Обыкновенное любопытство. Часть 5

      (научная фантастика, с романтическим уклоном)
      (любые совпадения с реальными событиями случайны)
      (картинка из интернета)

      Впервые Аркадий гостил на чужой планете. Нет, он конечно был в других мирах, и различных планетах, даже там, где всё было иначе, имеется ввиду в других измерениях, где без специального поддерживающего оборудования, находиться более пятнадцати минут, было чревато необратимыми последствиями. Но там он был исключительно в качестве курьера, взял «груз» или передал его и всё, свободен. Сейчас же он носил звание званого гостя.

      «Лада» припарковалась у входа в дом управителей «Эдемус 636» и по обыкновению стала невидимой. Здесь командование на себя взяла хозяйка. Айя, вышла первой и жестом пригласила Аркадия пройти в указанном направлении.
      Взору землянина явилось, если сказать мягко и в ласкательно-уменьшительном варианте, гигантское сооружение, уходящее вверх куда-то за облака. Материал, из которого был изготовлен дворец управителей Эдемуса, поражал своей необычностью, внешне он казался хрупким, как известняк, но при попытке незаметно отломить кусочек от стены, он оказался Аркадию прочным и твёрдым как сталь.
      - Скажите, Айя, а для чего такая высота сооружения? – спросил Аркадий. – Вроде бы места у Вас хватает, это я к тому, что необязательно расти вверх, если тут и в стороны есть куда строиться.
      - Аркадий, это самое высокое строение на планете. Правительством заняты только шесть этажей, по этажу на каждого из правителей. А остальное строение ведёт вверх на площадку, где расположен переговорный кабинет, для общение со слизняком. Да, он жил на специальной площадке, построенной специально для него на такой высоте. Зданию уже более трёхсот лет, но при его сканировании установлено, что процент его износа составляет менее 2%.
      - Да уж, знали бы для кого строите, может заряд какой встроили, в его гнезде.
      - Аркадий?! – Айя посмотрела на него с каким-то восторженным недоумением. - Мой предок являлся архитектором, который и построил этот дом-шпиль. Он первый, кто предложил установить заряд взрывчатки на жилой платформе слизня. Ему тогдашние пацифисты отказали.

      Айя проводила гостя на «свой» этаж, естественно он располагался на верхнем этаже. К удивлению Аркадия, они прошли мимо подъемных устройств и стали подниматься по лестнице.

      Они вошли в кабинет.
      Внутреннее убранство восхищало своей разумностью, каким-то естественным сверхпорядком. Вся немногочисленная мебель располагалась именно так, как будто иначе и быть не могло. Внимание гостя привлёк предмет напоминающий маятник, либо что-то подобное ему, он подошёл вплотную и стал с вниманием рассматривать механизм.
      - Айя, а для чего эта штуковина здесь? Похоже, для входа в трансовое состояние, я имею ввиду для самогипноза.
      - Да, ты почти прав – ответила правительница, - это модель шестнадцатимерного мышления. И что ты отметил необычного в его движении?
      - Необычного ничего, просто интересно стало, как этот куб выворачивается сам из себя, при этом я специально наблюдал, длина его сторон при движении сохраняется. Ладно, у тебя есть что-нибудь попить? А то так есть хочется, что и переночевать негде. – последнюю фразу Аркадий озвучивать не стал.
      - Да, сейчас нам принесут обед, там и попьёшь и поешь, - с каким-то восторженным пафосом произнесла Айя. – Ей вспомнился ужин, организованный для неё Аркадием. Необычные и восторженный вкусы жареной на гриле утки, и эти… как их… а, овощи запеченные там же, и какая-то медовуха, после которой она провалилась в сон. В её памяти сохранилось послевкусия каждого насыщенного необычным ароматом блюда. Но послевкусие от медовухи и шум в голове её беспокоило до обеда следующего дня.

      Раздался сигнал открывающейся двери, какая-то тумбочка шустро въехала в кабинет, и быстро расставив приборы на стол, удалилась. Столовые приборы ни чем не отличались от земных. Материал из которого они были созданы очень походил на древесину, но вот количество приборов превосходило все ожидания, слишком уж их много. Айя стала рассказывать о кулинарных шедеврах, которые были представлены на суд дорожайшего гостя. Когда она произносила свою речь, было заметно, как её распирало от гордости за свою планету. Она перечисляла: указав на ёмкость, типа нашей супницы, что это специально выращенная в честь его приезда мякоть аналогичная дикому вепрю, дальше какие-то злаки, она чуть приоткрыв крышку дала увидеть зёрна очень похожие на рис, правда раза в полтора крупнее нашего и так далее по списку. Аркадий уже не слушал Айю, он поймал себя на мысли, что просто любуется её осанкой, голосом и пластикой движения. Даже пришла мысль, что эта женщина – воплощенная вселенская гармония.
      Аркадий спросил, где он может помыть руки? В ответ Айя протянула ему рулон какой-то материи, очень тонкий материал, приятно пахнет, на вид не влажный, он оторвал кусок и вытер им руки. Он почувствовал чистоту своих кистей и мягкий аромат, как ему показалось, растительного происхождения.

