Неожиданная встреча в Израиле

  Это было недавно… это было в 2007году.
Однажды  греческие crew- менеджеры  морского агенства «Минерва» в Одессе, предложили мне (сказав, что мне первому выпала высокая честь) подменить их креатуру на пару-тройку месяцев. Работать предстояло на танкере корейской постройки «Hyundai heavy Industries», дедвейтом 105тыс. тонн. Мне уже приходилось трудиться в должности Pumpmana на аналогичном (очевидно след в интернете остался), потому-то меня быстро вычислили.  Это было кстати, т.к. приобрел квартиру в новострое и всё заработанное в предыдущем контракте буквально ушло на обустройство жилья.
Когда уже всё «срослось» и даже «разсосалось», и были приобретены электронные билеты,  Костас, представитель Минервы, предупредил что старший механик слегка того, но офис об этом в курсе, так что- флаг в руки (барабан на шею)… Ну, как потом оказалось, он (ст.мех) представлял из себя что-то вроде криворукого фитера с амбициями механика- старшего…
После всевозможных перелётов и пересадок (очевидна же  логистика  билетов- дискаунт), наконец-то я прибыл в Триест. В аэропорту встретил меня какой-то кадр с плакатом моих инициалов написанном на какой-то замусоленной картонке в спешном порядке. Им оказался посыльный от агента, ни в зуб ногой по-английски. Язык общения вначале у нас сложился на пальцах, (как  в Китае) пока не вмешалась какая-то женщина;  рядом у стойки оформляя тоже утерю багажа, она обратилась к нам по- хорватски:
так я и думала, что мой багаж не успеют перекинуть в Милане. Я и сама едва успела...
 Так вдруг и я заговорил на знакомом моему встречающему языке: сперва, у него «отвалилась челюсть» и всё-таки, всё встало на свои места происхождения. Тут и выяснилось, что он вообще-то из Хорватии; из города Сплита, в котором я прожил однажды в составе экипажа три месяца  в шикарной гостинице, по причине того, что иностранцы, как правило, занимают гостиницы с наименьшим числом звёзд, по возрастающей цене…  Принимая новый танкер- «Капитан Нагонюк», в 1984 году на верфи  Бродоградилиште, за три месяца  удалось основательно попрактиковаться в общении. Самое часто употребляемое слово: это- «З ютра зрадим» (завтра сделаем), так они реагировали на выявленные недостатки. Кстати, язык оказался совсем не сложный, смесь украинских слов с наносными из стран приграничных- близлежащих. Шикарное было время! Представьте, комиссара доставили только на подъём флага: нам было очень трудно, но мы выстояли и не поддались на провокации и инсинуации супостата…
Затем, уже по прибытии в сам город, на морвокзале Триеста, со стороны можно было увидеть какой-то шпионский сюжет: к нам  подкатил  агент на мощной  “Yamahe”в кожаной амуниции (представитель морского агенства),  получив необходимые мои документы, он  убыл в эмиграционный отдел,   сказав лишь, что за мной в этом же  месте, в назначенное им время, прибудет другой агент, с уже оформленными моими документами  во всех необходимых инстанциях. Он и доставит меня на рейд на катере, где и предстоит мне приступить к исполнению контракта. Вокруг было много зевак, которых это, наверняка, должно было  позабавить, а некоторых даже могло насторожить …
Но, в назначенное время, и через более чем получаса, никто так и не появился. Я был несколько раздосадован: конечно, у меня были адреса агентирующие моё место прибытия и дальнейшего следования, и находился я прямо на пассажирском причале порта «Триест».
 Идея созрела  идти прямо в полицию. И только я начал движение в этом направлении, как вдруг,  меня окликнули по имени и фамилии. Извинившись за опоздание, очередной агент предложил мне прокатиться на катере. Я подумал, что это яхта со спиленной мачтой-  просто океанских  стандартов катер. Получив свои документы и полный расклад по времени , как-то сразу и отлегло. Заглянули в бар просто на перекус; предполагая суету вступления в должность  на судне, надо было подкрепиться.
Танкер был буквально в двух милях на якоре. Добрались на водомётных двигателях очень быстро. На борту меня уже заждались, что естественно, т.к. полную информацию о моём прибытии в Триест, конечно, имели пошагово. Да и мне предстояло засвидетельствовать своё реноме...
