Зиновий

ИСЦЕЛЕНИЕ

Обещал добрым людям историю чуда с Зиновием. Выполняю.
Зиновий – это тот маленький шибздик, что у меня на руках. Русский той-терьер, попал он к нам пару лет назад уже взрослым.

У меня три собаки, две бельгийских овчарки и мужчина Зиновий. Когда мама приходит с работы, в тёмном коридоре начинается что-то типа конца света – все трое бросаются на дверь, на маму, в общем на стены лезут. В одном из таких замесов Зиновий попал под Блэкмора. Блэкмор – огромный телёнок, Зиновий запросто может поместиться у Блэкмора в пасти. В общем зашиб Блэк Зиновия. Что случилось – не знаем, Зиновий только коротко взвизгнул, выбрался из этого клубка и попытался запрыгнуть на кровать. Не получилось. Упал.
Зиновий начал умирать. На кровать запрыгнуть не может, не может даже лежать, только стоит и трясётся, уставившись в одну точку. Стоит и трясётся два дня и просит его не трогать. А самое главное – не жрёт. Когда собака не жрёт – дело худо, а уж Зиновий, который вечно везде ворует еду и вдруг на еду не может смотреть – это пипец. И явные проблемы с вестибюлем – не может лежать, видимо, кружится голова. Всё к тому, что это тяжёлое сотрясение мозга или ЧМТ. Маленькой собачке много не надо.
Смотреть, как из Зиновия уходит жизнь, было невыносимо. Позвонил в ветеринарку. Врачи подтвердили мои опасения – скорее всего ЧМТ. Спросил, что делать. Врачи говорят – надо ехать в район, там есть КТ и МРТ. Позвонил в район, спросил, сколько стоит обследование. Назвали такую цифру, что я просто на жопу сел. В Бурденко МРТ человека в полтора раза дешевле, чем КТ собаки в этом Кислодрищенске. Денег нет не то что на КТ, но даже на такси до района. В общем атас. Зиновий стоит, трясётся и умирает, жена вся в соплях и в истерике лежит на полу рядом с Зиновием, пытается дать ему хотя бы воды. Зиновий даже не пьёт. У меня тоже самое лучезарное настроение. Что делать не знаю.
А у меня между тем было назначено соборование и причастие, ещё до беды с Зиновием. Я сидел и готовился. Пришёл день, утром приехал священник. Помолились, пособоровались, причастились. Я рассказываю бате историю Зиновия, говорю —
— Бать, благослови помазать Зиновия соборным маслом. Умирает пёс, на лечение нет денег.
И смотрю на него вопросительно. Думаю, щас начнётся привычная православная пурга про нечистых животных, про святыньки, которые нельзя давать псам, про Божий дар и электрочасы...
Батя ведёт себя неожиданно. Подходит к Зиновию, нежно гладит, крестит и говорит —
— А что? Испокон веку в наших деревнях мазали скотину лампадным маслом. Ветеринаров же не было?
Камень с души. Батю расцеловали, проводили. Ясен пень, я весь в масле после соборования, отовсюду с меня масло капает. Поднял к себе Зиновия. Ни на что особо не рассчитывал, в Зиновии уже почти не было жизни. Дал ему руку понюхать. Зиновий принюхался, заинтересовался, стал масло лизать с руки. Вылизал мне все руки, я подставил ему лоб. Вылизал лоб.
Зиновий вылизал всё масло, он шлифовал меня минут сорок. Потом сел рядом со мной, немного подумал, сам спрыгнул с кровати и побежал жрать на кухню. Больше не трясся, долго пил, потом попросился гулять.
Позвонил в ветеринарку, рассказал всё ребятам. Врачи говорят —
– Так быть не может.

Может, ребята, может.