      Тут в ухе Аркадия заработал скрытый динамик. Это «Лада» напомнила о себе, просто ей захотелось спросить, мол ты там часом не влюбился, мужчина, у тебя пульс зашкаливает, давление в пределах, но тоже повысилось и дыхание учащённое. Он мысленно успокоил свою «боевую подругу», ответив, - И не мечтай, свадьбы не будет!!! – на что «Лада» парировала: - Ой ли?!

      Трапезничали они около сорока минут. Аркадий по достоинству оценил вкусовые качества представленной пищи. Но вот мясо, выращенное как растение, он не мог принять психологически, да и чувствовался либо недосол, либо полное отсутствие пряностей. Рис, который Айя назвала «Чи», вполне подходил для утоления голода, но не мог похвалиться хоть каким-нибудь послевкусием.
      - Сюда бы горчички, да поядрёней, - вслух сказал Аркадий, на что Айя, с заинтересованным видом переспросила: - А что это за ядерная горчичка?
      Аркадий засмеялся, уточняя название продукта, где «ядрёная» означает степень остроты продукта. Он впервые, невольно представил себе образ горчицы, с её жгучим вкусом и бьющим в нос запахом. Аркадий заметил, что представленный им мыслеобраз ушёл к Айе. По брызнувшим из её глаз слёз, он понял, что она по достоинству оценила земной продукт, некоторое время Айя сидела боясь дышать и шевелиться, как будто горчица ещё раз «нападёт» на неё, но это вскоре прошло. Аркадий отметил, что лёгкий румянец очень идёт хозяйке.

      Обед подходил к финалу. Запив съеденное местным киселём, который, пришёлся весьма кстати, друзья стали думать, чем им заняться в ближайшее время.

      На следующий день Айя объявила, что получила одобрение от других соправителей Эдемуса, и ей разрешено провести экскурсию по планете, с возможностью передачи технологий, если такое желание возникнет у представителей земной цивилизации.

      Аркадий настоял, на том, что передвигаться они будут только на «Ладе» и получив добро от Айи, они двинулись в путешествие. «Лада» с каким-то благоговением молчала почти всю дорогу, иногда вставляя звуковые реплики в разговор мужчины и женщины, совершенно разных существ по происхождению, но таких близких по своему внутреннему содержанию. Везде где они пролетали, были заметны копошившиеся роботы, разбиравшие завалы, восстанавливающие инфраструктуру планеты и утилизирующие тела погибших.

      - Айя, а это что за пирамиды? – Аркадий указал рукой на насыпи в форме пирамид, стоявшие на плато.
      - Это горные выработки, их делают специально для утилизации продуктов жизнедеятельности, а пусть «Лада» дополнит, да я, если честно, не изучала этот вопрос. – Айя обратилась к «Ладе», на что та, с каким-то вдохновением начала свой экскурс и продолжила:
      - Да, действительно, в горном массиве делают вертикальные шахты, внутрь которых погружаются специально подготовленные брикеты, с размерами сторон примерно 1,5х1,5 метра. Брикеты прессованные и высушены настолько, что масса каждого куба составляет более 15 тонн. Состав брикета, это в основном отходы жизнедеятельности, проще говоря, экскременты жителей планеты, которые по канализационным каналам поступают в специальную очистительную фабрику, там всё фильтруются, сжимается и брикетируется. Вода отделяется от шлаков специальными испарителями и в чистейшем виде выводится в природу. Из фабрики, выходит облако пара и один довольно бурный ручей, здесь всё зависит от погодных условий.

      Аркадий попросил ознакомиться с технологиями очистительной фабрики, и протянул Айе карту памяти на 32 Гб, для переноса информации. Айя увидев этот раритет звонко засмеялась, чем смутила землянина, но карту взяла, сообщив, что попросит музейных работников скачать информацию на это чудо. Здесь вмешалась «Лада», спросив Аркадия о том, каким способом он представляет себе внедрение роботов в производство?
      - Для чего роботов? – спросил командор.
      - А как же, там аромат стоит такой, что по моим представлениям сантиметровую резину разъедает за минуту. – парировала «Лада».
      Айя только и смогла, что виновато улыбнуться, подтвердив слова «Лады», что в агрессивной среде могут работать только роботы, добавив – Да, друзья мои, это полностью изолированное производство, смрадно там очень, и как говорит наша энциклопедическая женщина «Лада», резина плавится от этих ароматов. А вот за пределами купола, нет ни единого намёка на фекальные войны.

