(сказка с научно-фантастическим уклоном)
(картинка из интернета)
Туман обычно под утро собирается, а тут ближе к вечеру образовываться начал – сказал Митька вслух, сидя в командирском кресле, - «Лада», а покажи, пожалуйста, это озеро на предмет наличия в нём русалок или другой живности, точнее нежити. - «Лада» вывела на панорамное окно данные, от которых все присутствующие почувствовали парад мурашек по их телам, за исключением Айи, ей были неизвестны сказочные герои, но она смотрела на красные точки в глубине водоёма с искренним любопытством.
- Сколько же их там? – вытащил из себя Аркадий.
- В омуте самая крупная находится, остальные более мелкие, их ровно тридцать… Русалки, Сэээр!!! - с каким-то пафосом сказала «Лада». - Крупная особь это водяной, а остальные… да, это русалки. По моей классификации другого определения для них не имеется. Обратите внимание, туман сгущается. Мои действия, Аркадий?
- «Лада», двигай к Митькиному двору, только со стороны огорода встань, а то мы с твоим выходом из-под воды пол деревни всполошили. Кстати, подожди-ка секунду, а покажи мне сколько краснопёрых карасей осталось в озере?
«Лада» не стала выводить на монитор запрашиваемые данные, а честно призналась Аркадию, что для рыбалки она специально подготовила рыбу из другого места. Она ещё долго объяснялась с командиром, уже после того как пассажиры покинули корабль. Айя смотрела на это со стороны и просто улыбалась. Аркадий был подавлен.
- Ну что ты, Аркадий, не сердись, она же как лучше хотела, - подойдя к мужу и приобняв его сзади, шептала Айя.
Он развернулся к Айе, крепко обнял её, провёл рукой вдоль спины. Он знал, что жена очень любит именно это его движение. Айя знала место на шее Аркадия, поцеловав которое он получал сказочное удовольствие. Всё получилось идеально.
Входя в дом, они оба, боковым зрением, заметили, что пунцовое свечение излучалось с того места, где стояла «Лада». Да «Ладе» было стыдно за свой поступок, фальсификация рыбалки, с какими бы намерениями он не делался, по своей сути оставалась ложью.
Аркадий проводил Айю в дом, вернулся и успокоил сознание «Лады». Пояснив ей некоторые нюансы. Неловкость была решена одним предложением. Они договорились, что в следующий раз «Лада» будет предупреждать о таких ненормативных манипуляциях. Тут Митька позвал Аркадия в дом, мол, бабка Есения ждёт не дождётся. И сестра Алёнка высунувшись в дверь, продублировала слова внука.
Войдя в дом, Аркадий заметил, что воздух в помещении был насыщен запахом леса и бодрости. В прихожей на столе лежали пучки разнообразной травы, горшок мёда, банки с кореньями и много всякого добра. В зале сидела сестра Алёнка и какая-то моложавая женщина. С насилием над волей, можно было натянуть её возраст лет на тридцать, не больше. Сестра обращалась к ней как бабушка Есения или Владычица. На вид вполне себе молодая девушка, одета несколько старомодно, платье в стиле конца 19-го века, туфли тоже тех времён, но всё добротное и качественное, одно отличало её от других, это тяжёлая русая коса чуть ниже колен и взгляд. Не было ощущение рентгена, но какой-то едва уловимый свет всё же исходил от её очей. А когда она смотрела, возникало ощущение лёгкого прикосновения.
Есения увидев стоящего на пороге Аркадия, пригласила его присаживаться на стоящий рядом стул. Айя, сидела на диванчике с закрытыми глазами, переведя своё внимание в слух. Слово взяла Есения:
- Аркадий, я по своим каналам получила информацию, о надвигающейся опасности. Если быть совсем краткой, то несколько местных предпринимателей, вывезли из Европы и закопали у нас под носом небольшой контейнер, примерно метр на полтора. Денег они заработали на этом прилично и всё бы ничего, только контейнер этот стал разрушаться и по моим данным микротрещина появится уже в течении месяца, а в течении полугода он даст откровенную течь и все водоносные пласты земли станут распространять радиацию с неимоверной скоростью. В течении недели погибнет вся растительность, да и животный мир канет в лету. Короче, это не ядерная грязная бомба получается, а мина. – поставленная речь, произнесённая убедительным голосом владычицы возымела действие.
