Биография нечисти. Глава 4

1

Машину трясло, на жёстких сиденьях подбрасывало. Разогнаться на такой трассе можно было разве что на танке, а газель-развалюха для подобных заездов не годилась совсем. Теперь было понятно почему очкарик запретил открывать окна, - только ленивый зверь не смог бы забраться внутрь на скорости в тридцать пять километров.

Чтобы разогнать скуку, водитель включил радио, но чем дальше они удалялись от «периметра» тем слабее становился сигнал: треск, невнятный фон, посторонние кратковременные передачи.

- Тебе бы транспорт обновить, - ухмыльнулся Прыгун. - Эдак без колёс однажды останешься, как бабки зарабатывать будешь?..

- Надёжнее моей колымаги на сто километров вокруг не сыскать, - отпарировал водитель. - Собственными ручками перебрал. А выручала она сколько меня? Однажды оборону в ней держал сутки от своры выродков. Если б не моя «ласточка», так и не дождался бы помощи.

Макс сидел позади всех, и испытывал ощущение сравнимое с восторгом человека впервые увидевшего океан. Именно подобные аналогии и возникали в его сознании. Странная смесь визуальных образов, запахов и едва уловимых ассоциаций создавала невообразимые иллюзии. Он сказал Прыгуну, что приехал не за приключениями, но сейчас уже был не так уверен в своих словах. Может дело вовсе не в репортаже? Или не только в нём? Разве не будоражили его кровь безумные рейды по «Зоне отчуждения», о которых он читал?

В очередной раз подбросило, и наваждение рассеялось. Всматриваясь в черноту за окном, он постоянно замечал потусторонне-зелёное мерцание. Иногда среди деревьев в лесной чаще, иногда в небе. Сияла ли земля кишащая микроорганизмами, или это было последствие всепроникающей радиации, Макс не знал, но воображение разыгралось не на шутку.

- Смотри поворот не пропусти! - подтрунивая, бросил Мишка. - А то до «Обители» только к рассвету доберёмся.

- Болтай меньше! - огрызнулся очкарик. - Я на этой дороге каждую яму знаю, собственной задницей прочувствовал...

Макс смотрел во все глаза, пытаясь разглядеть в темени наступающих сумерек, хоть какие-нибудь детали. Показались остовы домов — теперь дорога шла через заброшенный хутор, призрачное сияние над которым стало пульсирующим и неровным. Здесь водитель слегка притопил, и машина пошла быстрее. Опасение его были не напрасны, лучшего места для засады и не придумать. Множество укрытий, отличный обзор даже в сумраке, точки на возвышенностях для прицельной стрельбы.

Минут через десять они выбрались на открытое пространство, и «мёртвый посёлок» остался позади. По обеим сторонам поросшие бурьяном поля, редкие купы деревьев, бесконечный частокол бетонных столбов вдоль шоссе.

Они проехали ещё десяток километров, и Макс стал различать впереди, скупую россыпь электрических огней.

- «Обитель» будь она неладна, - бросил Мишка Прыгун. - Но для измождённого переходами сталкера, нет места роднее.


2


Макс отдал очкарику тысячную купюру и в смущении спрятал истончившуюся пачку в нагрудный карман.

- Обращайся если что, - заулыбался «таксист». - Меня Шрайбиком все кличут. Любая собака подскажет, где найти.

- Хорошо, обращусь! - закидывая рюкзак за спину, отозвался Воробьёв.

Шрайбик высадил их у блокпоста, - безобразной баррикады из ржавого металлолома и не ошкуренных брёвен. Вход охранялся тремя бойцами, которые сразу же вышли из укрытия навстречу.

- Свои мы, свои! - поднимая руки, произнёс Мишка. - Нам бы в «Обитель».

- Взнос «на капремонт» и проходи, - оскалился боец. - Только в городке не шалить, иначе пожизненный бан.

- Да помним мы, - пробурчал Парамон. - Что мы дураки что ли!..

«На капремонт» каждый раскошеливался сам. Взнос был не великим, и Макс вздохнул с облегчением, когда их наконец пропустили.

- Это перевалочная база, - пояснил Мишка. - Отсюда народ растекается по «Зоне» во всех направлениях. База не единственная, но ближайшая к «периметру».

- Её кто-нибудь контролирует?

