Глава №1 (Не опоздать бы на работу)
Однажды, не в столь отдаленном будущем, из необычного автомобиля, тихо скользящего по воздуху невысоко над землей, вышла молодая девушка лет двадцати семи: брюнетка, в длинном черном пальто, с модной темно-синей сумкой на левом плече. Хлопнув дверью и поспешно заплатив за проезд, - тоже весьма необычным образом, - лишь проведя рукой вдоль дверной ручки транспортного средства, она направилась в сторону протяженного здания терминала. За его элегантным фасадом, выполненным из толстых матовых стекол, проглядывались нечеткие бледно-золотистые световые пятна и какое-то расплывчатое, едва заметное движение.
На улице витала легкая вечерняя морось, а свет рекламных огней уныло отражался от мокрого мощеного дорожного покрытия. Откуда-то из-за стеклянных витрин доносился запах свежеиспеченной пиццы и только что сваренного кофе; повсюду стоял звон металлических столовых приборов, слышались звуки такси, рассекавших промозглый воздух вечерней полумглы, а так же бурный говор спешащих на рейс людей, и только что прибывших пассажиров.
Девушка с усилием протиснулась во вращающиеся стеклянные двери, на поверхности которых непрестанно мерцали разнообразные информационные сообщения, и попала в одно из внутренних помещений терминала. Здесь было весьма уютно: отовсюду звучала приятная музыка; слышались звуки шелестящей в мраморных фонтанах воды; вдоль эскалаторных лестниц, а так же рядом с магазинами, ресторанами и барами, стояли восхитительные декоративные деревья, пушистые кустарники, цвели ароматные цветы - прямо как в какой-нибудь оранжерее с душной и влажной атмосферой.
В центре просторного зала, на импровизированной сцене со сверкающими вокруг разноцветными огнями, выступало несколько изображений-голограмм одной из весьма популярных в настоящее время музыкальных рок-групп. К сожалению их энергичная музыка была слышна лишь тем, кто находился за яркой светящейся линией, обнесенной вокруг этой овальной площадки.
Недалеко от сцены виднелось обособленное от главного зала помещение, напоминающее большую уютную комнату для отдыха. Полупрозрачные матовые стекла располагались по всему ее периметру, а внутри горел приятный глазу, рассеянный свет. Вторая, точно такая же, но несколько больших размеров комната, совсем недалеко отстояла от первой и находилась в противоположной стороне зала. После того, как эти помещения наполнялись людьми, их дверные проемы перекрывались изящными стеклянными перегородками, и там что-то начинало происходить. Из далека казалось, будто внутри этих замкнутых стеклянных пространств царил какой-то необыкновенный свет - свет умиротворения и покоя, согревающий всех людей проникновенным душевным теплом.
Молодая девушка бегло взглянула на указательный палец левой руки, на котором поблескивало ее плоское колечко, и быстрыми шагами направилась в сторону одного из таких странных помещений. Вскоре она оказалась там - в той самой комнате, что была покрупнее. Девушка прошла немного дальше, осторожно потеснив незнакомых людей и остановилась почти в центре. После того, как пространство вокруг заполнилось большим количеством посетителей, центральный вход сюда был так же прегражден прозрачными створками.
Внутри загорелось ярко-золотистое свечение. Некоторое время оно было активным и, почти наверняка, сияло в полную силу, однако потом почему-то стало медленно угасать. Изначально яркий насыщенный свет вскоре утратил свои прежние свойства, превратившись в абсолютно бесцветное и блеклое свечение. Люди продолжали неподвижно стоять на своих местах, и никто из них даже не шелохнулся. Но очень скоро атмосфера вокруг стала меняться, и мало-помалу свет начал возвращаться к своему изначальному состоянию. На протяжении целых десяти минут огороженное широкими стеклами помещение наполняло густое золотистое сияние. А затем оно бесследно исчезло.
Странное действо завершилось, двустворчатые перегородки разошлись в стороны, но складывалось впечатление, что никто из посетителей комнаты не хотел ее покидать. Оглядываясь по сторонам, люди как-то весьма неохотно и вяло продвигались к выходу, будто желая еще ненадолго задержаться здесь, хотя бы на несколько лишних минут; однако сделать этого было никак нельзя - у входа уже образовалась новая очередь. На лицах подавляющего большинства гостей этого удивительного объекта, находящегося посреди огромного зала, отражались спокойствие и радость, что в свою очередь свидетельствовало о возобновленном присутствии в каждом из них жизненной силы и энергии.
Оказавшись за пределами удивительного помещения, девушка в черном пальто глубоко и мечтательно вздохнула, а затем поспешила дальше - к билетным кассам. Остановилась она перед широким мерцающим экраном и ткнула пальцем в светящуюся надпись с текстом «Визуальный помощник». Сразу же, не понятно от куда, перед ней возникла туманная фигура молодого человека весьма располагающего вида. На нем была форменная одежда синего цвета с черными полосками вдоль угловатых плеч и красными лацканами, а его красивое интеллигентное лицо внушало неподдельное доверие. Ввиду незначительной прозрачности персонажа, он напоминал какое-то архаичное призрачное существо из древнего средневекового замка. Голограмма помощника широко улыбнулась и, взглянув на руку молодой особы, бодрым тоном произнесла:
- Доброе утро, мисс Грэтхен! Каков будет ваш маршрут на этот раз? Неужели тот же, что и прежде?
- Приветствую тебя, Арвин! - девушка мило улыбнулась в ответ светящейся фигуре. - Все верно, мне нужно в Амфиполис, и поскорее. Не хочу опаздывать.
- Очень хорошо! Вновь спешите на урок? - с лица Арвина не сходила заурядная улыбка.
- Именно так! Кстати, я же просила тебя называть меня по имени. Меня зовут Гера. Неужели ты об этом забыл?
- Ой, простите, - спохватился полупрозрачный ассистент. - Кажется, я действительно немного запамятовал.
- Цена надеюсь осталось прежней?
- Все верно, мисс Грэтхен. Это по-прежнему будет стоить вам ровно пять электронных монет.
- Замечательно, - девушка выставила вперед левую руку, и на ее указательном пальце трижды блеснуло небольшое колечко. При этом голограмма помощника одобрительно кивнула, а на его лице вновь отразилась весьма чопорная и однообразная улыбка. - Передавай привет твоему диспетчеру, который тебя так удачно настроил! - насмешливо произнесла на прощанье Гера Грэтхен и ловко проскользнула мимо будки по продаже пропускных удостоверений.
Казалось, что после посещения той странной комнаты с золотистым свечением внутри, у нее появилось отличное настроение и приличный запас бодрости на весь предстоящий день, а, вполне вероятно, что и на гораздо более длительный срок. Так как до отправления лайнера еще оставалось какое-то время, она решила посетить местное кафе с неоновой вывеской «Coffee in Space», сияющей оранжевым светом над едва приоткрытой дверью.
В помещении закусочной было немноголюдно, ощущалась приятная прохлада. Здесь было намного тише и спокойнее, нежели в главном зале снаружи. Гера расположилась за невысоким овальным столом и, устало облокотившись подбородком на руку, уставилась в настоящую бумажную книгу. Ее раскосые глаза с черными изогнутыми ресницами, неспешно перемещались от одного края страницы к другому. На корешке книги переливался продолговатый стикер с текстом: «Частная библиотека «Куприт». Благодарим за оказанное доверие!», а на глянцевой обложке красовались изображения планет наряду с какими-то простыми астрономическими формулами. Легкий ветерок, веявший от потолочной люстры-вентилятора, нежно шевелил темные прямые волосы девушки, которые почти что касались ее плеч. Она задумчиво перелистывала страницы школьного учебника, вспоминая тему предстоящих на сегодняшний день занятий.
Гера Грэтхен была школьным учителем по астрономии. На этот раз тема ее урока касалась внутреннего устройства спутников некоторых планет звездной системы. Часто на свои занятия ей приходилось готовить многослойные голографические презентации, захватывающие воображение учеников, даря им незабываемые переживания и эмоции, тем самым способствуя хорошему усвоению материала. С самого раннего детства Гера проявляла изрядное любопытство ко всякого рода загадкам, недоказуемым теориям, гипотезам и явлениям. И до сих пор в ней сохранялось это прекрасное свойство открытости миру, что делало ее чрезвычайно любознательным и жизнерадостным человеком.
Параллельно с преподаванием в школе, Гера Грэтхен училась в одном из престижнейших учебных заведений, непременно рассчитывая стать в будущем продвинутым архитектором искусственных эмоций. Специалист этого направления занимался подготовкой и созданием эмоциональных фонов к событиям или явлениям таким образом, чтобы у воспринимающего человека возникали яркие ощущения и переживания. Это позволяло, например, художнику написать картину и поместить в нее вполне конкретные эмоции, которые передавались бы смотрящим на нее с различной интенсивностью и чувственными оттенками. Несмотря на то, что эмоции были доступны в готовом фабричном виде, тем не менее, высоко ценилась именно «ручная работа», то есть те экземпляры всевозможных технических приспособлений и устройств, которые были настроены особым образом - так, как этого пожелает заказчик. Распространение сверхмощных вычислительных мыслящих машин с человекоподобным интеллектом, заполонило почти все сферы общественной жизни и получить еще одно образование Гера считала для себя отнюдь не лишним. Она полагала, что полученные знания и опыт позволят ей в будущем напрямую взаимодействовать с так называемым искусственным интеллектом, что гарантированно обеспечит ее дополнительным заработком и карьерным ростом. Поскольку в сложившемся современном мире многое было связанно с обслуживанием и обеспечением бесперебойной работы всего существовавшего вокруг технологического и технического многообразия, достигнутого человечеством за последние несколько столетий, постоянное приобретение новых знаний и опыта было неотъемлемой частью каждого здравомыслящего человека.
Неожиданно со стороны плоского кольца прозвучал короткий монотонный сигнал; по поверхности элегантного украшения, или лучше сказать чудесного устройства с электронной начинкой, закружили тонкие ярко-желтого оттенка символы, которые быстро сложились в короткое текстовое сообщение: «Внимание! Начинается посадка на рейс номер сто семь. Просьба всем пассажирам пройти к контрольному пункту». Быстро убрав книгу в сумку, девушка в черном пальто поспешила на второй этаж терминала - к месту посадки пассажиров.
Здесь, в контрольном пункте зоны отправления, сквозь широкое панорамное окно, в свете заходящего солнца, красовался двухпалубный широкофюзеляжный космический лайнер достаточно внушительных размеров - около тридцати метров в высоту и ста метров в длину - с большой красной надписью «Атлас» на своем фюзеляже. Переливаясь серебристыми и алыми огнями, он, словно огромный диплодок из мезозойской эры, закованный в стальные латы, медленно и тягостно скользил по взлетно-посадочной полосе, постепенно приближаясь к толпе ожидавших его людей. Казалось, что гигантское транспортное средство не вызывало среди них какого бы то ни было удивления или восторга. Разве что дети с интересом наблюдали за приближающимся лайнером, издавая радостные возгласы и громкие взволнованные крики, бегая по просторному залу из стороны в сторону.
Для большинства современных людей подобные явления и события давно перестали быть чем-то удивительным и захватывающим, превратившись в нечто вполне заурядное и обыденное, как когда-то случилось после изобретения первого компьютера, самолета, термоядерного двигателя, или же первой фотонной мыслящей машины с искусственным разумом. Вопреки всему, Гера Грэтхен, каким-то чудесным образом умудрялась сохранять в себе искреннее восхищение и неподдельное любопытство при виде этих стальных электронно-механических существ. Иногда она трепетно размышляла о том, как прошлым поколениям приходилось жить ранее, несколькими столетиями назад, как человечество использовало для полетов в космос медленные химические двигатели, а так же вынужденно тоннами сжигало уголь ради получения электроэнергии. И после подобных раздумий любознательную особу весьма радовало, что ей выпало счастье жить в такое прекрасное время, когда появилась возможность осуществлять поистине удивительные вещи: летать в космос на огромных космических лайнерах, а в городах передвигаться по воздуху на транспорте с антигравитационными двигателями, причем весьма небольшими и компактными. Но самым невообразимым и чудесным было то, что перемещение в космическом пространстве на огромные расстояния теперь осуществлялось за считанные часы или даже минуты.
Оказавшись внутри лайнера, Гера поспешила занять свое кресло, находящееся где-то в двенадцатом ряду эконом класса. Тусклый синий свет равномерно заполнял собой большую часть роскошного салона космического судна. Со всех сторон веяло прохладной свежестью ионизированного воздуха. Одни пассажиры неспешно подбирались к своим местам на первой палубе, другие же, ступая по широким лестницам с самодвижущимися ступенями перемещались в верхнюю часть корабля.
Между рядами спешно сновали туда сюда бортпроводницы в виде полупрозрачных голограмм со слабым голубоватым мерцанием вокруг, помогая некоторым нерадивым пассажирам отыскать свои места. Мелодичная музыка нежно растекалась по внутреннему пространству судна, дополняя атмосферу уюта и комфорта, и без того царящих здесь. Казалось, что транспортное средство было под завязку нафаршировано всевозможным оборудованием, а потому имело вес, как самый настоящий астероид, пусть и небольших размеров, но зато состоящий из весьма плотного вещества.
Наконец лайнер оторвался от ровной поверхности посадочной платформы и плавно поднялся вверх, на мгновение зависнув над зданием терминала, над широкой многощипцовой и почти что прозрачной крышей которого сияла большая голографическая надпись «Малая Космическая Гавань» - именно так назывался данный космопорт. За очень короткий временной промежуток корабль лихо преодолел несколько нижних слоев атмосферы, а затем оказался в протяженной экзосфере планеты, продолжая стремительно мчаться ввысь, все более и более погружаясь в бездонную синеватую мглу космоса.
Спустя каких-то полчаса он уже находился всего в нескольких километрах от Луны. Где-то вдалеке, на ее сероватой пыльной поверхности, испещренной глубокими кратерами и каменными обломками, едва прослеживался странный купол, слабо поблескивающий в лучах солнечного света. Полусфера располагалась над одним из кратеров, диаметр которого составлял около двух километров. Изредка Гера Грэтхен заглядывала в иллюминатор, задумчиво наблюдая за проносящимися мимо серебристыми объектами каплевидной формы - другими кораблями. На поверхности ее электронного кольца всплывали все новые и новые сообщения, поочередно перекрывающие друг друга. К примеру, в одном из них говорилось о том, что космическое судно приближается к лунному городу, где вскоре совершится непродолжительная посадка.
По мере приближения к этому самому городу, сквозь его блестящий защитный купол стали проглядываться призрачные очертания высоких строений, узких городских улиц, зеленеющих скверов, а так же были едва видны неторопливые и размеренные движения мелких светящихся точек, непрестанно переливающихся сине-зелеными огоньками. Пассажирский лайнер неустанно мчался вперед, а вдоль его коротких крыльев вздымались серые полосы густой пыли.
Вдруг недалеко от массивного купола, прямо на поверхности лунного грунта, показался округлый проем с синеватой дымчатой пеленой, преграждавшей сюда путь. Несколько десятков космолетов совершенно беспрепятственно проскользнули сквозь эту призрачную преграду и погрузились в зияющую глубь разверзшегося за ней пространства. Лайнер последовал за ними и тут же скрылся из вида. Он стремительно преодолел множественные отсеки протяженного тоннеля с холодным разряженным воздухом и вскоре оказался в огромном и сумрачном, переполненном людьми зале, большинство из которых толпилось возле крупных космических кораблей, ожидая своей очереди взойти на борт очередного прибывшего судна.
Подземный комплекс космопорта был украшен художественными рельефами, статуями прославившихся астронавтов, философов и выдающихся ученых, каждый из которых находился на своем строго определенном месте. Длинная анфилада залов с высокими сводчатыми потолками, была вся обставлена монументально-декоративными композициями: современной абстрактной живописью и живописью давно минувших веков, мозаиками из разноцветных минералов, витражами из цветных самосветящихся стекол, красочными росписями с фрагментами различных космических летательных аппаратов, а стены здесь сплошь были исписаны какими-то непонятными математическими формулами и диковинными схемами. Свет подвесных ламп пробивался сквозь окружающую полумглу, становился плотным и объемным. Словно густой золотистый туман, он застилал и обволакивал собой посадочные платформы зала вместе со всем многообразием пассажирских космических кораблей, находящихся здесь.
Прислонившись лицом к прохладному стеклу иллюминатора, Гера отстраненно наблюдала за пассажирами, непрестанно покидающими и восходящими на борт лайнера. Вскоре два пустующих места слева от нее оказались заняты. В одно кресло опустился высокий молодой мужчина лет тридцати пяти. На нем был темно-серый свитер с длинным воротником, легкая куртка бордового цвета, строгие черные брюки и лакированные блестящие туфли. Он аккуратно поправил свою деловую прическу с уложенными на бок короткими темно-русыми волосами, а затем удовлетворенно и немного устало вздохнул. Рядом же с ним в мягкое кресло плюхнулся мальчуган в кепке лет восьми или может девяти. Мальчик постоянно ерзал на месте и докучал своего сопровождающего разными вопросами. В частности его беспокоило то, что лайнер до сих пор стоит на месте, даже не шелохнулся и не дрогнул, что обычно хорошо ощущалось, если хотя бы один из его двигателей запускался. Мужчина бросил пристальный взгляд на обеспокоенное лицо мальчика.
- Эрик, прошу тебя успокойся, не мешай окружающим, - произнес он, слегка одернув ребенка за руку.
- Но, я хочу увидеть воронку, - недовольным тоном провозгласил мальчуган.
- Потерпи. Засекай пять... - мужчина бегло взглянул на свое электронное кольцо, - нет, лучше десять минут. Отсчитывай время про себя и закрой глаза. Когда закончишь, можешь выглянуть в окно.
После этих слов мальчик кажется несколько урезонился и на время затих. Он достал из своего рюкзака портативное игровое устройство и, надев специальные очки, принялся резво давить на кнопки.
- Вы не могли бы ненадолго подпустить моего племянника к окошку через некоторое время? - осведомился мужчина, вопросительно взглянув на пассажирку справа, и на его лице тут же отразилась неловкая извиняющаяся улыбка.
- Конечно, раз он у вас такой любопытный, - любезно ответила Гера, обратив внимание на суетливого непоседу.
Наконец-то время остановки подошло к концу, и космический лайнер плавно приподнялся над посадочной платформой. Его тяжелые термоядерные двигатели издавали ровный и приглушенный гул, испуская из своих поворотных сопл слабое красновато-алое свечение. Казалось, что толстые крылья лайнера завибрировали, а когда двигатели развернулись в противоположную сторону, то начали тянуть космическое судно обратно - к подземному транспортному тоннелю. Спустя считанные минуты, лайнер снова оказался в открытом космическом пространстве, продолжая стремительно набирать скорость.
- Дядя, можно я пойду посмотрю? - вновь оживился малец, спустя некоторое время.
- Во-первых, еще рано, - ответил мужчина, - а во-вторых, тебе нужно спросить разрешение у...
- Меня зовут Гера, - произнесла соседка справа и мило улыбнулась.
- Очень приятно, я Лют Алгой, - мужчина привстал с кресла, пожав девушке руку.
- А ты Эрик? - обратилась она к мальчику. - Наш лайнер совсем недалеко от того, что ты ищешь, - она откинулась на спинку кресла, чтобы мальчик мог расположиться возле окна и добавила: - Если хочешь, можешь подойти.
Эрик согласно кивнул, небрежно сунул очки и прямоугольное устройство с разноцветными кнопками в свой ранец, вскочил с места и мигом пробрался к иллюминационному окну справа. Эрик прислонился лбом к прохладному стеклу, внимательно вглядываясь в мглистую брешь космоса. Поначалу ничего особенного не наблюдалось, на черном фоне лишь уныло мерцали холодные звезды, виднелся яркий лунный диск, который, кстати, стремительно уменьшался в размерах. Однако, весьма скоро вся конструкция космолета ощутимо завибрировала, будто бы снаружи возникло сильное давление, какое бывает под толщей воды, на дне океана. Корпус стал издавать неприятные потрескивающие звуки, скорость лайнера значительно снизилась. Внезапно, и без того слабый свет в салоне померк, а возникший из ниоткуда полумрак затопил собой все вокруг. Где-то вверху загорелись рассеянные и невзрачные оранжево-красные огни, послышался монотонный голос, напоминающий о необходимости всем пассажирам пристегнуть свои ремни безопасности.
- Эрик, усаживайся на мое место, - сказала Гера мальчику, мельтешившему перед ней, - а я сяду рядом.
Плюхнувшись в кресло, Эрик радостно уставился в окно. Он напряженно вглядывался в пространственную мглу космоса, однако по-прежнему за толстым стеклом иллюминатора, не наблюдалось ничего примечательного. Тогда мальчик с пониманием дела начал водить пальцами по светящимся кнопкам и надписям, внезапно появившимся на поверхности скругленного по углам стекла. В верхней части иллюминатора вспыхнули изображения с фронтальных и боковых видоанализаторов лайнера. Эрик поочередно пристально вглядывался в каждое из них, а затем с неистовым воодушевлением воскликнул:
- Нашел! Вот же она!
- Что ж, поздравляю, - буднично проговорил Лют. - На этот раз она оказалась совсем с другой стороны, верно?
- Действительно, кажется, она немного сместилась в сторону, - широко раскрытые глаза Эрика изумленно блестели, бегая из стороны в сторону по светящемуся стеклу.
Он наблюдал за едва приметным мутным пятнышком, которое источало из себя легкое свечение синеватого оттенка и при этом слабо пульсировало, словно какой-нибудь инопланетный живой организм. По мере сближения с ним, блеклое пятно становилось все крупнее и крупнее, так же менялся и внешний вид этого удивительного объекта. Очень скоро пятно превратилась в настоящую спиральную воронку, похожую на ту что возникает при быстром движении воды в водовороте, либо на мощный атмосферный вихрь, образующийся в грозовом облаке. Однако, в отличии от этих хорошо известных природных явлений, данный феномен находился в полностью безвоздушном пространстве, совсем недалеко от Луны.
Широкие голографические изображения, горящие вдоль высоких пассажирских полок, пестрили яркими красками, звучал приятный басистый голос, велся подробный и увлекательный рассказ об этом загадочном природном явлении: говорилось об истории его открытия и последующих научных изысканиях, всячески связанных с ним, а так же о предполагаемом механизме функционирования этой воронки.
Гера дотронулась до своего кольца, и множество сияющих элегантных графических символов, заключенных в плоские прямоугольники, развернулись в полный объем, будто бы высвободившись из некого заточения. Разнообразные световые объекты повисли в воздухе, прямо перед лицом девушки. Ее раскосые глаза энергично забегали из стороны в сторону, изучая объемистую статью, в которой как раз шла речь об так называемом трансферном или пространственном вихре. Оказывается, это плохо изученное явление являлось неким проходом или мостом сквозь пространственно-временную ткань, соединяющую две удаленные на большие расстояния точки космического пространства. Когда-то давно такое объяснение было лишь одним из большинства гипотетически возможных теорий, и никто из серьезных ученых не воспринимал наличие подобных явлений в космосе всерьез. Теперь же, спустя несколько столетий многое изменилось, и человечество благодаря этим феноменам может беспрепятственно и почти мгновенно перемещаться на огромные расстояния из одной точки космического пространства в другую. Однако, по какой-то причине, это происходило лишь в границах родной звездной системы, что являлось еще одной сложной загадкой для лучших умов на ближайшее будущее. Так теория о преломлении пространственно-временной ткани стала резко преобладать над всеми остальными. Открывшаяся возможность позволила человечеству построить множество крупных иноземных городов на некоторых планетах и их спутниках, то есть своего рода заселить и освоить, если так можно выразиться, Солнечную систему.
Все иноземные города были покрыты защитными хольнитенами - это сложные инженерные сооружения представляющие из себя огромные полупрозрачные ячеистые купола из сверх прочных материалов. Города размещались в глубоких ударных кратерах, диаметр которых, как правило, составлял от одного до трех километров. Каждый иноземный город состоял из множества плоских уровней в виде круглых и тонких дисков - платформ, выполненных из твердого сверхпрочного материала - плинфы. На поверхности каждой такой платформы размещалось несколько городских районов. Эти жилые платформы были тесно связанны между собой всевозможными инженерными сооружениями и конструкциями: автоматическими пассажирскими вагонами и скоростными лифтами, транспортными тоннелями, самодвижущимися винтовыми лестницами, заключенными в прозрачные шахты, из которых открывались потрясающие воображение виды.
В центре каждого иноземного города находилась огромная цилиндрическая конструкция, она испускала во все стороны свет и весьма походила на стройную опорную колонну или может быть башню. Колонна проходила сквозь множественные плоские жилые платформы, расположенные друг над другом, и устремлялась высоко вверх, к границе защитного купола. На окраинах жилых плоскостей имелось наверное с десяток таких световых колонн, но значительно меньшего диаметра и интенсивности свечения. Средняя площадь иноземного города, расположенного в кратерном углублении, варьировалась от двух до десяти тысяч квадратных километров.
Пока космический лайнер медленно приближался к трансферной воронке, Гера с любопытством наблюдала за Эриком, который в свою очередь продолжал увлеченно разглядывать изображение удивительного природного явления.
Внезапно корабль будто бы неведомой силой потянуло вперед. До полного погружения оставались считанные секунды. Черный фон космического пространства, видневшийся из окон, начал светлеть. Казалось, будто космолет погружался внутрь раскаленного диска неведомого светила, что было, конечно же, чем-то совсем уж невероятным и попросту невозможным. Вдруг толстые иллюминационные стекла покрылись темной пеленой, и яркий все нарастающий и неясно откуда возникающий свет, уже с трудом проникал внутрь. А в это время из далеких рядов пассажирских кресел послышались громкие разговоры молодых парней - наверняка студентов, - которые постоянно игнорировали какие-либо замечания бортпроводниц.
Некоторые пассажиры, вжавшись в свои кресла, находились в состоянии приятного и спокойного полудрема или может быть глубокого сна - это доподлинно не известно. Кто-то устало водил пальцами по плоскому, словно лист бумаги, экрану электронного устройства продолговатой формы, работая таким образом с какими-то, вероятно, важными документами. Так же среди пассажиров были и те, кто просто беззаботно листал бумажную книгу, подсвечивая страницы голографическим лучом, исходящим из плоского блестящего кольца, нисколько не обращая внимания на окружающую обстановку. Очень скоро вслед за тусклым освещением салона корабля с иллюминационных стекол стали пропадать изображения, поступающие с видоанализаторов, на их месте показался белый рябящий фон.
Эрик завороженно и протяжно вздохнул. Он неподвижно сидел в кресле и отрешенным взглядом смотрел в одну воображаемую перед собой точку. Лют и Гера удивленно переглянулись.
- Ну, что думаешь? - осторожно обратился Лют к мальчику.
Эрик ничего не ответил. Гера слегка хлопнула ладонью по козырьку его кепки. Мальчик опомнился, растерянными глазами взглянул на соседку слева и спросил:
- Мне опять стало тепло? Почему?
- Ну, я ведь не раз объяснял тебе, что это абсолютно нормально, - будничным тоном пояснил Лют своему впечатлительному племяннику.
- Тебе так же тепло, как и мне? - поинтересовался Эрик, расстегивая верхние пуговицы своей рубашки.
- Ну конечно! И далеко не мне одному, - ответственно заявил Лют, а затем положил на колени свой рюкзак, достав его с верхней полки.
- Это происходит со всеми людьми, верно?
- Угу. - Мужчина озабоченно рылся в своей сумке.
- Это ненадолго, скоро пройдет, - охотно пояснила Гера, решив поддержать разговор.
- А что там происходит? Почему теперь ничего не видно? - вновь осведомился Эрик, указывая на окно справа.
- Дело в том, что лайнер, - разъясняющим тоном проговорил Лют, - уже находится внутри трансферной воронки. Что именно происходит там, за окнами корабля, никому не известно. Поверь, лучшие исследователи мира трудятся над этим вопросом в поисках ответа. Но пока, как понимаешь, - безрезультатно. Поэтому-то никто ничего и не знает: однозначного ответа попросту не существует. Поэтому перестань терзать меня одними и теми же вопросами, Эрик.
- Ясно, - сердито нахмурился мальчик. - В прошлый раз ты обещал мне рассказать об этом вихре. Но, оказывается, ты и сам ничего не знаешь.
- Все верно, - утвердительно кивнул Лют, - об этом я ничего не знаю. Будешь? - он протянул мальчику оранжевую банку с апельсиновым соком.
Эрик отрицательно качнул головой и вновь уставился в темное окно, вероятно продолжая строить свои собственные догадки и предположения об этом необычном природном явлении, которое наблюдает он уже далеко не в первый раз, что в свою очередь нисколько не мешало ему снова и снова воспринимать происходящее как будто впервые. В салоне лайнера загорелся свет, и свойства иллюминационных стекол разом поменялись: сквозь окна вновь показалось слабое мерцание далеких звезд. Эрик радостно и живо воскликнул:
- А вот и красная планета!
- Все верно, это Марс, - спокойно подтвердил Лют, вглядываясь в объемный текст документа, который светился на тонком экране цилиндрического устройства, лежащего у него на коленях.
- И на сколько мы там задержимся? - сидя вполоборота к своему сопровождающему, спросил Эрик.
Мужчина устало вздохнул и улыбчиво посмотрел на мальчика.
- Зачем спрашиваешь меня, когда и сам знаешь ответ?
Эрик мечтательно поднял глаза вверх, а затем опять спешно прильнул к иллюминатору.
- Если бы они построили космическую гавань на орбите планеты, - негромко рассуждал он вслух, - то нам не нужно было бы тратить время на остановку в городе. Правда же?
За окнами устало мерцали далекие звезды, маячили юркие курьерские дроны, проскальзывали какие-то небольшие пассажирские космолеты - астроомнибусы. Межпланетное судно уверенно рассекало безжизненное пространство вечной тьмы, отражая от своего невидимого защитного поля всевозможные опасные космические излучения.
- Эрик, не мешай мне пожалуйста, я очень занят, - отчужденно заявил Лют, неподвижными глазами смотря на тонкий экран, торчащий из продолговатого металлического цилиндра.
Устройство это называлось портативным протографом, а Лют сосредоточенно работал над каким-то документом, настойчиво внося в него все новые и новые исправления.
Космический лайнер стремительно приближался к красной планете для совершения очередной кратковременной посадки. Под острым углом он вошел в разреженную атмосферу планеты и устремился к ее каменистой, пустынной поверхности. Лайнер проносился над глубокими протяженными кратерами и гладкими однообразными волнистыми равнинами, когда-то давно образовавшимися в результате затопления раскаленной лавой. Из продолговатых окон наблюдалось удивительное зрелище: местность, изрезанная множеством пересекающихся друг с другом древних каньонов, которые простирались вдаль на многие сотни и тысячи километров. Они занимали около четверти окружности всей планеты и во много раз превосходили все известные каньоны на Земле. Космическое судно приближалось к северному полушарию красной планеты.
Вскоре, недалеко от туманного очертания полярной области Марса, показался заснеженный и поблескивающий в оранжевых солнечных лучах купол, под которым находился один из крупнейших иноземных городов - Геликон. На широких голографических панелях, мерцающих под потолком, высветился маршрут следования лайнера. Там, на яркой изогнутой путевой линии, то появлялись, то исчезали названия ближайших крупных населенных пунктов, а так же отображалось и приблизительное время подлета к ним; было множество и другой полезной информации, а так же сведений об объектах и явлениях, мимо которых проносился лайнер. Например, когда корабль оказался неподалеку от бушующей пылевой бури, каждый пассажир при желании мог получить подробные сведения об этом явлении, лишь посмотрев на световую информационную панель.
Неожиданно, сильные порывы ветра стали раскачивать лайнер из стороны в сторону, но он мгновенно ускорился, набрал высоту и резко ушел в сторону, продолжая свой стремительный полет к полярному кругу красной планеты. За бортом космического судна показался гигантский, давно потухший вулкан «Олимп», грозно возвышающийся над марсианскими бескрайними равнинами, высохшими руслами рек, широкими кратерами, холмистыми темными долинами и пустынями. Будто бы строгим выискивающим взором, он осматривал свои законные владения, предупреждая таким образом всех непрошеных гостей от самовольных посягательств на эти территории. Именно на вершине этого гиганта, согласно мифам древней Греции, обитали ревнивые и горделивые боги, бесконечно воюющие между собой. Отсюда, с высоты полета лайнера, благодаря особым атмосферным явлениям, трудно поддающимся описаниям, казалось, что подножие этой исполинской горы было окутано туманной светло-красной пеленой, под которой, скрываясь от посторонних невежественных взглядов, надежно хранились какие-то непостижимые и никому не ведомые извечные тайны.
Очень скоро у границ алого зарева показалась гигантская полярная шапка. Она состояла из огромного количества водяного льда и замороженного углекислого газа. Поверхность ее переливалась расплывчатыми и яркими пятнами в лучах восходящего солнца, а неподалеку виднелись серебристые полупрозрачные купола - защитные хольнитены, припорошенные бледноватым снегом. Снег этот хоть и казался настоящим, однако на самом деле таковым не являлся, поскольку состоял из замерзшей углекислоты. Всего в этой области планеты находились три защитные полусферы, одна из которых была несколько крупнее двух остальных. Все хольнитены располагались на некотором отдалении друг от друга. Сквозь полупрозрачную поверхность самого крупного защитного ячеистого купола просматривался огромный марсианский город Геликон. Вокруг огромного выпуклого купола города, словно стая диких птиц, безостановочно кружила масса самых разнообразных космических кораблей. По протяженным извилистым тоннелям, расположенным глубоко под землей, они проникали внутрь иноземного города, а затем, при возникновении необходимости, вновь покидали его. Оставшиеся два крупных города - Эфеб и Беотия, закрытые от внешней неблагоприятной среды меньшими по размеру защитными хольнитенами, имели тесные связи с главным городом в виде множественных подземных транспортных путей, которые так же пролегали под толстым слоем марсианского грунта.
Межпланетный космический лайнер заходил на посадку. Гера переместилась на свое прежнее место и, откинувшись на спинку кресла, непринужденно уставилась в окно. Она задумчиво вглядывалась то в обледенелую поверхность полярной шапки безжизненной планеты, то в выпуклые заснеженные хольнитены, под которыми мерцали движущиеся огни различного вида городского транспорта. В этот момент девушку отчего-то захлестнули приятные воспоминания из детства. Воображение рисовало красочные картины из далекого прошлого. Например, вот она со своими знакомыми и друзьями находится в крупном развлекательном центре, а секундой позже - радостно мчится по крутому склону на горных лыжах, а вокруг мелькают стройные сосны и ели, студеный зимний ветер обдувает ее счастливое лицо, развевая черные распущенные волосы, и снег приятно хрустит под скользящими лыжами. Далее в воображении мечтательной особы всплыла следующая яркая картина: теперь она готовится к встрече нового года, занимаясь украшением сияющей праздничной елки разноцветными игрушками. А в следующем своем воспоминании, Гера уже неспешно прогуливается вокруг длинных многоэтажных домов со своей любимой собакой. Под ярким светом вечерних огней, пес резво носился по белым придорожным сугробам, пытаясь словить как можно больше падающих с неба снежных хлопьев. Внезапно, картины из прошлого оборвались на самых приятных воспоминаниях: пассажирский лайнер резко спланировал к подножью городского хольнитена и лихо проскользнул сквозь городскую заставу из плотной изоляционной плазмы на поверхности земли, слегка припорошенную по краям колким углекислотным снегом.
Космопорт, на котором предстояло совершить очередную посадку, сильно походил на тот, что находился в лунном городе. Отличия заключались лишь в его размерах и пропускной способности - он был гораздо крупнее предыдущего места остановки и состоял из нескольких десятков протяженных транспортных ангаров с несчетным количеством посадочных и сервисных платформ. Наверное, по этой причине казалось, что космопорт способен был выдерживать нескончаемые потоки пассажиров ежедневно. Множество крупных межпланетных кораблей, подобных тому на котором путешествовала Гера Грэтхен, то опускались на тонкие продолговатые плиты, то вздымались вверх, стремительно покидая протяженные ангары. Один за другим они вырывались из под земли, подобно огненным зарядам, выпущенным из плазменного оружия. Быстро преодолевая атмосферу красной планеты, корабли устремлялись к загадочному космическому явлению, мерцающему изнутри слабой, таинственной синевой. При этом ничто не могло остановить их или сбить каким-либо образом с пути: ни пылевые бури, бушующие на поверхности планеты, ни смерчи или метели, возникающие в здешней атмосфере, ни густые и непроглядные туманы, стоящие над бездонными каньонами и безмолвными долинами. Попадая же в объятия трансферного спирального вихря, межпланетные корабли бесследно исчезали.
- Позвольте спросить, где вы планируете выходить? - внезапно обратился Лют к девушке справа.
Гера бегло взглянула в сторону мужчины, как бы сквозь него, неохотно отведя глаза от книги.
- Мне нужно в Амфиполис, - тихо ответила она, перелистнув страницу и вновь уставившись в книгу.
- О, значит вам до конечной остановки, - иронично подметил Лют и тут же добавил: - Кстати, там располагается несколько наших филиалов! - Он отложил протограф в сторону, свернув тонкий экран обратно в продолговатую цилиндрическую трубку, называемую тубусом.
- Интересно, чем же вы занимаетесь? - улыбнулась Гера, не сводя глаз с книги.
Лют Алгой устало потянулся в кресле, а затем, отвечая на вопрос слабо знакомой попутчицы, непринужденно произнес:
- Дело в том, что с самого раннего детства я всегда обожал готовить. Моим любимым блюдом была пицца. В жизни мне нередко улыбалась удача и теперь... В общем, я владею небольшой сетью пиццерий, большинство из которых находятся далеко за пределами нашей родной планеты.
- Ого, по-моему это замечательно, - улыбнулась Гера. - А можно поинтересоваться, в каких иноземных городах находятся ваши закусочные? - заинтересованно спросила она, и легким движением руки отбросила прядь черных волос со своих глаз.
- Ну во-первых, на Земле, - с самодовольным видом пояснил Лют. - Там расположено несколько десятков пиццерий. Во-вторых, еще несколько имеется в лунном городе, а так же в основном городе на Марсе. Конечно, это не весть как много, по сравнению с нашими конкурентами, - криво улыбнулся он, - но мы непременно будем расширяться и дальше. Например, в ближайшее время, - в голосе предприимчивого мужчины появилось легкое воодушевление, - состоится открытие новой пиццерии в одном из самых живописных мест Солнечной системы.
Гера прикрыла книгу, положив ее перед собой на колени.
- Если не секрет, где именно? - спросила она.
- В поясе астероидов, точнее на одном из этих астероидов, - важно пояснил Лют. - Совсем недалеко от торгового комплекса «Гелиос», расположенного на карликовой планете. Знаете где это?
- Да, конечно.
- Виды там поистине завораживающие... Просто отрыв башки, простите за выражение.
- Это точно. Там действительно очень красиво, - согласилась Гера Грэтхен.
- А вы чем занимаетесь? Расскажите что-нибудь о себе.
- Я преподаю астрономию в школе ученикам средних и младших классов, - пояснила Гера.
- Замечательно! Можно спросить, почему вы предпочитаете именно такой метод обучения? Ведь для того, чтобы провести занятие вам непременно нужно присутствовать в классе. А как же использование расхожих визуальных проекций? Неужели разница в оплате труда столь существенна?
- Конечно же, она выше, но не на много. Однако, вместе с безусловным базовым доходом этого вполне достаточно, - ответила Гера. - Просто мне нравится путешествовать, так же, как и общаться лицом к лицу с настоящими людьми, а не с иллюзорными полупрозрачными силуэтами. Благо, что технический прогресс не отменяет некоторых старых и вполне разумных вещей. - Гера задумчиво посмотрела на своего собеседника слева, а затем отвела взгляд в сторону.
- Полностью с вами согласен, - деловито кивнул мужчина, слегка растерянным движением руки поправив воротник рубашки.
Лют был удивлен таким ответом, поскольку большинство тех, кого он знал смотрели на жизнь несколько иначе. Он бросил беглый взгляд на уснувшего Эрика, после чего тут же продолжил:
- К сожалению, у меня практически весь персонал состоит из человекоподобных роботов - андроидов, наделенных разумом. - Размышляя над собственными словами, он задумчиво улыбнулся. - Так намного дешевле. Естественно это нравится далеко не всем нашим клиентам. Как правило богатые не хотят контактировать с бездушными роботами, предпочитая иметь дело с настоящими людьми.
- Это вполне ожидаемо, - подтвердила Гера. - Какую модификацию интеллекта вы используете для вашего обслуживающего персонала?
- Самую что ни на есть заурядную и простую, - неохотно ответил Лют Алгой. Он негромко чихнул, прикрыв лицо рукой и отвернувшись в сторону, чтобы не разбудить спящего мальчика.
- Будьте здоровы.
- Благодарю.
Эрик тихо сопел, удобно приютившись в слегка откинутом назад кресле.
- Вы могли бы отрегулировать их должным образом, - улыбчиво пояснила девушка. - После этого они станут во всех отношениях лучше. При желании характер каждого андроида можно сделать уникальным и неповторимым. Мне кажется, ваши клиенты это оценят.
- Да, я уже думал об этом... Но это встанет мне в копеечку, - без особого энтузиазма произнес Лют с потухшим взглядом, задумчиво массируя свой твердый щетинистый подбородок. - Любая обслуживающая компания сдерет с меня три шкуры за подобную услугу. - Он внимательно посмотрел на свою собеседницу справа. Левый глаз мужчины слегка сощурился, а на его лице при этом показалась слабая ироничная ухмылка. - Мне кажется, или вы и сами не прочь проделать эту непростую работенку?
- Возможно, но если это и случится, то не скоро, - уклончиво проговорила Гера. - Для начала мне необходимо завершить обучение... И когда-нибудь я смогу придавать искусственным мыслительным процессам слабосознательных машин уникальные и неповторимые черты.
- Что ж, эти навыки весьма востребованы в наши дни, а потому вы на верном пути. - Лют все больше и больше проникался интересом к едва знакомой ему девушке. - А что это у вас за книга?
- Ах, ничего особенного, - Гера небрежно махнула рукой. - Это обыкновенный школьный учебник по астрономии.
- Не совсем обыкновенный, - любезно поправил ее Лют, - он бумажный, что редкость в нынешнее время.
- Книги в таком виде мне нравятся больше.
- Даже не смотря на то, что их цена в несколько раз выше? - не скрывая удивления, поинтересовался Лют.
- Да, все верно. - Кажется, Гера немного смутилась и отвернулась в сторону. - Есть вещи, которые всегда должны оставаться неизменными, иначе человек попросту перестанет быть самим собой.
- Может быть вы и правы, - Лют изобразил легкое согласие, хотя сам наверняка так не считал. - Кстати, я хотел бы вас пригласить посетить мою новую пиццерию на том самом астероиде, про который я рассказывал. Отведаете моей фирменной эксклюзивной пиццы с горячим кофе, полюбуетесь местными видами, отдохнете мыслями, - мечтательным и слегка шутливым тоном предложил он, а про себя в этот момент подумал: «Если только сделка не выгорит, и все пройдет как надо».
- Спасибо за приглашение, - Гера смахнула несколько густых темных локонов в сторону, - я непременно это обдумаю.
- Хорошо, тогда не возражаете, если я оставлю вам свой идентификационный номер?
Гера не возражала, и Лют протянул девушке свою руку, на которой единожды сверкнуло его электронное кольцо с плоской поверхностью. Корпус космического лайнера негромко заскрежетал, космолет слабо покачнулся, поднялся в воздух и стремительно покинул космопорт. Набрав достаточную высоту и преодолев разреженную газовую оболочку красной планеты, он очутился в бескрайней чернеющей пустоте и продолжил свой обыденный путь дальше - к другим иноземным городам.
Глава №2 (Приятного просмотра)
В серой туманистой и дымчатой мгле, над рельефным городским куполом, светилась газовая планета Сатурн, окруженная своими плоскими и слегка бледноватыми, как может показаться из далека, кольцами. Мерклый солнечный свет с трудом пробивался сквозь них, застревая в плотных скоплениях пыли и льда, из которых преимущественно и состояли эти удивительные образования. Претерпевая значительные искажения и с трудом вырываясь из ледяного плена, солнечные лучи будто бы невольно оставляли здесь большую часть своей энергии, но несмотря на это, пусть неохотно и вяло, все же продолжали свой нелегкий путь к одиноким замерзающим лунам окольцованной планеты, чтобы донести до них свою живительную силу. За границей этой рельефной ячеистой полусферы, надежно защищающей крупный многомиллионный город от губительных воздействий холода и опасного космического излучения, царили суровые и невыносимые для всего живого условия. Где-то вдалеке, на бескрайней ледяной равнине, проглядывалось множество гигантских бесформенных очертаний - это кучевые столбы пара, которые яростно вырывались из древних разломов. Эти извилистые протяженные трещины состояли из глубоких чередующихся борозд и кряжей, покрывающих собой, словно огромная паучья сеть, определенную часть поверхности оледенелого спутника. Густые потоки водяного льда и газа вздымались на высоту сотен километров и бесследно исчезали, будто бы растворяясь в мрачном небосводе, испещренном тусклыми мерцающими звездами.
Под экранирующим куполом с почти что зеркальной поверхностью, где-то на окраине первой плоской, как блин, городской жилой платформе, располагался роскошный двухэтажный дом с небольшой частной библиотекой внутри. Он имел строгую, лаконичную и немного вычурную форму, похожую на крупные, неровно наложенные друг на друга прямоугольные параллелепипеды с небольшими кубическими выступами по сторонам. Стены дома были обнесены крупными темно-серыми панелями, перед входом располагалась широкая терраса с расставленными на ней стульями, а вдоль придверных стен зеленели невысокие лимонные деревья. Так же перед главным входом, над светлым мраморным полом, парило светящееся прямоугольное табло с информацией о режиме работы, всевозможных акциях и каких-то важных событиях в жизни библиотечного учреждения. К примеру, текст одного из таких сообщений гласил: «Уважаемые посетители библиотеки «Куприт»! Напоминаем вам о том, что уже на этой неделе состоится несколько сеансов чтения нового захватывающего дух произведения от новомодного скриптора, подающего большие надежды на оригинальность и творческий успех. Торопитесь приобрести билеты, чтобы погрузиться в незабываемую атмосферу приключений и непередаваемых ощущений. (С наилучшими пожеланиями, владелец библиотеки Геон Годар Гринт)».
Как раз в это время, ранним прохладным утром, хозяин этого заведения находился на втором этаже дома, будто бы собранного из нескольких больших глянцевых темно-серых блоков, напичканных изнутри всевозможной электроникой. На самом же деле дом не принадлежал ему, а находился в долгосрочной аренде - ровно на один земной год, - за которую ежемесячно приходилось выкладывать внушительную сумму денежных средств. Немного сощурив левый глаз, Геон что-то разглядывал, находясь в полумгле просторного помещения. Он внимательно поглядывал в окуляр электронного телескопа. Его высокий стан и длинные темные волосы почти что полностью сливались с окружающей полумглой. Продолговатое интеллигентное лицо с изящными острыми скулами, тонкими полусухими губами и задумчивыми темно-серыми глазами, одновременно выражало глубокую сосредоточенность и некоторую отрешенность. За обеденным столом в элегантной серебристой машине, отдаленно напоминающей какую-то старинную кофеварку, готовился кофе, а в продолговатой печи со скругленными углами стыли большие куски сырной пиццы. В центре комнаты, на однотонном сером шерстяном ковре, лежал небольших размеров кот с короткой черной шерсткой и белой полоской посереди своей усатой мордашки; он казался несколько худоватым и слегка вялым, вероятно, из-за продолжительных ночных прогулок. Подвижное устройство в виде небольшого шара бесшумно перекатывалось из стороны в сторону, рассекая пространство комнаты и втягивая в себя частицы пыли и каких-либо мельчайших загрязнений, если таковые встречались у него на пути. Тонкие и элегантные бордовые полосы располагались вдоль высоких темных стен и, гармонично вписываясь в общий интерьер комнаты, непрестанно отдавали тепло, поддерживая таким образом комфортную атмосферу в помещении.
Неспешной шаркающей походкой молодой человек подошел к обеденному столу, слегка потянулся, достал с высокой полки зеленый термос и перелил туда содержимое из кофейника. Туда же он выдавил несколько долек свежего лимона, добавил четыре ложки сладкого порошка, плотно закрутил крышку, немного потряс, после чего оставил термос в покое, отставив его в сторону. Черно-белый кот при этом лениво приоткрыл левый глаз, равнодушно оценил обстановку перед собой, а затем, не заметив ничего интересного, снова прищурил глаз, предпочтя остаться в расслабленном полудреме и неге.
- Ну что, сильно проголодался? - сонным голосом проговорил Геон, бегло взглянув на своего домашнего питомца.
Кот, лежа на шерстяном ковре, бодро потянулся во весь рост, встал на лапы и лениво побрел в сторону своей миски. Видимо, почувствовав приближение хищника, автоматическая кормушка ворчливо загудела, из нее тут же выпало несколько хрустящих мясных котлеток, которые попали прямо в кошачью тарелку. Кот довольно замурчал и принялся за свой завтрак.
- У меня скоро сеанс чтения очередного произведения, - сказал Геон, надевая рубашку. - Уверен, на этот раз придет больше людей. Я должен быть собран и бодр, а ты своим бездельем постоянно вгоняешь меня в сонный ступор.
Щуплый черно-белый кот проглотил последний кусочек мясного лакомства, запрыгнул на подоконник и принялся умываться.
- Я так и думал. Ты меня даже не слушаешь. Хорошо, справлюсь без твоей помощи.
Геон потянулся к дверце шкафа в стене.
- Свет пожалуйста! - небрежно скомандовал он, указывая пальцем куда-то вверх. И тут же, во мгновение ока, оконные стекла резко изменили свои фильтрующие свойства, и комнату озарил золотистый свет. Произошло это так, будто раздвинулись невидимые ставни.
Усевшись на высокий стул, Геон плеснул из термоса в стальную кружку немного горячего кофе, взял треугольную дольку разогретой пиццы в свои руки и осторожно откусил маленький кусочек.
Сквозь широкие окна виднелись многоэтажные стеклянные здания, лоснящиеся в золотисто-бледно-желтых световых лучах, высокие деревья с развесистыми зеленеющими кронами, а так же разнообразные виды городского транспорта, неспешно рассекающего подкупольное пространство города. Ровно десять жилых платформ города на сотни метров простирались глубоко вниз, уходя ко дну кратерного углубления, в котором и располагался иноземный город. Каждая платформа представляла из себя плоскость круглой формы с расположенными на ней высотными жилыми зданиями, гостиницами, торговыми центрами, ресторанами, парками, образовательными, культурными и развлекательными заведениями. Диаметр первой и самой высокой жилой платформы составлял около трех километров, а самой последней - чуть более одного километра. Невысокий серый домишко с частной библиотекой внутри, на втором этаже которого проживал Геон Гринт, располагался неподалеку от Центрального городского парка и находился на окраине первой жилой платформы.
Немного подкрепившись, молодой человек покинул свое жилище и вышел на улицу. На нем были широкие темные джинсовые штаны и темно-синяя рубашка, надетая поверх черной футболки. Оказавшись на террасе дома, он смерил спокойным и немного задумчивым взглядом массивный, изрядно заиндевевший по краям искусственный небосвод и спешным шагом устремился по узкой мощенной дорожке в сторону парка.
Во всем городе непрестанно поддерживалась постоянная температура, - примерно на уровне двадцати градусов выше нуля, - поэтому о резком и неожиданном изменении климата можно было никогда не беспокоиться. Подойдя к громоздким арочным воротам и приподняв голову вверх, молодой человек обратил внимание на удивительное сооружение, возвышающееся над макушками далеких деревьев и высотных зданий, в виде вертикальной широкой колонны, испускающей во все стороны ярко-золотистый свет. Колонна будто бы исходила из самого центра города и, проходя сквозь круглые жилые платформы, упиралась в вершину защитного купола. «Чертовски красивая конструкция, - подумал Геон, сощурившись и с интересом разглядывая светящуюся башню. - До сих пор в полной мере не могу понять, как это работает». Световой столб находился в окружении стеклянных многоэтажек, кажется, состоящих из каких-то многогранных хрустальных блоков, а так же высоких стройных деревьев с едва колышущейся листвой наверху. Всего таких цилиндрических сооружений во всем иноземном городе насчитывалось около двадцати или может тридцати штук, но эта, та что находилась в центре, была самой крупной и несравненно намного более яркой среди всех остальных, видневшихся вдали.
Другие же колонны располагались где-то на периферии плоскостей, на каждой из которых проживали сотни тысяч горожан. Эти цилиндрические сооружения, пронизывая насквозь жилые платформы, устремлялись ввысь, к черному звездному небу. Иногда казалось, будто помимо снабжения города тепловой и световой энергией, они так же служили и в качестве опорных колонн для поддержания массивного искусственного небосвода, называемого защитным хольнитеном. Светящиеся цилиндрические конструкции, совместно с городским куполом, подчас напоминали настоящий древнегреческий храм с высокими колоннадами по всему периметру, одиноко стоящего на просторах холодного и безжизненного ледяного мира.
Геон шагнул за границу высоких темных ворот и неспешно побрел по буковой аллее в поисках свободной лавки, желательно расположенной поближе к центральному фонтану. Завидев свободное место, он ускорил шаг. Вскоре послышался шум плещущейся воды, и из-за зеленых цветущих кустарников показался фонтан.
Искусственный водный источник представлял из себя каменную голову великана с большими глазами в виде зеленых блестящих кристаллов, торчащую из земли и покрытую светло-зеленым мхом. Овальный рот замшелой фигуры непрерывно извергал из себя прохладную и кристально чистую воду, вероятно, абсолютно пригодную для питья. Стройные светло-серые стволы буковых деревьев образовывали величественную, почти что непроницаемую стену, внутри которой, время от времени, господствовала полумгла и безмятежный покой. Свет едва пробивался сквозь кроны деревьев и мягким покрывалом ложился на каменистые тропы.
Подойдя к широкой, никем не занятой придорожной лавке, молодой человек присел, плавно облокотившись на жесткую спинку. Одну руку он положил на прохладный металлический подлокотник, а другую опустил на правое колено. Всюду слышались переливающийся многоголосый щебет разнообразных птиц, журчание прохладной воды, гомон отдыхающей толпы, а так же веселые и радостные крики резвящихся возле пестрых клумб детей. За искусственным небосводом виднелось смутное очертание плывущей в бескрайнем пространстве космоса планеты, опоясанной тонкими призрачными кольцами. Осмотревшись по сторонам, Геон бегло взглянул на свое блестящее кольцо, чтобы узнать время. Вскоре его глаза плавно сомкнулись, а разум молодого человека, кажется, погрузился в какие-то сокровенные размышления. Геон просто наслаждался местной атмосферой. И так он просидел где-то с полчаса, что-то обдумывая про себя и, вероятно, строя увлекательные и захватывающие картины в своем воображении.
Вдруг по поверхности его кольцеобразного устройства пронеслось несколько светлых текстовых строк: «Мистер Гринт, к вам посетитель. Он ожидает вас в гостевом холле. Благодарю за внимание!». Сообщение троекратно промелькнуло, прокатившись по плоской поверхности устройства, двигаясь то против, то по направлению часовой стрелки. При этом три раза прозвучал звонкий сигнал: в первый раз - тихо, во второй - намного громче, а в третий раз - достаточно громко, чтобы разбудить спящего человека, и вдобавок ко всему с довольно ощутимой пульсацией, которая ежесекундно передавалась на фалангу пальца расслабленно сидящего. Геон Гринт приоткрыл глаза и сделал один глубокий вдох. Слабый искусственный ветер лениво колыхал его длинные черные волосы, неспешно раскачивая их то в одну, то в другую сторону. Постепенно его отсутствующий взгляд стал осмысленным, ясным и бодрым. Приподняв кисть руки на уровень чуть выше подбородка, Геон уверенным и спокойным голосом произнес:
- Здравствуйте. Вы пришли на очередную трансляцию, или может быть принесли литературу?