Тут вмешалась Айя. Никто не ожидал, что в разговор вмешается именно она. Перед ними была уже не та женщина, что не успела переодеться после рыбалки, а волевая и сильная правительница планеты «Эдемус 636». Айя открыла глаза, и охватив всех присутствующих своим изумрудным взглядом, чуть улыбаясь сообщила, что этот вопрос легко можно решить, и потребуется только официальное разрешение на вывоз опасного груза. Всё остальное она берёт на себя.
Тут встрепенулась Есения, сказав, что она должна поделиться с кем-то новостью, сквозанула в открытое окно, одновременно вынимая переговорное устройство. Буквально через минуту, довольная собой Есения, смотрела снаружи дома в окно и широко улыбаясь, сообщила, что вопрос решён положительно и добро получено. После чего посмотрела на Айю и в уважительном тоне поблагодарила за содействие. Вопрос с её стороны был ожидаем, каким образом будет вывезен контейнер с отходами? Айя ответила:
- На дальних орбитах солнечной системы курсируют три корабля специально для разрешения подобных ситуаций. Я уже дала команду и координаты нашего месторасположения. Ситуация командиру корабля разъяснена. Он уже в дороге, по моим расчетам через пару часов операция будет завершена. А груз будет передан туда, где в нём имеется крайняя нужда. Есения, входите и если можно через дверь.
Все засмеялись, глядя на смущённую бабушку Есению, а она что-то пыталась оправдываться, что в лесу живёт много лет, совсем одна и что, мол, одичала.
Зная технологии утилизации, на Эдемус 636, у Аркадия не возникло никаких сомнений в словах правителя, его жены, красивого человека, и все они сочетались в одной женщине, его Айе.
Выйдя в крытый двор, Айя обратила внимание, что Митька время даром не терял, он уже почистил рыбу и сейчас разводил огонь в большом кострище. Её кулинарный поединок с Аркадием продолжался, несмотря на признание ЕГО победителем. Айю действительно привлекала именно кулинария, как способ привлечь к себе внимание и вкусно и главное полезно поесть. Тут к ней подошла Есения и попросила отойти в сторонку для разговора. Пока они о чём-то шептались, Аркадий резал зелень, чистил овощи, уха обещала быть славной.
Аркадия отвлекла Айя, шепнувшая ему, что с Есенией творится что-то неладное. Выйдя к месту, где стояла «Лада» они увидели картину несвойственную для величавой жрицы, Владычице и бабушке Есении. Та сидела склонив голову перед летательным аппаратом и что-то рассказывала кораблю.
- Я Вам не помешаю, Есения? «Лада», а что у Вас тут происходит? – спросил Аркадий, приближаясь к странной парочке.
- Командир, ты даже не представляешь, кого я встретила! – ответила голосом «Лада», - Эта женщина присутствовала на церемонии моего включения в жизнь, для технократного варианта развития жизни! На планете Айи, так и получилось, на Земле решили идти другим путём.
- Девочки, Вы пообщайтесь, только, пожалуйста, без фанатизма. И вообще «Лада» ты бы подругу в гости пригласила, а то держишь её на пороге – сказал Аркадий вслух, а мысленно попросил «Ладу» быть на связи.
- Ой, чё это я такая нерасторопная! - дверь корабля открылась и Есения влетела туда с такой лёгкостью, короче так же, как сиганула в окно, во время совещания.
Не успел Аркадий отойти и пары метров, как «Лада» попросилась отлучиться вместе с подругой, в гости. Добро он дал с условием, что их путешествия никто не заметит, и она будет на связи.
