень глубокий  для неё смысл.
Истинную причину, заставившую Серебровскую пойти на такой проступок, он узнал совершенно случайно, спустя почти два месяца, уже в конце первого полугодия. Конечно, у него появлялся соблазн  после разговора с ней, до конца прояснить ситуацию, но для этого нужно было беседовать с кем – то из ребят, присутствовавших у Вики на вечеринке, а это могло у них вызвать закономерный вопрос – зачем вам это нужно? К тому же ему самому было неприятно копаться в этой истории, потому что, раз Женя не решилась об этом сказать, значит, это задевало лично её. То, что он узнал потом, с одной стороны, его удивило несерьёзностью, с другой стороны, поразило мелкой подлостью, желанием унизить человека и чудовищным эгоизмом.
Виталий Николаевич проверял контрольные работы по биологии своего класса, сидя в лаборантской. Он был недоволен:  первое полугодие показало, что школьники заметно снизили успеваемость и не только по его предмету. В лаборантскую вошла Денисова Лена, она дежурила одна, потому что Серебровская Женя болела.
- Цветы не сильно заливала? – спросил Виталий Николаевич.
- Нет, я слегка освежила, там и так сыро! – ответила Лена.
- В кабинете чисто, убирать не надо – можешь отправляться домой!
- Виталий Николаевич, а вы мою работу уже проверили?
Педагог отрицательно покачал головой.
- А можно, я у вас немного посижу, подожду, пока проверите! Потом, на улице дождь льёт, как из ведра.
Виталий Николаевич поднял голову и посмотрел в окно. Действительно, после морозов, в середине декабря началась оттепель и в стекло колотил сильный дождь.

         - Посиди, посиди! – сказал Виталий Николаевич и начал проверять следующую работу.
- Не могу понять, что с вами происходит? – устало проговорил Виталий Николаевич, откладывая проверенную работу, -  пишут такое – читать страшно! Вот, Тепляковой работа, что написала: «…автотрофы – это организмы, обеспечивающие себя питанием самостоятельно, гетеротрофы сделать этого не могут, о них заботиться человек». Как тебе! – Виталий Николаевич посмотрел на сидящую рядом Лену.
- С Викой всё понятно, у неё и по физике «двойка» намечается! Не надо было Серебровскую обижать! – возмущённо, сказала Лена.
- А Серебровская  Вике, что уже не помогает? – педагог сделал вид, что не в курсе их отношений.
- Да, что вы, Виталий Николаевич, Женя с ней даже не разговаривает! Вы же в прошлом году сами попросили, чтобы Женя помогла Вике по химии, по физике, и она  добросовестно это делала. У них какое – то началось общение более близкое, и Вика её даже причислила в группу избранных и пригласила на день рождения. А там произошёл конфликт - Вика её оскорбила.
- Это тебе Серебровская рассказала?
- Женя, она человек скрытный, даже мне о своих делах почти ничего не рассказывает. Она так, в общих словах обрисовала этот эпизод, а в подробностях мне всё рассказала Омелина.
- Ну и что же её так обидело? – Виталий Николаевич не в состоянии был подавить чувство любопытства.
- Я не могу, это касается моей подруги, - Лена замялась, опустив глаза, а затем продолжила, -  я вам расскажу, чтобы вы, как классный руководитель, имели представление, какие у нас есть в коллективе лица. Я, думаю, вы ни с кем не будете это обсуждать!
- Естественно, Лена, но я не настаиваю – можешь ничего не говорить!
Лена с минуту подумала, посмотрела в окно на улицу, где дождь не только не снизил свою активность, а наоборот только усилился и начала свой рассказ.
…Викой были приглашены те ученики, которых она знала давно, а также Серебровская и Омелина, с которыми у неё сформировались более тесные отношения. Не обошла вниманием и новичка класса Саргаева Игоря, к которому у неё появились симпатии. Все пришли вовремя, за исключением Серебровской, которая опаздывала. Её немного подождали и решили сесть за стол. Сначала присутствовали родители, отец открыл бутылку шампанского и всем разлил понемногу, сказав, при этом, что за совершеннолетие можно позволить. Пообщавшись с молодыми людьми, родители оставили их одних, и ушли по своим делам. Ребята сразу включили музыку, стали веселиться, танцевать, Вику пригласил Игорь. Через какое – то время пришла Женя, она извинилась, сказала, что ездила за подарком и задержалась. Она подарила Вике небольшую пластинку в красивой упаковке. Это была популярнейшая на то время группа «Boney М», которая перед олимпиадой гастролировала в СССР. Где взяла эту пластинку, она не сказала. Все её восторженно встретили и пригласили за стол. Выглядела она потрясающе эффектно. Одета Женя была в красивое кремовое платье, которое сидело на ней безупречно.
