Без точной цифры

 - Привет! Ну, где встречаемся?
 - Салют! Прямо у подъезда юбилярши, думаю. Подарок не забудь! Цветы купила. Кстати, встреча там была,  до сих пор не отойду... Стою там, в цветах, – открытку Татьяне выбираю. И слышу  женский голос: «Девушка, а свечи с цифрами у вас есть?»  «Есть», – та отвечает.
«Тогда дайте четыре, ноль и один». 
Продавец с улыбкой спрашивает: «Два дня рождения сразу или с запасом берёте?» А та ей так спокойненько: «Подруге сегодня сто четыре исполнилось. Мы с ней ровесницы».
 
- Ничего себе!

 - Ага. От удивления я рот, наверное, открыла, ушам не верю. В уме подсчитываю...  восемнадцатый год, представляешь! Сразу после революции... А продавщица повторяет только: «Это ведь другая эпоха! Другая эпоха!»
- А выглядит-то бабулька как? 
- В том то и дело, что очень даже! Такая аккуратная старушенция: лицо, конечно, в морщинах, но губки подкрашены, на голове шляпка симпатичная, платье точно не из сундука. Пошла к выходу – спина прямая. Я даже засомневалась. Залезла в интернет, чтобы узнать, есть ли у нас долгожители...
- И что?
- Восемь человек, перешагнувших столетний рубеж. Самой старшей, кстати, — сто восемь.
- Обалдеть! А им ведь когда-то желали до ста дожить?!
- Точно! Поэтому мы Татьяне никакой точной цифры не указываем. До встречи!


Рецензии
Спасибо, Тася! Да, долгожители порой вызывают и удивление и даже непонимание. Не внешним видом - разговорами своими, совсем не склеротическими, но такими не вмещающими в сознание их собеседников. К примеру - дед мой стал при моей старшей дочери, Наташе, вспоминать: - Когда на кавказ приезжал император Николай Александрович... - Какой Николай, Первый, или Второй? - на всякий случай уточнила Наташа. - Во-первых, Николай Первый был не Александрович, а Павлович! - возмутился дед. А во-вторых, вопрос, прости, странный: я же не баобаб, чтобы прожить 200 лет! Деду к тому времени было уже 94...
А бабушка дожила до 97-и. Она была 1890-го года рождения. К 17-му году была уже 27-летней женатой женщиной, с двумя детьми, моими дядей Михаилом и тетей Бэлой.
Оба до конца жизни сохраняли твердую память и трезвый ум. А дед, ровесник века, даже продолжал работать, до самой своей смерти в 1994-м.

Александр Парцхаладзе   08.05.2026 23:21     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.