Раскрывая сердце. Немного о пришельцах

Был уже поздний вечер. В городе стояли большие пробки. День был хоть и морозным, но солнечным и безветренным. Но после 20:00 погода резко изменилась, задул сильный ветер, который поднял в воздух тысячи тысяч снежинок. Метель не прекращалась до самого позднего вечера, она лишь периодически затихала, чтобы потом задуть с новой силой. Городские службы по уборке работали в экстренном режиме, но не справлялись. Многие люди, ещё с утра решившие воспользоваться общественным транспортом, теперь домой с работы ехали в такой толкотне и давке, которые были крайней редкостью в это время. Наземный транспорт, метро, электрички — всё было переполнено. И именно в это время Аркадий Владимирович возвращался домой. Мог бы выехать и раньше, но заметив, что в офисе ещё осталась Эльвира, задержался. Её рабочее место находилось почти рядом с его кабинетом, поэтому при выходе её он видел всегда первой. Частенько он оставлял дверь кабинета открытой, чтобы видеть работу своих сотрудников. Следил и за работой Эльвиры. Он прекрасно понимал, что на продажах работать тяжелее, чем на сервисе, потому что постоянно выслушивать недовольство, типа: «Какого х**** вы меня беспокоите?!» тяжелее, чем выслушивать недовольство по качеству продуктов. Он ценил целеустремлённых сотрудников, которые всегда добиваются своего, хотя никогда этого не выражал открыто, предпочитая просто наградить достойной премией, и требовал полного соблюдения правил нахождения в офисе. Конечно, женскую часть он привлекал внешними данными, но с Волковым и речи не шло даже о флирте, не то что романе. Все до сих пор помнили случай, когда пришла к ним работать молоденькая девушка, «чья-то дочь». Её определили в сервис, хотя она, как раз, метила в продажи. Уж как она вокруг гендиректора крутилась! А однажды она на работу пришла в топике на тонких бретельках и мини-юбке. Если её тщетные попытки заигрывания он пресекал хлёстким юмором, то за эту выходку уволил сразу же и без расчёта. В планах дресс-кода он был очень строгий: никаких мини-юбок и откровенного оголения каких-либо частей тела! Строго брюки (для женщин, если юбка — то до колена и ниже; блузки белые, непрозрачные) и рубашки. Многие не хотели каждый раз одеваться на работу именно так и просто оставляли комплект одежды в офисе, это не возбранялось. Эльвира так же оставляла пакет с одеждой на работе. Было 21:30 вечера. Мужчина не предполагал, что так задержится. Сначала ему пришлось по долгу работы провести полдня на производстве, которое находилось на другом конце города, потом, уже в офисе, были переговоры с возможными партнёрами по доставке. Очень многие сотрудники сами покупали в этой компании продукты и были довольны почти всем, кроме доставки. То курьер не позвонит, то приедет раньше согласованного времени, да ещё и нахамит в придачу, то вообще потеряется. Жесть!
Потирая усталую шею, Эльвира заканчивала ежедневный отчёт. Она работала до 21:00, но сегодня точно был не её день. Она не опоздала, приехала, как положено, но сегодня полдня были какие-то проблемы с компьютером, причём только у неё. В итоге, пришлось его отдать мастеру, а самой сесть за другое место, самое дальнее. «М-да, тут самое место для меня, — думала Эля, — серое, неприметное, как я сама и моя жизнь! Только бы Волков не закрыл меня здесь!»
Эля была раздражена на эту неожиданную поломку, ведь от отчёта зависела её премия! Она весь день сегодня, как одержимая, работала на обзвоне тёплой базы, пытаясь наверстать на новом месте упущенное. Нет, до поломки она тоже активно работала, но вся беда состояла в том, что отчёт составлялся в особой программе, которая устанавливались на каждый компьютер отдельно. Следовательно, всё, что было наработано утром, оставалось в поломанном компьютере и Эля не была уверена, что это можно будет восстановить.
— Ну почему? — тихо спросила она, выводя в отчёте цифры. Все остальные ровно в 21:00 ушли, а она осталась.
— Семихвостова?!
Она подняла голову и увидела, что Волков стоит над ней.
«И как он так бесшумно двигается?»
— Что Вы делаете?
— Пишу отчёт, что же ещё?
— Вы можете закончить отчёт завтра.
— Завтра будет другая смена.