Спустя некоторое время текст на кольце изменился, отразив новое сочетание символов: «Доброе утро, уважаемый мистер Гринт! Скорее я пришел на сеанс трансляции нового произведения. Состоится ли он?». Геон малость призадумался, оценивая оставшееся у него время, а затем последовал и его ответ:
- Несомненно. Трансляция начнется буквально через несколько минут, то есть ровно в назначенное время. Скоро я буду на месте, а вы пока с удобством располагайтесь. Спасибо, что пришли! - Геон опустил руку и удовлетворенно вздохнул. Кольцо погасло.
Неожиданно над макушками деревьев промелькнуло небольшое транспортное средство. Оно двигалось по воздуху благодаря нескольким антигравитационным двигателям - мобильным антигравитаторам. Гравилет плавно спланировал над парковочной площадкой, расположенной за фонтанирующей головой истукана, и плавно опустился на землю. Из салона транспортного средства вышел осанистый смуглый мужчина, а за ним - высокая стройная женщина с грудным ребенком на руках. Мужчина достал из багажника детскую раскладную коляску, оснащенную электродвигателями и навигационной системой, а затем нежно положил в нее малыша. На ребенке был синий комбинезон, на поверхности которого то и дело мерцали белые светодиодные огоньки. Делового вида мужчина и стройная женщина неспешно зашагали по широкой мощенной аллее, а коляска между тем покатилась своим ходом прямо за ними. Резво обогнав идущую пару, она ловко перестроилась вперед - прямо перед взрослыми людьми и неспешно продолжила свое движение прямо. А тем временем, каменная голова великана продолжала издавать легкое размеренное журчание, источая из себя тонны прохладной воды и сверкая при этом зелеными глазами-кристаллами.
В скором времени плоское кольцо Геона вновь просигналило трижды. Он переключил устройство в голосовой режим, и тут же с его поверхности раздался строгий и ворчливый мужской голос:
- Доброе утро. Ну, как обстоят дела на сегодня?
- Здравствуй, Рувим. Пока что только один посетитель, но я уверен будут еще, - немного растерянным голосом проговорил Геон.
- Почему-то я в этом сомневаюсь. А ты видимо нет?
- В прошлый раз было пятеро, а в позапрошлый - трое, - спокойно пояснил Геон. - В среднем за прошлую неделю было по четыре человека на каждом сеансе. Раньше было в два раза меньше, ты же знаешь об этом. Так что ситуация понемногу улучшается.
- Надеюсь, ты прав, - скептически отозвался Рувим.
- Я делаю все возможное, чтобы клиентов стало больше, - заверил его Геон Гринт.
- Ну хорошо, не буду мучить тебя своими расспросами, - слегка небрежным тоном бросил Рувим и тут же добавил: - Сегодня я постараюсь быть вовремя.
- Тогда до встречи! - Геон кисло улыбнулся и опустил руку.
Сразу же после этой непродолжительной беседы, Геон решил поговорить со своим другом, с которым они вместе работали, желая прояснить кое-какие организационные моменты.
- Добрый день, Кавин! - бодро проговорил он, направляясь обратно к дому.
- Привет, босс! - с поверхности кольца послышался ироничный и немного глуховатый голос. - Я уже знаю о чем ты хочешь меня спросить.
- Это не удивительно, - улыбнулся Геон.
- В общем-то, все готово!
- Что именно?
- Абсолютно все! Я уже на месте, босс!
- Замечательно, - сдержанно улыбнулся Геон. - Я вижу у тебя хорошее настроение. Это внушает оптимизм!
Из-за ровных ветвей цветущих кустарников появились высокие черные ворота, за пределами которых заканчивалась территория Центрального парка Амфиполиса. А из-за зеленых раскидистых деревьев показался строгий многоблочный двухэтажный дом.
- Отлично! Сколько думаешь сегодня у нас будет гостей? - Геон ухватился за ручку высоких ворот и потянул ее на себя.
- Ты не поверишь, - радостно воскликнул Кавин, - но десять человек уже есть! - Такого количества давненько у нас не было.
- Что ж, значит и выручка будет больше, - подметил Геон и шутливо добавил: - Я уже рядом, никого не выпускай.
Спустя несколько считанных минут он уже стоял на пороге своего дома, а над его головой развевалась голографическое информационное табло с приглашением посетить всем желающим библиотеку «Куприт». Зайдя внутрь дома, Геон обнаружил толпящихся в зале людей: в основном молодежь и несколько детей вместе со своими родителями. Как и обозначил ранее Кавин, действительно на этот раз посетителей было несколько больше обычного - ровно десять человек. Сам же он находился за широкой барной стойкой и выполнял несколько разных действий одновременно: то протирал столешницу влажными бамбуковыми салфетками, то засыпал кофейные зерна в рожок кофейной машины, то вынимал газированные напитки из холодильника и вручал их покупателям; при этом Кавин умудрялся оживленно разговаривать с подступившими к нему гостями, продавая всем желающим билеты на предстоящий сеанс.
На вид Кавину было около тридцати лет. Он был плотного телосложения и невысокого роста. На его широком подбородке виднелась короткая, немного неопрятная, темная бородка. Щеки у него были округлыми и гладкими, а глаза добрыми и ясными. На большой голове Кавина светлела шевелюра из не очень длинных, но и не совсем коротких волнистых волос. Одет он был всегда просто и без особых изысков: зеленая рубашка торчала из под синей джинсовой жилетки, на которой было множество внешних и внутренних карманов; темно-синие джинсовые штаны, на которых так же имелось несколько вместительных и больших карманов, казались излишне широкими и были слегка потрепанными. Всем своим видом и манерами поведения он напоминал обаятельного, добродушного, немного наивного и глуповатого толстячка, неспособного ни подумать ни о ком плохого, ни, тем более, причинить кому-нибудь какого-то вреда. Про такого можно было с уверенностью сказать: он и мухи не обидит! Рядом с ним, на краю широкой барной стойки, лежало несколько фирменных картонных коробок со свежей и горячей пиццей, а неподалеку от них, на гладкой поверхности столешницы из искусственного акрилового камня, сидел щупленький черно-белый кот по кличке Барни. Он довольно вилял хвостом и увлеченно разглядывал картонные коробки и людей, собравшихся в гостевом холле. Поприветствовав гостей, Геон Гринт спешно подошел к своему другу и вполголоса произнес:
- Ждем Рувима и начинаем.
- Он ведь никогда не опаздывает или я снова что-то напутал? - криво усмехнулся Кавин, полируя свое блестящее кольцо бумажной салфеткой.
- Мне нужно немного подготовиться, - сухо заявил Геон, отведя взгляд в сторону.
- Что сегодня читается?
- Что-то новенькое и весьма необычное, - интригующим тоном пояснил Геон. - Какой-то неизвестный скриптор, но весьма неплохо зарекомендовавший себя в приключенческом и научно-фантастическом жанре. Я заключил с ним контракт на пару месяцев: хочу опробовать некоторые его произведения. Думаю нашим клиентам понравится. Мне, по крайней мере, очень понравилось.
- Рувим в курсе? - заволновался Кавин, пристально всматриваясь в своего напарника.
- Не переживай, - краешек тонких и бесцветных губ молодого мужчины с бледным задумчивым и подчас отрешенным лицом едва приподнялся вверх, - он давно в курсе. Мы уже с ним все обсудили.
- Что ж, отлично. Теперь я спокоен, - облегченно вздохнул Кавин и, неуклюже развернувшись, принялся расставлять банки с соком и сладкой газированной водой на сверкающие стеллажи из тонкого небьющегося стекла.
Тем временем, собравшиеся в гостевом холле люди терпеливо ожидали, когда же наконец настанет их очередь войти в заветную комнату для трансляций. Три молодых парня, примерно двадцати летнего возраста, с школьными рюкзаками стояли напротив широких слабо затемненных окон, громко переговариваясь между собой и прихлебывая горячий кофе из бумажных стаканчиков. На большом оранжевом диване, обтянутым хрустящим слоем синтезированной кожи, расположились две юные особы: молодой человек лет восемнадцати и девушка несколько более старшего возраста. Они также оживленно общались между собой, уплетая шоколадные конфеты одну за другой и потягивая через трубочку холодный сок со льдом из элегантных граненых стаканов. У стены справа находилась молодая семейная пара с мальчиком лет десяти, а так же одинокий мужчина с семилетней девочкой. Некоторые из них вскоре принялись неспешно расхаживать по залу, разглядывая рекламные постеры и изучая информацию о предстоящих сеансах на ярких голографических экранах, мерцающих под потолком. Пол в гостевом холле был уложен глянцевыми прямоугольными плитами темно-коричневого цвета, а поверхность высоких колонн, кои находились по всему периметру просторного помещения, состояла из светящиеся ровным светом рельефных полупрозрачных панелей. Эти архитектурные сооружения, сияющие изнутри, создавали своеобразную, весьма удивительную и почти что фантастическую атмосферу внутри дома. Стены помещения были облицованы крупными гранитными и мраморными камнями, конечно же, не настоящими, а существенно более легкими по весу и невероятно прочными, дополняя своим шармом атмосферу красоты и уюта, царившие здесь.
В преддверии предстоящего необычного сеанса Кавин распродал почти все имеющееся у него съестное. Осталось лишь несколько баночек со сладкими газированными напитками и пару шоколадных батончиков - одно из его любимых лакомств. Обычно, он запускал посетителей в комнату для трансляций заранее, но бывали случаи, когда Рувим Артман сильно опаздывал, и тогда приходилось задерживать гостей на некоторый промежуток времени. Иногда даже случалось и так, что приходилось полностью отменять сеанс и возвращать оплату билетов из-за того, что Рувим не появлялся вовсе. По этому поводу было множество разбирательств и ссор между ним и Геоном, но у Артмана всегда находилось какое-нибудь очередное объяснение, при том весьма правдоподобное, и всем приходилось в очередной раз мириться с его выходками; к тому же Геону было далеко не просто найти ему адекватную замену, по крайней мере пока.
Однако на этот раз всем собравшимся в гостевом холле сильно повезло: за окном послышалось мерное гудение двигателей опускающегося на землю гравилета. Входная дверь распахнулась, в помещение вошел высокий и взрослый мужчина лет сорока пяти с деловой темно-коричневой кожаной сумкой на правом плече, в черных лакированных туфлях с рельефным тиснением, классических серых брюках и сером элегантном пиджаке, под которым виднелась темная выглаженная хлопковая рубашка. Не обращая никакого внимания на людей, он быстро приблизился к Кавину и небрежно пожал ему руку, а затем сразу же скрылся за дверью полутемной комнаты, не проронив при этом ни слова. Кавин разочарованно вздохнул и доложил Геону о том, что сеанс можно начинать. Окинув взглядом ожидающих в холле гостей, Кавин вежливо указал на высокую темную дверь с красивой геометрической резьбой по контуру, приглашая всех собравшихся проследовать внутрь комнаты для трансляций.
Очень скоро пространство гостевого холла опустело, а на световом табло, что мерцало в воздухе перед входом в дом, отразилось новое уведомление с большим красно-желтым текстом: «Убедительная просьба: соблюдайте тишину - идет сеанс мыслеобразной трансляции!».
Несмотря на то, что помещение для проведения мысленных, а лучше сказать мыслеобразных или ментальных трансляций было совсем небольшим, в нем находилось около тридцати мест - мягких кресел с откидными спинками, расположенных в несколько рядов полукругом. Рядом с каждым креслом напротив подголовника, на специальной крепежной ручке висел крупный, но при этом совсем не тяжелый белый шлем. От каждого такого приспособления тянулся длинный витиеватый кабель в сторону небольшой проекционной комнатки, видневшейся вверху. Стены вокруг были отделаны плотными звукоизоляционными материалами, а сверху покрыты мягкими панелями из тонкой синтетической кожи легкого бежевого оттенка. В фронтальной части комнаты красовался искусственный, утопленный в стену камин, а над ним высился большой продолговатый белый экран, прямо как в старинных кинотеатрах из минувших столетий. Из под темного каминного стекла исходило невнятное и рассеянное свечение. Вначале оно имело бордовый или может быть розово-золотистый оттенок, но позднее стало быстро меняться и заиграло совсем другими красками. Спустя некоторое время камин уже пылал какими-то светло-зелеными, синими и ярко-желтыми огнями, придавая окружающему пространству все новый и новый окрас. По всему периметру уютного пространства, в специальных ложбинах, закрепленных высоко на стенах, располагались выпуклые звуковые панели, по форме похожие на древние виниловые пластинки. На полу было настелено плотное ворсовое покрытие, которое, как и звукопоглощающие панели на стенах, сдерживало посторонние шумы извне. Если же посмотреть наверх, то слева от входной двери можно заметить тесную проекционную комнатку с двумя небольшими оконными прорезями по бокам, весьма сильно напоминающую антресоль - верхний полуэтаж с низким потолком и маленькими окнами. Именно там сейчас находился Геон Гринт вместе со своим опоздавшим напарником, готовясь к ментальной трансляции нового художественного произведения. Чтобы попасть сюда, необходимо было усесться в одно из двух кресел, расположенных прямо под проекционной комнатой, и нажать на одну единственную кнопку на подлокотнике, после чего кресло немедленно поднималось вверх.
Так называемые зрители уже расселись по своим местам. Кажется, большинство из них были готовы к восприятию увлекательного сюжета, каждый в своем воображении, конечно же. Хотя некоторые, находясь в шлеме, все еще допивали кофе, а кто-то дожевывал кусок пиццы, либо же хрустел бледно-желтым пушистым попкорном: правила нисколько не запрещали этого делать.
Геон Гринт и Рувим Артман как раз завершали подготовку сложного оборудования для передачи мысленных образов к работе. Комната, в которой они находились, была настолько мала, что в ней никак не могло бы уместиться более трех человек, а благодаря специфическому убранству итого меньше - не более двух. Внутри тесного помещения, на низком потолке, висела прямоугольная световая панель. Она испускала ровный, рассеянный свет и при этом издавала приятное потрескивание и расслабляющий гул. Некоторое время назад Рувим Артман сверял правильность расположения блоков на световом экране настольного протографа. Эти графические объекты, каждый из которых содержал в себе специальные текстовые обозначения и номер, должны были находиться в строго заданном порядке: так, чтобы номера всех блоков совпадали с номерами, указанными в тексте на другой половине экрана, а так же на бумажных листах в папке, которую Геон не выпускал из своих рук. Сейчас он сосредоточенно смотрел на них, что-то напряженно шепча себе под нос и периодически поднимая глаза к верху. Делал он это, по всей видимости, далеко не в первый раз: бумага была вся измята и исписана карандашом. Оба транслирующих шлема в этом тесном и немного душноватом помещении были подключены к мощным настольным протографам, оборудованными фотонными нейроморфными модулями. По размерам передающие шлемы ненамного, но превосходили те, что предназначались зрителям. Поверхность шлема Геона была сплошь обклеена разноцветными бумажными стикерами, а сбоку передающего мысленные образы устройства располагался отдел с мелкими механическими кнопками и разноцветными светодиодами.
- Как и договаривались, - строго произнес Рувим, снимая свой элегантный серый пиджак и вешая его на спинку неровного кресла, - для этого произведения я буду использовать готовые наработки.
- Конечно, - послушно кивнул Геон, включив старый настольный вентилятор и направив его на себя. - Как обычно, в начале запустим приветственное обращение и рекламу.
- Без вопросов! - согласился Рувим и косо улыбнулся. Он расстегнул две верхние пуговицы на своей рубашке, а затем ворчливо добавил: - Здесь у тебя невыносимая духота. Исправь это уже наконец.
На это Геон лишь беззвучно вздохнул, устало пожав плечами.
- Разумеется. Как только у меня появятся лишние средства, я проведу сюда охладитель, - вполголоса заявил он, а про себя подумал: «Поскорее бы найти ему замену».
Затем Геон выполнил ряд несложных манипуляций с графическими элементами интерфейса на полупрозрачном экране протографа, в результате чего на широком настенном экране, прямо над камином, пылающим искусственным свечением, показались быстро сменяющие друг друга кадры первого видеоряда. На стенах забубнили акустические панели, а комнату заполнил громкий и басовитый голос. «Уважаемые гости нашего скромного заведения! - раздавалось со всех сторон. - Благодарим вас, что пришли! Очень скоро начнется сеанс совместного мыслеобразного восприятия, поэтому не забудьте надеть ваши шлемы! Желаем вам приятного времяпровождения и незабываемых переживаний!».
На белом экране замаячил какой-то весьма подвижный мужчина в черном костюме с широкой белозубой улыбкой. Он выполнил несколько акробатических трюков, а затем мигом напялил на свою голову глянцевый белый шлем с длинным черным кабелем позади. Далее он начал проваливаться куда-то вниз, поочередно попадая в странные и необычные места: от инфернального котла, невысоко висящего над пылающим костром, вокруг которого танцевали уродливые мохнатые существа, до небесного города небывалой красоты, парящего в безбрежной космической пустоте. И все это действо происходило под энергичное и весьма экспрессивное музыкальное сопровождение.
Затем последовало несколько рекламных видеоклипов, посвященных различному бытовому оборудованию. Вначале на большом экране красовалась новая модель уборочной машины в виде небольшого упругого шара, внутри которого был установлен усовершенствованный модуль искусственного мышления. После этого вдруг появился коричневый кожаный диван, плывущий по воздуху на магнитной подушке. А в заключении рекламной демонстрации на белом полотне была представлена новая модель гравимобиля с дополнительным компактным термоядерным двигателем, позволяющим достигать внушительных скоростей, а так же выбираться за пределы планет, ненадолго оказываясь в открытом космическом пространстве. И все это благодаря полностью герметичному кузову. Когда реклама завершилась, свет в комнате резко погас, и все разговоры между людьми, там внизу, сразу же прекратились.
- Сегодня я буду воспринимать текст на слух, - сказал Геон, держа в руках передающий шлем.
- Как пожелаешь! - буркнул Рувим. - Знаешь, мне тоже не требуется все-время смотреть в партитуру. - Мужчина откинулся на спинку кресла, размял кисти и пальцы рук, после чего надел транслирующий шлем на голову. - У меня все готово! Приступим?
- Запускай, - спокойно отозвался Геон, а затем выпрямил спину, опустил руки на колени и прикрыл глаза. Под шлемом зазвучал негромкий голос, который весьма спокойным и неспешным тоном читал текст произведения.
Роман повествовал об увлекательных приключениях одного незаурядного пилота межзвездного корабля, застрявшего в межгалактическом пространстве. В бумажном варианте произведение состояло из пятисот пятидесяти страниц, но в адаптированной для ментальной трансляции версии оно уместилось всего на нескольких бумажных листах. Благодаря этому сеанс сводился к двум, а иногда полутора часам непрерывного восприятия того, что представлялось в воображении двух людей, находившихся в проекционной комнате.
Геон неподвижно сидел в кресле с плотно закрытыми глазами, легко и непринужденно рисуя в своем живом воображении события, образы и действия из сценария, воспринимаемого им на слух. Возникающая картинка в сознании молодого человека, мгновенно передавалась по толстой связке проводов к зрителям, находящимся внизу. Разнообразные чувства и эмоции: от восторга, радости, легкой заинтересованности и неописуемого счастья, до печали, страха и гнева, - все, переживаемое им, в точности доставлялось в головы посетителей.
Его напарник Рувим, конечно же, выступал здесь в качестве композитора и звукорежиссера. Находясь в своем передающем шлеме с открытым прозрачным забралом, он смотрел на голографический экран настольного протографа и, слабо покачиваясь в кресле, что-то негромко напевал себе под нос. Мужчина пристально вглядывался в прямоугольные блоки, которые представляли из себя простые звуковые дорожки с записанными заранее фрагментами звучания тех или иных музыкальных инструментов. Рувим периодически то включал, то отключал их, при этом его тонкие пальцы искусно парили над поверхностью полупрозрачного изображения, будто он играл на невидимых клавишах фортепьяно. Благодаря его стараниям каждый, кто находился в комнате мог не только ярко воспринимать и переживать в своем воображении ту мысленную картинку из разума Геона, но и слышать насыщенное музыкальное сопровождение. Музыка симфонического оркестра лилась по проводам и проникала прямо в сознание и сердца людей. Большинство из них, очевидно, в самых эмоциональных и напряженных моментах трансляции буквально вжимались в спинки своих кресел, крепко хватаясь руками за шатающиеся подлокотники.
К примеру, десятилетний мальчик, пришедший сюда со своими родителями, мало того, что он периодически вздрагивал от переполнявших его эмоций и чувств, так еще он умудрялся изредка подпрыгивать вверх. А один из молодых парней, сжав в руках свой рюкзак, забавно и весьма эмоционально выкрикивал разнообразные междометия, а так же громко смеялся, энергично ерзая в кресле.
В определенные моменты находящиеся в комнате порой напоминали участников какого-то безумного аттракциона. Порой казалось, будто они сидели в рельсовых вагонетках и мчались на огромной скорости с многокилометровой высоты вниз, преодолевая опасные участки трассы и непрестанно заваливаясь то в одну, то в другую сторону.
Судя по всему, мысленная трансляция была крайне увлекательна не только для посетителей, но и для самих ведущих, особенно для Геона. Работая со своим хорошо натренированным и от природы развитым воображением, он испытывал неподдельное удовольствие и восторг от процесса. Время от времени из под глянцевого шлема мелькала его кривая самодовольная ухмылка. Иногда во время сеанса он позволял себе немного расслабиться и, откидываясь на спинку старого кресла, устало покачивался вперед-назад. Но когда приближался очередной сложный и динамичный момент, то становился крайне собранным и внимательным: немедленно выпрямлял спину и садился смирно, будто попал на экзамен к строгому преподавателю.
Его же напарник Рувим Артман, обычно заранее готовил музыкальное сопровождение к предстоящему сеансу. Для этого он использовал метод мысленного чтения с партитуры. Этот метод заключается в подробнейшем представлении звучания каждого отдельного инструмента в собственном воображении, после чего выполнялось сведение полученных звуковых блоков воедино в программной оболочке настольного протографа. Такой подход был более надежным и предпочтительным для него, поскольку прямая трансляция оркестровой музыки с партитуры, прямиком из сознания звукорежиссера, не редко влечет за собой большое количество мелких недочетов и ошибок. Однако, пусть и довольно не часто, но все же бывали случаи когда Рувим делал исключение и работал непосредственно с нотной записью, с услаждением предъявляя возможности своего воображения и тонкого музыкального вкуса посетителям, пришедшим на сеанс. Обычно это происходило тогда, когда ему весьма приходилась по душе та или иная музыкальная композиция, и он буквально заучивал ее наизусть, детально представляя звучание каждого инструмента в партии и интуитивно сводя все это вместе, в единую мелодию. В первую очередь Рувим подробно прорабатывал в своем уме звучание деревянных и медных духовых инструментов, немного позднее - ударных и смычковых, а в заключении - то, как они звучат вместе. И после такой напряженной работы, все проходило замечательно, без каких-либо ощутимых изъянов и недочетов. В такие моменты мелодия буквально пульсировала в его сознании и, словно роскошный пестрый фейерверк, растекалась по проводам, попадая прямиком в сознание каждого человека, находящегося в кресле.
Иногда случалось, что после трансляций, в конце рабочего дня, Геон ощущал себя весьма подавленным и опустошенным. Впоследствии ему приходилось тратить дополнительное время на восстановление сил. Рувим же Артман, в отличии от него, занимался мысленными трансляциями уже довольно-таки долгое время, поэтому с ним ничего подобного никогда не происходило. Искушенные и опытные в этой области специалисты, утверждают, что обычно спустя несколько земных лет, все негативные эффекты от подобного рода деятельности полностью исчезают, и практикующим больше ничего не грозит. Увлечение же Геона этим ремеслом было не столь продолжительным, как могло показаться изначально: он занимался мысленными трансляциями всего-лишь около шести месяцев. Однако, несмотря на такой весьма непродолжительный срок, у него отлично получалось.
Спустя полтора часа сеанс близился к своему завершению. На финальном моменте глубокого мысленного переживания маленькая девочка достала из своего кармашка белый носовой платочек и стала вытирать им слезы, которые катились по ее бледным и холодным щечкам. Отец ребенка, находившийся в соседнем кресле, облегченно снял проекционный шлем с головы, озадаченно провел рукой по своим волосам и воодушевленно произнес:
- Да... Не ожидал такого... Вот это конец! Неожиданно, весьма неожиданно! Маиса, тебе понравилось?
Мужчина помог девочке снять шлем, а она, хлопая заплаканными глазами и хлюпая своим носиком, мучительно простонала:
- Нет, не понравилось, почему все так плохо закончилось?
- Ну, не согласен, - мечтательно проговорил отец девочки, - несмотря на то, что главный герой погибает, я считаю, что все-таки это хороший конец. А знаешь почему? - Мужчина погладил по головке свою дочь, расправляя ее скомканные волосы.
- Потому, что он спас... - снова всхлипнула девочка, - потому, что он спас...
- Все верно, - подтвердил отец ребенка. - Если хочешь, в следующий раз пойдем на что-нибудь другое, не такое грустное. На следующей неделе, кстати говоря, ты вместе со своим классом можешь посетить новый иллюзион, который недавно открылся у нас в городе. Ну, что скажешь? А сейчас давай поскорее собираться, - проговорил мужчина, вытер сухим платком мокрые щеки дочери и направился к гардеробу.
Сеанс мыслеобразной трансляции приключенческого романа завершился, и зрители, находясь под глубоким впечатлением, стали неспешно разбредаться, покидая комнату. Геон устало стянул шлем со своей головы и удовлетворенно вздохнул. Некоторое время он задумчиво перекатывал его из стороны в сторону, держа в руках.
- Ну, вот и все! - сдержанно проговорил Рувим. - Произведение действительно весьма интересное и своеобразное. Надо будет, как-нибудь повторить! - Он снисходительно покосился на своего уставшего напарника, надел свой деловой твидовый пиджак, повесил кожаную сумку на плечо, немедленно спустился вниз и спешно покинул дом.
Глава №3 (Холодная тень)
Лют Алгой вместе со своим восьмилетним племянником направлялся по длинному запыленному и многолюдному коридору в сторону огромного колонного зала с высокими куполообразными сводами. Космопорт Лофна, на котором они сейчас пребывали, находился глубоко под безжизненной и окаменелой поверхностью спутника Каллисто: где-то совсем недалеко от иноземного города Анфедон. Сегодня Лют планировал встретиться с хозяином обанкротившейся таверны в надежде непременно совершить сделку по ее приобретению.
Минуя одну массивную мраморную колонну за другой, они с трудом пробивались через плотную людскую толпу, мало-помалу приближаясь к широкой самодвижной лестнице, которая скрывалась в длинном наклонном тоннеле. Таверна, ожидавшая своего нового владельца, находилась в поясе астероидов, между двумя планетами: Марсом и Юпитером. Это место, по мнению Люта, было наиболее подходящим для открытия его очередного ресторанного заведения, то есть пиццерии. Невысокое двухэтажное здание таверны одиноко стояло на поверхности бесформенной космической глыбы, будто бы вросшее в землю. Размеры астроида были приблизительно такими: в ширину - четыреста метров, в длину - около одного километра. Внутри таверны, в центральном зале, располагалась панель управления системой безопасности, предохраняющая астероид от случайного сближения с посторонними космическими объектами. Эта каменная глыба бесцельно дрейфовала в черной пустоте вблизи невзрачной карликовой планеты под названием Церера. Изнутри этого тихого и уединенного заведения открывался поистине завораживающий вид на ближайшие просторы космоса: на серый планетоид, окутанный густой пылью и покоящийся в невесомости, посреди бесформенных астероидных глыб. По своим размерам Церера значительно уступала Луне и походила скорее на массивный астероид ровной шарообразной формы, нежели на планету.
На поверхности планетоида раскинулся роскошный межпланетный торговый комплекс «Гелиос», будто инопланетное чудесное древо, произрастающее из сухой бесплодной земли. Вокруг него непрестанно кружили, словно маленькие стальные птички, разномастные космические корабли, называемые астроомнибусами, а так же множество юрких курьерских дронов. Они ловко и проворно носились из стороны в сторону, среди бесцветных космических обломков, висящих в чернеющей мгле, по самым немыслимым и непредсказуемым траекториям, непрестанно доставляя различные грузы от одного иноземного города к другому.
На малогабаритных космических кораблях обычно путешествовали городские жители, в том числе и отправляясь сюда - к межпланетному торговому комплексу, за приятными и необходимыми приобретениями. Даже из далека, с расстояния нескольких сотен километров, «Гелиос» был отчетливо виден невооруженным взглядом, благодаря своим исполинским размерам. Персонал торгового комплекса, начиная от продавцов-консультантов, менеджеров, администраторов торговых отделов и заканчивая обыкновенными служащими гардеробных, состоял как из человекоподобных андроидов, так и из простых людей. У посетителей торгового комплекса всегда был выбор чьи услуги предпочесть: человека или машины, наделенной искусственным разумом. Однако обращение с теми или иными вопросами и просьбами к настоящим, живым сотрудникам торгового комплекса было не бесплатным, в отличии от услуг андроидов; поэтому в итоговую сумму покупок всегда добавлялась стоимость их обслуживания. Именно недалеко от этого места, рядом с серой карликовой планетой, Лют Алгой и планировал открыть свою очередную закусочную, в которой будут отменно готовить его любимое блюдо в виде круглой аппетитной лепешки с запеченными на ее поверхности разнообразными начинками. Так же для быстрой доставки своих продуктовых изделий клиентам он планировал докупить еще несколько десятков курьерских дронов.
Поднявшись на эскалаторе вверх, Лют и Эрик оказались в просторном вестибюле городского космопорта, после чего гул двигателей межпланетных лайнеров, находящихся где-то там внизу, на посадочных и сервисных платформах, стал существенно тише.
- Куда теперь? - поинтересовался мальчик, дернув за руку своего сопровождающего.
- Ну..., - Лют задумчиво прикоснулся к своему подбородку. - Сначала я отведу тебя домой, как и договаривались, а немного позже, когда я завершу кое-какие дела, мы посетим с тобой самый крупный во всей звездной системе ментальный иллюзион. - Лют выжидающе посмотрел на мальчика и добавил: - Если тебе не нравится мое предложение, можно сходить в аквапарк. Согласен?
- А можно мне с тобой? - бесцеремонно спросил мальчуган, скорчив неприятную гримасу и выказывая таким образом свое недовольство.
- Боюсь, что нет. Мы ведь с тобой об этом уже говорили. У меня очень важное дело. Если я возьму тебя с собой прямо сейчас, тебе будет не очень-то интересно, - уклончиво пояснил Лют, а затем, когда его посетила какая-то светлая и подходящая мысль, загадочным тоном прибавил: - Впрочем, если сегодня все пройдет успешно, думаю я очень скоро пересмотрю свое решение. Что скажешь? - Лют любовно потрепал племянника по голове и слегка растерянно улыбнулся. - Покажу тебе одно секретное место, прямо на астероиде.
- Правда? Обещаешь? - оживился Эрик. - И когда же это произойдет?
- Ну, я точно не знаю... - задумчиво протянул Лют. - Для начала необходимо навести там порядок, сделать небольшой ремонт, проверить все оборудование, а то мало ли, что может случиться... Через пару недель устроит? Что скажешь? - Лют улыбчиво заглянул в лицо Эрика, пытаясь уловить его настроение.
Ладно, - невесело буркнул тот, - надеюсь я доживу до этого момента. - Эрик неряшливо поправил лямки своего рюкзака, лениво шагая рядом со своим сопровождающим.
Вскоре они, наконец-таки, миновали многолюдный протяженный вестибюль космопорта с высокими колоннами и куполообразными расписными сводами, быстро отыскали свободный гравилет и стремительно умчались прочь. Когда же транспортное средство прибыло к месту своего назначения, Эрик неохотно поплелся к невысокому дому, сложенному из светлых легковесных панелей и блоков. Дверь впереди бесшумно распахнулась и на крыльце показалась его мать. Это была серьезная деловая женщина в строгом сером сарафане. У нее были маленькие проницательные глаза и тонкие лиловые губы. Темно-русые волосы женщины были аккуратно собраны в пышный лоснящийся на свету пучок. Несколько непослушных локонов ниспадали на ее узкие и тонкие плечи, а на голове висели круглые солнцезащитные очки в модной матовой оправе. Дом, в котором она жила, находился на самой нижней городской платформе. Выше располагалось еще девять подобных уровней, следовавшие один за другим.
Все жилые платформы соединялись между собой скоростными лифтами, многоуровневыми самодвижущимися лестницами с высокими балюстрадами и транспортными тоннелями, по которым ежесекундно проносились многие сотни надземных транспортных средств с антигравитационными двигательными установками. Среди них было не мало многоместных пассажирских гравилетов и каких-то совсем упрощенных моделей курьерских дронов, предназначенных для полетов внутри городов. Благодаря инженерным и архитектурным особенностям устройства любого иноземного города, на каждой из его жилых платформ всегда было в достатке энергии света и тепла, излучаемой энергетическими колоннами с разогретой плазмой внутри.
Во дворе дома, в котором жил Эрик со своей матерью, располагалось несколько высоких теплиц. Сквозь их запотевшие полупрозрачные стекла проглядывался рассеянный янтарный свет. В этих теплых помещениях с повышенной влажностью женщина выращивала разнообразные цветы и горшечные растения для продажи. Придомовая территория дома была со всех сторон обнесена голографическим забором, он светился тусклым нефритовым светом, а так же иногда слабо мерцал, будто бы вот-вот по какой-то причине погаснет. Эрик молча ступил за порог и закрыл за собой дверь. Лют попрощался со своей сестрой, развернулся и поспешно направился к одной из стеклянных лифтовых шахт.
Вскоре он переместился с последней жилой платформы города на четвертую, чтобы встретиться с человеком, продающим таверну на том самом блуждающем астероиде, о котором он недавно рассказывал своему племяннику. Окруженный высокими светлыми стеклянными зданиями, уютными ресторанами и мелкими продуктовыми лавками, у мужчины складывалось впечатление, будто бы он находится в одном из густонаселенных районов какого-нибудь мегаполиса на Земле. От легкого беспокойства ему стало немного душновато, он расстегнул легкую ветровку, поднес руку с поблескивающим на свету кольцом к лицу и волнительно проговорил:
- Добрый день, Мистер Тарф! Вы меня слышите?
- Да, отлично слышу. Вы Лют Алгой, верно? - прозвучал звонкий отчетливый голос с плоской поверхности кольца, и Лют спешно перевел устройство в режим изоляции, чтобы звук не распространялся в окружающем пространстве дальше полуметра. - Все правильно, это я. Нахожусь где-то совсем недалеко от вашего дома. Может быть я поторопился?
- Нет, нет, все нормально... Вы как раз вовремя. Я тут подумал... Может нам заключить с вами сделку прямо там? - уточнил мистер Тарф.
- Вы предлагаете отправиться в пояс астероидов?
- А почему бы и нет?
- Что ж, я согласен. А чем вызвана такая необходимость? - полюбопытствовал Лют, опасливо оглядываясь по сторонам.
- Дело в том, что я забыл там некоторые свои вещи и хочу их сегодня забрать. Вы же сможете лично все осмотреть. Согласны?
- Я, конечно, не против... - Лют Алгой задумчиво дотронулся рукой до своего лба. - Предлагаете встретиться там?
- Думаю, я могу вас забрать, если скажете где находитесь или отправите мне свои координаты.
- Хорошо, я вас понял. - Лют дважды коснулся гладкой поверхности электронного кольца, и над кистью его руки вспыхнула небольшая голографическая проекция. Он выполнил ряд несложных манипуляций с некоторыми элементами интерфейса, и потом голограмма бесследно исчезла.
- Принято, - весело сообщил мистер Тарф. - Ожидайте меня на том самом месте, где сейчас стоите. Я вот-вот прибуду.
Лют немного отошел в сторону, чтобы свет от высокой энергетической колонны не слепил ему глаза и остановился напротив цветочного магазина. Некоторое время он неподвижно стоял на месте, изредка осматриваясь по сторонам. Его взгляд нетерпеливо скользил по верхушкам высотных зданий, а тускловатый свет далеких городских колонн приятно согревал его сосредоточенное и немного взволнованное лицо. Над многогранными стеклянными высотками ежесекундно проносилось несчетное количество пассажирских гравилетов, курьерских дронов и межпланетных астроомнибусов.
Вскоре из-за угла соседней сверкающей многоэтажки показался пассажирский космолет, отдаленно похожий на дельфина-переростка с маленькими недоразвитыми плавниками по бокам. Почти бесшумно он скользил по воздуху, будто крупная доисторическая птица, планирующая вниз. Лишь слабый и незначительный гул, доносившийся из его хвостовой части, свидетельствовал о том, что транспортное средство движется не с помощью какой-то непостижимой и неведомой магической силы, а благодаря вполне рациональным и закономерным физическим процессам, протекающим внутри его тяговитой двигательной установки с горячей плазмой. По мере приближения астроомнибуса к свободной посадочной платформе, недалеко от цветочного магазина, увеличивалась и громкость ритмичной, экспрессивной мелодии, звучащей из салона корабля и разносившейся во все стороны, при чем на весьма внушительные расстояния: слышалась она даже в соседних районах. Похоже, что мистер Тарф был не только неудачным предпринимателем, но и заядлым меломаном, который нисколько не считался с музыкальными предпочтениями окружающих.
Совершенно неожиданно, эти зажигательные мотивы навеяли на Люта знакомые чувства, погрузив его разум в обрывочные и сентиментальные воспоминания из далекого прошлого. Он вдруг ощутил себя на несколько лет моложе, будто бы совсем недавно, всего несколько часов назад, отпраздновал окончание учебы в колледже со своими однокурсниками, а впереди его ждут только самые лучшие и светлые перспективы. Астроомнибус приземлился в десяти метрах от цветочного магазина, возле которого стоял Лют Алгой. Со звуком жужжащего электропривода тяжелая гермодверь поднялась вверх, и из салона космического судна показался тучный мужчина солидного возраста, с круглым одутловатым лицом и прищуренным недоверчивым взглядом. Он оценивающе поглядывал на Люта, как бы размышляя про себя: стоит ли с ним связываться или нет?
- Садитесь скорее, - громко крикнул мистер Тарф, с трудом махнув своей короткой рукой. Видимо, тесноватая кожаная куртка несколько сковывала его движения.
В два счета Лют преодолел разделявшее его и межпланетное судно расстояние и лихо запрыгнул в пассажирское кресло.
- Пристегнитесь, - буркнул мужчина в хрустящей куртке из ненастоящей кожи, предварительно крепко пожав руку своему пассажиру.
Гермодверь плотно затворилась, астроомнибус оторвался от ровной поверхности платформы, резко взмыл вверх и устремился к одному из широких городских шлюзов, которые назывались люверсными проемами или просто - люверсами. Искаженные отражения мчащегося космолета непрестанно мелькали на ребристых широких гранях высотных зданий, несколькими протяженными рядами тянувшимися от одного конца жилой платформы города к другому. Межпланетное судно ловко лавировало между ними, при этом никак не пересекаясь с другими участниками воздушного движения, скользя по четкой траектории, просчитанной и выделенной для него Единой Межпланетной Навигационной Системой.
- Могу я поинтересоваться, - заговорил Лют, внимательно поглядывая на морщинистое лицо мистера Тарфа, - почему вы решили продать таверну? Извините, что спрашиваю... Понимаю, что это не мое дело, но все же очень хотелось бы знать.
- Зовите меня просто - Норик, - любезно улыбнулся в ответ крепкого и увесистого телосложения мужчина. Он задумчиво смотрел вперед сквозь светящееся лобовое метастекло, на поверхности которого непрестанно мелькали разнообразные символы и информационные сообщения о состоянии полета. - В этом нет ничего необычного, - непринужденным тоном произнес он. - Я ведь уже говорил вам, а может и не вам... точно уже не помню. Дело в том, что я решил несколько сменить род своей деятельности, планирую заняться кое-чем другим. Вы не первый потенциальный покупатель, так что если у вас имеются какие-либо сомнения, то имейте ввиду: не сегодня, так завтра, таверну купит кто-нибудь другой.
- Понимаю, понимаю. - Лют нервно постукивал пальцами по холодному оконному стеклу справа. Расстегнув несколько верхних пуговиц своей темно-красной клетчатой рубашки, он отрешенным и озадаченным взглядом уставился в воображаемую перед собой точку.
- Да все в полном порядке, - безобидно усмехнулся тучный мужчина, расслабленно покачиваясь в кресле пилота слева. - Поверьте мне на слово, вам не о чем беспокоиться. Когда прибудем на место, можете сами лично все осмотреть, при чем весьма тщательнейшим образом. Я помогу вам, мне нечего скрывать. После этого и примите решение.
Речь Норика звучала просто и убедительно, поэтому Лют почувствовал себя несколько увереннее. Он спокойно наблюдал за мерцающими вдали витиеватыми полосами разномастных транспортных средств, беззаботно скользящих над макушками высотных зданий, которые в свою очередь сверкали словно горный хрусталь в лучах золотистого света.
Вскоре космолет приблизился к одному из городских люверсов, зияющих на белой поверхности округлых стен, подобно глубоким змеиным норам. В этом месте заканчивались границы иноземного города - здесь они плотно примыкали к внутренним стенкам ударного кратера. За люверсным проемом скрывался протяженный транспортный тоннель с желтыми светосигнальными огнями вдоль каменных стен, пролегающий глубоко под землей и выходящий на поверхность планетного спутника. Всего в городе было несколько десятков таких тоннелей. Среди них встречались как весьма просторные и широкие, предназначенные в основном для крупных торговых и грузовых кораблей, так и существенно меньшего диаметра - для пассажирских астроомнибусов и курьерских дронов.
Астроомнибус Норика Тарфа стремительно отдалялся от городской заиндевевшей полусферы все дальше и дальше. Он казался невероятно крохотным и таким незначительным на фоне бескрайних просторов космоса, внезапно разверзшихся перед ним, словно какая-нибудь ничтожная песчинка. Оказавшись на значительном отдалении от пустынной поверхности спутника, космолет взял курс в сторону спиральной пространственной аномалии - трансферного вихря. Едва приблизившись к этому плохо изученному космическому явлению, скорость астроомнибуса резко замедлилась: впереди была огромная очередь.
- Осталось преодолеть всего-лишь двести пятьдесят миллионов километров, и мы окажемся в нужном месте! - в шутливой форме заявил Норик. Он немного изменил маршрут судна, несколько раз ловко и умело скользнув пальцами по слабо светящемуся лобовому стеклу. - Попробуем чуть срезать путь, - многообещающе добавил он, а его пухлые губы едва изогнулись, изобразив расчетливую и хитрую ухмылку. - Для этого у меня припасено несколько сотен неизрасходованных бонусов. Видимо, пришло время потратить их. - Толстые пальцы мистера Тарфа вновь потянулись к лобовому стеклу, он произвел ряд спасительных операций с тускло светящимися графическими объектами на его поверхности, а затем победно заявил: - Ну вот, все готово!
Астроомнибус сдвинулся с места, переместился почти что в самое начало очереди, а затем скрылся в пучине неспешно вращающегося спирального вихря, из глубины которого виднелось неприметное и завораживающее свечение какого-то глубокого темно-синего оттенка. Внутри стало необыкновенно светло, и приятное расслабляющее тепло разлилось по всему салону корабля. В этот миг казалось, будто космолет оказался поблизости с каким-то редким и весьма странным астрономическим объектом, пылающий свет которого не причинял его обшивке никакого вреда. Спустя считанные мгновения крохотное судно, словно бы выскользнуло из под невидимой толщи космического океана, оказавшись при этом на впечатляюще отдаленном расстоянии от своего изначального нахождения в пространстве. За бортом показалось необъятное поле из астероидных камней и пылевых облаков.
- Ну вот мы и на месте, - довольно проговорил Норик и слабо улыбнулся. - Осталось лишь добраться до того самого астероида... - Тучный мужчина важно шмыгнул носом и напряженно воззрился на лобовое метастекло. - Где-то у меня были его координаты... Сейчас посмотрю. Ага, вот нашел. - Норик оперативно ввел новые данные в навигационную систему, и астроомнибус устремился в сторону ближайшего облака из серой пыли, внутри которого виднелось несколько бесформенных каменистых глыб.
Среди несчетного количества астероидов и протяженных пылевых образований, снаружи судна, показались и размытые очертания карликовой планеты - Цереры. Астроомнибус под управлением мистера Тарфа скрылся в ближайшей космической туче, и контуры карликовой планеты вскоре стали более отчетливыми и ясными. На бесцветной поверхности планетоида показались светлые, величественные башни межпланетного торгового комплекса «Гелиос». Башни эти бесстрашно устремлялись в безмолвную высь звездного неба. Вокруг их огромных выпуклых и приплюснутых вершин, похожих на грибные шляпки или скорее на фантастические корабли пришельцев - летающие тарелки, - неустанно кружили разного рода межпланетные корабли, словно обезумевший пчелиный рой.
Относительно недавно, может быть около одного столетия назад, большинство населения планеты Земля воспринимало космическое пространство, как место исключительно опасное и гиблое, не стоящее столь громадных усилий, которые предпринимали лучшие исследователи и ученые, ради его освоения. Сейчас же, в настоящее время, взгляды эти перестали быть столь непоколебимыми, как раньше, а потому они, кажется, уже окончательно утратили свою силу, претерпев кардинальные и, скорее всего, уже необратимые изменения. Отныне человек из любого иноземного города мог в любой момент времени, как только этого пожелает, отправиться за покупками в межпланетный торговый комплекс «Гелиос», который безмятежно покоился на поверхности карликовой планеты, на непреодолимом и совершенно недостижимом для былых времен отдалении.
- Мы с вами, будто попали в самый разгар сезонных распродаж, - насмешливо подметил Норик, украдкой поглядывая в боковое окно.
- Честно говоря я уже давненько здесь не бывал, - признался Лют. - Неужели здесь всегда так оживленно или мне просто кажется? - Он увлеченно разглядывал витиеватые вереницы межпланетных кораблей, парящие над поверхностью серого планетоида.
Норик ничего не ответил. Некоторое время он молча всматривался в лобовое стекло, а затем уверенно ткнул пальцем в маленькую белую точку и удовлетворенно объявил:
- Наконец-то, вот и наш родной друг! Совсем осиротел без меня, - душевно хохотнул Норик и довольно заложил за голову свои короткие руки.
Астроомнибус, похожий на дельфина-переростка, ловко маневрировал между мрачными тенистыми космическими глыбами. Сквозь их плотные ряды едва пробивался тусклый солнечный свет, в результате чего объемные запыленные тени нередко казались обманчивыми и призрачными миражами, тянущимися в чернильной мгле на огромные расстояния. Выйдя из очередного виража, за бортом пассажирского судна наконец-то показалась и та самая астероидная глыбина, а на ее поверхности стояло широкое приземистое здание обанкротившейся таверны.
Астроомнибус плавно опустился на одну из посадочных платформ, и сразу же откуда-то сбоку, вероятнее всего из под земли, появилась прозрачная полусфера, оградившая собой межпланетное судно от опасной для жизни внешней среды. Под округлой оболочкой быстро возник кислород, а так же благоприятный температурный режим. Здание же таверны располагалось под второй защитной полусферой, несколько больших размеров и иной структуры. Над поверхностью этого купола, переливающегося мерклыми многоцветными бликами, устало светились огни рекламных объявлений. Путь к таверне пролегал через узкий полукруглый коридор, соединяющий обе защитные полусферы между собой.
Статный мужчина плотного телосложения в похрустывающей при движении куртке из синтетической кожи едва приподнялся в кресле и, с трудом перевалившись с одного бока на другой, покинул салон корабля. Норик Тарф и Лют Алгой направились к одинокому зданию опустелой таверны.
- А какая именно здесь защита? - оглядываясь по сторонам, поинтересовался Лют.
- Не самая передавая, конечно же, - признался Норик, - но и не совсем устаревшая, как может показаться на первый взгляд. Если в общем и целом, то она нормальная. Я бы даже сказал, что система находится в очень неплохом состоянии и до сих пор отлично функционирует. Все документы и разрешения от проверяющих организаций, подтверждающие мои слова, естественно у меня на руках.
- Замечательно, но мне нужно, чтобы на эти документы взглянул мой юрист.
- Без проблем, - нарочито улыбнулся Норик, и множественные складки на его широком одутловатом лице потянулись вверх. - Вы только скажите, куда направить материалы, и я сразу же это сделаю, - пояснил он, уверенно вышагивая вперед, ступая по светлым и ровным плитам, которые располагались в нижней части протяженного коридора.
По пути к таверне Лют и Норик выполнили ряд манипуляций со своими контактными кольцами, в результате чего все необходимые документы были успешно переданы на согласование в юридический отдел сети ресторанов быстрого питания «Пропус Пицца», принадлежащие Люту Алгой. Вскоре они достигли конца коридора и оказались перед зданием таверны под высоким защитным куполом. Сквозь него проглядывалось несчетное количество астероидов и протяженных пылевых облаков. Купол надежно защищал пространство внутри себя, отражая от небольших шестиугольных ячеек, похожих на пчелиные соты, опасное космическое излучение. Всего этих замкнутых образований было настолько много на его поверхности, что и не сосчитать.
- Вот, пожалуйста, - Норик Тарф сделал вальяжный жест рукой, указав на входную дверь. - Милости прошу, входите.
Над входом в здание и над защитным куполом мерцала большая голограмма с названием обанкротившегося заведения. Экстерьер одинокой таверны, кажется, произвел на Люта хорошее первоначальное впечатление; он заинтересованным и довольным взглядом осматривал окрестную территорию, так же находившуюся под защитой экранирующего купола. Широкое приземистое двухэтажное здание с большими сверкающими окнами и толстыми стенами, сложенными из крупных разноразмерных плит прямоугольной формы, как вкопанное стояло на поверхности блуждающего астероида. Оба мужчины вошли внутрь. На первом этаже таверны располагался большой гостевой зал, на втором - четыре гостиничные комнаты с великолепным внутренним убранством и удивительными чарующими видами на просторы затуманенных астероидных скоплений, безмятежно плывущих вдали.
Лют Алгой и нынешний владелец таверны расположились за ресторанным столом - за тем, что находился почти в самом центре зала - и принялись обсуждать детали предстоящей сделки. И трижды на связь с Лютом выходил его доверенный специалист по юридическим вопросам. Несмотря на то, что все документы были в полном порядке, Лют отчего-то испытывал томительную нервозность, гложущую его изнутри. Он уже опустошил несколько банок фруктового сока, расхаживая по залу с гладким полированным покрытием под дерево и напряженно прокручивая все детали сделки в своей голове. Однако, что-то все-таки смущало его, но что именно - не ясно. К подобного рода терзаниям ему все никак не удавалось подобрать хоть сколь-нибудь вразумительного объяснения.
- Нужно осмотреть гостевые номера вверху, - деловито произнес он, обратившись к Норику. Тот же в свою очередь с каким-то непринужденным и беззаботным видом попивал горячий шоколад, изредка поглядывая на широкий голографический экран под потолком, где демонстрировался какой-то очередной новостной сюжет.
- Как вам будет угодно, - немного сощурившись, проговорил он и отвел взгляд в сторону. - Только... - Норик несколько призадумался, поправил черный джемпер под своим темным и слегка помятым пиджаком, а потом спешно добавил: - Прошу меня извинить, но давайте, по-возможности, не будем растягивать это дело на слишком уж долгий срок. Дело в том, что мне необходимо успеть на одно очень важное для меня мероприятие, поэтому у меня не так много свободного времени, как хотелось бы. - Он внимательно посмотрел на плоскую поверхность своего контактного кольца, а затем снова беззаботно уставился в светящийся экран, застывший высоко в воздухе.
На лице Люта отразилось легкое замешательство, но он подавил в себе излишнюю, как ему показалось, подозрительность, просто приняв сказанное к сведению. Допив очередную банку какого-то прохладного фруктового сока, он учтиво спросил:
- Сколько же времени у вас есть?
- Ровно полчаса, - не думая, ответил Норик Тарф. - Уверен, что за этот срок вполне можно успеть сделать все необходимое. В противном случае, перенесем сделку на другой день. - Норик лениво поднялся со стула и смерил Люта осторожным, расчетливым взглядом. - Хотя может быть найдется и другой покупатель, - непринужденно прибавил он, равнодушно зевнув.
- Что ж, раз у нас есть немного времени, то давайте все-таки осмотрим комнаты для гостей, - вновь предложил Лют.
- Конечно, - криво улыбнулся Норик, смяв пустой бумажный стакан из под горячего шоколада и бросив его в близстоящую урну. - Следуйте за мной.
Пройдя мимо широкой стойки для обслуживания посетителей с разноцветной стеклянной тарой, они оказались перед полукруглым арочным проемом, освещенного лишь одним тускло-зеленым фонарем; а внутри него виднелась темная лестница, ведущая наверх. Лют и Норик молча поднялись на второй этаж.
Со скрипом ступая по старому дощатому полу, Лют Алгой неспешно продвигался вперед по узкому коридору с немного неровными, как ему казалось, темно-зелеными стенами, по бокам которых висело несколько бледных светильников. Лют остановился перед дверью в одну из четырех комнат, несколько осторожно, но вполне уверенно потянул за дверную ручку и вошел внутрь открывшегося перед ним пространства. Осмотрев этот гостиничный номер, он направился к следующему, а затем к еще одному. Когда же он закончил осмотр всех помещений на втором этаже опустелой таверны, то не заметил ничего подозрительного. Рассуждая вслух, он удовлетворенно проговорил:
- Кажется, все в порядке... Просто замечательно... Меня, в общем-то, все устраивает.
Общий интерьер комнат для отдыха так же произвел на него вполне положительное впечатление. Все стены и потолки внутри них были выполнены в темных полутонах и удачно обставлены обновленной и современной мебелью. В каждом номере находилось по две односпальные кровати, а рядом с ними - вместительные комоды с резной фактурой строгого дымчато-серого оттенка. В номерах стояли высокие хромированные напольные торшеры, испускающие ровный приглушенный свет, а возле окон располагались очаровательные многофункциональные тумбы. Сбоку от входных дверей находились внутристенные зеркальные шкафы с автоматически складывающимися вверх или вбок дверными створками, по середине гостевых помещений стояли журнальные столики с автоматизированной системой разлива сладких газированных напитков, как правило безалкогольных. Из больших скругленных окон с толстыми выпуклыми стеклами открывались завораживающие инопланетные пейзажи. На оконных метастеклах часто мелькали разнообразные рекламные объявления, новостные сводки за любой интересующий гостя промежуток времени: либо что-то совсем из недавних мировых событий, либо что-нибудь увлекательное из далекого прошлого, уже давно ставшего частью общечеловеческой истории.
Некоторое время Лют Алгой еще находился в одном из номеров, озадаченно разглядывая большую витражную люстру, переливающуюся разноцветными тусклыми полутонами. В некоторых местах элегантные контуры абажура почему-то казались ему неровными, будто бы слегка вогнутыми во внутрь. Солнечный свет, проходя сквозь оконное стекло, приобретал насыщенный золотистый оттенок, некоторую плотность и объем, становясь при этом похожим на призрачную предрассветную дымку, которая обычно бывает над речной гладью ранним утром.
Несмотря на некоторые незначительные недостатки, например, старые поскрипывающие половицы в коридоре на втором этаже и немного кривые стены там же, все остальное более не вызывало у Люта никаких вопросов. Однако он отчетливо понимал, что самый весомый аргумент в пользу заключения сделки с Нориком Тарфом - это уникальность самого места расположения таверны.
Очень скоро, умело маскируя свое нетерпение, Лют все же решился подписать все необходимые документы по приобретению этого обанкротившегося заведения. Заплатив мистеру Тарфу полтора миллиона цифровых монет, лишь пожав тому руку с блестящим электронным кольцом, он облегченно вздохнул и расположился в добротном темно-бардовом диване, который стоял у большого круглого окна просторного зала. Сквозь выпуклое стекло проглядывались смазанные очертания крупных межпланетных кораблей, рассекающих пространство холодного вакуума, где-то совсем далеко-далеко за пределами защитного купола. Сделка наконец состоялась. Мужчины еще раз крепко пожали друг другу руки и вышли из здания. Над их головами ежеминутно проскальзывали курьерские дроны и малогабаритные астроомнибусы, преломляя солнечный свет и тусклое мерцание далеких звезд. Норик застегнул замок на своей эластичной кожаной куртке - снаружи таверны было несколько прохладнее, нежели внутри, - а затем крепко ухватился за огромную сумку, которую он предварительно нагрузил забытыми здесь вещами.
