Статья

               
 к Международной научной конференции, посвященной 124-й годовщине со дня рождения С.А. Есенина «Жизнь и творчество С.А. Есенина в контексте мировой культуры». Москва-Рязань-Константиново. 2019.
             «Я милой голову мою Отдам, как розу золотую».
                Есенин и Данкан: находки писателя.

   Я писатель. Мой роман «ТАНЕЦ и СЛОВО» о С.А. Есенине удостоен литературной губернаторской премии им. М. Пришвина. То есть признан лучшей книгой по Московской области за год. Роман писала шесть лет, изучила все возможные материалы. Основывалась на проверенных документах, на «Летописи жизни и творчества С.А. Есенина» ИМЛИ РАН. В частности, много ценной информации почерпнула о заграничном турне С. Есенина и Изадоры Данкан /Айседоры Дункан/, как привыкли ее звать у нас. Изучала поэзию Сергея Есенина построчно, соотнося со временем написания, буквально - по дням, с окружающими людьми и ассоциациями. Увязывая воедино, отделяя по мере сил выдумки и правду очевидцев. Да, это художественное произведение, но оно высоко оценено есениноведами, я не ученый, но я исследователь. Зная манеру Сергея Александровича писать, могу сказать, что записывал он стихи не сразу… И все же я понимаю многие его ассоциации и истоки строк.
   В романе есть несколько редких, интересных мыслей.
   Сергей Есенин говорил: «Что касается остальных автобиографических сведений, они в моих стихах». (1) И я ориентировалась именно на эти его слова! «Пусть вся жизнь моя за песню отдана». (2) Сергей Есенин не просто жил своими стихами. Он жил в них. Все поэты идут от жизни. Переживают какие-то эмоции, а потом сочиняют стихи. Все было иначе в творчестве Есенина. Он придумывал образ. И начинал видеть себя в этом образе. Иисус сказал: «Будьте, как дети». Есенин играл. Судьбой и жизнью. Если он видел себя хулиганом, он воплощал это в стихи. Поэт – это не просто тайна Слова, это перелитая в стихи судьба. Слово само по себе стоит дорого, но важно то, что за ним. Если кровь твоя,  - ты поэт, настоящий поэт. Моя любимая цитата: «Слово изначала было тем ковшом, которым из ничего черпают живую воду». (3)
   Итак, к главному. Поэзия, судьба, личность С. Есенина изучены самым тщательным образом не только мною, но многими и многими исследователями, научными сотрудниками, целыми институтами. И не только в России. Так что же можно увидеть нового?
   Заявлено, что мой роман – о любви двух гениев. Но политики в нем даже больше, чем отношений. Когда я начинала писать, не подозревала, насколько сложной, бесконечно сложной личностью был великий поэт. В него погружаешься, как в бездну.
   Но скажу я сначала о личном. До сих пор многие думают, что между Сергеем Есениным и Изадорой было все, что угодно, только не любовь. Игра в славу, погоня за именем, страсть, в конце концов. Но, изучив все, написанное Сергеем Александровичем, все воспоминания очевидцев, особенно Ильи Ильича Шнейдера, я поняла, что это была настоящая, глубокая любовь, которая оставляет незаживающую рану. А.И. Тарасову-Родионову С. Есенин признавался за три дня до гибели, что «Дункан я любил. И сейчас еще искренне люблю ее. Но я себя не продавал… Дункан я горячо любил. Только двух женщин любил я в жизни. Это Зинаида Райх и Дункан». Это сказано за три дня до страшной даты. (4)
   Общеизвестно, что Сергей Александрович так и не расторг брак с Изадорой /Айседорой Дункан/. После его смерти ее даже признали наследницей его денежного имущества. (5) Она, будучи без сантима в Париже, отказалась от наследства в пользу сестер и матери поэта. Для того, чтобы зарегистрировать свой брак с Софьей Толстой, он даже ездил в Константиново, чтобы сделать себе новый паспорт в волисполкоме в Кузьминском. (6) И в новый паспорт вписать Толстую. Вместо того, чтобы просто оформить развод с Изадорой.
