Древние ингушские и ирландские похороны

И плач превращается в танец»: Параллели миров в ингушском и ирландском погребальном обряде

За внешней канвой этнографического исследования скрывается нечто большее, чем просто сравнение обрядов двух народов, разделенных тысячами километров. История о сходстве древних ингушских и ирландских похорон — это ключ к разгадке тайны, волнующей историков и лингвистов уже не одно столетие. Что это — случайное совпадение или отголоски общего прошлого, застывшие в камне башен и в ритуальном танце?

 Начало с сенсационной лингвистической гипотезы английского исследователя Чарльза Валланси, проводящего параллель между самоназванием ирландцев — Gaeilgi (гаэлы) и ингушей — Galgai. Оба народа — строители башен. Башня в данном случае становится не просто архитектурной формой, а символом мироощущения: вертикаль, соединяющая мир мертвых, живых и богов, ось, вокруг которой вращается жизнь рода.

Однако самое глубокое и трогательное сходство обнаруживается не в камне, а в ритуале — в том, как эти два народа провожают своих усопших. Ирландская традиция известна во всем мире своими «веселыми поминками» (Irish wake). Смысл этого обычая глубоко философский: если живые веселы и уверены в себе, значит, душе покойного не о чем беспокоиться, и она быстрее достигнет загробного мира. Гости приносят угощение, у тела постоянно дежурят мужчины, а надгробные молитвы читаются в полночь и перед рассветом.

Читая описание ингушских «постельных» поминок XIX века, поражаешься их зеркальному сходству с ирландскими. Здесь мы видим те же ритуалы, призванные не просто почтить память, а помочь душе в её путешествии. Скачки и джигитовка устраивались не для развлечения толпы, а с конкретной сакральной целью — чтобы покойник «быстрее встал с постели» на том свете. Ветки, украшенные яблоками и орехами, которые всадники везли с собой, — это символ плодородия, жизни, побеждающей смерть. Обряд посвящения коня (победителя скачек) покойному — это дар, который должен был обеспечить усопшему мобильность и статус в ином мире.

Но, пожалуй, самым поразительным свидетельством единства мировоззрения является наличие у ингушей специальных поминальных камер — «приютов для душ умерших» — и ритуальной игры в них. Родственники приходили к могильнику, чтобы играть с покойным, бросая палочки с зарубками. Если палочка падала удачно — выигрывал живой, если нет — покойник. Это не просто игра. Это диалог, разорванный смертью, но не прекращенный. Это поддержание связи, подтверждение веры в то, что жизнь продолжается и там, за чертой.

И в ирландской, и в ингушской традиции смерть не воспринималась как абсолютный конец, исчезновение. Это был переход, требовавший активного участия общины. Отсюда — парадоксальное на первый взгляд веселье. Как гласит ирландский анекдот, приведенный в заключении: ирландская свадьба отличается от ирландских похорон тем, что на похоронах танцует на одного человека меньше. Смерть — это тоже праздник, но праздник проводов, где главный герой уже не танцует в кругу, но ради которого этот круг продолжает двигаться.

Многие из этих древних представлений, не противоречащих позднейшим монотеистическим догматам (в данном случае — исламу), органично вплелись в современную культуру ингушей. В этом и кроется их живучесть. Они составляют тот глубинный, архаичный слой этнической памяти, который не исчезает со сменой религий и эпох.

Таким образом, параллель между ингушскими и ирландскими похоронами выходит за рамки простого этнографического курьеза. Она обнажает общий индоевропейский или, возможно, еще более древний пласт сознания, где смерть была не врагом, а продолжением жизни; где ритуал был не просто формальностью, а инструментом помощи; где скорбь выражалась не в разрушительном плаче, а в созидательной силе танца, скачек и ритуальной игры. И в этом смысле башни Ингушетии и древние крепости Ирландии — это не просто памятники архитектуры, а каменные страницы одной общей книги о том, как человек учился прощаться и помнить.









Древние ингушские и ирландские похороны.
Ранее сообщалось о сенсационных ингушско-ирландских параллелях и исследованиях английского исследователя   Чарльза Валланси; ирландцы - это кельты,  Gaeilgi (гаэл.яз)- ирландец, …  сравните — Galgai -ингуш, строители башен.