        Увидев Женю, Саргаев Игорь буквально стал прожигать её глазами. Он не ожидал, что она появится, когда уже все сели за стол, а её не оказалось, он решил, что она передумала, и стал уделять повышенное внимание Вике. Теплякова привлекала его, в первую очередь потому, что была среди ребят авторитетна и, общаясь с ней более близко, он решил, таким образом, закрепиться в классном коллективе. С появлением Жени, здесь, у Вики в голове  у него всё перевернулось. Она притягивала его, как человек, как личность и, в первую очередь, как красивая девушка, ему трудно было с собой бороться, он вдруг ощутил, что вот, недоступная красавица, прямо рядом и надо что – то предпринимать!
        Вика вышла из гостиной и через минуту вернулась с бутылкой шампанского, сказав, что это её резерв! Все дружно выпили и пошли снова танцевать, пожелав имениннице всего наилучшего. Женя танцевала неохотно, особенно быстрый танец, с ней произошла досадная неприятность: в трамвае она зацепилась за выступающий шуруп и сделала затяжку на колготках. Запасных колготок у неё не было, они представляли дефицит и роскошь для людей с небольшим достатком. Она вернулась домой и попыталась исправить положение, подтянув петли. Кое – как ей это удалось и она, чувствуя, что сильно опаздывает, всё же поехала к Вике. Всё вроде  было бы неплохо, но когда она пошла, танцевать, то заметила, что предательская строчка расползлась с внутренней стороны бедра к коленке, создавая впечатление разорванных колготок. В движении это было особенно заметно, и она старалась не танцевать, ей казалось, что окружающие на это обращают внимание, но просто ничего не говорят.
         Вообще – то, в обычной жизни, стрелки на колготках для женщин, конечно, проблема, особенно в условиях дефицита, но не настолько, чтобы так переживать. Женя привыкшая, хоть и не к роскошным нарядам, в одежде была всегда аккуратна и безукоризненна, поэтому любые мелочи у неё вызывали дискомфорт. Особенно здесь, в этом коллективе, в котором она не чувствовала свободной атмосферы и понимала, что Вика пригласила её только потому, что Женя помогла ей в конце года заработать «четвёрки» по значимым предметам. Она старалась меньше привлекать к себе внимание и больше сидела за столом, но здесь вокруг неё всё время кружил Саргаев, тем самым нагнетая атмосферу и вызывая у Вики раздражение. Женя это заметила и старалась от него дистанцироваться, чтобы не вызывать никаких недоразумений.
         Тем не менее, когда Вика, в очередной раз по каким – то делам вышла на кухню, а из проигрывателя «Вега» стала звучать лирическая мелодия, предполагающая медленный танец, Игорь тут же пригласил Женю, ей неудобно было отказываться, и она пошла с ним, танцевать. Игорь был высокого роста, он бережно взял Женю за руку и за плечи и слегка попытался приблизить к себе, но Женя напряглась, сохраняя дистанцию.
        - Женя, ты меня почему – то избегаешь? – тихо проговорил Игорь, наклонившись прямо к её уху.
        - С чего ты взял, я отношусь к тебе, как ко всем – ни хуже, ни лучше?
        - Но мы могли бы подружиться и вместе проводить время!
        - Но у меня пока нет таких планов и потом, Вика заскучает, и будет страдать! – Женя улыбнулась своей притягательной улыбкой, и этот момент бросился в глаза, вошедшей в комнату Вике.
Вика сразу обратила внимание, как среагировал Игорь на появление Жени и ей это не понравилось. Она не допускала, чтобы с ней так поступали, поэтому сразу предупредила Игоря. Он что – то стал говорить в оправдание, что хочет с Женей наладить контакт, чтобы она помогла ему с химией, которая у него не идёт. Вика насмешливо на него посмотрела, и Игорь понял, что она ему не поверила. Теплякова решила, что, если Женя сама будет проявлять к Игорю настойчивый интерес, то она с ней разберётся.