   В соответствии с Декретом Совета народных комиссаров РСФСР от 16 декабря 1917 года «О расторжении брака» брак можно было расторгнуть просто по заявлению одной из сторон. (7) Написать одно предложение и указать адрес супруга. Но Сергей Есенин этого простого шага не сделал. Советская власть в те годы предельно упростила процедуру брака и развода. Поэтому по статистике на 10 заключенных браков приходилось 9 разводов. (8)
   Кроме того, самое важное. Есенин, расставшись с Изадорой, оказался практически бездомным. Ночевал у друзей, у Галины Бениславской, мотался в Ленинград, на Кавказ и т.д. Галина, ее подруги и жених одной из них, заместитель редактора «Бедноты» Грандов М.С., обивали пороги советских ведомств, чтобы выхлопотать комнату для поэта. Из воспоминаний Анны Назаровой, жившей в одной коммунальной квартире с Галиной Бениславской в доме «Правды» в Брюсовском пер, д. 2 а, кв. 27:
«Есенин страшно мучился, не имея постоянного пристанища. Писали письма-ходатайства в президиум ВЦИК, в секретариат Л.Д. Троцкого и А.К. Воронскому. Бумаги переслали в МУНИ. Я не помню в точности всего нашего часового разговора с т. Поповым, но он сказал: «У Есенина есть жена – Дункан, а у нее целый особняк, почему он не живет в нем?» (9)
   Таким образом, чтобы перестать скитаться по углам, надо было просто написать одно предложение: «Прошу расторгнуть мой брак». В те годы даже не нужно было указывать причину.
   Еще интересная мысль. Пожалуй, это не открытие, просто некая догадка, гипотеза. Поэма «Цветы» была завершена до 14 декабря 1924 года. В «Бакинском рабочем» она появилась 04 января 1925 года. Как я уже говорила, Сергей Александрович записывал стихи не сразу. Он мог долго, очень долго носить их в себе, как идею, как образ. Оканчивается поэма строками:
«И потому, что я пою,
  Пою и вовсе не впустую,
  Я милой голову мою
  Отдам, как розу золотую».
   Общеизвестно, что Сергей Есенин отталкивал лодку своего вдохновения зачастую от своей внешности. Символом души и всего самого высокого была для него голова. В то время, как сердце - источник плотского, грязного, неуемного, страстного. «Слушай, поганое сердце, Сердце собачье мое», «Глупое сердце, не бейся». Когда Изадора /Айседора/ впервые увидела С. Есенина, она воскликнула: «Золотая голова!». Хотя русский язык почти не знала. С чем только Сергей Есенин не сравнивал свою «золотую голову».
 «С головой, как керосиновая лампа, на плечах».
То есть со светящейся головой!
«Запрокинулась и отяжелела Золотая моя голова»,
«Оттого, что старый клен Головой на меня похож»,
«Куст волос золотистый вянет»,
«Хочу омыть их в час разлуки
  Я желтой пеной головы»,
«Эх ты, молодость, буйная молодость, Золотая сорвиголова!».
   Так вот. Изадора путешествовала с гастролями по светскому Кавказу осенью 1923 года. Была даже в Баку и настоящей «персидской» деревне, в глубинке, на границе. Думаю, восточный платок она прислала Сергею Есенину именно оттуда. (10) Кроме того, были гастроли по советскому Туркестану летом 1924 года с импресарио Зиновьевым и Марком Мейчиком, пианистом.  Гастроли были провальными, стояла немыслимая жара. Оттуда она написала несколько оставшихся нам известными писем своей приемной дочери Ирме. «Это турне – окончательная катастрофа. Мы … опять без копейки. Страна - волшебная. Если бы были деньги, здесь восхитительные платки и шелка, но увы!!!»  (11)
   Софья Семеновна Виноградская, писательница, жившая с Галиной Артуровной Бениславской в той же самой коммунальной квартире в доме «Правды» вспоминает:
«С лета 1924 года он /Есенин/ поселился на Брюсовском пер, у Г.А. Бениславской. С Дункан больше не встречался. Иногда в разговоре упоминал лишь о том, что она умная и талантливая женщина, или посмеивался над шалью, которую она ему прислала с Кавказа, так как эта шаль ей напоминает его голову». И еще ее воспоминания:
«Каждая строчка его говорит о чем-то конкретном, имевшем место в его жизни. Все – вплоть до имен, которые он называет, вплоть до предметов. У него действительно были и цилиндр и лакированные башмаки». «Большой эстет по натуре, с тонким вкусом, невероятно чистоплотный, он не мог работать в этих условиях. И, чтоб хоть немного скрасить холод голых, без обоев, давно не беленных стен и зияющих окон, он драпировал двери, убогую кушетку, кровать восточными и другими тканями, затягивал окно темной материей, занавешивал яркой шалью.. лампу.
   Он и голову свою иногда повязывал цветной шалью и ходил по комнате, неизвестно на кого похожий» (12)
«Оттого, что без этих чудачеств
  Я прожить на земле не могу».
   Хочу сказать… Эта привычка – украшать тканями комнату, занавешивать абажур – это привычка Изадоры. (13)
   Поэт жил в Москве недолго летом 1924 года. 1 августа вернулся из Ленинграда, менее двух недель, около 14 уехал в Константиново. Вернулся на 10 дней, чтобы в начале сентября уехать на Кавказ. (14)
   Думаю, что воспоминания Софьи Виноградской относятся именно к этим дням. И тогда же – он носил на голове восточный платок Изадоры. И поэтому
   «Я милой голову мою
     Отдам, как розу золотую».
