По ту сторону света... Глава пятая

                Хуже Дантова ада...

               
     Благополучно перебравшись через границу с одним из доноров, Акай отправился в обговоренный ещё в капсуле город для встречи с Линь Сяо. Такие позывные выбрал его товарищ по команде для возможного общения. И хорошо, что их встреча состоится на стороне Линь Сяо. Акай при переходе границы  второй раз ощутил удар по волновой основе души. Здесь уже установили ловушки. Подумал, что его товарищ не выдержал бы такого напряжения и был захвачен.

    Со стороны всё выглядело обычно. На импровизированном уличном рынке, где в основном питаются малообеспеченные жители, у торговца китайской лапшой сошлись два ничем не выделявшиеся из толпы человека. Получив по миске еды, оба, задумчиво разглядывая окрестности, в то же время сноровисто расправлялись с помощью палочек с лапшой. Ни один, ни другой даже не посмотрели в сторону друг друга. Да и о чём им было говорить? Но в это время на незримом уровне проходило общение Акая и Линь Сяо. Говорили они на межгалактическом волновом уровне, свободно доступном обоим.

     Акай рассказал о своих наблюдениях в северной части континента, а Линь Сяо о том, что выяснил в ходе обследования его юго-восточной части. Сменив множество доноров, он убедился, что при всём разнообразии народностей, заселяющих эти места, и различии их менталитетов, прослеживается традиционность их наблюдения друг за другом. Это своего рода система контроля, уходящая корнями в глубь веков.  Она и регламентирует поведение каждого индивидуума. Но и в этом жёстко контролируемом обществе у многих доноров были отмечены тёмные клубки мутантов. У каждого индивидуума определена чёткая линия поведения, намечены цели, основанные на возвеличивании и процветании их государства, но и здесь есть много тех, кто достижению единой цели предпочитает личное обогащение и возвышение...

    Ничего нового из информации Линь Сяо Акай не почерпнул. Он уже понял, что оккупация землян тёмными сущностями проведена повсеместно. Но как долго оно ещё будет продолжаться и  каким будет конец их доминирования, было неясно.

    Линь Сяо рассказал о захвате  третьего члена их команды, взявшего себе псевдоним Исмет. Он отправился в бурлящие воинственностью земли Африки. И там был пойман при попытке спасти детей одного из местных племён, предназначенных для продажи  бандитам. Вернее, донор его был убит, а душа Исмета захвачена и отправлена в то место, которое все называют адом. С Линь Сяо удалось связаться и двум другим членам команды контролёров, проводившим инспекцию в  южном полушарии. Не было только никаких вестей от ещё двоих. Один должен находиться на западе большого континента в северном полушарии, другой -- на втором северном континенте...

    В принципе контролёрам всё уже было понятно. И Акай принял решение о возвращении всех членов команды в капсулу. Об этом он доложил в координационный центр и получил рекомендации к возвращению.
 
    В то же мгновение они оба покинули своих доноров и по направленному лучу вернулись в капсулу. Они не увидели, как к двум мирным и ничем не выделяющимся из толпы посетителям рынка подъехали на машинах несколько человек и, схватив их, натянули на головы какие-то шлемы. Затем так же молча затолкнули в багажники и тут же стремительно скрылись из виду...



    -- Как обстоят дела с поиском остальных пришельцев? -- Верховный магистр  утомлённо потёр ладонями глаза. Для него невозможность выкроить хотя бы час  необходимого отдыха для старческого тела в течение последних суток стала неимоверной пыткой. Все органы отказывались повиноваться, молили хотя бы о небольшой передышке. Но информация о том, что захвачен один из пришельцев и ещё двое находятся под контролем службы слежения, требовала его присутствия и решения ряда вопросов.

     Вскоре пришло известие, что двое, захваченные в Китае, оказались банальными жителями двух разных провинций, никогда друг друга не знавшими, оба с закреплёнными за ними тёмными сущностями, ещё совсем молодыми и неопытными, а потому сумевшими только подать сигнал о захвате, но совершенно не способными дать отпор пришельцам.