         Проходя мимо Жени, которая садилась за стол, она заметила на её правой ноге расползающуюся стрелку на колготках, с ехидной ухмылкой подумала: «Тоже мне, соперница, с разодранными  колготками!».
         Снова все пошли к столу, потом Вика показывала подарки, которые ей накануне подарили родители, родственники и друзья. Это были наряды, косметика, пластинки и всякие безделушки. Особенно запомнились красивые золотые серёжки и шикарный японский зонтик. Кто – то предложил поиграть в фанты и все охотно согласились. В коробку стали складывать различные вещи: часы, расчёски, заколки, Игорь положил красивую трехцветную, импортную ручку. Коробку закрыли салфеткой, Боря Фомин вызвался быть ведущим. Боря сел с коробкой в центе комнаты, все расположились вокруг. Он брал предмет, а сидящие по кругу парни и девушки, не видя, что у него в руке, по очереди говорили, что должен сделать этот фант.
Кому – то пришлось петь, кому – то кукарекать, кто – то должен был кого – то поцеловать! Всем было весело, все смеялись! Наконец, Боря снова спросил, что делает этот фант? Предлагать должна была Вика. Она краем глаза заметила, что Боря держал под салфеткой авторучку Игоря. Вика кокетливо сказала:
        - Я предлагаю хозяину фанта подарить его своему хорошему другу!
Боря вытащил фант, это действительно была ручка Игоря. После медленного танца с Женей, Игорь понял, что она находится от него на недосягаемом расстоянии и обольстить её пока невозможно. Он снова стал вертеться волчком вокруг Вики, она ему улыбалась, а у него из головы не выходила мысль о Жене и о страстном желании быть к ней ближе.
          Вика ничуть не сомневалась, что сейчас станет обладателем приятного приза, который она получит при всех и который сразу расставит всё на свои места. Уверенны были в этом и все ребята, кто – то улыбался, кто – то смотрел с завистью – все – таки вещь модная и дефицитная. Игорь взял ручку и направился к Тепляковой, и вдруг в голову пришла странная, провокационная мысль: «Проверим Вику, какая будет реакция, если я отдам ручку Серебровской!». Он сделал резкий разворот и подошел к Жене.
- Возьми – это тебе!
От неожиданности все застыли в недоумении, в комнате наступила тишина, Женя взяла авторучку и держала её в руке. И вдруг, словно звон разбитого стекла, прозвучала насмешливо – презрительная  фраза Вики:
- Зачем ей твоя ручка, лучше бы подарил ей колготки!
Все посмотрели на Вику, потом на Женю и эти взгляды её обжигали, ей казалось, что все смотрят именно на её ноги, на расползающуюся стрелку колготок. В этих взглядах одноклассников ощущалось не сочувствие и сопереживание, какое  - то равнодушие и пренебрежение.
- На день рождения, я обещаю  колготки, – с какой – то непонятной ухмылкой, в тон Вике вдруг выпалил Саргаев.
 Женя была просто ошарашена, ещё полчаса назад этот скользкий тип что – то шептал на ухо, предлагая дружбу. Она вскочила, бросив на стул ручку, выбежала в прихожую, за ней устремились Галанова Ольга и Севастьянова Катя. Фомин, обращаясь к Вике и Игорю, спросил:
  - Зачем вы это брякнули?
- Да ладно, шуток не понимает! - пытаясь как – то сгладить ситуацию, оправдывалась Вика. Мы пошутили!
Все вышли в прихожую, стали Женю успокаивать, переводя ситуацию в юмористический эпизод.
Женя молча одевалась, и было видно, что весь этот дурацкий юмор ещё сильнее её обижает, потому что он казался ей неестественным, натянутым.
Вика с Игорем присоединились ко всем.
        - Ладно, не обращай внимания, мы пошутили, может, не очень удачно!
Уходя, Женя всё же нашла силы ответить, в тот момент ей было очень больно, её подпирали слёзы, она едва сдерживалась:
- Нет, очень удачно! Так шутят дебилы! – резко сказала она и ушла…
Виталий Николаевич раз за разом прокручивал в голове информацию, полученную от Денисовой Лены о прошедшей вечеринке, и не понимал, что же ещё не сказала школа этим взрослеющим детям, чтобы  базовые нравственные принципы и качества, которые ставят людей на самую высокую ступень в животном мире, навсегда закрепились в человеческом сознании. Чтобы в любых жизненных ситуациях, тактичность, дружелюбие, вежливость и культура всегда доминировали в их действиях.