   Ту самую, как на шали, которая так напоминала Изадоре его голову,
   Еще интересная мысль. Сергей Есенин был наделен большим артистическим талантом. Это проявлялось в розыгрышах, в том, что умел притвориться пьяным, будучи совершенно трезвым, это в воспоминаниях Матвея Ройзмана. А еще… Вот так, играя, он обращался с любой публикой. Сначала такая игра «на нервах» публики была заложена в его стихах. Пример этому – поэма «Сорокоуст». Поэма, несомненно, не только драматична, но еще и драматургична. Но драматургия ее обращена не на героев и сам сюжет, а непосредственно на слушателей. В чем это выражается? Вначале публика свистела и улюлюкала, потому что «Не хотите ль пососать у мерина?».
«Как же быть, как же быть теперь нам
          На измызганных ляжках дорог?
          Вы, любители песенных блох,
          Не хотите ль пососать у мерина?
          Полно кротостью мордищ праздниться,
          Любо ль, не любо ль, знай бери.
          Хорошо, когда сумерки дразнятся
          И всыпают вам в толстые задницы
          Окровавленный веник зари».
Но в конце, в надрыве, в безумном прыжке беззащитного жеребенка: «милый, милый, смешной дуралей, Ну куда он, куда он гонится?». Это переворачивало душу. Именно потому, что поток чувств от возмущения стремительно уносил в сочувствие, сопереживание боли. И зал замирал, потом таял, потом обожал и нес на руках поэта. Точно такую же «игру» он проделывал неоднократно позже. Только эта «игра» технически была исполнена иначе. Она уже не была заложена непосредственно в стихах. Такой слом отношения публики от возмущения и ненависти к обожанию происходил и в Берлине, (15) и в Политехническом музее по возвращении в Россию, (16) и в зале Лассаля в Ленинграде. (17) Поэт выходил пьяным охальником, крыл всех матом. А потом читал так задушевно, что выворачивал всем души. По всем законам драматургии. Думаю, публика вряд ли в этом разбиралась. Она понимала только то, что сначала слышит оскорбления, а потом сердца всех берут горячими руками и делают с ними что угодно… Потому что дар поэта – «Ласкать и карябать».

Вот такой был мастер  - Сергей Александрович. Гений не только в стихах, а в поступках, во всем образе целиком. Недаром же кто-то в зале однажды крикнул: «Боже мой, да ведь это же ангел с разбитыми крыльями». (18)
   Еще эпизод. Из воспоминаний Владимира Ричиотти. О том, как С. Есенин пел «Шарабан» - со своими словами, которые придумал на мотив песни.
«Шафранный день звенит в колосьях,
  Проходит жизнь, проходит осень.
  Ах, шарабан мой, американка,
  А я девчонка, да шарлатанка.
  Рыдайте, други, рыдай, родная,
  Ах, шарабан мой, дутые шины,
  А я поеду, да на машине.
  Все обойдется, как смех растает –
  Не пой, мой друг, - душа пустая…
  Ах, шарабан мой…
   Есенин заплакан и опрокинулся на диванные подушки. Слезы теплыми струями плыли по щекам и уголкам рта. Я перепугался, бросил гитару, наклонился, погладил его белокурую голову:
- Что с тобой, Сережа?... Не надо, милый, родной, не надо…
   Мое участие, видимо, его вконец растрогало, он прислонился к моей груди и рыдал, рыдал». (19)
   Разве этот его экспромт – не об Изадоре?
   Это она – девчонка-шарлатанка, американка. А как она любила скорость и авто! Она была настоящей шарлатанкой, авантюристкой самой высшей марки. Такой же, как и Сергей Есенин. Авантюристы в самом высоком понимании этого слова! Он был уверен, что она способна на что угодно! Взять кредит на миллион! Силой синих глаз и имени.