     -- Что с захваченным пришельцем? Удалось его заполучить живым? -- эти вопросы волновали не только Верховного магистра, но и его приближённых. Если не удастся разговорить этого единственного пока врага, не будут получены сведения о том, каково их количество вообще на планете, а главное, как их нейтрализовать до подхода Тёмной планеты, ведь за это время могут произойти кардинальные изменения во всей планетной системе. Пока что косвенным путём удалось выяснить, что связь с их координационным центром существует и работает на неизвестном пока здесь принципе мгновенной передачи сигнала. И нет уверенности, что эти пришельцы не имеют возможности также мгновенно перемещаться во времени и пространстве...

     Вошедший в кабинет младший послушник низко поклонился Верховному и опустив глаза в пол, протянул пакет с донесением. Верховный вполне прилично работал на компьютере, но донесения требовал в бумажном варианте, потому как считал, что только так сохранится для истории вся деятельность его, которую потом будут учить его потомки. Вон полные шкафы манускриптов о прошлом не только Геи, а и соседних планет. Там будет место и документам о нём. Не для всех конечно они будут доступны. Этой черни, которая что-то из себя воображает и требует справедливости, естественно, правды никогда никто не откроет: это рабы, которые должны служить господам, трудиться до полного износа организмов на хозяев, а если они станут ненужными, их просто уничтожат. Доверенные фармкомпании постоянно работают над вопросами перенаселения планеты. Был, правда, один период, когда чернь взбунтовалась, стала требовать равноправия. Это потомки тех, кто сумел удрать с разрушаемой пятой планеты. Смешались с местными аборигенами на севере и начали мутить население. Требовали какого-то равноправия. Сколько же они крови попили и нервов потрепали сверхтайному правительству, поставленному темнопланетчиками над жителями Геи.
 
     Что только не учиняли темнопланетчики над отступниками: и атомными бомбами их засыпали, и планету с устойчивой орбиты сдвинули, и целенаправленно на их территории сбросили сбитые два спутника Геи. Себе неудобства создали, но надеялись, что уничтожат это племя солнцепоклонников. Специально в противовес им новую религию создали... Нет, ничто не помогало, так  хотелось им свободы и равенства. И что характерно, сколько войн по их землям прокатилось, казалось бы, уничтожили всю ересь, так нет, опять ростки свободы и равенства показались.
     Какие свобода и равенство? Где эта чернь только берёт такие познания? Уже давно пора было смириться с тем, что коли рождён от раба, им и должен всю жизнь быть. А им всё равенство подавай. И эти их предатели, за подачки и обещания принять их в среду элитариев, продали свои народы. Глупцы, неужели и правда надеются когда-либо сравняться с высшей знатью? Знали бы, чем те поплатились в своё время за возможность стать равными тёмнопланетчикам... Но им это не грозит... Никто их в свои ряды не примет... Наследственность не та...

    Верховный магистр тяжело поднялся из кресла, нажал кнопку на столе. Два шкафа бесшумно отошли в стороны, открывая проход в святилище. Там на высоком постаменте сияло в полумраке огромное изваяние золотого тельца.

     Привычно подойдя к своему месту в центре, он склонился в поклоне перед изваянием и произнёс негромко заклинание. После этого в святилище вошли остальные члены ложи...

     Прислужники в одеяниях из золотой парчи внесли огромное блюдо, на котором лежал младенец, поставили на пюпитр перед Верховным, распахнули створки жертвенника с бушующим там огнём...

     Верховному вдруг вспомнилось, как он во время своего посвящения должен был заколоть золотым ножом своего первенца и бросить его во всёпожирающий огонь.
     Тогда не было этих, заменяющих сейчас живых детей киборгов. Главное тут, чтобы в них была хоть небольшая толика крови магистра. В жертвеннике есть анализаторы, которые оповестят смотрящих, что ритуал соблюдён.