- Отцы-основатели. Братья Стремачи! Неплохие люди, терпимые к чужим недостаткам, но жестокие к любителям покачать права. С такими разговор у них короткий. За шкирняк и вон. Правда до смертоубийства редко доходит, только в крайнем случае.

- А в «Сердце Зоны» есть такая база?

- «Сердце Зоны» это земля призраков, жить сложно и опасно. Никому и в голову не придёт задерживаться надолго. Разве что учёным, которые шхерятся в лабораториях-бункерах. Но говорят убежища есть и там, но я в «сердце» не бывал и толком не знаю, где они могут располагаться.

- Значит, мы всё ещё на окраине?..

- Это пятидесятый километр от «периметра» - считай окраина, - согласился Мишка.

- Ещё около ста километров центральная часть, а дальше пекло — бывшая тридцатикилометровая «Зона отчуждения».

По всей видимости, «Обитель» некогда была военным городком. Офицерское общежитие, казарма, гаражи, склад ГСМ, плац, спортплощадка. Всё это хозяйство теперь представляло один гудящий как улей лагерь кочевников. Народ кучковался в небольшие группы, были здесь и одиночки. Кто-то коротал время в собственной палатке, а кому-то удалось обосноваться в казарме и общаге.

- Братья Стремачи неплохо зарабатывают, - переходя на шёпот, заметил Прыгун. - Каждый клочок земли на базе приносит им доход, у кого денег мало, ночуют под открытым небом, кто с бабосами, тому место в здании, даже номера люкс есть — для заезжих толстосумов, ну вроде тебя.

Мишка оскалился в улыбке и похлопал Воробьёва по плечу.

- Запомни одну вещь — деньги и в «Аду» деньги, экономь и трать с умом, если прижмёт, а денег не окажется — загнёшься не за грош. Бесплатно никто даже обгрызенный сухарь не даст. Это Дикий Запад, где человек человеку волк.


3


Им выделили угол в гараже. Но здесь было сухо и чисто. Вероятно Стремачи небезосновательно опасались занести на свою территорию какую-нибудь заразу, потому тщательно следили за санитарной обстановкой. В углу пахло хлоркой и стояла пластиковая бутылка с обеззараживающим раствором.

- Эх! Пожрать бы сейчас чего! - проговорил Лёха Домкрат. - Может в обжорку сходим?

- А барахло на кого? - поинтересовался Прыгун.

- Я останусь, - бросил Парамон. - Только мне принесите тоже...

Забегаловка располагалась там, где и положено быть общепитовскому заведению — в бывшей солдатской столовой. Людей оказалось не много. За раздачей стояла дородная женщина, а рядом, примостившись на стуле, сидел долговязый седой мужик.

- Это Захар, младший из братьев, - прошептал Мишка. - Контуженный на всю голову, припадочный проще говоря. Проблемы с речью, на левой руке нет двух пальцев, но силой обладает невероятной. Когда-то добывал артефакты, вот в аномалии и покалечился.

Они выбрали столик, расселись на стульях.

- Задерживаться в «Обители» мы не будем, завтра утром двинем в Радонск, - сказал Мишка. - Надеюсь, решение не поменял?

- Нет такой привычки! - отозвался Макс. - А что такое Радонск?

- Закрытый город. До катастрофы назывался Радонск - 19.

- Никогда не слышал.

- Ещё бы! Это секретный город, о котором в советские времена знали только единицы. Говорят в его лабораториях проводились генетические эксперименты. Изучались способы воздействия радиацией на организмы, с целью получения устойчивых мутаций.

- Неплохо! Вот это действительно горячая тема для репортажа, - улыбнулся Воробьёв. - А вам-то туда зачем?

- Скажем так, решили выследить одного выродка и проверить одну версию, - вставил Лёха. - А хорошо так совпало, да? Тебе нужно что-то про мутанта, и мы собрались поохотиться.

- Ну, не то чтобы поохотиться, - одёрнул Мишка. - Скорее кое-что проверить.

- Ладно, ладно! Меня всё устраивает.

- Отсюда до Радонска пять километров, - добавил Прыгун. - Но двигаться придётся пешком. Пойдём на рассвете.


4


Это была первая ночь в чуждом мире. Но спалось на удивление хорошо. Он упал на свой матрас, завернулся в спальный мешок и заснул без задних ног. Ничего не снилось, ничего не беспокоило. Но едва забрезжил рассвет, его разбудил Мишка.