Процесс передачи дел занял от силы пол часа. Грузовая система танкера мне была знакома- а это самое главное. Да и сам танкер совсем ещё юный. Вот я и отпустил восвояси с этим же катером аутсайдера (покидающего борт). Вообще-то, так и было запланировано, но отмашку ждали от меня. Кстати, всё греческое начальство, которое производило впечатление великовозрастно- престарелых, устроило мне смотрины. Ведь до этого момента со стороны никого ещё не привлекали на эту должность, и я стал этаким- первооткрывателем. Рядовые: матросы и мотористы,  были представители Филиппин. С этими парнями мне уже приходилось сотрудничать на прошлом контракте.
Выгрузка была назначена через сутки.
На всё, про всё, было достаточно времени для “Familiarization”: ознакомления с представителями экипажа и рабочим «местом». Нет необходимости в подробном  повествовании хотя, возможно, не лишне было бы. Но это обычная рабочая практика, одним словом- однообразная  рутина.
 На протяжении двух месяцев я, впервые оказавшись в Греческом экипаже, увидел какие они, мягко говоря, высокого мнения о себе. Да и барыги, обкрадывающие своих же где только можно, без  капли стеснения, особенно на продуктах. Суточная норма довольствия на члена экипажа составляла 25$! Реально же, в лучшем случае тянула на 15$. В Штатах, к примеру, набрали пластмассовых дишманских овощей, салат из которых никто не ел, но каждый день, выбрасывая, готовили новый! Овощи ведь должны присутствовать в рационе здорового питания моряка…
Приём пищи происходил в двух раздельных столовых: для белых и для остальных, как-то так. Иногда я заходил на камбуз и выбирал что-то другое чем то, что предлагалось. Остальные же
(молодые греки) помалкивали в тряпочку, им ещё нужно было расти по карьерной лестнице… Повара- филиппинцы уважали меня за независимость характера, наверное. Кстати, греков это  очень нервировало.
  Но, однажды вечером, заглянув в общедоступный холодильник, я просто обомлел от подлости недоумков: полки были забиты спиртным разнообразного
уровня градуса. Дело происходило после очередного «пати», в субботу поздно вечером, за несколько дней до захода в Штаты. Что-то мне подсказывало, что именно в мою честь изобилие: меня пытались развести и спровоцировать… Позднее я узнал, что их креатура «бьёт копытом» и пытается снова вернуться на своё место. И, о чудо- у меня имелась Штатовская виза…Удобный случай.
Но, что-то пошло не так, и офис не давал прошлому «зелёный свет», предпочитая сэкономить на мне, очевидно. Ведь ко мне особых вопросов не возникало. Даже напротив, много чего, что я «вытворял на коленке», им казалось не доступным. Однако, я был ко всему готов, ведь мы так и договаривались.
Но совсем не понравилось, что меня пытались спровоцировать и подставить. Вот уж гречилы- малаки. По утру, только ленивые со мной не встретились, по всякому поводу. Возможно, под шумок, кто-то спёр таки пару бутылок… Правда, до освидетельствования на «алкотест» дело не дошло. Но, похоже, кое-кто  ждал, что «русский» ночью обязательно напьётся: ведь он же русский!, и на халяву… Правда, позднее они узнали, что у меня немецкая кровь и ведь фамилия соответствующая; и были этим разочарованы и даже очень унижены, как мне показалось. Но эта история имела ещё одну свою подоплёку.
Так, за семь дней до подхода в порт назначения (to USA) необходимо было запускать пароподогрев, и начинать подымать температуру груза, что и было предпринято. В этот раз мы перевозили флотский мазут из Эстонии. На море была уже глубокая…осень.
Запустили обогрев груза, и при этом участвовал даже сам старший механик,
что было очень кстати. Сразу же, после подачи пара на коелсы (змеевики на днище танков), образовался налёт конденсата на «зеркалах» радаров, которые имелись в каждом грузовом танке (ёмкости). По практике, это обычное состояние, нужно подождать и всё «рассосётся» само собой, когда температура в танках подымется и прогреются все металлические конструкции  конденсат исчезнет.  А пока что, все радары разом зависли, и ничего не отсвечивали. Старпом был первый раз на контракте в этой должности, и очень нервничал, даже спросил меня: не моих ли это рук? Мне было смешно и как-то даже жалко их. Вернувшись в CCR (cargo control rum), старпом перегрузил компьютер, но результат остался прежним. 