   Еще интересный факт. Известно, что Сергей Есенин неоднократно во время пребывания на Кавказе, в Баку и Тифлисе, делал попытки попасть в Персию. (20) Всем объяснял: чтобы писать стихи о Персии. Но цель, думаю, у него была другая. Скрыться на какое-то время за границей, пока не истечет срок уголовных дел, заведенных на него. Если внимательно читать «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» от ИМЛИ РАН, видно, какой тяжелой травле в газетах, журналах, даже спектаклях подвергался Сергей Есенин. (21) Думаю, он страдал, что «Одолели нас люди заезжие А своих не пускают домой». Характерная фраза в письме Галине Бениславской от 17 октября 1924 года их Тифлиса говорит о том, что поэт действительно хотел бежать. «Дожидаюсь денег из Баку и поеду в Тегеран. Первая попытка проехать через Тавриз не удалась». (22) Тавриз или Тебриз, как сейчас пишется, - город на самой границе с Ираном. Туда была железнодорожная ветка. Если спрыгнуть с поезда и несколько километров пройти пешком, то выйдешь уже на иранские селенья. В романе я присочинила, разумеется. Но на основе реальных событий, условий, вплоть до описаний тех годов и природы. Вообще, кто-то из есениноведов говорил мне, что выдумка есть, но она очень аккуратная. А ведь в романе «Танец и Слово» есть даже несколько эпизодов из моей собственной жизни. ;
     Удивительно, как четко начинаешь видеть то, что происходило, если совмещать по дням все источники. Конечно, не всему можно верить. Но… Скажем, женитьба на Софье Толстой. Спрашивал приятелей: «Здорово ли звучит: Есенин и Толстая?». (23) Друзья ухмылялись. А что они должны были подумать? Допился, стервец, с жиру бесится? А то, что несколькими днями ранее узнал, что старинного друга еще с 1916 года Лешу Ганина арестовали и держат на Лубянке? (24) Кто из них знал? Есенин метался в эти дни. Он не знал, что ему делать. Ведь он держал в руках тезисы Леши «Мир и свободный труд народам». Сергей Есенин прекрасно понимал, чем это обернется: расстрелом. (25) Возможно, и для него. Если жениться на Толстой, он хотя бы уйдет с глаз милиции. У него будет новый дом. Но лучше – бежать. Куда? На Кавказ! К Чагину Петру Ивановичу. Он и уехал. За три дня до расстрела Алексея Ганина. (26) В самый разгар романа с Толстой. Та не понимала ничего…
   Еще немного о любви к Изадоре Данкан /Айседоре Дункан/.
   Стихотворение «Батум».
 «Каждый день
  Я прихожу на пристань,
  Провожаю всех,
  Кого не жаль,
  И гляжу все тягостней
  И пристальней
  В очарованную даль.
  Оттого
  При встрече иностранки
  Я под скрипы
  Шхун и кораблей
  Слышу голос
  Плачущей шарманки
  Иль далекий
  Окрик журавлей.
  Не она ли это?
  Не она ли?...»
  Он действительно ходил на пристань. Там, за морем, был Константинополь. И свобода. Изадора сделала то, что считала для себя невозможным за всю свою жизнь: согласилась на брак с поэтом. Она отказала всем, даже миллиардеру Зингеру. (27) У нее была цель: вывезти Сергея Есенина, чистое воплощение Орфея с его волшебными песнями, - прочь от ужасов новой страны. Флер романтики быстро спал с ее глаз, когда она сюда приехала.
   Она его вывезла. Но без России он не мог. Она ничего не могла сделать. Все их знаменитые скандалы в Париже и Берлине – потому, что он не мог получить без ее согласия визу домой, в Россию. (28) А Изадора стояла насмерть. Догадывалась, что его здесь ждет.
  И вот теперь он глядел «все тягостней И пристальней В очарованную даль».
 
 «Не тебя я люблю, дорогая,
   Ты лишь отзвук, лишь только тень.
   Мне в лице твоем снится другая,
   У которой глаза – голубень.
   Пусть она и не выглядит кроткой
   И, пожалуй, на вид холодна,
   Но она величавой походкой
   Всколыхнула мне душу до дна.
   Вот такую едва ль отуманишь
   И не хочешь пойти, а пойдешь». Продолжение все знают… Дата стихотворения - 01 декабря 1925 года. Несомненно, это тоже Изадоре. Ее портрет в этих строках прорисован очень четко. Кроме того, я изучила. Ни у кого из подруг С. Есенина не было голубых глаз, кроме Изадоры. У нее были глаза - «синие брызги». (29)
Вот как описывает ее глаза Луначарский: «У нее были необыкновенно милые, какие–то фаянсово–голубые глаза, очень наивные и очень ласковые». (30)
Еще несколько есенинских строк стихов последних двух лет жизни, в которых упомянуты синие глаза:
«Голубая кофта. Синие глаза».
«И рассказал, что васильки
  Очей любимых далеки» - в поэме «Цветы».

   Изадора считала поэта ангелом. Его любовь высока и светла, как северное сияние. В ней нет похоти, он разделяет плотское и духовное. А еще - гением. Всем-всем говорила, что Сергей Есенин – гений!
   Думаю, я нашла, почему их огромная любовь дала трещину. И это тоже мое открытие. Точнее… Изадора, а она была предельно искренним человеком, сказала после гибели С. Есенина, что между ними никогда не было ссор и развода. Вот так… Это было расставание, а не разрыв. И расстались они вовсе не из-за скандалов, не из-за измен и прочего. У них было разное отношение к любви. На мой взгляд, ключевая сцена между ними произошла в Венеции, в отеле «Эксельсиор»… Я там была ровно через 90 лет после них, день в день, 14 августа. На этом самом месте, на Лидо, где они сфотографированы на пляже в 1922 году. Так получилось, я не специально. Уже дома поняла, когда печатала снимки.
