Рассказ 3. Баба Яга летает над баком корабля

             Мужская сущность без всякого принуждения порой сама собой проявляется в экстремальных обстоятельствах, не смотря на возраст и ранги.
             Лето 2016 г., Адлер. Отдых с семьёй на море. Алик летит по воде вместе с сыном (которому уже под 30 лет), на буксируемой катером водной ватрушке (баллоне). Из всей страховки только спасательные жилеты. Кулаки крепко сжимают брезентовые «ушки» (петли для рук). В катере девушка и черноволосый, загорелый, со строгим лицом, жилистый парень, ведущий этот катер на большой скорости и с крутыми виражами. Сын специально попросил его сделать не просто прогулку по воде, а экстрим. Сказано – сделано. Ватрушку бросает так, что, кажется, сейчас оторвёт руки с «ушек» и сидящие в ней вылетят в открытое море. То она резко взлетает на волне и с силой падает опять в воду, то при повороте чуть ли ни на 90* ватрушка поднимается одним краем на воде под углом, и Алик  с сыном зависают над морем. Тут же поворот в другую сторону. Как будто бы сын и водитель катера поспорили, выдержат ли они? Останутся ли в ватрушке или вылетят из неё в море? Сыну весело, он что-то кричит под шум моря и катера, но держится тоже с трудом. Алик сжал зубы и держит «ушки» в кулаках из последних сил, как когда-то очень давно, тоже на Чёрном море, на корабле при шторме, держась одной рукой за леер, а другой за руку товарища-матроса, образуя живую цепь.    
             Февраль 1983 г.. Третьи сутки как болтает. Наш корабль – военный Спасатель (СС ПЛ), вышедший в море на отработку водолазных спусков, стоит на рейде под Ялтой. У Алика, матроса боцманской команды, была на этом корабле, как и у всех, настоящая морская служба. Радист сидит в своей рубке в наушниках, моторист работает в машине-турбинах корабля, водолаз ждёт, когда для него спустят на глубину водолазный колокол и ему нужно будет отработать задачи по входу и выходу из него. А матрос боцманской команды почти всегда на верху, на палубе корабля: На баке (носу), бортах (шкафутах), верхней (расчётной) палубе и юте (корме). Море, берег. Корабль перед боцманом постоянно на виду: - швартовка-от швартовка, спуск и поднятие якоря, корабельного катера, покраска и чистота корабля и так далее. Как правило, боцман - первый, кто приходит на помощь спасение упавшего в море моряка, прыгает со спасательным кругом (жилетом) сам, либо кидает моряку спасательные средства, вытягивает и подстраховывает.
             Не всегда идёт всё по плану. Погода, шторма вносят свои коррективы. Поэтому, когда сильно начинает штормить, отработка водолазных спусков прерывается. Но поставленные задачи и нормативы всё равно необходимо выполнить. Ждём, когда шторм утихнет. Однако шторм не только не утихает, но и усиливается. Это опасно! Может сорвать якоря и волной  завалить корабль.
             Сигнал: Боевая тревога! Команда дежурного офицера по кораблю по радиотрансляции: «Команде по местам! С якоря сниматься!». Алик вместе со всеми матросами боцманской команды друг за другом бежит быстро вверх по трапам на бак корабля. Каждый знает своё место и задачу. Одеты в бушлаты и береты, подвязанные шнуровками за подбородок, а некоторые в короткие чёрные шинели и зимние шапки-ушанки. На всех закреплены жёлтые спасательные жилеты. На баке уже находится старшина боцманской команды мичман Берестов.
             Болтает здорово! Нос корабля то уходит вниз под волну, то поднимается к чёрному небу так, что моря не видно. Механизм выбирает якорную цепь, которая через бортовой клюз проходит и закручивается в цепном ящике на большой железный вращающийся стержень. При этом всегда один из матросов боцманской команды держит брезентовый пожарный рукав, направляя его конец с выхлёстывающейся из него под большим напором струёй воды на выбирающуюся со дна моря якорную цепь, вымывая из звеньев и уключин этой цепи глину, прилипшую со дна моря.
             Идёт радиосвязь ГКП (главный командный пункт в рубке корабля, где на связи либо вахтенный офицер, либо командир корабля, либо помощник командира корабля) с БАКом (передняя часть палубы коробля - носовая, доклад от старшины боцманской команды):
ГКП - Бак (доклад с Бака на ГКП): «На клюзе 50 метров!»! (метры определяются по маркировкам, нанесённым на звеньях выбираемой цепи).