Тут и настал момент истины  для реальных, а не для тряпочных: сейчас всё наладим, успокоил я старпома, но для этого понадобится мягкая чистая ветошь. Глаза старпома расширились… Далее, гаечный или лучше разводной ключ. Да, ещё чтобы кто-то был рядом так как, открывая голову радара  где «зеркало-сканер», можно надышаться H2S из груза, а это очень чревато. Прихватив всё необходимое, мы с ассистентом занялись реанимацией.
Приспустили общее давление инертного газа, и… едва успели закрыть первый сделанный танк, как старпом передал по рации радостную весть: радар ожил!, и уже даёт показания… И так прошлись по всем остальным двенадцати, плюс два Slopa. После каждого радара, старпом радостно произносил: «и этот ожил»!
Но, когда мы вернулись в CCR (ПУГО- пост управления грузовыми операциями) выяснилось, что старший механик уже доложили в офис о «сбое грузового компьютера», и что в штатах прибудут специалисты!..Что тут сказать?

Теперь наконец-то эпилог!
Так вот, предстояло нам в сентябре перевезти сырую нефть (чем мы и занимались в основном) из Батуми на Ashkelon, Израиль.
 В Батуми, ближе к вечеру, мы успешно приконнектились к монобую, но только поздним вечером прибыла делегация, как обычно: агент, власти, таможня и сюрвейера с лойдмастером.
Когда я заговорил с ними по-русски (что естественно), они очень обрадовались (мы все были родом из СССР), и делая свою работу по предстоящей погрузке я услышал много грустных слов: как было всё классно!, и как они плохо отзывались про Мишигине- Сукашвили (любителя цветных…галстуков). Люди говорили искренне.
На пути в Израиль, получили Турецкие продукты с Босфоре. Вначале я не понял, почему Греки перестали пить  соки, и игнорировали жирные маслины? Ну, кто же им доктор: они же были долгое время под Османами… И, что теперь?
Теперь о главном: в Ашкелоне не сразу с первого раза встали на монобуй. В процессе швартовки случился инцидент: по  чьей-то причине, упавший «муринмен с муринбота» в воду, застопорил процесс швартовки. Парню повезло, он мог попасть под винт, но всё обошлось. Заминка помешала нам закончить швартовку . Начинались сумерки, и  постановку отложили; осуществили уже утром, с восходом солнца: и наконец-то приконнектились. После стандартных процедур, как замер груза, взятие проб, подтверждение качества- пошла выгрузка. Но перед этим произошло ещё нечто! Весь вечер, естественно, я разговаривал и общался со всеми по- русски. В прошлом- все они были наши соотечественники.  Среди них выделялся один, которого донимал нервный тик. И ему приходилось это действие как-то маскировать касанием ладони. Разговорились, и хотя я не спрашивал об этом, мне поведали сходу, что необходимо сделать до того как прибыть на ПМЖ в Израиль.  Только на следующий день я таки поинтересовался: что связано с «тиком».
Ответ меня шокировал: в 2005 году многих служивших ещё в СССР, или имеющих маломальский опыт владения калашниковым, призвали на переподготовку (срочную акцию во французский Марсель- навести порядок). Но,  форму на них надели российской армии, и ещё: говорить нужно было строго только по-русски!
Как Вам такое?! Просто- Ахренеть! Многих ранило. Были и 200тые.
Там и меня задело- рассказывал Володя. Пуля прошла чуть выше виска вскользь, повредив мягкие ткани и ударила по черепной коробке. Но удар был такой, что сознание вернулось только в госпитале.
Был в отрубе около часа. Когда пришёл в себя и увидел врачей вокруг себя в белом, подумал- что вот я и в раю, и мне помогут надеть Саван...Но это же  не Вальгалла…
Надо сказать, что в 2005 я летел осенью из Панамы через Париж (Шарль Де Голль), и в аэропорту патрулировал спецназ с овчаркой, потому что парни из Алжира возмутились, что имея на руках паспорт гражданина Франции, таковыми не являешься, и сожгли в отместку более 1000 авто, отжав весь Марсель.