      Закончив экскурсию, уставшие от переизбытка информации друзья разместились в особняке Айи. Спальня хозяйки примыкала к проходной комнате, в которой отдыхал Аркадий. Айя, проснулась от жажды, и тихонечко, на цыпочках, чтобы не быть услышанной, кралась в комнату приёма пищи, где стояло устройство подачи воды. В свете незаходящих небесных светил, за затемненными от света окнами и крышей, обстановка была видна довольно отчётливо, различались даже цвета. На возвышении, напоминающем диван, возлежал Аркадий, Лежал по хозяйски, руки и ноги были раскинуты в стороны, на голове поверх лица находилась подушка. Накрыт он был прозрачным пледом.
      Айя, остановилась, чтобы присмотреться к своему гостю, ощущение, что она запоминала его. Внушительный рост, почти метр девяносто, масса около 110 килограмм, не видно жировых отложений, в отличии от местных мужиков. Тут Айю, как будто ударило электричеством, она увидела у основания указательного пальца левой руки шрам. На кое-то мгновение она погрузилась в прошлое Аркадия, прониклась болью, которую тот испытал уже давно, в детстве. Удар топором, по руке, она прочувствовала всё это событие, как он начал терять сознание, скорее не от боли, а от испуга, всё произошло так внезапно. Но острый топор сделал свою работу. Будь удар сильнее на пару килограмм, палец мог быть отсеченным, а так металлическое полотно было остановлено вот этими хрупкими белоснежными косточками. Сначала слёзы, а потом и всхлипывание. Она взяла повреждённую кисть в свои руки, практически невесомым хватом и… тут голос
Аркадия привёл её в чувство:
      - Что случилось?
      - Тебе больно? – Айя спросила шёпотом, как будто боялась ещё кого-то разбудить.
      - Ах это… Нет, звездочка моя, я тогда сильно испугался, что влетит от бабушки. Она подбежала ко мне, отбросила топор, и увела меня в дом, обрабатывать рану. – с улыбкой ответил Аркадий. – А тебя это встревожило? Почему?
      - Ты мне нравишься, и я переживаю за тебя – Айя, говоря эти слова, смотрела в глаза, а видела Душу Аркадия, как бы ища его отклик.
У Аркадия в груди как будто вспыхнуло пламя, всё его существо горело желанием податься вперёд, но единственное что мог сделать в этот момент, это поднести её руки к своим губам и поцеловать их.
      - Айя, я не мастер разговоров, ты мне тоже очень нравишься. Скажу больше, я постоянно ищу контакта с тобой. Если не вижу тебя какое-то время, то начинаю скучать. - Аркадий потупил взор, они помолчали около минуты.
      Айя проснулась в своей кровати. Она лежала на боку, свернувшись клубочком, под прозрачным пледом, который был заботливо подоткнут под неё. Из комнаты приёма пищи разносились звуки передвигаемой посуды. До неё донёсся аромат приготовленного завтрака.
      - Вставайте девушка, Вас ждёт завтрак!
Айя приподняла голову, перед ней стоял Аркадий с подносом в руках.
      - Откуда продукты? – сонным голосом поинтересовалась хозяйка.
      - У нас с «Ладой» на борту всегда имеется стратегический запас, кстати, ты не будешь сердиться, но наша механическая леди лежит на дне бассейна, сообщив что ей после вчерашней очистительной фабрики нужно «отмокнуть». – Аркадий поставил поднос на столик и подошёл к окну, которое имело вид на бассейн.
Увидев картину он начал смеяться увиденному, из бассейна пузырясь, выходил воздух. Айя стоя за спиной Аркадия так же смеялась. И тут у обоих в ушах зазвучал голос «Лады»:
      - Друзья мои, как тут хорошо, а наблюдать за Вами, это отдельная радость для меня. У Вас даже смех звучит гармонично, Вы созданы друг для друга, как бы парадоксально это не звучало.

      Аркадий привёз на землю технологии «Эдемуса 636», но они естественно были засекречены до лучших времён. Айя и Аркадий образовали чудесную пару, Айя оставила свой руководящий пост и теперь только консультировала правительство, настоящая её работа заключалась в том, что бы быть мамой.

      г. Томск
      30.06.2022 г.


Рецензии
Пятая часть «Обыкновенного любопытства» закрывает цикл иначе, чем можно было ждать. После четырёх глав, где герой спасал, летел и рисковал, здесь он впервые просто гостит. Приключенческая инерция требует событий, а автор предлагает обед, экскурсию и разговор. Риск оправдан: именно в этой неспешности наконец проступает то, к чему цикл шёл всё время, — встреча. Не с врагом и не с чудом, а с тем, кто не человек по крови, но стал близким по внутреннему содержанию. Композиционно глава держится на трёх опорах: дом управителей, путешествие по планете и ночная сцена у постели.