- Да, чуть не забыл спросить, сколько же здесь всего парковочных мест? - любознательно осведомился Лют Алгой.
- Всего тридцать, но десять из них временно не функционируют, - неохотно пояснил Норик, направляясь к своему космолету по узкому соединительному коридору с прозрачными стенами. - Починить их не составит никакого труда. Так же на этом астероиде имеется одна большая платформа на сорок или пятьдесят посадочных мест. Она так же требует небольшого ремонта - не работают сервисные модули, поэтому астроомнибусы не смогут здесь получить должного обслуживания. Кстати, вас подбросить?
- Нет, я останусь, - ответил Лют, - хочу еще ненадолго задержаться здесь. Нужно немного осмотреться и кое-что проверить...
- Что ж, всего вам наилучшего! - насмешливо прищурился Норик, едва обернувшись.
Расторопным и наверняка от того несколько неуклюжим шагом, двигаясь вразвалку, Норик Тарф приблизился к своему межпланетному астроомнибусу и уверенно забрался в салон корабля, кое-как разместившись в кресле пилота; а свою тяжелую кладь, которую он влачил за собой, бросил на пассажирское кресло справа. Массивная гермодверь плотно затворилась, поверхность экранирующего купола разъединилась и разошлась в стороны. Астроомнибус поднялся вверх, а затем резко сорвался с места и умчался вдаль, очень скоро затерявшись на фоне многослойных пылевых облаков и несчетного количества астероидов.
Для начала новому владельцу таверны необходимо было выполнить переоснащение и некоторого рода перепланировку внутренних помещений под нужды своего ресторанного заведения. Во все иноземные города должна заработать круглосуточная и бесперебойная доставка свежей пиццы с помощью межпланетных курьерских дронов. В честь открытия очередной пиццерии, а так же ради привлечения большего количества посетителей, Лют планировал провести качественную, а значит дорогостоящую рекламную кампанию. Все это требовало больших финансовых вложений, которыми он располагал лишь на половину, поэтому пришлось снова, и далеко не в первый раз, обращаться за помощью Межпланетного Кредитного Банка на развитие ресторанной сети.
Спустя примерно один час земного времени ему удалось предпринять несколько важных и первоочередных действий для достижения поставленной цели: бригада мастеров должна была прибыть с минуту на минуту и заняться перепланировкой помещений, грузовые дроны доставят строительные материалы и оборудование для кухни, а инженер займется починкой сломанных посадочных и сервисных платформ, расположенных на поверхности астероида недалеко от здания таверны.
После проделанной работы Лют решил покинуть это место и вернутся к своим повседневным делам. Однако, как только он переключил внимание на свое контактное кольцо, чтобы вызвать межпланетное такси, в ресторанном зале раздался громкий звук сирены - сработала защитная система предупреждения столкновений с посторонними космическими объектами. Лют выбежал из здания. Нервно оглядываясь по сторонам. Вскоре он заметил над своей головой гигантскую песчаную глыбу. Астероид медленно приближался и был вдвое крупнее того, на котором находился Лют. Сирена не прекращала издавать истошный вой.
Вдруг откуда-то снизу, вероятно, из под земли, на том самом месте, где располагалось здание, послышался странный пугающий гул какого-то неожиданно заработавшего механизма. В результате этого повсюду стали ощущаться слабые, а с течением времени все более сильные колебания поверхности астероида. Дребезжание вокруг становилось похожим на настоящее землетрясение, правда пока что весьма умеренной силы. Тем временем вся посуда, столовые принадлежности, мебель и другие предметы, составляющие внутреннее убранство таверны, стали издавать то звенящие, то неприятные скрежещущие звуки, оставаясь при этом на своих местах. Видимо, происходит это здесь далеко не впервые, предыдущий владелец об этом знал, а потому все предусмотрел.
Наблюдая за гигантским приближающимся астероидом, Лют отчетливо ощущал, как пульсирует кровь в его висках, а в груди учащенно колотиться сердце. Его волю к каким-либо действиям сковывал леденящий страх, а в голове как ни к стати промелькнула картина тонущего корабля, напоровшегося на айсберг. Собравшись с силами, мужчина принялся судорожно перебирать в памяти кольцеобразного устройства идентификационные номера, пытаясь отыскать среди них один единственный, принадлежащий Норику Тарфу. И когда ему это удалось, он тут же раздраженно ткнул пальцем в светящуюся над рукой голограмму:
- Норик, - встревоженно выкрикнул Лют, - может объясните что происходит? Слышите меня?
- Замечательно слышу. Что собственно случилось?
- В ста метрах над моей головой висит громадная песчаная глыба.
- И что? Вас сильно трясет? - С поверхности электронного кольца слышался насмешливый голос.
- Я не понимаю, - исступленно прошептал Лют, спустя короткую паузу, - это доставляет вам удовольствие?
- Нет, нет, что вы... Дребезжание всего вокруг скоро стихнет. Не переживайте вы так. Система корректно сработала и сейчас, на расстоянии семидесяти или может быть пятидесяти метров от вас, этот бесполезный кусок песчаной массы начнет отдаляться. Дальность срабатывания задается в настройках на домовой панели управления. Я же вам показывал где она расположена.
- Да, я в курсе, - проскрежетал Лют, тяжело дыша и испуганно поглядывая в большое окно, находясь в ресторанном зале. - Однако вы ничего не рассказали мне про эти самые установки, заданные вами, - сердито произнес он и прервал связь, резко опустив руку вниз, будто бы швырнув невидимый предмет на пол.
В какой-то момент времени блуждающий астероид, маячивший над защитной полусферой, вдруг застыл в одной точке безвоздушного пространства, а затем начал неспешно отдаляться прочь, скрываясь в густой чернильной мгле космической пустоты. Подземные толчки и колебания плавно затухали и вскоре в здании стало по-прежнему тихо и спокойно.
Переведя дыхание, Лют тут же ринулся к панели управления, чтобы отстроить ее должным образом. В итоге дальность срабатывания системы отторжения посторонних объектов стала соответствовать двумстам пятидесяти метрам вместо пятидесяти.
Прежде чем покинуть блуждающий астероид Лют Алгой еще некоторое время продолжал нервно расхаживать по ресторанному залу, размышляя о произошедшем, а затем, когда он все-таки немного успокоился и пришел в себя, вызвал межпланетное такси. На плоской поверхности контактного кольца загорелось яркое пятизначное число, свидетельствовавшее о предполагаемом времени прибытия межпланетного транспорта. Начался обратный отсчет времени, и судя по показаниям счетчика, ровно через десять минут ближайший астроомнибус прибудет к месту назначения.
Тем временем нежданная космическая глыба из пояса астероидов отдалилась от купола лишь на несколько метров. Она по-прежнему грозно нависала над таверной, заграждая собой большую часть панорамы звездного неба. Несмотря на это, солнечный свет все-же проникал внутрь просторного зала сквозь большое круглое окно и стелился ровными золотистыми линиями на пыльную поверхность пола. Лют неспешно прогуливался между круглыми столами и стульями, что-то негромко напевая себе под нос. Затем он приблизился к стойке для приема заказов и принялся осматривать столовый инвентарь, изредка беря в руки какую-нибудь тарелку или изящный граненый стакан и заботливо потирая его слегка замутненную поверхность тканевым лоскутом.
Вдруг, что-то весьма странное и необычное привлекло его внимание. Лют подозрительно сощурился, напряженно всматриваясь вглубь сумрачного зала. Казалось бы, ничего необычного или странного не было: столы и стулья отбрасывали длинные темные тени, а блеклый солнечный свет мягко окутывал собой большую часть давно опустелого пространства вокруг; однако все-таки что-то привлекло внимание мужчины. Лют медленно вышел из-за широкой стойки и направился к одному из невысоких стульев, находившемуся почти что в центре просторного помещения. Он подошел ближе, а потом еще ближе и, наконец, остановился. На спинке стула висела его куртка - ничего необычного. Лют сделал еще полшага вперед и заглянул за ножку стула. На лице его отразилось осторожное любопытство, которое затем очень быстро сменилось глубоким недоумением и растерянностью. Мужчина не мог поверить своим собственным глазам: стул отбрасывал тень, впрочем как и все остальные предметы в зале, но в совершенно противоположную сторону - против направления солнечного света.
Немного поразмыслив, он решил, что ничего особенного в этом нет: такое обычно бывает, когда в помещении присутствуют несколько источников света. Лют Алгой сдернул куртку со спинки стула, небрежно перебросил ее через плечо и направился к выходу. В этот момент послышался звонкий металлический стук, как будто бы на пол упал какой-то увесистый предмет. Мужчина обернулся. Это был его портативный протограф в стальном цилиндрическом корпусе, который случайно выпал у него из кармана. Протограф с шумом покатился по полу и остановился посреди того самого необычного теневого отражения, которое и смутило Люта. Он наклонился, чтобы подобрать устройство, но внезапно его рука резко отдернулась назад так, будто бы прикоснулась к раскаленной докрасна стальной заготовке. Густая неровная тень, подобно черной смолянистой жидкости, начала быстро расползаться по стальному корпусу. А спустя весьма непродолжительное время, странное явление полностью поглотило продолговатый цилиндр своей неведомой тьмой.
Протограф, едва видневшийся из под опутавших его мрачных уз, начал словно бы растворяться, мало-помалу сливаясь с неестественной тенью воедино. В результате этой странной метаморфозы, тень будто бы уплотнилась, расширилась и приобрела новые очертания, в которых появился некий дополнительный элемент вытянутой формы. От внезапно подступившего трепетного испуга перед неизвестным явлением, Лют ощутил жуткую скованность в груди и вязкость в руках и ногах. Ему стало тяжело дышать, а к горлу подступил тяжелый жгучий ком. По всему телу пробежал леденящий озноб - то был настоящий физический холод, который исходил от неестественной тени. Мужчина неподвижно стоял на месте, не понимая что сейчас произошло. Каких-либо внятных мыслей в этот момент у него не было, и Лют судорожно пытался дать увиденному хоть какое-то разумное объяснение. И первое, что пришло ему на ум: тень - это какой-то еще никому неизвестный вид аномалии, либо обычная галлюцинация.
Протограф бесследно исчез. Лют Алгой все более склонялся ко второму варианту - спонтанная галлюцинация из-за нервного напряжения, возникшего ввиду совершенно идиотской работы системы отторжения космических объектов. После выбора такого объяснения, потрясенный мужчина почувствовал себя значительно спокойнее. Частично опомнившись от иступленного страха, он как ни в чем не бывало поспешно вышел из здания и направился к только что прибывшему астроомнибусу, ожидавшего его на посадочной платформе. Неожиданную пропажу протографа Лют объяснял для себя весьма незатейливо и просто: выпал из кармана в салоне корабля Норика, либо же где-нибудь еще, скажем на улице, когда он был в городе и направлялся к дому этого господина.
По пути к космолету Лют Алгой несколько раз останавливался и разговаривал с Нориком Тарфом, уклончиво расспрашивая его о наличии возможных странностей внутри таверны, но ему так и не удалось вытянуть из него никакой полезной информации: либо Норик действительно ничего не знал, либо Лют все-таки неприметно, но все же сходил с ума. В ближайшем будущем он решил непременно заменить тусклые лампы в ресторанном зале на ослепительно-яркие, чтобы насовсем исключить возможность появления здесь каких-либо теней. Оказавшись на полпути к космолету, Лют внезапно вспомнил, что забыл активировать в здании систему отторжения посторонних космических объектов, поэтому ему пришлось вернуться обратно.
Когда он завершил с настройками и захлопнул крышку домовой панели управления, то немедленно поспешил к выходу. Проходя мимо того места, где недавно пропало его портативное устройство, хотя сам он изо всех сил старался в это не верить, Лют украдкой взглянул на тень от тяжелого резного стула. Она оказалась совершенно нормальной и лежала на полу в полном соответствии с известными физическими законами: строго по направлению лучей солнечного света, проникающих в зал сквозь окно. Мужчина облегченно вздохнул и напоследок, вероятно, совершенно случайно взглянул на поверхность стола и тут же замер на месте в оцепенении.
На столе лежал портативный протограф с наполовину извлеченным из стального тубуса экраном. На его тонкой, словно бумажный лист и упругой поверхности, светились ярко-желтые символы: «F4240».
Глава №4 (Неудачное начало)
- Итак, вот результаты проверочной работы, - Гера указала на зеленую полупрозрачную таблицу с оценками в воздухе между ней и находящимися в классе учениками. - Тем, кто плохо усвоил материал, предлагаю еще раз подготовиться и переписать работу. Только после этого вы сможете участвовать в соревнованиях.
- А что получит команда победителей? - громко выкрикнул темноволосый мальчик из-за последней парты.
- На этот раз в качестве призов вас будет ожидать... - Гера на мгновение призадумалась, а затем интригующим и заманчивым голосом добавила: - Новые ментальные шлемы для приключений в эфемерной реальности, а так же золотые контактные кольца.
После этих слов в помещении учебного класса со спокойной и рабочей атмосферой, расположенного на первом этаже астрономической обсерватории, будто бы сорвало крышу бушующим инопланетным ураганом. Дети повскакивали со своих мест и стали носиться по всему кабинету, издавая радостные возгласы и громкие диковатые выкрики. Лишь немногие из них продолжали смирно сидеть на своих местах и смотреть в мерцающие пред их глазами страницы голографических учебников. Маленькие юркие глазки наиболее смышленых из них резво бегали с одной стороны в другую, постепенно перебираясь от верхней границы светостраницы все ниже и ниже - к нижней ее части.
Спустя четверть часа урок завершился, и Гера задала домашнее задание классу, отобразив его на широкой светодоске. Попрощавшись с учениками, она убрала несколько бумажных учебников и тонких тетрадей с какими-то личными записями в свою небольшую прямоугольную сумочку. После урока к ней подошла одна ученица, плохо усвоившая материал, и попросила дополнительных занятий, чтобы лучше подготовиться к повторной проверочной работе. Гера была не против и пообещала девочке, что она завтра же вечером появится у нее дома в виде своей личной светопроекции.
Четвертый день подряд Гера находилась в иноземном городе Амфиполис, расположенном на поверхности ледяного спутника газовой планеты с тонкими кольцами, и обычно только к выходным дням она могла вернуться домой - на Землю, где в небольшой и уютной комнатушке усердно готовилась к своим собственным экзаменам. Время от времени она пересматривала записи лекций своего преподавателя по детальной настройке искусственного интеллекта, отдавая за обучение подчас последние деньги, что у нее имелись. И судя по неоднозначной реакции учителя, который иногда самолично присутствовал рядом с ней, конечно же, в виде своей голографической проекции, у Геры не всегда получалось успешно справляться с его поручениями. Суть этих заданий сводилась к тому, чтобы выстроить фотонные связи внутри мыслящей машины таким образом, чтобы между ними возникла пусть и небольшая, но устойчивая искорка сознания. Механизм зарождения этих загадочных явлений, до сих пор оставался неизвестным, покрытым непроницаемой завесой тайны, каких-то околонаучных теорий и всевозможных домыслов. Поэтому все, что требовалось от будущих специалистов по настройке мыслящих машин, так это научиться поддерживать стабильное свечение искры сознательности внутри них, не давая ей угаснуть. А чтобы этого не произошло, необходимо держать это явление под строгим аппаратным и программным контролем. Ни один специалист в области искусственного мышления не понимал до конца откуда возникают эти искры сознания, почему они так нестабильны, а так же куда пропадают после своего разрушения.
Гера задумчиво сидела за своим рабочим столом, а слева от нее находился робот-консьерж, подключенный к ее портативному протографу. Уставившись в тонкий светящийся экран, девушка выполняла кропотливую регулировку уборочной машины.
- Ватсон, ты готов к работе? - обратилась она к неживому помощнику, внешний вид которого походил на крупное перевернутое ведро.
- Да, - неровным металлическим голосом отозвалась железяка.
Видимо, не удовлетворившись ответом, Гера принялась усерднее нажимать на маленькие светящиеся кнопки на экране протографа.
- А теперь? - спросила она, исподлобья взглянув на неживого консьержа.
- Я всегда к вашим услугам!
- Так вроде бы лучше, - буднично подметила Гера, украдкой взглянув на свой аккуратный, недавно сделанный маникюр. - Какое у тебя сейчас настроение?
- Чувствую себя нормально, - ответил робот-консьерж. - Мне заняться уборкой?
- Ты знаешь, кто ты?
- Я машина для уборки мусора.
- Может быть, что-то еще расскажешь о себе? - Гера внимательно поглядывала на экран протографа.
- Я... всего лишь... - робот-консьерж неожиданно замолк, задумавшись.
Настойчивая девушка вновь уставилась в экран протографа и принялась усерднее скользить пальцами по его светящейся поверхности, а на ее озадаченном лице при этом энергично мелькали разноцветные отсветы от вычислительного устройства. Спустя некоторое время она повторила свой вопрос, и на этот раз уборочная машина, не без продолжительной паузы, конечно же, ответила совсем иначе:
- Я являюсь полноправным сотрудником этого учебного заведения. Меня спроектировали и выпустили в серийное производство для поддержания чистоты и порядка.
- Хорошо, Ватсон! Можешь приступать к работе, - непринужденно произнесла Гера, - а мне пора идти. - Она свернула экран протографа внутрь корпуса и убрала устройство в сумку.
- Всего вам наилучшего, мисс Грэтхен, - тепло попрощался Ватсон, катаясь по полу и втягивая в себя мусор, образовавшийся после занятий.
Гера часто экспериментировала с настройками этой машины, то увеличивая, то понижая уровень его мыслительных способностей, пытаясь добиться стабильного и непрерывного проявления в нем этого загадочного и весьма непостоянного явления - сознания. Но не смотря на все старания, искра сознательности внутри уборочного аппарата со временем либо полностью затухала, либо же становилась крайне неустойчивой и держалась на минимальном уровне. Когда случалось первое, то робот-консьерж, совсем недавно способный мыслить и хорошо понимать окружающую действительность, превращался в примитивный бытовой пылесос с большим набором простейших функций и команд. При втором же варианте, когда огонек сознательности еще горел внутри машины, ее мыслительные способности увеличивались в разы. Однако последний вариант мало кого устраивал из работников научно-образовательного учреждения, поскольку кроме уборки мусора от этого консьержа ничего другого и не требовалось.
Некоторые учителя, проводившие свои занятия в этом учебном помещении, часто жаловались на Ватсона, который после определенного времяпровождения рядом с мисс Грэтхен, становился слишком уж разговорчивым и часто отвлекал учеников от занятий. Например, совсем недавно он уговаривал детей перевести на его банковский счет несколько электронных монет - на сигареты, а так же настаивал на том, чтобы староста класса отвел его в туалет, поскольку был уверен, что внутри него скопилось слишком много лишней жидкости. Детей же такое поведение консьержа весьма забавляло, а вот преподаватели естественно были не в восторге. Им часто приходилось принудительно выставлять ему режим ожидания и самим наводить порядок в кабинете, поскольку Ватсон отказывался работать, ссылаясь на то, что ему не выплачивают положенной заработной платы.
Гера вышла на улицу и направилась в сторону ожидающего ее транспортного средства, передвигающегося по воздуху с помощью антигравитационных двигателей и весьма походившего на обыкновенный автомобиль из минувших веков. Спустя считанные минуты она уже находилась на террасе двухэтажного дома, рядом со светящимся голографическим табло, непрерывно мерцающем в воздухе напротив входной двери. Девушка вошла внутрь дома и, преодолев просторный гостевой зал с высокими светящимися колоннами, свернула направо и оказалась в полутемной и уютной комнате для чтения настоящих бумажных книг. На поверхности каждого из десяти читальных столов располагалось по одной лампе с зеленым абажуром, а у боковых стен комнаты стояли высокие стеллажи, до отказа набитые книгами. Комната была пустой, и все места для чтения были свободны, ну или почти все. Лишь за одним из столов находился сильно ссутулившийся молодой человек в темно-синей рубашке. Его лица совсем не было видно, поскольку оно было сокрыто в тени его длинных черных волос. В руках он держал какую-то старую потрепанную книгу, а на столе перед ним были разложены некоторые предметы: калька, клей, ножницы, кисточка, ледерин, несколько листов форзаца, пять листов картона, а так же переплетная марля и какие-то бумажные обрезки. Склонившись над обветшалой книгой, молодой человек неспешно проводил над ней тонкую, кропотливую работу, в процессе которой ее внешний вид постепенно преображался в лучшую сторону.
- Как твои дела, Геон? - слабо улыбнувшись, поинтересовалась Гера. - Занимаешься реставрацией очередного особо ценного экземпляра?
Занятый своей работой мужчина не сразу пришел в себя. Сначала он поднял голову и отсутствующим взглядом посмотрел на лицо молодой особы, внезапно навестившей его. Осознание того, кто перед ним сейчас находится пришло к нему не сразу. В начале он увидел перед собой лишь несколько расплывчатых блеклых пятен, а затем, когда зрение сфокусировалось и внимание с кропотливого ручного труда переключилось на стоящую перед ним фигуру, молодой человек узнал в ней свою давнюю знакомую. Линия тонких скул на худом лице неподвижно сидящего за столом слегка изогнулась, а затем послышался его тихий и спокойный голос:
- Привет. Нет, это вполне обычная... Просто очень старая книга.
Гера радушно улыбнулась.
- Ясно. Как проходят твои сеансы?
- Да, ты знаешь... С каждым разом посетителей становится все больше, - Геон вальяжно откинулся на спинку стула, заведя руки за голову, а на его утомленном лице появилась скупая улыбка. - Много средств уходит на рекламу и покупку авторских прав.
- Очень рада за тебя.
Гера Грэтхен достала из своей небольшой, но, вероятно, очень вместительной сумочки несколько увесистых книг и положила их на стол.
- Что-то будешь еще брать?
- Кажется, мне не помешает... - задумчиво протянула она, с любопытством оглядывая комнату заполненную высокими стеллажами, после чего быстро разгладила несколько складок на своей бордовой кофте и продолжила: - Нужно что-нибудь по отладке искусственного мышления.
- А если точнее? - внимательный и сосредоточенный взгляд невозмутимого мужчины застыл на лице девушки.
- Что-нибудь касательно оптимизации процессов при возникновении искр сознания...
- Сколько умных слов, - растерянно усмехнулся Геон и осторожно смахнул черную прядь волос со своих глаз.
Гера сняла с себя пальто, вернулась к входной двери и повесила его на высокую изящную вешалку, похожую на тонкую древесную ветвь.
- К сожалению, от умных слов часто бывает мало проку, - проговорила она вскоре, как бы соглашаясь со своим другом.
Геон уставился в потолок, задумчиво поглаживая свой подбородок.
- Тогда посмотри за пятым стеллажом, - сказал он и вновь принялся за работу, склонившись над старой потрепанной книгой. - Только поторопись, - негромко добавил он, - мне нужно успеть на презентацию очередного скриптора. - Он немного помолчал, а потом спросил: - Заинтриговал?
- Как-то не особенно. - Гера подошла к указанному стеллажу и принялась вчитываться в названия книг, видневшихся на толстых разноцветных корешках. - Подбираешь для себя новые контракты?
- Именно так, - охотно подтвердил Геон Гринт.
- И где же будет происходить эта встреча?
- В торговом комплексе, на карликовой планете.
- Замечательно! - Гера взобралась на стремянку и потянулась к широкому книжному корешку.
Мягкий приглушенный свет, исходивший от городских плазменных колонн, неуверенно проникал в комнату сквозь одно единственное прямоугольное окно, находящееся где-то там, за высокими книжными стеллажами. Ломаными, лучистыми полосами свет с легкостью отражался от пола, сложенного из темных глянцевых плит, но частично застревал в матовых светло-коричневых стенах, будто бы попадая в некую ловушку на неоднородной и шершавой поверхности.
Наконец Гера выбрала для себя несколько увесистых фолиантов, спустилась вниз и снова подошла к Геону. Книжные стеллажи, подсвечиваемые тусклыми голографическими огнями, остались позади и превратились в полутемные очертания каких-то таинственных нагромождений. Геон старательно переписал названия выбранных книг и вручил их своей подруге. На этот раз Гера с трудом уместила книги в своей сумке, после чего она вдруг ощутила резкую и назойливую пульсацию на указательном пальце левой руки. Неожиданно на контактное кольцо поступило сообщение с приглашением отведать свежеиспеченной пиццы от межпланетной сети ресторанов быстрого питания «Пропус Пицца», в честь открытия новой пиццерии в поясе астероидов. В конце текста приглашения по плоской поверхности кольца несколько раз промелькнули координаты новоявленного ресторанного заведения. Сообщение прислал Лют Алгой. Гера несколько раз прочла текст приглашения и, задумавшись, отошла в сторону.
Что-то важное? - из темного угла читальной комнаты, послышался любопытный голос Геона.
- Ничего особенного, - ответила гостья словно бы невзначай, мельком взглянув на свое электронное колечко, - просто мне нужно... Ты не мог бы меня подбросить? - Гера приблизилась к своему другу и присела на краешек стола.
- Да, конечно, без проблем. - Геон смахнул со стола некоторую часть накопившегося мусора, и сразу же с противоположной стороны комнаты послышался тихий шелест уборочной машины.
- Ничего себе, - изумилась Гера, увидев катящийся по полу серый шар, - у тебя новая модель робота-консьержа?
- Как видишь, да.
- И как, он тебе нравится?
- Еще не успел понять - приобрел совсем недавно, - пояснил Геон. - Так куда летим?
- Мне нужно в пояс астероидов... В общем, у меня есть координаты.
- Какая-то важная встреча?
- Ага, вроде того, - Гера слабо поежилась, будто ей стало немного холодно и украдкой еще раз взглянула на свое колечко.
Геон положил частично отреставрированную книгу на край стола.
- Ты не видела в зале Кавина?
- Нет.
- Хм, значит уже ушел, - черные брови задумчивого молодого мужчины слабо изогнулись, изображая легкое недоумение. - Могу забрать тебя на обратном пути, если хочешь.
- Нет, спасибо. Обратно я наверное доберусь сама, - мило улыбнулась Гера.
- Ладно. Но если передумаешь, меня не затруднит подбросить тебя до дома.
- Ну, раз ты настаиваешь... Сколько времени продлится мероприятие?
- Вероятно, около одного часа.
Гера одобрительно кивнула и направилась к выходу из помещения, мигом стянув с вешалки свое пальто.
Двигаясь словно тень в полусумраке, Геон обходил высокие книжные стеллажи, поочередно, одну за другой, отключая желтые лампы. Казалось, что стены читальной комнаты были насквозь пропитаны какими-то сокровенными знаниями и тайнами, заключенными внутри тысяч книг, что находились здесь. Атмосфера слабой, едва уловимой загадочности, проникновенной тишины и покоя, будто бы распространялась и за пределы комнаты, удивительным образом воздействуя на посетителей этого культурного и отчасти развлекательного заведения; атмосфера эта словно бы завораживала сердца людей каким-то необыкновенным, удивительным и воодушевляющим излучением, проще говоря, - настоящей магией созидания и невообразимых чудес. Несмотря на процветающий век технического и технологического прогресса, информация хранящаяся на бумаге, до сих пор не потеряла своей актуальности и пользовалась уверенным спросом. Из затемненного пространства читальной комнаты, проходя сквозь призрачные лучи бледного света, словно из ниоткуда, показалась тенистая фигура Геона Гринта.
- Ну что, идем? - негромко спросил он, выходя из сумрака.
Уже совсем скоро его межпланетный астроомнибус находился в открытом космосе, стремительно направляясь навстречу космическому спиральному вихрю. А спустя приблизительно полчаса космолет оказался в назначенном месте. За окнами корабля красовались бескрайние поля из сотен тысяч астероидных глыб, бесцельно движущихся в пустоте. Астроомнибус мчался вперед, умело маневрируя между этими скалами, преломляя пыльный солнечный свет и проносясь сквозь голографические рекламные постеры, которые хоть как-то разбавляли своей неординарностью и пестрой живостью этот холодный и однообразный мрак космоса.
Откуда-то снизу, наверное, из под очередного пылевого серого облака, показался массивный продолговатый монолит, а на его поверхности, под сверкающей на свету оболочкой, красовалось широкое здание ресторанного заведения - новой пиццерии, принадлежащей мистеру Люту Алгой. Прямо над ячеистой поверхностью купола светилась крупная голографическая надпись «Пропус Пицца», а кое-какие посадочные платформы оказались занятыми четырех и двухместными астроомнибусами. Геон высадил свою приятельницу на этом астероиде, на одной из пустующих прямоугольных платформ, а после того, как она скрылась в прозрачном тоннеле, поднял космолет вверх и поспешил дальше - к карликовой планете, над холодной и безжизненной поверхностью которой возвышались башни межпланетного торгового комплекса «Гелиос».
Гера подошла ко входу в здание с ярко горящим впереди рекламным световым табло «Добро пожаловать в Пропус Пицца» и скрылась за толстой стеклянной дверью.
Некоторое время ей пришлось жмуриться от яркого режущего глаза света, заполняющего все пространство вокруг. В зале было немноголюдно: всего пятнадцать человек - именно столько она насчитала, когда осматривалась по сторонам. Гера понимала, что подобных заведений быстрого питания, расположенных на космических астероидах, во всей звездной системе было и так уже предостаточно. Поэтому открытие очередной закусочной, ресторана или кафе в поясе астероидов или где-либо еще: будто-то орбитальная станция или какой-нибудь подходящий каменистый обломок, не вызывало особого ажиотажа среди большинства людей, обитателей межпланетного мира. Еще немного осмотревшись, Гера подошла к широкой оранжевой стойке для приема заказов. За ней суетился Лют Алгой в красной клетчатой рубашке, принимая оплату от посетителей и раздавая на право и налево прозрачные банки с разноцветными прохладительными напитками.
- А... Это вы, - радостно произнес он, завидев знакомое лицо гостьи.
- Я получила ваше приглашение, - приветливо улыбнулась Гера.
- Очень рад вас видеть.
- Взаимно. А где ваш племянник?
- Он со своей матерью. Этому бездельнику нужно готовиться к школьным занятиям, а не болтать с утра до вечера, заговаривая мне зубы, - шутливо пояснил Лют. - Чем же вас угостить?
- Ясно. - Гера слегка прикрывала глаза рукой, с непривычки щурясь от яркого света. - Пару кусочков сырной пиццы с горячим шоколадом, если можно.
- Без проблем, - деловито проговорил Лют Алгой и тут же отправил заказ поварам.
Гера Грэтхен провела рукой над широкой столешницей, и некоторая денежная сумма списалась с ее счета. Не позавтракав утром, она была не против немного подкрепиться, после чего планировала навестить родственников на родной планете из первого сектора, то есть на Земле.
Расположившись за милым, невысоким столиком напротив большого круглого окна, Гера часто удивленно поглядывала сквозь его выпуклую прозрачную поверхность куда-то вдаль: то на бесформенные космические глыбы посмотрит, окутанные пылевыми облаками, то на пролетающие мимо межпланетные корабли. Помимо этого прямо отсюда были замечательно видны и стройные белые башни торгового комплекса, а так же непрестанно скользящие над ними межпланетные пассажирские лайнеры и мелкие мерцающие точки - курьерские дроны и астроомнибусы. Гера заметила, что довольно часто к зданию пиццерии подлетали пузатые беспилотники с опустевшими контейнерами для загрузки продуктов питания. Сбоку на погрузочном контейнере каждого из них светился список актуальных акций межпланетной сети по производству и доставке пиццы, а так же и пестрый логотип данной компании. Когда же грузовые отсеки беспилотников вновь заполнялись упаковками с горячей пиццей, они тут же уносились прочь, один за другим пролетая сквозь особые ячейки на поверхности защитного купола со светящимися плазменными перегородками. Межпланетные дроны стремительно рассекали безжизненное пространство космоса, направляясь сначала к одному иноземному городу, а затем к другому.
Лют Алгой подошел к ресторанному столу, за которым находилась Гера Грэтхен, сел рядом и заговорил:
- Как проходят ваши занятия в школе?
- Замечательно, - ответила приглашенная девушка, с аппетитом уплетая душистый кусочек сырной пиццы.
- Вижу вы голодны. Не буду докучать своими разговорами...
- Занятия прошли сносно, - Гера отпила из маленького бумажного стаканчика сладкого горячего шоколада и положила руки перед собой на стол. - Расскажите-ка, как вам удалось обосноваться в таком замечательном месте?
Очевидно, что Гера находилась под определенным впечатлением от местных пейзажей, представших ее взору сквозь большое окно рядом.
- На это я могу сказать лишь то, что мне просто немного повезло, - скромно отозвался Лют с довольной улыбкой. Он заложил руки за голову, слегка откинулся на спинку стула и принялся с интересом наблюдать за людьми в зале.
После того странного инцидента, произошедшего с его портативным устройством несколько дней назад в помещении этого же самого зала, он отчетливо понимал, что должен был сообщить об увиденном в СКБ (Службу Контроля Безопасности), в отдел по расследованию парадоксальных явлений, но так этого и не сделал. Данный отдел преимущественно занимался исследованием космических трансферных вихрей, поскольку ничего другого, такого же неординарного и необъяснимого, нигде более замечено не было; однако все сотрудники отдела держали руку на пульсе - приказ начальства и высшего руководства. Подобное решение объяснялось просто: по мнению ведущих астроинженеров и астрофизиков, использование трансферных вихрей для межпланетных перемещений вполне могло иметь определенные «побочные эффекты», но какие именно - не уточнялось. Поэтому любой, кто столкнется с проявлением чего-то подозрительного, обязан немедленно доложить об этом в СКБ.
Среди некоторых слоев населения иноземных городов нередко всплывали старые, давно забытые слухи об одном весьма необычном и странном событии, произошедшем в инопланетной тюрьме «Грималь» - на весьма отдаленной от Солнца планете. Слухи эти были весьма разрозненными и туманными. Они говорили о том, что однажды из стен исправительного учреждения, прямо из тюремной камеры, бесследно пропал один осужденный. Официальные источники информации заявляли о том, что заключенному удалось сбежать из тюрьмы, осуществив хитрую подмену низкоуровневых заводских параметров в системе безопасности исправительного учреждения и угнав полицейский патрульный космолет; однако желтая пресса, как обычно стала выдвигать свои теории произошедшего: одна фантастичнее и безумнее другой. По одной из таких версий узник смог осуществить побег не без помощи неких существ из иного, никому неведомого мира. Но не много находилось тех, кто верил во весь этот бред, поскольку ни с кем из представителей далеких звездных миров, гипотетически существующих где-то на задворках галактики, до сих пор не была установлена хоть какая-нибудь связь, хоть какой-нибудь мало-мальски возможной контакт. А преодоление же человечеством столь колоссальных межзвездных расстояний в приемлемые сроки было попросту не возможным. Даже на лучших сверхскоростных кораблях с термоядерными фотонными двигателями, путешествие до ближайших звезд растянется на целые поколения. Поэтому многим разбирающимся в теме было весьма непросто поверить, что у других разумных обитателей космоса, если они конечно существуют, имеются такие технологии и летательные аппараты, которые позволяют им перемещаться в пространстве со сверхсветовой скоростью, напрочь игнорируя или же попросту весьма искусно обходя известные физические законы.
При таком раскладе оставалось лишь надеяться на существование специфических червоточин - трансферных вихрей, которые могли бы перебрасывать космолеты к далеким и недосягаемым звездам. Как бы то ни было, именно благодаря уже обнаруженным подобного рода явлениям космоса для человечества стало возможным создание крупных городов на других планетах и на некоторых их спутниках, в границах родной звездной системы, конечно же. Вероятно должно пройти еще какое-то время, прежде чем человечеству станет доступна разгадка тайны этих загадочных природных объектов, вследствие чего оно научится контролировать их, а может быть даже и самостоятельно создавать субпространственные тоннели, открывающие путь в неведомые дали, простирающиеся на многие световые года в глубь космоса. Очень скоро, по какой-то совершенно неясной причине, вся информация о бесследно исчезнувшем заключенном стала строго засекреченной, а его самого так и не удалось найти. И от руководства тюремного учреждения более не было никаких комментариев по этому поводу.
Несмотря на серьезность сложившейся ситуации Лют Алгой каким-то образом смог убедить себя в том, что ничего необыкновенного с ним не происходило - эта всего-лишь была галлюцинация. Лют прекрасно понимал, что если бы он сообщил об увиденном куда следует, то его заведение сразу же бы опечатали и закрыли на неопределенный срок, а его самого подвергли бы долгим и утомительным допросам. Единственное, что он смог предпринять для решения проблемы, пусть и частичного, так это исполнил разумный, как ему казалось, совет Норика Тарфа, заменив тусклое и невнятное освещение в рестораном зале на чрезвычайно яркое и насыщенное; после чего проблема с ненормальной тенью, по его мнению, полностью исчерпала себя.
- Мне кажется или у вас здесь слишком светло? - Гера постоянно жмурилась, улыбчиво поглядывая на Люта Алгой.
- Вы и вправду так думаете? - слабо смутился тот и обвел озадаченным взглядом потолок и стены ресторанного зала. - Дело в том, - продолжил он, слегка откашлявшись и переключив внимание на свою гостью, - что мне так больше нравится. По-моему так намного лучше, - с нарочитой серьезностью мужчина еще раз оглянулся по сторонам, - разве нет?
Девушка сдержанно улыбнулась. За окном, совсем недалеко от поверхности купола, пронеслось несколько пассажирских астроомнибусов, а следом за ними - целая стая курьерских дронов.
- А как у вас тут с безопасностью? - неожиданно поинтересовалась она, искоса взглянув на владельца пиццерии.
- О чем это вы? - удивился Лют, хмуро улыбнувшись.
- Ну, может ли с нами, к примеру, столкнуться какой-нибудь скажем астроомнибус или блуждающий астероид?
Лют облокотился на свою правую руку и, задумчиво водя пальцем по столу, спокойно произнес:
- Скажу честно, что поначалу были некоторые проблемы: система отторжения космических объектов работала неверным образом - всему виной странные предпочтения бывшего владельца обанкротившейся таверны. Сейчас же, после небольших изменений, все встало на свои места.
- Хорошо, я вам верю, - снисходительно улыбнулась Гера Грэтхен. - Кстати ваша пицца мне очень понравилось. Она невероятно вкусная и очень сытная!
- Не желаете ли добавки?
- Я пожалуй не откажусь от еще одного кусочка...
Едва приглашенная гостья успела завершить свою мысль, как тут же почувствовала, будто пол задрожал у нее под ногами.
Бумажный стакан с горячим шоколадом опрокинулся, покатился по столу и упал вниз. Люди в зале занервничали и, несмотря на попытки со стороны владельца заведения их успокоить, спешно покидали здание. Один за другим астроомнибусы, сверкающие опознавательными огнями, взмывали вверх и уносились прочь, подальше от этой серой космической глыбы. Вскоре выяснилось, что причина повторившегося землетрясения заключалась в неисправной системе безопасности, а точнее - в ее моральном и техническом устаревании. Это накладывало ряд ограничительных особенностей на функционирование системы, например, не позволяя ей нормально работать со слишком массивными и тяжелыми космическими объектами. На небольшом расстоянии от поверхности купола показались зловещие очертания гигантского астероида. Гера сильно забеспокоилась, но Лют быстро объяснил девушке в чем было дело, и она почувствовала себя несколько увереннее.
Какое-то время Лют провозился с настройками системы отторжения посторонних объектов, но все оказалось тщетным: оборудование необходимо было срочно менять на более совершенное и новое. Астероид застыл в невесомом пространстве прямо над защитным куполом. Гера Грэтхен неподвижно стояла возле большого круглого окна и наблюдала за раздосадованным и рассерженным Лютом, собирающим с пола картонные коробки из под пиццы. Она постаралась отнестись к этому неприятному происшествию спокойно и с пониманием, насколько это, конечно же, было возможным. Гера всячески старалась поддержать Люта, не выказывая при этом никакого смущения или недовольства. Она выносила пакеты с мусором в специальный контейнер, расположенный где-то снаружи, на территории здания, а так же собирала разбросанные по полу тарелки и толстые граненые стаканы из небьющегося стекла. Космическая глыбина, грозно нависшая над защитным куполом, вскоре начала неспешно отдаляться, после чего все облегченно вздохнули.
Несколько утомившись от проделанной работы, Гера присела на край округлого подоконника, облокотившись спиной о выпуклое оконное стекло. Лют Алгой еще продолжал суетиться вокруг панели управления, в надежде хоть что-то изменить в работе системы отторжения посторонних объектов в лучшую сторону. Внезапно освещение в ресторанном зале резко погасло. Солнечный свет, с трудом преодолевающий пространство с облаками из космических камней и густой пыли, едва проникал внутрь помещения, создавая при этом хоть какую-то видимость вокруг. По ресторанному залу вновь расползлись длинные тощие тени, черные, как сама бездна космоса. Лют Алгой робко стоял в темноте на другом конце помещения, оцепенев от страха и ужаса перед неизведанным. Скованным, подрагивающим голосом он громко выкрикнул в полумглу:
- Гера, стойте на месте и не двигайтесь.
- Я не понимаю... что происходит? - послышался тихий и внезапно напуганный голос девушки.
Лют Алгой со всех ног бросился в противоположную сторону зала, и, подскочив к ней, увидел, как по ее бледным щекам текут слезы. Ноги Геры Грэтхен были окутаны странной смолянистой тенью, которая отражалась от одного из ресторанных столов и стелилась по полу против солнечного света. Не задумываясь, мужчина решительно шагнул вперед и заслонил собой это жутковатое и совершенно неестественное явление, но лишь частично. И в тоже самое мгновение он вдруг ощутил, как по его спине прокатился скользкий обжигающий холод; чувствительность в пальцах правой руки неожиданно пропала, а затем стали неметь и ноги. Некогда ясный и проницательный взор молодого мужчины, теперь медленно затягивало стылой непроницаемой пеленой непроглядного мрака и какой-то неопределенной безысходности. Лют холодно взглянул на бледную обездвиженную гостью и еще более ужаснулся: холодная мрачная тень уже добралась до лица несчастной, медленно оплетая его в свои мрачные и непредсказуемые объятия. Лют Алгой изо всех сил пытался сдвинуться с места, чтобы хоть что-то попробовать сделать для своей недавней знакомой, доверившейся ему; но оказалось, что теневое пятно, которое совсем недавно покрывало его ноги, уже добралось до его туловища, а так же и до обеих рук. Преисполнившись лютой ненавистью к самому себе, Лют равнодушно закрыл глаза и, кажется, полностью смирился с неизбежным - никаких сил противостоять этому поразительному феномену у него не было. Спустя считанные мгновения Лют Алгой стал весьма отчетливо и живо переживать стремительное погружение в какое-то зыбкое и туманное полузабытье.
Первое время ему было очень холодно и одиноко - ощущение будто оказался в открытом и невесомом пространстве космоса. Затем мужчина вдруг явственно осознал, что Гера Грэтхен находится где-то совсем рядом, но как бы он ни пытался вымолвить хотя бы слово, в надежде, что она услышит, из этого ничего не выходило. Случилось это совсем недавно или же он всегда был нем - Лют уже и не мог вспомнить. Все происходящее казалось ему кошмарным сном. Он переживал и явственно ощущал, будто его тело резкими урывками вращается то в одну, то в другую сторону, от чего он испытывал сильное головокружение и дезориентацию в темном и пустом пространстве, окружающего его со всех сторон. Однако очень скоро все эти странности, творившиеся с ним, стали мало-помалу куда-то бесследно исчезать. Мужчина вновь обрел ясный разум и полный контроль над собой.
Лют Алгой мучительно приоткрыл глаза. Все пространство вокруг заливал яркий золотисто-белый свет. Вначале он подумал, что находится там же, в ресторанном зале, но когда зрение прояснилось, то первое, что он увидел так это зеленые лохматые макушки высоких деревьев, где-то там впереди. Лют мучительно повернул голову вправо и сразу же заметил чье-то расплывчатое очертание, находившееся неподалеку от него. Это была Гера Грэтхен. Она сидела на коленях и недоуменно озиралась по сторонам. Окружающая обстановка, в которой они оказались, кардинальным образом отличалась от той, что была прежде.
- Что произошло? - удивленно выговорила Гера. - Где мы? - Подозрительными глазами она сердито смотрела на своего недавнего знакомого.
- Я не знаю. Ничего не понимаю... Что произошло? - с недоумением выдавил из себя Лют Алгой, а затем поднялся на ноги и принялся стряхивать со своей одежды пыль и мелкий песок.
Местность вокруг напоминала какой-то старый, давно заброшенный автовокзал. Впереди, в нескольких метрах от местонахождения обоих, виднелось обветшалое кирпичное здание с несколькими зонами для посадки пассажиров, расположенными вдоль привокзальной площади. По бокам от пешеходных дорожек стояли узкие телефонные будки, яркая желтая поверхность которых давно выцвела, и краска во многих местах уже облупилась. Вокруг территории заброшенного вокзала плотным строем стояли старые высокие деревья с пышными оранжево-красными кронами, а земля под ними была сплошь усеяна разноцветной сухой листвой.
- Может быть ты объяснишь, что произошло? - строгим тоном вновь осведомилась Гера.
Лют ничего не ответил и молча побрел в сторону ветхого строения. Гера осталась на месте. Что-то весьма удивительное и необычное привлекло ее внимание высоко в небе. Она немедленно окрикнула мужчину, тот обернулся и растерянно взглянул сначала на нее, а затем посмотрел вверх.
- Не может быть, - изумленно воскликнул он, притаив дыхание.
Над своей головой он увидел множество мелких мерцающих звезд и легкое голубоватое свечение, свидетельствовавшее о наличии в этом месте атмосферы. А перед этой мерцающей серебристой россыпью, по небу неспешно скользили тысячи затененных скалистых глыбин. Каждая из них двигалась по своей непредсказуемой траектории, едва заметно вращаясь вокруг собственной оси. Кажется, двое находились на поверхности того же самого астероида, на котором они были несколько минут назад. Солнечный свет с трудом проскальзывал сквозь густые пылевые облака, равномерно освещая большую часть окрестностей озираемого вокруг пространства.
- Гера, ведь ты астроном, что думаешь об этом? - спросил Лют, оглядываясь по сторонам. - Что это за место?
Гера ничего не ответила, нервно отряхивая свое пальто и испытывая при этом весьма странное чувство, похожее на клаустрофобию. Ей казалось, что она навсегда угодила в какую-то хитроумную и коварную западню, из которой попросту нет никакого выхода. Гера растерянно взглянула на Люта и сразу же подумала о том, что этот малознакомый ей человек о чем-то явно не договаривает. Теперь для нее стало совершенно очевидным то, что ему ни в коем случае не стоит доверять. Приведя себя в порядок, девушка принялась спешно перебирать вещи в своей сумке и, отыскав что-то нужное, быстро переместила некий предмет во внутренний карман пальто.
- Ты знаешь, - рассуждая вслух, непринужденно проговорила Гера Грэтхен, - я думаю, произошло какое-то парадоксальное смещение в пространстве. И мне почему-то кажется, что тебе об этом определенно что-то известно.
Лют Алгой растерянно покосился в сторону своей недавней приятельницы.
- Что? Ты думаешь это моя вина? - изумленно и совсем негромко воскликнул он, очевидно, находясь в глубоком смятении от произошедшего. - Я здесь совершенно ни при чем. - Лют настороженно и какими-то испуганными глазами озирался по сторонам.
Внезапно из старого здания автобусной станции послышался тихий, едва различимый шорох. Лют и Гера в испуге застыли на месте, уставившись в сторону неказистого, обшарпанного строения. Мало-помалу эти отдаленные, трудноразличимые звуки приобретали все более отчетливые очертания, становясь похожими на чьи-то неспешные и тяжелые шаги.
Лют Алгой тут же сорвался с места, бросился в сторону кучи автомобильных запчастей и вооружился большой стальной трубой, вытащив ее из под завала. Гера встала позади него. Она чувствовала, как кожа на ее спине и плечах покрывается холодными колющими мурашками. Звуки шагов постоянно нарастали.
Совершенно неожиданно в высоком дверном проеме обветшалого здания показались размытые очертания грациозной и невероятно высокой человеческой фигуры. Кажется, она была облачена в какой-то костюм темно-бирюзового оттенка, похожий на герметичный комбинезон астронавта из далекого прошлого, с широкими серыми линиями в верхней части, расположенными поперек продолговатых и узких плеч незнакомца. Поверх комбинезона высокорослую фигуру обрамляла широкая волнистая накидка или плащ, а лицо таинственного человекоподобного существа было сокрыто во тьме большого остроконечного капюшона. Незнакомец двигался размеренной и неспешной поступью, будто какой-нибудь могущественный фараон. Он вышел из под высокой дверной притолоки и вскоре беззаботно расположился в каком-то старинном кожаном кресле, которое находилось перед фронтальной облупленной кирпичной стеной. Незнакомец положил одну ногу на другую, а из под полумглы его широкого капюшона в сторону обездвижено стоящих сверкнул его ясный и проницательный взгляд.
- Опустите вашу палку, - послышался глубокий, проникновенный голос высокорослого человека, - она вам не понадобится. Вы получили мое сообщение?
Лют Алгой стоял на месте, как вкопанный, не шелохнувшись и совершенно не понимая, что происходит. Может быть все это какая-то массовая галлюцинация?
- Вы меня слышите? - безмятежно уточнил таинственный незнакомец.
- Слышу, - робко отозвался Лют, переминаясь с ноги на ногу.
- Так получили или нет?
- Не понимаю... Я ничего от вас не получал. Что вообще происходит? Кто вы? - Лют крепче сжал в своей руке ржавую стальную трубу.
- Неужели? - тихо изумился неизвестный. - А как же число «F4240»? Оно ведь было на экране вашего устройства?
Лют Алгой напряженно молчал, судорожно подергивая тяжелой стальной палкой. Гера спешно достала из сумки небольшую записную книжку и на первой же странице мигом что-то черкнула.
- Кто вы? Где мы находимся? Почему я должен с вами говорить? - хриплым голосом вопрошал Лют, изо всех сил стараясь не поддаваться трепетному страху и какому-то безысходному оцепенению.
- Вы кажетесь мне смелым, мистер Алгой! - снисходительно усмехнулся незнакомец, и во тьме широкого капюшона, лишь на миг проскользнуло его бледное, продолговатое лицо. - Вы напрасно отрицаете очевидное и напрасно опасаетесь меня. Я лишь хотел сделать вам выгодное предложение, - сказал он.
- Предложение? Но мне... Нам нужно немедленно вернуться обратно, - Лют Алгой обернулся, тревожно взглянув на Геру.
- Это не проблема, - ответил таинственный незнакомец. - А что на это скажет ваша спутница? Мое предложение касается не только вас.
Гера выглянула из-за спины Люта и озадаченно уставилась в сторону неизвестного человека, безмятежно сидящего в кресле.
- Если нам и правда нечего бояться, - тихо сказала она, - то мне хотелось бы узнать, что это за место и как мы сюда попали?
- Вполне резонный вопрос, мисс Грэтхен, - глубоким и каким-то неотмирным голосом проговорил незнакомец. - Если объяснить очень коротко и доступно, то в данный момент времени вы находитесь в незримой области мироздания - в Пограничном Мире, так же называемой Мезостромой, где абсолютно все состоит из особого рода вещества - прозрачной материи первого порядка. Данное измерение бытия находится на границе с Великим Вселенским Бессознательным, в котором реальность порой бывает попросту неотличимой от фантазий. Прозрачная материя, составляющая большую часть незримых миров, не испускает электромагнитного излучения и никак не взаимодействует с ним, частицы материи не взаимодействуют со светом. Энергия же внутри частиц прозрачной материи имеет чрезвычайно низкую частоту колебаний и плотность. А попали вы сюда благодаря особому явлению - ингрессивной тени. Такого объяснения для начала будет достаточно?
Гера Грэтхен неуверенно сделала несколько коротких шажков навстречу странному незнакомцу и попросила его подробнее обо всем этом рассказать. Лют положил стальную трубу на землю и так же немного подошел ближе.
- Помимо существования в природе привычного вещества, - продолжил свой рассказ невероятно высокий и стройный человек, - из которого состоит видимая часть мироздания со множеством трудно исчислимых звезд и планет, галактик и далеких звездных миров, существует огромное количество скрытых, незримых областей бытия, где материя представлена в виде сверхразреженного вещества - субвещества или же прозрачной материи. Как бы ни старались ваши исследователи и ученые, что бы они ни делали, им будет весьма не просто обнаружить эту структуру, а тем более хоть сколь-нибудь постичь ее природу. - Незнакомец слабо наклонился вперед, уперся острыми локтями в свои высокие колени и многозначительно прибавил: - Вы далеко не первые, кому теперь об этом стало известно.
Лют Алгой и Гера робко и неуверенно взглянули друг на друга, словно желая понять: точно ли это сейчас происходит с ними?
- То о чем вы говорите... Дело в том, что мы давно работаем над этим и стали лучше понимать... - сбивчиво пролепетала Гера, но неизвестный резко оборвал ее на полуслове, не позволив завершить мысль: - Далеко не все зависит от вашего произволения, - спокойным тоном, полным глубокого самообладания и какого-то сокровенного знания, пояснил высокорослый человек.
- От кого же тогда зависит? - робко удивился Лют Алгой, не веря, что человечество кто-то контролирует.
- От тех, кто находится над вами.
- Что это значит? - лицо Люта потемнело.
Настала небольшая пауза. Было слышно, как тихо веет ветер, и колышется осенняя листва на тяжелых и изредка поскрипывающих ветвях тенистых деревьев.
- Лично я никогда не сомневалась, - осторожно продолжила Гера, - что существует множество разумных форм жизни в необъятной Вселенной.
- Прошу, только не расспрашивайте меня об этом, - спокойно проговорил незнакомец. - Ответы на большинство вопросов, изрядно волнующих ваши головы, вы сможете узнать позднее, если согласитесь выполнить ряд моих первоначальных поручений, конечно же, за вполне хорошее вознаграждение.
Хоть лица необычайно высокого человека из под темного капюшона и не было видно, но в этот момент Лют и Гера ощутили на себе его испытующий и проницательный взгляд. Они озадаченно переглянулись, и девушка заметила, что чувство клаустрофобии, застрявшее у нее в животе, стало медленно растворяться и мало-помалу куда-то исчезать; впрочем, как и тяжесть в груди из-за страха неизведанного и трагичной безысходности.
- Это как-то касается того самого сообщения? - робко предположил Лют Алгой, напряженно сощурившись.
- Все верно, - отозвался неподвижно сидящий в кресле, - на экране была указана сумма вознаграждения за выполнение задания.
Гера вопросительно посмотрела на своего недавнего знакомого, смерив его недоуменным, оценивающим взглядом. Она быстро сообразила, что Лют утаил от нее серьезную деталь, ввиду которой, ему не стоило ее приглашать и тем более открывать заведение для посетителей.
- Значит ты все-таки знал о проблемах в зале, ты знал о той аномальной тени, - вспыхнула Гера, - и все-равно позвал меня сюда, даже не намекнув о возможной опасности. - Девушка раздосадовано глубоко вздохнула и отвернулась в сторону. - Зря я согласилась и приняла твое приглашение.
- Я хотел тебе все рассказать, - нелепо возмутился Лют, - но не знал с чего начать... Ты могла бы попросту счесть меня за сумасшедшего... Я и сам по началу считал себя таковым, поэтому и решил, что мне все это привиделось.
- Привиделось? Думаю, что причина не в этом, - продолжала Гера в непримиримом тоне.
- Да, не только в этом, ты права. Меня могли закрыть на неопределенный срок. Я не знал как реагировать...
- Вот, это именно то, что и требовалось доказать, - твердо и однозначно заключила Гера, метнув в несчастного Люта презрительный взгляд.
Лют Алгой замолчал и, не находя, что сказать в ответ, стыдливо потупил голову. Высокорослый незнакомец грациозно поднялся с кресла. Его рост оказался поистине впечатляющим: больше двух с половиной метров в высоту. Осанистая и статная фигура человека из иного мира направилась обратно к старому зданию автовокзала, где в некоторых местах были обрушены стены и кровля.