        Размышляя над этим сложным вопросом, он сам же давал ответ, считая, что такие высокие понятия закладываются при формировании ребёнка задолго до того, как он появляется в школе.  Если у родителей, и педагогов, в дальнейшем, нет разногласий по поводу воспитательного процесса, то эти моральные качества только усиливаются и сохраняются в дальнейшей жизни. Но иногда требования и правила школы не воспринимаются должным образом отдельными родителями, что приводит к недопониманию учащимися своих школьных обязанностей, а это, в свою очередь, накладывает определённый отпечаток на их поведение и отношение к своим товарищам, и к педагогам.   
         «Это было всегда и это будет, иначе среди плохих людей, мы бы не увидели хороших, наш классный коллектив - не является исключением! - подумал Виталий Николаевич, - после этой безобразной сцены, как сказала Лена, часть ребят сразу же ушли вслед за Женей, но ведь некоторые остались у Вики, продолжать праздник!». «Да, они, разумеется, и не могут быть все одинаковы, это было бы противоестественно, - продолжал анализировать педагог, -  главное, чтобы они осознавали неправомерность совершённого проступка, раскаивались и старались не допускать ничего подобного впредь. Осталось, где – то полгода и все эти люди начнут выбирать свою дорогу в жизни!  Какой она будет у них! И я, как педагог, классный руководитель, должен постараться и указать им правильный путь!».
…Прошло много лет. Виталий Николаевич давно уже жил в другом районе. По каким – то делам ему пришлось приехать туда, где он когда – то жил и работал. Он шёл через дворы по узкому тротуару, пролегающему вдоль детской площадки. Стоял тёплый летний день, на площадке было много мам со своими детьми. Навстречу ему шла молодая женщина с детской коляской, а за ней, на небольшом расстоянии, офицер в морской форме вёл за руку маленького мальчика. Виталий Николаевич посторонился, пропуская женщину, и уже в спину услышал:
- Виталий Николаевич – это вы?
Он повернулся, внимательно всматриваясь в лицо молодой мамы, в чёрных очках. Женщина сняла их, и он узнал её сразу – это была Серебровская Женя. Она ничуть не изменилась, стала гораздо женственней, с округлившимися формами и от этого ещё более привлекательна.
- Здравствуйте, я очень рада вас видеть! – обрадовано произнесла Женя. Я через неделю после выпускного вечера заходила в школу за характеристикой, а мне секретарь сказала, что вы уволились – я прямо даже расстроилась!
Виталий Николаевич от неожиданной встречи слегка растерялся.
- Женя, не ожидал!..  Я тоже очень рад вас видеть!
- А этого молодого человека, помните? – Женя указала на приблизившегося офицера, и Виталий Николаевич сразу узнал возмужавшего Березняка Александра. Он протянул руку, и они приветливо поздоровались.
- Я не сомневался, что вы будете вместе и счастлив, что моё предположение оправдалось! – восхищенно проговорил Виталий Николаевич. -  Как ваши дела, где вы служите? – педагог понимал, что они уже не его ученики и, естественно, обращался на «вы», хотя такие требования были и в школе. К ученикам старших классов педагог обязан был обращаться на «вы». Виталий Николаевич в официальном разговоре это иногда делал, но дети сами этого не любили и считали, что когда учитель обращается на «ты», то отношения доверительнее и ближе.
- Служим на Дальнем Востоке, вот приехали в отпуск к родителям! Я – подводник!
- Здорово! Водная граница на востоке в надёжных руках! – улыбаясь, заключил Виталий Николаевич.
- Женя, а как у вас дела с профессией? – полюбопытствовал педагог.
- У нас пока вот!.. – Женя показала рукой на очаровательного мальчугана, которому было не больше трёх лет и коляску, где посапывала грудная кроха, и продолжила, - здесь и медицина, и педагогика, всё сразу! Институт, я, конечно, закончила, даже не помню как! У меня интернатура, а тут пора рожать! Диплом у меня есть, но я работала всего год – потом опять декрет!
- Ради такого счастья, можно чем – то пока пожертвовать, всё наверстаете, главное, что есть документ, а его выдают за большой труд. Приятно, что наша работа была не зря!
- Я помню олимпиады по биологии, я и одна ездила, и с Леной Денисовой – здорово было, как будто всё это вчера!