Исключительные схожие древние ингушские и ирландские похороны;

От языческих обрядов коренного населения Ирландии поминки позаимствовали идею устраивать на поминках веселые песнопения и розыгрыши, в чем и заключается их отличительная особенность: обосновывается это тем, что если на проводах гости веселятся, то душа покойного проще и быстрее достигнет загробного мира, уверенная, что у семьи и друзей все в порядке и что они справятся с потерей

На поминки ирландцы приносят много еды, а также чай и алкогольные напитки. Как раньше, так и сейчас считается хорошим тоном, если на поминки приезжают даже те, кто не знал покойного лично (например, будучи дальним родственником, либо родственником друга). Друзья и родственники из числа мужчин вызываются дежурить у тела – делать это нужно и днем и ночью, все трое суток, что продолжаются поминки, у тела кто-то всегда должен находиться. Большинство же скорбящих разойдется в полночь или незадолго до. Над мертвым дважды в день читалась молитва: первый раз – в полночь, второй раз – незадолго до рассвета.

Современные погребальные и поминальные обряды в значительной мере отличаются от прежних практик ингушей, свойственных народу в предыдущие эпохи. Однако некоторые домонотеистические представ- ления, которые не противоречат положениям мусульманской религии о душе и смерти, в несколько ином варианте все-таки существуют [Гости- ева; Сергеева 1996: 194]. Возможно, в этом и кроется живучесть некото- рых обрядовых и ритуальных практик ингушей

В XIX в. еще бытовали обряды посвящения коня умершему, ритуаль- ные игры в поминальной камере, посвящение девушки и многое другое. Наибольший интерес представляют скачки в честь «постельных»
поминок, которые устраивались для того, чтобы покойник мог на том свете быстрее встать с постели. Для «облегчения» этого процесса ус- траивались скачки, стрельба в цель и джигитовка. За день до поминок к родственникам покойного должен был явиться каждый, кто желает участвовать в скачках. Из всех приехавших с этой целью отбирали толь- ко всадников с конями и назначались призы. Участникам нужно было отправиться в дальнее селение, причем в руках у них должны были быть большие ветки, обвешанные яблоками и орехами. После приезда в на- значенное селение всадники одну ветку дарили хозяину дома, где оста- новились на ночлег, а остальные — почетным старикам. На следующее утро они должны были скакать к месту поминок. Победители получали следующие призы от родственников покойника: первый — комплект мужской одежды, второй — бешмет, третий — башлык и ноговицы, а четвертый — рубашку и штаны.
В период проведения скачек, еще до приезда всадников, устраивалось другое состязание — по стрельбе. Победитель в этой игре тоже полу- чал приз — козленка. Затем начинался традиционный обряд посвящения покойному лошади. Для этого старейшина рода брал в одну руку сосуд с пивом, а в другую — три лепешки и кусок баранины. К нему подво- дили взявшую первый приз лошадь, которую он поил пивом. Хозяину лошади он отдавал лепешки и баранину, а затем объявлял, что лошадь посвящается с согласия владельца покойнику, который, как считается, на том свете сможет ездить на ней, куда ему захочется. Остальных лоша- дей, участвовавших в скачках, таким же образом посвящали и отдавали предкам покойника, по выбору родственников усопшего. Заканчивались «постельные» поминки часовой джигитовкой, во время которой у всад- ников в руках были ветки, украшенные фруктами и орехами [Ахриев 1996: 64].
В рассматриваемый период в верхней части некоторых могильни- ков устраивалась поминальная камера — приют для душ умерших. Это помещение было открыто с одной стороны, чтобы могли поместиться несколько человек. В свободное время родственники приходили к по- койникам и играли в особую игру. Она сводилась к тому, что участники бросали на манер костей коротенькие четырехугольные палочки с на-резками, желая попасть в высеченную на полу фигуру, на которой были линии с делениями. Если палочка попадала в эти линии, то выигрывал бросавший ее родственник, если же нет, то покойник. Эта игра под- тверждает веру ингушей в потустороннюю жизнь покойника [Шиллинг 1931: 16

КАК ЗАКЛЮЧЕНИЕ Чем отличаются ирландская свадьба от ирландских похорон?
Анекдот, как образец народной мудрости гласит, что ирландская свадьба отличается от ирландских похорон тем, что на похоронах танцует и поет на одного человека меньше.
Плакать на похоронах запрещено. Эта и другие особенности траурной церемонии у мусульман удивляют всех христиан….