- У вас есть время подумать, - негромко пояснил он напоследок, ненадолго задержавшись в дверном проеме. - Работа, которую я предлагаю, рассчитана не на двоих, а на троих. Поэтому постарайтесь в следующий раз привести с собой кого-нибудь еще.
Внезапно, кажется, от правой руки неизвестного мелькнула тонкая полоска черной тени, задела собой пару, стоящую на привокзальной площади, и вскоре весь окружающий мир в их глазах погряз во тьме. Гера и Лют Алгой вновь ощутили промозглый холод, утопая в полузабытьи, словно их накрыло громадной морской волной, от мощного удара которой любой человек моментально теряет сознание и неминуемо идет ко дну.
Кажется, пронеслось несколько долгих мгновений, и Лют Алгой приоткрыл глаза. Откуда-то из глубины знакомого пространства, в котором он сейчас находился, звучал голос новостного ведущего, где-то вдалеке мерцал большой голографический экран. Мужчина неподвижно лежал на полу и лихорадочно дрожал от озноба. Свет потолочных ламп устало мерцал. Приподнявшись на полусогнутую руку, он заприметил слабое движение слева. Негромко шелестя, мимо него проскользнула уборочная машина в виде катящегося по полу шара. С правой стороны на боку лежала Гера Грэтхен в своей теплой бардовой кофте. Стеклянными и неподвижными глазами она смотрела на изогнутую перед собой ножку ресторанного стула и слабо деформированную под ней поверхность пола.
Глава №5 (Странный сон)
По бесцветной поверхности карликовой планеты робко скользили мерклые лучи солнечного света. Над каменно-пылевым грунтом возвышались гигантские белые, словно берилл или горный хрусталь, многогранные башни межпланетного торгового комплекса. Внутри каждой из них располагался целый сонм помещений и залов с различными бутиками, кафе, барами, ресторанами, ментальными иллюзионами и развлекательными аттракционами. Многими сотнями, а может быть и тысячами протяженных верениц они уходили высоко вверх, вздымаясь по широким сверкающим граням от нижних оконных рядов дивного инженерного сооружения до самых его вершин - фантастических башенных конструкций, смутно похожих то ли на гигантские шляпки каких-то грибоподобных растений, то ли на перевернутые и сильно выпуклые летающие тарелки. Башни торгового комплекса были настолько огромными, что простирались ввысь на многие сотни метров - почти что до самых границ искусственной небесной тверди - защитного хольнитена. Соединенные несметным количеством узких самодвижных лестниц, переходов и панорамных скоростных лифтов, через каждый уровень торговых башен ежедневно проходило несметное количество посетителей. Внутри выпуклых грибоподобных конструкций, расположенных на их верхушках, на тысячи квадратных километров раскинулись темные запыленные складские помещения с посадочными платформами вдоль массивных округлых стен, предназначенные для межпланетных грузовых кораблей.
Всего башен комплекса было семь, и все они связывались между собой надземными переходами, напоминающими огромные крытые мосты, по которым без устали двигался специализированный транспорт. Если отдалиться на достаточное расстояние от безжизненной поверхности карликовой планеты и взглянуть как бы со стороны на всю совокупность грандиозных строений межпланетного торгового комплекса, заточенного под переливающейся на свету защитной оболочкой, то станет вполне очевидным, что «Гелиос» скорее походил на футуристический инопланетный космодром из какого-то возможного будущего, нежели на то, чем он являлся на самом деле.
Внутри самой высокой многогранной башни, в небольшом книжном магазине, проходила презентация нового художественного произведения весьма популярного и успешного скриптора. Геону удалось заключить с писателем взаимовыгодное соглашение на трансляцию его нового творения в течение нескольких недель; при этом пятьдесят процентов от выручки, исходя из условий контракта, он мог оставлять себе, а остальные пятьдесят - отчислять автору. Геон непременно полагал продлить контракт с этим человеком, если сеансы с его научно-фантастическим романом будут приносить стабильный доход. Художественное произведение повествовало о некоей загадочной технологии управления пространственными тоннелями, которая весьма странным и необычным образом вдруг стала доступной для человечества. Технология эта позволяла манипулировать координатами космических червоточин и благодаря этому по сути осуществлять межзвездные путешествия - то, о чем так давно все мечтали. Одно из таких космических путешествий, по сюжету данного произведения, привело к катастрофе для всего экипажа межзвездного корабля, погрузив участников злосчастной экспедиции в какую-то глубокую и беспробудную кому, в результате чего почти все они погибли.
После завершения увлекательного мероприятия Геон поспешил к посадочным платформам в поисках своего транспортного средства и, отыскав его вскоре, спешно запрыгнул в кресло. Гермодверь плотно затворилась, астроомнибус плавно поднялся над многогранной башней торгового комплекса и очень скоро оказался высоко в звездном небе, рассекая плотные облака космической пыли и ловко маневрируя между беспорядочными скоплениями космических глыбин. Космолет стремительно приближался к широкому приземистому зданию, похожему на древний зиккурат, над которым реяло, подобно длинному шелковому флагу, крупное голографическое табло с названием находящегося здесь заведения. Геон посадил астроомнибус и вошел внутрь здания. В ресторанном зале он обнаружил Геру Грэтхен, сидящую за столом напротив большого круглого окна. Потрясенный и растерянный вид девушки, несколько озадачил его.
- Что-то случилось? - спросил Геон, не вынимая рук из карманов своего темного пальто. - Мы летим или ты остаешься?
Некоторое время Гера молча сидела за столом, сложив перед собой руки и ничего не произнося в ответ. Но вскоре она опомнилась от эмоционального ступора, перевела взгляд на Геона и тихо произнесла:
- Спасибо, что вернулся. Как прошла твоя сделка?
- Вполне удовлетворительно. - Геон не сводил своего наблюдательного и настороженного взгляда с лица подруги. - Я получил разрешение на трансляцию.
- На какой срок?
Интонация с которой говорила Гера казалась ему несколько странной, какой-то безэмоциональной и отрешенной; такой, будто бы совсем недавно с ней произошло что-то весьма неприятное. Геон решил, что, вероятнее всего, дело было в ее неудачном свидании.
- Пока что на две недели, а дальше все будет зависеть от успеха или неуспеха моих сеансов, - пояснил он, подойдя еще ближе.
- Извини за нескромный вопрос, - продолжила Гера Грэтхен, - как ты думаешь, хватит ли тебе заработанных средств, чтобы покрыть расходы на аренду дома?
Геон отвел задумчивый взгляд в сторону и тихо вздохнул. Пальцы молодого мужчины едва коснулись его подбородка, веки едва приспустились, а глаза при этом застыли в насмешливом и испытующем прищуре.
- К чему эти вопросы? - изумился Геон и присел рядом с девушкой за стол. - Может, ты расскажешь, что произошло и почему здесь так пусто, как в холодильной камере у меня дома?
- Нет, лучше ты ответь на мой вопрос, - строгим тоном парировала Гера. - Это очень важно, прости.
Геон растерянно дотронулся до своего затылка, обвел настороженным взглядом одинокое пространство ресторанного зала, а затем рассуждая вслух проговорил:
- Что ж, кажется, что суммарная выручка за этот год едва ли покроет всю сумму, которую я потратил на аренду дома. Я даже не хочу сейчас об этом думать, - он тяжело вздохнул и уставился сквозь большое круглое окно в бескрайние и завораживающие космические дали. - Просто мне необходимо больше работать, - туманно пояснил он напоследок с кислой улыбкой и замолчал.
- Тебе точно нравится то, чем ты занимаешься? - уточнила Гера, медленно вращая контактное кольцо на своем пальце.
- А сама-то как думаешь?
- Уверена, что ты без ума от своей работы, - смело заявила девушка. - Но что если, скажем, тебе подвернулась бы возможность немного подзаработать, наверное, ты бы не отказался?
- Вполне может быть и не отказался бы, - недовольно нахмурился Геон. - Может объяснишь наконец, что произошло и почему расспрашиваешь меня обо всем этом?
Гера поднялась из-за стола.
- Идем, - сказала она.
Вдвоем они молча направились в сторону межпланетного корабля, стоящего неподалеку от здания пиццерии под защитным хольнитеном, переливаясь тусклыми золотистыми бликами. Один за другим световые пятна вспыхивали на поверхности обтекаемого фюзеляжа, а заодно и на его гладких и коротких крыльях.
- Наверное все зависит от того, о какой именно работе идет речь, - рассуждая вслух, проговорил Геон Гринт. Гермодверь астроомнибуса поднялась вверх, и он помог своей давней знакомой подняться в салон корабля, придерживая ее за руку.
Расстояние от пояса астероидов до ближайшей трансферной воронки составляло около двадцати минут лету. Астроомнибус взмыл в небо и скрылся за ближайшими пылевыми облаками, распластавшимися в космической бездне. За то время, что космолет находился в пути, неожиданно для самой себя Гера решила все-же поведать другу обо всем недавно произошедшем с ней, поскольку ей было невыносимо трудно ощущать себя будто бы сошедшей с ума - необходимо срочно выговориться, поделиться информацией о случившемся с тем, кому доверяешь.
Поначалу Геон настойчиво отказывался во что-либо из услышанного верить, полагая, что Гера попросту разыгрывает его, проверяет или для чего-то испытывает. Однако завидев на лобовом метастекле информацию о приближении астроомнибуса к трансферному вихрю, он все же стал допускать, что подобное происшествие вполне могло иметь место быть. Так же Гера рассказала ему о номере или числе, о котором упоминал таинственный незнакомец, показав своему задумчивому другу запись в записной книжке.
Оказалось, что число это было шестнадцатеричным и соответствовало ровно одному миллиону, если перевести его в двоичную систему счисления. В связи с этим Гера сделала закономерное предположение о том, что это и была сумма вознаграждения - один миллион электронных монет, которую предложил неизвестный. Поскольку работа была рассчитана на троих, Гера решила и эту новость сообщить своему другу. Геон ничего не ответил. Он лишь задумчиво смотрел в окно, отстраненно разглядывая космолеты сквозь толстое боковое стекло, беззаботно скользящие в космической мгле. В этот момент в его голове вертелись самые разнообразные, двоякие, обрывистые и весьма не последовательные мысли. В основном, ему по-прежнему думалось, а так же он был почти наверняка уверен в том, что однажды выяснится, что услышанная им история окажется обыкновенной выдумкой, небылицей или каким-нибудь бредом, возникшим из-за спонтанных галлюцинаций. Они, по его мнению, вполне могли возникнуть на фоне какого-нибудь сильного эмоционального потрясения, что впрочем не раз бывало и с ним самим, правда, в раннем детстве. Гера Грэтхен, заприметив его сомнения, предложила собраться всем вместе и все обсудить. Геон нехотя согласился, и Гера тут же связалась с Лютом Алгой.
- Нам нужно срочно поговорить, - громко объявила она, когда астроомнибус уже находился недалеко от голубой планеты с плотными белыми облаками над своей поверхностью. - Надеюсь ты не против?
- Не против. А кто третий? - послышался отчетливый мужской голос с поверхности контактного кольца.
- Мой давний знакомый и лучший друг, - гордо пояснила Гера. - Его зовут Геон Гринт.
- Ты уверена? Чем он занимается?
- У него своя собственная библиотека, и еще он часто проводит мысленные трансляции различных художественных произведений там же, в своем доме.
- Что? Читает книги? Я, конечно, не против, но ты точно уверена в своем выборе? - в голосе Люта звучали нотки неуверенности и сомнения. Он замолчал.
- О чем думаешь? - спросила Гера, спустя непродолжительное затишье.
- Вообще-то, мне кажется, что вся эта затея... Все это как-то весьма необычно, странно и... Этого просто не должно было бы быть... Я до сих пор не могу поверить в то, что недавно узнал и увидел собственными глазами.
- Я тебя понимаю, - утешительно проговорила Гера. - Но разве ты сможешь после всего этого теперь жить прежней жизнью, пока не доведешь дело до конца?
- Я не знаю... Пока что я ничего толком не понимаю... Думаю нам действительно стоит встретиться и основательно побеседовать.
- Предлагаю сделать это сейчас же, в первом секторе звездной системы, на Земле, в ресторане «Форос», через два часа. Я вышлю тебе координаты его местонахождения.
- Хорошо, договорились.
Астроомнибус довольно-таки скоро преодолел атмосферу застеленной белыми облаками голубой планеты, и где-то внизу, за окнами космического судна, замелькали заснеженные верхушки высотных стеклянных зданий. Это был Монреаль - родной город в котором родилась и выросла Гера Грэтхен. Космолет опустился на землю, и девушка первой покинула теплый и уютный салон.
На улице было холодно, с неба шел крупный рассыпчатый снег, и все вокруг было окутано шершавым белым и мерно поблескивающим на свету полотном: оголенные и кривые ветви серых деревьев, узкие пешеходные дорожки и высокие наземные переходы, продолговатые крыши общественного транспорта, а так же малоэтажные дома и высотные многогранные здания - все было основательно занесено, а местами лишь слегка припорошено рассыпчатым снегом. Гера Грэтхен спешно накинула на себя осеннее, едва утепленное пальто и отправилась навестить своих родителей.
Они жили в небольшом двухэтажном доме на проспекте Карлтон. Мать Геры очень любила животных и уже много лет содержала свою ветеринарную клинику. Отец девушки был владельцем небольшой компании по производству, ремонту и усовершенствованию нейронных интерфейсов. В свободное от работы и учебы время Гера всегда старалась навещать своих родных, немного помогая им по домашнему хозяйству. Так же она помогала матери ухаживать за бездомными животными, а отцу - в калибровке программной оболочки для точного взаимодействия с различными устройствами при помощи мысленных команд.
Ресторан, в котором была назначена встреча, располагался на пятидесятом этаже Центральной городской гостиницы. После интенсивного рабочего дня и изнурительных тренировок своего воображения Геон пребывал в крайне угнетенном и подавленном состоянии, а его самого непрерывно клонило ко сну. Добравшись до назначенного места и сделав над собой очередное усилие, он осторожно опустил космолет на посадочную платформу, спрыгнул с короткого уступа вниз и скрылся за ближайшими стеклянными дверьми.
Вскоре он занял свободный столик напротив широкого панорамного окна, по глянцевой и холодной поверхности которого скользили новостные сводки за сегодняшний день. В небольшом и уютном помещении ресторанного зала было множество свободных незанятых мест, кучерявый официант пялился в большой голографический экран, висевший над его головой, а за окнами периодически завывал холодный зимний ветер. Геон решил немного вздремнуть и устало склонил голову на сложенные перед собой руки. Почти сразу же он ощутил, как стремительно проваливается в забытье. Глубокие сонные грезы весьма быстро окутали и поработили его разум. Геон ощутил беззаботное блаженство, и очень скоро мужчине почудилось, будто его схватила древняя хищная птица и перенесла в какое-то неведомое и весьма отдаленное место, находящееся где-то на задворках его собственного разума.
И теперь, когда связь с реальностью окончательно оборвалась, он увидел узкую деревянную лодку, плывущую по глубокому синему озеру темного горного ущелья. Геон осмотрелся по сторонам и обнаружил самого себя сидящим в этом небольшом судне. Со всех сторон, будто древние исполинские безмолвные стражи, чернели высокие отвесные скалы. Казалось, что от поверхности озера исходило слабое, едва приметное свечение обворожительного синеватого оттенка. Лодка медленно и бесцельно кружила по туманной поверхности озерной глади, пока вдруг не остановилась на самой середине глубокого водоема. Геон выглянул за правый борт и стал внимательно всматриваться в глубины подземного озера. Постепенно, мало-помалу, сквозь мерцающую синеву стали проглядываться множественные очертания человеческих тел. Геон похолодел от ужаса и шарахнулся в противоположную сторону, резко отскочив от борта лодки. По озеру пронеслась тревожная волнистая рябь. Первым делом, что он подумал - это утопленники. Но вскоре, совершенно непонятно откуда, к нему пришло ясное понимание того, что на самом деле все эти люди живы и находятся в каком-то чрезвычайно глубоком сне. Геон повторно выглянул из-за штирборта деревянного судна и принялся напряженно всматриваться вглубь подземного водоема. И снова показались расплывчатые человеческие очертания; однако на этот раз, пусть не в столь отчетливой и ясной форме, он уже мог наблюдать, как у большинства из них то приподнимается, то опускается грудная клетка. Но как такое возможно? Геон не мог в это поверить. Продолжая всматриваться в неподвижную бездну, простирая взор все дальше и дальше - ближе к предполагаемому песчаному дну, которого по-прежнему еще не было видно, - он наконец-то разглядел целые скопления протяженных и расположенных друг над другом рядов из тысяч спящих людей. Они уходили в глубь горного озера, почти что достигая самого дна. Набравшись смелости, мужчина стал вглядываться в лица погруженных в глубокий сон. Спустя мгновение он резко спохватился и обессиленно повалился на мокрое дощатое дно лодки. Ему показалось, будто он пролежал так несколько долгих часов.
Над ровной озерной гладью веял слабый ветерок. Вокруг стоял одинокий полумрак и гробовая тишина, а из под водной толщи на поверхность водоема по прежнему исходило какое-то пугающее потустороннее свечение. Геон снова осмелился выглянуть из-за края лодки и уставился в глубь озера. Под холодным слоем воды он отчетливо разглядел тех, кого когда-то хорошо знал. Среди спящих он узнал Геру Грэтхен. Неожиданно в подземной полости поднялся пронзительный вой и маленькое суденышко стало заваливаться на бок. Крен становился все сильнее и сильнее, и Геон почувствовал, как плескающиеся через края ледяные волны, внезапно захлестнули его с головой, после чего он резко проснулся и открыл глаза.
Напротив него сидела Гера в своей теплой бордовой кофте, а справа от нее - молодой мужчина в легкой осенней куртке черно-красного цвета, которого он раньше никогда не видел.
- Я что-то пропустил? - спросил проснувшийся от кошмарного сна, протирая слипшиеся глаза.
- Нет, мы просто ждем тебя, - улыбчиво ответила Гера.
За плоским панорамным окном уютного ресторанного помещения по-прежнему не истово кружили в разных направлениях крупные снежные хлопья, подгоняемые порывистым шквальным ветром. Он разъяренно метал белые клочья снега об тонкое стекло, отчего оно нередко издавало зловещий скрежет и треск. Ветер будто бы изо всех сил пытался пробиться сквозь стеклянную преграду и завладеть не принадлежащим ему пространством. Лют Алгой деловито сложил перед собой руки и слегка откинулся на спинку стула. Посматривая то на Геру, то на Геона, он наконец решил первым начать этот непростой разговор:
- В общем, дело обстоит таким образом, что я даже не знаю с чего и начать... Вы наверняка уже в курсе того, что произошло, - Лют пристально посмотрел на Геона. - Лично я до сих пор нахожусь под сильным и неоднозначным впечатлением. Честно говоря мне с трудом верится в подлинность произошедшего... Однако мое любопытство и желание все прояснить и уладить - пожалуй только это является причиной моего присутствия здесь. - Лют замолчал и бегло взглянул на свое контактное кольцо, оценив время.
Геон молча смотрел в окно, слабо ссутулившись и облокотившись на свою руку. Он слабо вздохнул, перевел свой задумчивый отстраненный взгляд со снежной пелены, мятущейся из стороны в сторону за стеклом, на Люта и безмятежно произнес:
- Да, я слышал. Гера мне все рассказала. Честно говоря, я не знаю, почему согласился на эту встречу. У меня много работы... В общем, я бы хотел сам взглянуть на эту странную тень, если она, конечно же, существует, прежде чем сделаю свой окончательный вывод.
- Спасибо, что согласились придти, мистер Гринт. - Лют Алгой почтенно кивнул, сказав это таким голосом, будто только что нашел лучшего эксперта по необъяснимым явлениям. В этот момент Лют Алгой показался Геону каким-то потерянным и может быть даже излишне напуганным. - Наверняка у вас были мысли о том, чтобы сообщить об этом происшествии в соответствующий отдел СКБ по изучению аномальных явлений, - продолжил Лют, - и я очень благодарен, что вы этого не сделали.
- Честно говоря, у меня было такое желание, - признался Геон, а на его лице мелькнула осторожная и сдержанная улыбка, - но я решил с этим немного повременить.
- Так что ты все-таки об этом думаешь? - подключилась к разговору Гера Грэтхен, внимательно наблюдая за движением глаз и выражением лица своего друга.
Геон тихо вздохнул и мрачно уставился в широкое окно.
- Я же сказал, что не поверю, пока лично не увижу все своими глазами, - в очередной раз твердо настоял он на своем.
- Разумно, - Гера согласно кивнула.
- Кстати, этот ваш «таинственный незнакомец» не сказал вам, можно ли все-таки отказаться от его чудесного поручения и обо всем забыть? Или может быть он не оставил вам выбора и теперь придется подчинятся его воле и действовать так, как он скажет?
- Я и сама хотела бы это знать, - разочарованно вздохнула Гера. - Но мне почему-то кажется, что у нас есть выбор. - Она вопросительно посмотрела на Люта.
- Для начала, хотелось бы хоть немного разобраться, - рассуждая вслух, произнес тот, - с кем именно нам пришлось иметь дело. - Надо было задать ему как можно больше вопросов, пока была такая возможность. - Лют Алгой взял в руки чашку горячего кофе, только что принесенную официантом, сделал несколько осторожных маленьких глотков и досадливо взглянул на Геру.
- Что? - удивилась она. - Хочешь чтобы я почувствовала себя виноватой?
- Мне кажется, если бы ты вела себя немного сдержаннее, то он не отправил бы нас обратно так скоро. Разве я не прав?
- Это уже не важно, - холодно проговорила девушка и недовольно отвела взгляд в сторону.
Геон облокотился локтями об стол и закрыл лицо руками.
- Вы и вправду хотите все повторить? - томным голосом, почти что зевая, уточнил он. - Возвращение туда может быть очень опасным. Так не лучше ли обо всем забыть, а здание пиццерии закрыть до лучших времен?
Наступила минутная пауза. Лют тяжело вздохнул и уставился в потолок, запрокинув голову назад.
- По-моему, этот человек, пришедший из иного мира, - продолжила Гера, - ясно дал нам понять, что его не стоит опасаться. Неужели ни у кого из вас не возникает желания во всем разобраться? Неужели ни в ком из вас не теплится огонек, открывающий путь к новым знаниям?
- Может быть дело в щедром вознаграждении, а твое благородное желание познания мира тут ни при чем? - скептически усмехнулся Лют Алгой.
- Не без этого, конечно, - честно призналась Гера. - Ну, а у тебя разве другие мотивы?
- Щедрое вознаграждение для меня не самое ценное, - многозначительно и важно пояснил Лют, осторожно согревая руки о горячую кружку.
- Есть еще одна интересная деталь, - вставил Геон, вновь переключившись на заснеженный пейзаж за окном. - Здание пиццерии ведь совсем недавно стало принадлежать мистеру...
- Зови меня просто Лют.
- Хорошо, Лют. Может быть эта необычная тень существовала там и раньше?
- Я тоже об этом думал, - разочарованно вздохнул предприимчивый и деловитый мужчина. - Вероятно, предыдущий владелец данного заведения что-то знал... Позднее, когда я немного опомнился от потрясения, произошедшего со мной, то, конечно же, хотел переговорить с ним по этому поводу, но мне даже не удалось вызвать его на связь: он будто бы сквозь землю провалился.
- Как его зовут? - слабо осведомился Геон, не переставая любоваться снежной метелью за окном.
- Норик... Норик Тарф.
- Значит он знал, - неожиданно заключил Геон, повернувшись к своим собеседникам.
- Это уже не так важно, - печально процедил Лют, - пока там находится это чертова тень, я не смогу использовать это здание по назначению, а так же не смогу его продать, если мне вдруг понадобится это сделать.
- Неужели мистера Тарфа совсем никак не возможно отыскать? Следы вашей сделки хранятся в Единых Реестрах, а этого вполне достаточно, чтобы его найти, - как бы давая подсказку, предположил Геон Гринт.
- Я все проверил, - сердито отозвался Лют, - и выяснилось, что в Реестрах нет ни единого упоминания об этой сделке.
- Очень занимательно. - Геон слабо вздохнул, устало проведя рукой по своему лицу. - Теперь меня все сильнее и сильнее одолевает любопытство: что же на самом деле с вами произошло? - Геон вновь погрузился в задумчивое молчание. - Мне нужно увидеть эту тень, - добавил он спустя непродолжительную паузу.
Протяжный вой шквального ветра, напористо скользящего по широкому стеклу, не стихал ни на минуту. Геон достал из рюкзака увесистый термос и, открутив стальной стакан-крышку, наполнил его сладким согревающим напитком. Кажется, это был кофе с сахаром и лимоном.
- Что будешь делать, если это окажется правдой? - задала вдруг неожиданный вопрос Гера.
- Ты насчет предложенной работы? - туманно осведомился Геон, неприятно щурясь от обжигающего пара.
Девушка задумчиво опустила глаза.
- Да, и это тоже, - тихо сказала она. - Я вот все думаю, что если это случится, и мы все вместе окажемся перед этой загадочной личностью, - рассуждала она вслух, - действительно ли каждый из нас готов взяться за выполнение его поручения? К примеру, мой рабочий день заканчивается...
- Вообще-то, мы все здесь занятые люди, - резонно перебил ее Лют Алгой. - Я даже не знаю, как скорректировать свой график таким образом, чтобы не пострадал мой бизнес. - Мужчина бегло взглянул на светящуюся поверхность своего контактного кольца и спешно добавил: - Все что мне нужно, так это выяснить, откуда в моем заведении появилась эта проклятая тень, и что мне необходимо сделать для того, чтобы она навсегда исчезла. Заодно, конечно же, было бы неплохо и подзаработать... А почему бы и нет? Ведь если я откажусь, то он ничего мне не расскажет и тем более ничего не сделает для того, чтобы чертова тень испарилось.
- Надеюсь у тебя получится во всем разобраться, - устало проговорил Геон Гринт. - Что же касается меня, то с каждым днем у меня появляется все больше и больше работы. И если так будет продолжаться, то вскоре я совсем не смогу выходить из дома.
Лют задумчиво покосился в сторону кучерявого официанта, заметив как тот беззаботно пощелкивает семечки, сидя за широкой барной стойкой.
- Геон, а почему бы тебе не использовать для трансляций готовые мыслеобразные слепки? - вдруг осведомился Лют. - Ведь, насколько я понимаю, можно предварительно консервировать и помещать ментальные образы в какое-нибудь внешнее хранилище, после чего передавать их зрителям, без необходимости твоего присутствия?
- Для этого требуется несколько иное оборудование, нежели то, что у меня имеется сейчас, - снисходительно улыбнулся Геон Гринт, ощущая, как внутри него пробуждается профессиональная гордость. - Вообще-то, оно стоит немалых денег, - добавил он, нервно постукивая пальцами по столу.
- Что ж, кажется, у тебя есть некоторый шанс неплохо подзаработать, - метко заметила Гера. - Каждый из нас, если захочет, может ежедневно уделять для исполнения поручения или работы немного времени...
- После восьми часов вечера по основному времени, - перебил ее Лют Алгой, - я почти всегда бываю свободен.
- Чисто гипотетически, - кисло ухмыльнулся Геон Гринт, - если вы все-таки не разыгрываете меня, то иногда я могу проводить вечерние сеансы чуть раньше, сдвигая их на другое время.
- Кстати, а как называется то оборудование, о котором говорил Лют? - обратилась Гера Грэтхен к своему задумчивому и иногда излишне мечтательному другу, краем глаза подмечая нисколько не угасающий интерес в его глазах к только что обсуждаемой теме.
- Сервер ментальных проекций, - многозначительно и весьма охотно пояснил тот. - Если сокращенно - «СМП». Или можно еще проще - «Метахром».
- И какова же его стоимость?
- Около полутора миллиона монет. Но списанный можно купить за вдвое меньшую сумму.
- Ну и дела, - пренебрежительно усмехнулся Лют, - по мне так это слишком дорого для такой игрушки.
- Во-первых, это не игрушка, - осторожно поправил его Геон, сверкнув серьезным взглядом в своего собеседника, - а во-вторых, это лишь самая простая модель стоит таких денег. Цены на более совершенные экземпляры доходят до нескольких десятков миллионов монет. Но это уже совсем иные детали... С такой машиной можно разбогатеть в два счета... Если делать все как полагается, разумеется...
Кажется, в эти минуты воображение Геона захлестнули красочные и пленительные грезы, и его мечтательный взгляд при этом устремился куда-то вверх.
Лют Алгой допил кофе, поднялся из-за стола, спешно застегнул куртку и решительно заявил:
- Что ж, нам пора отправляться в путь!
На этот раз Гера решила лететь вместе с Лютом, а второй межпланетный астроомнибус, на котором прибыл Геон Гринт, отправился следом за ними. На протяжении всего полета Геон ощущал удивительное воодушевление и восторг, которые он обычно испытывал, находясь в шлеме для ментальных трансляций, передавая содержимое своего живого воображения, в том числе разнообразные эмоции и ощущения, другим людям.
Когда же до назначенного места оставалось лишь несколько считанных минут, Геон решился кое-что уточнить:
- Гера, извини что спрашиваю, - негромко протянул он, - но ты случаем не говорила обо всем этом со своими родственниками, знакомыми или друзьями? Конечно, не на прямую, а может быть как-то вскользь, какими-нибудь намеками...
- О чем это ты?
- О том, что ты видела.
- Естественно нет... Как такая глупость вообще могла придти тебе в голову?
- Не пойми меня превратно, но что если мы уже не вернемся?
Настало неприятное затишье.
- Ты смеешься или серьезно? В отличии от тебя, я более оптимистичного мнения о ситуации, так что не переживай, - успокоила его Гера, спустя короткую паузу.
- Предлагаю взять с собой какое-нибудь оружие - исключительно ради самозащиты, - вмешался Лют Алгой. - Геон, надеюсь ты не против?
- Пожалуй, я абсолютно согласен с тобой. Предлагаю использовать лазерный нейропарализатор...
- Это, конечно же, ваше дело, - резко вмешалась Гера Грэтхен, - но лично я уверена в том, что ни одна из этих ваших побрякушек нам не понадобится.
- Как знаешь... - Геон слабо откашлялся, после чего поспешно добавил: - Но лично мне будет намного спокойнее, когда в моем кармане будет находится компактное и эффективное оружие для самообороны - нейропарализатор!
Разговор завершился, и оба пассажирских астроомнибуса опустились на сервисные платформы.
Глава №6 (Чудесное откровение)
Трое вошли внутрь дома, одиноко стоящего посреди темнеющих рытвин и острых извилистых борозд, застывших на каменной поверхности блуждающей космической глыбы. Толстая стеклянная дверь бесшумно затворилась, механизм замка трижды негромко щелкнул, и центральный вход оказался надежно законсервированным от всех непрошеных гостей.
Спустя некоторое время все рекламные световые стенды, что ярко горели над выпуклой поверхностью защитного хольнитена, стали поочередно менять свое содержимое. Теперь все пролетающие мимо корабли они информировали о закрытии ресторанного заведения на неопределенный срок. На серой каменистой поверхности астероида находилось лишь два астроомнибуса, переливающихся смазанными бликами в прохладных лучах далекого солнечного диска. Из большого круглого окна с толстым и выпуклым, словно увеличительная линза, стеклом виднелись десятки протяженных верениц межпланетных кораблей, пестрящих яркими опознавательными огоньками.
Нередко случалось так, что посторонние объекты в виде темных разрозненных глыбин, а так же крупных когда-то отвалившихся от них осколков, слишком близко подбирались к поверхности ячеистого купола, на некоторое время застывали на одном месте, а затем отдалялись прочь. Система отторжения посторонних объектов была неисправна, а потому здесь, на поверхности блуждающего астероида, по-прежнему нередко ощущались подземные толчки разной степени интенсивности.
Оранжевый свет настенных ламп уныло мерцал внутри пустынного зала, становясь то слишком тусклым и бледным, то вновь насыщенным и ярким. Геон с осторожным любопытством разглядывал все вокруг: столы и стулья, невысокий потолок, местами обвитый зеленым крючковатым плющом, огромное круглое окно с выпуклым прохладным стеклом и темные стены, облицованные неровными декоративными камнями. Молодой человек вдумчивого и наблюдательного вида медленно приблизился к тому самому месту, где ранее, по словам его приятелей, наблюдалась какая-то странная и противоестественная тень. Несколько прямоугольных плит под круглым столом оказались слабо вогнутыми в пол, словно бы оплавленными от горячей плазмы или схожего высокотемпературного вещества.
- Это произошло здесь? - уточнил он, искоса взглянув на гладкую поверхность стола.
Гера кротко кивнула, скрестив перед собой руки и немедленно отошла в сторону - подальше от этого места. Геон заметил скованность в ее движениях. В глазах девушки читались замешательство и опасливая осторожность.
- Что ж, весьма интересно, - задумчиво пробормотал Геон Гринт, неспешно расхаживая между столами и стульями, словно призрачная тень.
В это время Лют Алгой занимался тщательным осмотром ресторанного зала, разыскивая аномальное отражение на полу. Немного позднее, когда ему так ничего и не удалось обнаружить, он принялся за охранную систему, изучая отчетные показатели на информационном табло.
- Будьте осторожнее, - предостерегающие произнес он, - эта проклятая тень может появиться в любое время.
Геон замер на месте. Слабая ухмылка сверкнула на его наблюдательном и бдительном лице. В этот момент все происходящее вокруг казалось ему каким-то нереальным, ненастоящим, будто бы кем-то выдуманным ради глупой забавы. Темноволосый мужчина в черном пальто пытливо воззрился на свою давно знакомую подругу, в надежде каким-то чудом развеять все сомнения и опасения, однако к своему разочарованию обнаружил, что на ней не было и лица. Гера выглядела так, будто находилась в одной комнате с каким-то жутким и неведомым существом, притаившимся где-то там, в тенях невидимого мира.
- Что ж, - невзрачным голосом вскоре пролепетал Геон, - видимо я действительно чего-то недопонимаю, - и по его спине пробежал неприятный леденящий холодок. Молодой человек переменился в лице, а его глаза, скрывающиеся за длинными черными локонами, изменнически потускнели. Теперь мечтательный и задумчивый мужчина бесцельно смотрел в одну точку, воображаемую перед собой, облокотившись о стену. - Ничего не понимаю, - отстраненно прошептал Геон Гринт.
- Да уж, поверь, это не шутки, - приглушенным и тяжелым эхом отозвался голос Люта Алгой из глубины пустого зала. - Неужели ты все-еще думаешь, что мы разыгрываем тебя?
Гера нервно улыбнулась, переминаясь с ноги на ногу. Она переместилась поближе к большому круглому окну, внимательно наблюдая за ресторанными столами и стульями: нет ли там какой-нибудь подозрительной тени? Бледные лучи солнечного света, проходя сквозь толстое выпуклое стекло, плавно огибали ее узкие плечи и широкими, слабо очерченными линиями отражались на полу и стенах запустелого помещения.
- Я, конечно же, не могу знать механизма появления этой проклятой тени, - как бы невзначай продолжил Лют, - но думаю, что это как-то связанно с освещением. - Он захлопнул крышку приборной панели и направился к стойке для приема заказов. - Когда зал хорошо освещен, никаких теней почти не возникает, что обеспечивает хоть какой-то контроль над ситуацией, как мне кажется.
- Так может быть ты наконец погасишь свет? - досадливо проговорил Геон. - Тогда возникнут тени, а мы сможем понаблюдать за ними.
- Разумное предложение, - снисходительно отозвался Лют, - но, как видишь, свет в зале и так сильно мерцает из-за проблем с оборудованием, а тени от предметов постоянно возникают и исчезают. Однако, ничего подозрительного я пока не заметил.
Геон задумчиво окинул взглядом пространство вокруг.
- Мне почему-то кажется, что ты просто не можешь этого сделать, поскольку боишься, - криво улыбаясь, возразил он. - А раз так, то зачем тогда тратить время впустую, бессмысленно разглядывая пол и стены? Разве вы сами не желали показать мне это аномальное так сказать явление? - Геон расположился за ближайшим столом и, вальяжно покачиваясь на низком стуле с твердой спинкой, добавил: - Я же сказал, что не поверю пока сам не увижу.
- Подожди немного... - вновь с противоположной стороны зала послышался голос Люта Алгой. - По-видимому, все дело в недостатке энергии, большая часть которой уходит на отторжение посторонних космических объектов, - предположил он, оглядывая потолок и стены пустого зала. Спустя минутную паузу, он нехотя добавил: - Ну хорошо, давайте попробуем, как предложил Геон.
Лют вернулся к управляющей панели, отключил подачу электроэнергии, и зыбкий полумрак в одно мгновение затопил все пространство вокруг. Лишь бледный солнечный свет едва проникал в помещение сквозь большое окно, разбавляя своим ненавязчивым присутствием насыщенную и непредсказуемую тьму.
- Ну что, будем просто наблюдать? - негромко осведомилась Гера Грэтхен, не ясно к кому обращаясь. Она отступила подальше от холодных солнечных лучей, что стелились по полу возле ее ног.
- Давайте-ка где-нибудь присядем и будем смотреть в оба, пока не обнаружится чего-нибудь подозрительного, - предложил Лют, осмотрительно передвигаясь по просторному помещению.
Мерклые полосы солнечного света тянулись вглубь полутемного пространства ресторанного зала, а вдоль них светилось множество длинных черных теней. Трое беззвучно сидели за невысоким резным столом, внимательно озираясь по сторонам. Однако, спустя весьма ощутимый промежуток времени, - прошел, кажется, уже целый час, - никто из них ничего странного так и не заметил. И Геон Гринт вновь ощутил себя словно не в своей тарелке. Ему вдруг подумалось, что это не просто какой-то обман, и ситуация может быть гораздо серьезнее. В сознании мелькали мысли о том, что Гера и Лют одновременно пережили какой-то опасный вид зрительной галлюцинации или может быть видения, поэтому до сих пор пребывали не в себе, находясь в состоянии глубокого аффекта. Подобные размышления вызвали у Геона скорейшее желание покинуть это место, - чтобы и самому не тронуться головой, - а затем вернуться к своей работе и обо всем забыть. Он уже начал опасливо коситься на окно, думая, что вот-вот прилетит какая-нибудь космическая громадина, застынет в пустоте, а дальше - туманная неизвестность; и не дай бог она угодит прямо в защитную оболочку. От такой перспективы становилось как-то не по себе: неприятный ком заворочался в животе, и голову стало сдавливать по бокам.
- Что ж, - тихо сказал Геон, - мне нужно ненадолго отлучиться. Хочу поговорить с коллегой по бизнесу: необходимо обсудить кое-какие вопросы...
Внезапно откуда-то сверху послышалось несколько резких хлопков, будто что-то очень большое и крупное рухнуло на пол. Лют Алгой вскочил на ноги и схватился за неройпарализатор, быстро достав его из внутреннего кармана куртки.
- Стойте здесь, я пойду наверх, посмотрю что там произошло, - дрогнувшим голосом проговорил он, крепко сжимая оружие в руке.
- Ты уверен, что в здании никого кроме нас нет? - поинтересовался Геон, несколько растерянными и испуганными глазами взглянув на своего недавнего знакомого.
- Если бы здесь кто-то был, я бы об этом знал.
- Я иду с тобой. - Гера поднялась из-за стола и встала рядом с Лютом.
- Нет, останься. Излишний риск нам ни к чему.
- А я и не спрашиваю твоего разрешения, - решительно заявила девушка.
- Как хочешь. Геон, побудь пожалуйста здесь, чтобы ничего не пропустить. В прошлый раз никаких посторонних шумов не наблюдалось. Может просто какая коробка выпала из настенного шкафа... Тень с неестественным направлением может появиться здесь в любой момент. И если это произойдет, то сразу же кликни нас. Будь внимателен и осторожен. Не подходи к ней и тем более не вздумай ее касаться. Надеюсь мы скоро вернемся.
Сказав это Лют и Гера Грэтхен вскоре скрылись в лестничном проеме, уходящим вверх, на второй этаж ресторанного заведения.
Некоторое время Геон находился на одном месте, совершенно ничего не предпринимая, однако очень скоро, не выдержав томительного гнета неопределенности, встал из-за стола и принялся неспешно расхаживать по залу. Он с подозрением косился по сторонам и внимательно прислушивался к едва приглушенным гудящим звукам, изредка доносившихся до его слуха со стороны большого окна и облицованной неровными камнями передней стены. Некоторое время мужчина внимательно наблюдал за ячеистой поверхностью защитного хольнитена сквозь выпуклое оконное стекло, со стороны которого и возникала некоторая доля каких-то угрожающе-потрескивающих шумов. Все здание было напичкано сложным электронным оборудованием: кислородными датчиками, охранными видоанализаторами, невидимыми световыми лучами, реагирующими на опасное сближение посторонних космических объектов с поверхностью астероида, а также интеллектуальной расчетной машиной для определения их траекторий движения. За продолговатым столом для обслуживания посетителей находился безмолвный антропоморфный робот, который тихо шелестел своими мягкими, вращающимися во всех направлениях щеточками для очистки разнообразных материалов и поверхностей; он слабо побрякивал тарелками и увесистыми гранеными стаканами, покрытыми слабо заметным слоем пыли, тщательно протирая и будто бы полируя их со всех сторон.
- Ну и что мне делать? Куда вы пропали? - нерешительно, но достаточно громко выкрикнул Геон, при этом раздраженно всплеснув руками.
Потом он еще и еще раз спросил, перефразировав вопрос, однако никакого ответа так и не последовало. В ресторанном зале по-прежнему было тихо, невыносимо одиноко и слишком спокойно. Геон не выдержал и наконец-то решил подняться наверх. Внезапно его пульс участился, а ноги начали заплетаться, словно кто-то набил их плотным слоем ваты. Оказавшись в узком коридоре с несколькими плотно запертыми дверьми, он осторожно поплелся вперед. Вскоре обнаружилась едва сдвинутая внутрь стены дверь.
- Гера? Лют? Что случилось? - бесцветным голосом выдавил он, но никто не ответил.
Пытаясь подобрать для себя очередное разумное объяснение всему происходящему, Геон уже не мог думать о каком бы то ни было розыгрыше со стороны пригласивших его сюда. Он коснулся металлической ручки и мгновенно ощутил на кончиках своих пальцев сильное покалывание - как от жгучего холода. Дверное полотно медленно откатилось в сторону, и Геон неспешно вошел внутрь слабо освещенного пространства.
Здесь никого не было, однако его взору предстали две странные вытянутые тени, неподвижно лежащие на полу. Ровными черными линиями они тянулись против блеклого света от одного края комнаты к противоположному. Геон оцепенел от ужаса и тут же ощутил внутри своего тела леденящий озноб. Рассудок растерянного гостя помутился от внезапно подступившего первобытного страха перед неизведанным. Тень от торшера у стены стелилась по дощатой поверхности пола навстречу бледному солнечному свету. Молодой человек попятился назад к выходу, но споткнувшись об опрокинутый журнальный стол, повалился на бок. Боли от падения совсем никакой не было. Геон явственно ощущал, что лежит на чем-то мягком: под ним находилось несколько разбросанных вещей из высокого шкафа, стеклянная дверца которого была наполовину открыта. Опешивший мужчина попытался приподняться, но вдруг обнаружил, что не может этого сделать: левая рука совсем не слушалась. Не задумываясь, Геон машинально повернул голову в сторону, чтобы прояснить причину такой странной ограниченности в движении. Оказалось, что рука его была почти что наполовину затянута какой-то субстанцией в виде непроницаемой тьмы. Эта странное явление неизвестной природы, подобно черной дыре вытягивало из прохладного опустелого помещения жалкие остатки слабого света, имевшегося здесь. Со стороны опрокинутого стола, наперекор холодным солнечным лучам расползалось второе угольно-черное теневое отражение. Правая нога несчастного находилась меньше чем в полуметре от этого аномального явления. Черное леденящее пятно на его левой руке медленно поднималась все выше и выше: от предплечья - к плечу, а затем, от надплечья - к шее.
В этот момент Геон Гринт в ужасе осознал, что столкнулся с чем-то невероятно опасным, с тем, что несомненно является угрозой его физическому существованию. Изо всех сил он попытался высвободиться, но снова и снова ничего не получалось: собственное тело уже не подчинялось ему. На мгновение в сознании обездвиженного промелькнул образ Геры Грэтхен, и он тут же вспомнил по какой причине оказался здесь, а потому решил полностью отказаться от какого-либо сопротивления. Лежа на спине, он даже решил немного сдвинуть левую ногу в сторону, подставив ее тем самым под мрачное и холодное теневое отражение.
Тень медленно растекалась по полу и, подобно хищному зверю, подбиралась все ближе и ближе к непрошеному гостью. Еще несколько коротких мгновений и обездвиженное тело несчастного окончательно сковал стылый, мертвенный холод, а его остекленевший и безжизненный взор безжалостно поглотил мрачный непроглядный туман. Все предметы интерьера комнаты поплыли у него на глазах, они растеклись в разные стороны, словно восковые свечи, превращаясь в бесформенные белесые пятна.
Настал период полубессознательного состояния. Казалось, эта безмятежность длилась не один десяток минут, и все вокруг было подобным туманному сновидению. Трудно, почти что невозможно было понять где вымышленное, а где настоящее, и смысл всего происходящего куда-то ускользал. Но вскоре полузабытье стало мало-помалу отступать, и разум молодого человека начал возвращаться из тревожных грез в реальность. Геону наконец-то удалось разомкнуть онемевшие веки и кое-как привести в порядок мысли, пребывавшие до этого в хаосе. Неподалеку от себя он заприметил два туманных силуэта. Они неспешно приближались, и он испугался. Первая фигура была высокой, а вторая - немного ниже ростом. Геон Гринт напряженно прищурился, его зрение кое-как сфокусировалось, и он узнал в туманных очертаниях знакомых ему людей. Это был Лют Алгой и Гера Грэтхен. Они помогли ему подняться на ноги и стряхнуть пыль с одежды.
- Ты как, в порядке?
Геон неуверенно кивнул. Он все-еще дрожал от озноба. В этот момент ему казалось, будто каким-то чудом его выбросило на берег из стремительного потока ледяной реки.
- Не волнуйся, - Гера нежно дотронулась до плеча друга, - онемение и озноб скоро пройдут. - Она хотела подбодрить его, смутно догадываясь о том, что он тяжелее всех перенес это необыкновенное перемещение. - Как видишь, это не выдумка, - негромко добавила она.
Геон неуверенно стоял на ногах, слабо пошатываясь и растерянно озираясь по сторонам. Многое вокруг казалось ему знакомым, однако антураж новой местности все-же имел довольно сильные отличия: на месте приземистого здания ресторанного заведения, чем-то отдаленно напоминавшего древний зиккурат, находилось ветхое строение с облупленными стенами какого-то автобусного вокзала, вокруг которого плотным кольцом высились стройные деревья с пышной осенней листвой. Над головами очутившихся здесь, в этом удивительном и странном месте, светилось прозрачное черно-голубое небо. А космическая глыба, на которой они находились, как и прежде продолжала неторопливо скользить по своей непредсказуемой траектории, двигаясь в гуще себе подобных астероидных камней.
- Где мы? - опомнившись, устало поинтересовался Геон Гринт.
- Ты не поверишь, но абсолютно на том же самом месте, где и были до этого, - пояснил Лют Алгой. - Я не знаю, каким образом это возможно, - он растерянно дотронулся до своего затылка, - но это именно то, о чем мы тебе говорили. Как видишь здесь присутствует и атмосфера, и деревья, и даже ветер. - Лют подозрительно сощурился и пристально посмотрел в сторону обветшалого здания и добавил: - Не понимаю откуда оно здесь взялось?
- Это похоже на настоящий полтергейст, - тихо прошептал Геон и слегка откашлялся из-за попавшей в дыхательные пути пыли. - Не думал, что когда-нибудь столкнусь с этим в своей жизни.
- Ты взял нейропарализатор? - спросил Лют.
- Кажется, да. - Геон принялся ощупывать внутреннюю часть своего пальто, но ничего там не обнаружил. - Он был у меня в кармане, - раздосадовано пробормотал он. - Похоже, что он выпал при падении, когда я отправился на ваши поиски.
- Ладно, не страшно. - Лют показал ручку нейронного парализатора, спрятанного под своей рубашкой.
- Надеюсь, он тебе не понадобится, - насмешливо заявила Гера.
- Я тоже, очень на это надеюсь... Идем.
Спустя некоторое время, пока они осматривались в новой и незнакомой для себя местности, расхаживая по территории заброшенного автовокзала, в высоком дверном проеме старого здания, показались неопределенные очертания высокой человеческой фигуры. Увидев ее, все трое растерянно застыли на месте.
- Мне очень приятно вас снова здесь видеть, - со стороны неопределенных очертаний неизвестного послышался его низкий и спокойный голос. - Рад знакомству с вами, мистер Гринт. - Двух с половиной метровая человеческая фигура слегка пригнулась и вышла из под полуобвалившейся притолоки дверного проема.
Геон же, не вполне понимая происходящее, робкими и короткими шажками все же решил подойти немного ближе, чтобы лучше разглядеть незнакомца.
- Вы выбрали другое место для нашего перемещения? - осторожно поинтересовалась Гера.
Она внимательно вглядывалась в смутно очерченную фигуру неизвестного, стоявшего перед бледной стеной с обвалившейся штукатуркой. Девушка никак не могла понять, почему же собственные глаза не позволяли ей ясно его видеть?
- Приношу свои извинения за то, что не предупредил вас об этом в прошлый раз, - ответил неизвестный. - Дело в том, что ингрессивная тень обычно возникает совершенно спонтанно, но всегда в нужное время и в нужном месте. Такова особенность этого явления. Наверняка у вас накопилось ко мне множество вопросов?
Высокорослый человек направился в сторону старого, неприглядного кресла, которое стояло в нескольких метрах перед фронтальной стеной здания, прямо под широким прямоугольным окном с выбитыми стеклами. Тяжелый волнистый плащ с широким остроконечным капюшоном, ниспадающий с его тонких плеч, слабо колыхался в такт размеренных и грациозных движений неизвестного. В кромешной и будто бы многослойной тьме его головного убора едва проглядывались изящные и строгие очертания продолговатого лица с бледноватого оттенка кожей, а так же длинные и прямые волосы пепельного цвета, немного вьющиеся на концах.
- Как к вам можно обращаться? - робко спросил Лют Алгой, не отрывая глаз от странного обитателя здешней местности.
Высокий человек ответил не сразу. Со стороны казалось, будто он едва призадумался, слабо склонив голову. При этом бледные очертания его строгого лица полностью скрылись в сумраке темного капюшона. А спустя непродолжительную паузу вновь послышался его низкий и проникновенный голос:
- Мое имя Сцион. Однако некоторые, кто когда-то нуждался в моей помощи, называют меня Экзархом.
Трое озадаченно между собой переглянулись.
- Какую работу вы хотели предложить нам? - негромко уточнил Лют Алгой, очевидно, побоявшись произнести имя представившегося. - Можем ли мы отказаться, если она окажется нам не под силу?
- Отказаться? Конечно же, возможно, но тогда и воспоминания об этом посещении будут стерты из памяти того, кто пожелает это сделать, - недвусмысленно пояснил Экзарх, после чего сражу же добавил: - Надеюсь вас устраивает сумма вознаграждения?
- Это для каждого или на троих? - Гера скромно улыбнулась, спрятав руки в карманы пальто.
- Каждому, - спокойно пояснил Экзарх Сцион, сидя неподвижно в кресле.
- Могу ли я что-нибудь узнать о бывшем владельце того здания, что находится на поверхности этого астероида? - более решительным тоном поинтересовался Лют Алгой. - Дело в том, что он показался мне весьма странным. Я хотел бы расспросить его кое о чем, но он куда-то пропал. Не возникнет ли у меня в ближайшем будущем проблем с законом?
- Что касается мистера Тарфа и вашей с ним сделки... - задумчиво протянул Экзарх, и его речь неожиданно прервалась. Из слепящей тьмы широкого капюшона, в сторону стоящих на привокзальной площади, сверкнул его умиротворенный и проницательный взгляд. А после короткой паузы он многозначительно добавил: - Это было его последним заданием.
Лют Алгой разочарованно вздохнул, ощутив себя невольным участником какого-то фантастического заговора, всего-лишь пешкой в чьих-то руках.
- Интересно, какому количеству потенциальных покупателей мистеру Тарфу пришлось отказать, прежде чем я встретился с ним? - нервно улыбаясь, задал он провокационный вопрос, не смея при этом поднять своих глаз.
- Почему вы так уверены в том, что это произошло именно таким образом? - удивился Экзарх.
- Что если бы я сообщил обо всем в СКБ? - разочарованно вопросил Лют.
- Как не трудно догадаться, они ничего бы здесь не обнаружили, а к вам были бы серьезные вопросы, - сообщил Экзарх и туманно прибавил: - Я усомнился бы в верности предназначения, и совершившееся для вас превратилось бы в нелепый фарс.
В этот момент Гера резко одернула своего несдержанного приятеля за руку. Он вопросительно покосился на нее и понял, что необходимо быть осторожнее в проявлении подобного рода спонтанных и необдуманных эмоций.
- Сцион, пожалуйста расскажите нам о работе? - обратилась Гера к неподвижно сидящему в кресле.
Экзарх молчал. Лишь изредка легкий ветерок нерешительно колыхал его длинные тонкие волосы пепельного цвета, скрывающиеся под темным капюшоном. Высоко в небе, за пределами атмосферы блуждающего астероида, неспешно скользили тысячи подобных космических объектов. Пробиваясь сквозь них, золотистым лучам солнечного света с переменным успехом удавалось освещать поверхность этой серой бесформенной глыбы, бесцельно парящей в пустоте. Слепящий солнечный диск то скрывался за густыми пыльными облаками, то вновь показывался из-за них. Легким жестом длинной и тонкой руки Экзарх пригласил троих подойти ближе. Когда же они неуверенно подступили к нему, то он вновь заговорил:
- Работа, которую я предлагаю вам, заключается в наблюдении за орбитальной станцией «Антополь J-108», а так же за наиболее частыми ее посетителями. Необходимо собрать как можно больше информации о том, что происходит за стенами этого объекта, а затем поведать обо всем мне.
- Интересно, с чем же связана необходимость в подобного рода шпионаже? - задумчиво протянул Геон, сидя на большом автобусном колесе и разглядывая перед собой старые автомобильные запчасти, беспорядочно разбросанные по земле.
- Ваше опасение вполне разумно, мистер Гринт, - отозвался Экзарх, и во тьме широкого капюшона промелькнули строгие очертания его морщинистого лица. - Однако, прежде чем задаваться ненужными вопросами, предлагаю кое-что прояснить для вас. - На правой руке Экзарха внезапно появилась небольшая бесформенная тень, и он сразу же закрыл ее краем своего плаща. Его продолговатое, трудноразличимое лицо еще глубже скрылось в темноте остроконечного капюшона. - Насколько вам хорошо известно, - продолжил Экзарх, - ни один космолет из вашего мира, даже самый совершенный и быстрый, никогда не сможет преодолеть незримых границ звездной системы и оказаться в межзвездном пространстве; и далеко неспроста, поскольку это является своего рода ограничением, искусственным, конечно же. Впрочем, как и то, что человечество, даже спустя многие тысячелетия эволюционного развития, может лишь беспомощно гадать о существовании далеких звездных миров с населяющими их разумными существами. Эти, а также несколько других ограничений были специально заложены в ваш мир, ради обеспечения безопасности существования всего человечества, ради благоприятной жизни и развития. - Экзарх тихо вздохнул и наверное посмотрел в небо, поскольку его голова под сильно затененным головным убором едва приподнялась вверх. - На самом деле, конечно же, существуют и звездные миры, и разумные существа, населяющие их, - продолжал он. - Вы удивитесь, но большинство сознательных и мыслящих существ среди них - это люди. Они очень похожи на вас, но имеют ряд отличительных особенностей, которые в основном сводятся к их росту, то есть к физическим размерам. Попросту говоря большинство обитателей иных звездных миров гораздо выше вас ростом. Но, конечно, существуют и те, кто намного ниже. Представитель одного из таких миров, сейчас находится перед вами.