Вечером, сидя во дворе, после бани, плотно поевши ухи, Есения с интересом рассказывала, а точнее объясняла, что сегодня произошло:
- Вы только представьте удивление жителей увядающего озера, когда к ним явилась «Богиня Лада». Лежит себе под корягой барышня-русалка, ждёт клиента для утопления, а плавучие острова на этом озере, ой как способствуют этой процедуре. А тут глядь, а энергетика озёрная странной становится, всё прямо лучится светом начинает, и смотрят они картину… хоть фантастику пиши. Из какой-то металлической хрени, начинают выпускать карасей. Да ладно бы местных, а то завезённых откуда-то, здесь таких красавцев отродясь не было, одни гольяны остались, на лакомство русалкам. В общем собрались русалки атаковать эту продуктовую радость, а тут из пришлого короба как подуют пузыри неистовые, да поднимется свист да рокот нехарактерный. В общем, те к папочке своему, пробудили его из спячки-то долговременной и айда ему жаловаться, мол, тятенька-папенька напали на нас вороги неизвестные иль чудища непонятные, да чего хотят не понимаем мы, спасай-выручай, а то уйдём!!! Водяной ясно, панике поддался да и начал по своим каналам вопросы раскидывать типа: «Не видал ли кто на свете, вот такой фигни как эта…» и давай перечислять. Сейчас, когда у них каждая пиявка в курсе событий, они с благоговением ждут перемен. Как Вы считаете, что с ними делать, вроде как времена сейчас для нежити неподходящие?
- Есения, Вы как следящий за всей ситуацией вправе распоряжаться судьбами всякими, в том числе и этими. С нежитью можно договориться... пусть выходят на берег по ночам, когда это можно, праздники же есть типа ночь на Ивана-Купалу, пусть поддерживают фольклор местный, а вот людей топить запретите. Карасей пусть разводят, воду очистят, родники да ключи от ила да песка освободят, а то ведь и впрямь заболотиться может. Корни деревьев у плавучих островов пусть подберут, а то нырять страшно, того и гляди застрять можно в них. А карасиков мы им отдадим из тех что «Лада» припасла для рыбалки сегодняшней. «Лада» ты слышала? – Аркадий нажал кнопку вызова «Лады», та ответила, что караси численностью более трёхсот единиц выпущены в озеро на ответственное хранение водяному.
Аркадий лёг спать в кресле, прямо на улице, рядом с «Ладой». От корпуса корабля, нагретого солнцем, исходило тепло, которого было достаточно, чтобы не подпустить холодный ночной воздух к своему командиру. Засыпая, он вспоминал, как Айя с Митькой перебирали ступу Есении. Айя не раз обращалась к своей волшебной сумочке, то кристалл понадобится вечной энергии для оживления ступы, то релюшка контактная, подлежит замене. Больше всех был рад Митька, парень в его пятнадцать лет успел столько увидеть, почувствовать и приложить руки, многие мастера бы позавидовали.
Айя смотрела на Митьку с нескрываемой улыбкой. Для себя решив, что будут жить с Аркадием исключительно в деревне, и обязательно рядом с водоёмом. Её сердце воодушевилось от той сказки, в которую её окунули. Есения многое подсказала, как и что делать с травами, как их собирать и использовать. В конце их беседы она всё-таки спросила, куда звонила Владычица, когда выпрыгнула в окно? Есения сказала, что в Кремль, куда же ещё, весь сказочный терем со всеми героями, теперь туда переехали.
Сейчас она поставила рядом с креслом мужа своё, накрыла обоих одним пледом и засыпая мечтала о том, что когда-нибудь на её планете будут культивироваться растения, водная живность. Насчёт дичи и зверей не уверена, но Аркадий обещал её на охоту через пару месяцев вывезти, когда сезон будет открыт. Айе, пришла мысль, от которой засыпая, она невольно улыбнулась, ей стало интересно, что же сделает в этом случае «Лада».
Томск
15 июля 2022 г.