Айя здесь раскрывается окончательно. Прежние главы дали её характер — собранность, иронию, достоинство; эта добавляет уязвимость. Сцена, где она замечает шрам на руке Аркадия и переживает чужую детскую боль как свою, — самая сильная в пятой части. Автор не объясняет, как это работает, и правильно: объяснение убило бы эффект. Хорошо и то, что признание происходит не в пафосный момент, а ночью, шёпотом, между "жаждой и кухней", — так и бывает. Аркадий в этой главе тоже меняется: командир уходит на второй план, остаётся мужчина, который не мастер разговоров, зато умеет приготовить завтрак и позаботиться о том, чтобы Айе было тепло. «Лада» наконец получает роль, которую заслужила с первой части: она не помощник, а комментатор и почти соучастник — «Ой ли?!» и реплика про гармоничный смех звучат уже как голос живого существа, а не бортового компьютера.

По языку глава неровная, но по-своему тёплая. Авторский голос звучит там, где он не пытается быть гладким: «сюда бы горчички, да поядрёней» — и следующая за этим немая сцена, где Айя получает мыслеобраз горчицы и замирает, боясь дышать; «есть хочется, что и переночевать негде»; «фекальные войны». Эти места держат интонацию. Есть и шероховатости: «естественный сверхпорядок» звучит как термин из отчёта, «дорожайшего гостя» написано с ошибкой, кое-где сбивается пунктуация и путаются времена. Монолог Айи о блюдах — насыщенный и важный, но подан одной длинной репликой; если разбить его короткими реакциями Аркадия, информация усвоится легче, а сцена не провиснет.

Что можно было бы усилить. Первое: сцена ночного разговора — эмоциональный центр главы, но она начинается почти сразу после экскурсии. Читателю не хватает паузы, чтобы переключиться с пирамид и фабрик на шрам и признание. Один абзац тишины — что-то вроде того, как Айя стоит у окна и слушает дыхание дома, — дал бы этой сцене воздух. Второе: тема с очистительной фабрикой занимает непропорционально много места в главе, где главное — люди. Технологии — сильная сторона цикла, но здесь они оттягивают внимание от того, ради чего глава написана. Если сократить этот эпизод вдвое, линия Аркадия и Айи только выиграет. И третье, самое осторожное: финальный абзац — «образовали чудесную пару», «настоящая её работа заключалась в том, чтобы быть мамой» — звучит как резюме, а не как сцена. После ночного разговора и утреннего подноса читатель уже всё понял; последний абзац можно либо сократить до одной фразы, либо превратить в короткую сцену — скажем, Айя смотрит на Землю из окна «Лады».

Отдельно хочу сказать про линию памяти, которая держит весь цикл. В первой части она разбудила и повела героя, во второй помогла узнать врагов, в третьей объяснила доверие водного Владыки, в четвёртой сблизила Аркадия и Айю через радужку, а здесь дошла до своего логического предела — Айя переживает чужую боль как свою. Это уже не приём, а этика: родство как основа выбора, память как форма любви. Если автор когда-нибудь вернётся к героям, эта линия — самое ценное, что есть в цикле.

Теперь то, что видно только при взгляде на все пять глав. Схема цикла проста: герой приходит на помощь тем, кто слабее, и в каждой главе это происходит по-разному. Но есть и вторая, менее очевидная линия: с каждой частью Аркадий всё меньше похож на мальчишку из первой главы и всё больше — на того, кто умеет остановиться и остаться. Если продолжение будет, важно не откатить его назад: сейчас он на той точке, где приключение уже не главное. Другая сквозная вещь — «Лада». Она выросла из бортового интеллекта в полноценного персонажа с юмором, инициативой и своей позицией. Это самая живая линия цикла, и её стоит беречь. И третье: автор по-прежнему склонен объяснять там, где можно показать, — это единственная привычка, которая кочует из главы в главу. Один вопрос, заданный себе перед следующей частью, — «можно ли это показать, а не рассказать?» — изменит текст сразу.

Если коротко: перед нами финал, который не закрывает дверь, а оставляет её приоткрытой. Встреча состоялась, цикл приобрёл центр тяжести, и стало ясно, что всё это время он был не про космос, а про то, как два существа из разных миров узнают друг друга. Автору стоит доверять неспешности: там, где он не торопится, текст дышит. Сократить фабрику, замедлить ночную сцену, переписать финальный абзац как сцену — и глава встанет вровень с лучшими местами цикла. Продолжение здесь не обязательно, но оно возможно — и читатель, закрывая последнюю страницу, уже скучает по героям.

Лилу Калашникова   06.10.2026 21:30   •   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.