   Для Сергея Александровича подлинная любовь – не та, что сбылась. Надмирная, бесплотная любовь. Очень хорошо это выражено в глубочайшей поэме «Анна Снегина». А страсть, похоть, желание, обладание – это любовь исполнившаяся, грязная, испоганившая саму себя. Изадору он ненавидел за горячий нрав, за сумасшедшую страсть. В «Эксельсиор» была беседа об искусстве и о Боге. Переводила Лола Кинел. Она же и оставила воспоминания. (31) Изадора сказала, что Бога нет, старо, глупо. Ее боги – красота и любовь. «Вот – бог!» - указала на постель. Сергей Есенин изменился в лице. Можно представить, как такие слова ранили его! Именно в этом было их принципиальное отличие. Изадора считала, что искусство – покорный раб любви, ее замена. Духовности мужчина и женщина достигают через соединение. Для Сергея Есенина это было ужасающей ересью, подлой грязью. Он разделял духовное и плотское. Даже придумал или вспомнил из юности монашку, прекраснее лица которой он не видел… Он так и не нашел
 «Свет такой таинственный,
  Словно для единственной –
  Той, в которой тот же свет
   И которой в мире нет».
   
   И еще, забавно: когда ему женщина нравилась, ему казалось, что у нее глаза – коровьи. Как у Изадоры. Потому что корову их рыжую он любил в детстве раньше всех девок и баб, целовал в теплую ее морду… (32)

   Еще. У меня нет доказательств. Потому что их не может быть. Все документы Изадоры Данкан, урожденной Доры Энджелы сгорели в Сан-Франциско. Фриско горел несколько раз, потому что тогда был весь почти деревянный. Думаю, Изадора была старше на несколько лет, чем говорила. Она могла изменить документы после пожаров, ей это было нужно, как танцовщице. 1875 год? Когда она встретилась с поэтом, ей было, думаю, сорок шесть.
   Привожу отрывок из книги Виктора Серова, последнего друга Изадоры, «The real Izadora» - «Настоящая Изадора». Эту книгу можно найти лишь в трех-четырех местах в России. И одна из них – у меня! До сих пор ее никто не переводил на русский язык. Мой сын, Трубников В. А., переводил ее с моим участием, я помогала с литературным построением фраз.
«Как правило, установление точной даты рождения женщины может быть весьма деликатным делом. Но благодаря записям, сделанным старшим братом Изадоры, Августином, в Сан-Франциско в 1947 году, относительно дат рождения его брата, двух сестер и его самого, было установлено, что Изадора родилась 27 мая 1878 года. Однако в течение ее жизни точный год изменялся, чтобы соответствовать требованиям текущей ситуации. Изадора сказала, что в зависимости от обстоятельств она иногда заявляла свой возраст на 4-5 лет старше, чем была на самом деле. Например, она упомянула достаточно неясные сложности для семьи Дункан с властями США, когда они захотели покинуть страну и поехать в Англию.
   В своих мемуарах она рассказывала: «Я пошла в общественную школу в возрасте 5 лет. Думаю, моя мать преувеличила мой возраст». И несколько страниц спустя: «Когда мне было 10 лет, классы были такие большие, что я сказала матери, что для меня бесполезно ходить в школу. Я заплела свои волосы в высокую прическу и сказала, что мне шестнадцать. И, так как я была очень высокой для своего возраста, все поверили мне».  «Как бы то ни было, Изадора была самым младшим ребенком в семье. Из ее братьев Рэймонд был почти на четыре года старше ее. Он родился 1 ноября 1874 года. И Августин – почти на пять лет старше. Родился 17 апреля 1873 года. Ее сестра Мэри Элизабет была на семь лет старше. Родилась 8 ноября 1871 года».  (33)
   Почему я настаиваю на имени Изадора. В противоположность Айседоре. Вот что пишет Виктор Серов по поводу ее имени.