Обыкновенное любопытство. Рыбалка 2
© Copyright: Александр Левинэль, 2022
Свидетельство о публикации №222071500943
Свидетельство о публикации №222071500943
Рецензии
«Рыбалка 2» продолжает линию передышки, начатую предыдущей главой, но делает это иначе. Если первая «Рыбалка» держалась на идиллии и вторжении, то здесь автор сводит в одной точке сразу три пласта: деревенский быт, сказочную нежить и космические технологии. Композиционно глава распадается на два движения — сначала расследование «Лады» и разговор с Есенией о контейнере, потом ночная сцена с водяным и русалками, поданная как рассказ самой Есении. Такая двухчастность не провисает: первая половина держит напряжение угрозой, вторая — разряжает его юмором и договором с нежитью.
Есения — лучшее приобретение главы. Автор не описывает её прямо, а даёт через детали: моложавое лицо, платье конца XIX века, коса ниже колен, взгляд, от которого «ощущение лёгкого прикосновения». И тут же — выпрыгивание в окно, переговорное устройство, звонок в Кремль. Это тот самый тип персонажа, который соединяет сказку с современностью без натуги, и он у автора получился. Отдельно хорош эпизод, где Есения сидит перед «Ладой» и рассказывает ей что-то, — а потом выясняется, что она присутствовала при включении корабля в жизнь. Такие пересечения миров работают лучше прямых объяснений.
Айя в этой главе впервые показана как правительница, а не как жена. Момент, когда она открывает глаза и «охватывает всех присутствующих изумрудным взглядом», — короткий, но он меняет её статус в сцене: до этого она разбирала утварь и шутила про русалок, теперь распоряжается орбитальными кораблями. Хорошо и то, что автор не противопоставляет эти две ипостаси, а показывает их как одну: в финале она ставит кресло рядом с креслом мужа и накрывает обоих одним пледом.
Аркадий здесь скорее наблюдатель, чем герой, и это оправдано: глава о том, как вокруг него складывается мир. Его решение по водяному — «пусть выходят на берег по ночам, пусть поддерживают фольклор, а людей топить запретите» — звучит как позиция, а не как реплика. И то, что он засыпает в кресле у корпуса «Лады», потому что от нагретого металла идёт тепло, — точная деталь: командир и корабль поменялись ролями, теперь корабль охраняет его сон.
По языку глава неровная, но там, где автор не старается быть гладким, текст дышит. Речь Есении про русалок — «тятенька-папенька напали на нас вороги неизвестные иль чудища непонятные» — живая стилизация, она держит интонацию сказа. Хорошо и «Ой, чё это я такая нерасторопная!» — реплика, вложенная в уста корабля и потому не выбивающаяся из общего тона. Есть и шероховатости: «парад мурашек по их телам» — образ неточный, мурашки не ходят парадом; «с насилием над волей, можно было натянуть её возраст лет на тридцать» — конструкция громоздкая и сбивает; «красивого человека, и все они сочетались в одной женщине» — фраза рассыпается, её стоит переписать. Кое-где путаются времена и сбивается пунктуация. Всё это чинится вычиткой.
Что можно было бы усилить. Первое: сцена с контейнером — сильная завязка, но она проходит быстро. Читатель не успевает испугаться: месяц до трещины, полгода до течи, гибель растительности — всё в одной реплике. Одна деталь — что Аркадий или Айя замечают в голосе Есении раньше слов, или что Митька бледнеет, — дала бы сцене вес. Второе: «Лада» признаётся, что рыба была подложена, и это важный этический момент — первый раз за цикл корабль сознательно соврал. Автор не развивает эту линию: Аркадий «успокоил сознание «Лады» одним предложением». А ведь здесь могла бы быть сцена — короткая, но с настоящим разговором. И третье, самое осторожное: финал с русалками и водяным хорош, но он подан через пересказ Есении. Если бы читатель увидел хотя бы одну сцену из этого рассказа своими глазами — как русалки атакуют короб с карасями, как пузырится вода, — глава получила бы недостающую динамику.