КРУЧЕНЫЙ

Я никогда не любил маленьких кошелёчных собачек. Я привык думать, что это твари глупые, крикливые и бестолковые. Понятное дело, что собачки в этом не виноваты, в этом виноваты люди, виновато наше тщеславие и жестокость. Даже не хочу интересоваться, кому, когда и зачем пришло в голову так уродовать собак. Но Зиновий разрушил все мои предрассудки, штампы и стереотипы. Зиновий – это полный атас. Да, он криклив и несносен, как все маленькие твари с комплексом Наполеона, но сразу же после появления у нас Зиновий начал срывать башню. Сама история появления у нас этого псёнка уже волшебна, но дело даже не в этом. Зиновий – эталон жизнелюбия, мужества и смирения. Я уже рассказывал, с каким мужеством и смирением он умирал. Рассказать это невозможно, это надо было видеть. Двое суток он стоял, трясся и смотрел в одну точку, и по нему можно было просто в натуре изучать православную истину – «Боже, дай мне сил изменить то, что я могу изменить. Дай мне смирения претерпеть то, что я не могу изменить. И дай мне разума отличить одно от другого».
Зиновий – это пять килограмм потрясающей жизни. У него есть чему поучиться. Если этот шплинт что-то решил, то для него нет ничего невозможного. Он пойдёт до конца. Главное в жизни – это, само собою, жратва и место в стае. Первое, что он сделал, когда появился у нас – он залез с ногами в миску Блэкмора. Надо понимать, что личная миска – это святое, это сакральный предмет. Конечно, он не ел несколько дней, когда мы его нашли, но он не мог не понимать, что он святотатствует, что сейчас его порвут как комсомольскую правду, но ему было по барабану. Блэк сидел рядом и улыбался, а Зиновий ел и на Блэка даже косяка не давил.
Пару дней Зиновий осматривался, понимал расклад, понимал поляну, понимал субординацию в стае. Очень быстро он понял, что главное существо – это мама. Мама кормит и гуляет, мама – центр вселенной. Лежбище Зиновию определили на компьютерном кресле, но на вторую ночь он уже спал у мамы на подушке. Там он и живёт уже два года. Он спит у мамы на голове или на шее, путается в её волосах и лижет ей нос. Большие собаки, ясное дело, жутко ревнуют и ругаются, но в том и цель Зиновия – показать, кто здесь хозяин, кто второй по рангу после альфа-самки. Надо сказать, что жена моя совершенно не умеет воспитывать собак, она не хозяйка, она именно альфа стаи. Поэтому спать у мамы на голове не только мягко, тепло и удобно, но и очень важно. Это несколько опасно, но понты дороже денег. Есть, конечно, папа, существо грозное и загадочное, но папа неподвижен, он нас не кормит и нас не гуляет, а потому особого значения он не имеет.
Надо отметить, что Зиновий не любит людей. У него с людьми свои, очень серьёзные счёты. Парень явно натерпелся от людей, он с явно очень непростой судьбой. Руки не любит, гладить себя не даёт и вообще терпеть не может никаких телячьих нежностей. Люди опасны и жестоки, люди – враги, от людей нельзя ждать ничего хорошего. Зиновий у нас уже два года, и только-только сейчас стал потихоньку оттаивать.
Люди Зиновия не интересуют. Зиновия интересует его положение в стае. Две здоровенные бельгийские овчарки – это серьёзный вызов для собачки величиной с ёжика, и этот вызов Зиновий принял. Он их приспособил для своих целей.
Есть в блатном мире такой статус – «крученый». Самцы человеков неизбежно сталкивались с таким шибздиком – наглым дрищом, который пристаёт к прохожим, вымогает мелочь на пиво или папироску, провоцирует на грубость и ссору, а за углом его пасут двустворчатые шкафы – туповатые здоровенные жлобы. Крученый провоцирует какой-нибудь кипеш, а пультовые куски мяса вовремя появляются из-за угла, чтобы восстановить справедливость и материально наказать обидчика.
Вот так и Зиновий. Надо видеть, как идёт гулять в луга весь этот колхоз. В те самые луга, где мы его и нашли. По краям на поводках тащут маму две здоровенные овчарки, а в центре композиции гордо гарцует Зиновий. Он идёт с высоко поднятой головой и звонко облаивает всё, что встречается на пути —
— Ну? как вам моя охрана? кто на меня?
Смотреть на это без слёз невозможно, это полный угар.
О целеустремлённости этого шибздика. Как-то раз приехал к нам один мой старый друг. Весьма благополучный гражданин, живёт и работает в Австрии. Мишака приехал с угощением, привёз всякие прохладительные напитки и продовольственные излишества. Накрыли у нас в дворницкой маленькую полянку, выпиваем-закусываем, не думаем о плохом. Рядом со столиком на диванчике лежит под подушкой Зиновий. Как все маленькие собачки без подшёрстка, Зиновий мерзляв и любит укрытия. И вдруг подушка начинает двигаться по направлению к столику. Медленно и целенаправленно, тынц-тынц, почти незаметно. Тынц-тынц, мы сидим и наблюдаем, чем всё это кончится. Подушка незаметно подползает к столику на расстояние броска, и с молниеносностью кобры из-под подушки вылетает Зиновий, хватает здоровенный кусок фуагра и скрывается под подушкой. Всё это Зиновий исполняет с закрытыми глазами – он уже у нас немножко пожил, он уже знает, что воровать еду со стола нельзя... но ему всё равно. Запах гусиной печёнки свёл его с ума. Фуагра я попробовал, а теперь убивайте.
Мы ржали как кони. С тех пор Мишака обожает Зиновия. Теперь каждый звонок из Австрии начинается с вопроса —
— Как там моя самонаводящаяся подушка?
И ещё один показательный случай. Как принято, колхоз пошёл гулять в луга. Не было их больше обычного, папа уже начал волноваться, а у скво чукчи есть отвратительная привычка не брать с собой в луга телефон. На все претензии скво отвечает с детской непосредственностью —
— Ну что там со мною может случиться?
Скво не приходит в голову, что в лугах и лесах могут случиться всякие упыри, всякая срань, пьянь и таракань, а собаки могут просто не успеть. Собаки ураганят, бельгийцы летают как птицы и не думают о плохом.
Наконец колхоз приходит с лугов. Жена хохочет как ребёнок, не может успокоиться. Оказывается, в лугах потерялся Зиновий. Звали, кричали, искали – ноль эмоций. Долго искали. Наконец нашли. Зиновий провалился в кротовью нору. Повис на локтях и висит. Висит гордо и независимо, будто оно так и надо. Над землёй только передние лапы врастопырку и голова. Висит, не проваливается, но вылезти не может – видимо, задними лапами не за что зацепиться. Нору размыло, она сыпется. Лаять, скулить, пищать, звать на помощь – это унизительно для джентльмена, это ниже его достоинства. Коли попал в неприятность, то встречать неприятность надо молча, стоически и с достоинством.
Крохотная изуродованная человеческим гением собачка, маленький гномик, но сколько же в нём мужества и жизнелюбия. Право слово, Зиновий, нам есть чему у тебя поучиться.




