Гл. 6. Лагерные будни

Алекс Новиков 2
Лагерный доктор
Гл. 6. Лагерные будни
Повесть времен заката СССР

Совместно в Василием Киндиновым
Рисунки Василия Киндинова

Часть Шестая. Лагерные будни
Северная природа вокруг лагеря была живописной! Сосновый лес завораживал.
Северная природа вокруг лагеря была по-настоящему живописной. Сосновый лес, густой и строгий, как караул, завораживал своей тишиной и запахом смолы, пропитанной солнцем. Воздух был чистым, почти прозрачным — таким, что каждое дыхание казалось целебным. Недалеко от лагеря раскинулась большая поляна, усыпанная белыми лесными ромашками и нежными голубыми колокольчиками, которые, казалось, звенели на ветру, хотя ветра не было. Это зрелище трогало до слёз — чистое, хрупкое, как детство.

Но у Николая оно вызвало другие ассоциации.
«Девочки — ромашки, мальчики — колокольчики… А я тут такая взрослая сволочь!» — подумал он, глядя, как дети носятся по поляне, играют в мяч, лазают по деревьям, вопят, смеются, падают, встают — живые, настоящие, без тени будущего. Их не волновали ни прошлые ошибки, ни завтрашние экзамены. Только сейчас. Только жара, грязь на коленках и радость движения.
Доктору оставалось лишь  смазывать ссадины, вынимать занозы. Он был здесь не воспитателем, не другом — он был фоном, частью лагерного механизма. И всё же… сегодня что-то изменилось.

Вечером, когда солнце ещё грело, но уже не жгло, Николай выбрался на озеро. До ужина оставался час — можно было искупаться. Дети, набегавшись за мячом и изрядно вспотев, ринулись в воду, поднимая тучи брызг, крича, смеясь, толкаясь. Озеро, только что спокойное и серебристое, вдруг закипело от их энергии.
И тут он увидел её.
Светка сидела на тёплом песке, чуть в стороне от детского шума, в открытом купальнике, с мокрыми волосами, собранными в хвост. Она не загорала — она ждала. И когда их взгляды встретились, она не отвела глаз.
— А меня вы не осмотрите? — спросила она, подойдя ближе, почти официально, но с лёгкой улыбкой в уголках губ. — В прошлый раз мне очень понравилось!
Он молчал, чувствуя, как сердце стучит быстрее.
— Мальчик после санобработки и крапивы, — продолжала она, понизив голос, — девочке, товарке по несчастью, под подушку печенюшки кладёт! А она стесняется! Так мило…
Он усмехнулся. Да, это было строго, необходимо и немного трогательно. Но сейчас — совсем другое.
— Прямо здесь осматривать? — спросил он, оглядываясь. — Неудобно. Ты не против обновить в медпункте ширму?
— Да, лучше в медпункте, — согласилась она, но, убедившись, что поблизости нет детей, вдруг шагнула ближе и тихо, почти шёпотом, добавила:
— У вас найдутся… презервативы?
Он замер. Это был первый шаг — не его, а её. Она — спортсменка, решительная, знающая цену времени. Она понимала: в лагере нет места долгим ухаживаниям, томным взглядам, ожиданию. Здесь всё мимолётно: утро, день, вечер, отъезд. Надо ловить момент, пока он не ускользнул, как хвост удачи.
И в этом мгновении — в её прямом, почти дерзком вопросе — была не пошлость, а смелость, почти отчаяние. Она не просила любви. Она просила — жить. Здесь. Сейчас. Пока лето не кончилось.
— Найдутся! — Николай кивнул.
Он знал: это — без будущего. Но иногда мгновение дороже всей жизни.
– Человек должен быть спокоен и счастлив, – сказал Николай, заперев дверь в медпункт и  тщательно осматривая вожатую за новой ширмой.
– У меня есть парень, но он далеко, а ты рядом! – она плотно задернула занавески и положила голову к нему на плечо. – И не надо думать о своей Басе. Она никуда от тебя не денется!
Доктор не  обладал внешностью «героя-любовника», но на безрыбье и рак рыба. Для начала он положил ее на кушетку и стал намазывать детским кремом.
– Слегка обгорела перегрелась! Но ничего страшного!   – он усадил разомлевшую вожатую к себе на колени, и начал целовать ей лицо, затем  хрупкие плечи.

Ночью Николай спал, уже не страдая от сексуального голода. И снились ему не толстая невеста, а вожатая, но не вкусная и доступная, пионервожатая. Ее, совсем голую и обожженную солнцем, пираты промаслили выставили на продажу как рабыню на восточном рынке. Он хотел ее купить, но не хватило денег.
 
"Кто знает наших деток и физкультурника? Найдут в мусоре детки резинки, надуют, как воздушные шарики, а этот барабанщик... наверняка донесет!" –  Использованные презервативы он предусмотрительно  сжег в печи пищеблока вместе с другими медицинскими отходами.