— Тогда потом, как придёте. Я не хочу задержаться из-за Вас. У меня тоже, между прочим, дела вечером.
— Я не могу оставить отчёт. Потом я про это просто забуду. Мне ещё пять минут. Пожалуйста, не закрывайте офис.
— Ладно, заканчивайте Ваш отчёт и присылайте мне на почту. А что касается данных, то их можно будет восстановить. Так что будьте уверены, СемиХВОСТАЯ, на премию Вы себе заработали.
Эля промолчала над тем, как гендиректор произнёс её фамилию. А тот уже хотел уходить, но вдруг взгляд его упал на фотографию. На ней были изображены сама Эля и две её хаски. Фотографии разрешалось держать на рабочем столе, но эта фотография была слегка нестандартной: хозяйка и собаки располагались полулёжа-полусидя на фоне новогодней ёлки в костюмах Снегурочек и с заячьими ушками на головах. Мужчина взял фотографию в руки, посмотрел на неё и ухмыльнулся. Эля же покраснела как помидор. Ещё бы! Сначала гендиректор видел, что она вытворяла на корпоративе, а это фото было сделано на даче их с Диной общих знакомых, где предавались такому бурному веселью в Новый Год и делали такие фото…
— Ваши собаки?
— Мои, — ответила женщина и тут же добавила: — это девочки, сёстры, зовут Лора и Лара.
— Красивые.
— Спасибо.
Отчёт был закончен даже быстрее, чем за пять минут, но требовалось ещё время переодеться. Волков не стал ждать и ушёл, но совсем территорию не покинул. Он сел в машину и включил ноутбук. Его персональный ноутбук был подключён к камерам в здании, таким образом он наблюдал за всеми, при необходимости. У него не было никаких корыстных мотивов, просто он хотел убедиться, что в офисе не произойдёт никакой неприятности. Лишь когда Эльвира вышла из здания, он через ноутбук активировал замок на дверях офиса, так как возвращаться не хотелось.
И вот теперь он ехал к себе домой. Несмотря на то, что ему, как и всем, хотелось попасть домой как можно раньше, ехать пришлось аккуратно и медленно. Видимость была плохой, а ему не улыбалось стать причиной ДТП. Но когда удалось выехать из города, всё изменилось. Никто не знал, где он жил, а жил он далеко за городом, где не было ни нормальных дорог, ни магазинов, ни домов. Стоило ему оказаться на подмосковной трассе, как произошло нечто удивительное. Мужчина открыл бардачок, который оказался имитацией для пульта управления и нажал одну из кнопок. Машина тут же стала невидимой и взлетела в воздух. Он нажал другую кнопку и на лобовом стекле появилось изображение кого-то худощавого, с белыми большими усами и притом совершенно лысого.
— Гайнар, это Аркел, — сообщил он. — Прибуду минут через 20, приготовь для меня всё как обычно.
— Будет сделано, Аркел. Не забудь, тебе сегодня нужно направить отчёт Совету.
— Не забуду, жди меня, — и отключил связь.
«Старый добрый Гайнар всегда напоминает о том, чего я не хочу вспоминать».
Ровно через 20 минут летающая машина приземлилась возле высоких чёрных ворот. Мужчина открыл окно на дверце и коснулся ладонью идентификатора отпечатков пальцев. Внешне этот прибор напоминал валидатор, только был полностью чёрного цвета.
— Распознан: Аркел Вайндерран! — сообщил прибор и ворота открылись, пропуская автомобиль внутрь. Едва ворота закрылись, мужчина выключил двигатель, вышел и пошёл в сторону дома. Только здесь он мог быть самим собой. Его дом — это 3-этажное жилое помещение, обычный деревянный дом, но… только на первый взгляд. На самом деле, это была удачная маскировка космического корабля, приземлившегося здесь же несколько лет назад.
Дверь ему открыл тот самый худощавый с белыми усами. Он, sk бледен, стар, высок, хотя и не так, как его хозяин и одет в костюм дворецкого.
— Гайнар, зачем ты носишь эту дрянь? — спросил мужчина на родном языке. — Ты мне не слуга.
— Сейчас слуга, — ответил тот, — не забывай, я должен присматривать за тобой. Ванна готова, ужин тоже. — Гайнар направился в сторону кухни, но на полпути остановился и добавил: — Знаешь, всё-таки с продуктами здесь гораздо лучше дело обстоит, чем на Таврии. Не удивительно, что ты решил в увольнении заняться именно ими.