ОТКУДА ВЗЯЛСЯ ЗЯМА

Откуда взялся Зяма. История, как мне кажется, достойная пера.
Меня срубило, мы уехали из деревни в этот маленький военный городок под Москвой, где живём и теперь, поближе к медицине (тогда ещё были галлюцинации, что в стране есть медицина). Сняли маленькую дворницкую на окраине, поближе к лугам, на берегу реки.
Та весна была поздняя, снег сошёл только в апреле. Жена, перекрестяся и надев резиновые сапоги, пошла в луга в эту слякоть, кислятину и распутицу прогулять наших ливреток. Ливреткам пофигу эта грязища, им чем грязи больше, тем веселее. Главное, чтобы у мамы был мячик. А мячик у мамы есть. Мячик летит в реку, туда кидаются с крутого берега два волкодава, начинается драка, поножовщина и веселье. Перешли мост, зашли в луга, и тут Блэк вгляделся в даль, увидел добычу и о мячике позабыл – есть дела и поинтереснее.
Надо отметить, что если зрелая барышня Дуся существо трезвое, то сын её Блэк – непуганый идиот из страны непуганых идиотов. У него есть большая беда – Блэк ни разу в жизни не получал по соплям, а это очень худо для мужчины. Это портит характер и воспитывает комплекс безнаказанности. Звиздюли необходимы мужчине для формирования адекватной картины мира, а Блэкмор за свои пять лет ни разу по серьёзке звиздюлей не огребал. В округе есть серьёзные псы, но Блэк, сволочь, всех съел. Съел всех ротвейлеров, ризенов и прочих хасок, съел даже огромного мощного немца, на которого у меня были особые надежды. Немец живёт внизу у реки в бедняцких домах с башенками, они долго принюхивались друг к другу через ворота, наконец встретились в чистом поле. Немец пошёл на Блэка молча и уверенно, но Блэк так ударил немца клыком в шею, что тот дважды перевернулся через голову, улетел куда-то в кусты, всё понял и больше с моим отморозком не связывается.
Оставалась последняя надежда – ирландский волкодав Гриша, что живёт в деревне через луга. Ирландцы бойцы невеликие, но Гриша просто очень большой, Гриша размером со средний грузовик. Но Гриша тоже подвёл. Завидев Блэка в лугах, ирландец Гриша вставил ноги, но не в сторону Блэка, а в сторону от Блэка. Блэкмор фишку поймал, припустил за Гришей, они теперь дружат не разлей вода и летают по лугам друг за другом часами, когда встречаются. Где-то я понимаю Гришу, у него не было равноправного партнёра по побегушкам, а летучий бельгиец единственная отрада и утешение реактивной ирландской ракете. Теперь они лучшие друзья. Это хорошо, но Блэк у меня пока так и остался небитым балбесом без тормозов.
Надо сказать, что в моём Зажопинске много бездомных собак. Это дачное место, и каждую осень добрые московские дачники выкидывают на улицу миллион собак и кошек. Помню, этой осенью жена постоянно приходила в слезах – несколько дней весь город доводил до слезы очаровательный молодой лабрадор, который пытался уехать в Москву. Чистенький, интеллигентный, в ошейнике, он садился на каждый автобус до Москвы. Видимо, лабрадор знал московские автобусы и дорогу домой, но его ссаживали – собакам без билета и хозяев в автобусах ездить не положено. Я знал, куда эти женские слёзы ведут и держал глухую мёртвую оборону – третья большая собака в крохотной дворницкой – это уже чересчур. Лабрадор пасся на автостанции несколько дней, в Москву так и не уехал, потом куда-то пропал.
Каждую осень вся эта живность блындится по городу, пытается осознать новые реалии. Кто-то выживает, кто-то находит новых хозяев, кто-то к зиме погибает, а некоторые особо продвинутые граждане сбиваются в стаи в лесах. Стаи диких собак здесь внушительны и даже, как говорят, опасны. И это самая любимая добыча Блэка. Ему пофигу размер и состав стаи, он ест сразу всех.
