Все хорошие хозяева попадут в рай. Глава 3

Глава третья,
Убежище.

- Мы видим их лишь один раз в жизни, - в большом кресле, за которым виднелось окно и неясные по предназначению, как все вокруг называли их, занавески, сидела элегантная женщина в клетчатом костюме. - И этот раз запоминаем навсегда. Такое, обычно, бывает у людей, которые не умирают, отдавая питомцам свою жизнь. Они встречаются с нами лишь для того, чтобы через несколько лет или месяцев расстаться навсегда, отдав любовь и получив взамен на неё ещё большую любовь. Представь себе человека, который намеренно организует себе повод для слёз. А некоторые делают это раз от раза, постоянно прощаясь, навсегда меняясь и идя дальше по жизни, заводя всё новые и новые поводы для слёз... Наверное, в этом есть что-то такое, что невозможно заменить ничем другим. Как думаешь, Харри?

   Харри был угрюм и молчалив. Он сидел на полу, скрестив ноги и опустив голову.

- Я вижу, что тебе тяжело, - женщина была строга, но при этом голос её был мягким и певучим. - Я знаю, каково это. Но тебе нужно понять — это ещё далеко не конец твоей жизни. Конец прошлого, но лишь начало будущего. Посмотри на меня, посмотри на всех нас — нас связывает общая тайна…

- Алла любила тайны, - впервые придя сюда, заговорил Харри. - У неё был книжный шкаф, в котором она хранила любимые де-те-коты-тивы.

- Правда? - почувствовав ниточку, за которую можно потянуть, психолог слегка наклонилась в кресле, её орлиный взгляд пронзил Харри насквозь. - А ты помнишь что-то, связанное с этим шкафом?

- Один раз я погрыз шкаф, а потом одну книгу из него сгрыз… Было не очень вкусно, потом во рту всё кололо…

- Что-нибудь ещё?

   Психолог теряла надежду, возвращаясь в исходное положение в кресле. Вдруг Харри поднял взгляд на неё.

- Вот сейчас вспомнилось что-то, - сказал он неуверенно. - Когда Алла пошла открывать дверь, там был человек. Он вывел её в коридор из квартиры. Я бросился на него и укусил за ногу, а потом он ударил меня. Мне стало страшно, что Алла наругает меня, и прозвучал какой-то громкий удар или… И я спрятался под диван. А потом мне стало тяжело дышать, и я убежал…

- Вот как, - женщина довольно улыбнулась. - Вот значит, как всё было, Харри. Ты был готов спасти хозяйку от нападения…

- Но я не спас её.

- Но ты сделал всё, на что мог быть способен щенок. И я думаю, этого было достаточно, чтобы заслужить такое… Спасение? Будь ты обычной собакой на момент пожара, ты бы задохнулся тут же… Но ты уцелел.

- Толку от этого, если Аллы больше нет?

- Аллы нет, но я думаю, она хотела бы знать, что ты в целости и сохранности, что тебе хорошо, правда ведь?

- Правда.

- Значит мы будем с тобой делать так, чтобы Алла оставалась довольна. И чтобы ты был доволен. Верно?

- Верно.

   Врубель стоял в дверном проёме, опасаясь войти и спугнуть что-то важное.

- Я не хочу так жить, - Харри снова опустил взгляд. - Без Аллы.

- Она всегда с тобой, - психолог наклонилась над ним, как коршун над своей добычей. - Не бойся, она не оставит тебя… В твоей душе она будет жить вечно.

- А я не хочу в душе. Я хочу, чтобы мы снова завтра пошли утром в парк…

- Ты можешь пойти в парк сам.

- Один?

- Без неё. Один или с кем-то. Например, со мной. Или Врубель может пойти с тобой.

   Врубель вошёл в комнату, и Харри бросил на него быстрый, незаинтересованный взгляд.

- Тебе будет трудно, но мы всегда будем рядом, чтобы помочь, - женщина вернулась в исходное положение. - Это ведь так важно, чтобы у тебя было место, где тебя будут безусловно любить…

- Безу-со-ловно? - Харри посмотрел на психолога.

- Без причины, просто потому, что ты есть. Просто так.

- Как Алла…

- Да. Как она.

- Я должен подумать об этом.

- Конечно, конечно… Здесь, в убежище, в этом доме, ты можешь находиться столько, сколько потребуется. И ничего не бойся.

   Харри кивнул, неловко встал и спешно вышел из комнаты, чуть не подскользнувшись и не споткнувшись. Он аккуратно закрыл за собой дверь.

- Бедный мальчик, с ним столько придётся работать… - выдохнула женщина, закидывая ноги на подлокотник.

- Я очень благодарен тебе, Евгения, - Врубель присел в кресло, расположенное напротив кресла психолога. - Ты очень много делаешь для всех нас.

- Ровно столько, сколько могу… Ровно столько, сколько должна… Скажи, Врубель, сколько их там ещё?

- Их? Сегодня был ещё кот. Его зовут Мартин. Очень образованный и серьёзный тип, с ним будет непросто…

- А из прошлых?

- Из прошлых? Так… Сова — Эмма, кошка — Клаветт, змея — Милла.

- Никогда ещё не работала со змеёй. Это всё? Были же ещё?

- Ты про кролика с попугаем?

- Нет, не эти… Ещё… Должен быть кто-то ещё…

- Если таких нет, значит скоро будут, - Рэкс бесцеремонно вошёл в кабинет. - У вас внутреннее чутьё, Евгения.

- Внутреннее чутьё? - женщина сняла ноги с подлокотника и поправила брюки. - Нет, я просто очень внимательная… И замечаю некоторые изменения… Чувствую, нам будет непросто в эти дни. Даже не знаю кому будет труднее — им или нам.

- Я всё же настаиваю, - Рэкс немного замялся. - Чтобы мы вернулись к Ворону.

- К Эдмунду? А смысл? - Евгения нахмурилась. - Он ведёт тихую жизнь священнослужителя.

- Он видел убийство, он может опознать виновных.

- И только-то… Это не даст общей картины.

   Врубель закачал головой.

- Нам нужно делать слишком много в разных направлениях, - сказал он. - Знаете, может быть, это прозвучит не очень гуманно… Но что вы думаете по поводу этого — мы могли бы привлечь новообращённых. Этот Харри… Я уверен, он будет рад помочь найти виновных в смерти его Аллы. В нём есть огромный потенциал.

- Потенциал? - психолог скрестила руки на груди. - Не заметила я что-то в нём никакой энергии…

- Видели бы вы, Евгения, как он чуть не загрыз нашего художника, - Рэкс рассмеялся.

- Может быть, я что-то упускаю, - согласилась Евгения. - Время покажет.