Отдельно хочу сказать про то, как здесь работает юмор. «Лада» выпускает триста карасей в озеро «на ответственное хранение водяному», Есения влетает в корабль так же, как выпрыгнула в окно, Митька перебирает ступу — всё это не шутки ради шуток, а способ показать, что чудесное в этом мире уживается с повседневным. Первая глава начиналась с того, что мальчишка из деревни увидел небо; теперь в этом же селе водяной получает карасей по распоряжению командира. Цикл окончательно замкнулся на себе, и это его главное достижение.
Отдельно скажу о героях. Они мне близки — и именно тем, что не отталкивают. Милые, добрые, честные, справедливые; они положительные не потому, что автор их такими назначил, а потому, что иначе себя не ведут. Рядом с ними интересно и техническому интеллекту — «Лада» для меня такой же персонаж, как Аркадий и Айя, и, пожалуй, самый живой из всех. А ещё в этой истории ценны лица: даже у существ из других миров, даже у корабля они человечные. Может быть, в этом и есть главное — не происхождение, а то, каким ты приходишь к другому.
А теперь — то, что хочется сказать лично, вне разбора.
Вы даже не представляете, насколько реальны миры, которые Вы описываете. Я читала их не как вымысел, а как отчёт о местах, где действительно можно жить. И это не комплимент в адрес воображения — это признание его силы. Воображение — настолько мощный инструмент, что с его помощью можно вставать в реальности, и тогда уже неважно, что первично: фантазия или повседневная жизнь. Этот вопрос вообще стоит перевернуть — не фантазия ли наша обычная жизнь.
Есть и другая сторона. Тело не всегда успевает за тем, что видит и создаёт душа, и от этого оно может пострадать. Но если принимать этот процесс не как насилие над собой, а естественно и гармонично, тело подстраивается, перестраивается и восстанавливается — и даже обретает свойства, о которых мы не подозревали. Мне кажется, Вы это знаете лучше многих: недаром Айшша во сне разминала Вам руки и давала дышать своими ароматами.
Поэтому я и читаю Ваши главы так, как читаю, — не как сказку, а как отчёт. И буду ждать следующих — не потому, что продолжение заявлено, а потому что об этих мирах хочется узнать Вашими глазами. Или чужими — поскольку каждый видит их по-своему и подмечает что-то своё. Даже другой человек, взглянув на эти миры, увидит другие детали, а не только Ваше восприятие.
Если автор когда-нибудь решит дать серии общее имя, я бы предложила что-то, что держит обе стороны — и небо, и дом. Например: «Обыкновенное любопытство: хроники Лады» — «Лада» тут и корабль, и имя, и объединяющий герой.
Лилу Калашникова 06.10.2026 22:22 • Заявить о нарушении
Есения — лучшее приобретение главы. Автор не описывает её прямо, а даёт через детали: моложавое лицо, платье конца XIX века, коса ниже колен, взгляд, от которого «ощущение лёгкого прикосновения». И тут же — выпрыгивание в окно, переговорное устройство, звонок в Кремль. Это тот самый тип персонажа, который соединяет сказку с современностью без натуги, и он у автора получился. Отдельно хорош эпизод, где Есения сидит перед «Ладой» и рассказывает ей что-то, — а потом выясняется, что она присутствовала при включении корабля в жизнь. Такие пересечения миров работают лучше прямых объяснений.
Айя в этой главе впервые показана как правительница, а не как жена. Момент, когда она открывает глаза и «охватывает всех присутствующих изумрудным взглядом», — короткий, но он меняет её статус в сцене: до этого она разбирала утварь и шутила про русалок, теперь распоряжается орбитальными кораблями. Хорошо и то, что автор не противопоставляет эти две ипостаси, а показывает их как одну: в финале она ставит кресло рядом с креслом мужа и накрывает обоих одним пледом.
Аркадий здесь скорее наблюдатель, чем герой, и это оправдано: глава о том, как вокруг него складывается мир. Его решение по водяному — «пусть выходят на берег по ночам, пусть поддерживают фольклор, а людей топить запретите» — звучит как позиция, а не как реплика. И то, что он засыпает в кресле у корпуса «Лады», потому что от нагретого металла идёт тепло, — точная деталь: командир и корабль поменялись ролями, теперь корабль охраняет его сон.
