Азбука жизни Глава 6 Часть 157 Что это было?!

Глава 6.157. Что это было?!

Последние звуки растворились в воздухе, но тишина не наступила — её заполнило то плотное, почти осязаемое молчание, которое бывает только после истинного откровения.

Эдик сидел за роялем неподвижно, его пальцы ещё лежали на клавишах, будто не в силах оторваться от только что рождённых нот. Все взгляды были прикованы ко мне — вопрошающие, ждущие, полные надежды. А я, обессиленная, опустилась в кресло, чувствуя, как его последние композиции всё ещё вибрируют где-то внутри, под самой кожей.

Потом встала. Нельзя было оставаться в этой слабости. Я подошла к роялю. Владимир Александрович следил за мной с тем особенным, понимающим интересом — он знал, что я не стану уступать моему другу детства. И не буду доказывать, что способна проникнуть в его произведения глубже, чем сам автор. Я просто растворяюсь в них. С благодарностью. С полной самоотдачей.

Когда последний аккорд прозвучал и под пальцами воцарилась тишина, Диана не выдержала:
— Что это было?!

Она обращалась ко всем, но ответа не последовало. Все молчали, повернувшись к Эдику. А он смотрел только на меня. И в этом взгляде, в этой тишине, все без слов поняли — мы только что не играли. Мы творили. И объяснить это словами было невозможно.

Пожалуй, впервые Ксения Евгеньевна не пожалела, что между нами оказался Николенька — тот, кто свел меня с ума настолько, что я согласилась стать его женой через неделю после знакомства. Такое не планируют. Такое случается где-то за гранью разума, там, где правит иная логика — небесная, необъяснимая.

Поэтому и нет слов, чтобы объяснить, почему я выбрала Николая, а не Эдика. Эдуард Петрович навсегда останется для меня миражом — прекрасным, волнующим, но недостижимым. Именно поэтому через музыку он мне ближе, чем кто-либо. И в этом парадоксе — весь наш успех. Когда на сцене остаёмся только мы двое, без оркестра, без посредников, и исполняем его произведения. Это не дуэт. Это разговор двух половинок одной души, которым суждено звучать вместе, но жить — порознь.