Сказав это, Экзарх замолчал и погрузился в какие-то глубокие и непостижимые размышления. Над песком, покрывающим потрескавшийся асфальт, пронеслось несколько красно-желтых сухих листьев, переливающихся в теплых лучах солнечного света. Высокие раскидистые вязы непроницаемой стеной почти вплотную стояли друг к другу, словно желая скрыть за своими толстыми шершавыми стволами секретные двери, ведущие к постижению древних и сокровенных тайн мироздания.
- Дело в том, - вскоре продолжил Экзарх, опомнившись от легкого забытья, - что сначала люди, а затем и остальные живые существа, обитающие в далеких звездных мирах, однажды стали бесследно пропадать. Мы, уцелевшие и оставшиеся в живых, долго пытались понять природу происходящего и достигли определенных успехов в этом деле. Однако причины исчезновения людей в других областях Млечного Пути, для нас так и остались весьма туманными, не разгаданными до конца. - Необыкновенное повествование Экзарха вновь неожиданно прервалось. Он обратил внимание на кисть своей правой руки, затянутой черным теневым пятном и тихо вздохнул.
- Вы говорите о целых секторах галактики? - осторожно осведомился Геон. - Насколько я понимаю, это же колоссальное количество звезд, распределенные по необъятному космическому пространству.
- Все верно, - подтвердил Экзарх, - все миры разделены между собой глубокой непреодолимой пропастью в сотни и тысячи световых лет.
- В нашей галактике около четырех сот миллиардов звезд, - воодушевленно подхватила Гера, - а может и больше, никто точно не знает. При таких условиях должно существовать, как минимум несколько десятков различных цивилизаций, если, конечно, на формирование разумной жизни на других планетах уходит столько же времени, как и на Земле.
- На самом деле их было несколько сотен, - непринужденно пояснил Экзарх.
- Было? А куда они делись? - изумилась Гера, не веря услышанному. Экзарх таинственно молчал. В этот момент любознательная девушка вспомнила о гигантских космических телескопах, направленных в неисследимые дали космоса в поисках существования разумных форм жизни. - Это просто невероятно! - тяжело вздохнула она, а про себя подумала: «Неужели по этой причине они не позволяют нам наблюдать за отголосками их прошлого? Если это правда, то как же это происходит, каким образом им удается водить нас за нос?»
Сидящий в кресле едва отклонился в сторону, взглянув на кисть правой руки, а потом спокойно сказал:
- Похоже, нечто подобное начинает происходить и здесь, в вашем мире.
Солнечный свет скрылся за очередным пылевым облаком, и песчаную поверхность астероида накрыло серой тенью.
- Значит мы должны спасти человечество? - дрожащим голосом недовольно проскрипел Лют Алгой. - Прямо, как в старых фантастических фильмах. - Он улыбчиво озирался на лица своих недавних знакомых, непременно полагая встретить в них понимание и поддержку.
- Лично вам спасать никого не потребуется, мистер Алгой, - спокойным тоном пояснил Экзарх. - От вас может потребоваться лишь выполнить простую работу, если, конечно, вы согласитесь. Спасать мир будут другие. Ваша задача - собрать немного информации о бесследном исчезновении людей и передать ее мне.
- Если вы из другого мира, который существенно опережает наш во всем, то почему бы вам самим не решить эту проблему, без нашей помощи? - спросил Лют, нервно покручивая блестящее колечко на своем пальце. - Тем более вам уже приходилось сталкиваться с подобными явлениями там, откуда вы прибыли.
- Если сказать очень коротко, но при этом доступно и ясно, - проговорил Экзарх, - то степень нашего вмешательства в иные миры весьма условна и сильно ограниченна.
Геон и Лют озадаченно переглянулись.
- Это искусственное или естественное ограничение? - уточнил Геон, что-то вырисовывая на песке сухой веткой.
- Скорее это особые правила, по которым взаимодействуют различные миры между собой. Они носят естественную и лишь отчасти искусственную природу, - туманно пояснил Экзарх, а затем добавил: - Вы задаете верные вопросы, мистер Гринт.
- Очень интересно, - Гера устало дотронулась ладонью до своего внезапно похолодевшего лба, - значит наверняка существует и четкое разделение между населяющими каждый из этих неведомых нам миров: одни принадлежат к светлой стороне, а другие относят себя ко тьме. Что если неблагожелательно настроенные существа из одной области галактики, если мои рассуждения верны, были как-то причастны к исчезновению людей в других мирах? - Сощурившись от слепящего солнечного света, Гера мечтательно взглянула на черно-синее звездное небо, на половину затянутое пылевыми облаками и астероидами.
- На самом деле все гораздо сложнее, - неопределенно и весьма размыто отозвался Экзарх, - хотя в целом ваши нетривиальные умозаключения очень близки к истине.
- Значит кто-то нарушил правила, по которым функционирует мироздание, и поэтому стали пропадать люди? - предположил Геон.
- Это не совсем так. Правила, о которых идет речь, можно сравнить с жесткими ограничениями, заданными внутри ваших мыслящих машин. Обойти их, насколько мне известно, попросту невозможно, поскольку по своей фундаментальности они равнозначны неизменяемым природным законам. Когда одна чаша весов склоняется в ту или иную сторону, происходит естественное проникновение одного мира в другой, точнее сказать между мирами возникают взаимное притяжение, тесные связи. Каждая из условных сторон, о которых только что рассуждала мисс Грэтхен, связана невидимыми нитями судьбы со множеством иных обитаемых миров. Но в какую именно сторону качнется маятник, зависит только от самого человека. Понимаете о чем я говорю?
- Вы говорите о законе причины и следствия? - неловко предположил Лют Алгой.
- Возможно, но скорее это похоже на притягивание друг к другу объектов со схожими свойствами, - уточнил Экзарх. - Если выразиться еще более конкретнее, то речь идет о привлекательности.
- Привлекательности? - удивилась Гера, подозрительно покосившись в сторону Экзарха. - Что это значит?
- Все существа, населяющие видимые и невидимые миры, делятся на несколько крупных галактических и межгалактических Союзов, каждый из которых отражает тот или иной аспект или сторону Великого Вселенского Бессознательного. Существуют три основных Союза: Безымянные, Нейтральные и Непреходящие или Вечные. Тот, кто говорит сейчас с вами относится к Союзу Безымянных. У каждой из сторон существуют свои представления о жизни, о способе существования во внешних и скрытых мирах, и о том, что правильно, а что нет - это если очень коротко и ясно, хотя на самом деле все несколько сложнее. Союзы находятся в постоянной, непримиримой борьбе между собой, пытаясь привлечь или склонить на свою сторону, как можно больше людей и других разумных существ.
Лют провел дрожащей рукой по своему лицу.
- Вы хотите сказать, - терпким голосом выговорила Гера Грэтхен, - что исчезновения целых звездных миров было связано с тем, что их обитатели чем-то прельстились? Почему? Что они сделали?
- Многие из них основательно запутались, в результате чего у них совсем не осталось времени на то, чтобы самостоятельно изменить свою судьбу.
- Это произошло потому, что с другой стороны им предложили что-то более привлекательное? - Геон поднял голову, оторвавшись от своего бесполезного занятия - рисования на песке.
- Верно, мистер Гринт. Однако происходило это с помощью весьма хитрых и изощренных методов. Вы должны понять меня правильно, те из нас, кто следует подлинной разумности, не считают убеждения противоположной стороны привлекательными - это лишь обман, а сами они - проводники настоящего зла и разрушения.
Наступила глубокая и напряженная пауза. Все трое внимательно выслушав Экзарха, продолжали размышлять над его невероятным повествованием. Новая информация с большим трудом поддавалась осмыслению и принятию.
- Я должен вас предупредить, - вскоре продолжил Экзарх, - если откажетесь от моего предложения, что вполне естественно и нормально, то навсегда забудете о нашем разговоре, и об это месте.
- Что, сотрете нам память? - разочарованно усмехнулась Гера.
- Нет, скорее это можно назвать блокировкой воспоминаний. Вся полученная вами здесь информация перейдет на подсознательный уровень. Вы будете воспринимать ее лишь фрагментарно, подобно воспоминаниям о давно забытых сновидениях.
- Заранее прошу прощения за странный вопрос, - робко проговорила девушка, - но по какой причине неведомая угроза нависла именно над нашим миром? Нам ведь давно удалось победить войны, насилие и жестокость.
В этот момент всем показалось, что на лице Экзарха проступила едва заметная, снисходительная улыбка.
- Конверсионные комнаты? - неожиданно спросил он.
- Что? - удивилась Гера.
- Вы считаете, что ваше достижение по контролю за человеческим поведением существует лишь в вашем мире?
Гера растеряно уставилась на неподвижно сидящего в кресле.
- Это не контроль, а добровольная корректировка психоэмоционального состояния, - словно бы протестуя, уверенно парировала Гера. - Неужели мы не единственные, кто освоил эту технологию? Или же нечто подобное существует и там, на других планетах, в других мирах?
- Конечно, но в более совершенных формах.
- А как они выглядят?
- В виде небольших искусственных светил, излучающие благотворное сияние на огромные расстояния и находящиеся на орбитах планет.
- Невероятно, - изумилась Гера, закинув голову наверх и очарованно разглядывая тусклые звезды. Там, высоко в небе, среди несчетного количества космических глыб, она увидела одинокую карликовую планету, мерцающую тусклым светом. - Просто поразительно.
- На самом деле, - низким бархатистым голосом, продолжал Экзарх Сцион, - это не единственный и далеко не самый совершенный метод. Есть множество иных способов благотворного воздействия на мозговые волны сознательных существ.
- Что например? Может одежда? Можно устанавливать облучатели в одежду. Или... может быть... - глубоко задумавшись, сбивчиво протянула Гера.
- Ничего подобного, - спокойно возразил Экзарх. - Этот метод абсолютно естественен и напрямую связан со свободным произволением человека. Для этого совершенно не требуются какие-либо технические ухищрения, а так же нет никакого контроля и принуждения со стороны.
- О чем вы говорите? - Лют Алгой недоверчиво воззрился на высокорослого человека, пришедшего из иного мира. - Разве существуют способы воздействия более эффективные, нежели конверсионное излучение?
- Конечно. Но для начала вы должны понять, что находится в основе всего мироздания, - Экзарх беззвучно вздохнул и опустил голову, будто то, что он сейчас будет говорить потребует от него определенных усилий. - Существует фундаментальная и основополагающая субстанция, лежащая в основе всего существующего, - загадочным и почти что благоговейным голосом проговорил он. - Мы называем ее Изначальным Субстратом или Ризомой - это самое таинственное и непостижимое вещество всех видимых и невидимых миров. Его свойства не поддаются рациональному осмыслению. С одной стороны оно может проявлять себя, как вполне материальное вещество, имеющее вес, цвет, запах и даже вкус, а с другой - может становиться абсолютно невещественным, без каких-либо четко выраженных признаков, свойств и атрибутов. Ризома проистекает из неисследимых глубин Вселенского Бессознательного и является отражением его сокровенной природы - Бесконечности. То самое излучение, которое вы так широко освоили и используете в своей повседневной жизни, является лишь производной Ризомы, следствием ее распада и последующих трансформаций. Большинство обитателей далеких звездных миров давно поняли это и научились обходиться без технических средств.
- Как же это происходит? - не сдержавшись и определенно находясь под глубоким впечатлением, трепетно вопросила Гера Грэтхен.
- Это происходило. Когда-то очень и очень давно, - осторожно поправил ее Экзарх. - Суть метода заключалась в созерцании - внимательном и напряженном наблюдении за весьма специфическими и редкими астрономическими объектами во Вселенной - Фосфенами. В результате чего в организме наблюдателя происходило образование, а затем и накопление Ризомы. Одна лишь незначительная с виду капля этого вещества способна сравниться с эффектом от пребывания в конверсионной комнате на протяжении пяти или даже десяти часов. Каждый день обитатели этих дивных миров выходили на свои небесные террасы и молча устремляли взоры к мерцающим в небе точкам, некоторые из которых являлись настоящими Фосфенами, а не какими-то звездами. Лица их покрывались светом и сияли, словно багровое зарево, а руки, когда прикасались к телам умерших, способны были возвращать их к жизни.
- Этого не может быть, - тихо прошептала Гера.
- Странно, что имея такой уровень развития их все же настигла беда, - пребывая в крайнем изумлении от услышанного, вполголоса прокомментировал Геон.
- Вы правы, мистер Гринт, - согласно кивнул Сцион. - На самом деле произошла величайшая трагедия. К огромному сожалению, этот способ стал недоступен для обитателей этих миров, поскольку Фосфены, необходимые для аккумуляции Ризомы, стали либо куда-то бесследно исчезать, либо попросту утрачивать свои удивительные свойства. А когда это произошло, то жизнь в этих мирах стала медленно угасать. Участились бесследные исчезновения людей, то тут, то там вспыхивали масштабные разрушительные войны, появилось увлечение опасными пороками, множились ужасные физические и моральные отклонения. Угасание каждого из миров в галактике происходило по-своему, ввиду сложных и особенных причин, которые и приводили к катастрофе. Например, огромные железо-каменные города, раскинувшиеся по поверхности гигантских планет, а так же солнечные бастионы и несокрушимые звездные крепости, окутанные неприступным светом, вдруг становились поглощенные «Зеркальным Туманом». Когда же «Зеркальный Туман» рассеивался и отступал, то большинство жителей этих городов, трудноописуемых звездных миров куда-то бесследно исчезали. В других же местах галактики, несмотря на определенные сходства происходящего, все было совершенно по-другому. Поэтому неизвестно, как именно это будет происходить здесь, в вашем мире.
Подул слабый ветер, и речь Экзарха затихла.
- Что это за туман? - осторожно поинтересовался Геон, не поднимая головы.
- Есть сведения, что оказавшиеся внутри этих особых атмосферных явлений, наблюдали множество искаженных и неестественных отражений - миражей или галлюцинаций, - пояснил рослый пришелец из неведомого мира. - Об этом помнят не многие, а лишь те, кто каким-то чудом сохранился в конце, когда туманы эти испарялись. Одни из них сильно повреждались рассудком, другие же либо куда-то пропадали и потом их находили мертвыми, либо же становились совершенно не способными что-либо вспомнить. Даже в подсознании этих несчастных не оставалось никаких полезных воспоминаний. В конце концов мы потеряли контакт и с нашими союзниками. Сначала из внешнего рукава галактики, а после из таких областей, как Киль и Южный Крест.
- Они тоже пропали? - Гера недоуменно всплеснула руками.
Экзарх ничего не ответил, он лишь утвердительно кивнул и тихо вздохнул. Черное теневое пятно на его руке несколько увеличилась и стало будто бы еще гуще. Все трое изумленно переглядывались между собой. Наверняка каждый из них размышлял о том, сможет ли теперь, после всего услышанного, когда-нибудь вернуться к прежней жизни?
Солнце вновь скрылось за очередным космическим пылевым облаком, и легкий ветерок задул с новой силой, поднимая вверх мелкую песчаную пыль и разноцветную осеннюю листву.
Геон по-прежнему неподвижно сидел на каком-то сильно помятом автобусном колесе и безучастно смотрел на землю. Теплый золотистый свет, появившегося в небе солнечного диска, нежно согревал его ссутуленную спину. Кажется, в этот момент он заново осмысливал свою жизнь, которая будто разделилась теперь для него на два периода: до этой невероятной встречи с этим человеком из иного мира, и после. В этот момент Геон размышлял и о заманчивом предложении Экзарха, и о своей повседневной работе, и о том, что ему здесь не место. А может стоит отказаться и продолжить заниматься любимым делом? Например, показывать яркие и запоминающиеся образы из своего собственного воображения, даря таким образом незабываемые впечатления и переживания людям, пришедшим к нему. Однако тут Геон вспомнил об испытываемых им финансовых трудностях: за аренду дома приходилось платить немалую сумму, как и за дорогостоящее, но при этом не самое современное оборудование, взятое в лизинг. Его взгляд потускнел, а лицо скрылось за длинными черными локонами.
- Я согласен, - неожиданно для самого себя выдавил он, а затем перевел тяжелый взгляд с желтого песка на таинственного Экзарха. - Надеюсь, для этого мне не придется отрешиться от настоящей жизни и стать сумасшедшим отшельником?
- Для того чтобы выполнить мое поручение, совсем не обязательно становиться отшельником, - спокойным голосом пояснил Экзарх и смерил находящихся перед ним гостей испытующим взглядом, невидимым для них, полным самообладания, какой-то непостижимой и неотмирной тайны.
- Награда за выполнение поручения составляет один миллион цифровых монет? - скромно уточнила Гера - Как же тогда быть с налоговой службой? Наверняка у них скоро появится к нам немало вопросов?
Несмотря на то, что лицо Экзарха было сокрыто в какой-то необыкновенной и будто бы многослойной тьме, пребывающей внутри его широкого головного убора, каждому из находящихся перед ним почудилось, будто бы он снисходительно взглянул на девушку и слабо при этом улыбнулся.
- Конечно же, это с учетом всех налоговых сборов. Вам не стоит об этом переживать, - утешительно произнес он.
- Миллион цифровых монет - это приличная сумма. Этого вполне хватит, чтобы оплатить все мои займы, - рассуждал вслух Лют Алгой. - А как же в таком случае быть с тенью? - Он неуверенно посмотрел в сторону высокорослого человека, неподвижно сидящего в кресле. Экзарх молчал. - Я имею ввиду... Когда работа будет выполнена... Она ведь исчезнет? - волнительно осведомился Лют.
- Если работа будет выполнена, - осторожно поправила его Гера Грэтхен.
- Об этом не стоит переживать, - безмятежно отозвался Экзарх, - к тому моменту она полностью испарится.
- Как это? Тень испаряется? - Геон вдруг ощутил острое любопытство и заинтересованность этим странным явлением, которое затянуло его в иной мир.
- Это весьма обнадеживает, - облегченно выдохнул Лют и уселся на старое колесо рядом со своим мечтательным и иногда чрезмерно задумчивым приятелем.
- Почему бы вам не поделиться с нами информацией об этом явлении? - осторожно спросил Геон. - Ведь так у нас было бы больше понимания о том, что делать, как правильно действовать...
- У вас еще будет возможность расспросить меня о многом, - умиротворенно произнес Экзарх, обведя невидимым взглядом лица троих, и тихо добавил: - Вам пора возвращаться, но сначала ознакомьтесь с этим...
Каждому из своих гостей он вручил по бумажному конверту, в котором содержалось описание предстоящей работы. Гера быстрее всех вскрыла свой конверт и принялась изучать его содержимое. В тексте, запечатленном на бумажном листе, в общих чертах описывалась суть предлагаемого поручения.
Итак, для начала необходимо было установить наблюдение за космической станцией «Антополь J-108», что находилась на орбите газовой планеты-гиганта, а заодно и за кем-нибудь из ее заядлых посетителей. После этого, по возможности, необходимо было разузнать хоть что-нибудь о руководстве реабилитационного центра, который специализировался на оказании помощи людям с невосприимчивостью к конверсионному излучению и находился там же - на станции. А в завершении выше приведенных инструкций, допускалось ненадолго посетить орбитальную станцию и попасть на прием к какому-нибудь специалисту данной медицинской организации с тем, чтобы попытаться что-нибудь выяснить о бесследном исчезновении людей, когда-то проходивших здесь лечение.
- Разве там не находится «Ренессанс»? - Гера бросила удивленный взгляд на Люта и Геона.
- Это ведь один из самых лучших центров помощи, - обескураженно подтвердил Лют Алгой, - который возвращает людей к нормальной жизни, после различных перенесенных потрясений и заболеваний. Кстати, один из самых продвинутых в своем роде!
- Там трудятся первоклассные специалисты: психотехники, гипнологи... Разве они могут быть причастны к этим исчезновениям? - с томным сомнением рассуждал Геон Гринт, неодобрительно разглядывая свой экземпляр поручения. - Как такое вообще может быть, мы ведь не в двадцать первом веке живем?
- Все может быть, мистер Гринт, - снисходительно отозвался Экзарх. Он выжидающе поглядывал на свою руку: аномальная тень слабо пульсировала, становилась все крупнее и крупнее и неспешно подбираясь к его плечу.
- В какие сроки нам необходимо уложиться? - Геон аккуратно сложил лист бумаги пополам и убрал его во внутренний карман пальто.
- Это на ваше усмотрение, но полагаю, что нескольких дней будет достаточно. - К этому моменту анормальное теневое пятно, почти полностью затянуло руку Экзарха, но он не обращал на нее никакого внимания. Сцион поднялся с кресла и направился в сторону высокого дверного проема. - Нам пора прощаться, - напоследок добавил он, указав на стройные осенние деревья, плотным кольцом стоявшие вокруг привокзальной площади.
Обернувшись, Геон Гринт сразу же заметил, что вопреки физическим законам, пышная красно-оранжевая крона одного из них отбрасывала невероятно черную тень, наперекор солнечному свету. Гера же не обращала на нее никакого внимания. Вместо этого она удивленно поглядывала на хаотически бегущие символы по поверхности своего контактного кольца, изредка постукивая по нему пальцем. Но оно по-прежнему сбоило.
- У меня тоже самое, - подтвердил Геон, подойдя к ней. - Кажется, здесь они абсолютно бесполезны. - Снова посмотрев на неестественное теневое отражение, он боязливо поежился, словно оказался на улице в тридцатиградусный мороз.
В этот момент он живо представлял себе, как нечеловеческий холод сковывает его тело, лишая возможности пошевелиться, а разум проваливается в мрачное полузабытье.
- Во второй раз не так страшно, - неожиданно подбодрил его Лют, заметив неопределенность и обеспокоенность на лице приятеля. - Неприятные ощущения, конечно же, останутся, но они будут гораздо слабее, нежели в первый раз. И холод этот на самом деле не настоящий - тебе просто кажется, что он холодит, а на самом деле это твой разум заставляет тебя в это верить. По крайней мере, я пришел к такому выводу. - Лют кисло улыбнулся и тут же отошел в сторону.
Первой в аномальную тень безбоязненно шагнула Гера, а сразу за ней последовал и Лют Алгой. Геон же по-прежнему стоял на месте и напряженным взглядом смотрел прямо перед собой. На мгновение он обернулся и заметил, как в окнах старого обветшалого здания промелькнул абсолютно черный человеческий силуэт почти трехметровой высоты. «Что это за чертовщина», - испуганно подумал про себя Геон и сделал шаг в перед, навстречу холодной тьме.
Спустя некоторое время все трое: Геон, Гера и Лют вновь находились в привычной обстановке - в гостиничном номере, на втором этаже ресторанного заведения, из которого они исчезли несколько часов назад. Сквозь большое окно комнаты виднелись расплывчатые очертания карликовой планеты, робко выглядывающей из-за густых темно-серых облаков. Геон с трудом поднялся на ноги и принялся устало потирать руками глаза, будто бы он только что проснулся.
- Это было очень похоже на сон, - осипшим голосом проговорил он, с трудом приходя в себя. - Надеюсь, что это все-таки было не массовое помешательство. Геон принялся внимательно осматривать комнату, посреди которой вновь очутился, не до конца веря в только что произошедшее с ним. - Это точно не было галлюцинацией или сном? Голова моя идет кругом от всего, что я сегодня видел...
- А ты к какому варианту больше склоняешься? - непринужденно взглянула на него Гера, приводя прическу в порядок.
- На сегодняшний вечер у меня запланировано два сеанса... Надеюсь я смогу их провести... - Геон выглядел несколько потерянным, будто бы выбитым из своей привычной жизненной колеи.
- Думаю, что смогу уже сегодня побывать на станции, - неожиданно заявил Лют Алгой, расставляя опрокинутые предметы в гостевой комнате по местам. - Для начала попытаюсь разведать обстановку, а затем сообщу вам, что удалось узнать. Но мне так же не помешало бы еще немного все обдумать и привести мысли в порядок. - Лют достал расческу из кармана рубашки и принялся старательно приглаживать свои взлохмаченные волосы на голове. - Надо же, - вяло проговорил он, устремив в потолок отсутствующий взгляд, - прямо сейчас, впрочем, как наверное и тебе, Геон, мне не верится, что все это было с нами на самом деле.
- Надеюсь, ты не жалеешь о том, что это все-таки произошло? - Гера внимательно посмотрела на своего приятеля, не очень довольного этим удивительным путешествием. - Кстати, я могу отправиться на станцию с тобой. - Девушка перебирала вещи в своей сумке и изучающе поглядывала на свое блестящее колечко.
- Совсем забыл, - неожиданно спохватился Лют Алгой, - я обещал забрать Эрика из спортивной школы и сводить его на какой-нибудь увлекательный сеанс. Геон, ты не против, если я приведу своего племянника к тебе?
- Да, конечно, - тихо отозвался тот, рассеянно взглянув на своего товарища, после чего молча вышел из гостиничного номера и быстро спустился вниз.
Гера и Лют обескураженно переглянулись между собой и последовали за ним.
- Ты как? - Лют Алгой по-дружески хлопнул по плечу своего растерянного напарника, оказавшись в просторном зале.
- Нормально, - вяло и как-то снисходительно улыбнулся Геон, - за меня не переживай. - Если хочешь, приводи племянника ко мне на сеанс. Будет интересно, обещаю. Сколько ему?
- Восемь. Мы с Герой навестим орбитальную станцию, а после предлагаю собраться вместе и все обсудить.
- Разумно, - согласился Геон, до глубины души потрясенный недавно пережитыми событиями. - Что ж, успеха нам всем, - туманно прибавил он и бесшумно, словно тень, побрел к выходу.
Межпланетные астроомнибусы находились на прямоугольных посадочных плитах, подключенные к обслуживающим модулям. Над каждым из них сверкал защитный полупрозрачный купол, неуверенно рдея в едва согревающих солнечных лучах алыми и расплывчатыми бликами. А где-то вдалеке, среди монолитных космических глыб и древней космической пыли, неторопливо дрейфовала одинокая карликовая планета, окруженная со всех сторон несчетным количеством мелких, суетливо мерцающих огней, которые исходили от многих сотен и даже тысяч межпланетных кораблей.
Глава №7 (Антополь J-108)
Космическая орбитальная станция «Антополь J-108» безмятежно парила над гигантской газовой планетой, на поверхности которой красовалось огромное красное пятно; в атмосфере планеты свирепствовали затяжные бури, сверкали мрачные и разрушительные вихри. Станция имела внушительные размеры и была похожа на какое-то невиданное медузоподобное существо, затерявшееся в мрачных пучинах космической бездны. Один за другим межпланетные корабли регулярно подбирались к ней, словно пчелы слетающиеся на мед. Когда же они оказывались под широкими витиеватыми пиками, торчащими снизу и похожими на щупальца настоящей медузы, то очень скоро куда-то бесследно пропадали. Рядом кружили яркие голограммы с названием различных заведений, компаний и организаций, расположенных внутри этого космического объекта. Недалеко от станции вертелся хорошо заметный рекламный слоган в виде объемной голограммы: «Мы готовы на все, ради вашего возвращения к полноценной жизни и процветанию! «Ренессанс» - пожалуй лучший реабилитационный центр во всей звездной системе! Мы имеем право гордиться нашими достижениями в оказании помощи людям, страдающим всеми видами рефрактерных расстройств. Здесь всегда рады вас видеть! Мы всегда готовы оказать вам самую лучшую и квалифицированную помощь!». Далее за длинным и ярко горящим текстом тянулись забавные движущиеся изображения, где у двух из пяти милых персонажей вырастают на спине большие ангельские крылья и уносят их высоко в небо, а оставшиеся трое с грустью разбредаются кто куда.
Пассажирский астроомнибус, переливающийся на солнце смазанными серебристыми бликами, остановился и неподвижно застыл в пустом и черном пространстве. За окнами красовалась гигантская планета, затянутая непроницаемыми бледно-красными облаками, на фоне которых виднелись туманные очертания станции «Антополь J-108».
- Давай-ка постараемся определить какое из транспортных средств оказывается здесь чаще остальных, а затем проследим за ним? - предложила Гера, приложившись левым глазом к дальнозоркому монокуляру, похожему на маленький игрушечный калейдоскоп.
Лют Алгой в ответ машинально кивнул, а затем монотонным голосом произнес:
- Я не против... Понаблюдаем еще немного, а после...
- Что после? Неужели отправишь запрос на посадку?
- Я совсем ненадолго. Ну, рассуди сама... - скептически усмехнулся Лют, - если бы это было опасно, то эту контору давно бы закрыли.
Лют Алгой достал из своего рюкзака портативный протограф, наполовину развернул экран и принялся что-то изучать, вчитываясь в мелкий светящийся текст. Спустя некоторое время он отложил устройство в сторону и заявил:
- В общем-то ничего подозрительного ни об этом центре, ни о ком-либо из его сотрудников я не нашел. Складывается вполне закономерное впечатление, что «Ренессанс» обладает безупречной репутацией. Я узнал, что у них существует целый ряд программ и сложных лечебных методик, направленных на улучшение жизни людей, страдающих невосприимчивостью к конверсионному излучению.
- Ну, значит все верно, этого и следовало ожидать, - резонно заключила Гера.
Так же Лют выяснил, что данный центр помощи имел множество подразделений и лечебных кабинетов в разных иноземных городах, и во многом они подчинялись головному офису, расположенному здесь, на станции «Антополь J-108». Наиболее крупное подразделение находилось на Земле, в городе Тронхейм, стоящего на берегу Тронхеймского фьорда - узкого и глубокого залива со скалистыми берегами.
- Мы наблюдаем за ними уже целый час, - недовольно проскрипел Лют, взглянув на контактное кольцо. - Чтобы не тратить время зря, предлагаю все-таки посетить станцию и поговорить с кем-нибудь из заядлых клиентов реабилитационного центра.
- Все же решился, - замешкалась Гера, нервно поправляя свою прическу. - И о чем мы будем говорить...
- Мы?
- Ты же не думаешь, что отправишься туда один?
- Ладно, тебя бесполезно отговаривать, это я уже понял. - Лют убрал протограф обратно в свой рюкзак. - Для начала стоит подробно ознакомиться с программами психологической помощи и расценками, которые они предлагают... Если кто-то из сотрудников организации будет к нам приставать со своими расспросами, скажем что нам требуется время, чтобы все тщательно обдумать и так далее... Объясним, что находимся в поиске подходящего реабилитационного центра. После чего пообещаем обязательно вернуться и быстро свалим оттуда.
- По легенде, мы будем... - смущенно произнесла Гера, внезапно запнувшись.
- Братом и сестрой, - смело предложил Лют. - Уверен, что они не будут считывать абсолютно всю информацию с наших колец. Мы будем братом и сестрой, которые попали в трудную жизненную ситуацию, поэтому нам требуется их помощь. Пойдет?
- Думаю, да! - Гера одобрительно кивнула.
Лют Алгой потянул прямоугольный руль на себя, и астроомнибус плавно сдвинулся с места. Очень быстро судно приблизилось к космической станции и застыло в холодной тьме. Мужчина запросил разрешение на посадку, и спустя мгновение в салоне корабля зазвучал располагающий женский голос диспетчера:
- Приветствую! Насколько я понимаю вы впервые пожаловали к нам?
Гера озадаченно взглянула на Люта, а потом тихим, елейным голосом произнесла:
- Здравствуйте. Вы совершенно правы! Скорее всего нам потребуется помощь ваших специалистов, чтобы вернуться к нормальной жизни.
- Хорошо, я вас поняла. Желаете попасть на первичный прием-консультацию врача-психотехника?
- Мы как раз думаем об этом, но сначала нам хотелось бы немного ознакомиться с вашими методиками и расценками на услуги, - ответила Гера. - Нам удобнее это сделать в очной форме так сказать, нежели просто изучать об этом информацию в Сети.
- Хорошо, ожидайте.
Голос диспетчера затих и в салоне корабля повисла напряженная тишина. Сквозь множественные изогнутые пики орбитальной станции, подсвеченные плотным светом, виднелись бледные серебристо-красные полосы из плотных аммиачных облаков, неспешно скользящих над поверхностью газовой планеты - Юпитера. Все космические объекты созданные человеком, включая огромные жилые станции, грузовые транспортные корабли и многопалубные пассажирские лайнеры, казались лишь детскими игрушками, крохотными и совсем незначительными песчинками на фоне любой из планет Солнечной системы, тем более этой - пятой по удаленности от звезды и по совместительству самой крупной из них. Сотни космических станций, самого разного назначения, размеров и форм, обращались вокруг газовой планеты, удерживаемые мощным гравитационным полем. А растянувшийся на огромные расстояния атмосферный вихрь, представляющий из себя массивное красное пятно, скользящее в рыхлой оболочке Юпитера, был вполне сопоставим по размерам с какой-нибудь не очень большой планетой.
- Мы рады вас принять! - в салоне межпланетного судна наконец-то раздался воодушевленный голос диспетчера орбитальной станции. - Добро пожаловать на «Антополь J-108».
За предоставленное посадочное место Люту пришлось пожертвовать несколькими электронными монетами, после чего астроомнибус скрылся за широкими лентовидными образованиями, составляющими нижнюю часть медузоподобного объекта.
Внутри станции царила располагающая атмосфера уюта и комфорта, заполненная слабым, но все же согревающим солнечным светом. Пространство здесь делилось на несколько наслоенных друг на друга уровней, состоявших из протяженных овальных коридоров с округлыми иллюминационными окнами по бокам, сквозь которые были видны бледные бурлящие облака газового монстра. Вдоль округлых стен тянулись вереницы высоких белоснежных дверей, за которыми скрывались лечебные и консультационные кабинеты разных специалистов. За толстыми стенами и перегородками, ближе к центру орбитальной станции, располагался большой сводчатый зал, в котором по-видимому проводились совещания для сотрудников.
Оказавшись в просторном светлом коридоре, производящим впечатление огромной норы какого-то доисторического червя-переростка, к двоим приблизилась призрачная светло-желто-оранжевая голограмма молодой девушки и радушно поприветствовала новоприбывших гостей:
- Здравствуйте. Мы очень рады видеть вас здесь, - полупрозрачная помощница улыбнулась и окинула взглядом пространство вокруг, - в стенах нашей замечательной организации. Мы оказываем широкий спектр услуг по психологической помощи и поддержке для людей с рефрактерностью. Так вас записать на первичную консультацию или нет?
Голограмма замолчала и уставилась в ожидании ответа на лица только что прибывших. Лют Алгой и Гера Грэтхен настороженно переглянулись. Лют почувствовал себя несколько скованно и неуютно, поэтому спешно расстегнул верхние пуговицы на своей рубашке.
- Большое спасибо за заботу, но все же давайте немного позже, - ответил он сквозь натянутую улыбку. - Для начала мы хотели бы немного осмотреться и побродить по станции, если не возражаете.
- Конечно, как вам будет угодно, - добродушно отозвалась световая проекция. - Как только я понадоблюсь вам, просто произнесите мое имя несколько громче обычного, и я тут же предстану перед вами!
- Как вас зовут? - спросила Гера.
- Мое имя Криста-J108.
- Спасибо, Криста. - Гера смотрела вглубь протяженного коридора, который плавно смещался в левую сторону. - Мы обязательно обратимся к тебе за помощью, как только все обдумаем и примем взвешенное решение.
- Всего вам наилучшего, - воодушевленно произнесла голограмма и бесследно испарилась в воздухе. Появилась она на противоположном конце коридора, и сразу же несколько ее копий озаботилось консультацией новых гостей.
- Твое электронное кольцо может распознавать мысленные сигналы? - спросил Лют у Геры.
- Не знаю, сейчас проверю, - девушка принялась вращать контактное кольцо в разные стороны, разглядывая устройство со всех сторон. Затем она аккуратно сняла его со своего пальца, высматривая номер на внутренней грани, а потом неуверенно заявила: - Кажется да, но я никогда этим раньше не пользовалась: просто не было такой необходимости. - Гера вновь надела кольцо на указательный палец, два с половиной раза провернула его по направлению часовой стрелки, а затем трижды коснулась плоской поверхности. - Сейчас, ты меня слышишь? - мысленно поинтересовалась она, едва шевеля губами.
- Слышу. Идем.
- Будем общаться двумя способами: мысленно и голосом?
- Да, надеюсь этот сигнал никто не сможет отследить, - отчетливо подумал про себя Лют Алгой. - Странно, что этот вид коммуникации вообще здесь доступен.
- Значит им действительно нечего скрывать, - растерянно предположила Гера.
- Я тоже так думаю. Тем не менее давай еще раз обсудим наши действия.
Гера и Лют приблизились к огромному панорамному окну с многослойным затемненным метастеклом и, облокотившись о прохладные высокие поручни, невольно погрузились в легкое и задумчивое созерцание обворожительных бледно-красных облаков газовой планеты. Отраженный от ее дымчатой поверхности солнечный свет широкими и тусклыми полосами светился на умиротворенных лицах двоих, неподвижно стоящих рядом друг с другом; этот блеклый свет так же заполнял собой и некоторую часть пространства внутри космической станции.
- Нужно быть крайне осторожными, - мысленно проговорил Лют, и голос его отчетливо прозвучал в голове у напарницы слева.
- Согласна, но здесь так мило, уютно и спокойно... Мне как-то с трудом верится, что тут могут происходить какие-то странные вещи.
Оглянувшись по сторонам, Лют Алгой мысленно произнес:
- Предлагаю поговорить вон с тем молодым человеком, может быть он сможет нам чем-то помочь, - а затем осторожно указал куда-то вглубь протяженного коридора, наполовину запруженного людьми.
Гера неспешно обернулась. Рядом с одной из белоснежных дверей, сплошной чередой тянущихся вдоль стены овального коридора, стоял молодой человек с растерянным выражением лица, обхватив обеими руками толстую бумажную кипу. Его невзрачные, пугливые и немного отрешенные от реальности глаза скрывались под толстыми линзами больших старомодных очков в светлой пластмассовой оправе. Всякий раз когда он вращал своей головой поверхность выпуклых линз изрядно поблескивала какими-то смазанными и нечеткими бликами. На двери горело информационное табло с крупным текстом: «Отчеты сотрудников. Посторонним вход запрещен».
- Что ж, наверное стоит попробовать, - неохотно согласилась Гера.
Оказавшись рядом с ним, Лют подозрительно прищурился: робкий парнишка был чем-то обеспокоен. «Кажется, он не очень-то рад нас видеть, - подумала Гера. - Наверняка у него много работы, но надеюсь у нас получится выудить из него хоть немного полезной информации».
- Здравствуйте, - Гера приветливо улыбнулась. - Простите, что отвлекаем вас от работы. - Она смерила незнакомца оценивающим взглядом и подошла еще немного ближе. - Можно задать вам пару вопросов?
Нервно переминаясь с ноги на ногу, молодой человек поправил аляповатые очки и настороженно воззрился куда-то вдаль протяженного коридора, что-то или кого-то разглядывая сквозь непрестанно мельтешившие силуэты посетителей станции. Округлые стены продолговатого помещения заливались бледным золотисто-оранжевым светом, отраженным от туманной атмосферы гигантской планеты, а по поверхности пола неустанно скользили вытянутые человеческие тени.
- Здравствуйте. Что вы хотели? - тихим голоском наконец-то отозвался паренек.
- Мы только что прибыли сюда, - незатейливо начал Лют, - чтобы получить помощь здешних специалистов...
- Так что вам мешает это сделать? - неожиданно смело перебил его молодой человек в очках. - Обратитесь за помощью к Кристе, если вы еще этого не сделали. Она вам все расскажет.
- Да, вы правы, - смущенно проронил Лют, - но нам хотелось бы поговорить с кем-нибудь из непосредственных посетителей реабилитационного центра. - С едва заметной скептической ухмылкой, он задумчиво дотронулся до своего щетинистого подбородка, внимательно разглядывая перед собой незадачливого бедолагу. - Я ознакомился с информацией о программах помощи, которую оказывают здесь страждущим от невосприимчивости к излучению.
- Моему брату и мне, - подхватила Гера, печально взглянув на Люта, - нужна помощь. У него бывают периодические приступы беспричинного страха, а у меня проблемы со сном. И все это из-за внутренних глубоко укоренившихся ментальных противоречий и недопонимания. - Гера печально взглянула на робкого незнакомца и грустным тоном добавила: - Именно поэтому мы никак не можем вернуться к нормальной жизни - конверсионное излучение не оказывает на нас положительного воздействия.
Незнакомец смерил пару томным и недоверчивым взглядом, сжав тонкие бесцветные губы, при этом со стороны показалось, будто линзы его очков покрылись слабой испариной. Он неожиданно повернулся к своим собеседникам спиной, подошел к широкому гостевому дивану и положил на его край тяжелую стопку бумажной макулатуры.
- Что вы хотели узнать? - спросил он, стрельнув подозрительным взглядом в неизвестных двоих.
- Как вас зовут? - спросила Гера, добродушно улыбнувшись.
- Меня? Эрий Нокс.
- Очень приятно, я - Гера Грэтхен, а это мой брат - Лют Алгой.
- Здравствуйте. - Нокс учтиво поприветствовал своих собеседников, кивнув головой. На его лице отразилась застенчивая улыбка.
- Дело в том, что у нас не так много времени и средств... Нам просто хотелось бы попасть к лучшему специалисту этого центра, который бы смог наиболее действенными способами оказать нам помощь. Ты можешь кого-нибудь посоветовать?
На лице молодого человека высветилась оживленная снисходительная улыбка, а его глаза засветились неподдельным пониманием и добротой.
- Могу посоветовать вам мистера Дариуса Феба. Он просто замечательный человек и лучший врач-психотехник во всем реабилитационном центре.
- Правда? - изумился Лют, умело сыграв ноту глубокой заинтересованности.
- Конечно, лично я многим обязан ему, в том числе и своей жизнью.
- Извини, что спрашиваю, если не удобно, то, конечно же, можешь, не отвечать, - уклончиво проговорила Гера, - но что именно он для тебя сделал?
Нокс благоговейно возвел глаза вверх и судорожно втянул воздух через свой тонкий нос, что-то при этом припоминая в памяти, а после волнительным голосом сказал:
- Я не обязан распространяться на эти темы... Я лишь могу сказать вам, что после встречи с мистером Дариусом, моя жизнь обрела подлинный смысл... Обратившись к нему вы не пожалеете. Уверен, что он сможет вам помочь.
Наступила небольшая пауза, во время которой Лют и Гера задумчиво смотрели на робкого паренька, раздумывая над его туманной и неопределенной речью. Нокс же по-прежнему застенчиво поглядывал то на своих собеседников, то на толпы людей, расхаживающих по широкому коридору станции, среди которых наверняка было немало и тех, кто оказался здесь впервые. Лют Алгой вспомнил, как в самом начале этого протяженного помещения наблюдал фрагмент высокой цилиндрической стены, за которой скрывался большой конференц-зал. Это было ясно из обыкновенной схемы плана эвакуации, висевшей на ней.
- Послушай, а что вы делаете на общих собраниях? Насколько я понимаю они ведь довольно часто проходят здесь, в этом месте? Разве собрания как-то помогают людям? - непринужденно поинтересовался Лют, стараясь не вызвать ни интонацией своего голоса, ни выражением и мимикой лица излишнего подозрения у зашоренного бедолаги.
После этого вопроса Эрий Нокс будто бы побледнел, но слабая и немного глуповатая улыбка по-прежнему отражалась на его растерянном и невзрачном лице.
- Как бы вам объяснить... - напрягся он, переминаясь с ноги на ногу. - На самом деле, там иногда проходят некоторого рода наставления, для всех желающих. Многим это действительно помогает лучше справиться со своими проблемами.
- Для всех желающих? - осторожно переспросил Лют, убрав руки в карманы.
- Да, - благостно улыбнулся Нокс, - все верно, абсолютно для всех желающих.
- И мы так же можем там побывать? - резонно уточнила Гера.
- Вы? Нет, скорее это относится к тем, кто находится на устойчивой стадии ремиссии.
- Понятно, - кротко кивнул Лют, оценивающим взглядом поглядывая на незатейливого паренька в блестящих очках, на толстых линзах которых вдруг замаячили короткие уведомления.
- Мне пора идти, - невнятным голоском проронил Нокс, развернулся и направился к увесистой стопке с документами. И когда они вновь оказались у него в руках, он поспешно скрыться за дверью, перед которой все это время находился.
- Спасибо тебе за помощь, - едва успела произнести ему вслед Гера.
- Думаю мне стоит немедленно обратиться к мистеру Дариусу Фебу, пока я не сошел с ума, - весело усмехнулся Лют Алгой. - Наш очаровательный эксперт здорово помог нам, верно?
- Не потешайся над ним, просто ему в чем-то не повезло, - устало вздохнула Гера. - Криста, - чуть более громким голосом произнесла она, - мы очень хотели бы попасть на прием к мистеру Фебу.
И сразу же после этих слов перед Герой и Лютом, возникла оранжевая голограмма симпатичной девушки.
- Рада снова вас видеть! - повторно любезно поприветствовала она своих гостей. - Я, конечно же, запишу на прием вас к мистеру Дариусу Фебу, но попасть к нему вы сможете только завтра. Такой вариант вас устроит?
Лют вопросительно взглянул на свою напарницу справа.
- Большое спасибо, Криста, такой вариант нам подходит, - сказал он, бегло оценив время на своем электронном кольце.
- Хорошо! - по светящейся поверхности голограммы очаровательного консультанта прокатилась легкая волнистая рябь, после чего она спешно добавила: - Если у вас нет ко мне больше вопросов, тогда увидимся завтра.
- Еще раз благодарим за помощь, Криста, - доверительно произнесла Гера, и иллюзорная фигура бесследно растворилась в воздухе.
Пара поспешила обратно к посадочным платформам и вскоре оказалась в салоне межпланетного корабля. Астроомнибус медленно поднялся в воздух и устремился в открытый космос. Опознавательные маячки на его гладкой обтекаемой поверхности мерно засверкали, излучая во внешнюю тьму сине-зеленые световые вспышки. Силуэт орбитальной станции «Антополь J-108» становился все меньше и меньше, и совсем скоро ее очертания уже едва проглядывались сквозь толстые окна стремительно мчащегося судна. Астроомнибус погрузился в загадочный спиральный вихрь и моментально скрылся из вида, будто бы его никогда и не существовало в этой области пространства. Внутри корабля стало невыносимо светло, Лют и Гера томительно закрыли руками глаза, при этом ощущая вокруг слабое всепроникающее тепло. Метастекла с небольшим запозданием потемнели, и привычный полумрак вновь заполонил собой все вокруг.
Откинувшись в глубокое кресло, Лют отстраненно наблюдал за скользящими за окном межпланетными кораблями и курьерскими дронами. Астроомнибус медленно развернулся, и за бортом возникли плоские туманные кольца Сатурна. На поверхности спутника окольцованной планеты вскоре показалось небольшое пятнышко, слабо поблескивающее на свету. Мало-помалу оно увеличивалось в размерах, становилось все больше и больше, постепенно превращаясь в полупрозрачную полусферу.
Сквозь заиндевевший купол, стоящий посреди бескрайней ледяной равнины, засветились крохотные огоньки городского транспорта, движущегося плотными скоплениями в разные стороны. Межпланетная навигационная система, управляемая мыслящими фотонными машинами, безошибочно вела астроомнибус в нужном направлении, и вскоре он оказался там, под куполом иноземного города. Космолет ловко перемещался от одного воздушного транспортного потока к другому, умело маневрируя между высотными стеклянными зданиями, которые преломляли своими строгими плоскими гранями искусственный свет энергетических колонн. Астроомнибус ненадолго завис в воздухе над двухэтажным светло-серым домом, в котором временно проживал и работал Геон Гринт, а затем плавно опустился на ближайшую посадочную платформу.
Покинув уютное пассажирское кресло, Гера сразу же накинула на себя пальто с вельветовым воротником: ей показалось, будто снаружи было несколько холоднее обычного. Дом сдержанного платинового оттенка, находился за голографическим забором, мерцающим дымчато-синим светом. Гера и Лют ступили за порог и скрылись за темной стеклянной дверью.
Позади барной стойки, лоснящейся в рассеянном свечении оранжевых потолочных ламп, стоял упитанный молодой человек с взъерошенными на большой голове волосами. Это был Кавин Кальд. Он сразу же показался Люту каким-то слегка неопрятным и неряшливым. Белым бархатным полотенцем Кавин протирал граненый стакан, который попался ему под руку, поглядывая при этом на крупный светящийся под потолком экран.
- Добрый вечер, Кавин! Как идут дела? - приветливо улыбнулась Гера, направляясь к нему навстречу.
- А, Гера, это ты? - Молодой человек в широкой темно-синей безрукавке оторвал глаза от голографического экрана. - Сейчас идет трансляция, и она вот-вот завершится. Поэтому, если ты ищешь Геона, то придется немного подождать. - Он поставил стакан на стол, окинул вошедших ясным пространственным взглядом и негромко спросил: - Не желаете ли чего-нибудь выпить?
- Не откажусь, - согласился Лют и приблизился к барной стойке. - Я Лют Алгой, - протягивая руку Кавину, представился он. - Как хорошо у вас здесь все устроено. - Лют увлеченно огляделся по сторонам и уселся на высокий стул.
- Согласен, - охотно подтвердил хлопотавший за столом Кавин. - Кстати, Геон мне тут недавно рассказывал о вас... Вам принадлежит межпланетная сеть пиццерий?
- Верно, Кавин. Подскажи-ка, Эрик сейчас в комнате? Это мой племянник.
- Сейчас посмотрю. - Кавин коснулся своего электронного кольца, и перед его широким лицом вспыхнул список с именами посетителей, присутствующих на сеансе, после чего он уверенно сообщил, что мальчик был здесь.
- Хорошо, а у вас не найдется для него какого-нибудь занятия, хотя бы на полчаса? - с извиняющимся выражением лица поинтересовался Лют Алгой. - Нам необходимо кое-что обсудить с вашим другом.
- Что-нибудь придумаю, - понимающе кивнул Кавин.
Спустя четверть часа, двери в комнату для ментальных трансляций распахнулись, и зрители один за другим стали покидать сумрачную комнату, жмурясь от света настенных ламп просторного зала. Для большинства из них теперь он казался чрезмерно ярким, режущим глаза. Вскоре в дверном проеме показался и мальчик в красной кепке с рюкзаком, небрежно болтавшимся на его левом плече.
- Ну как? Тебе понравилось? - улыбчиво поинтересовался Лют Алгой, подойдя к нему.
- Неплохо, - кратко отозвался Эрик, определенно еще находясь под впечатлением от увиденного. - Хотя, по всей вероятности, - деловито продолжил он, - это было лучшее из всего, что я видел до этого.
- Неужели?
- Да, - утвердительно кивнул мальчик, - мне очень понравилось, и я хочу здесь бывать почаще. Можно?
- Конечно, как скажешь.
После того, как все гости разошлись, посреди затененного пространства комнаты показался чей-то размытый, слабо движущийся силуэт. Из сумрака вышел темноволосый мужчина в темно-синей водолазке с длинным воротником, черных штанах и светлых спортивных кроссовках. Из под его длинных локонов показались блестящие глаза, которые устало смотрели на присутствующих в зале. Геон облокотился о ближайшую опорную колонну, после чего послышался его тихий голос:
- Ну, как ваши дела? Надеюсь удалось разузнать что-то стоящее?
- Ты в порядке? - заволновалась Гера, разглядывая лицо друга.
- Это всего-лишь побочные эффекты, - небрежно пояснил тот, вытирая влажный лоб рукой. - Наберусь побольше опыта и организм привыкнет... Уже совсем скоро.
- Может быть все обсудим в твоей проекционной? - предложила Гера. - Ты сегодня один? Где же твой напарник...
- Пришлось обходиться собственными силами, - холодно усмехнулся Геон. - Следуйте за мной.
В проекционной комнатке было душно и весьма тесно даже для двоих, не говоря уже о троих. Лют Алгой прихватил с собой недостающий стул и мигом поднялся наверх. Эрик остался в гостевом зале, расположившись на широком диване. Кавин принес мальчику коробку разогретой пиццы и стакан апельсинового сока, а сам осторожно подобрался к едва приоткрытым дверям полутемного помещения для трансляций и стал внимательно прислушиваться к напряженной тишине, царящей внутри.
Глава №8 (Неумелый обман)
Геон лениво приоткрыл глаза, проснувшись рано утром - на целый час раньше обычного - от слабого пучка света; каким-то образом он проник в его комнату, где большую часть времени безраздельно царствовала сумрачная полумгла и тишина. Геон спешно позавтракал и приготовил в дорогу термос с горячим сладким кофе. Щупленький и совсем небольших размеров черно-белый кот сидел на подоконнике и довольно мурлыкал себе под нос, усердно вытирая лапкой лохматую мордашку. На обеденном столе стоял большой прозрачный сосуд с широким горлом, похожий на обыкновенную стеклянную банку для консервирования овощей. Банка была почти что доверху наполнена какой-то жидкой субстанцией зеленоватого оттенка. На дне лежало контактное кольцо, при этом на его плоской поверхности наблюдалось слабое свечение. Геон положил стальной термос в свой рюкзак, доложил сверху еще некоторое количество бутербродов, а затем аккуратно достал электронное устройство из банки с помощью тонкой намагниченной трости. Как только он надел кольцо на палец, с его поверхности послышался громкий монотонный сигнал.
- Слушаю. Что-то случилось?
- Доброе утро, Геон. Нет, все в порядке, - прозвучал голос его напарника Люта Алгой. – Приближаемся к станции. Надеюсь мистер Феб, меня не разочарует, а то я уже начинаю немного нервничать. А как ты поживаешь? Готов навестить их центр на Земле?
Голос Люта звучал уверенно и бодро, однако, насколько показалось Геону, в нем все же ощущалось некое напряжение и неуверенность. Ни он сам, ни Лют, ни Гера, никто из них не имел ни малейшего представления о том, с чем предстоит вскоре столкнуться, что ожидает их будущем. Да и к тому же вопрос о скорейшем возвращении к привычному образу жизни, конечно же, после выполнения этого необычного поручения, сильно волновал некоторых из них.
- Не переживай. Уверен, что у нас все получится, - ободряюще произнес Геон и тут же прибавил, бегло взглянув на светящееся на руке устройство: - Мне уже пора выдвигаться... Свяжусь с вами, как только что-нибудь разузнаю.
- Ладно, - слабо усмехнулся Лют, будто бы не желая мириться со своей обнаруженной слабостью, - я тебя понял. Скоро увидимся. Будь осторожен.
Геон перебросил рюкзак через плечо и направился к своему астроомнибусу, который находился на посадочной платформе прямо перед домом. Усевшись в кресло пилота, он несколько раз скользнул рукой по лобовому метастеклу, в результате чего навигационная система корабля получила новые координаты следования.
Путь на Землю был недолгим и занимал лишь несколько десятков минут, однако очень многое зависело от загруженности транспортных путей, ведущих к космическим аномалиям - трансферным вихрям. Перед ними нередко образовывались многокилометровые заторы из казалось бы несчетного количества межпланетных кораблей: от самых крохотных и весьма незначительных по размерам в виде курьерских дронов и астроомнибусов, до многопалубных лайнеров с сотнями пассажирами на борту и транспортных грузовых межпланетных кораблей.
В этот неподходящий момент, Геон, как назло очутился в самом конце протяженной очереди, скопившейся перед пространственной воронкой. Мерцающая темно-синими языками светового пламени, космическая аномалия неизменно пребывала на одном и том же месте - над плоской поверхностью колец Сатурна. Подбираясь к этому удивительному явлению все ближе и ближе, Геон Гринт постепенно утверждался в мысли о том, что он все-таки еще не сошел с ума. А значит незримый метафизический мир, находящийся рядом с Вселенским Бессознательным и лежащий за границами проявленного бытия, действительно существует, а следовательно и все произошедшее с ним совсем недавно, мало-помалу переставало казаться ему таким уж абсурдным и невероятным.