     Привычно он занёс нож над тельцем младенца, вновь в груди полыхнул огонь, перед глазами возник его первенец, радостно тянущий к нему руки... Теперь он не смог бы, а тогда уж очень хотелось стать великим, повелевать миром, быть властелином всего сущего. А ради этого можно было пожертвовать и сыном,  тем более, что был он рождён законной супругой, назначенной ему по статусу из круга высшей знати и потому не любимой...

     Тогда он не задумываясь вдавил кинжал в сердце ребёнка, который даже не пискнул, только глаза вдруг потускнели и остановились. А он просто нажал на рычаг, и блюдо наклонилось в сторону бушующего огня, и тельце младенца соскользнуло в жертвенник.

     Сколько раз он проводил эти ритуалы, уже не счесть. И  сейчас привычно вдавил остриё кинжала в грудь киборга, но тот вдруг издал предсмертный крик... и затих. Рука привычным движением надавила на рычаг...

     Этот вскрик... Что он означает? Ведь это не просто так. Ещё когда на жертвенник приносили настоящих детей, их обычно поили опием, потом делали укол. А уж о киборгах и говорить не стоит... И всё же... Этот вскрик, что он значит? Неужели оповещение о закате его владычества?

     Верховный развернулся, его под локти поддержали двое прислужников...

     Сегодня золотой телец был как обычно молчалив. Очень редко в ответ на принесённую жертву он откликался какими-нибудь приказами, советами или рекомендациями. Видимо отправленное послание пока не дошло до хозяев Тёмной планеты или они сочли его малозначительным... Теперь ждать следующего сеанса через декаду.



     Когда один из палачей Шефа, без особого результата пытавшийся добиться от  на вид худощавого и совсем не спортивного парнишки сведений о том, где прячется его жена и куда он заныкал взятые у хозяина деньги, наконец устал, его сменил другой. Этот не стал прикладывать горячий утюг к животу или выламывать пальцы как делал предшественник, а сразу особым приёмом придавил шею.

    ...Виктор сквозь панику, охватившую его в момент удушающего приёма, услышал вдруг негромкий хруст позвонков и неожиданно почувствовал лёгкость во всём теле, а потом увидел, как пол подвала стал от него отдаляться. Как в руках палача обмякла человеческая фигура с зажатой под локтем головой. И понял, что это его тело. А его самого влечёт куда-то вверх яркий луч света, такой яркий, что невозможно глядеть, и такой зовущий, такой притягательный... Но мгновение спустя какая-то преграда не дала возможности ухватиться за луч, уйти вместе с ним в неведомое, но словно бы родное и безопасное ничто...

    Он ещё увидел, как палач брезгливо сбросил его тело, неловко толкнул его ногой и растерянно глянул на второго. Но тут рявкнула сирена, Виктор ощутил, что его спеленало что-то неподвластное его пониманию, а яркий и радостный луч стал таять и растворяться во тьме...

     Очнулся он в какой-то неопознаваемой сознанием атмосфере, где преобладала смесь огня и тьмы, клубов какой-то взвеси из пыли и жидкости, грохота, лязга и шипения, прерываемого глухим уханьем чего-то огромного и тяжёлого о какую-то поверхность, так, что та содрогалась...

     -- Где я? -- была его первая мысль. Он вдруг вспомнил, как отдалялся от своего такого привычного и родного тела, как оно безжизненно упало на пол подвала. А что было потом? Что случилось? Где он? По всем его прикидкам, он оказался на том свете. Он умер? Но он же мыслит, а значит, существует...

    -- О, ещё один приходит в себя, -- прошелестело в его сознании. Виктор даже не смог идентифицировать, что это было, но смысл понял, пока даже не сознавая как. Потом стал различать в этих кроваво-чёрно-синих всполохах и колышущейся взвеси чего-то киселеобразного какие-то клубки то ли вспышек света, то ли зигзагов микро молний, то ли это ему только казалось. Ведь он понимал, что все его человеческие чувства остались там, в том неподвижном теле на полу подвала. Те чувства исчезли там, за тем порогом яви. Но почему же он чувствует всё это здесь, он слышит, он видит, можно даже сказать, он осязает...