По языку глава неровная, но там, где автор не старается быть гладким, текст дышит. Речь Есении про русалок — «тятенька-папенька напали на нас вороги неизвестные иль чудища непонятные» — живая стилизация, она держит интонацию сказа. Хорошо и «Ой, чё это я такая нерасторопная!» — реплика, вложенная в уста корабля и потому не выбивающаяся из общего тона. Есть и шероховатости: «парад мурашек по их телам» — образ неточный, мурашки не ходят парадом; «с насилием над волей, можно было натянуть её возраст лет на тридцать» — конструкция громоздкая и сбивает; «красивого человека, и все они сочетались в одной женщине» — фраза рассыпается, её стоит переписать. Кое-где путаются времена и сбивается пунктуация. Всё это чинится вычиткой.
Что можно было бы усилить. Первое: сцена с контейнером — сильная завязка, но она проходит быстро. Читатель не успевает испугаться: месяц до трещины, полгода до течи, гибель растительности — всё в одной реплике. Одна деталь — что Аркадий или Айя замечают в голосе Есении раньше слов, или что Митька бледнеет, — дала бы сцене вес. Второе: «Лада» признаётся, что рыба была подложена, и это важный этический момент — первый раз за цикл корабль сознательно соврал. Автор не развивает эту линию: Аркадий «успокоил сознание «Лады» одним предложением». А ведь здесь могла бы быть сцена — короткая, но с настоящим разговором. И третье, самое осторожное: финал с русалками и водяным хорош, но он подан через пересказ Есении. Если бы читатель увидел хотя бы одну сцену из этого рассказа своими глазами — как русалки атакуют короб с карасями, как пузырится вода, — глава получила бы недостающую динамику.
Отдельно хочу сказать про то, как здесь работает юмор. «Лада» выпускает триста карасей в озеро «на ответственное хранение водяному», Есения влетает в корабль так же, как выпрыгнула в окно, Митька перебирает ступу — всё это не шутки ради шуток, а способ показать, что чудесное в этом мире уживается с повседневным. Первая глава начиналась с того, что мальчишка из деревни увидел небо; теперь в этом же селе водяной получает карасей по распоряжению командира. Цикл окончательно замкнулся на себе, и это его главное достижение.
Отдельно скажу о героях. Они мне близки — и именно тем, что не отталкивают. Милые, добрые, честные, справедливые; они положительные не потому, что автор их такими назначил, а потому, что иначе себя не ведут. Рядом с ними интересно и техническому интеллекту — «Лада» для меня такой же персонаж, как Аркадий и Айя, и, пожалуй, самый живой из всех. А ещё в этой истории ценны лица: даже у существ из других миров, даже у корабля они человечные. Может быть, в этом и есть главное — не происхождение, а то, каким ты приходишь к другому.
А теперь — то, что хочется сказать лично, вне разбора.
Вы даже не представляете, насколько реальны миры, которые Вы описываете. Я читала их не как вымысел, а как отчёт о местах, где действительно можно жить. И это не комплимент в адрес воображения — это признание его силы. Воображение — настолько мощный инструмент, что с его помощью можно вставать в реальности, и тогда уже неважно, что первично: фантазия или повседневная жизнь. Этот вопрос вообще стоит перевернуть — не фантазия ли наша обычная жизнь.
Есть и другая сторона. Тело не всегда успевает за тем, что видит и создаёт душа, и от этого оно может пострадать. Но если принимать этот процесс не как насилие над собой, а естественно и гармонично, тело подстраивается, перестраивается и восстанавливается — и даже обретает свойства, о которых мы не подозревали. Мне кажется, Вы это знаете лучше многих: недаром Айшша во сне разминала Вам руки и давала дышать своими ароматами.