- Пора! - тихо произнёс он. - В Радонск мы должны попасть к полудню. Иначе момент пропустим.

- Я понял! - продирая глаза, зашептал Макс. - Сейчас ботинки только натяну.

- Если по нужде потребуется, санузел во дворе! Давай пошевеливайся!

Повторять дважды не пришлось. Воробьёв быстро свернул спальный мешок, надел берцы и закинул на плечи рюкзак.

Своих компаньонов он нашёл на улице. Они стояли у КПП и тихо переговаривались, но как только показался Макс все разговоры смолкли.

- Для первого времени твоя экипировка, конечно, сгодится, - сказал Мишка. - Но если собираешься здесь задержаться, придётся сделать кое-какой апгрейд.

- Не нравится мой камуфляж? - оглядывая себя, процедил Воробьёв. - На амуниции я не экономил. Самое лучшее брал.

- Это барахло для жизни, что осталась за «периметром». Для походов в лес, соревнований по страйкболу. А здесь требуется повышенная прочность и практичность. - Мишка скептически потрепал край куртки собеседника. - Нужен фасон с плотной подкладкой. И желательно костюм про запас. Не помешал бы противогаз. У тебя он есть?

Макс смущённо покачал головой.

- Наверняка и счётчика Гейгера нет. Правильно!?

- Послушай, я не думал, что всё это мне пригодится, - начиная терять терпение, проговорил Макс.

- Э! Брат! Здесь ты не прав, - хмыкнул Парамон. - Надо учитывать всё. Дилетанты в «Зоне» долго не живут. Первыми в аномалиях спекаются.

Он залез в рюкзак и достал из него подсумок с противогазом.

- Держи! От себя отрываю! - бросил он. -  Вернёмся из рейда рассчитаемся.
Макс забрал подсумок и благодарно кивнул.

- В мешок не прячь, всегда держи под рукой. Если какая напасть, не придётся мельтешить. А лишняя секунда форы может спасти жизнь.

По поводу пригодности подарка, Макс усомнился сразу же. Драный подсумок, оторванная застёжка, да и сам противогаз, на который он взглянул краешком глаза, выглядел так, будто его списали ещё во времена первой мировой войны.

- Потрепались!? Теперь в путь, - скомандовал Прыгун. - Денёк-то сегодня жаркий намечается. Ещё пекло в пути застанем.


5


Дорога изрытая ямами. Потрескавшийся, вздыбленный асфальт, сквозь который уже пробилась поросль бирючины и дикого барбариса. Человеческие следы на запретных территориях стирались быстро. Только отбойники, да покосившиеся электрические столбы ещё напоминали, что здесь когда-то была стратегическая дорога в закрытый город.

В туманной утренней дымке Радонск едва различался. Были видны типичные пятиэтажные хрущёвки, несколько высотных зданий, сверкающие стёклами окон, какие-то цеха и трубы предприятий.

- В советские времена в городе проживало до десяти тысяч человек, - сказал Прыгун. - Это была промышленная площадка с замкнутым циклом производства.

Говорят, некоторые лаборатории располагаются под землёй. На десятки этажей в недра уходят. Но что там творится... одному Богу известно.

- И что? Сталкеры не пытались туда проникнуть?

- Думаю, пытались! Просто немногие оттуда вернулись, а кто вернулся держат язык за зубами, - Мишка посмотрел на Макса и улыбнулся. - Именно на улицах Радонска Захар Стремач получил свою контузию. Полез за «камушком» в аномалию, там-то и шибануло.

- В Радонске аномалий до чёртиков! - добавил Лёха Калифорниец. - Но умные люди ходят только там, где их нет.

- Хорошо, что существуют карты локаций, - отозвался Парамон. - И те кто умеет их читать.

- Аномалий и вокруг нас полно, - добавил Мишка. - Но на шоссе их нет. Загадка!

- А мутанты? - поинтересовался Воробьёв.

- В чистом поле твари на глаза редко попадаются, особенно днём. А вот ночью... В городе всё иначе: даже при свете много мест, где можно спрятаться, логовища и норы. Город — это охотничьи угодья, и человек там либо конкурент, либо жратва. Чаще всего жратва!