    -- Не забивай себе голову такими вопросами, малыш, -- опять прошелестело в сознании. Это не было голосом, это не было звуком в земном понимании Виктора, это было словно щекотание пёрышком по нежной детской кожице новорожденного -- приятным, но пока непонятным. -- Скоро ты освоишься здесь, и всё встанет на свои места. Пока привыкай к своему новому состоянию, жизни без тела.

    Клубок то ли вспышек, то ли всполохов света куда-то поплыл в сторону, и Виктор попытался устремиться за ним, но ничего не получилось, и он ощутил непередаваемую тоску и утрату чего-то  непонятного, но необходимого ему для существования.

     -- Всему своё время, малыш, -- прошелестело в его сознании.-- Учись пользоваться другими способами общения...

     Так началась его новая жизнь. Жизнь ли? Скорее, существование в неизведанном пространстве в отсутствии привычных чувств и ощущений.
 
     Он не видел и не слышал, не ощущал и не осязал, но как-то же контактировал с окружающим миром. И даже стал различать, когда к нему приближался тот первый, что с ним вошёл в контакт...

     -- Забудь о человеческих чувствах, -- шуршал рядом кто-то знакомый, пока невидимый и неосязаемый, -- у тебя намного больше способов общения, чем у человека, учись им...

     -- Но я же человек...

     -- Ты был человеком, пока набирался опыта в человеческом теле, а теперь ты дух, если хочешь, душа, то, что составляет основу жизни каждого живого индивидуума, его разум, его эго, его суть... Считай, как тебе удобнее...

     -- Но я здесь слеп и глух. Я не могу определиться в пространстве, я не вижу ничего...

     -- Тебе и не надо. Здесь другие физические условия и законы... Забудь о том, что умел, когда был человеком... И тогда к тебе придёт то, что ты знал и умел раньше, до того, как родился в человеческом теле...

     Виктор долго не мог понять, как это сделать. Он всё ещё ощущал себя тем, кем был на Земле, не мог представить, как можно видеть без глаз и слышать без ушей. Но его наставник был доброжелателен, однако неумолим... И настал момент, когда он почувствовал окружающее пространство и ощутил своё присутствие в нём. И услышал все звуки, пронизывающие его. Вернее, он и раньше всё это ощущал, но оно не проникало в его сознание сквозь скорлупу непонимания.

      Этот новый мир показался ему ужасным и мрачным. А существование удручающим и беспросветным...

     Его наставник был с ним рядом. Он неторопливо, но настойчиво обучал его жизни в новом мире. Однажды Виктор спросил его:

     -- А где мы находимся? Что это за место?

     Наставник  немного помолчал, потом произнёс:

-     - Это место зовётся Адом, малыш. Вскоре ты узнаешь, что это такое. Тебе надо выбрать какой-нибудь позывной, по которому мы смогли бы тебя отличать от других. Меня все зовут Эо. Как называть тебя?

    -- Зови меня Виктор...

     -- Это длинно. Что-нибудь покороче...

     -- Тогда Витя... Меня так звали там, на Земле...

     -- Скучаешь по ней... -- констатировал Эо. -- Немногие, попавшие сюда, вспоминают те места. Ты же понимаешь, что сюда попадают далеко не те, кто жил в сверхдостатке и позволял себе все те удовольствия, которые по большей части противны кодексу поведения, принятому детьми Абсолюта...

     -- А кто это -- Абсолют?

     -- Ты всё скоро поймёшь. Не торопись, привыкай к своему новому положению. Здесь потребуются сила и упорство, намного большие, чем на Земле...

     И Виктор старался учиться всему, что советовал наставник. Но его порой охватывала тоска по чему-то приятному, но давно утраченному...
Однажды он спросил:

     -- Эо, скажи,  здесь только мужчины? А женщины где?

