Азбука жизни Глава 1 Часть 162 Только тогда и смож

Глава 1.162. Только тогда и сможем победить!

Диана молча протягивает мне планшет. На экране — новый комментарий. Длинный, витиеватый, щедро усыпанный громкими словами.

«… еще как жаль! Мы жили, творили и были большой властью на своих территориях, как настоящие "малые государства, в большом". Поэтому искренне доверяли Центральной власти и верили, что "Партия наш рулевой". Но вот уже более 30 лет расхлебываем "кашу, заваренную "нищебродовскими - выродками", не нужно нам было быть такими доверчивыми - простаками и получить: "Горе от ума"... Вы красиво и убедительно сказали и сделали жизненный вывод, что "Высокий научный потенциал, как и культура и любовь к Отечеству преодолеют и эту "напасть изменников", как низость интересов отдельной части общества, в том числе даже в одной семье"... Поэтому Ваша "Азбука жизни" это не просто трактат семейной хроники, а произведение, которое учит, как красиво и плодотворно жить, а так же и укреплять высокую социальную ответственность... С уважением, [...].   24.10.2022 21:56»

Я читаю и чувствую, как где-то внутри натягивается струна — не доверия, а настороженности. Слишком гладко. Слишком в тон. Словно человек не переживал, а изучал реакцию, чтобы встроиться в общий хор.

— Вот ещё тебе одно доказательство, Виктория! — восклицает Диана, но в её голосе слышен не триумф, а скорее вызов. Она ждёт моего настоящего, непубличного мнения.

— Да, Диана, — киваю я, откладывая планшет. — Красиво сказано. Папа Ксении Евгеньевны, помнишь, описывал, как в Челябинске вместе с Косыгиным обходил заводы ВПК. Тот здоровался за руку с каждым рабочим — не для фото, а потому что понимал: эти руки, в мазуте и металлической стружке, и есть те самые руки, что держат оборону страны. Вот они и были настоящими людьми. Те, кто защитил страну после войны и заново её построил. Людьми дела, а не слова.

Я делаю паузу, глядя в окно, где современный город живёт своей шумной, порой пошлой жизнью.

— А сегодня на тех же местах — другие лица. Вот бывший губернатор-нищеброд, обокравший регион на двадцать миллиардов, спокойно проживает в Швейцарии. И сколько их таких, Диана? Они сидят не только в уютных европейских виллах, но и в высоких кабинетах, и в телевизионных студиях. Они учат нас «патриотизму» и «социальной ответственности», — я касаюсь планшета, — удобными, заёмными словами.

В голосе моём звучит не злость, а холодная, усталая ясность.
— И если мы хотим победить по-настоящему, бороться надо не только с явным врагом. Но и с этими… уродцами-имитаторами. С теми, кто присосеживается к чужим мыслям, к чужой боли, к чужой правоте, чтобы сделать себе карьеру или просто потешить самолюбие. Только очистив поле от всей этой шелухи — и от воров, и от пустозвонов, — мы сможем победить. Иначе любая победа окажется миражом, за которым тут же вырастет новая стая желающих поживиться.

Диана смотрит на меня, и в её глазах — понимание. Она слышит не только слова, но и то, что осталось неназванным: Вот и этот Олег… хитрый тип. Присоседился. Раскусила я его. Но произносить это вслух незачем. Достаточно того, что мы это знаем. И что на его гладкие, правильные фразы у нас есть своя, выстраданная и негладкая правда. Та, что начинается не с красивых цитат, а с запаха мазута на рабочих руках и с двадцати миллиардов, украденных у тех, кому эти руки принадлежат.