Первые сведения, которые Макс получил из первых уст, уже просились на бумагу. У него просто чесались руки взяться за блокнот и настрочить пару абзацев, но подобную роскошь позволить он себе не мог. Да и не поняли бы новые приятели его профессиональной прыти. Впрочем, размышлять ему никто не запрещал, и считая шаги, он неосознанно перелопачивал в памяти всё что успел узнать за прошедшие сутки.

Кое-какие выводы Макс уже сделал. То что он почерпнул из открытых источников на «гражданке» было мягко говоря противоречиво: с одной стороны толстый налёт лжи и преувеличений, с другой недосказанность и секретность. Только здесь на месте событий, так сказать, он мог узнать истинную правду жизни. Теперь-то он отлично это понимал.

- А у вас конкуренты есть? - неожиданно спросил он.

- Все кто носит оружие, - не оборачиваясь, бросил Мишка. - Бандиты, отморозки-одиночки, сектанты-недоумки, представители различных группировок, вояки, дезертиры, мародёры и даже такие же «барахольщики» как и мы.

- Доверять можно только тем кого лично знаешь, - добавил Парамон. - Да и то не всем. Если хочешь спокойно провести время, отыщи нейтральную территорию. Вроде базы Стремачей.

- К примеру, уже сейчас мы хорошая мишень для вражин, - усмехнулся Лёха. - Полоснут очередью из овражка, и пиши пропало. Обшарят хладные трупы до подштанников и бросят прямо на дороге.

- Ну это ты загнул, - отмахнулся Мишка. - Конкурент, не значит потенциальная жертва для смертоубийства. Может ведь и в ответ прилететь. Я уж не говорю про возмездие от «праведников».

- «Праведников»?

- Ребят, которые по мере сил следят за соблюдением правил, - пояснил Парамон. - Они состоят в эдаком ордене блюстителей порядка. Правда шарятся всё на больших трактах, да в окрестностях баз. Но для некоторых, кто переходит все границы они последняя инстанция - судьи, которые вешают на дубах без суда и следствия. Если поймают конечно.

Как и предрекал Мишка, несмотря на раннее время, начало припекать. Очень быстро солнце раскочегарило топку. Макс расстегнул куртку и потянулся к фляге.
Шаг за шагом они приближались к таинственному городу, туман над которым рассеялся, превратившись в зыбкое полупрозрачное марево. Ни верстовых столбов с цифрами, ни указателя с надписью: «Добро пожаловать в Радонск», ничего что говорило бы о лежащем впереди населённом пункте. Они миновали разрушенный пропускной пункт, а вскоре вышли к сетчатым воротам, некогда закрывавшим въезд на закрытую территорию. Ворота всё ещё были заперты, хотя сетка с них сползла и скрутилась в рулон. Не было и забора некогда тянувшегося по периметру охраняемой зоны, от него остались только столбы.

Прыгун пролез в дыру и с самоуверенностью бывалого человека двинулся дальше. А вот Макс испытал смешанные чувства: с одной стороны восторг первооткрывателя, с другой некое беспокойство, выразившееся каким-то непонятным пока предупреждением, что посылала ему интуиция. Ему вдруг показалось, что он переходит рубикон, запретную черту, из-за которой вернуться к полноценной жизни уже не получится. Сверхчувствительным человеком он никогда не был, да и воображение всегда имело определённые пределы, потому навязчивые мысли он безжалостно отогнал.

- Подтолкнуть!? - поинтересовался Парамон, когда Макс замешкался. - Если что, я мигом...

- Это, да! Пинается он будь здоров! - заржал Лёха. - Даром что сорок пятый размер лаптей.

Воробьев криво улыбнулся и осторожно пролез в дыру.

Мишка уже успел уйти шагов на десять вперёд. Внезапного нападения он по-видимому не боялся. Притупились ли его ощущения или парень просто знал чего ждать, Макс не ведал, но в какой-то момент он по-доброму начал завидовать здоровяку. Его выдержанности, какой-то прагматической циничности, житейской мудрости и достоинствам лидера. Он быстро догнал Прыгуна и пристроился за спиной.

- Если привыкнешь к этим местам, назад уже не захочешь, - не оборачиваясь заметил Мишка. - «Зона» даёт самое главное — волю. Ты сам знаешь, что тебе нужно, не зависишь от других, рассчитываешь только на себя, и свободен как птица. Только держи нос по ветру и не щёлкай клювом. Иначе крышка.


Рецензии