«Происхождение ее первого имени никогда официально не было подтверждено. Когда она родилась, ее назвали Дора Анжела. Дора – от имени ее матери Мэри Доры. В своих мемуарах она никогда не называет себя никаким иным именем, кроме Изадоры. Даже когда ремарка относилась к ней в раннем детстве, даже до того, как она получила это имя. Согласно ее мемуарам, Августин Дэйли, менеджер, который пригласил ее в свое шоу в Нью-Йорке, сказал, когда она впервые встретила его в Чикаго: «Изадора – это милое имя». Но Макдугалл сказал, что Дэйли записал ее как Сару Дункан в своей Бродвейской постановке в Нью-Йорке. Макдугалл также сказал мне, что думал, что Дэйли с самого начала предложил ей имя Изадора, имя, которое она сделала бессмертным по всему миру, кроме России, где чисто из фанатической ошибки произношения она была известна как Айседора» (34)
   У нас неточный перевод слов Изадоры после гибели Сергея Есенина. У И.И. Шнейдера (35): «Трагическая смерть Есенина причинила мне глубочайшую боль. У него была молодость, красота, гениальность. Неудовлетворенный всеми этими дарами, его отважный дух искал невозможного. Он уничтожил свое молодое и прекрасное тело, но дух его будет вечно жить в душе русского народа и в душе всех любящих поэзию. Протестую против легкомысленных высказываний, опубликованных американской прессой в Париже. Между Есениным и мною никогда не было ссор, и мы никогда не были разведены. Я оплакиваю его смерть с болью и отчаянием».
                Вот точный перевод:
            «Новости о трагической гибели Есенина вызвали
             у меня глубочайшую боль. У него была юность,
             красота, гений. Не довольствуясь всеми этими
             дарами, его дерзкий дух искал недостижимого,
            он хотел возвыситься над филистимлянами.
             Он уничтожил свое молодое и прекрасное тело,
             Но его душа будет жить вечно в душе русских
             людей и в душах тех, кто любит поэтов.
            Я очень возражаю против свободных и неточных
             заявлений, напечатанных в американской прессе
            в Париже. Между Есениным и мной никогда не было
            ссоры или развода. Я оплакиваю его смерть с мукой
            и отчаянием».                Изадора Данкан. (36)
   Поскольку Сергей Александрович так и не расторг брак с Изадорой, ее признали его наследницей. Но вот что она сделала по воспоминаниям Виктора Серова:
«Вот письмо от Луначарского, - сказала она, передавая мне листок бумаги. Пожалуйста, прочти это внимательно». В письме на французском Луначарский официально информировал Товарища Дункан, что так как она не разведена с Сергеем Есениным, являясь его вдовой и наследницей, Верховный суд Москвы подтвердил ее право на его имущество. И вот мой ответ, сказала Изадора, передавая мне другой листок. «Я бы хотела телеграфировать это Луначарскому, а также в Верховный суд Москвы. Вот адрес, в письме Луначарского. Но, должно быть, он на русском. Ты знаешь, какой бардак они могут выдумать из-за самого простейшего сообщения… Ты переведешь это для меня? Пожалуйста…».
  «Конечно», - сказал я.
  «Но прямо сейчас. Оно должно быть послано незамедлительно» - сказала Изадора. И я знал, что в своем воображении она уже видела меня едущим в Бурже, где телеграфный офис работал всю ночь.
   Сообщение Луначарскому и Московскому суду были идентичны и читались: «Я совершила вульгарный поступок, выйдя замуж, я не сделаю другого, разведясь. Так как согласно вашим законам, я единственная наследница имущества Сергея Есенина, я хочу изложить свою волю, передав все его имущество его матери и сестрам. Изадора Данкан». (5)
   Она все отдала.

   Отрывок из неустановленного произведения, записанный С. Есениным прозой. (37) Он надел пальто, которое они покупали с Изадорой в Париже. И нашел ее перчатки в кармане. «Некоторые гадают по рукам, а я гадаю по перчаткам. Я всматриваюсь в линии сердца и говорю: теперь она любит другого. Это ничего, любезные читатели, мне 27 – завтра или послезавтра мне будет 28. Я хочу сказать, что ей было около 45 лет.
   Я хочу сказать, что за белые пряди, спадающие с ея лба, я не взял бы золота волос самой красивейшей девушки.
   Фамилия моя древнерусская – Есенин. Если перевести ее на сегодняшний портовый язык и выискать корень, то это будет – осень.
   Осень! Осень! Я кровью люблю это слово. Это слово – мое имя и моя любовь.
   Я люблю ее, ту, чьи перчатки сейчас держу в руках, - вся осень».