      -- Странно, что ты задал этот вопрос. У души нет понятия полового различия. Здесь все равны, все одинаковые. Вот я, к примеру, на Земле была женщиной, жила в центре африканского континента, была матерью восьми детей... Пятеро умерли маленькими... Не знаю, что с ними стало. Трое были живы, когда меня застрелили ворвавшиеся в деревню боевики. Потом попала сюда, и меня приставили к вновь прибывающим душам... А почему тебя это волнует...

     -- У меня была там жена. Совсем девочка. За ней охотились бандиты. Мне было бы спокойнее, если бы знал, что  она жива, что над ней не издевались, не убили... Скажи, Эо, все погибшие поступают сюда?

     Сгусток материи напротив заклубился вспышками молний:

     -- Те, кого эти тёмные предназначили в Ад, поступают сюда. Знаешь, сколько их за один оборот Ада прилетает? Знающие души сообщают, что как раз те, кто убивает живых, крадёт их жизни, после смерти попадают в другое место, совсем не такое, как здесь. Но... молчи, везде есть те, кто передаст запрещённые разговоры. Ты здесь до тех пор, пока не адаптируешься к местным условиям, а потом...
 
     -- Но, чёрт возьми...

     -- Вот-вот, очень скоро ты познакомишься с ними... Я обещаю разузнать, не появлялась ли здесь душа твоей жены. Не говори ничего. Я  вижу в твоём сознании всё, что мне требуется...



     В капсулу вернулись шестеро, не было только Исмета. Сведения у всех были однородны. Планета захвачена, население превращено в рабов. Хотя в большинстве своём оно не понимает этого. Если где и вспыхивают восстания, то совсем не потому, что люди хотят свободы. Просто идёт передел владений между кланами, которые подчиняются тайному руководству,  поставленному чернопланетчиками. С тех пор, как Землю и её обитателей создали посланцы Абсолюта, человечество в значительной степени деградировало. Те природные условия, позволявшие населению развиваться в соответствии с законами Абсолюта, были уничтожены. Установки, дававшие людям в достатке энергии для благоустройства жилищ и получения питания были поломаны, а знания, как ими управлять, стёрты из памяти. Людей погрузили во мрак незнания. И это их состояние постоянно поддерживается. Если где появляется самородок, который пытается проникнуть в тайну этих знаний, то он объявляется или сумасшедшим или просто уничтожается...

     А тем временем из планет Солнечной системы выкачиваются остронеобходимые для развития и процветания цивилизаций редкие минералы и запасы элементов для строительства будущих миров...

     Для господства над людьми созданы мутанты, состоящие из душ с прилеплёнными к ним сущностями другого мира. Они и ведают порабощенными народами... Взамен на это они получают возможность грабить население, пользоваться плодами их труда...  и процветать, пресыщаясь вседозволенностью.

     Акай связался с координаторами Комитета контроля и проинформировал их о ситуации, выявленной в Солнечной системе. Там приняли информацию к сведению и рекомендовали безотлагательно покинуть пределы Системы. Судьбу этого участка Мироздания будет решать Абсолют.

     Однако Акай не согласился с таким поворотом событий. Он  не мог смириться с тем, что Исмет останется в этом опасном для него мире, и высказал просьбу разрешить ему отправиться в так называемый Ад, чтобы вызволить Исмета.
    Неправильно, что тот погибнет, если есть хоть малая вероятность его спасения.
     Его желание было передано Абсолюту. Спустя мгновение пришёл ответный вопрос: а сможет ли представитель Мироздания, рождённый на мирной планете, где никогда не возникали войны и сражения за обладание землёй, едой, другими сущностями, где не в привычке убивать себе подобного даже в случае крайней опасности, справиться с агрессией инородного разума, злобного и заточенного на разрушение?

