Квартира триста три

Она научилась видеть всё вокруг уже когда поставили входную дверь. Внутри неё была пустая бетонная коробка с двумя пластиковыми окнами - одно в предпологаемой кухне, второе в комнате. А вот понимать и формировать своё отношение к тому, что происходит вокруг и внутри она начала когда попыталась сосредоточиться на бородатом человеке в расшитой узорами тюбетейке; он куском красного кирпича шкрябал по грубой серой панели стены в комнате, и от его движений оставались следы. Она заинтересовалась, напряглась и попыталась сконцентрировать внимание на его действиях, она всмотрелась в то, что он выцарапывал кирпичом. Это была совокупность дугообразных линий в сочетании с грубыми штрихами в верхней части. Два высоких полукруга образовывали вытянутый овал, стоящий вертикально, внутри овала была начерчена некая арка, а венчал всё это комплекс прямых коротких линий, кучкующихся на верхушке овала, напоминая волосяное покрытие человеческих голов.

А через несколько дней на дверь наклеили табличку и крикливый голос сказал кому-то у лифта:
 - Квартира триста три, запиши себе.
Она заволновалась, она поняла, что это про неё сказали, это она - Квартира триста три.
Тот, с крикливым голосом закрыл дверь и Квартира осталась снова одна, только теперь ей было о чём подумать.

Своими окнами Квартира смотрела с пятого этажа во двор, земля там была перекопана, лежали кучи строительного мусора и в целом картина пока что была не из приятных. Правым боком, там где кухня, она соседствовала с лифтовой шахтой и, хоть эта стена и была толще других, но всё равно Квартира всякий раз испытывала приятную вибрацию, когда деловой и всегда спешащий Лифт скользил по направляющим балкам своим звонким металлическим телом. Лифт был прекрасен, недосягаем в своей востребованности. Квартира как-то попыталась заговорить с ним, когда он остановился на пятом этаже, Лифт сделал вид, что ему совершенно некогда заниматься пустыми разговорами. Она ещё не умела обижаться, поэтому спокойно отнеслась к равнодушию Лифта в свой адрес, да и слева вдруг начала пробуждаться соседняя Двушка под номером триста четыре. Квартира сразу почувствовала родство с Двушкой, у них был общий потолок. Она обратилась к Двушке, окликнула её, но та сначала испугалась самой себя,  затряслась от непонимания того, что в ней тоже просыпалось сознание. И, чтобы как-то защититься, спрятаться, сбежать - Двушка качнула батарею и на стыке с трубой открылась маленькая щель, через которую потекла горячая вода. Квартира попыталась остановить Двушку, уговаривала не паниковать, предлагала познакомить Двушку с Лифтом, но ничего не помогало - у Двушки был плаксивый характер, она и слышать не хотела про дружбу, или даже просто соседскую беседу. А тем временем вода из батареи растеклась по всему полу маленькой комнаты Двушки, соседствующей с Квартирой, и серое пятно заползло на стену между ними, а потом мокрым стал и пол в Квартире триста три. Вот тогда она и научилась обижаться. Потому, что это было совершенно не серьёзное отношение к жизни со стороны Двушки. А что, если теперь каждая жилплощадь начнёт обливаться водою, ведь так можно и Дом загубить. Конечно, было совершенно не ясно, существует ли этот Дом, но Квартира заведомо его побаивалась и никак не могла представить себя частью одного целого. После мокрых проделок Двушки и равнодушия Лифта ей отчётливо казалось, что она одинока и должна заботиться о себе сама.

Чаще всего Квартира дремала. Над ней бурлила жизнь, слышались человеческие голоса, из маленького приёмника играла музыка и с утра до самого вечера там передвигали мебель и бросали что-то тяжёлое на пол. Квартира хотела тоже наполниться звуками, предметами, запахами. Она чувствовала голод.

В двушку пришли двое мужчин; один был злой и много ругался, а второй всё посмеивался чему-то. Они долго возились с протекающей батареей, а когда починили и уже собирались уходить, внезапно резко поцеловались в губы.

Но и для Квартиры настал день, когда её пришли смотреть будущие жильцы. Она не поняла, каким образом это почувствовала, но от пришедших словно исходил свет. Они источали восторженное внимание к Квартире, они её чувствовали, для них она была важна. Он и Она, не молодые и совсем не старые, они гладили стены, мерили рулеткой от двери до окна и были довольны. Квартира их сразу полюбила. Они ушли, а она ещё долго вспоминала их, представляла, как будет помогать им, как они все вместе заживут счастливо и, открыв окна и входную дверь, пустят свежий воздух, сквозняком вылизывающий каждый угол. От удовольствия Квартира задремала.
А проснулась, когда в неё вносили пыльные мешки и гипсокартонные плиты. Застучали молотки, стены обильно намазывали густым раствором и щекотали шпателями. А когда установили унитаз и ванну, произошло нечто неожиданное. Рабочий своей грубой рукой повернул кран в утробе туалетной комнаты и сквозь Квартиру потекла вода. До этого она соприкасалась с жидкостью только когда её залила Двушка, но теперь ощущения были совершенно иного рода - встретившись в смесителе и сплетясь в одну струю, горячая и холодная вода ударилась в чугунный живот ванны и Квартира издала стон наслаждения и моргнула тусклыми лампочками, временно приспособленными бригадой ремонтников на потолке.

Совсем скоро стало тепло стенам от мягких обоев, на полу образовалась узорчатая плитка, а её сверху застелили небольшими вязаными дорожками. По стенам расставили новую мебель, на кухне вырос белый гарнитур, а в комнате определилась кровать, в которой сразу оказались Он и Она голыми. Спинка ударялась о стену и квартира гудела счастливо, стараясь вздыхать в такт людям. 

Квартира очень старалась, была внимательна к Ним, всегда откликалась, всячески давала понять, что любит Их и оберегает. Когда Она принимала душ, Квартира выдавала идеальный напор, при этом радостно гудела трубами. Когда он сидел с книгой и сосредоточенно читал, Квартира замирала и боялась пошевелиться, чтоб не потревожить. А когда Они ложились спать, Квартира мирно ворковала, убаюкивая своих любимых. И радовалась, когда Она медленно ходила из угла в угол, прислоняла щёку к стенам и слушала пульс Квартиры.

 - Ты это слышишь?
 - Прекрати, прошу тебя.
 - Нет, я точно слышала какой-то звук, уже не в первый раз, - Соня была встревожина, она стояла, прислонив ухо к стене.
 - Коть, ну это новостройка, дом даёт усадку, стены трещат - это нормально. К тому же везде ещё ремонт идёт, конечно будут разные напонятные звуки.
 - Нет, говорю тебе, тут что-то не так. Я когда одна дома, мне кажется, будто за мной наблюдают. У тебя такого нет?
 - Ну, не знаю.
 - Тут очень странная энергетика, будто кто-то есть рядом с нами, хотя даже соседи ещё не заехали, - у Сони были покрасневшие испуганные глаза, она с тревогой озиралась по стенам. - Мне страшно.
 - Давай попа позовём, пусть побрызгает, - сказал Олег.