Рассказ Володи из Калининграда, в деталях  запомнился наверно из-за своей не реальной подлости сильных мира сего. Представить подобное просто трудно. Но, поди ж ты: Голливуд это нисколько не заинтересовало.
 

Но, когда лет так через пять,в 2012году, уже совсем от другой греческой компании, на танкере «Great White», мы встали на линию: Индия (Sicka)- Израиль (Ashcelon), и  прибыли  с  грузом представьте снова в Ашкелон, к своему удивлению  я  сходу узнал этого парня, ведь «тик» Владимира никуда не делся. Разумеется, решил его разыграть, до того как напомнить о себе и материализоваться в его воспоминаниях. И так разыграл, что он и вправду поверил мне. Все парни, которые представляли швартовную команду- «муринмены», трудились на нескольких работах, т.к. вахта позволяла это, а жизнь заставляла. Владимир тоже был вторым механиком на буксирах, и трудился в швартовной команде. Наверное, была суровая необходимость и смысл.
С его слов: он вырос в Калининграде, в семье военных.  Эмигрировал в девяностые, похоже с родителями, в момент распада СССР, потерей рабочих мест и средств на сберегательной книжке…
Как только закончились все процедуры муринга (швартовка) и начался процесс подготовки к выгрузке, а взятые пробы груза транспортировали в береговую лабораторию, то появилось временное окно, примерно в два часа.
Я поприветсвовал тихим голосом: Шолом Володя! Эффект был ожидаемо ошеломляющим. Делал я это, как бы соблюдая конспирацию, и это сработало: оппонент как-то напрягся и стал внимательно рассматривать меня со всех сторон. Конечно, я рисковал, ведь Володя мог тупо сдать меня в Моссад или Натив (к Яше Кед_ми). Отойдя в сторонку от скопления людей, как бы приглашая к разговору Владимира, я встал у борта интригуя собеседника.
И он не заставил себя ждать. Как только
мы уединились,  я продолжил наш секретный спитч: как здоровье, спросил я, приложило тебя в Марселе не слабо.
Тут Владимир совсем проникся: откуда ты знаешь про Марсель? Я же тебя и вытягивал из под огня, тащил сначала волоком, даже порвал твой рукав. Но, вся твоя амуниция была в крови, так что извини если что.
Владимир уже не мог понять, что происходит, и откуда я взялся, и кто я вообще, и как оказался на борту танкера…
Долго тебя держали во Французском военном госпитале?
Этого я не знал, просто предположительно, что отряд бойцов имел при себе только санитаров.
Володя вдруг завис, и ещё более пристально начал всматриваться в меня,
периодически маскируя свой тик, который стал более регулярным. Я уже намерился раскрыться, но он вдруг отошёл к своим, и с потерянным лицом тупо молча стоял. Я не стал провоцировать дальнейшее развитие ситуации. Пару- тройку парней я вспомнил ещё с прошлого захода, и подойдя к их (израильской) команде напомнил 2007 год, греческий танкер
«Atalandi». Там была не стандартная ситуация, когда во время швартовки на мурин-боте кто-то свалился за борт…
Далее я сказал, что был на этом танкере в тот момент.  Потом разбирались по чьей же вине? Но, потому что солнце было уже на закате и наступали сумерки, всю работу по мурингу отставили, и только на следующий день мы смогли встать как положено. Парни всё подтвердили, ведь такие ситуации не забываются. Я продолжил, сказал что помню конкретно некоторых из них, и также помню Володю, который тогда помогал мне коннектить редюссор. Это был момент истины: на Владимира снизошло озарение, он вдруг понял, что мы таки встречались, но не на поле боя. В дальнейшем, я рассказал ему, что просто  могу что-то намертво запоминать, что не укладывается в голове…
Позднее мы, разумеется, уже знали друг друга не только по имени, но даже по отчеству.
На этом танкере я трудился четыре контракта, пока он был зафрактован на  перевозках светлых продуктов из нефти.
Владимир меня после розыгрыша просто зауважал, ведь сделал я это мастерски, учитывая тонкости психотипа человека.
Очевидно, длительная работа в море в разных экипажах иногда даёт дар быть психоаналитиком, и ещё разные плюшки всевозможных возможностей но, опять же, отнимая: время для благополучного устройства на берегу, бывших друзей, и преданных женщин…
Посвящается себе- любимому. Кому-то ещё?