- С одноклассниками встречаетесь, как у них сложилась жизнь?
- У меня как – то не получалось, - сдержано ответила Женя. Я была один раз, спустя три года после выпуска.  - У Саши, вообще, казарма, ему никак! Знаю, что Рыбалкин и Галанова расстались, Ольга уехала куда – то, Андрей пошёл работать в райком комсомола, поступил на вечернее отделение исторического факультета.
        -  Каменков учился в школе милиции, Севостьянова – на кондитера. Зато я точно знаю, где Фомин Борис! Из нашего класса образовалось только две семейные пары: я с Сашей и моя подруга Лена, и Фомин Борис!
        - Про эту пару я и подумать не мог! – воскликнул Виталий Николаевич, - они такие разные!
        - Разноимённые заряды притягиваются! – добавил Саша,- очень даже неплохая получилась семья!
        - Они – молодцы! – продолжила Женя, - живут в Москве, Боря работает фотокорреспондентом, в каком – то журнале, Лена в издательстве. У них две девочки, дети постарше, чем наши! Мы переписываемся и пару раз встречались, когда летели через Москву.
- Женя, а как сложилась судьба Тепляковой, вам, может, не очень интересно о ней вспоминать!
- Виталий Николаевич, у меня сейчас снова такое состояние, как будто  мы всё ещё ваши ученики, хочется что – то рассказать, когда обращаетесь ко мне на «вы», получается прямо официально - я теряюсь! Говорите мне «ты», я буду чувствовать себя свободней, как раньше, в школе…
- К ученице с двумя детьми, мне проблематично будет так обращаться, но попробую! – рассмеялся педагог.
- Что касается Тепляковой, то её жизнь меня мало волнует, она -  человек амбициозный, эгоистичный, пыталась эпатажем привлечь к себе внимание. Но поскольку была не очень умна, то чаще выглядела просто смешно! Из – за этого несостоявшегося музыкального гения, от которого я шарахалась, а он хотел мне всё навязать дружбу, она пыталась меня унизить, но, думаю, больше пострадала сама. Я, конечно, тогда эмоционально среагировала – реакция была  болезненная, что поделаешь, на то она и юность!..  Сейчас я вспоминаю об этом с улыбкой, наверное, потому, что хорошо помню, как вы сказали:
         «Нельзя становиться на четвереньки и лаять в ответ на залаявшую на тебя собаку»! Мы с Сашей часто вас вспоминали и благодарны вам, что в воспитании вы подходили не формально, а пытались нас понять!
  -А Вика… Я, честно говоря, о её судьбе не знаю, Лена сказала, что она никуда не поступила, что впрочем, не удивительно, окончила курсы делопроизводителя и работает секретарём в каком – то учреждении, её друг Саргаев, почему – то тоже не попал в консерваторию и просто играет в ресторане.
- Женя, а как мама, как её здоровье?
- Сейчас ей намного лучше, чем тогда! Мы достали  хорошее лекарство, она его пропила курсами и буквально сразу встала на ноги. Это постарался Сашин отец – мой свёкор! Как я ему благодарна, мама даже вышла на работу!  Она  живет с моей младшей сестрой,  Лиза окончила институт культуры, начала работать, но еще не замужем.
- Женя, вы сами дойдёте до площадки, мне надо идти? – спросил вдруг Саша у жены.
- Тут же рядом, мы доберёмся! Ему надо отметить предписание, что мы прибыли в отпуск – обратилась Женя к Виталию Николаевичу.
- Мне тоже пора! – заторопился педагог. Было очень приятно с вами повидаться, от всей души желаю вам счастья! А Саше желаю, чтобы его подлодка «…всегда из глубины возвращалась домой!»
Саша поблагодарил и крепко пожал Виталию Николаевичу руку.
- Встреча с вами, для нас большой сюрприз! Позвоню, сегодня в Москву Лене и Борису, обязательно об этом расскажу! – сверкая ослепительной улыбкой, сказала Женя. Затем продолжила:
- Виталий Николаевич, хочу, на прощанье узнать, почему вы так неожиданно уволились и как – то затерялись!
- Ой, Женечка, обстоятельства личного характера, в двух словах не расскажешь!
         Они радушно попрощались! Через несколько минут он повернулся и посмотрел вслед удаляющемуся милому семейству. И с радостным ощущением в душе, подумал: «Работа моя в этом классе была не зря!».        1990 г.