   Еще немного о моем романе «Танец и Слово» и обо мне. Писала я его долго, шесть лет, я говорила. В процессе написания начала танцевать. После того, как прочла все, что написала Изадора Данкан о танце. Начала в сорок лет. ; Изадора подарила мне Танец. Думаю, могу смело назвать себя ее ученицей. Танцую на основе принципов движения Изадоры. Придумываю танцы сама. Хореография тоже моя. Есть танцы: «Черный человек» - читаю и танцую поэму С.А. Есенина на «Реквием» Моцарта, «Цветы» - стихи С.А. Есенина на «Времена года» Моцарта, «Пой же пой, на проклятой гитаре» - под Калинку-Малинку, «Апаш» - возрожденный танец Изадоры. Только мой. Его же не сохранилось иначе, как в описании. Танец «Гибель Изадоры» - на песню Александра Малинина «Айседора». Поет он, кстати, «Ой, Сидора!». Так звал ее Есенин, - Сидора. Расписала батик  - точь-в-точь таким, какой был шарф на Изадоре в момент гибели. (38) Птица, раскинувшая крылья, - оранжевая, красная, желтая. Есть у меня несколько живописных портретов С.А. Есенина. И один, уникальный, который подарила музею С.А. Есенина в Москве, в Есенин-центр. Это копия портрета Есенина кисти Бориса Григорьева, выполненного им с натуры, в Париже, в 1923 году. Дело в том, что сохранилось только черно-белое фото этого портрета. (39) Я вникла в палитру Бориса Григорьева, сравнивала оттенки серого и сделала этот портрет в цвете. У Сергея Есенина этот портрет вызывал отторжение. Дело даже не в том, что сходства мало… Глаза… Нечто дьявольское в них. Борис Григорьев, боюсь, как многие художники, написал то, что не видел сам. Но то, что «увидела» его кисть.
   Николай Клюев говорит в моем романе: «Поле битвы – душа твоя, Сереженька, белая твоя душенька. Много черноты вьется вокруг, сам пустил ее». Потому что душу большого творца всегда стерегут ангелы и бесы. Это тоже одна из граней моего романа «ТАНЕЦ и СЛОВО».
   
ПРИМЕЧАНИЯ.

1. «Что касается остальных автобиографических сведений, они в моих стихах». Есенин С. А. О себе (1925) // Есенин С. А. Полное собрание сочинений: В 7 т. — М.: Наука; Голос, 1995—2002.
Т. 7. Кн. 1. Автобиографии. Дарственные надписи. Фольклорные материалы. Литературные декларации и манифесты. — 1999. — С. 18—20.
2. «Голубая да веселая страна». Есенин С.А. Собрание сочинений в 3 т. – Библиотека «Огонек» Издательство «Правда», Москва, 1970. Т.1. стр. 239.
3. «Отчее слово. (По поводу романа Андрея Белого «Котик Летаев»)». (с. 180). — Газ. «Знамя труда», М., 1918, 5 апреля (23 ‹марта›), № 172; в газ. ошибочно указано — 5 (23) апреля.
4.    Тарасов-Родионов А.И. 10/1- 26 г. Минувшее: Исторический альманах. Т.11. - Париж; "Athenеum". 1990. «Последняя встреча с Есениным».
5. «The real Izadora» by Victor Serov. The Dial Press. New York. 1971. Part XXXIX.
6. «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» Москва, ИМЛИ РАН 2013. Т. 5. Часть 1. Стр. 339.
7. Собрание узаконений и распоряжений правительства за 1917—1918 гг. Управление делами Совнаркома СССР М. 1942, стр. 150-151.
Распубликовано в № 36 Газеты Временного Рабочего и Крестьянского Правительства от 19 декабря 1917 года.
8. Вишневский А.Г., Тольц М.С. Эволюция брачности и рождаемости в советский период //Население России за 70 лет /Отв. ред. Л.Л. Рыбаковский. М.: Наука, 1988, с.86; Тольц М.С., Харькова Т.Л. Разводимость //
9. «Сергей Есенин глазами современников». «росток» 2006, Санкт-Петербург. Стр. 229.
10. «Айседора Дункан». Киев, «Мистецтво», 1989. Воспоминания И.И. Шнейдера, стр. 288.
11. Ирма Дункан, Аллан Росс Макдугалл «Русские дни Айседоры Дункан». «Московский рабочий», 1995. Стр. 169.
12. «Мой Есенин. Воспоминания современников», «У-Фактория», Екатеринбург, 2007. Стр. 19.
13. «Айседора Дункан». Киев, «Мистецтво», 1989. Воспоминания И.И. Шнейдера, стр. 225.
14. «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» Москва, ИМЛИ РАН 2013. Т. 4, стр.354, 368, 373, 391.
15. «Русское зарубежье о Сергее Есенине». Москва, Терра, 2007. Роман Гуль «Сергей Есенин за рубежом. Стр. 215.  В Берлине поэт читал «Исповедь хулигана»: «Мне сегодня хочется очень
  Из окошка луну..........».
Глеб Алексеев «Сергей Есенин. Живые встречи». Там же. Стр. 196.
Питер Курт «Айседора Дункан». Москва, «Эксмо», 2007. Стр. 607. Воспоминания композитора Николая Набокова.
16. «Сергей Есенин» ЖЗЛ. Станислав Куняев. Сергей Куняев. Москва, Молодая гвардия, 2007. Стр. 338. М. Ройзман. Все, что помню о Есенине». Сайт Есенин.ру.