     Акай на мгновение задумался. Заглянул вглубь себя, в самую сердцевину своей души:

     -- Никто другой из нас не сможет выдержать тех условий, что созданы в том Аду. Но и бросать там нашего члена команды не считаю возможным. Я рождён на сложной планете, вырос в таких условиях, которые многим сущностям не по силам, и я выдержу всё, чтобы спасти Исмета. Это моё решение и моё право...

     -- Это твоё право. И мы не станем удерживать тебя. Но будь осторожен. Враг хитёр и коварен, особенно там, где речь идёт о безграничной власти... Будем помогать там, где это возможно. Со своей стороны приступим к ликвидации Чёрной планеты и возможного прорыва пространства. Будь готов к этому... Ждём твоего возвращения в Абсолют.



     Самым простым было принять решение о спасении Исмета. Куда сложнее было его осуществить. Везде были установлены идентификаторы сущностей, мгновенно срабатывающие на захват души. А Акаю надо было пробраться в так называемый Ад под видом простого раба, возможно умершего от безнадёги жизни. Скорее всего, это может получиться в больнице для бедняков, где и помощь в лечении недостаточна, и специалистов не столь уж много, да и не стоят эти эдентификаторы повсеместно.
     Потому он выбрал донором старика, которого привезли плачущие родственники к обычной районной больнице. Тут проверять донора на наличие прикреплённого к нему инопланетчика было некому. Усталые и потому раздражённые медсёстры выпроводили родственников из приёмного покоя, потом пришёл не менее усталый врач, осмотрел старика и вздохнул:

     -- Стандартный случай, что родные хотят от нас? Мы ведь не боги. Организм изношен... Чем тут поможешь...

     Акай тоже провёл быструю инспекцию состояния своего донора. Убедился, что врач прав. Старческое сердце уже не справлялось с перекачкой крови в умирающем организме... Но родственники,  которым этот старик дорог, не могут понять, что его душа уже молит об отдыхе, просит отпустить старческое тело, уже выработавшее свой ресурс, а саму душу освободить от каторжной рутины старческого бессилия. Она ждёт перемен и прощается с тем, в чьём теле провела многие годы своего развития и становления. Акай убедился, что в старике не было нигде прикреплено мутантов и приготовился вместе с его душой покинуть этот бренный мир. Он был уверен, что душа старика будет отправлена в то место, которое ему и нужно. Судя по родственникам, все они из низов социальной лестницы и вряд ли старик удостоится чести попасть в золочёную клетку Рая.

     Так и случилось. Родственники с горечью приняли известие врача о состоянии больного, поняли, что как бы ни были  горячи их мольбы и просьбы и велики пожертвования врачу, дела уже не поправить. У всех есть свой земной срок. И у дорогого им человека он наступил. Единственное, что они могут сделать для старика, это отпустить его в мир иной и смириться с утратой.  Это поможет душе спокойно расстаться с земной жизнью.

     ...И вот уже душа старика поднимается над бездыханным телом и летит вслед за ярким лучом, рядом оказывается ещё одна душа из соседней палаты, меж ними пристраивается Акай. Всех их захватывает ловушка душ...



     Операция по внедрению в Ад прошла просто блестяще. В больнице души были захвачены в контейнер и по направленному лучу отправлены за пределы Земли. Даже Акаю, прошедшему спецобучение по переброске объектов в пределах Мироздания, сложно было определиться с направлением, тем более, что души были введены в состояние заторможенности. И всё же он смог идентифицировать место своего прибытия как вторую от светила планету, которую в местах его первой дислокации на Земле называют Венерой. А уже оказавшись на поверхности и проведя минимальный анализ атмосферы, он был в своих выводах твёрдо убеждён.

     Как и спутников, его в клетке из силовых лучей подвесили к какой-то решётке, на которой висели миллионы таких же клеток.

     -- Вот и чистилище, -- усмехнулся сам себе. И тут же получил в ответ предостережение:

     -- Не очень тут болтай, дружок. Ты, я погляжу, у нас супермен...