Геон Гринт завороженными глазами смотрел вдаль, на трудно поддающийся изучению природный феномен, неспешно вращающийся в чернильной пустоте безбрежного космоса. В этот момент он глубоко раздумывал о том, что на самом деле ни одному специалисту в изучении космических явлений, практически ничего доподлинно не было известно об этих таинственных объектах: ни откуда они появились, ни как устроены, ни по какому принципу функционируют. Вполне могло оказаться и так, что трансферные вихри существовали всегда, однако человечеству, по меркам мировой истории, о них стало известно лишь совсем недавно. В процессе своих глубокомысленных раздумий, Геон совсем не заметил, как его астроомнибус погрузился в мглистую бездну, а затем и вовсе исчез, растворившись в мерцающем нечто.
Прошло совсем немного времени, а за окнами межпланетного судна уже отчетливо проглядывалась огромная газовая планета с большим красноватым пятном в своей дымчатой атмосфере. Космолет оказался настолько близко к ее поверхности, что складывалось впечатление, будто он вот-вот камнем рухнет вниз и навсегда пропадет за непроницаемыми бледно-красными облаками, окажется навечно закованным в старые многослойные сети, сотканные из невидимых гравитационных волн. Но, к счастью, этого никак не могло произойти - и все благодаря мощным термоядерным двигателям, а так же особым траекториям полета, которые были специально рассчитаны для судна навигационной системой.
Впереди мерцал очередной трансферный вихрь, и перед ним так же, как и в прошлый раз, находилось огромное скопление межпланетных кораблей, ожидающих разрешительного светосигнала. А в это же самое время, изнутри данного слабо изученного явления, двигался целый сонм транспортных средств, прибывших сюда из совершенно иной и весьма отдаленной области звездной системы. Когда же поток этот иссяк, перед пространственной аномалией спиралеобразной формы загорелся одобряющий сигнал, и многокилометровая очередь наконец-то сдвинулась с места. Серебристый астроомнибус под управлением Геона Гринта приблизился к пугающему темному завихрению и вновь погрузился в его неизведанные пучины.
Где-то там, за бортом корабля, посреди чернильной бездны космоса, показалась голубая планета из первого сектора звездной системы - Земля, окутанная плотными белыми облаками. Очень скоро космолет оказался в верхних областях ее туманной оболочки. Минуя один атмосферный слой за другим, он стремительно погружался в густую облачную пелену, все более и более приближаясь к поверхности планеты. За окнами показались размытые очертания огромного города, а из-за рыхлых белоснежных облаков выглянули гигантские небоскребы, припорошенные сверкающим снегом. Корабль ловко спланировал над одной из стеклянных высоток и опустился на свободную посадочную платформу, расположенную на плоском выступе, где-то на уровне пятидесятого этажа высотного здания. Гермодверь с протяжным электромеханическим гулом распахнулась, Геон спрыгнул на заснеженную поверхность выступа, задул сильный промозглый ветер. С высокого неба, затянутого непроницаемыми светлыми облаками, сыпались крупные снежные хлопья.
Задумчивый молодой человек скрылся за широкой двустворчатой дверью и, оказавшись внутри здания, поднялся на несколько этажей выше. После он направился вперед по широкому, ярко освещенному коридору, проходя мимо различных офисных и торговых помещений, а так же ресторанов и уютных баров с пестрыми рекламными вывесками в виде ярких призрачных голограмм, мерцающих в воздухе, на потолке, стенах и даже на полу. В конце протяженного помещения показался широкий арочный проем, над которым горело большое информационное табло с названием организации, находящейся здесь, а так же расписанием работы некоторых специалистов. Геон прошел дальше и оказался в просторном зале с высоким сводчатым потолком и округлыми стенами.
Здесь было шумно и весьма многолюдно. Геон настороженно поглядывал на подозрительно счастливые, как ему казалось, широко улыбающиеся лица незнакомых людей. В центре зала находилась красочная игровая площадка, вокруг которой резво бегали дети в пластиковых шлемах с игрушечными мечами и пистолетами. Некоторые посетители реабилитационного центра занимались ознакомлением с программами оздоровительных мероприятий на больших голографических стендах, расположенных в воздухе вдоль высоких стен. Другие же либо беззаботно разгуливали по просторному помещению, томительно ожидая своей очереди к тому или иному специалисту, либо же оживленно переговаривались между собой, рассредоточившись по небольшим группам.
Геон Гринт ненадолго остановился, внимательно осмотрелся по сторонам и направился дальше, осторожно протискиваясь сквозь людскую толпу. Очертания его сосредоточенного лица с утонченными угловатыми скулами и острым прямым носом то скрывались, то показывались из-за сумрачной тени от его длинных и черных волос. Проходя мимо высоких дверей лечебных кабинетов, Геон вдруг заприметил молодую женщину в элегантном изумрудном платье, одиноко сидящую на краешке гостевого дивана. На вид ей было около тридцати пяти или может быть тридцати семи лет. Слева от белой двери, возле которой она находилась, горело оранжевое табло с расписанием приема какого-то специалиста по внедрению целебных мыслительных установок, помогающих избавиться от невосприимчивости к конверсионному излучению. Геон подошел к незнакомке. Лицо женщины показалось ему необычайно усталым, изможденным, будто бы потемневшим от печали и горя.
- Здравствуйте, - тактичным и вежливым тоном произнес он, - могу ли я чем-то помочь вам?
Женщина ничего не ответила, она лишь молча прикладывала к своим мокрым от слез щекам батистовый платок, всхлипывая от внутренних переживаний.
- Как вас зовут? - Геон присел рядом.
Длинная светлая челка расстроенной дамы едва отклонилась в сторону. Она неохотно подняла на него свои заплаканные глаза, убрала платок в свою сумочку темно-салатового цвета, после чего, видимо, собравшись с мыслями, наконец-то тихо проговорила:
- Я, Энда Линд.
- Очень приятно, Энда. Меня зовут Геон Гринт. - На лице задумчивого мужчины отразилась сдержанная улыбка. Он стянул со своих рук черные перчатки и убрал их во внутренний карман пальто. - Я прибыл сюда по приглашению, на собеседование. Очень надеюсь получить работу, - мечтательно вздохнул Геон. - Простите, что вмешиваюсь не в свое дело, но скажите чем вы так расстроены?
- Какая вам разница? - Энда бросила на него холодный и усталый взгляд.
- Ошибаетесь, мне совсем не все-равно, - мягко поправил ее Геон. - Я хочу помогать людям... вроде вас, потому и прибыл сюда. - Геон подозрительно покосился на людей, собравшихся в зале. - Энда, можете рассказать мне, что случилось?
- Уходите, вы ничем не сможете мне помочь, - твердым и решительным тоном отрезала женщина, при этом едва сдерживая наворачивающиеся слезы.
- Почему вы так в этом уверены? - не отступал Геон. С деланным пониманием и беспокойством смотрел он на нее, а сам про себя думал о том, как бы поскорее хоть что-нибудь разузнать об людских исчезновениях, происходящих здесь.
- Мой сын… - Энда не выдержала и еще сильнее зарыдала, закрыв лицо руками.
- Прошу вас, постарайтесь успокоиться. Если я пойму, что произошло, то попробую что-нибудь для вас сделать.
- Хорошо, - проговорила опечаленная дама, взяв частичный над собой контроль, а затем тихим голосом добавила: - Нам лучше выйти от сюда. Здесь не стоит об этом говорить. На чем вы прибыли?
- Обыкновенный астроомнибус. Я оставил его на внешней платформе, - пояснил Геон Гринт и, настороженно осматриваясь по сторонам, неспешно поднялся с дивана. - Прошу вас, следуйте за мной. На платформе почти никого нет, там и сможем поговорить, если не возражаете.
- Да, конечно.
Вдвоем они покинули зал ожидания реабилитационного центра «Ренессанс», спустились на несколько этажей ниже, после чего оказались посреди неподвижных межпланетных кораблей и городских гравилетов, которые в несколько рядов следовали друг за другом под открытым зимним небом. Неспешно прогуливаясь между ними, Геон и Энда Линд медленно приближались к межпланетному кораблю прибывшего сюда мужчины. Космолет находился неподалеку от высоких кованных поручней, почти у самого края широкого заснеженного выступа с посадочными платформами. Укутанная в серое драповое пальто несчастная женщина послушно следовала за Геоном, находясь справа от него. С тех пор, как они оказались на свежем и прохладном воздухе, печальное лицо Энды Линд с симметричными благородными чертами и гладкой бледной кожей стало мало-помалу меняться: на нем будто бы появился некий оттенок частичного принятия произошедшего, а так же слабая тень холодного спокойствия и умиротворенности.
- Вы можете продолжить? Что случилось с вашим сыном? - осторожно осведомился Геон, обращаясь к вымотанной горем женщине. Затаив дыхание и изредка поглядывая на свою спутницу, он неспешно ступал по рыхлому и мокрому снегу.
- Мой сын пропал и... - тихо проговорила она и тут же ненадолго запнулась, а затем продолжила: - Скорее всего я уже никогда не увижу его.
Сказав это, Энда Линд опустила голову и тяжело вздохнула.
- Почему вы так решили?
- Мне так объяснили знающие люди - одни очень хорошие знакомые, которые посещают реабилитационный центр уже очень долгое время.
Женщина запрокинула голову вверх и закрыла лицо руками. Она неподвижно стояла на месте и смотрела в высокое светлое небо, равнодушными и безжизненными глазами разглядывая падающий снег. Стылый ветер бережно колыхал ее длинные каштановые волосы.
- Как зовут вашего сына? - Геон искоса заглянул в ее темные блестящие глаза. - Когда это случилось?
- Алан, ему всего двенадцать лет. Это произошло ровно четыре дня назад. Говорят, что у него была сильная вера. Поэтому это и случилось с ним. - Энда Линд перевела свой холодный и сосредоточенный взгляд с безмятежных облаков на озадаченное лицо мужчины, находящегося рядом с ней, после чего достала из внутреннего кармана пальто фотографию сына. - Может быть лучшее, что я могу сделать, так это присоединиться к нему, - грустно заявила она и вновь подставила лицо под падающий снег. На бледном лице Энды заблестели холодные капли. - Но боюсь, что я не достойна этого: у меня нет такой преданности, а самое главное - детской наивной веры.
Геон внимательно слушал убитую горем женщину, осторожно ступая по хрустящему снегу, при этом не вполне понимая о чем же она говорит. Несколько межпланетных кораблей оторвалось от заснеженного выступа и скрылось из вида.
- Я вам искренне сочувствую, но о какой вере идет речь? - уточняюще спросил Геон. На мгновение ему показалось, будто в глазах у него резко потемнело, а виски покрылись ледяной коркой.
- Ну, это будет не просто объяснить, - сквозь неожиданное внутреннее спокойствие и какое-то особое благоговение проговорила Энда, поправляя растрепанные ветром длинные волосы. - Об этом нельзя просто так говорить, - почти шепотом прибавила она. - Дело в том, что существует определенное негласное учение, которые основывается на секретных знаниях и самых передовых научных открытиях, по крайней мере так говорят. Но лично мне об этом известно совсем немного.
- Расскажите пожалуйста подробнее? - с замиранием сердца попросил Геон.
Энда тихо вздохнула и настороженно осмотрелась по сторонам.
- Речь идет о вечной и неизменной жизни, которую якобы можно заполучить, как некий высший дар за верность и преданность учению, - негромко отозвалась Энда Линд, несколько раз покосившись в сторону высоких дверных створок, ведущих внутрь здания.
- Да, но ведь человечеству давно известно о существовании полей коллективного и индивидуального бессознательного, - искренне удивился Геон, начиная, кажется, догадываться о чем идет речь. - Это значит, что после смерти тела, человек сливается с этими полями и его существование таким образом не прекращается. В связи с этим я плохо понимаю для чего нужно это странное учение и та самая вера, о которых вы только что упомянули?
- Эти поля, называемые еще инвективными, на самом деле совсем никак не изучены, - осторожно пояснила Энда. - Помимо их присутствия возле некоторых планет, о них мало что известно. У человечества попросту нет к ним никакого доступа, поэтому и нет никакой возможности их исследования. Вам же наверняка это известно.
- Возможно, вы правы, - задумчиво протянул Геон, - но что же тогда предлагает это учение взамен?
- Вечная жизнь без расставания с физическим телом, и не используя при этом какие-либо известные методы регенерации тканей, - вполголоса объяснила женщина.
- Это весьма занимательная и любопытная теория, - нервно усмехнулся Геон, а про себя подумал: «Какая же дикая и невежественная чушь». - Даже используя регенерацию тканей человеческого организма можно существенно продлить жизнь, - рассуждая вслух, продолжил он, - но от этого никак не получится стать бессмертным. Насколько мне известно, человек практикующий искусственное омоложение, действительно проживет намного дольше положенного срока и будет выглядеть гораздо моложе своих лет, но он отнюдь не бессмертен. Рано или поздно смерть настигнет и его, и произойдет это, как правило, весьма неожиданно. Приблизительно так же обстоят дела и с редактированием генов: это нисколько не приближает того или иного индивидуума к вечной жизни, о которой вы говорите. Тем более, как вам наверняка известно, правительство серьезно ограничивает использование этих технологий и не без оснований, я полагаю.
- Полностью с вами согласна. Я и сама не особо во все это верю, но в последнее время у этой доктрины появляется все больше и больше последователей.
- Тогда чем же оно так привлекательно? - Геон напрочь отказывался всерьез воспринимать услышанное.
- Говорю же вам, - прошептала женщина, - они обещают раскрыть своим верным последователям секрет вечной и непреходящей жизни. И это, как утверждают некоторые, совершенно не искусственные методы омоложения - это что-то принципиально иное.
Геон Гринт опасливо покосился в сторону центрального входа в здание, его взгляд потускнел, а лицо сделалось бледным и невыразительным.
- Кто они? Существуют какие-то таинственные наставники и учителя?
- Что-то вроде того, - негромко отозвалась Энда Линд и обернулась назад.
Среди обледенелых и припорошенных снегом кораблей на посадочной платформе, расположенной вдоль небоскреба, кажется, никого кроме них двоих больше не было.
- Об этом я не смогу вам рассказать подробнее, - продолжила она, - все потому, что не владею такой информацией.
Геон внимательно посмотрел в глаза несчастной женщины и несколько удивленным тоном спросил:
- Разве вы не обращались в полицию или может быть в какое-нибудь приличное детективное агентство?
- Конечно же, я была в полиции, - изумленно подтвердила Энда Линд. - Они сказали, что сделают все возможное, но в данный момент ничем помочь не могут...
- Очень интересно, - задумчиво и грустно вздохнул Геон. - А ваш сын, простите, что снова спрашиваю, где вы его в последний раз видели? Посещал ли он с вами «Ренессанс»?
- Я обращалась за помощью в эту организацию всего-лишь несколько раз. Здесь я познакомилась с замечательными людьми, некоторые из которых стали мне по-настоящему хорошими друзьями. Но я... - вниз по бледной и холодной щеке уставшей женщины, устремилось несколько теплых слезных капель, - я никогда не брала его с собой. Нет, ему это было совершенно не нужно. Последний раз я видела его, когда он отправлялся в школу. Учителя в один голос говорят, что после уроков он сразу же направился домой. В видеоотчете так же содержится запись того, как он сел в школьный гравилет, - женщина жалостливо всхлипнула и добавила: - Однако домой он так и не вернулся.
Энда Линд достала платок из сумки и, вытирая им свои вновь увлажнившиеся глаза, сообщила, что не раз прибегала за помощью к высококлассным детективам, но и это не принесло никакого результата.
- Что ж... Очень сочувствую вам. - Геон быстро приподнял воротник своего пальто, поскольку промозглый зимний ветер вдруг задул с новой силой. - Я постараюсь разузнать о пропаже вашего сына как можно больше, но для этого мне необходимо время. Предлагаю снова встретиться, например через несколько дней и все обсудить. Что скажете?
- Если вы действительно можете хоть чем-то помочь... Я не против.
- Мне потребуется ваш кодовый идентификатор, если вы не возражаете.
Энда Линд одобрительно кивнула, и Геон на мгновение приложил свою ладонь к левой руке женщины, на котором находилось ее коммуникационное устройство. Кольцо Геона дважды сверкнуло ярко-белым светом, единожды издав при этом негромкий монотонный сигнал, после чего он повернулся в сторону множественных транспортных средств, выглядывая свой межпланетный астроомнибус.
- А как же ваша работа? - спокойно осведомилась Энда, поняв что он не намерен больше задерживаться здесь.
Геон несколько смутился от этого неожиданного вопроса, ведь он совсем позабыл о недавно придуманной им истории про устройство на работу в центр ради помощи людям. Убрав руки в карманы, его темно-серые глаза ненадолго опустились вниз, а затем он снова взглянул на Энду Линд и глубокомысленно произнес:
- Видите ли в чем дело, после всего, что вы мне только что рассказали я уже не могу доверять этой организации, пока не выясню хоть что-нибудь вразумительного о пропаже вашего сына.
В этот момент во взгляде удрученной горем женщины промелькнул слабый огонек надежды и веры в некое чудо. Подул холодный ветер. От легкого озноба она поджала голову к плечам, закрываясь рукой от метущего снега.
- Хорошо, я вам верю, - бесцветным голосом непринужденно проговорила она. - Не буду задерживать вас.
Геон Гринт и Энда прогулочным шагом направлялись к межпланетному кораблю.
- Как только я что-нибудь выясню, то непременно свяжусь с вами, - тускло улыбнулся Геон.
- Большое спасибо вам и прощайте, - прозвучал в ответ тихий голосок подрагивающей от холода бледной дамы.
Запрыгнув в салон астроомнибуса, Геон запустил двигатель, и транспортное средство плавно вознеслось над заснеженной посадочной платформой, а затем стало отдаляться от высотного здания в сторону, стремительно набирая высоту. Спустя некоторое время космолет скрылся за плотными облаками, и когда судно находилось на полпути от Луны, в кабине вдруг послышался голос Люта Алгой:
- Привет. Как у тебя дела? Что-то удалось узнать?
Молодой человек, погруженный в свои размышления, стеклянным и бесцветным взглядом смотрел на яркий мерно увеличивающийся лунный диск, никак при этом не реагируя на голос напарника.
- Геон, ты меня слышишь? - из речевого генератора, находящегося где-то в верхней части транспортного средства, в области крыши, снова раздался голос Люта Алгой.
- Прекрасно слышу, - наконец отозвался Геон, едва опомнившись от своего очередного задумчивого ступора. - Кое-что удалось узнать, - продолжил он более внятным и собранным тоном. - Кажется, внутри организации существуют какие-то подпольные группировки, которые основательно промывают людям мозги каким-то диковатым учением.
- Что за учение?
- Они верят, что будут жить вечно.
Астроомнибус все ближе и ближе приближался к яркому и холодному световому пятну, висящему в чернильной пустоте космоса. За окнами космического судна то и дело проскальзывали всевозможные межпланетные корабли, поблескивая тусклым отраженным солнечным светом. Вскоре показался и лунный город. Грифорт, сокрытый под защитным экранирующим хольнитеном, из далека походил на какой-то рождественский сувенир в виде огромного стеклянного шара, наполовину вдавленного в серый грунт. Межпланетные корабли все так же без устали рассекали темное пустое пространство, кружа вокруг него, словно стая диких птиц.
- Все понятно, - мрачно проговорил Лют, после непродолжительной паузы. – У нас ситуация не лучше.
- Вы встречались с Дариусом? - любознательно уточнил Геон.
- Конечно! Этот тип уже умудрился записать нас в ряды своих постоянных клиентов. Он утверждает, что нам с Герой срочно нужна его помощь в виде лечебного гипноза и чего-то там еще.
- А что Гера? Как она себя чувствует?
- Спасибо за беспокойство, Геон, - изнутри звуковой панели с речевым генератором послышался мягкий женский голос. - Со мной все в порядке. Где ты сейчас находишься?
- Возле лунного города. Направляюсь в Анфедон, как и договаривались.
- Тогда до встречи.
Связь прервалась, и астроомнибус в очередной раз быстро скрылся из вида, погрузившись в космический трансферный вихрь, находящийся неподалеку от лунного диска; а спустя считанные мгновения он оказался в нескольких миллионах километрах от своего изначального местонахождения, вынырнув из такой же пространственной аномалии в четвертом секторе звездной системы.
За окнами показалась огромная оранжево-белая газовая планета, на одном из множественных спутников которой и находился крупный иноземный город Анфедон. С управляющей панели раздался звуковой сигнал, означающий то, что навигационная система скорректировала траекторию полета корабля. На поверхности ледяного спутника с каждым последующим мгновением все отчетливее и отчетливее просматривались округлые контуры защитного городского хольнитена. А по прошествии еще некоторого, совсем непродолжительного времени, космолет стремительно выскользнул из городской стены сквозь широкое люверсное отверстие и вскоре оказался в самой нижней части города.
Где-то здесь на окраине жилой платформы находился дом, в котором жила Амата со своим восьмилетним сыном Эриком. Дом показался из-за высотных многогранных зданий, возведенных словно бы из горного хрусталя. Вокруг приземистого домишки светился нефритовый голографический забор, а между двумя оранжереями, в тени высоких лимонных и грушевых деревьев, стоял серебристый астроомнибус Люта Алгой. Невысоко паря над плоской крышей дома, сквозь матовые стекла одной из теплиц Геон заприметил чье-то движение. Из-за стеклянной двери хорошо освещенного и наверняка душного помещения показался чей-то силуэт. Это был Лют. Он поднял голову вверх и резво замахал рукой, указывая своему напарнику направление для посадки. Геон плавно опустил корабль на землю и неспешно выбрался из кабины.
- У тебя усталый вид, - сразу же сообщил Лют, разглядывая лицо своего приятеля.
- Я немного утомился, - признался Геон, тяжело проведя рукой по своему бледноватому лицу, - но это не важно. Давайте-ка лучше скорее все обсудим.
- Идем, - Лют Алгой указал на стеклянную дверь в оранжерею из матового стекла, и они вдвоем тут же скрылись под широкой дугообразной кровлей.
Из двигательных сопл только что прибывшего судна показался горячий то ли дым, то ли пар, который благодаря слабому ветерку едва отклонился в сторону, а затем потух. В центре душного помещения с повышенной влажностью, прямо посреди разномастных пестрых растений стоял невысокий чайный столик со скругленными углами. За ним задумчиво сидела Гера Грэтхен в теплой бордовой кофте, положив голову на руку и неспешно листая какую-то толстенную книгу.
- Чаю? - опомнилась она, завидев приближающегося друга.
- Пожалуй не откажусь, - согласно кивнул Геон и уселся за стол, со скрипом придвинув к себе плетеный стул с высокой спинкой.
- Куда интересно подевалась Амата? - риторически поинтересовался Лют, поглядывая сквозь зеленеющую листву в сторону дома.
- Она, кажется, решила что-то приготовить, - пояснила Гера, перемешивая подсластитель в кружке. - Просила дождаться ее угощения, - добавила она, а затем подлила себе немного кипятка из серого фарфорового чайника.
- Хорошо. - Лют уселся за стол. - Итак, с чего начнем? - спросил он, с многозначительным и серьезным взглядом потирая свой щетинистый подбородок.
- Расскажи о мистере Дариусе Фебе, - предложил Геон.
Лют глубоко вздохнул и до самых краев наполнил свою тяжелую кружку крепким и горячим чаем. Над головами собравшихся, на расстоянии нескольких метров от поверхности оранжереи, скользили пассажирские гравилеты, астроомнибусы и курьерские дроны, рассекая прохладный городской воздух. Лют Алгой сделал несколько маленьких глотков, поставил кружку на стол и заговорил:
- Дариус Феб произвел на меня крайне неприятное впечатление. Дело в том, что он пытался внушить мне то, чего во мне нет и быть не может. А потом предложил дорогостоящее лечение. После общения с ним теперь я готов поверить, что в этой организации применяются методы подавления личности.
- Как он выглядит? - Сидя за столом со сложенными перед собой руками, Геон внимательно смотрел на своего приятеля, полноценного, как ему теперь думалось, напарника.
- Дариус Феб? Ну, плотного телосложения такой... статный и благородный мужчина с длинными каштановыми волосами, седой бородой, модными очками в черной оправе, белой распущенной рубашке, просторных темно-синих брюках и спортивных кроссовках. Очень напоминает какого-то неформала или хиппи из стародавних времен.
- Да уж... - задумчиво протянул Геон Гринт. - И какое же лечение он прописал вам? - Слабая ухмылка блеснула на его изможденном от проведения мыслеобразных трансляций лице, наполовину скрытом за черными локонами.
- Не смейся, - любезно сделал ему замечание Лют, - можем в раз поменяться с тобой местами, если тебя это так забавит. Кстати, ничего на счет наличия какой-то особенной веры он нам не говорил, как впрочем и про вечное существование.
Лют откинулся на спинку стула, озадаченно поглядывая на туманные очертания пролетающего над матовой поверхностью оранжереи городского транспорта.
- Похоже, что у тебя самая интересная история? - метко подметила Гера, взглянув на своего напарника, который в каком-то будто бы полусонном состоянии допивал свой сладкий напиток.
- Думаю, что реабилитационный центр здесь не причем, - предположил Геон, отрешенно разглядывая туманные блики на полупрозрачных стеклах. - У той женщины, которую я встретил, пропал сын. Мы долго разговаривали с ней о произошедшем. Она связывает его исчезновение со скрытой деятельностью последователей какого-то тайного учения. Благодаря какой-то особенной и непоколебимой вере они непременно рассчитывают в будущем получить возможность неизменного существования в своих же собственных телах, никогда при этом не умирая.
- Что за бред? - с брезгливым отвращением хохотнул Лют, отпрянув от созерцания мерцающего потолка.
- Ты в этом уверен? - Геон смерил своего напарника, сидящего напротив, каким-то рассеянным и неопределенным взглядом
- Что ты имеешь ввиду? Она сказала тебе свой номер?
Геон одобрительно кивнул и сложил перед собой руки.
- Да, мы обменялись с ней идентификаторами. Правда не знаю зачем я это сделал. Не уверен, что смогу ей помочь.
Гера вновь наполнила свою кружку горячим чаем, неприметно взглянула в глаза своего друга и тихо спросила:
- Как ее зовут?
- Энда Линд, - расстроенно выдохнул Геон.
- Красивое имя. - Гера опустила глаза, молчаливо разглядывая свою узорчатую ложку.
Внезапно сквозь туманные стекла оранжереи показалось чье-то расплывчатое движение. В помещение вошла Амата в элегантном черном платье с желтой полоской на плече, неся на подносе графин с ароматным грушевым напитком и только что приготовленным ягодно-фруктовым десертом.
- Пробуйте пожалуйста! - словно бы со знанием дела произнесла она, ставя поднос с угощением на стол.
- Разве ты не посидишь с нами? – Лют умоляюще посмотрел на сестру.
- Я бы с радостью, но мне нужно забрать Эрика из школы и успеть сделать кое-какие важные-преважные дела, ты же знаешь.
Уведомив гостей об этом, Амата вскоре покинула оранжерею, и дверь за ней плавно затворилась.
- Вот такая моя старшая сестра: очень рациональный и деловитый человек, - важно подметил Лют Алгой. - Мне еще многому стоит у нее научиться.
- Ммм... Невероятно вкусный десерт, - изумленно проговорила Гера, попробовав кусочек ароматного угощения. - Думаю и мне стоит кое-чему поучиться у твоей сестры. У нее прекрасно выходит готовить, в отличии от меня.
После того, как всем удалось в полной мере оценить изысканный кисло-сладкий вкус ягодно-фруктового блюда, Геон решил вернуться к прежней теме разговора:
- Возможно, нам потребуется отыскать одного из последователей этого учения…
Откуда-то из далека раздался приглушенный скрежет и металлический скрип неожиданно начавшихся ремонтных работ. Специальные строительные машины выполняли плановый ремонт и обслуживание механизмов перемещения между жилыми платформами города, а так же доставляли строительные материалы для возведения новых высотных зданий. Подобные работы выполнялись здесь регулярно, поскольку Анфедон находился в стадии активной застройки. Со временем на месте многих малоэтажных индивидуальных строений, расположенных преимущественно в самых нижних слоях города, возникнут белые многоэтажные здания. Но несмотря на то, что из-за несвоевременных поставок строительных материалов этот процесс сильно затянулся, рано или поздно это все-равно произойдет, и тогда большинство малоэтажных домов окажутся на вершине этих стеклянных высоток - на их плоских и протяженных кровлях с множественными широкими уступами и переходами. Конечно же, это не коснется тех домов, что располагаются на окраине жилых платформ - тут им самое место.
- Может быть в организации проводятся какие-то тайные встречи, мероприятия, собрания? - поинтересовалась Гера. - Если так и есть, и нам удастся туда проникнуть, мы окажемся на шаг ближе к разгадке тайны бесследных исчезновений. Может быть Энда Линд что-нибудь упоминала об этом?
- Если бы это было так, вы бы уже знали, - вяло пояснил Геон и устало взглянул на свое контактное кольцо.
В нескольких метрах от оранжереи показались мерцающие зеленовато-синие огни - какое-то транспортное средство плавно опустилось на землю, прямо напротив полупрозрачного строения. Стеклянная матовая дверь отворилась, и в свете непогашенных ярких огней межпланетного судна показалась чья-то фигура. Она сделала несколько шагов вперед и остановилась. Послышался тихий и спокойный голос:
- Мне не важно, кто вы на самом деле, мистер Гринт, и чем занимаетесь. Я лишь хочу помочь - мне теперь нечего терять.
- Энда? - Геон пристально смотрел на только что вошедшую даму, а затем с весьма озадаченным и растерянным выражением лица откинулся на спинку стула, глубоко вздохнув.
Глава №9 (Ледяное яблоко)
Небесное тело, с которого началось стремительное освоение как ближайших, так и весьма отдаленных областей звездной системы, казалось лишь незначительной мерцающей точкой, видневшейся сквозь заиндевевший купол одного из иноземных городов. По мере приближения к ней, она становилась все крупнее и крупнее, постепенно превращалась в гигантский космический шар с тусклым голубоватым ореолом вокруг своего контура.
Межпланетная научно-исследовательская станция, словно чудовищная арктическая глыба, неспешно дрейфовала по бездонному пространству космоса, поочередно облетая планеты и некоторые их спутники с крупными городскими поселениями. Нередко она весьма надолго задерживалась где-нибудь неподалеку от ближайшей, слабо вращающейся пространственной спиральной воронки. Специалисты по космическим телам и явлениям, находящиеся на станции, совместно с фотонными мыслящими машинами, занимались разнообразными и весьма неординарными научными изысканиями, направленными на разгадку принципов функционирования этих загадочных природных феноменов. И все ради того, чтобы однажды научиться контролировать их, используя для перемещений в совершенно иных направлениях; в основном туда, куда пожелает того сам человек, без каких бы то ни было ограничений, предопределенных изначальными особенностями и труднопостижимыми, запредельными свойствами этих таинственных объектов - космических трансферных вихрей.
Освоение их бросало вызов некоторым общепринятым научным теориям и фактам, что открывало не мало перспектив в познании глубинных тайн мироздания, в свершении новых открытий и создании революционных технологий будущего, к примеру, изобретению сверхсветового двигателя. Если бы человечеству удалось воплотить идею о таком двигателе, с легкостью преодолевающего скорость света, то межзвездные путешествия могли бы вполне стать реальностью. Ради выживания, процветания и будущего всего человечества Правительство Единого Государства, сотрудничая с различными научными организациями, космическими агентствами, производственными, информационными и кибернетическими компаниями, ставило перед собой весьма амбициозные цели и задачи, среди которых было и изыскание возможностей быстрого перемещения к ближайшим звездам.
Перед трансферным вихрем, недалеко от ярко-бледного лунного диска, вновь образовалась протяженная очередь из десятка, а может и сотен тысяч транспортных средств. На встречу им, из глубины неведомых недр космического феномена, двигался встречный поток межпланетных кораблей. Среди них были и огромные грузовые корабли - межпланетные галеоны, и многопалубные пассажирские лайнеры, и обыкновенные четырехместные астроомнибусы, а так же множество иных трудно различимых точек, сверкающих из далека яркими огоньками, большинство из которых являлись курьерскими дронами. Чтобы избежать столкновения со встречным потоком, каждое космическое судно двигалось по индивидуальной траектории, строго отведенной ему ЕМНС - Единой Межпланетной Навигационной Системой.
Две неприметные на фоне общего потока кораблей серебристые точки, устремились к серой безжизненной поверхности планетного спутника. Они направились к крупному городскому поселению, сокрытому под полупрозрачным защитным хольнитеном. По форме эти блестящие точки походили на замерзшие водяные капли, плывущие в темном пространстве открытого космоса, усеянным скупым мерцанием одиноких звезд. Переливаясь в золотистых лучах солнечного света яркими перламутровый огнями, по их гладким обтекаемым фюзеляжам, то и дело проскальзывали бесформенные белесые отражения от недалеких объектов: пролетающих мимо кораблей, кратеров и темных камней.
Оба космолета каплевидной формы стремительно мчались вперед, навстречу расплывчатым огням иноземного города, поднимая над лунной поверхностью полосы серой пыли и поблескивая при этом маленькими искристыми огоньками. А тем временем со стороны пространственного вихря по направлению к голубой планете, двигался целый караван только что прибывших в этот сектор звездной системы межпланетных кораблей. Их общее количество было несравненно больше тех, что направлялись к лунному городу, к другим планетам и некоторым их спутникам.
Молодой человек весьма собранного и глубокомысленного вида в темно-синей рубашке, надетой поверх черной футболки с высоким воротником, находился за штурвалом астроомнибуса и изредка поглядывал на поверхность лобового стекла, по которому из стороны в сторону метались полупрозрачные, но хорошо видимые графические объекты с информационными сообщениями внутри. Справа от него в пассажирском кресле сидела молодая женщина в изумрудном платье и черной кожаной куртке с задумчивым и слегка отстраненным выражением лица. Она часто поглядывала на свое контактное кольцо, оценивая время, будто бы опасалась куда-то опоздать.
- Вы помните куда нам нужно? - тихо спросила она.
- Конечно, в литературное кафе «Мемфис», - отозвался молодой человек слева, искоса взглянув на пассажирку сквозь черные локоны.
- Верно, - подтвердила женщина. - А где же остальные?
- Не волнуйтесь, они прямо над нами, - ответил управляющий кораблем, указывая на мчащееся сверху космическое судно. - Простите, что не предупредил вас о том, что работаю не один.
- Ничего страшного, лишь бы это принесло хоть какой-нибудь результат. Вы постоянно этим занимаетесь?
- Не совсем... Дело в том, что это не основная моя деятельность, - уклончиво пояснил пилот. - В основном я занимаюсь проведением ментальных трансляций, но с недавнего времени стал подрабатывать на одного человека... Он является владельцем сыскного агентства... За определенное вознаграждение он поручил нам выяснить куда пропадают люди, однажды посещавшие эту организацию. - Мужчина заглянул в глаза своей пассажирки и серьезно добавил: - Ваш сын не единственный, кто бесследно исчез.
Женщина тяжело вздохнула и отвела взгляд в сторону.
- Да, я слышала об этом, - тихо произнесла она. - Значит я не одинока в своем горе. Значит и остальные будут предпринимать усилия, чтобы во всем разобраться... Значит надежда на то, что когда-нибудь все тайное станет явным, еще остается.
- Это вполне вероятный сценарий, - охотно согласился задумчивый мужчина в кресле пилота.
Хольнитен лунного города стремительно увеличивался в размерах, становясь все больше и больше, пока наконец оба астроомнибуса, пилотируемые Геоном и Лютом, не оказались возле транспортного тоннеля, пролегающего глубоко под поверхностью спутника. Они промчались сквозь защитные плазменные экраны и погрузились в широкий протяженный тоннель, внутри которого, в тусклом свете янтарных ламп, на встречу городским воротам из плотной синей плазмы, мчался неисчислимый сонм межпланетных кораблей с разноцветными расписными фюзеляжами и короткими крыльями. В небольшой концентрации здесь присутствовал кислород. По мере сокращения расстояния до городских ворот, его плотность в отсеках тоннеля только нарастала. Вдоль округлых стен пестрили разнообразные рекламные постеры, социальные афиши, содержательные и весьма полезные информационные сообщения, а под округлым потолком горели специальные дорожные символы, способствующие пониманию направления транспортных потоков.
Межпланетные космолеты неустанно мчались вперед, минуя одно призрачное полотно плазменного барьера за другим. Одними из крупнейших кораблей во всей звездной системе были грузовые и транспортные галеоны. Эти космолеты предназначались для доставки в иноземные города всевозможного продовольствия, природных ресурсов, инженерного оборудования и строительных материалов, а так же тяжелой роботизированной техники для возведения высотных зданий и обслуживания плоскостных жилых платформ иноземных городов. Каждый из таких кораблей был размером с несколько футбольных полей и попадал в иноземный город, благодаря особым проложенным для них транспортным шахтам, находящимся глубоко под поверхностью планеты или какого-либо планетного спутника. По своему внешнему виду межпланетные галеоны походили на гигантских доисторических креветок - эгирокассид.
Для того чтобы попытаться вообразить себе этих древних существ, необходимо мысленно соединить какого-нибудь крупного кита и омара вместе, а затем увеличить размер полученного существа в несколько раз. Бочкообразные фюзеляжи этих межпланетных кораблей, выполненные из сверхпрочных сплавов, со всех сторон мерцали яркими опознавательными огоньками. Предназначенные для них транспортные шахты имели намного больший диаметр нежели все остальные соединительные тоннели, связывающие внешнюю среду с подкупольным пространством того или иного иноземного города.
- Мы почти прибыли, - сказала женщина.
Астроомнибус уже находился под полупрозрачным защитным хольнитеном Грифорта, продолжая мчаться вперед и ловко маневрируя между многоэтажными стеклянными зданиями.
Вскоре где-то на окраине города, прямо возле границ защитного купола, где он примыкает к пыльной лунной поверхности, показалось элегантное двухэтажное модульное здание. Оно было похоже на весьма непростую многосоставную геометрическую фигуру, сложенную из нескольких прямоугольных параллелепипедов с большим количеством зеркальных скошенных граней и облицованную темными матовыми плитами.
- Сюда пожалуйста, - распорядилась Энда Линд, выглянув в окно и указывая на здание литературного кафе «Мемфис».
Геон перевел астроомнибус в ручное управление, аккуратно спикировал вниз по спиральной траектории и посадил судно на свободное посадочное место; а недалеко от него, перед центральным входом, опустился и второй космолет.
Всего в нескольких метрах от посадочной площадки виднелась граница частично обледенелого хольнитена. Солнечная радиация и всевозможное космическое излучение опасное для всего живого, никак не могли проникнуть сквозь этот искусственный барьер, за которым открывались впечатляющие и несколько пугающие виды на необъятные просторы планетного спутника; преимущественно они состояли из огромных метеоритных кратеров, вперемешку с безжизненными блестящими на свету равнинами и крутыми каменистыми уступами. На сером волнистом горизонте светилась голубая планета, наполовину покрытая тьмой бездонного космоса. Большая часть ее поверхности была затянута вьющимися белесыми облаками, а затемненная область планеты мерцала многотысячными огнями ночных городов.
В главном зале литературного кафе, разделенного на несколько читальных зон, сегодня было совсем не многолюдно: лишь несколько мест для уединенного времяпровождения были заняты тремя посетителями. Энда спешно подошла к бирюзовой стойке для обслуживания клиентов и нажала на зеленую кнопку вызова администратора заведения. Над ее головой покачивались зеленоватые плафоны подвесных светильников с ровным приглушенным светом.
За широкой стойкой показалась старая модель антропоморфного робота, вышедшего из темного дверного проема. Лицо старомодного андроида было покрыто гладкими светлыми пластинами, плотно прилегающими друг к другу, в некоторых местах которых уже давно появились мелкие трещины и выцветшие участки с отпавшим лакокрасочным покрытием. В местах примыкания лицевых пластин друг к другу, красовались ровные изогнутые линии стыков. Андроид был одет в зеленую рубашку и темные брюки, а на его холодной стальной голове красовалась красная кепка с широким округлым козырьком.Милые круглые глазки антропоморфного робота изнутри светились тусклым оранжевым светом, синхронно и неспешно вращались в разные стороны, оценивая окружающую обстановку.
Некоторое время Энда Линд о чем-то разговаривала с ним, а потом заплатила несколько электронных монет и подошла к своим недавним знакомым, которые ожидали ее у черной пологой лестницы. Под ней располагались высокие стеллажи с настоящими книгами и плоскими пластинами памяти.
- Идем наверх, - распорядилась Энда Линд, - там сейчас точно никого нет.
Четверо поднялись на второй этаж литературного кафе и оказались посреди уютного читального зала.
- Сколько же тут этого добра, - удивился Лют, заприметив полки с пестрыми книжными корешками.
Перед широким панорамным окном было расставлено около дюжины мягких диванов или скорее глубоких ортопедических кресел травяного цвета вместе с низкими стеклянными журнальными столами. С тыльной стороны у стен высились книжные стеллажи, подсвеченные ровным светом ленточных голограмм.
- Располагайтесь здесь пожалуйста. - Энда Линд устало опустилась на ближайший диван и добавила: - Я заказала четыре газировки и две пиццы, если вы не против.
Остальные последовали ее примеру и расселись по местам, сдвинув мебель вокруг одного журнального стола. Вскоре на лестничном пролете показался старый андроид с блестящим подносом в руках. Поднос он поставил на стеклянный столик, а сам поспешно скрылся из вида.
- Ну вот, мы на месте. Так о чем вы хотели поведать нам? - нетерпеливо поинтересовался Лют, каким-то туманным и неопределенным взглядом посмотрев в сторону незнакомой особы в кожаной куртке.
- То, что вы ищите находится здесь, в этом городе, - неожиданно объявила она.
- Что вы имеете ввиду? - растерянно прищурилась Гера.
- В Грифорте есть такое место, где иногда проходят собрания приверженцев этого странного учения. Конечно, не все разом, а лишь по несколько человек.
- Откуда вам это известно? - спросил Лют.
- Одна моя хорошо знакомая рассказывала мне кое-что об этом, - ответила Энда. - Недавно она пропала. - К ее горлу подступил жгучий ком. В этот момент женщина вспомнила о своем пропавшем сыне, но сдержав себя от эмоций, продолжила: - Вам следует быть очень осторожными. Там действительно происходит что-то непонятное.
- Но как это возможно? - Гера недоуменно пожала плечами и задумчиво взглянула в глаза Энды Линд. - Разве эти люди не проходят коррекцию мозговых волн, то есть психоэмоционального состояния в общественных конверсионных комнатах?
- Вы имеете ввиду наставников этого учения? - уточнила Энда.
В читальном зале повисла непродолжительная пауза. Лют расслабленно сидел в глубоком кресле, откинувшись на мягкую спинку с ортопедическим изгибом. Напротив него находился Геон. Закинув ногу на ногу, он сидел на диванном подлокотнике и неспешно потягивал сладкую газировку из блестящего граненного стакана.
- Вероятно, определенный круг лиц может находится под некоторыми исключениями, - туманно пояснила Энда Линд.
- Но вы же знаете, что это не возможно, - настойчиво парировала Гера. - Если только они не надевают шапочки из фольги когда заходят в комнату.
- Существуют же люди, которые практически невосприимчивы к конверсионному излучению ввиду негативных энграмм? Значит есть и те, кто воспринимая излучение, тем не менее остается не подверженным его положительному воздействию. Однажды я уже такое наблюдала.
- Энда, можете пояснить, о чем речь? - Геон поставил стакан на журнальный стол и приготовился к внимательному слушанию.
- Наверное могу. - Непроизвольным движением глаз женщина в длинном изумрудном платье опасливо покосилась в сторону черной лестницы. Кажется, там никого не было, и Энда тихо продолжила: - Однажды, когда мне необходимо было отправиться в один из городов на красной планете, чтобы заключить сделку по продаже дома, в этот неподходящий момент у меня закончилось действие когнитивного полиса.
- Вы занимаетесь недвижимостью? - оживленно уточнил Лют Алгой.
- Да, уже более десяти лет. В общем, я решила пополнить свой полис, непосредственно по прибытии в город. Когда я оказалась в космопорте Маринер, то сразу же направилась к первой встретившейся мне комнате. Она заполнилась людьми, загорелся золотистый свет и запустился процесс сканирования энграмм. - Энда Линд сделала несколько больших глотков сладкого напитка и поставила полупустой стакан на стол. - Вскоре я ощутила прилив жизненных сил, радость и полную удовлетворенность от жизни. Но вдруг, прямо на середине сеанса, произошло что-то весьма необычное и странное. Поскольку в комнате было несколько свободных мест, и двери остались не заблокированными, сюда вошел еще один человек. Это был довольно высокий темноволосый мужчина в длинном элегантном светло-бежевом пальто и строгих брюках. На его ногах блестели лакированные туфли кремового оттенка, на руках лоснились белые перчатки из тонкой кожи. Лицо у него было серьезным и невозмутимым, а глаза находились за круглыми зеркальными очками, их было совсем не видно. Он сделал несколько шагов вперед, остановился. Совершенно неожиданно свет в конверсионной комнате резко померк. Такого раньше я никогда не наблюдала. Вокруг воцарилась серая бесцветная полумгла. Незнакомец стоял неподвижно, не шелохнувшись. Спустя может быть полминуты свет в комнате вернулся в изначальное состояние. Некоторые посетители были весьма удивлены случившемуся, однако большинство все же не придало этому особого значения. Лично я сильно испугалась и сразу же заподозрила только что вошедшего в том, что это именно из-за него резко стемнело. До конца сеанса коррекции я старательно наблюдала за ним. Загадочное невозмутимое лицо этого человека, показалось мне каким-то подозрительным и пугающим. Я хотела понять, что произошло на самом деле. Когда процесс облучения подходил к концу я вновь взглянула на этого странного посетителя в светлом пальто. В тот момент мне показалось, будто он смотрел прямо на меня сквозь свои зеркальные очки и о чем-то спокойно размышлял, а на его лице в этот момент отражалась слабая снисходительная ухмылка. И тут я поняла: на него не действует излучение. Это было так очевидно, что у меня вскоре не осталось никаких в этом сомнений: его лицо нисколько не изменилось с тех пор, как он вошел сюда и оставалось таким же безэмоциональным и невозмутимым. А это, как вам известно, один из основных признаков невосприимчивости к конверсионному излучению. Приятные чувства и эмоциональный подъем, наполняющие меня тогда, естественным образом подавили беспокойство и страх во мне. Люди стали неспешно покидать комнату. На их руках ярко сверкали кольца, что свидетельствовало об успешном продлении их когнитивных удостоверений. Незнакомец же в элегантной светлой одежде с бездушной улыбкой даже не пошевелился, продолжая неподвижно стоять на месте.
- Этот тип получил продление полиса? - уточнила Гера, задумчиво покручивая контактное кольцо на пальце.
- Да.
- Вы точно уверенны в этом? - искренне удивился Лют. - Если на него не действует излучение, то его полис будет оставаться абсолютно бесполезным со всеми вытекающими от сюда последствиями.
- Да, я уверенна, - ответила Энда. - Я сама слышала, как его электронное кольцо издало короткий сигнал о завершении коррекции. Так же я заметила, как по его поверхности проскользнуло уведомление о продлении полиса.
- Это просто невероятно, - недовольно протянул Лют, пораженный рассказом женщины. - Вы уверены, что не ошиблись, находясь среди большого количества людей?
- К тому моменту в комнате почти никого не было, - пояснила Энда Линд. - Не думаю, что я ошиблась. К тому же я однажды видела его кабинете у мистера Дариуса Феба.
- Дариуса Феба? - изумился Лют.
- Да. Кажется, они о чем-то спорили...
- Очень занимательно, - растерянно пожала плечами Гера. - Не думала, что один из лучших сотрудников такой авторитетной организации может быть замешан в каких-то темных делишках...
- Ты наверное забыла, что он вообще-то является руководителем этой организации, - любезно поправил ее Лют Алгой.
- Значит представители подпольного учения действуют у него под носом не просто так, а непосредственно с его позволения, - неожиданно предположил Геон, а на его лице блеснула легкая презрительная ухмылка.
На некоторое время в читальном зале повисла напряженная пауза, и каждый участник обсуждения погрузился в какие-то свои неспокойные и тревожные размышления. Лют Алгой резко поднялся с глубокого кресла и принялся неторопливо расхаживать по читальной комнате, уставленной высокими стеллажами, периодически отхватывая по маленькому кусочку от треугольного ломтика теплой пиццы. В этот момент в его сознании появлялись самые разнообразные мысленные конструкции, образы и мечтания. Один из внутренних голосов твердил, что не стоит браться за работу, предложенную неясно кем, было бы лучше все забыть и жить прежней жизнью, что авантюра эта полна непредсказуемых опасностей. Но наряду с этими убедительными доводами, что-то загадочное и таинственное все же привлекало внимание Люта, с большим трудом заглушая предыдущий мысленный поток. Был и второй голос, вероятно, из какой-то иной области его подсознания, который тихо шептал: «Ты можешь узнать, что происходит на самом деле. Ты можешь докопаться до истины. Неужели тебя это не интересует?». Но на все подобные вопросы своего подсознательного разума, Лют отвечал весьма просто и незамысловато: «Все, что мне нужно, так это просто заработать денег, для того чтобы расплатиться с долгами. Остальное - не моего ума дело!». Спустя некоторое время он смирился со своим внутренним решением и вновь уселся в кресло.
- Я вам верю, Энда, - неожиданно проговорил он, по-деловому сплетя перед собой пальцы в замок. - Наверняка существуют какие-то обходные пути, которые позволяют некоторым проблемным личностям существовать в современном мире. Нам всем стоить быть крайне осторожными. - Лют обеспокоенно вздохнул и откинулся назад.
Он был весьма потрясен рассказом Энды Линд и, не переставая поддаваться внутреннему негодованию по этому поводу, с особым волнением и беспокойством размышлял о личном будущем и будущем своего бизнеса.
- Поскольку мир находится не в абсолютной безопасности, о которой нам отовсюду твердят, - недовольным тоном проговорил Лют, взглянув на Энду Линд, - поведайте нам об этих тайных собраниях, будьте добры. - В этот момент его внутренний стержень будто бы пошатнулся. Теперь ему начало казаться, что тот мир, где практически полностью удалось победить преступность и беззаконие благодаря использованию конверсионного излучения, снова становится непредсказуемым и небезопасным, таким, каким он был раньше, несколько столетий назад.
Снаружи здания было тихо и спокойно, по крайне мере с одной его стороны. За все время беседы ни одно транспортное средство не промелькнуло за окном литературного кафе «Мемфис». Гера допила стакан прохладного напитка и задумчиво уставилась на однообразный серый ландшафт, который отчетливо проглядывался сквозь ячеистую поверхность защитного хольнитена.
- Эти собрания, - приглушенным голосом продолжила Энда, - они будут проходить... - она внезапно стихла, опустив глаза вниз.
Лют Алгой, Геон и Гера настороженно переглянулись между собой.
- Конечно, вы не обязаны нам об этом рассказывать, - понимающе произнесла Гера, - но поймите, что без вашей помощи мы надолго застрянем в поисках настоящих причин происходящего. Благодаря вам у нас появился шанс приоткрыть завесу тайны, которая нависла над этой организацией. Одни лишь разговоры обо всем этом вызывают у меня ледяные мурашки. Я не могу представить, что с кем-нибудь из дорогих мне людей случиться что-то подобное, поэтому и прошу вас о помощи.
Энда перевела задумчивый и поникший взгляд от созерцания лунного пейзажа на лицо Геры Грэтхен, которое в эту минуту было необыкновенно серьезным и собранным, а затем, печально улыбнувшись, сказала:
- На последней жилой платформе города. Я отправлю вам координаты.
- Благодарю, - удовлетворенно выдохнула Гера. Прислушиваясь к приглушенным шагам старого андроида, доносившимся с первого этажа здания, она настороженно покосилась в сторону темного лестничного проема.
Энда Линд поднялась с кресла и суетливо зашагала по комнате. Потом она подошла к высоким стеллажам, взяла с полки какую-то книгу и вернулась обратно.
- Я там была, но всего-лишь раз. Это было давно. Мне запомнилось какое-то душное и совсем не уютное помещение. Там было совсем немного людей. Может быть десять или двенадцать человек. Сначала они пели разные песни, похоже какого-то религиозно-мистического содержания, а после проводили какой-то символический обряд. Во время этого обряда некоторым участникам собрания, тем, у кого, по словам наставников, была сильная и непоколебимая вера, они давали что-то съестное. Что именно это было я, к сожалению, точно и не вспомню. Что-то круглое. Может быть яблоко, апельсин или груша... В общем, когда собрание благополучно завершилось, все расходились по домам, однако тех, кто принимал эту пищу в свои руки, больше никто и никогда не видел.
Геон и Лют обменялись настороженными взглядами.
- Это прямо какая-то чертова мистика, - недовольно заключил Лют Алгой. - Вы не думали, что им просто могли подсунуть какой-то отравленный продукт?
- Я не знаю, что это было такое, честно, - почти шепотом призналась Энда. - Я, конечно, думала об этом, и у меня были самые разные предположения на этот счет, но к какому бы варианту я не склонялась, очень многое просто не сходилось.
- Как насчет того типа в конверсионной комнате? - подключился Геон. - После того случая вы кому-нибудь говорили об этом?
- Да, конечно, - кивнула Энда. - Я передала информацию об этом инциденте в особый отдел СКБ - Службы Контроля Безопасности, - а так же некоторым надзорным органам, которые отвечают за работу конверсионных помещений.
- И что они вам ответили? - любознательно поинтересовался Лют Алгой.
- Ничего особенного. Просто приняли к сведению и пообещали все проверить. А через несколько дней мне поступило официальное от них письмо, в котором говорилось, что никаких отклонений в энграмме этого человека системой не было выявлено, а значит излучение не могло на него не подействовать. Каждый посетитель комнаты, при выходе из нее проходит дополнительную диагностику, результаты которой, по заверениям вышеобозначенной структуры, просто невозможно симулировать или как-то подделать.
- Стандартная, ничего не значащая отписка, - иронично подметил Лют и деловито закинул ногу на ногу.
- Когда будет проводиться собрание? - серьезно спросила Гера.
- Сегодня, - ответила Энда и, задумчиво взглянув на кольцо, добавила: - Через два с половиной часа.
- Я так понимаю, попасть туда просто так у нас не выйдет? - уточнил Лют.
- Все верно, пропуск выдается только самым верным и преданным последователям учения.
- Я не понимаю, как это вообще может быть в принципе? - негодование не покидало Люта ни на минуту. - Неужели у них не возникало проблем относительно законности своей деятельности?
- У них никогда не было проблем с законом. Конечно, у них было множество проверок со стороны разных контролирующих служб, но никаких серьезных нарушений обычно никогда не находили. Возможно, все потому, что последователи этого культа могут умело маскироваться под какую-нибудь благопристойную организацию, наподобие благотворительной или что-то в этом роде.
- Или может быть они находятся под чьим-то покровительством? - сделал смелое предположение Геон.
- Этого мне не известно, - ответила Энда. В руках она держала небольшую книжицу и неспешно перебирала руками разноцветные закладки, торчащие сбоку.
- Нет, мне все-таки очень интересно, что именно они заставляют людей принимать в пищу? - раздраженно воскликнул Лют. - Неужели такое возможно: съесть обычное яблоко и потом куда-то бесследно испариться?
- Энда, так где конкретно сегодня будет эта встреча? - еще раз настойчиво поинтересовалась Гера Грэтхен.
- Я оставила координаты в закладках. - Энда Линд подошла к журнальному столику и положила на него тонкую книгу. - Просто сложите цифры в том порядке, в котором они находятся здесь и вы получите нужные координаты. Я рассказала вам все, что мне было известно и теперь, если не возражаете, мне пора идти.
- Спасибо вам, Энда, - ободряюще улыбнулся Геон.
Он проводил женщину на улицу, где ее уже ожидал чей-то астроомнибус.
- Это за вами?
За водительским креслом транспортного средства находилась длинноволосая дама, в темно-синей куртке и крупных солнцезащитных очках.
- Это моя подруга.
Геон задумчиво смотрел на лицо Энды Линд.
- Слушайте, - она любезно дотронулась до руки молодого человека, - если вам удастся что-нибудь разузнать, то прошу не забудьте сообщить об этом мне.
- Да, я непременно так и сделаю.