Поэтому я и читаю Ваши главы так, как читаю, — не как сказку, а как отчёт. И буду ждать следующих — не потому, что продолжение заявлено, а потому что об этих мирах хочется узнать Вашими глазами. Или чужими — поскольку каждый видит их по-своему и подмечает что-то своё. Даже другой человек, взглянув на эти миры, увидит другие детали, а не только Ваше восприятие.
Если автор когда-нибудь решит дать серии общее имя, я бы предложила что-то, что держит обе стороны — и небо, и дом. Например: «Обыкновенное любопытство: хроники Лады» — «Лада» тут и корабль, и имя, и объединяющий герой.
Лилу Калашникова 06.10.2026 22:22 • Заявить о нарушении
Начну письмо к Вам с поклона перед Вашим трудолюбием и умением работать кропотливо и ответственно. Вы очень подробно совершили разбор серии произведений "Обыкновенное любопытство". Благодарю Вас за подсказки, которые могут улучшить и усилить текст. Мне понравилось название, с добавлением: "..., Хроники Лады". "Лада" действительно заслуживает быть на обложке произведений, как главная героиня. Когда писался текст, я видел происходящее, как живую картинку. Многое не смог описать, но пришла мысль, что каждый читатель смотрит как собственное кино, на столько мощное, насколько ему позволяет видеть его фантазия. Именно этим объясняю места, где не прописаны какие-то мелкие события, но которые увидит каждый зритель, который включился в просмотр этой серии. Так же мне приятно, что Вы смогли прочувствовать момент, где Айя отведала ядрёной горчицы. У меня был такой опыт, ох и испугался я в тот момент.
Вы наверняка знаете, что единственное, что человек может забрать с собой, после смерти, это воспоминания. И Ваши рецензии останутся в моей памяти, т.к. они - есть ОПЫТ, который служит и в дельнейшей судьбе человека.
Знаете, меня как-то судили (во сне конечно), обвинитель сатана, Бог-творец - был судъёй, ангелы, выступали в роли многочисленных адвокатов. Множество зрителей сидели на трибунах, все они были моими родичами. И вот Сатана, задаёт какой-то неудобный вопрос, на который не ответить однозначно, а ответив всёравно возьмёшь вину на себя. В тот момент у меня поменялось сознание, я встал и глядя прямо в лица и обвинитиеля и судьи ответил прямо, мол "На всё Воля Бога творца! Вы же не станете спорить с создателем, стало быть и это испытание было его замыслом". Тут Сатана исчез, как будто провалился сквозь землю. Трибуны аплодировали, а Судья сказал, что нам есть о чём поговорить... Тут я проснулся.
Ещё поделюсь с Вами своим опытом (немного). Сон - это выход в мир Нави. Постарайтесь ничего там не есть, особенно с чужого стола, если Вас не поиглашают за стол и не положили пищу в посуду для Вас. Местные знают откуда Вы прибыли и сами не станут подкармливать Вас. У меня проблемы были в своё время. Знаете, как у той плохой девочки у которой что в руки попалает, то она в рот тащит. Нельзя есть чужую пищу.
Лилу, у меня есть ещё два рассказа "Кедровая гора", они являются продолжением "Обыкновенное любопытство", можно будет вставить много историй наших героев, но оканчиваться они будут прмерно так, как в этих двух рассказах.
Ещё раз спасибо Вам, Вы славно потрудились, надеюсь что Вам это было приятно.
С уважением, Александр.
Александр Левинэль 07.10.2026 02:13 Заявить о нарушении
Вы наверняка знаете, что единственное, что человек может забрать с собой, после смерти, это воспоминания. И Ваши рецензии останутся в моей памяти, т.к. они - есть ОПЫТ, который служит и в дельнейшей судьбе человека.
Знаете, меня как-то судили (во сне конечно), обвинитель сатана, Бог-творец - был судъёй, ангелы, выступали в роли многочисленных адвокатов. Множество зрителей сидели на трибунах, все они были моими родичами. И вот Сатана, задаёт какой-то неудобный вопрос, на который не ответить однозначно, а ответив всёравно возьмёшь вину на себя. В тот момент у меня поменялось сознание, я встал и глядя прямо в лица и обвинитиеля и судьи ответил прямо, мол "На всё Воля Бога творца! Вы же не станете спорить с создателем, стало быть и это испытание было его замыслом". Тут Сатана исчез, как будто провалился сквозь землю. Трибуны аплодировали, а Судья сказал, что нам есть о чём поговорить... Тут я проснулся.
