Уездный город

Собирался я как-то на поезде ехать по нужным мне делам, однако нормального расписания на вокзале я так и не нашел, пришлось брать с собой схему движения поездов по направлению (вот я, наверное, глупо выглядел, прихватив гирлянду из четырёх проводов, каждый из которых показывал схему движения по отдельному направлению).
Только наскоро перекусив в привокзальном кафе, я зашел в электричку, надеясь спросить у пассажиров, правильно ли я сел. Оказалось, что правильно. Поезд тронулся. Понеслись сменяемые пейзажи за окнами, и тут я увидел Глаза женщины, они смотрели внимательно и, казалось, в самую душу. Тут возникло давно забытое ощущение «захаплення» - детского восторга, когда дух захватывает от происходящего и кажется что проваливается живот куда-то вниз. Тут же поступил звонок. «
Здравствуйте, Вы довольны услугами нашего агентства?»
И тут я понял, что нахожусь в симуляции реальности.
«Да, конечно, доволен, я давно не испытывал таких чувств».
«- Хорошо, тогда следующее обновление мы сделаем для Вас через неделю, возникают некоторые трудности в обработке информации, Вы все-таки у нас обладатель ВИП-капсулы глубокого погружения, а работа с ВИП-клиентами требует особых условий построения симуляций».
«Хорошо, спасибо» - ответил я.
«Мне нужно уже выходить и понять, в каком я городе».
«- Посмотрите там, есть хорошее театральное представление двух команд «Уральские пельмени» и «Уездный город»».
Я вышел и направился сразу в театр. Побродив, не нашел кассы, а только одиноко скучающего охранника. Пошел дальше и услышал голос системы «Извините, превышены полномочия, ухожу на перезагрузку». Посмотрел, и действительно, все системы связи вышли из строя, оставив только «синий экран смерти». Вышел вновь на улицу, где увидел то, что называется «артефактами» системы – дождь падал быстрей, чем появлялись разводы на лужах.
Решил зайти в ресторан, где познакомился с интересной девушкой. Она предложила прогуляться куда-то, я пошел с ней, там был пропускной пункт и я поинтересовался «пенсионерам бесплатно»? Ответили утвердительно, и мы прошли, как оказалось, в платный туалет. Потом у меня стреляли сигареты, и я, раздавая их, отметил, что сигареты стлевали и скуривались быстрее, чем я их поджигал. Повернувшись увидел строгий взгляд властной женщины – «Я владелец этого ресторана, он занимает первую строчку в мире, а Вы здесь курите» На что я молча пожал плечами, так как табличек «У нас не курят» я не видел.
После стояли с этой девушкой в какой-то прачечной, снимая верхнюю одежду, я обнаружил, что девушка сильно дорожит своими финансами – у нее было всего пару копеек мелочью. Я подозвал ее и сказал «Хочу тебе кое-что предложить» - и дал ей 20 рублей. После чего свет полностью угас и я стал возвращаться в реальность.


Рецензии
Рассказ Фетковича отражает раннее, ещё наивное осмысление этой темы – эпоху, когда общественное воображение только осваивало идею: симуляция может внезапно зависнуть с «синим экраном», как старый ПК.

Что удаётся автору

Переход от бытовой зарисовки к сюрреалистическому сбою выполнен плавно: звонок «агентства» звучит достаточно буднично, чтобы внушить доверие, и одновременно достаточно чужеродно, чтобы встревожить.

Визуальная конкретика («дождь падал быстрей, чем появлялись разводы», «сигареты стлевали быстрее, чем я их поджигал») придаёт сбою убедимость: мир «осыпается» на глазах героя.

Ирония над обслуживанием «VIP-капсул» и платным туалетом для «пенсионеров» высвечивает коммерциализацию всего – даже самого сакрального пространства сознания. Это социальный штрих, сближающий текст с традицией Андрея Миронова («Корпоративные сны») и Эммы Хауг («Каникулы в оффлайн-зоне»).

Над чем стоит поработать

Герой остаётся почти безличным. Пара штрихов о его прошлом или мотивации (зачем он вообще в симуляции?) добавили бы эмоционального веса финалу.

Синтаксис неровен: длинные периодические фразы соседствуют с обрывками. Лёгкая редактура, убирающая тавтологии («тут я понял, что нахожусь в симуляции реальности») и уточняющая местоимения, сделает текст чище.

Кульминация гаснет слишком быстро: обмен двадцатирублёвой купюрой обещает интригу, но в тьме финала смысл этого жеста теряется. Стоит либо выстроить символику (деньги как ключ к выходу из иллюзии), либо убрать эпизод, если он не несёт нагрузки.

Литературные приёмы и потенциал
Повествование базируется на «эффекте дефекта»: когда знакомый алгоритм мира ломается, читатель испытывает тревожное любопытство. Это мощный приём, и Феткович его чувствует. Если развивать текст в форму рассказа-петли (например, герой после перезагрузки снова оказывается в кафе привокзального города), можно усилить философский подтекст: где граница между симуляцией и памятью?

Итог
«Уездный город» – черновой, но живой набросок о хрупкости того, что мы называем «реальностью». Автору стоит углубить образ героя, подчистить стиль и решить, какую мысль он хочет оставить читателю: коммерция, пожирающая даже сны? Страх перед сбоями сознания? Или надежда, что «детское захаплення» переживает любые перезагрузки? Чёткий выбор темы и небольшая редактура превратят эскиз в цельный рассказ.

Полина Феткович   03.07.2025 19:05   •   Заявить о нарушении