— Я в ссылке, а не в увольнении, Гайнар! — произнёс мужчина, крепко сжимая кулаки. — Это разные вещи!
— Для тебя — может быть. Всё же это лучше, чем отбывать 15 лет в калхиорских рудниках. Тебе нужно сказать «спасибо» Дэйне, что она за тебя похлопотала. И да, не забывай, что у тебя скоро начнётся период Зова. Если не будешь соблюдать предписания, они могут не прислать к тебе таврийку! Придётся использовать местных женщин, которыми ты брезгуешь.
— Ладно, я в ванну, потом за ужин. Передай им, что отчёт будет прислан сегодня.
Было уже за полночь, а он не спал. Некогда он, Аркел Вайндерран, был лучшим офицером межгалактической полиции 2-го ранга. Работа его мечты, всегда интересная и всегда опасная. Но случилось одно происшествие, виновником которого он стал, и карьера его быстро закончилась. Мало того, что лишили всех званий, так ещё и сослали на отсталую планету под названием Земля, к жителям которой он питал если не отвращение, то неприязнь точно. Однако, ему пришлось выживать на этой планете, а для этого пришлось справиться со своим характером. Гайнар, эта вечная невозмутимость и спокойствие, всегда осаждал его пыл и горячность. Хотя сейчас он уже умел справляться со своим буйством, иногда оно прорывалось, особенно в период Зова. Дело в том, что родители Аркела принадлежали к двум совершенно разным расам. Его отцом был тавриец — рослый гуманоид с тёмно-серой кожей, чёрными волосами и жёлтыми кошачьими глазами. Таврийцы были расой охотников, обладали высокими технологиями, но были агрессивны, сохраняли строгую иерархию и жили общинно-родовым строем. Не только сила, но так же слух и обоняние были развиты гораздо острее, поэтому из них часто получались хорошие охотники за головами. Многие расы пользовались ими как головорезами. Мать же была андромедянкой, из тех, кто к землянам стоит генетически близко, но превосходит значительно по уровню развития как материального, так и духовного. И Аркел — плод любви таврийца и андромедянки — вобрал в себя многое от своих родителей. От отца ему досталась серая кожа, хотя и не такая тёмная, высокий рост, острые чувства восприятия и левый жёлтый глаз с вертикальным зрачком. От матери он унаследовал светлые волосы, быструю обучаемость, телепатию и те черты лица, которые земляне считают красивыми и называют «нордическими». Но ещё одну особенность, перешедшую от отца, он никогда не любил выставлять напоказ — у таврийцев были строго ограниченные брачные периоды, у каждого свой собственный. В это время бурно играли гормоны у самцов и они искали самку («звали»), чтобы удовлетворить свою сексуальную похоть. Сексуальная энергия у таврийцев была большой, поэтому детей всегда было много. Как правило, самец спаривался с своей самкой, если он уже зажил своим очагом. Если же по каким-то причинам его самка не могла ответить на этот призыв, то он выбирал для этого другую — изменой это не считалось. Вот об этом Аркел не заводил разговора, так как этих периодов в году у него было аж шесть и в это время он не мог думать ни о чём другом. Он не собирался обзаводиться семьёй и, хотя и получал огромное удовольствие от секса, ненавидел эти периоды Зова. И вот теперь Аркел лежал на кровати в своём натуральном обличии и готовил отчёт. На ум ему пришла его подчинённая землянка Эльвира и сегодняшний вечерний эпизод. «Забавно, в этом мире я на «гражданке» добился большего успеха, чем у себя. Здесь я хозяин, я повелеваю. Но я должен быть похожим на них хотя бы внешне. А в мирке, которым для меня сейчас служит мой павший звездолёт, я могу быть собой, но только подчинённый теперь я сам! Ах, как же это скучно! Чем бы поразвлечь себя?»
После отправки отчёта он зашёл на Youtube и первое, что увидел, было видео с какого-то шоу.
— Танец с собаками, — прочитал он, но не это его привлекло. На видео была Эльвира со своими собаками. Она показывала очень сложный номер с двумя хаски, а эта порода на Земле считается одной из самых строптивых в плане характера. По комментариям к видео он понял, что эта троица заслуженно получили первое место и приз.
— Хм, ей удаётся справиться так с собаками. Будет интересно, справится ли она с моими заданиями? — и Аркел довольно улыбнулся.