Ещё поделюсь с Вами своим опытом (немного). Сон - это выход в мир Нави. Постарайтесь ничего там не есть, особенно с чужого стола, если Вас не поиглашают за стол и не положили пищу в посуду для Вас. Местные знают откуда Вы прибыли и сами не станут подкармливать Вас. У меня проблемы были в своё время. Знаете, как у той плохой девочки у которой что в руки попалает, то она в рот тащит. Нельзя есть чужую пищу.
Лилу, у меня есть ещё два рассказа "Кедровая гора", они являются продолжением "Обыкновенное любопытство", можно будет вставить много историй наших героев, но оканчиваться они будут прмерно так, как в этих двух рассказах.
Ещё раз спасибо Вам, Вы славно потрудились, надеюсь что Вам это было приятно.
С уважением, Александр.
Александр Левинэль 07.10.2026 02:13 Заявить о нарушении
Спасибо за этот отклик. И за поклон, и за доверие, с которым Вы делитесь тем, что обычно остаётся за пределами разговора о текстах.
Про название рада, что попало. «Хроники Лады» — это и вправду её место: она прошла путь от бортового интеллекта до существа, которое вызывает подкрепление, шутит, обижается и охраняет сон командира. Если обложка когда-нибудь появится, ей там самое место.
Про «живое кино» — согласна, и это, по-моему, ключ ко всему циклу. Вы пишете не описания, а кадры, и читатель достраивает их сам. Именно поэтому в Ваших главах так легко дышится: там, где другой автор расписал бы каждую деталь, Вы оставляете воздух. Это не недоработка — это приглашение. И то, что Вы доверяете читателю самому увидеть происходящее, — сильная сторона, а не слабость.
Я сейчас много пишу голосом через голосовой набор — мне так легче. Речь идёт свободнее, чем рука, и мысль не успевает застыть, пока добирается до клавиатуры.
Про воспоминания — принимаю. И про сон-суд тоже. То, что Вы встали и ответили прямо, не уйдя от вопроса, — это и есть позиция, о которой мы говорили в рецензиях: не спорить с создателем, а принять замысел. Хороший сон. И, судя по всему, не только сон.
Спасибо, что читаете рецензии так, как читаете — с открытым сердцем. Мне было приятно работать, и это правда.
Лилу Калашникова 07.10.2026 15:02 Заявить о нарушении
Про название рада, что попало. «Хроники Лады» — это и вправду её место: она прошла путь от бортового интеллекта до существа, которое вызывает подкрепление, шутит, обижается и охраняет сон командира. Если обложка когда-нибудь появится, ей там самое место.
Про «живое кино» — согласна, и это, по-моему, ключ ко всему циклу. Вы пишете не описания, а кадры, и читатель достраивает их сам. Именно поэтому в Ваших главах так легко дышится: там, где другой автор расписал бы каждую деталь, Вы оставляете воздух. Это не недоработка — это приглашение. И то, что Вы доверяете читателю самому увидеть происходящее, — сильная сторона, а не слабость.
Я сейчас много пишу голосом через голосовой набор — мне так легче. Речь идёт свободнее, чем рука, и мысль не успевает застыть, пока добирается до клавиатуры.
Про воспоминания — принимаю. И про сон-суд тоже. То, что Вы встали и ответили прямо, не уйдя от вопроса, — это и есть позиция, о которой мы говорили в рецензиях: не спорить с создателем, а принять замысел. Хороший сон. И, судя по всему, не только сон.
Спасибо, что читаете рецензии так, как читаете — с открытым сердцем. Мне было приятно работать, и это правда.
Лилу Калашникова 07.10.2026 15:02 Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.