     -- Кто ты? -- встрепенулся Акай. -- Не ожидал, что кто-то может читать мои мысли...

      -- Вот и держи их на замке. Ты в Аду, дружок. А тут всё возможно. И вообще ты говорлив не в меру. Обычно  прибывшие души адаптируются довольно долго, вспоминают земную жизнь, плачут о покинутых, каются в своих грехах... Впрочем, какие там грехи... так, мелочёвка... не стоящая внимания. И тебе советую об этом подумать... Везде есть соглядатаи... Будет время, прилечу пообщаться... Кого-то ты мне напоминаешь, дружок...

     Предупреждение было своевременным. Не следовало Акаю расслабляться. Ад -- это не увеселительное мероприятие. Может быть, тут и не будут искать чужаков, кто же в своём уме отправится в Ад или как там на Земле говорили -- в Преисподнюю, но... бережёного Бог бережёт, а... брыкливого чёрт стережёт...

     Первое время Акай старался подстраиваться под режим поведения своих соседей, вначале безразлично висевших в своих клетках, потом учившихся существованию в новых условиях, коммуникации с окружающим миром. Они, прожив свои жизни в реальном мире звезды класса Живина, утратили многие способы коммуникации, принятые в других частях Мироздания и теперь с трудом восполняли потери. Смотрители постоянно их теребили, заставляя вспоминать то, что было известно им ранее. Акай называл их воспитателями, а подвешенные в клетках души детсадовцами. Казавшееся это существование без движения ему в первый момент наказанием, оказалось вынужденной мерой. Души ещё не умели адаптироваться в новом для них состоянии и могли нанести себе урон, так что их опекали специально приставленные к ним учителя...

      Акай старался не выделяться из общей массы этих душ, но видимо недостаточно умело, потому что однажды к нему подлетел один из смотрителей из другого края этой нескончаемой решётки:

     -- А ты молодец, хорошо шифруешься. Продолжай и дальше таким же образом...

     Что-то знакомое было в этом смотрителе...

     -- Кто ты? Как тебя зовут?

     -- Говорлив не в меру. Будь средним... Я отзываюсь на имя Эо. Забираю тебя в свою группу, эту ты перерос, знаешь много того, что этим ещё недоступно. Скоро ты сможешь работать, осталось тебя только немного подучить...

    С этими словами Эо с помощью тонкого луча снял корзинку Акая и поплыл с ней вдоль длинной, уходящей за горизонт решётки с узниками, которые постигали новый мир.


     Эо давно смирился со своим состоянием. Первое время переживал о детях, оставшихся на Земле. Раз уж их души не попали сюда вслед за его душой, значит, остались живы и продолжают ту жизнь. О душах младших пытался узнать первое время, но ему объяснили, слишком рано умершие попадают в другое место и здесь их не отыскать... Потом смирился с утратами. Теперь помогал приспосабливаться к местным условиям тем, кто оказывался здесь...
 
     Одному молодому духу, всё первое время сокрушавшемуся о судьбе жены, пообещал узнать хоть что-то. Как-то, пролетая мимо вновь прибывших, захватил обрывок видения девушки, о которой вспоминал её подопечный. Вскоре понял, что этой картинкой вновьприбывший перекрывает другие свои мысли. Если бы не это видение, может быть, и не обратил бы внимание. А тут заинтересовался... Этот дух был силён и изменчив, не впускал к себе в сознание и подсознание, прикрываясь обычными бытовыми картинками, которые первое время присутствуют в сознании прибывших душ. Но за всем этим крылось что-то другое, тщательно скрываемое. Пока смотрители этого порядка обучающихся не заподозрили ничего, но вскоре может рядом оказаться кто-то более прозорливый... Лучше забрать этого духа к себе... С одной стороны, поближе к ВитЯ, который беспокоит его своим ощущением безысходности и готов в любой удобный момент самоуничтожиться. С другой стороны, этот новый будоражит своей таинственностью.  Не хочется его потерять...

    Январь 2020, г. Юхнов.