- Хорошо, - женщина опустила блестящие глаза, повернулась к двери космолета и села в пассажирское кресло. - Мне пора, - сказала она, и широкая гермодверь стала опускаться вниз.
- Берегите себя, - пробормотал напоследок Геон.
Проводив взглядом улетающий астроомнибус, он вернулся в здание литературного кафе и поднялся на второй этаж.
- Какие будут предложения? - тут же спросил его Лют.
- Кажется, пришло то самое время, когда каждому из нас придется немного поимпровизировать, - иронично ответил тот, подошел к низкому стеклянному столу, взял книгу в руки и расслабленно опустился в кресло.
Гера почти вплотную стояла рядом широким панорамным окном и наблюдала за тем, как небольшой бочкообразный робот опустошал уличные урны, погружая в себя мусорные пакеты, затем он куда-то пропадал, а потом возвращался вновь.
- Ты прав, - монотонно вдруг заявила она, - нам остается только наблюдать.
- Это и так очевидно, - буркнул Лют Алгой и уселся на подлокотник. - Предлагаю хорошенько подготовиться. Нам понадобиться несколько сквозных визиров или видоискателей для наблюдения.
Геон невольно усмехнулся.
- Насколько я знаю их просто так в магазине не купишь. Где ты собираешься их достать? - спросил он.
- Этого и не придется делать, - многозначительно пояснил Лют. - Я предвидел, что парочка сквозных визиров нам не помешает, а потому прихватил их собой.
Лют спустился вниз по лестнице, а спустя пару считанных минут вернулся обратно с небольшим серым кейсом. Сквозные визиры могли подключаться к портативным протографам и выполнять самые разнообразные задачи. Лют объяснил своему приятелю, как управлять визиром и предоставил ему возможность немного потренироваться. Геон быстро освоился, и уже спустя примерно четверть часа, он смог получить детальное изображение здания литературного кафе с помощью одного из таких приспособлений. После этого Лют внес координаты из книги в память протографа и убрал сквозные видоискатели обратно в металлический кейс. На тонком экране устройства появилось изображение небольшого двухэтажного дома, стоящего на поверхности протяженного зигзагообразного высотного здания - на его плоской кровле.
- У нас остается ровно полтора часа, - сообщила Гера. Она аккуратно сложила в свою сумку книги, которые взяла в аренду, надела пальто и вышла на улицу.
Оба астроомнибуса поднялись над посадочными местами и устремились к самой последней жилой платформе, проносясь сквозь прозрачные транспортные тоннели, каждый из которых состоял из множества тонких витиеватых граней, сверкающих в свете плазменных энергетических колонн города. На каждой платформе таких тоннелей было около дюжины. Одни из них спускались вниз, а другие, наоборот, под пологим уклоном устремлялись вверх - к вышестоящему городскому слою.
Геон, Лют и Гера прибыли на предпоследнюю плоскость города и оставили здесь свои астроомнибусы - ради безопасности, а затем на скоростном лифте спустились в самый низ лунного города. В виду слабого искусственного освещения, возникающего по причине скопления горячей плазмы преимущественно в верхних областях энергетических колонн, здесь нередко царил прохладный полумрак и какое-то странное, удивительное спокойствие.
Сквозь прозрачную шахту скоростного лифта можно было наблюдать за жизнью этого небольшого и уютного района, состоящего из нескольких десятков многоэтажных зданий, созданных из необыкновенно прочного, легкого и светлого материала, напоминающего горный хрусталь. На плоских вершинах этих многогранных высоток, тянущихся от одного края круглой платформы к другому, располагалось огромное количество малоэтажных жилых домов.
Из центра платформы над расположенными поблизости зданиями возвышалось несколько светлых конусообразных небоскребов - торговых и бизнес-центров, внутри которых было множество офисных, складских, производственных помещений, а так же кафе, ресторанов и ментальных кинотеатров - иллюзионов.
Вокруг конусообразных высоток, зеленел городской сквер с бурлящими световыми фонтанами, цветными детскими и спортивными площадками. Между ними виднелись беговые дорожки из крупного белого камня, вдоль которых плотной стеной тянулись кустарники из бузины и самшита, а за ними - высокие шершавые вязы. Над протяженными высотными зданиями неспешно проплывали пассажирские гравилеты.
Они были похожи на обычные автомобили из минувших столетий, однако вместо четырех опорных колес имели всего три. Два колеса находились спереди конструкции, а третье - сзади. Поскольку основное внутреннее пространство гравилетов не было абсолютно герметичным, то перемещаться за пределы защитного хольнитена, выходя в открытое космическое пространство, на них было попросту невозможным.
Однако некоторые производители этих транспортных средств, выпускали эксклюзивные модели с маломощным термоядерным двигателем и полностью герметичным салоном, что позволяло владельцу такого гравилета отправиться в недолгое космическое путешествие, но как правило им все же не рекомендовалось приближаться к трансферным вихрям.
Лют подготовил два сквозных визира к работе. Первый он положил в картонную коробку из под пиццы, а второй - в грузовой контейнер одного из своих курьерских дронов и отправил его подальше - на предпоследнюю, а затем и на последнюю жилую платформу города, чтобы сымитировать выполнение нового заказа.
Беспилотник стремительно мчался вдоль многочисленных высотных светлых зданий, постепенно приближаясь к месту своего назначения. А Геон тем временем, расположившись со скрещенными ногами верхом на одной из скамеек, ожидал его прибытия. На нем были темные джинсовые брюки, плотная темно-синяя рубашка, надетая поверх черной футболки и белые спортивные кроссовки с мягкой подошвой. Молодой человек сомкнул глаза и погрузился в свои мечтания и глубокомысленные размышления.
До него то и дело доносились какие-то обрывки речей посторонних прохожих, а откуда-то сверху слышался тихий гул, пролетающего мимо городского транспорта. Где-то вдалеке звучали звонкие голоса новостных ведущих, а из распахнутых окон близнаходящегося дома струилась приятная симфоническая мелодия.
Вскоре из-за соседней перламутровой многоэтажки показался курьерский дрон, в ящике для транспортировки продуктов питания которого и размещался сквозной визир. На внешних стенках контейнера горели яркие рекламные постеры и контактные данные для приема заказов. Посыльный дрон завис в воздухе над лохматыми деревьями. Лют задействовал режим ручного управления и, поглядывая на экран протографа, стал осуществлять импровизированную доставку заказа.
Сначала он заставил беспилотник плавно опуститься вниз, к тому самому месту, где находился Геон. Когда же он оказался над головой молодого человека, тот охотно принял заказ, достав из контейнера одну коробку с теплой пиццей. А в это время большие объемы информации в виде высококачественных изображений со сквозного визира начали поступать на протограф Люта.
Оптические устройства, установленные в картонной коробке и внутри пищевого контейнера беспилотника, были направлены на ничем не примечательный домишко, координаты которого находились в точном соответствии с координатами из книжных закладок Энды Линд.
Окна одноэтажного дома были покрыты непроницаемой светоотражающей пеленой, поэтому сквозной визир функционировал в особом режиме, позволяя неплохо видеть сквозь различные преграды и предметы, вполне сносно различая происходящее внутри замкнутого пространства. Геон слегка приоткрыл картонную коробку и осторожно извлек от туда небольшой кусочек пиццы. Изображения с устройства из коробки поступали и на протограф Геона, который лежал у него на коленях.
На тонком дисплее светилось несколько расплывчатых человеческих фигур, их лиц совершенно не было видно.
Четверо или скорее шестеро находились за обеденным столом, остальные же двое стояли рядом. Геон внимательно всматривался в экран протографа, пытаясь разглядеть происходящее внутри дома. Сразу же ему пришло на ум, будто собравшиеся там люди читают какую-то молитву перед трапезой. «Они что молятся?» - удивленно спросил он, передав текстовое сообщение на протограф Люта. Ответ поступил не сразу. Казалось, что Лют тщательно анализировал данные, обдумывая вопрос напарника. Однако спустя пару минут на тонком светящемся экране отразился текст: «Пока не вижу ничего подозрительного». Геон с каким-то отрешенным выражением лица задумчиво поглаживал подбородок, исподлобья поглядывая то на экран протографа, то на людей, проходящих мимо. По прошествии некоторого времени стало вполне очевидным, что люди за столом просто о чем-то разговаривают и ничего при этом не употребляют в пищу. «Мы не могли ошибиться с координатами?», - уточнил Геон, подозрительно вглядываясь в экран. «Координаты точь в точь, как на этих бумажках, - ответил Лют и добавил: - Просто наблюдаем дальше, ошибки быть не должно. Я уже несколько раз все перепроверил».
Прошло около получаса, но ничего странного никто так и не заметил: шестеро в доме по-прежнему продолжали, что-то неспешно обсуждать, слабо жестикулируя при этом руками. «Что это ничего не происходит? - недовольно возмутился Лют. - Может нам придется заночевать здесь?». Геон смотрел на светящийся экран, пытаясь заприметить хоть что-нибудь странное и необычное. «Я и сам ничего не понимаю», - ответил он, отправив сообщение своему напарнику, находящемуся за ресторанным столом почти что на самом краю плоской поверхности соседней перламутровой высотки с переливающимися стеклянными гранями.
По какой-то причине Геон решил воспроизвести запись в обратном направлении. При просмотре чередующихся изображений он обнаружил странные детали, которых ранее не наблюдалось. В этот момент он ощутил, будто по спине его пробежал слабый электрический разряд. Геон насторожился и стал подозрительно оглядываться по сторонам. «Может быть какой-то очередной умник заигрался со своей игрушкой?», - подумал он, тщательно анализируя странное явление. Ему казалось, будто кто-то дурачит его, водит за нос, не давая увидеть происходящее в реальности. Геон вновь просмотрел подвижные изображения в обратном порядке и обнаружил, как один из находящихся в доме поднялся из-за стола, достал из сумки какой-то небольшой круглый предмет и положил его на стол. Зафиксировав этот подозрительный фрагмент, Геон отправил его своему напарнику. «Может быть, ты что-то упустил? - спросил он. - Если я не заметил, то почему ты молчишь?». - «Мы с Герой видели это. Я отправлял тебе сообщение, но ты ничего не ответил». - «Этого не может быть... - удивился Геон, ощущая неприятный досадливый ком в горле. - Кто-то явно использует мой протограф в своих целях». - «Ты же знаешь, что это маловероятно». - «Я так не думаю». - «Надеюсь ты прав». - «Из дома кто-либо выходил?», - уточнил Геон. - «Нет, пока что. Поэтому наблюдаем дальше».
Над головой задумчивого мужчины пронеслось несколько посыльных дронов и один пузатый пассажирский гравилет. Геон продолжал наблюдать за едва меняющемся изображением на светящемся экране протографа, картонная коробка с оптическим устройством, направленная на одноэтажный дом, лежала слева от него. Ему было неловко осознавать, что он мог что-то упустить. Курьерский дрон, управляемый напарником, начал неспешно облетать дом с подозрительными людьми с противоположной стороны, находясь при этом на значительном отдалении от него.
- Необходимо немного сменить ракурс, - важно проговорил Лют. - Ничего не понятно, что там происходит.
- Только поосторожнее, чтобы никто из них ничего не заподозрил, - высказала свое опасение Гера. - Как там поживает Геон? Как он мог не заметить этого?
- Говорит, что в его протограф кто-то проник. Лично я в этом сомневаюсь.
- Да, действительно странно. - Гера посмотрела вниз, на плоскую поверхность многоэтажного здания с невысокими домами различных оттенков бордового цвета. Она задумчиво облокотилась на стол, опустив голову на правую руку. Длинные темные локоны девушки почти наполовину скрыли под своей густой тенью ее задумчивое лицо. - Может быть все дело в неисправности его визира? - предположила она.
- Не думаю, что дело в этом, - неохотно отозвался Лют. - Не переживай, позже разберемся. - Он держал перед с собой тонкий экран протографа. - Лучше скажи, что думаешь по поводу всего этого? Это и есть то, о чем говорила Энда Линд?
Гера перевела взгляд с редких тенистых деревьев на поверхности соседнего здания на сосредоточенное лицо своего напарника.
- Не могу тебе ответить на этот вопрос, - тихо вздохнула она. - Дождемся, когда кто-нибудь выйдет из дома, проследим за ним. Надеюсь тогда что-нибудь прояснится.
- Жду не дождусь этого момента, - криво усмехнулся Лют. - Похоже, что они надолго и основательно там засели, - недовольно буркнул он, не отрывая глаз от экрана.
На лице Геры Грэтхен отразилась вялая улыбка, она равнодушным взглядом уставилась на светящийся дисплей портативного устройства. И совершенно неожиданно на нем стало отчетливо видно, как один человек поднялся из-за стола и направился в смежное помещение. В своей руке он держал небольшой круглый предмет, похожий на теннисный мяч - это может быть любого вида фрукт или овощ.
- Ну, наконец-то, - негромко воскликнул Лют, вскочил на ноги и сразу же отправил сообщение Геону: «Надеюсь, ты это видишь?»
Ответа не было на протяжении нескольких минут, и Лют Алгой подумал, что его приятель ненароком задремал от усталости и скуки. Но вскоре на экране проявился текст: «Что ты сейчас видишь?». Лют еще раз взглянул на экран. Бледный человеческий силуэт, переливающееся тусклыми цветовыми оттенками, бродил кругами по комнате, вяло жестикулируя руками. «Он с кем-то разговаривает в другом месте. Видишь?». - «Нет, он стоит в коридоре и обувается». - «Что ты несешь? В коридоре никого нет». - «Спускайся и сам посмотри». - «Что творится с твоим устройством?». - «Я не знаю. Сейчас нет времени это выяснять. Один из них прямо сейчас покинет этот дом». - «Увидим. Кажется, кому-то просто не дано обращаться со сквозными визирами», - подумал Лют, а его мысли в очередной раз отразились на тонком экране в виде текстовых символов.
- Что случилось? - боязно спросила Гера.
- Он видит что-то другое. - Лют ткнул пальцем в экран протографа и раздраженно добавил: - Наш клиент просто слоняется по комнате, а у него уже выходит из дома. Как такое может быть?
- Нам необходимо срочно вызвать гравилет. - Гера встала из-за стола, прислонилась к высокому парапету на краю плоской верхушки здания и бросила озадаченный взгляд на светло-бордовый дом, за которыми они наблюдали. Левая половина лица девушки была освещена золотистым светом, исходящим от городских колонн с какими-то полутемными облаками горячей плазмы. Затем она проделала некоторые манипуляции со своим контактным кольцом и заявила: - С минуты на минуты прибудет транспорт, немедленно сворачиваемся.
Внезапно из приземистого дома показался ничем не примечательный мужчина в потрепанной старой куртке серого цвета с помятым рюкзаком на плечах. Он закрыл за собой дверь и направился в сторону прозрачных лифтовых шахт, выглядывающих из-за кромки высотного здания.
- Вот и наш долгожданный друг, - облегченно вздохнула Гера Грэтхен, вглядываясь в неспешно шагающего по улице человека.
Тем временем скоростной и юркий дрон со сквозным визиром ловко маневрировал между многогранными высотками. Лют Алгой весьма умело управлялся с ним, сосредоточившись на экране протографа.
- Я не понимаю, что черт побери происходит, - он обескураженно всплеснул руками и ударил кулаком по столу, - мой визир не фиксирует его. - Лют пристально всматривался в тонкий словно бумажный лист экран, лихорадочно нажимая на мелкие световые кнопки на его поверхности и пытаясь разобраться в настройках программной оболочки. Но что бы он ни делал, вышедший из дома мужчина, так и не появился у него на экране. - Что ж, осталось только проследовать за ним, - недовольно буркнул Лют, - если только он не провалится в какую-нибудь дыру или не растворится у нас на глазах.
- Да брось, - пренебрежительно отмахнулась Гера, - наверняка это банальная неисправность твоего визира или же самого протографа.
Над поверхностью высотки послышался слабый гул антигравитационных двигателей, и вскоре из-за угла здания показался пассажирский гравилет.
- Я подберу Геона, а ты понаблюдай пожалуйста за нашим приятелем еще недолгое время, насколько это возможно, - распорядилась Гера и запрыгнула в салон транспортного средства.
Человек в серой куртке неспешным прогулочным темпом шел по узкой пешеходной дорожке, проходя мимо приземистых одноэтажных и двухэтажных домов, а так же игровых площадок и разноцветных торговых лавок.
- Без проблем, только...
- Только что? - сердито переспросила Гера.
- Разве за теми, кто остался в доме больше не требуется наблюдение? Может быть Геон останется, чтобы продолжить за ними следить?
- Здесь опасно оставаться одному, - недовольно парировала Гера.
- Не знаю, что тут опасного, - нехотя возразил Лют и добавил: - Что если наш клиент, решит отправиться в другой город, мы успеем добраться до своих межпланетных кораблей?
- Мы обязаны это сделать, - заявила Гера, дверь гравилета плотно затворилась.
- Отлично, - недовольно буркнул Лют, а затем вплотную подошел к краю здания и прислонился к высокому парапету. Он свернул экран протографа в металлический цилиндр - тубус и убрал его во внутренний карман куртки.
Ничем не примечательный мужчина в невзрачной серой одежде мало-помалу терялся из виду, отдаляясь все дальше и дальше и незаметно сливаясь с толпой. Не долго думая Лют отпрянул от высокого ограждения, устремился ко входу в прозрачный надземный переход, соединяющий два высотных здания между собой. Спешно перешагивая через несколько движущихся лестничных ступеней, он устремился вниз, к вершине соседней многоэтажки. Золотистый свет городских колонн согревал его лицо, спину и плечи. Протиснувшись сквозь людской затор, Лют оказался на поверхности противоположного здания и продолжил следование за человеком, недавно вышедшим из дома. Незнакомец же в свою очередь приближался к надземному переходу, который позволял ему добраться до ближайшей лифтовой шахты.
Гера и Геон вместе мчались по транспортному тоннелю, направляясь к предпоследней жилой платформе города. Человек в сером неспешно перемещался из одной лифтовой шахты в другую. За это время он успел зайти в конверсионную комнату, чтобы продлить действие когнитивного полиса и не подпасть под строгие социальные ограничения, а потом неожиданно посетил сразу несколько пивных баров. После этого мужчина наконец поднялся на вторую платформу города и побрел в сторону местного космопорта Созиген. Место это для взлета и посадки космических кораблей носило название не очень крупного лунного кратера и было вторым по величине в этом городе, после, конечно же, космопорта Герцшпрунг, который располагался в самом верху.
Мужчина в бесцветной одежде вскоре скрылся в блестящем здании, а за ним осторожно последовал Лют Алгой, негодуя о том, что теперь именно ему придется следить за ним и дальше. Гера вызвала межпланетные астроомнибусы, до сих пор находящиеся где-то внизу, на девятой жилой платформе, и они весьма скоро оказались в нужном месте. Гера и Геон перебрались в один из них, а второй так и остался в режиме полного автопилота.
- Ты летишь с ним? - уточнил Геон, обращаясь к Люту.
- Видимо придется, - недовольным тоном проговорил тот.
- Ты захватил с собой устройство слежения?
- Конечно. Где же ему еще по-твоему быть, как ни у меня? А где будете вы?
- Мы последуем за вами, - пояснил Геон.
- Тогда до встречи.
Геон вопросительно посмотрел на свою напарницу слева в кресле пилота. На гладкой поверхности лобового метастекла светились разнообразные элементы программной оболочки бортовой вычислительной машины. Гера занималась подготовкой навигационной системы к очередному космическому путешествию, ловко манипулируя пальцами обеих рук тонкими тексто-графическими блоками.
Вскоре из под лунной поверхности вырвался огромный межпланетный лайнер и на огромной скорости устремился в звездное небо, а на его коротких крылышках поблескивали сине-зеленые опознавательные огоньки. Нижняя часть массивного фюзеляжа лайнера имела светло-белый оттенок, тогда как остальная его часть была покрыта изящной многоцветной росписью с изображением парящего в небе беркута. Следом за ним из подземного тоннеля появилось несколько десятков пассажирских кораблей значительно меньших размеров: астроомнибусов и сотни посыльных дронов.
- Интересно куда он направляется? - любопытно осведомилась Гера, поглядывая на большой пассажирский лайнер, стремительно приближающийся к трансферному вихрю.
- Извини, но я не спрашивал его об этом, - недовольно проскрипел Лют.
- Ты в порядке?
- Да... просто немного нервничаю. Мне совсем не по душе эта детективная канитель, - сердито простонал он. - Этот персонаж лишь в нескольких метрах от меня. И...
Лют неожиданно замолчал.
- Что?
- Кого-то он мне напоминает.
- Ты его знаешь? - Гера затаила дыхание.
- Он похож на того странного паренька, которого мы встретили на станции. Помнишь?
- Эрий Нокс?
- Точно.
- Не может быть. Скажи где он находится, я попробую его разглядеть.
- Возле окна, семнадцатый ряд, восемьдесят пятое место.
- Отлично. До связи.
Астроомнибус значительно ускорился и приблизился к широкому фюзеляжу лайнера, но его силовое поле стало отталкивать нагло приблизившийся кораблик в сторону. Однако Гера успела зафиксировать в памяти сквозного визира лицо мужчины. Это действительно был тот самый молодой человек, которого они недавно повстречали на орбитальной станции «Антополь J-108».
- Это точно Эрий Нокс, - подтвердила она, расстроенно выдохнув.
- Ты его видишь? - уточнил Лют.
- Мне удалось разглядеть его лицо и этого достаточно. Может быть он направляется на станцию?
- Увидим.
Спустя некоторое время лайнер совершил запланированную посадку в космопорте иноземного города Геликон, расположенного на красной планете, недалеко от границ ее полярной шапки. Некоторые пассажиры начали покидать салон корабля, а вместо них на борт поднимались другие. Эрий Нокс нерешительно приподнялся с кресла, небрежно закинул рюкзак за плечо и заковылял по направлению к уборной. Лют украдкой последовал за ним. Эрий вошел в маленькую комнатку и затворил за собой дверь, послышался звук сработавшего магнитного замка. Лют уселся в ближайшем свободном кресле и вытянул тонкий экран протографа из металлического тубуса.
- Кажется, здесь снова намечается какая-то странная ситуация, - негромко прошептал он, украдкой взглянув на запертую дверь. - Меня слышно?
- Да, - с поверхности кольца послышался высокий голос. - Что он сейчас делает?
Лют аккуратно достал из внутреннего кармана сквозной визир и направил его в сторону уборной. Цилиндрический корпус устройства при этом стал понемногу разогреваться. Подозрительно сощурившись, Лют болезненно всматривался в изображение на экране.
- Кажется, он что-то достал из своего рюкзака, - тихо прокомментировал он. - Если верить показаниям визира, этот предмет имеет отрицательную температуру.
- Может быть ему захотелось отведать мороженного? - иронично предположил Геон.
- Не думаю. По-моему это именно то, о чем нам рассказывала Энда Линд.
- Ты уверен? - послышался недоуменный голос Геры Грэтхен. - До отправки лайнера остается несколько минут. Мы сейчас же идем к тебе.
Туманная человеческая фигура на экране протографа поднесла небольшой круглый предмет к своей голове, и он стал медленно уменьшаться в размерах.
- Ну, вот он съел свое мороженное, - разочарованно прошептал Лют над электронным кольцом, - и ничего не произошло, чего, впрочем, и следовало было ожидать.
Лайнер слегка пошатнулся, из огромных двигательных сопл показалось алое пламя горячей плазмы, а массивный фюзеляж пассажирского судна при этом слабо завибрировал. По салону корабля разнесся низкий протяжный голос: «Уважаемые пассажиры! Межпланетный лайнер «Эребус», возобновляет маршрут. Просьба всем пассажирам занять свои места! Благодарим за внимание!».
- Я выхожу, можете не спешить, - небрежным тоном проронил Лют. Внезапно его охватило глубокое равнодушие и желание скорее обо всем забыть, чтобы вернуться к прежней жизни.
- Прошу, подожди еще минуту, - вдруг послышался знакомый голос позади него.
Лют обернулся. Перед ним стоял его напарник Геон Гринт. Он опустился в пустое кресло, тяжело дыша и вытирая вспотевшее лицо рукавом. - Позволь взглянуть. - Геон повернул экран протографа к себе и принялся разглядывать происходящее.
- Ты же видишь, он моет руки и скоро выйдет. - Лют поднялся с кресла, разминая затекшую спину. - А где Гера? - спросил он таким непринужденным и спокойным тоном, будто для него уже все стало вполне ясным и очевидным.
Геон промолчал. Затаив дыхание, он внимательно смотрел на экран устройства. Лишь на одно краткое мгновение ему вдруг показалось, что человеческая фигура, находящаяся в небольшой комнатке напротив, будто бы утратила часть своей естественной плотности и объема. Геон подозрительно покосился на визир, торчащий из рукава его пальто, и слегка стукнул свободной рукой по его металлическому корпусу, но это не произвело никакого эффекта. Лют находился рядом с дверью в уборную, вальяжно облокотившись о стену.
Светлая фигура мужчины в замкнутом пространстве начала превращаться в полупрозрачное бледное пятно.
- Он исчезает, - испуганно проронил Геон, оглядываясь по сторонам, в надежде, что никто кроме Люта не услышал его слов.
Лют быстро подошел к напарнику, наклонился и нервно постучал по теплому корпусу визира:
- Думаю, что он попросту не исправен. Нужно заменить некоторые детали внутри.
Геон молча сидел в кресле, продолжая наблюдать за происходящим на экране.
- Ну, что там интересного? Он собирается выходить от туда или нет? - Лют уселся рядом.
На экране протографа вместо человеческой фигуры, недавно зашедшего в уборную, отображалось лишь невнятное серое пятнышко . «Не может быть. Все дело в неисправном визире», - тревожно подумал Лют, поднялся с кресла и вплотную подошел к запертой дверце.
- Извините, вы скоро? - неуверенно, но вполне отчетливо и громко спросил он, а затем, недолго думая, принялся настойчиво стучаться в дверь. Но ему никто не ответил, будто там никого и не было.
Лют Алгой вопросительно посмотрел на напарника и как-то растерянно произнес:
- Нужно попасть внутрь во что бы то ни стало, тогда все станет на свои места.
- Мы же не станем выламывать дверь, - растерянно пояснил Геон. - Двери обычно не запираются, если там никого нет. За это отвечают датчики и электроника. - Геон еще раз взглянул на экран протографа и тихо добавил: - Попробуй теперь!
- Что ты имеешь ввиду? - замешкался Лют. - Открыть дверь?
- Да.
- Но зачем, когда там человек? - глуповатая и одновременно презрительная улыбка отразилась на его потрясенном лице.
- Он исчез. На экране пусто. - Геон повернул протограф в сторону своего обескураженного напарника.
- Нам досталось неисправное оборудование. Неужели тебе непонятно?
- Ты уверен?
- Разве я похож на дурака?
- Немного.
- Неужели?
Неморгающим холодным взглядом Лют Алгой смотрел на своего задумчивого приятеля, слабо при этом улыбаясь и, вероятно, стараясь для себя что-то понять, выстроить простую и ясную мысленную конструкцию, объясняющую все. Но тут он услышал, как внутри дверного полотна щелкнул магнитный замок.
Мужчина резко обернулся и заметил на округлой ручке тусклый зеленоватый огонек.
- Это невозможно... Этого не может быть... - притаив дыхание, прошептал Лют и провел дрожащей рукой по своему лицу.
Глава №10 (Внезапное потрясение)
Ранним утром, в пространной и полутемной комнате с прохладным и свежим воздухом, вдруг заиграла мелодичная музыка. Геон неохотно приоткрыл глаза и лениво повернулся на другой бок. Рядом с ним на скомканном темно-синем одеяле, словно клубок из шерсти, лежал щупленький черно-белый кот и тихо сопел своим холодным розовым носиком. В комнате раздался звонкий монотонный сигнал - кто-то появился перед входной дверью. Геон лениво потянулся и посмотрел на время.
Закутанный в теплую ночную пижаму, неспешной, скользящей походкой он приблизился к полупрозрачному экрану, ненавязчивым тусклым светом мерцающему у стены, и непринужденно ткнул в него пальцем; на экране тут же вспыхнула отчетливая картинка. За дверью стоял полноватый молодой человек в широких штанах и потрепанной синей жилетке. Это был Кавин. Геон не раздумывая открыл дверь, еще раз дотронувшись до светового изображения.
- Доброе утро. Заходи, - произнес он хрипловатым голосом спросонья.
- Можно поинтересоваться, где ты пропадал все это время? - Кавин выпученными глазами смотрел на мерцающее изображение своего заспанного друга, не сдвинувшись с места.
- Ээээм... Я был очень занят - выполнял весьма важное поручение.
- Неужели?
- Именно так.
- Я рад за тебя, но ты отменил целых два сеанса?
- Рувим в курсе?
- Конечно.
- Хорошо. Поднимайся уже. - Геон завершил видеосвязь, подошел к белой продолговатой раковине и принялся умываться прохладной водой.
За дверью его просторной комнаты послышались грузные приближающиеся шаги.
- Ты выглядишь не очень-то обеспокоенным, - разочарованно подметил Кавин, вскоре оказавшись за спиной у друга. - Это, конечно, не мое дело. Но...
Геон молча продолжал приводить себя в порядок, разглядывая свое лицо в крупном зеркале. По стенам тянулись тонкие золотистые линии солнечного света, которые все же как-то проникали сюда благодаря незначительно измененным свойствам оконных метастекол.
Худоватый черно-белый зверек переместился с кровати на подоконник и принялся умываться, изредка поглядывая на какое-нибудь недалеко пролетающее за окном транспортное средство.
- Извини, - растерянно проговорил Кавин, внезапно ощутив себя посторонним человеком, - я пожалуй пойду, не буду тебе докучать.
- Нет, подожди, - остановил его Геон. - Я действительно не могу тебе сказать по какой причине отсутствовал некоторое время. Но у меня есть для тебя хорошая новость - в ближайшем будущем я могу выкупить этот дом, и мне больше не придется постоянно платить за него.
- Как это? - От удивления у Кавина отвисла челюсть. - Правда?
- Угу. - Геон загадочно улыбнулся и вытер лицо мягким полотенцем.
Шаткой и немного неуклюжей походкой Кавин приблизился к обеденному столу, почему-то чувствуя себя при этом несколько потерянным, и опустился на стул.
- Что ж, это замечательно... просто невероятно... - обескуражено разводя руками, проговорил он. - Откуда же ты взял столько денег... Ой, извини, я не должен был спрашивать. - В этот момент его захлестнули самые различные эмоции: радостные и не очень. - Конечно, это не моего ума дело... И чем ты будешь заниматься теперь? - потускневшим голосом осведомился Кавин.
Геон задумчиво взглянул на своего друга и, радушно улыбнувшись, каким-то недоуменно-укоризненным тоном произнес:
- Ты думаешь, я брошу то, что приносит мне удовольствие?
- Нет... Конечно, нет, - словно скороговорку быстро протараторил Кавин, а потом, едва не поперхнувшись прохладной водой, которую он довольно частыми глотками потягивал из граненого стакана, улыбчиво добавил: - А что разве нет?
- У меня и в мыслях ничего подобного не было. - Геон достал из холодильной камеры банку апельсинового сока и сделал несколько больших глотков. - Ах да, - спохватился он, отставив банку с напитком в сторону, - так же я могу прикупить кое-какое оборудование для трансляций, и мне больше не потребуется постоянно находиться в проекционной комнате. Понимаешь, что это значит? - Геон загадочно улыбнулся.
- Ну это просто полный отпад, - удовлетворенно вздохнул Кавин. - Ты говоришь о «Метахроме» - контейнере мыслеобразных проекций?
- Совершенно верно. Правда он будет далеко не первой свежести, но все же это намного лучше чем ничего.
- Ты думаешь, он будет исправно функционировать?
- Наверняка потребуется небольшой ремонт, но в этом нет ничего предосудительного, - небрежно пояснил Геон и уселся за стол напротив друга.
- Надеюсь, ты прав. - Кавин самодовольно потянулся на стуле и тут же подумал про себя: «Сегодня же обрадую жену, а то она без конца твердит мне, чтобы я нашел себе другую работу». - Рад, что тебе так повезло, хоть ты не хочешь вдаваться в подробности своего успеха, - вздохнул Кавин.
- Поверь, так нужно. Давай-ка лучше немного перекусим.
Вдвоем они дружно принялись за завтрак, уплетая горячую пиццу вместе с ароматным кофе и обсуждая при этом некоторые аспекты предстоящей работы; а так же расписание будущих сеансов, корректировки репертуара художественных произведений для трансляций и привлечения к содействию Рувима, чтобы тот записал для них новые музыкальные композиции.
- Не уверен, что он захочет тратить на это свое драгоценное время, - ухмыльнулся Кавин, с аппетитом пережевывая кусочек сырной пиццы.
- Посмотрим. Если не захочет, то придется искать кого-нибудь другого.
- Не первый раз это от тебя слышу. - Кавин осторожно отхлебнул горячего кофе, поставил кружку перед собой на стол и испытующе посмотрел на друга. - Что планируешь сегодня делать?
- Не знаю, - Геон сверкнул растерянным взглядом на свое контактное кольцо, - пожалуй начну с поиска нового оборудования для ментальной комнаты. К тому же нужно получить разрешение на создание и хранение мыслеобразных оттисков, переоформить кое-какие документы и приобрести для нового оборудования несколько алмазных или кварцевых пластин памяти.
- Отлично. А что делать мне?
Геон слабо задумался и, расположившись в пол-оборота, сквозь полутемное окно уставился на далекие очертания города. Где-то посреди высотных белоснежных зданий, узких улиц и тенистых деревьев возвышался огромный столб света, отдающий согревающее тепло во вне.
- Нам не помешали бы новые контракты, - сумрачно произнес он вскоре. - Твоя задача подыскать для сеансов что-нибудь новое, необычное. Справишься?
- Постараюсь. Но ты же знаешь, что у крупных иллюзионов не возможно переманить успешных скрипторов, а отыскать достойных среди никому неизвестных - крайне трудная задача, - несмело возразил Кавин.
- Да, мне об этом известно, но в этом-то и состоит вся сложность, - будто бы не желая слышать ничего подобного, небрежно отмахнулся Геон. - У нас попросту нет другого выбора. Поэтому я и предлагаю тебе тщательнее искать талантливых писателей, находящихся еще в начале своего творческого пути.
- Но рано или поздно они все-равно уйдут от нас...
- Именно поэтому нужно грамотно составлять условия контракта, - многообещающе ухмыльнулся Геон. - Поверь, далеко не все из них горят желанием работать с крупными иллюзионами. Такие люди по-настоящему ценят свободу и независимость, а потому предпочитают сотрудничать одновременно с несколькими мелкими организациями, вроде нашей. Тебе не стоит быть таким пессимистично настроенным.
- Может быть ты и прав, - Кавин сделал вид, будто согласился и плеснул в свою кружку еще немного кофе. - Позволь один вопрос.
- Конечно, спрашивай. - Геон со слабой подозрительностью посмотрел на друга.
- Если честно, для чего тебе все-таки нужен этот контейнер мысленных проекций?
Немного помолчав, Геон поспешно проговорил:
- Конечно же, для того чтобы получать больше прибыли. Разве это так трудно понять? Или я по-твоему должен с утра до вечера сидеть в этом шлеме?
- Именно так я и подумал, извини.
- Тогда закроем эту тему, - холодно заявил Геон, не сводя настороженного взгляда с Кавина. - Мне пора идти. - Он неспешно поднялся из-за стола, устало потянувшись спросонья, накинул темно-синюю рубашку поверх черной футболки и направился к двери. - Ты не мог бы покормить Барни? Кажется, у него закончилась еда в кормушке.
Кавин одобрительно кивнул и послушно побрел к холодильному шкафу.
Спустя несколько дней Геону и Кавину удалось осуществить задуманное. На рынке списанного оборудования они нашли старый контейнер ментальных проекций. Как и следовало было ожидать аппарат оказался в поврежденном состоянии, и для его ремонта требовалось заменить некоторые внутренние детали. Сразу же после подтверждения оплаты компания-производитель выслала на указанный адрес сверхскоростной курьерский дрон с новыми запчастями. Этот космический беспилотник имел право двигаться в обход многокилометровых очередей из межпланетных транспортных средств, которые непрестанно образовывались перед трансферными вихрями.
Геон и Кавин оборудовали комнатку для трансляций контейнером мысленных оттисков. Разрешение же на использование этого оборудования Геон получил не сразу, а после прохождения дополнительного медицинского освидетельствования. Поскольку ментальные сеансы весьма истощали психику человека с натренированным воображением, что вполне могло спровоцировать какое-либо психическое расстройство, Геону приходилось тщательно следить за своим здоровьем.
Когда все было готово Геон с довольным видом спустился вниз, покинув свою просторную комнату.
- Подай пожалуйста пальто, - любезно обратился он к другу. - На сегодня пожалуй все, пойду немного прогуляюсь.
Кавин лишь молча взглянул на него, несколько раз задумчиво прокрутил колечко на пальце в разные стороны и уставился в широкий экран с синеватым мерцанием под потолком.
Геон вышел из дома и неспешно побрел к воротам Центрального парка, а когда оказался перед ними, то неожиданно остановился и замер на месте. Он напряженно вслушивался в звуки окружающего пространства: то с одной стороны, то с другой до него доносились голоса прохожих, шелест листвы, а так же мерный гул пролетающего мимо городского транспорта. Геон словно бы предчувствовал начало чего-то необычного, начало каких-то таинственных и необъяснимых событий, вот-вот грядущих из ниоткуда.
Геон обвел холодным выжидающим взглядом поверхность заиндевевшего городского хольнитена, над которым вились нескончаемые потоки межпланетных кораблей в виде поблескивающих витиеватых полос. Вверху, прямо над его головой, промчался крупный бочкообразный гравилет, набитый пассажирами и похожий на старинный школьный автобус, и резко свернул за угол ближайшего стеклянного здания с переливающимися гранями.
Вдруг совершенно неожиданно все энергетические колонны города разом потускнели, будто кто-то или что-то поглотило всю их энергию. Амфиполис погрузился во мрак. Сердце в груди Геона на мгновение будто бы застыло, а потом тревожно заколотилось; перед глазами проплывали беспокойные огни, теряясь в застывающем и безвестном сумраке. Работа энергетической установки, дающей жизнь Амфиполису, по неведомой причине остановилась. Подкупольное пространство города начало холодеть, стремительно пропитываясь со всех сторон леденящим ознобом. Множество зеленоватых огней надземного транспорта продолжали свое безостановочное шествие над стеклянными высотками, окутанными внезапной мглой. Благодаря тому, что навигационная система продолжала исправно работать, передвижение городского транспорта проходило в штатном режиме, без аварий и каких-либо серьезных происшествий. Для всего многомиллионного населения иноземного города, расположенного в одном из ударных кратеров на поверхности Энцелада, течение времени в этот миг словно бы застыло на месте. Кто-то будто-бы сковал этот город тяжелыми и прочными цепями, удерживая его таким образом в объятиях каких-то жутких и неотвратимых событий, давно уготованных ему.
Не успел Геон сформулировать в голове подходящее объяснение, могущее хоть как-то прояснить происходящее вокруг, как вдруг обнаружил свою полную неспособность к внятному и ясному мышлению. Пребывал он в каком-то совершенно безвольном и недееспособном состоянии, как, впрочем, наверняка и большинство городских жителей. Геон попросту не мог понять ни того, что творится вокруг, ни того как необходимо действовать в этой ситуации. И как бы он ни силился вернуть над собой хоть какой-то контроль, у него ничего не выходило.
Состояние это продлилось не так уж и долго, поскольку снова произошло нечто непредвиденное: мегаполис, стоящий под высоким обледеневшим хольнитеном, вновь засветился прежними огнями, а изнутри гигантских энергетических колонн забрезжило тусклое янтарное свечение, мало-помалу согревающее все вокруг. На улицах Амфиполиса стремительно нарастал гомон обеспокоенной толпы. Люди эмоционально обсуждали между собой произошедшее явление. Некоторые из них, подавшись влиянию страха, направились к ближайшим космопортам, чтобы скорее покинуть город. А кто-то, как ни в чем не бывало, лишь озадаченно озирался по сторонам, разглядывая лица прохожих.
Вскоре со стен высотных зданий, из речевых генераторов, зазвучал раскатистый и внушительный голос мэра Амфиполиса. Он призывал людей не поддаваться панике, объясняя жутковатого рода события программным сбоем в реакторе, в следствии чего запустилась вторая, запасная энергетическая установка. По словам градоначальника, людям нечего было опасаться: ситуация находится под полным контролем, ведется тщательное расследование причин произошедшего. Его убедительная речь оказала положительное воздействие, и многие горожане изменили свое поведение, усмирив страх и панические настроения.
Геон Гринт опомнился от своей растерянной беспомощности, тут же сорвался с места и помчался обратно. Спустя считанные минуты он уже находился возле своего дома на окраине жилой платформы.
- Что произошло? - встретил его перепуганный Кавин с широко раскрытыми глазами.
- Я не знаю, - задыхаясь, едва выговорил Геон. - Это было во всем городе... Подожди меня, я сейчас вернусь...
Геон мигом метнулся наверх и заперся в комнате. Он достал готовое к работе контактное кольцо из прозрачной зеленоватой колбы с органической жидкостью и выбрал из светового списка номер Геры Грэтхен. С поверхности кольца донесся ее мягкий голос:
- Привет, Геон. Что-то случилось?
- Еще как... Только, что весь город погрузился во мрак... - возбужденно протараторил Геон. - Вся энергия куда-то разом испарилась... Ты ничего такого не наблюдала?
Гера задумчиво промолчала. А после небольшой паузы она сдавленным голосом проговорила:
- Нет, все в порядке.
- Хорошо...
- Это так необычно... Но может быть в этом нет ничего страшного? - неуверенно предположила Гера Грэтхен.
- Как раз об этом совсем недавно и сообщил и местный мэр.
- Наверняка в работе реактора имеется целый ряд особенностей его функционирования.
- Какие например?
- Ну, я где-то слышала, что такое кратковременное падение мощности внутри термоядерной установки, теоретически может быть связанно с нестабильным поведением высокотемпературной плазмы. Раньше, в самых первых экземплярах, такое случалось весьма часто, а потому срабатывала охранная система, которая обеспечивает защиту стенок реактора от соприкосновения с плазмой. Представляешь, что случится, если разогретое до нескольких десятков миллионов градусов вещество соприкоснется с внутренней оболочкой установки?
- Я полагаю, ничего хорошего. Но что же происходит внутри реактора: защитная система как-то гасит плазму? - слабо поинтересовался Геон, в глубине души понимая, что причина скорее была в другом.
- Все верно, - подтвердила Гера. - Как именно это происходит, к сожалению, я не смогу тебе подробно описать, но общая суть верна: плазма резко остывает до безопасной температуры, после чего запускается диагностика всей энергетической установки. И только потом, если никаких нарушений не выявлено, начинается тестовый разогрев вещества. Обычно процедура такой самодиагностики длится несколько часов, поэтому почти сразу же после случившегося сбоя включается запасной реактор, который будет обеспечивать город энергией какое-то время.
- Спасибо за разъяснение. Так вроде понятнее... - Геон облегченно провел рукой по своему похолодевшему лбу, а затем сразу же спросил: - Но по какой причине это случилось? Я не совсем понимаю.
Гера недолго помолчала, а потом ответила:
- Я не знаю. Это действительно очень странно. Но может быть такие непредсказуемые явления иногда должны происходить? - неловко допустила она. - Ты не желаешь встретиться?
- Когда?
- Сегодня в шесть часов вечера по основному времени. Нужно вновь побывать у Экзарха.
Повисла минутная пауза. Где-то вдалеке слышалось раскатистое эхо от громкой речи градоначальника, повторно вещавшего заготовленный текст.
- Снова? Но зачем? - Геон нервно зашагал по комнате, ощущая невнятную тяжесть в животе.
- Причин много. Но самая очевидная - то, что ты мне сейчас рассказал.
- Конечно же, я не против... - с трудом выдавил из себя Геон Гринт, - но нельзя ли это сделать скорее? Дело в том, что сегодня у меня много работы, поэтому я хотел бы как можно раньше освободиться.
- Раньше я не могу, - прозвенело с поверхности светящегося кольца. - Скоро начнутся соревнования. Не желаешь понаблюдать?
- А где ты?
- Направляйся в Кинополь.
- Что ж, я скоро буду, - потускневшим голосом сообщил Геон, а затем нервно опустил руку, и голосовая связь тут же прервалась.
Он надел темное пальто и спустился вниз. Кавин по-прежнему стоял за барной стойкой, уставившись в большой световой экран под потолком.
- Кажется, Гера меня несколько успокоила, - утешительно бросил Геон, мельком взглянув на него. - Рассказала о некоторых особенностях работы энергетической установки... Мне думается, она права.
- Что именно ты узнал? - Кавин резко убавил громкость звука новостной передачи.
- Произошедшее мол не столь серьезно. Говорит, это вполне штатная ситуация.
- Охотно верю, - вяло согласился Кавин, следя глазами за другом.
- Если что, я всегда на связи, - напомнил Геон и скрылся за входной дверью в конце гостевого зала.
Он совершил получасовую прогулку по своему излюбленному месту - по Центральному парку города, а затем направился в Кинополь. Этот крупный населенный пункт, стоящий на бескрайней ледяной равнине, располагался всего-лишь в нескольких километрах от Амфиполиса, так же внутри кратерного углубления. На протяжении нескольких лет иноземный город находился на стадии активной застройки, постепенно прирастая все новыми и новыми живописными районами с высотными зданиями, замысловатыми пешеходными дорожками, надземными переходами и тенистыми скверами.
Очень скоро астроомнибус Геона добрался до обозначенного места, оказавшись под светлым обледеневшим хольнитеном; после чего сразу же устремился к широкой приземистой башне-обсерватории, внутри которой, помимо различных исследовательских помещений и рабочих кабинетов, располагалась школа с углубленным изучением отдельных предметов для детей из обеспеченных семей.
Сюда, к зданию научно-учебного центра, непрестанно прибывали темно-оранжевые пузатые гравилеты и опускались на широкие сервисные и посадочные платформы. Ученики в спешке выбегали из них и скрывались внутри здания с большой куполообразной крышей. Там, под массивными раздвижными створками, за которыми виднелось звездное небо, стояли тяжелые электронные телескопы, способные воспринимать различные диапазоны электромагнитного излучения. Среди них были и оптические, и рентгеновские, и гамма-телескопы, а где-то недалеко от обсерватории находилось несколько радио-телескопов. На каждом этаже учебного центра располагалось некоторое количество учебных кабинетов, где за ученическими столами стояли настольные протографы с нейроинтерфейсами, которые посылали точные мысленные команды вычислительным машинам.
Очень скоро к обсерватории прибыло еще несколько школьных гравилетов - из учебных заведений других иноземных городов, а так же один транспортный астроомнибус с большим и вместительным грузовым отсеком позади своей двухместной кабины. Внутри него находилось множество самодельных скоростных дронов, подготовленных учениками для предстоящих соревновательных мероприятий. После того, как вместительное транспортное средство опустело, оно немедленно умчалось прочь, бесследно скрывшись за границей городского купола.
Десятки учеников собрались в просторном круглом зале, расположенном в самой верхней части обсерватории. Каждый из них вскоре надел на голову шлем со специальными передающими датчиками и принялся сосредоточенно готовиться к командной гонке.
Сквозь гладкие и продолговатые окна обсерватории, проглядывались светлые фасады высотных многогранных зданий, а так же далекие очертания каких-то незавершенных сооружений, над которыми мелькали тусклые трудноразличимые огоньки городского надземного транспорта и курьерских дронов. С противоположной же стороны огромного помещения открывался завораживающий вид на загадочные и бескрайние ледяные просторы, лежащие за пределами защитного купола.
Геон осторожно приоткрыл дверь, вошел в огромную учебную аудиторию с высоким куполообразным потолком наверху. Завидев Геру Грэтхен, он тихо подобрался к ней сбоку и постучал пальцем по краю стола, за которым она находилась. Девушка подняла свои темные раскосые глаза, и тут же на ее лице отразилась сдержанная и взволнованная улыбка.
- Присаживайся, - сказала она, указав на ближайший магнитный стул, невысоко парящий над полом. - Будь почти как дома, я скоро освобожусь.
Геон лениво взобрался на твердое сидение, откинулся на спинку и деловито закинул ногу на ногу. А в это время непоседливые ученики вовсю галдели, громко переговариваясь между собой о том, чей спортивный дрон сегодня окажется первым, а так же кому достанется главный приз - контактное кольцо усовершенствованной модели из чистого золота. Среди восьмидесяти четырех учеников находился и племянник Люта, Эрик.
В огромном зале астрономической обсерватории собрались дети из самых разных учебных заведений. Гера немного приглушила освещение, чтобы ничто не отвлекало их от управления спортивными беспилотниками. На высоких голографических экранах, светящихся вдоль округлых стен, появились лица преподавателей различных дисциплин. Все они входили в состав аттестационного жюри. По команде судьи-стартера космические дроны, выстроенные в длинную и стройную линию, дружно направились за пределы городского купола. Когда они оказались на безжизненной, обледенелой поверхности спутника, тут то и началось долгожданное соревнование.
Судья подал команду на старт и самодельные беспилотники мгновенно сорвались со своих мест и помчались в белоснежную даль. Дроны ловко маневрировали между длинными трещинами и редкими застарелыми кратерами, ловко преодолевали изогнутые пояса впадин и могучие ледяные хребты. Несмотря на крайне неблагоприятный температурный режим внешней среды, на конструкцию дронов это не оказывало негативного воздействия. Как ни в чем ни бывало они продолжали мчаться вперед, все дальше и дальше продвигаясь по намеченной траектории.
Постепенно, в процессе соревновательного заезда, некоторые его участники начали неожиданно сходить с дистанции, выбывая из гонки: кто-то из-за возникших неполадок в двигателе своего летательного аппарата, а кто-то из-за неожиданной встречи, лоб в лоб, с очередной неровностью на поверхности обледенелого ландшафта. Сразу несколько ученических дронов были выведены из строя, внезапно угодив в многокилометровый столб из плотного водяного пара, извергающегося из глубокой и абсолютно черной трещины. Выбывшие реагировали на поражение весьма эмоционально, однако Гера Грэтхен не раз делала им внушительное предупреждение, что если кто-либо продолжит вести себя неподобающим образом, таковые будут непременно отстранены от следующих соревнований. Обычно этого было достаточно, и в учебном зале становилось намного тише и спокойнее.
Спустя некоторое время соревнование завершилось и объявился победитель. Им оказался Григорий Бок - весьма одаренный десятилетний мальчик из гимназии имени Генриетты Лакс иноземного города Геликон. Второе место занял его друг - Эрик Криус, племянник Люта Алгой, учащийся частной общеобразовательной школы Амфиполиса. И на третьем месте оказалась Элла Фирс - девятилетняя девочка из того же учебного учреждения, что и Григорий Бок. Победителю достался главный приз сегодняшнего мероприятия - контактное кольцо новой модели из золота высшей пробы. Остальные же получили подарки поскромнее - ментальные шлемы эфемерной реальности и несколько подарочных сертификатов некоторых весьма популярных развлекательных центров.
Соревновательный заезд подошел к концу, и ученики стали неспешно расходиться, покидая здание научно-учебного учреждения. Они занимали пустующие места в бледно-оранжевых пузатых гравилетах, которые ожидали их снаружи, чтобы развести детей по местным космопортам.
Учебный зал опустел. Геон лениво потянулся на стуле, который невысоко парил над темно-серым гранитным полом, а затем криво улыбнулся и проговорил:
- Было очень увлекательно! - Его голос тихим эхом распространился по опустелому пространству, отскочил от высоких округлых стен и плавно затих.
Гера Грэтхен молча укладывала тетради с учительского стола в свою сумку.
- Я так понимаю Лют Алгой все-таки открыл пиццерию на том астероиде? - поинтересовался Геон, разглядывая установленный посреди зала огромный продолговатый телескоп. Он был направлен в бездонное черное небо космоса и смотрел на далекие загадочные объекты Вселенной сквозь городской защитный купол. - Кто-то из вас получил координаты нового места для перемещения в Пограничный Мир?
Гера стянула с высокой стойки длинное пальто и мигом накинула его на себя.
- Все верно, - сказала она. - Совсем недавно на мое контактное кольцо поступило сообщение с координатами. Я точно не знаю от кого оно, но почему-то уверена, что от Экзарха.
Геон искоса посмотрел на нее и тихо спросил:
- Зачем тебе все это нужно?
- Что?
- Для чего снова ввязываешься в это...
- Я не могу иначе, - почти протестующим тоном прервала его Гера.
- Но почему?
- Я должна во всем разобраться.
- В чем именно? - Геон недоуменно посмотрел своей давней подруге в глаза. - Гера, мы давно с тобой знакомы, но иногда я тебя не понимаю. Ты получила то, что хотела, впрочем, как и все мы: Лют расплатился с долгами, у меня наконец-то появилась возможность выкупить дом, а еще я заполучил «Метахром». - Геон мечтательно улыбнулся, а его глаза засверкали светом непринужденной наивности и какой-то детскости. - Представляешь, теперь я могу еще больше уделять времени поиску новых контрактов, не просиживая целыми вечерами в тесной комнатке. Это дает неплохие перспективы для расширения в будущем. Понимаешь? - Лицо его тихо светилось от счастья.
- Я очень за тебя рада, - холодно отозвалась Гера и отвернулась в сторону, уставившись на далекие поблескивающие огни, которые неспешно скользили над стеклянными высотками. - Ты прибыл сюда, чтобы отговорить меня? Если так, то в таком случае я пойду одна.
- Ясно, - рассерженно буркнул Геон. - Ты всегда была такой упрямой... Ты не задумывалась о том, что вообще-то эти поручения могут быть очень опасными. Мы ведь получали их не от какого-то обычного человека... Так что еще неизвестно куда они могут завести всех нас. Я считаю, что мы легко отделались, проделав ту странную работу. И когда получили достойное за нее вознаграждение, ни кому из нас не стерли память. Теперь же все постепенно возвращается на свои места, жизнь налаживается. А ты снова пытаешься свести нас с этим странным человеком... Неужели ты не понимаешь, что это не приведет нас ни к чему хорошему?
После этих слов школьную учительницу будто бы передернуло электрическим током, и она разразилась пылкой тирадой в адрес прибывшего за ней друга:
- Не будь таким ребенком, Геон. Нам выпал уникальный шанс хоть немного приоткрыть завесу неизведанного, выглянуть из-за тонкой скорлупы, в которой находится все человечество. Ты недальновиден и весьма ограничен в своих взглядах и представлениях об окружающей тебя действительности. Не ценишь открывшуюся тебе возможность узнать правду о себе самом, о мироздании и прячешь голову в песок, словно страус. Однажды эта скорлупа треснет, и мы окажемся беззащитными перед новой открывшейся реальностью. Я не прошу тебя соглашаться, но и не смей отговаривать меня. Не нужно поучительных нотаций, а так же будь добр, напомни-ка мне пожалуйста, о чем это ты говорил мне совсем недавно? Не о том ли, что в Амфиполисе отказала энергетическая установка и город погрузился во мглу?
Геон тем временем нервно расхаживал по залу, с мрачным видом напряженно обдумывая услышанное. Он ощущал некую раздвоенность и неопределенность, которые томили его, сводили с ума. Геон попросту не понимал, что теперь делать. Где-то в глубине сознания вновь обрисовалось два пути, между которыми теперь необходимо сделать выбор: начать погружение в неизведанную пропасть, либо же обо всем забыть и заняться привычными делами, живя в свое удовольствие. Геон склонялся к последнему. Однако прежние некогда приглушенные сомнения с новой силой, начинали гложить его, решительно захватывая разум и волю, неспешно разрушая беззаботное устройство внутреннего мирка.
- Интересно, почему всегда после твоих пламенных речей, я резко ощущаю потребность в эмоциональной коррекции? - нервно усмехнулся Геон Гринт, остановившись напротив окна и всматриваясь в бескрайние просторы безмятежной ледяной пустоши. - Конечно, приятно осознавать, что у тебя есть потребность в познании чего-то нового...