Бак – ГКП (команды с ГКП на Бак): «Есть!».
ГКП – Бак: «На клюзе 40 метров!»!;
Бак – ГКП: «Есть!».
             Штормит! Брызги в лицо. Моряки еле держатся на ногах. Кто-то падает на палубу, но сразу пытается встать. Самый сильный физически командир отделения «рыжий» Андрей, держа брезентовый рукав под напором воды на выбирающуюся со дна моря якорную цепь, в такой болтанке уже не справляется. Держать пожарный рукав двоим матросам неудобно, а кому-нибудь помогать держать Андрея проблематично, так как второго тоже нужно кому-то держать.
             Старшиной боцманской команды мичманом Берестовым принимается следующее решение: «Матросам встать в живую цепь (держа друг друга за руки), от левого борта носа корабля к правому (крайние по обоим сторонам держатся одной рукой за леер борта) с целью держать в этой цепи за плечи (полы шинели) с обеих сторон матроса с пожарным рукавом, смывающим глину с выбирающейся якорной цепи, находящегося в этот раз не у бортового клюза, а ближе к середине палубы бака, недалеко от отверстия в цепной ящик!».
             Держать рукав пожарного шланга поручено самому лёгкому Мишке (одесситу) весившему около 55 кг, так как более сильные тяжеловесные матросы, должны крепко держать его и друг друга руками. Расстояние от левого и правого бортов носа корабля примерно 8.5 метров.
             Все расставились в живую человеческую цепь от борта к борту, лицом к ГКП. Мишка, небольшого роста, с тонкими чертами чуть вытянутого лица и длинноватым носом, с чёрными и злыми глазами, в короткой чёрной, видавшей виды шинели и в сером берете со шнуром на подбородке, принял рукав пожарного шланга с выхлёстывающейся из него под большим напором струёй воды и почти сел на него, пропустив между ногами ближе к концу (железному отверстию). Его же стали держать матросы с обоих сторон, один за плечо, другой за воротник шинели, которых также держали за руки другие матросы. Алик держался левой рукой за леер правого борта бака корабля, а другой за руку товарища.
             ГКП – Бак: «На клюзе 25 метров»,
             Бак – ГКП: «Есть!».
             И тут болтануло в очередной раз так, что нос корабля особенно резко пошёл вниз, как будто бы палуба ушла из под ног. Один из матросов, держащий Мишку с левой стороны за плечо шинели, не смог его удержать, выпустил сам упал на палубу. Живая цепь в середине рассыпалась, но крайние матросы кулаки с лееров не разжали. И кто мог, увидели, что Мишка, как Баба Яга на помеле, в своей чёрной шинели и берете, взлетает вверх над баком перед ГКП на пожарном рукаве, из которого вырывается большой напор воды. При этом его ещё держит за воротник шинели на вытянутой, поднятой вертикально вверх руке один из самых высоких в команде матросов Володя, державший его справа. Так Мишка летал в воздухе на пожарном рукаве несколько секунд, но этот рукав он не выпустил, также как и Мишку не выпустил державший его матрос. Это было как в сказке!
             Бак – ГКП: «Что у вас там, ёптать, происходит?!».
             Нос корабля пошёл вверх. Мишка (Баба Яга) приземлился. Живая цепь воссоединилась.
             ГКП – Бак: «Цепь выбирается нормально! На клюзе 15 метров!».
             Бак – ГКП: «Есть!».
             ГКП – Бак: «Якорная цепь полностью выбрана в цепной ящик и закреплена. Якорь закреплён на месте!»!;
             Бак – ГКП: «Есть!».
             Команда по радиотрансляции корабля: «Корабль: на ходу в штормовых условиях! Вахтенным на постоянной связи и докладе с командиром, помощником командира корабля и вахтенным-дежурным офицером по кораблю! Личному составу, свободному от вахт, закрепиться на койках в своих отсеках, задраив люки!».
             Всё это пронеслось в памяти у Алика, когда от сжатости кулаков за «ушки» водной ватрушки побелели пальцы. Усилием воли Алик с сыном преодолели этот водный аттракцион и возвратились к пирсу.
             Спасибо команде катера! Незабываемые были впечатления!