Вот и в тот день, увидев в лугах стаю бродячих собак, Блэк потерял интерес к мячику и полетел на войну. Собака Дуся предусмотрительно осталась около мамы, она в таких авантюрах не участвует, да и помощь Блэку не нужна.
Пока Блэк летел воевать, жена присмотрелась к стае. Довольно крупные псы, и занимаются делом – сосредоточенно что-то копают у реки. Налетел ураган Блэкмор, всех побил, съел, победил, стая с визгом рассыпалась по лугам, всё хорошо. Но тут Блэк повёл себя нетипично. После такой победы надо гордо идти на рысях к маме – посмотри, мама, какой я молодец. Но Блэк застыл на месте и стал звать маму. Ну, вы знаете – когда собака зовёт к себе, она садится и не лает, а отрывисто коротко гавкает.
Проклиная всё на свете, две старушки, жена моя и старая собака Дуся зачавкали по грязи к этому балбесу. Балбес сидит над кучей хвороста, бьёт по ней передней лапой и отрывисто гавкает.
Подошли. Ну, куча как куча, валежник как валежник, либо кто-то приготовил для костра, либо рыбаки смастырили себе сидушку, чтобы задницу не пачкать. Но тут жена присмотрелась – куча шевелится. Разобрала кучу, а под ней сидит маленький шибздик, крохотный пёсик, с жизнью прощается. Стало понятно, что копали здесь бездомные псы. Эта куча хвороста была единственным шансом этого гнома спастись на открытых лугах от голодных джентльменов удачи. Блэк лишил их завтрака.
Жена взяла пёсика на руки. Пёсик в шоке, бьётся, кусает руки, хрипит, пытается дать последний бой. Он ещё ничего не понял, он понял только, что пришёл ему конец, что кучу разрыли и сейчас им будут завтракать. Один глаз закрыт – видимо, травмировал веткой. Этот глаз и сейчас Зяму беспокоит и постоянно гноится. На фотографии видно, что правый глаз заметно меньше левого. Ухаживать за этим глазом Зиновий позволяет только папе. Мама хорошая, но мама не бог, мама альфа стаи, а папа бог, существо высшее и загадочное. Только бог имеет право дотрагиваться до моего глаза.
Принесли пёсика домой. От шока долго не отходил, сражался. Блэк сразу определил его в свои любимые игрушки и стал вылизывать. Пёсик визжит, пытается Блэка укусить, ему нет разницы, кто им где будет завтракать, но он принципиально против. Блэк улыбается, прижимает пёсика лапой к полу и нежно вылизывает. Лизал пока не отняли.
Отняли у балбеса игрушку, рассмотрели. Обнаружилось клеймо питомника. Залез в интернеты, по клейму быстро нашёл питомник. Породистый русский той-терьер, Москва (кто бы сомневался, блин), Южное Бирюлёво. Мой любимый район, родина московской интеллигенции. Взялся было за телефон, узнать в питомнике координаты хозяев – пара пустяков... а потом призадумался. Что это за люди? Если бы у меня в лугах потерялась собачка – ушёл бы я с лугов? Да я жил бы там, блин, я хрен бы оттуда ушёл, пока не нашёл. Да и как потеряться сейчас в этих кислых лугах? Обо что надо удариться головой, чтобы пойти в эти говны гулять с такой крохой? Я удивляюсь, как Зиновий вообще успел доскакать до этой спасительной кучи, в лугах ему сейчас грязи аккурат по уши. Красавец. Очень любит жить.
Пока сидел в этих думках, поймал умоляющий взгляд жены. И понял – этот пёсик уйдёт из этого дома только через её труп. А чукча любит свою скво. Чукча понял – чукча попал.
Не стал никуда звонить. Если вы потеряли собачку в лугах и ушли, то вы просто козлы, и вы её не достойны. Если вы выкинули сами собачку в луга на съедение псам, то с вами вообще не о чем разговаривать. Живи у нас, пёсик, имя тебе будет Зиновий.

P.S. Это не рассказки, это чистая правда.


Рецензии
Замечательно написано про исцеление Зиновия. Пишите ещё такие замечательные миниатюры.

Вячеслав Горчаков Тула   01.10.2022 00:58     Заявить о нарушении