Это время трагикомедии, но вот вижу нелепый фарс. Жизнь спрессована, жизнь распластана, проверяет на прочность нас. Как сумела ворваться политика? много раньше не знала я, интересы простые, мирные: жизнь, работа, семья, друзья.
Возопило не вдруг беззаконие, с чьей-то помощью, с чьих-то рук, и как водится, маски сорваны с лиц безжалостных, подлых сук… Ах, мой друг, ты меня уговаривал - всё вернётся в круги своя. И я верила, ой как верила, только вздыбилась вдруг земля. Только кончились игры, безжалостный, дальний злобный был дан приказ, только страсти кипят жестокие, и всё меньше и меньше нас.
А мы верим! да, мы надеемся, что исчезнет из жизни боль, и останутся уважение. Дружба. Счастье.
Покой и любовь.
Монолог, в котором личная интонация переплетается с ощущением надвигающейся общественной бури. Фиксируется переломный момент: когда привычная, «мирная» жизнь — с её простыми радостями, опорой на семью и дружбу — внезапно сталкивается с грубой реальностью, где «маски сорваны», а решения принимаются где‑то далеко и безжалостно.
Спасибо, Наталья. Срыв масок всегда процесс болезненный; здесь разочарование, боль от того, что когда-то было доверие, - а это маски были незаметны. Самое странное, что про маски в первую очередь кричат те, которые сами же их и нацепили, намного раньше нацепили и втёрлись в доверие. Такая лживость присуща в настоящее время некоторым людям, но видимо, такими их вырастили собственные родители. Так воспитали.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.