Операция Аргонавт. Севастополь встречает гостей

Пока в Ялте проходили переговоры Черноморский флот обеспечивал безопасную стоянку американских и английских кораблей, прибывающих в Севастополь для связи глав правительств стран — участников Ялтинской конференции.
 
После выполнения первой части задания в Севастопольскую бухту вошли три американских тральщика, корабль связи Президента США Рузвельта «Катоктин» и корабль управления ВМС Великобритании, раннее курсирующий на линии Лондон — Сидней, военный транспорт «Уильям Блоунт». Прослышав о серьезной минной опасности на подходах к Севастополю, американцы захватили с собою и тральщики.

Проводка и постановка иностранных кораблей в Севастопольской бухте обеспечивалась штурманской службой Черноморского флота. Перед постановкой американских и британских кораблей на места стоянок, рейд севастопольской бухты еще раз был тщательно обследован на предмет наличия немецких донных мин. Корабли охранения ЧФ блокировали вход в Севастопольскую бухту на случай возможных диверсий. Британский штабной корабль стоял на бочках у северной стороны, а американский корабль связи был поставлен у причала «Угольный»
Севастопольцы, узнав о заходе военных кораблей союзников в Севастополь, высыпали на Приморский бульвар и большим интересом наблюдали постановку кораблей на стоянки.
 
Большой штабной корабль ВМС США «Катоктин» поставили в Северной бухте, в районе Угольной стенки, усилили наблюдение за воздухом и водной средой. Все корабли эскадры имели в боевой готовности дежурные зенитные автоматы и расчеты. Командирам кораблей был запрещен сход с кораблей, и часть новых крейсеров и миноносцев стояли с прогретыми машинами.
 
Постоянно один из кораблей находился у Херсонеса для осуществления связи с самолетами союзников, которые постоянно с конца января прилетали на аэродром Саки с южного направления. Для возможного оказания помощи на случай аварии и посадки самолетов на воду, в базе дежурили быстроходные эсминцы.
 
Черноморская эскадра действовала с большим напряжением, пока все высокие гости не улетели. Командующего Черноморским флотом пригласили к себе на корабль американские офицеры. Американцы вели себя очень дружелюбно, раскованно, говорили о скорой победе над Германией. Все они довольно слабо представляли усилия Советского Союза по разгрому гитлеровцев. Много говорили о морских битвах в Атлантике, о больших экономических возможностях США. Среди американских штабных офицеров безошибочно можно было определить ряд личностей, которые явно были разведчиками.
 
На следующий день, в Доме офицеров флота на втором этаже Командованием ЧФ был устроен банкет в честь американских и британских моряков.
 
В течение переговоров глав государств, проходящих в Ливадийском дворце, в Севастополе военные моряки проводили совместные вечера-концерты, встречи с жителями города, которые, как отмечала пресса, носили доброжелательный и дружеский характер. Американцы знакомились с разрушенным городом и его историческим прошлым.

Необходимо напомнить, что же представлял собой Севастополь в феврале 1945 года, через девять месяцев после его освобождения.
 
С окончанием боевых действий на морском театре Черноморский флот приступил к ликвидации последствий, еще гремевшей на западе войны — тралению мин на Черном и Азовском морях и на Дунае. При этом, особое внимание уделялось разминированию фарватера главной базы флота.
 
Только 5 ноября 1944 г. основные силы Черноморского флота смогли возвратиться в Севастополь. Однако здесь моряков ожидало еще немало трудностей: город лежал в руинах, разрушенным оставался причальный фронт, не было жилья, недоставало электроэнергии и воды. Перед бегством фашисты полностью уничтожили коммунальное хозяйство, взорвали и разграбили промышленные предприятия, культурные учреждения.
 
Много потрудились флотские минеры над разминированием развалин города. С момента освобождения Севастополя они обнаружили и обезвредили 1115 тыс. бомб, мин и артиллерийских снарядов. По кольцу города под усиленным контролем конвоиров работали пленные немцы и румыны. Они разбирали завалы, очищали проезды улиц. Руководил этими работами немецкий генерал, который перемещался по городу в своей форме на бричке и носил белую повязку на левой руке. Необходимо отметить, что четкий порядок, заведенный в фашистской армии, соблюдался и среди пленных. Советским конвоирам запрещалось вмешиваться в действия немецкого генерала, который часто использовал плеть для наказания провинившихся пленных немцев.

Работы было очень много, разрушения главной базы были колоссальные. Перед войной Севастополь был Главной базой Черноморского Флота, со всеми присущими этому военному понятию «атрибутами». Штаб Флота, штабы соединений и узлы связи, причалы для надводных кораблей, подводных лодок и торпедных катеров, три аэродрома для гидросамолетов, береговые базы, склады и арсеналы артбоеприпасов, технического и шкиперского имущества, продовольствия, топлива и др. Количество офицеров, старшин и матросов превышало десятки тысяч человек. В военном гарнизоне до войны располагалось более 200 военных городков со своими здания, сооружения, инженерной инфраструктурой, домами для проживания офицерского состава. Война не пощадила ничего. Практически в середине 1942 года города уже не было.
 
Немцы хозяйничали в Севастополе до мая 1944 года и за это время восстановили ряд домов, наладили водоснабжение, железнодорожное сообщение, мосты, связь, судоремонтное производство. Но, уходя из Севастополя, фашисты взорвали все что могли, остальное заминировали.

В архивах автора статьи наряду с полной характеристикой Севастопольских военных городков довоенного периода, хранится комплект фотографий, сделанных по заданию Командующего ЧФ группой офицеров ЧФ в период мая — августа 1944 года, сразу же после освобождения города.

Практически главной базы ЧФ и города не было, были нечетко выраженная сетка городской застройки, очертания бывших улиц, кварталов, военных сооружений, подземных складов и др. Вот, что предстояло увидеть гостям на месте некогда величественного города. Что касается окраин города, то на фоне центра, они пострадали меньше. На горе Матюшенко было разрушено треть зданий, на Корабельной ; менее половины. Вообще частный сектор пострадал меньше. Но в центре можно было отремонтировать только четыре здания
«…..что и говорить, Севастополь представлял собой в ту пору страшное зрелище — сплошные руины. Но среди развалов уже кипела жизнь, люди расчищали улицы, восстанавливали дома. Посреди бухты дымил линкор «Севастополь» в окружении стоявших на бочках крейсеров. У Минной стенки замерли эсминцы..» — пишет в своих воспоминаниях очевидец событий адмирал В.Касатонов.
 
После окончания конференции, главы союзных делегаций решили осмотреть Севастополь.