17. С.А. Есенин. Письмо Г.А. Бениславской от 15 апреля 1924 года, Ленинград. Есенин С. А. Полное собрание сочинений: В 7 т. — М.: Наука; Голос, 1995—2002. А.П. Чапыгин. О Сергее Есенине. «Сергей Есенин в стихах и жизни: Воспоминания современников.» / Сост.  общ. ред. Н.И. Шубниковой-Гусевой. М.: ТЕРРА; Республика, 1997.
18. С. А. Есенин в воспоминаниях современников» в 2-х тт., М., «Художественная литература», 1986. В.С. Чернявский «Три эпохи встреч».
19. «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» Москва, ИМЛИ РАН 2013. Т. 4, стр. 308. В. Ричиотти «Есенин перед самим собой».
20. «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» Москва, ИМЛИ РАН 2013. Т. 4, стр. 412.
21.   «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» Москва, ИМЛИ РАН 2013. Т. 4, стр. 64, 139, 143, 150, 161, 168, 188, 260 и др.
22. С.А. Есенин. Письмо Г.А. Бениславской от 17 октября 1924 года, Тифлис.
23. «С. А. Есенин в воспоминаниях современников» в 2-х тт., М., «Художественная литература», 1986. Рюрик Ивнев «О Сергее Есенине».
24. Э. Хлысталов «13 уголовных дел Сергея Есенина». Москва, «Эксмо» «Яуза» 2006. Стр. 127 «Дело «ордена русских фашистов».
25. Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет. Постановление от 1 июня 1922 года. «О введении в действие Уголовного Кодекса Р.С.Ф.С.Р.»    Ст.83 УК «Агитация и пропаганда всякого рода, заключающая призыв к совершению преступлений, предусмотренных ст. ст. 75 - 81, а равно в возбуждении национальной вражды и розни».
26.   «Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» Москва, ИМЛИ РАН 2013. Т. 5, стр. 156, 160.
27. «Айседора Дункан». Киев, «Мистецтво», 1989. Стр. 162. А. Дункан «Моя жизнь».
28. Питер Курт «Айседора Дункан». Москва. «Эксмо» 2007. Стр. 648, 659.
29. Г.А. Бениславсвкая. Письмо С.А. Есенину. Константиново, 27 декабря 1924 г. «Сегодня утром Катя и Шура заметили, что у меня зеленые глаза».
   Екатерина Эйгес «Черный взгляд» - в воспоминаниях Н. Д. Вольпин «Свидание с другом».  «Даже глаза — как и у меня, зеленые, но в более густых ресницах». – Н. Вольпин о Г. Бениславской.
Г. Морозов «Актриса и поэт». «Злато-карие глаза» - об Августе Леонидовне Миклашевской.
В.Я. Вульф «50 величайших женщин». Зинаида Райх – «глубокие черные глаза и темные волосы».
   30. А.В. Луначарский статья «Наша гостья». Сайт «Наследие А. В, Луначарского».
    31. Питер Курт «Айседора Дункан». Москва, «Эксмо», 2007. Стр. 618. Воспоминания Лолы Кинел.
Лола Кинел. «Айседора Дункан и Сергей Есенин». Из книги «Под пятью орлами». Lola Kinel. Under Five Eagles. My Life in Russia, Poland, Austria, Germany and America. 1919 -1936. London: Putnam, 1937.
32. И. Одоевцева «Всего одна лишь встреча…». «Литературная Россия», № 32 (1384), 11 августа, 1989 г. «И сейчас еще, когда женщина мне нравится, мне кажется, что у нее коровьи глаза. Такие большие, бездумные, печальные. Вот как у Айседоры».
 33. «The real Izadora» by Victor Serov. The Dial Press. New York. 1971. Part 1. Chapter 1.
 34. Там же.
 35. «Айседора Дункан». Киев, «Мистецтво», 1989. Воспоминания И.И. Шнейдера, стр. 311.
 36.  «The real Izadora» by Victor Serov. The Dial Press. New York. 1971. Part XXXIX.
 37. Есенин С. А. Фрагмент неустановленного произведения в прозе. 1923 г. // Есенин С. А. Полное собрание сочинений: В 7 т. — М.: Наука; Голос, 1995—2002. Т. 7. Кн. 2. Дополнение к 1—7 томам. Рукою Есенина. Деловые бумаги. Афиши и программы вечеров. — М.: Наука. — 2000. — С. 91—96.
 38. «Избранницы судьбы». Москва «Терра- Книжный клуб», 1999. Мэри Дести «Нерассказанная история». Стр. 451.
 39. Б. Григорьев «Моя встреча с Сергеем Есениным». Русский голос. Нью-Йорк, 1926. 28 декабря. № 4059. С.2.
«Летопись жизни и творчества С.А. Есенина» Москва, ИМЛИ РАН 2013. Т. 4, стр. 149.


Рецензии