- Зачем ты пришел? - подозрительно спросила Гера.
- Надеялся, что ты одумаешься, - честно признался Геон.
- Ты не понял главного - нашему миру грозит опасность. Однажды он исчезнет, и мы не сможем ничего сделать.
Геон раздраженно ударил кулаком по затемненному стеклу:
- Откуда ты знаешь, что будет? Откуда тебе известно? Откуда это известно ему?
Гера Грэтхен бесшумно приблизилась к другу, нежно коснулась рукой его плеча и мягко сказала:
- Прошу, не обманывай самого себя.
Геон прислонился щекой к прохладному стеклу, помолчал недолго, а потом несколько успокоенным голосом произнес:
- Может быть ты и права. Но у меня есть большие сомнения... - Геон мучительно повернул голову влево и потухшим взглядом, полным сожаления и мрачной безнадежности, заглянул в глаза Геры. Блеклые лучи света чудесным образом пробивались сквозь заиндевевшую поверхность городского хольнитена и неуверенно проникали внутрь опустелого зала научно-учебного центра. - Мы ведь ничего толком о нем не знаем? Мы ведь еще можем отказаться, понимаешь? Он сам об этом говорил, - не унимался Геон, все еще хватаясь за последние искорки ускользающей надежды.
- Будь смелее, - просто заключила Гера, наблюдая за растерянными глазами своего напарника. - Так ты идешь?
Геон опустил голову и отошел в сторону.
- Должен признаться, что иногда и сам испытываю нечто подобное - проблески любознательности и той зрелости, которая есть в тебе... - сказал он, и вялая улыбка скользнула по его лицу. - Но я опасаюсь этого пути... Это слишком непредсказуемо... слишком необычно... - Геон остановился. - Похоже, у меня нет выбора... Я должен... иначе... - он стыдливо потупил взгляд, недолго помолчал, а потом спросил: - Лют Алгой идет с нами? Что он думает обо всем этом?
Гера снисходительно улыбнулась.
- Он относится к этому как к обычной работе, ты же знаешь. Все остальное его мало заботит.
- По-твоему это нормально?
- Я не знаю... Для него может быть и нормально. По крайней мере, на данный момент.
- На данный момент... - страдальчески вздохнул Геон, закатив глаза вверх. - Может быть... Ладно... Пусть будет так... - сбивчиво пролепетал он себе под нос, бродя по просторной аудитории. - Где же это место с дурацкими тенями? Ты уже наверняка все проверила?
- Да, координаты, которые я получила, указывают на один из городов на Земле, на одинокое и давно заброшенное строение.
- Где именно?
- Это древний навигационный маяк.
- Ясно. Что ж, придется там побывать, - равнодушно вздохнул Геон, однако при этом на его задумчивом лице с темными впалыми скулами проскользнул слабый оттенок осторожной заинтересованности.
Гера и Геон вскоре покинули здание астрономической обсерватории и расположились внутри межпланетного судна. Спустя некоторое время астроомнибус уже находился возле одного из транспортных тоннелей, ведущих на обледенелую поверхность Энцелада.
- Что думаешь по поводу того инцидента с мистером Ноксом? - неохотно заговорил Геон, со скрипом выуживая из памяти неприятные воспоминания.
- Исчезновение этого человека, - растерянно покосилась на него Гера, - до сих пор не укладывается у меня в голове.
- Интересно, что будет на этот раз? - задумчиво протянул Геон, разглядывая потолок.
Астроомнибус приблизился к трансферной воронке, мерцающей изнутри тусклым синеватым светом, и замер на месте посреди вечного мрака космической мглы. Перед неведомым природным явлением вновь образовалась длинная очередь из сотен тысяч межпланетных кораблей. А прямо над серебристым судном, которое походило на глубоководный батискаф и которым управлял Геон Гринт, неожиданно показался огромный грузовой корабль - межпланетный галеон. Все остальные космолеты на его фоне, в том числе и многопалубные пассажирские лайнеры, казались лишь крохотными ледяными каплями, затерявшимися во мраке пустоты.
- Я долго размышляла, - неуверенно продолжила Гера вскоре, - мне почему-то кажется, что мистер Феб не имеет к происходящему прямого отношения.
- Как это по-твоему может быть? - бросил на нее недоуменный взгляд Геон. - Это вряд ли, наверняка ему все известно.
Гера задумчиво покачала головой.
- Мы уже обсуждали это, - спокойно напомнила она. - Да, наверняка он многое знает, но почему-то отказывается мешать фанатикам, которые соблазняют своим учением простых людей и без того находящихся в подавленном состоянии. - Гера слабо призадумалась, а затем негромко прибавила: - Ты не думал, что он может сотрудничать с теми... ну, о ком упоминал Экзарх?
- Экзарх... - тяжело вздохнул Геон Гринт. - На самом деле, Гера, по всей видимости, очень многое может быть в этом мире. - От услышанного титула того человека из неведомого звездного мира у Геона закружилась голова. Ему захотелось немедленно вернуться обратно, в свою маленькую и уютную комнатку и обо всем забыть, надев на голову шлем для передачи мысленных образов.
- Да, но разве рассказ Энды Линд о встрече мистера Феба с тем странным человеком, на которого не действовало излучение конверсионной комнаты, не приводит тебя к подобным умозаключениям?
- Я стараюсь пока что об этом не думать, - хмуро отозвался Геон и прислонился щекой к холодному оконному стеклу. Снаружи корабля, посреди тьмы, угрожающе светилась гигантская газовая планета.
- Понимаю. - Гера Грэтхен сочувственно посмотрела на него, постукивая пальцами по подлокотнику.
Межпланетный космолет неуверенно покачнулся, сдвинулся с места и стал неспешно приближаться к космической аномалии, мерцающей изнутри темно-синим светом. И спустя считанные мгновения он уже находился рядом с красной планетой из второго сектора звездной системы, а затем быстро переместился в первый.
За бортом ярко светился крупный лунный диск, он стремительно уменьшался в размерах, проваливаясь в пустоту. Космолет погрузился в атмосферу голубой планеты, а затем бесследно скрылся за лентовидными белоснежными облаками.
Подобно стреле, выпущенной из арбалета, корабль проносился сквозь один туманный слой за другим, стремительно опускаясь все ниже и ниже. Снаружи свистел ветер. За окнами мало-помалу проступали сглаженные очертания какого-то небольшого островка, прилегающего к серой дороге. На его неровной песчано-травянистой поверхности, ближе к побережью, темнело мелкое, едва заметное пятнышко. Со временем оно становилось все крупнее и крупнее, более объемным, стремительно превращаясь в четко очерченную фигуру. Вскоре перед глазами двоих внутри астроомнибуса предстала высокая каменная башня старинного навигационного маяка.
Глава №11 (Новое задание)
На островке царила атмосфера какого-то пустынного одиночества и затхлого безвременья. Казалось, что здесь не было ни одной живой души. Вокруг - лишь тишина и невозмутимое спокойствие. Геон ловко спланировал вниз, облетев вокруг старинного маяка несколько раз по дугообразной траектории и плавно опустил космолет на землю. Не заглушая двигатель, он как-то неприязненно посмотрел сквозь лобовое стекло вверх. Маяк был около ста метров в высоту. А дальше, где берег резко обрывался и уходил вниз, в свете заходящего солнца шумели морские волны, разбиваясь о прибрежные черные камни. От мысли о том, что сейчас придется взбираться на эту башню, топая по винтовой лестнице, Геону стало как-то не по себе. Он вальяжно откинулся на спинку водительского кресла, корабль тот час же взмыл вверх и неподвижно застыл в воздухе на уровне световой камеры. Геон и Гера ловко перепрыгнули через ржавое металлическое ограждение и оказались на ровной поверхности маяка.
- Где же Лют? Долго его придется ждать? - Геон смотрел в высокое небо, прикрывая глаза рукой и слабо при этом щурясь от желтого согревающего солнца.
Гера Грэтхен бегло взглянула на контактное кольцо и тут же бодро сообщила:
- Должен быть с минуты на минуту.
- Я совсем забыл у тебя спросить, - Геон оперся обеими руками о перила, встав спиной к алому закату. - Удалось ли тебе сдать очередной экзамен?
- Ах, ты про мою учебу? - Гера небрежно махнула рукой, а на ее лице показалась слабая довольная улыбка. - Да, все в полном порядке! Экзамены я всегда сдаю с первого раза, ну почти всегда. - Девушка осторожно придерживалась обеими руками за ржавое ограждение и зачарованно смотрела на яркий солнечный диск, который уже наполовину скрылся за красно-желтой линией горизонта. - Благодаря полученному вознаграждению, я полностью оплатила свое обучение. Теперь мне больше не придется об этом думать.
- Что ж, отлично! Значит, наверное, уже очень скоро ты займешься колупанием безмозглых андроидов, точнее их скудного интеллекта, чтобы они больше не раздражали своих хозяев однообразным поведением и всякими глупостями. Верно?
- Обязательно, - довольно рассмеялась Гера. - И для этого я даже подумываю нанять тебя к себе на работу.
- Правда?
- Ага.
Наконец-то из-за пористых белоснежных облаков показалась небольшая серая точка, мерцающая едва заметными ярко-синими огоньками. Вероятно, это был астроомнибус Люта Алгой. Геон скользнул пальцем по поверхности контактного кольца, и его космолет, зависший в воздухе, плавно опустился на землю. Низкий приглушенный гул, раздающийся из его двигательных сопл, вскоре затих, а свет внутри кабины потускнел.
К верхушке старинного маяка приблизился серебристый космолет. Его тонкая элегантная гермодверь плавно сместилась в сторону и поднялась вверх. В образовавшемся дверном проеме показался Лют Алгой. Он приветливо помахал рукой, ловко перепрыгнул через ограждение, покрытое многовековой ржавчиной, и оказался рядом со своими товарищами.
- Прошу прощение за опоздание, - учтиво извинился Лют. - У меня были кое-какие незаконченные дела. - Он дистанционно опустил астроомнибус на землю, выполнив некоторые манипуляции со своим кольцеобразным устройством, а затем с любопытством осмотрелся по сторонам. - Что ж, прекрасное место для новых свершений, - с каким-то неоднозначным настроем обозначил он и тут же добавил: - Давайте что ли приступим к изучению этого объекта.
Геон и Гера осторожно последовали за ним. Для начала они, все трое, переместились внутрь остекленной смотровой камеры навигационного маяка, находящейся под широкой конусообразной крышей. В центре стоял монолитный стол из вороненной стали, а на его поверхности лежало разбитое оптическое устройство - маячный излучатель. Когда-то давным-давно он помогал морским кораблям ориентироваться в темное время суток или же когда был шторм, а видимость за бортом совсем никакая.
Под столом виднелась массивная крышка люка, за которой скрывалось несколько внутренних отделений маяка: служебное помещение, спальня, одна жилая комната и кладовая. После кладовой комнаты, следовала каменная винтовая лестница, ведущая вниз, к выходу из башни. Но дверной проем старинного сооружения, где когда-то располагалась дубовая дверь, был наглухо замурован. Трое принялись за тщательное исследование внутреннего пространства маяка, стоящего на краю крохотного безлюдного островка.
Сначала Лют Алгой ненадолго задержался в служебной комнатке. Всюду вокруг белели голые стены, сложенные из толстых кирпичных блоков, на полу стояли какие-то старые деревянные ящики, а в западной части округлого помещения находился большой металлический шкаф. Затем предприимчивый и деловитый мужчина смело спустился в спальную комнату.
Здесь, на бревенчатом полу, стоял старый одноместный диван, весь покрытый седой пылью, рядом с которым находился дубовый комод; а напротив небольшого оконца с мутными непрозрачными стеклами, стоял узкий письменный столик, под ним виднелось множество пожелтевших бумажных листов. Вдоль округлых стен, посреди обломков старинной мебели, стояли полусгнившие деревянные стулья. Лют Алгой внимательно осмотрел каждый из них на наличие неестественного теневого отражения, а затем, не заметив ничего необычного, поставил перед собой ближайший приглянувшийся ему стул и попробовал на него усесться. Стул покачнулся, но выдержал вес мужчины и не сломался. Гера принялась наводить в комнате порядок, так же надеясь обнаружить загадочное природное явление, но и тут его не было.
Далее все трое переместились на этаж ниже и оказались посреди жилой комнаты. Здесь при блеклом солнечном свете они обнаружили еще большее количество ветхой мебели, среди которой были и старые резные столы, и потертые ветхие стулья, и высокие дубовые шкафы, заполненные каким-то пыльным отрепьем, а так же плетеные изношенные кресла, некоторое количество корзин для белья и старинное дубовое трюмо. После тщательного обследования комнаты, стало очевидным, что здесь так же нет ничего необычного.
По узкой стальной лестнице трое спустились еще ниже - в кладовую. В каждой из обследованных помещений находилось по одному маленькому оконцу с мутными и тонкими стеклами, почти непроницаемыми от старости и приставшей грязи. И эта комната не была исключением. Кладовая сначала показалась им абсолютно пустой. Однако немного позднее, Гера заметила, что рядом с бледным окном находился какой-то предмет. Она сделала несколько осторожных шагов вперед и сквозь сумрачную пелену, содержащуюся в затхлом воздухе, увидела сломанный бронзовый торшер. От переломанной пополам ножки светильника на пол стекала черная, как растопленная смола, тень. Необъяснимым образом она была направлена в сторону небольшого оконца, совершенно против света заходящего солнца. Геон Гринт застыл на месте, ощутив знакомый приступ трепетного страха перед неведомым явлением.
- Вот мы и нашли, что искали. - Гера отступила на полшага назад.
Собравшись с силами, девушка все же двинулась навстречу расплывчатому теневому пятну, застывшему на поверхности бревенчатого пола и частично на самой каменной стене. Но неожиданно Лют Алгой придержал напарницу за руку и тихо сказал:
- Не торопись. Я пойду первым.
Мужчина подступил к сломанному торшеру, подставил под черную тень правую руку и тут же обессиленно опустился на пол, прислонившись спиной к холодной стене. Его тело начало стремительно затягиваться сгустком холодной невещественной тьмы, и спустя несколько считанных мгновений он полностью исчез. За ним последовала Гера Грэтхен. Вскоре с ней произошло тоже самое.
Геон Гринт остался один в сумрачном пространстве кладовой. Мелкими и осторожными шажками он подступил к сломанному пополам светильнику и задумчиво опустился на корточки. «Неужели все это происходит по настоящему», - печально подумал он, побольше втянув в себя воздух, как перед погружением в воду, а затем выставил вперед правую руку.
Геон закрыл глаза, и его разум очень быстро погрузился в какое-то вязкое и неопределенное состояние. Прошло некоторое время: две минуты, пять или может быть существенно больше - доподлинно неизвестно. А потом, когда все закончилось, и он с трудом приоткрыл свои веки, то обнаружилось, что интерьер складского помещения старого маяка несколько изменился: появились новые предметы, которых здесь ранее не наблюдалось. Это были предметы из других комнат, расположенных выше: старый вещевой шкаф и несколько стульев. Все новоявленные объекты располагались вдоль округлой стены и имели совершенно иные размеры, значительно отличающиеся от тех, что были прежде. Окна оказались кристально чистыми и абсолютно прозрачными, но сквозь них совсем ничего не было видно. Может быть все потому, что настала темная и непроглядная ночь?
- Ну, вот мы и снова оказались за пределами обыденной реальности, у границ так называемого Вселенского Бессознательного, - зачарованно протянул Лют. В отличии от Геона ему нетерпелось поскорее приступить к новой работе, чтобы получить за нее достойное вознаграждение. Мужчина уже обдумывал про себя, как лучше распорядиться этими денежными средствами в будущем. - Может быть поднимемся выше? - невинно предложил он, обратив внимание на узкую вертикальную лестницу, а затем, не дожидаясь ответа, смело вскарабкался по холодным перекладинам вверх и скрылся из вида.
Гера и Геон молча переглянулись между собой и последовали за ним.
- Мне кажется или тут действительно стало очень холодно? - забеспокоился Геон.
Перекинув руку через следующую лестничную перекладину, он спешно застегнул верхние пуговицы рубашки в надежде, что ему станет хоть немного теплее. Вдруг он вспомнил, что оставил пальто на заднем сиденье астроомнибуса, в связи с чем и подумал, что не плохо было бы вернуться за ним. Однако когда обернулся, то обнаружил, что тень уже куда-то пропала. Геон ухватился за следующую перекладину и стал подниматься все выше и выше, пока не оказался в спальной комнате. Здесь некоторые предметы интерьера так же находились не на своих местах и были совершенно других размеров.
- Согрейся вот этим, - Лют Алгой бросил своему напарнику какой-то серый шерстяной плед, после чего скрылся в полутемном лестничном проеме.
- Благодарю, - прохрипел Геон, схватив большое покрывало, а затем продолжил подниматься вверх.
В служебном помещении старинного маяка оказалось еще куда более холоднее, нежели в нижних отделах, поэтому Геон скорее укутался в дырявый шерстяной плед.
- Я так понимаю нам следует подняться на самый верх? - Лют Алгой едва приподнял массивную крышку люка, и его сразу же обдало резким морозным холодом. - Там, что зима? - В испуге он резко отпустил массивную дверцу и растерянно уставился на лица остальных.
Лишь когда все они подготовились к внезапно переменившемуся климату, Лют вновь откинул крышку люка вверх и осторожно выбрался наружу.
На улице стояла морозная зима. Дул холодный ветер, а с неба падали редкие хлопья сухого белого снега. Вокруг старинного маяка, во всех направлениях, куда ни глянь, распласталась ледяная тьма и ничего толком не было видно. Геон, Лют и Гера крайне изумленные такой неожиданной переменой обстановки, неподвижно стояли под широкой конической крышей старинного маяка, словно бы парализованные какой-то запретной магией.
Однако это было не самым удивительным и пугающим фактом, и далеко не сразу путешественники между мирами смогли понять, куда же именно их занесло теперь. Оказывается, что в этом мире, где вещество тесно переплетено с абстрактным и образным, навигационный маяк, со всех сторон припорошенный сверкающим снегом, являлся лишь частью какого-то единого комплекса никому неизвестных строений. Трое незадачливых скитальцев обескураженно оглядывались по сторонам, не веря собственным глазам.
- Это... Что это замок? - растерянно пролепетал Геон Гринт, дрожа от холода и поправляя на себе старый шерстяной плед.
- Ничего не понимаю, - недовольно фыркнул Лют Алгой, - куда мы попали на этот раз? Похоже, это действительно какой-то средневековый замок.
На улице был поздний вечер. Солнце давно зашло, а из под редких серых туч, на фоне черного неба с небольшим количеством звездных точек, показалась огромная луна, залитая бледным светом. На широкой крепостной стене, толщина которой составляла около трех с половиной метров, блестели причудливые аморфные образования в виде плотного твердого льда и снега. Где-то вдалеке, сквозь густой ночной сумрак, с трудом проглядывались очертания нескольких белокаменных угловых башен. Внутри крепостных стен располагалась главная башня древнего замка - донжон. Внутренний двор был сплошь завален высокими ухабистыми сугробами, сверкающими разноцветными искрами в холодных лучах лунного света. Над крепостной стеной находилась плоская сланцевая кровля, придавленная толстой снежной шапкой.
Перекинувшись через каменные ограждения, Геон озадаченно посмотрел вниз, на то место, где он недавно оставил свой астроомнибус. Как ни странно, но транспортное средство было на своем месте. Оно лежало посреди снежных завалов, при этом никак не реагируя на команды с контактного кольца. Может быть все потому, что космолет был не настоящим?
- Смотрите, - воскликнула Гера, указывая рукой в даль, где широкая обледенелая стена, кажется, примыкала к следующей, точно такой же угловой башне, - я вижу там дверь. - И действительно в стене соседнего крепостного сооружения виднелось высокое дверное полотно. - Наверняка нам туда. - Гера прикрыла лицо от жгучего холода. - Или будем ждать пока Экзарх не появится сам?
- Боюсь, к тому времени мы превратимся в ледяных болванчиков, - остроумно подметил Геон, дрожа от колючего озноба.
Бледный свет полной луны осветил древнее сооружение, что располагалось с правой стороны, и высокий проем в ее каменной клади, наглухо запечатанный массивной дверью, стал отчетливо виден.
- А в этот раз было уже не так страшно проходить сквозь эту тень, - неожиданно вспомнил о своих ощущениях Геон Гринт. - Было не так холодно, как в прошлом.
- Зато здесь не так тепло, как хотелось бы, - недовольно буркнул Лют, отогревая замерзающие уши едва теплыми руками. - Давайте вернемся обратно, чтобы немного отогреться. Здесь слишком холодно. - Светлые клубы пара выходили из его рта и ноздрей, которые уже успели покрыться тонким слоем серебристого инея.
- Как хочешь, но мы не собираемся тебя ждать. - Гера осторожным, но решительным шагом направилась в сторону противоположной замковой башни, а Лют скрылся под массивной крышкой люка.
Ступая по обледенелой поверхности широкой стены, Гера подскользнулась и едва было не упала, но Геон вовремя подхватил девушку под руку. Вновь подул морозный ветер, вздымая вверх рыхлые клубы колючего снега, и двое остановились, прикрывая свои лица руками. Спустя непродолжительную паузу они вновь продолжили путь. Гера Грэтхен была в своем длинном и легком пальто, однако оно было недостаточно теплым и мало годилось для такого морозного климата. Казалось, будто где-то за промерзшими насквозь камнями этих древних стен скрывалось множество запутанных коридоров и потаенных комнат.
Геон и Гера наконец-то подобрались к мрачной дубовой преграде и сразу же попытались сдвинуть ее с места, но из этого ничего не вышло: массивное дверное полотно ни в какую не поддавалось. Через несколько неудачных попыток на помощь к ним неожиданно подоспел Лют Алгой. Поверх легкой замшевой куртки на нем болталось какое-то старинное одеяло, а в руках он держал небольшой продолговатый предмет, похожий на стамеску.
- Где ты это нашел? - машинально проговорила Гера, согревая едва теплым дыханием кисти своих рук. Темные ресницы и брови дрожащей от холода девушки были сплошь покрыты морозным сверкающим инеем.
- Нашел в кладовой! - удовлетворенно шмыгнул носом Лют и приготовился нанести первый удар по ледяной корке, видневшейся между дверным проемом и кромкой двери. - Прикройте глаза. - Он принялся молотить по льду и с каждым разом делал это все сильнее и сильнее.
Порывистый леденящий ветер, продолжил свистеть с новой силой, неустанно носясь взад-вперед между каменной стеной и заснеженной кровлей.
- Это бесполезно, - прохрипел Геон. - Дверь слишком большая, и, освободив низ, нам не добраться до верха.
Лют Алгой остановился, прекратив стучать стальным предметом по обледенелому косяку. Он бегло окинул взглядом дверное полотно и, несколько отдышавшись, с негодованием в голосе простонал:
- Тогда что мы тут делаем? Нужно возвращаться обратно, пока мы еще живы и не превратились в новогодние ледяные статуи.
Гера растерянно пожала плечами, а Геон исподлобья покосился в противоположную сторону, подумывая о предложении своего напарника вернуться внутрь башни. Но вдруг, совершенно неожиданно, за темной массивной дверью послышался какой-то тихий неотчетливый шорох, а затем и чьи-то неспешные тяжелые шаги.
- Не думал, что встречу вас снова, - за дверью прозвучал низкий безмятежный голос, и лед, сковывающий дубовую дверь по краям, начал стремительно таять, тонкими ручейками стекая вниз.
Очень скоро ледяные оковы ослабли, почти полностью растворившись и превратившись в одну большую сверкающую в лунном свете лужицу, и за дверью вновь послышался тихий проникновенный голос пришельца из неведомого мира:
- Теперь входите.
Геон изо всех сил потянул за холодную ручку в виде большого стального кольца, но дубовая дверь лишь едва приоткрылась. Когда же усилия приложил и Лют Алгой, она стала неохотно поддаваться. Трое проскользнули внутрь замковой башни, скрывшись за толстыми каменными стенами.
- Закройте пожалуйста дверь, - спокойным тоном распорядился Экзарх, безмятежно сидевший в высоком кресле. Поверх его темно-бирюзовой одежды красовался тяжелый и немного потрепанный лазурно-синий плащ с большим остроконечным капюшоном. - На улице очень холодно, простите, что не предупредил вас об этом.
Экзарх находился напротив небольшого замкового оконца покрытого серебристым инеем, а из густой тьмы широкого капюшона светился его загадочный неземной взгляд. Геон и Лют дружно навалились на массивное дверное полотно, и оно с трудом встало обратно на свое место.
В каменном помещении, сокрытом внутри башни, было весьма уютно и тепло. Слева от высокорослого человека полыхал старинный камин, от которого во все стороны распространялось приятное согревающее тепло. Горящие поленья приятно потрескивали, а от алого пламени, танцующего за его стенками, то тут, то там, - на полу из продолговатых тесаных серых камней и на высоких холодных стенах, - плясали красно-желтые световые пятна; они были как крупными, так и совсем небольшими, бесформенными, похожими на простейшие одноклеточные организмы, способные менять форму своего тела, или же на тонкие смертоносные языки пламени каких-то мифических огнедышащих существ. С высокого бревенчатого потолка свисала старинная бронзовая люстра, от которой исходило тусклое золотисто-рубиновое свечение, заливающее собой пространство вокруг. Напротив камина, вдоль округлой каменной стены, располагалось несколько пар темно-серых резных стульев с высокими мягкими спинками, обитыми толстой велюровой тканью. Экзарх предложил своим гостям присесть, и они послушно на них расположились. По замерзшим стеклам одного единственного окна, имеющегося здесь, хлестал северный морозный ветер.
- Рад снова вас видеть, - спокойным и каким-то умиротворяющим голосом признался Экзарх. Казалось, будто его глаза слабо светились каким-то невещественным темно-синим пламенем, едва видневшемся во тьме. - Полагаю, каждый из вас пришел сюда по собственной воле и личным мотивам? Никто из вас не предпочел забвение знанию реальности происходящего, по крайней мере на данный момент. Понимаю, вы вернулись, чтобы получить новую работу за достойное вознаграждение, и я предоставлю вам такую возможность.
Вьюга еще сильнее застучала в окно, тонкое стекло пугающе задребезжало.
- Мистер Алгой, - обратился Экзарх к мужчине, - лично вы довольны результатами проделанной работы?
- Конечно... Более чем.... - смутился тот. - В моем заведении, теперь нет этих опасных теней... Я могу снова принимать посетителей. - Лют уперся локтями в колени, немного согнув спину и нервно сплетя пальцы в замок.
Слабое золотисто-рубиновое свечение старинной бронзовой люстры, почти что воедино сливалось с бликами от пламени, исходящего из камина. От тех немногочисленных предметов, что находились в замкнутом пространстве, во все стороны разбегались тонкие, причудливые тени. Этот мягкий рассеянный свет, кажется, оказывал на пришедших гостей какое-то особое, гипнотическое и успокаивающее воздействие.
- Я бы хотел кое-что прояснить, если возможно, - более собранным голосом обратился Лют Алгой к Экзарху. - Что если под неестественную тень, попадет какой-нибудь посторонний человек? Что с ним станет?
- Ничего особенного. - В плотной многослойной тьме широкого капюшона Экзарха будто бы сверкнула снисходительная улыбка. - Те, кто не призван, ощутят лишь слабое помутнение рассудка, не более того. А увиденному феномену они, конечно же, не придадут какого-либо особого значения, - неопределенно пояснил человек из какого-то далекого и неведомого мира. - Давайте все-таки перейдем ближе к делу, если не возражаете. - На гладкой поверхности его костюма, похожего на комбинезон астронавта, под длинным волнистым плащом, светилось несколько тонких бордовых линий. - В прошлый раз вы обнаружили весьма любопытный феномен: прямо на ваших глазах исчез человек, превратившись в белесый и бесформенный сгусток. Определенно, он искренне верил в предложенные ему извне установки. Слишком много веры и полное отсутствие реальных знаний, - разочарованно вздохнул Сцион. - Это случилось после того, как он что-то употребил в пищу. И допустим это было самое обыкновенное на вид яблоко. Конечно же, оно было пропитано особым составом, в котором непременно содержалось антивещество. - Экзарх поднял руку и стал задумчиво постукивать длинными тонкими пальцами по холодному оконному стеклу, сквозь которые струился серебристый свет лунного диска. Неожиданно темная тень от его запястья, обернулась против света, и у находящихся в комнате гостей перехватило дыхание. - Вы не задумывались, что случилось бы с этим глупцом, если бы его убеждения в самый ответственный момент вдруг пошатнулись?
Геон, Лют и Гера обеспокоенно переглянулись между собой.
- Я предлагаю вам самим это выяснить, - слабо кивнул головой Экзарх. - Но для этого вам потребуется встретиться с одним из таких людей. Он находится в психиатрической лечебнице в Кинополе. Попытайтесь разузнать, что именно с ним произошло. Думаю, вознаграждение в размере двухсот пятидесяти тысяч электронных монет будет вполне уместным? - Кончики длинных перламутровых волос Экзарха, едва видневшихся из под темного капюшона, слабо покачнулись, его длинная рука потянулась к заиндевевшему оконцу. - Если кто-то из вас пожелает отказаться, скажите об этом, прямо сейчас.
В этот миг находящимся перед Экзархом вдруг показалось, будто из под остроконечного головного убора блеснул его неотмирный взгляд, наполненный глубоким разумом и какой-то космической, непостижимой мудростью. Сцион выжидающе уставился на своих гостей.
- Наверное это далеко не из приятных событий, оказаться человеком со стертой памятью, - неожиданно проговорил Лют, печально уставившись в пол.
- Вы правы, мистер Алгой, - согласился Экзарх, снова повернув голову в сторону заиндевевшего оконца, - однако я полагаю, что в этом нет ничего постыдного. Обо всех прежних событиях человек будет помнить фрагментарно, ориентируясь при этом на прошлые фантастические сновидения, не более того.
Скрестив перед собой руки, Лют глубоко задумался. Геон и Гера лишь удивленно взглянули на него, не решаясь о чем-либо заговорить.
- Координаты лечебницы поступят на ваши устройства. Пациента зовут Эгон Грим, - продолжил Экзарх. - У него есть кое-какие родственники и старые друзья, но, кажется, все они давно позабыли о нем. Я предлагаю вам занять их места, на время. Мисс Грэтхен, вы будете для него двоюродной сестрой.
Гера машинально кивнула, а про себя в это время уже обдумывала план действий о том, как эффективнее проделать эту работу.
- Мистер Гринт, - безмятежно проговорил Экзарх, - вы станете для него лучшим другом детства. Сестру Эгона Грима зовут Эмма Фрид, а его стародавнего приятеля - Иво Бок. Удостоверения этих личностей скоро поступят на ваши кольца. Не советую часто использовать их, чтобы у вас не возникло никаких противоречий с законом. После того, как контакт с пациентом будет вами установлен, удостоверения сами собой аннулируются. - Экзарх склонил голову и замолчал. В непроницаемой тьме широкого капюшона статной затемненной фигуры в сторону глубоко задумавшегося Люта сверкнул проникновенный взгляд. - Вам, мистер Алгой, я предлагаю выполнение самой простой роли в этом поручении. - В этот момент Экзарх ощутил, как сердце молодого мужчины наполнилось негодованием и слабыми зачатками гнева. - Вы, мистер Алгой, - продолжил Экзарх, спустя короткую паузу, - доставите своих напарников к зданию лечебницы и поможете им пройти внутрь. Для этого от вас потребуется четко произнести лишь одну единственную фразу: «Пропустите меня, я хочу поговорить с Гельвином!». Но помните, сказать это необходимо строго в тот момент, когда главный врач лечебницы возьмется за дужку своих очков. Думаю на этом все. Надеюсь, вы не против такой работы? - Экзарх слабо покачнулся и задумчиво облокотился на свою руку. Со стороны подлокотника высокого кресла послышался слабый скрип.
- Почему бы и нет? - оживился Лют Алгой, после непродолжительного размышления.
- Мы возьмемся за это дело, - заявила Гера Грэтхен, оценивающе взглянув на Геона, который находился справа от нее и устало перебирал пальцами контактное кольцо.
- Мне почему-то кажется, что это задание будет намного проще предыдущего, - ни с того ни с сего вдруг предположил Лют Алгой, - и нам больше не придется наблюдать, как кто-нибудь растворяется у нас на глазах.
- Это вполне вероятно, мистер Алгой, - косвенно подтвердил Экзарх.
- А что именно должно произойти, когда я произнесу эту фразу?
- Вы сможете беспрепятственно проникнуть внутрь лечебницы.
- Это что-то невероятное, - потрясенно воскликнул Лют Алгой. - Вы уверены, что это сработает? - В голосе мужчины ощущалось некоторое недоверие к предложенному методу. - Просто это похоже на какую-то магию, - добавил он, растерянно разведя руками.
- Если бы вы знали, как это работает, то не задавали бы лишних вопросов, - спокойно пояснил Сцион. По поверхности его длинного волнистого плаща скользили туманные лучи лунного света. - Только не забудьте произнести это в нужное время, иначе ничего не выйдет, - добавил Экзарх и замолчал.
Из старого камина доносились слабые потрескивания догорающих поленьев. Морозный ветер снаружи давно затих и больше не стучался, словно злобный одичалый зверь в окно и дверь замковой комнаты.
- Мы согласны на эту работу, однако нам необходимо знать больше деталей, - проговорила Гера Грэтхен. - О чем именно, например, мы должны узнать у этого пациента?
- Раз вам не понятно, я объясню, - безмятежно отозвался Экзарх. - Вам необходимо выведать у несчастного, что именно он съел перед тем, как оказался в лечебнице? Что он при этом чувствовал? Где и с кем был до этого? А так же постарайтесь понять, не умалчивает ли он о чем-то важном.
Гера Грэтхен поблагодарила за подробные пояснения и задумчиво уставилась на маленькое оконце, рядом с которым находился Экзарх. В этот момент в голове девушки вертелись самые разнообразные и противоречивые мысли, неразборчивый гул которых ей никак не удавалось пресечь.
- Неужели все настолько серьезно? - вдруг сорвалось у нее с языка. - Ну, я имею ввиду в глобальном масштабе, для всего нашего мира?
- Ваше беспокойство не напрасно, мисс Грэтхен. - Экзарх опустил голову и печально вздохнул, отчего остальным стало как-то особенно не по себе. - К сожалению, угроза весьма реальна. Но советую вам об этом не думать. Вы не единственные с кем мне приходиться иметь дело, а потому и шансы на успех становятся существенно выше.
- Недавно Гера высказывала одно предположение, - вмешался Геон, - якобы та организация, которая занимается реабилитацией людей, страдающих невосприимчивостью к излучению, здесь якобы ни при чем. Что вы об этом думаете?
- По-моему, это правильный ход мыслей, - туманно отозвался человек из неведомого мира. - Однако вовлечение людей происходит именно в подобных местах, где они максимально уязвимы и беззащитны. - Свет догорающего камина, мелкими мерцающими бликами отражался на поверхности длинного плаща загадочного пришельца. - Люди, лишенные эмоционального равновесия и стабильности, наиболее подвержены воздействию извне.
- Получается, что мистер Феб к этому не причастен? - предположила Гера.
- Это еще предстоит выяснить, - уклончиво ответил Сцион.
- Вам ведь наверняка о нем что-то известно? - Геон осторожно посмотрел на Экзарха.
- Возможно.
- Неужели вы не можете нам об этом рассказать? - удивилась Гера Грэтхен.
- Что ж, - Экзарх тихо вздохнул, - я уже говорил вам, что все разумные существа во Вселенной подчиняются определенным принципам, которые невозможно как-то обойти или нарушить. Компромиссы, на которые идет мистер Феб, могут быть необходимы для того, чтобы появилось больше возможностей изучить происходящее. - Экзарх Сцион немного повернулся в сторону своих собеседников, и его незримое лицо в свете слабого мерцающего огня будто бы стало чуть более заметным. Оно казалось каким-то вытянутым и немного бледным, строгим и сосредоточенным, словно под капюшоном скрывался лик чрезвычайно мудрого человека. - Все потому, что Дариус Феб может относиться к стороне Нейтральных, сотрудничая с ними, - пояснил Экзарх, безучастно поглядывая на тень от своего плаща, стелившуюся у его ног.
- Кто это? - невзрачным голосом, почти что шепотом, спросил Геон, нарушив глубокую тишину, стремительно расползающуюся по пространству полутемной комнаты.
- Те, кто сохраняет баланс и абсолютный нейтралитет. Тем, кому суждено выполнять роль судей, исполняя неотвратимое. При том никто не смеет воспрепятствовать им. Они представляют уравновешивающую силу Вселенского Бессознательного, - пространственно и весьма неопределенно пояснил человек из незримой и никому неведомой области бытия.
Статная высокорослая фигура пришельца плавно поднялась с кресла и склонилась над камином, бросив в него несколько сухих поленьев.
- Очевидно, вам не следует проявлять излишнего любопытства, если в этом нет особой необходимости. Иначе это может плохо сказаться на выполнении моего поручения, - добавил он, спустя минутное затишье. - Не задавайте лишних вопросов, если не готовы получить на них непростые ответы. Итак, вам пора возвращаться. - Низкий приглушенный голос Экзарха казался необыкновенно завораживающим и проникновенным. Наверное, он был похож на тот голос, который слышали в своих видениях и снах пророки-ясновидцы из глубокой древности.
- По-моему, мы хотели еще кое о чем спросить, - нерешительно проговорил Геон Гринт, потупив голову и повернувшись к своей напарнице.
- Правда? И о чем же?
- Я не помню. - Геон мучительно провел рукой по своему лицу. - Почему же я не могу вспомнить....
- Давай отложим до следующего раза, - предложила Гера.
- Ладно.
Экзарх разогнул спину. Когда он выпрямился и встал во весь рост, со стороны показалось, будто его голова вот-вот заденет бронзовый каркас люстры, и она с грохотом рухнет на пол, разлетевшись вдребезги. Сцион простер свою длинную руку к маленькому обмороженному оконцу, и на холодной стене показалась густое теневое пятно, устремленное против лунного света и сияющее потусторонней тьмой. Гера робко приблизилась к пришельцу и подставила свою ладонь под неестественное явление. Призрачное забвение быстро окутало ее разум, а тело вскоре бесследно исчезло, будто бы его сдуло сильным ветром.
Спустя считанные мгновения все трое: Геон, Лют и Гера вновь стояли на вершине старинного навигационного маяка. Гера держалась за холодное металлическое ограждение и печально смотрела на восходящее солнце. Внизу послышался низкий равномерный гул, и перед смотровой камерой появился серебристый астроомнибус. Геон устало опустил руку, и контактное кольцо на ней тут же погасло.
Глава №12 (Беспечный пациент)
Где-то совсем недалеко от крупного небесного тела, отдающего темной чарующей желтизной и опоясанного тонкими блестящими кольцами, маячило тусклое пятнышко идеально круглой формы. На самом деле пятно это являлось ни чем иным, как самым обыкновенным спутником окольцованной планеты, называемым Энцеладом.
Над льдистой безжизненной поверхностью этого астрономического объекта, по кривой извилистой траектории, стремительно мчалось серебристое транспортное средство. Космолет ловко обходил разнообразные препятствия в виде глубоких протяженных впадин и изогнутых острых хребтов, которые непрестанно возникали на его пути, периодически то возвышаясь над обледенелыми неровностями, то опускаясь вниз. В глубоком кресле пилота, за прямоугольным рулевым колесом находился Лют Алгой, однако его руки располагались у него за головой, а сам он лишь беззаботным взглядом смотрел вдаль сквозь слабо светящееся лобовое метастекло. Когда же ему надоедало это пассивное наблюдение, он принимался за ручное управление, после чего космическое судно значительно прибавляло в скорости. И ни у кого из тех, кому посчастливилось находиться в этот момент рядом с ним, подобная манера пилотирования не вызывала особого восторга.
Справа от лихого пилота в пассажирском кресле располагался Геон Гринт, а на заднем сиденье, крепко ухватившись за продолговатую дверную ручку, неподвижно сидела Гера Грэтхен. Когда астроомнибус стремительно скользил над необъятными ледяными просторами, где-то там внизу, на гладких и местами почти что зеркальных участках их неоднородной поверхности мелькали искаженные отражения посторонних межпланетных кораблей, наряду с яркими и бесформенными пятнами от холодного солнечного света.
Гера молча наблюдала из окна мчащегося судна за темным неподвижным силуэтом гигантской газовой планеты с туманными кольцевыми образованиями вдоль ее экватора. Геон с серьезным, задумчивым лицом таращился на светлый и тонкий экран протографа, на котором то и дело проскальзывали различные фрагменты каких-то текстовых документов вперемешку с красочными изображениями.
Высоко в черном небе мерцали тысячи мелких сверкающих точек, большинство из них на самом деле являлись не далекими звездами, а самыми обыкновенными межпланетными кораблями. Эти небесные огоньки находились в постоянном и будто бы никогда не прекращающемся движении, длинными и протяженными рядами пронизывая кромешную бесконечную тьму околопланетного пространства. Оно же, в свою очередь, было сплошь усеяно навигационными маяками, с помощью которых и осуществлялась координация движения огромного количества транспортных потоков.
На орбите Энцелада функционировало несколько сотен таких космических маяков, и все они постоянно обменивались между собой самой разнообразной информацией, необходимой, как правило, для перегруппировки и формирования новых транспортных путей.
Едва согревающий бледно-золотистый солнечный свет, тонкими призрачными лучами отражался от ледяной поверхности спутника, подчас застилая собой взор какого-нибудь незадачливого путешественника, каким-то чудом забывшего выставить светопоглощающий слой лобового и боковых стекол или же просто запамятовавшего надеть солнцезащитные очки. За окнами астроомнибуса, находившегося под управлением Люта Алгой, мелькали высокие заснеженные гребни, неспешно тянулись многокилометровые острые рифы, а термоядерный двигатель космолета издавал приятное низкотембральное гудение. Вдруг из миниатюрного речевого генератора на поверхности контактного кольца, принадлежащего Геону, раздался звонкий монотонный сигнал.
- Слушаю, - молодой человек вальяжно приподнял кисть левой руки.
- Привет, это я, - послышался знакомый голос. - Прошу прощения, если не вовремя...
- Что случилось, Кавин? - Будто бы предчувствуя нехорошие новости, Геон тяжело вздохнул.
- Помнишь недавно в городе были какие-то неполадки с энергетическими колоннами?
- Конечно. Что произошло?
Лют Алгой насторожился и смерил озадаченным взглядом своего задумчивого напарника справа, лицо которого было наполовину закрыто широкими локонами его длинных и черных волос.
- Ты мне говорил, что с энергетической установкой иногда подобное может происходить, - продолжил Кавин.
- Все верно, говорил... Так что случилось?
- Дело в том, что после данного события в городе наблюдались, какие-то удивительные объекты. Ты тогда почти сразу ушел, поэтому и не смог их видеть. Они весьма походили на обыкновенные шаровые молнии, но я думаю, это что-то другое.
- Ты их видел?
- Да, только один из этих светящихся шаров.
- Расскажи об этом подробнее, Кавин, - вмешалась в разговор Гера. Неожиданно она ощутила до боли неприятное жжение где-то внутри своего живота, и, кажется, ей стало несколько труднее дышать.
- Постараюсь, - тихо проговорил Кавин. Послышалось его учащенное и взволнованное дыхание, а затем он продолжил: - После того, как работа реактора была восстановлена, не понятно откуда и появились эти световые шары. Некоторые из моих знакомых говорят, что всего их могло быть около четырех или может быть даже пяти штук. Это стало известно после изучения записей с городских видоанализаторов. Об этом так же упоминали и в местных новостных сводках.
- Где именно ты их видел, точнее один из них? - осторожно поинтересовалась Гера Грэтхен, потускневшим взглядом уставившись в окно с уныло тянущимися по его холодной поверхности тусклыми бликами.
- Когда я вышел на улицу, решив немного прогуляться, - подрагивающим голосом продолжил Кавин, - то случайно заметил один из таких подвижных шаров. Объект полыхал темно-красным светом, переливаясь светлыми оттенками синего. Этот непонятный сгусток состоял из тонких и почти что не пересекающихся друг с другом разноцветных линий, исходящих из его условных полюсов. Объект весьма быстро передвигался по воздуху, беззаботно кружа вокруг городских деревьев. Я направился за ним, но внезапно тот сильно ускорился и сразу же скрылся из вида, будто бы желая избежать чужого внимания. Такое поведение показалось мне крайне удивительным и странным. Я подумал, что световой шар кем-то управляем. Потом на связь со мной вышел Павел Фок, с которым мы работали над усовершенствованием некоторых свойств метастекол... Он подтвердил, что лично видел такой световой сгусток у себя дома, в своей собственной комнате. Испугавшись, Павел покинул помещение и плотно закрыл за собой дверь. Позднее, когда он вернулся, то ничего не обнаружил: светящийся объект куда-то пропал. - Голос Кавина звучал тревожно и растерянно, в нем ощущалось глубокое потрясение и полное непонимание происходящего. - Я думаю, что появление этих странных световых пятен как-то связанно со сбоем в работе термоядерного реактора, - смело предположил он и замолчал.
- Лично я о таком никогда не слышала, - нервно усмехнулась Гера Грэтхен, спустя небольшую паузу.
- Кавин, что-нибудь еще можешь рассказать? - Геон отстраненным взглядом смотрел на тусклую приборную панель.
- Нет, кажется, это все.
- Тогда давай позднее с тобой это обсудим, я сейчас очень занят.
- Как скажешь.
- Будь осторожен и до встречи.
Межпланетный астроомнибус уже мчался внутри транспортного тоннеля, рассекая разряженный воздух, который по мере продвижения корабля сквозь плазменные барьеры становился все более и более насыщенным кислородом. До городских люверсов, расположенных в округлых стенах, оставалось совсем ничего. Находящийся в кресле пилота Лют Алгой обернулся и озадаченно взглянул на свою напарницу Геру Грэтхен. От печального и угнетенного вида девушки ему стало как-то не по себе. Геон свернул экран протографа и, прислонившись лбом к холодному стеклу, о чем-то серьезно задумался. Сосредоточенное лицо мужчины, скрылось за широкими локонами его длинных и черных волос.
- У тебя есть какие-нибудь соображения о том, почему мы не могли вспомнить о произошедшем в городе на встрече с Экзархом? - неожиданно спросил он, едва повернув голову назад.
- Я не знаю, - печально вздохнула Гера.
- А что тут знать? - раздраженно удивился Лют. - Во-первых, ему наверняка уже давно обо всем известно. А во-вторых, у меня есть подозрения, что эти чертовы тени могут блокировать некоторые наши желания и воспоминания из настоящего мира. Понимаете?
- Ты и вправду так думаешь? - со скупой и вялой улыбкой поинтересовалась Гера. Она несколько придвинулась вперед и ухватилась рукой за спинку водительского кресла.
- Конечно, и я весьма удивлен, что вы этого еще до сих пор не поняли, - с твердой уверенностью в голосе заявил Лют Алгой. - Кстати, вам поступили удостоверения этих двух персонажей?
Гера принялась бегло изучать содержимое памяти своего контактного кольца, а затем с деланным самодовольством сообщила:
- Теперь я Эмма Фрид! А что у тебя, Геон?
- Отныне зовите меня Иво Бок, - равнодушно буркнул тот, криво улыбнулся и отвел потемневший взгляд в сторону.
- Да не переживайте вы так, все у нас получится! - утешительно пробормотал Лют спустя минутную паузу, а затем нетерпеливо покосился на свое электронное кольцо.
- Ты помнишь, какую фразу должен произнести? - Гера строгим взглядом воззрилась на его затылок.
- Конечно. Что-то вроде этого: «Пропустите меня, я хочу поговорить Гельвином». Необычный подход, согласитесь? - неловко усмехнулся Лют.
Девушка достала из своей сумки маленький желтый блокнот и, заглянув в него, чуть более живым голосом объявила:
- Все верно, только смотри ничего не напутай. - Она повторно записала эту фразу, на чистой странице, оторвала лист и протянула его своему напарнику: - Вот, держи! - сказала она, - это на всякий случай, чтобы ты не забыл.
- Все-таки я не понимаю, как это может подействовать? - недоумевал Лют. - Если все выйдет, как надо, то предлагаю поподробнее расспросить об этом Экзарха.
- Так и поступим, - согласился Геон, - если только вспомним об этом, когда окажемся перед ним. Однако я полагаю, что это может быть как-то связанно с подсознанием человека.
- Что ты имеешь ввиду? - слабо удивился Лют.
- Точно не уверен, но... - замешкался Геон, - может быть эта фраза способна изменить некие внутренние установки и программу поведения человека... Я не знаю... - Геон устало вздохнул и бросил туманный взгляд за окно. - Кстати, очень хотелось бы узнать, почему недостаток убежденности и веры, о которых говорил Экзарх, приводят к повреждению рассудка.
Астроомнибус бесшумно пролетал над светлыми высотными домами, они переливались солнечными бликами и отражали от своей ребристой поверхности пролетающий рядом транспорт. Некоторое время Геон безучастно разглядывал малоэтажные приземистые строения, расположенные на их плоских и протяженных вершинах, после чего безрадостным тоном сообщил:
- Прибыли.
За окнами межпланетного судна показалось широкое трехэтажное здание. Его лицевой фасад со множеством зарешеченных окон был светло-коричневого цвета; боковые же стены здания состояли из крупных строительных пластин светло-бордового оттенка, а по краям плоской темно-зеленой кровли виднелся не один десяток сверхчувствительных видоанализаторов. Космолет обогнул здание с левой стороны и плавно опустился на посадочной площади прямо перед лечебницей. Лют, Геон и Гера неспешно покинули салон корабля и вошли внутрь здания.
Интерьер лечебного заведения был весьма простым и незамысловатым, о котором и сказать-то было почти нечего; ну, разве что здесь имелось большое количество разнообразных декоративных растений и цветов, зеленеющих в крупных вазонах по углам и вдоль протяженных стен. Вскоре к троим вошедшим бесшумно приблизился андроид в белом медицинском халате и улыбчиво произнес:
- Здравствуйте. Чем я могу быть вам полезен?
- Мы пришли навестить одного пациента... - пояснила Гера, несколько опасаясь заглянуть в глаза этому антропоморфному существу. - Его зовут Эгон Грим. Я его сестра Эмма, а это, - девушка указала на рядом стоящего темноволосого задумчивого мужчину, - его давний друг детства - мистер Бок. Мы хотели бы с ним повидаться. Надеюсь это возможно?
- Замечательно! - широко улыбнувшись, откликнулся андроид, - я отведу вас к главному врачу! Но для начала, позвольте взглянуть на ваши удостоверения.
С позволения обоих: Геона и Геры, человекоподобный робот несколько раз провел своей холодной рукой над их контактными кольцами, а затем почти сразу теплым и радушным тоном объявил:
- С вашими удостоверениями все в порядке. А куда идете вы, мистер? - каким-то вкрадчивым и будто бы насмешливым тоном обратился он к Люту Алгой.
- Дело в том, что мне... - на мгновение тот растерялся, не зная что ответить, но быстро взял себя в руки, сориентировался и тут же продолжил: - Дело в том, что мне необходимо навестить Гельвина. Это очень близкий и дорогой мне человек. - Находчивый мужчина нарочитым образом невинно рассмеялся, а затем живо пояснил: - Мы знакомы с ним самых ранних лет. Позвольте мне пройти вместе с этими молодыми людьми, тем более, что мы прибыли сюда вместе на одном транспортном средстве и уже неплохо друг с другом познакомились.
Андроид в белом халате молча уставился на него холодными стеклянными глазами, вероятно, что-то обдумывая в своей металлопластмассовой голове, а потом строго сказал:
- Тогда позвольте взглянуть на ваше удостоверение. - Андроид приблизился к мужчине и повторил ту же самую процедуру с его контактным кольцом, что и минутой ранее. - Все в полном порядке, - довольно и безэмоционально проговорил он, сверкнув своими маленькими зеленоватыми глазками, после чего отступил на полшага назад. - Вы трое, проследуйте пожалуйста за мной в кабинет главврача нашей замечательной лечебницы. Кое-где сейчас идет ремонт, поэтому не обращайте внимание на беспорядок, если случайно заметите что-то непристойное.
- Спасибо за помощь! - Геон недоверчиво покосился на слишком, как ему показалось, разговорчивого андроида.
- Если вам понравится здесь, то мы будем весьма рады принять вас в будущем.
- Большое спасибо за гостеприимство, но надеюсь этого не потребуется, - улыбчиво подметил Лют Алгой, напряженным взглядом озираясь по сторонам.
Все трое послушно последовали за медицинским роботом по длинному коридору с высокими зелеными стенами, вдоль которых тянулись вереницы наглухо запертых больничных палат, а слева находились светлые зарешеченные окна. Вскоре в конце тихого коридора показалась самая обыкновенная дверь - почти такая же, как и все остальные, - за которой и находился главный врач данного лечебного заведения. Муфрен Кад - так, кажется, его звали. Об этом свидетельствовала одноименная надпись посреди голографического информационного табло, справа от двери.
Андроид остановился, тихо постучался и робко заглянул в кабинет, едва приоткрыв дверь. Он любезно доложил главврачу о трех посетителях, ожидающих снаружи, и поспешно отошел в сторонку. Прошло некоторое время, прежде чем Муфрен Кад пригласил их войти. Главврач городской лечебницы находился за своим широким рабочим столом, его взгляд был сосредоточенным и весьма серьезным: изучал он какие-то скучные, но очень важные документы. С правой стороны от него располагался огромный шкаф, все полки которого были забиты серыми увесистыми книгами и офисными папками, нафаршированными исписанными вдоль и поперек бумажными листами. Муфрен Кад с неохотой оторвался от своего важного и неотложного занятия, смерил нежданных гостей острым испытующим взглядом, сверкнувшим из под его строгих прямоугольных очков. На внутренней поверхности очковых линз неустанно мелькали информационные уведомления, на которые мистер Кад изредка обращал свое внимание, скользя по мелким символам подозрительным и каким-то особым, неутешительным взглядом.
- Добрый день. Вы хотели видеть мистера Грима? - прозвучал его тихий и проникновенный голос.
Гера или Лют послушно кивнули, когда он исподлобья оценивающе еще раз посмотрел на них.
- Так, так, - продолжил главврач лечебницы для душевнобольных, вынимая протограф из кармана своего белого халата. Мистер Кад одним движением руки развернул экран и протяжно вздохнул. - Сейчас посмотрим, - он принялся скользить пальцами по световой поверхности. - Эгон Грим, значит. А вы его сестра? Так? - Муфрен Кад заострил сверлящий и снисходительно-пренебрежительный взгляд на онемевшем лице посетительницы. - А вы что, - обратился он затем к Геону, - выходит его давний друг?
Лют Алгой неподвижно стоял позади своих компаньонов и с ужасом наблюдал за происходящим, затаив дыхание. Он предпочел находиться подальше от главврача, чтобы хоть как-то отсрочить его пристальное внимание к своей персоне.
- Должен сообщить вам о том, - вновь заговорил Муфрен Кад, - что мистера Эгона Грима уже давно никто не навещал. Он стал крайне замкнутым, необщительным, а его поведение является непредсказуемым. Я не уверен, что смогу пустить вас к нему сейчас. - Строгий и дотошный врач в белоснежном медицинском одеянии вопросительно посмотрел на стоящую перед ним пару, и на его лице вновь сверкнула слабая снисходительно-насмешливая ухмылка. После этого он вдруг дотронулся до тонкой дужки своих продолговатых очков, и одни символы на внутренней поверхности линз тут же сменились на другие.
Лют внимательно следил за всеми действиями главврача, и когда тот еще не успел опустить руку, то он едва смог выдавить из себя нужную фразу:
- Пропустите меня, я хочу поговорить Гельвином! - четко проговорил Лют, при этом жутко опасаясь попасть впросак: вдруг фраза не сработает, в результате чего он покажется мистеру Каду не вполне здоровым, и тот сразу же упечет его в лечебницу. Но к счастью этого не произошло.
А вместо этого случило следующее: главврача будто бы передернуло высоковольтным разрядом. Его левый глаз и щека, а так же обе руки под белыми рукавами судорожно задрожали. Спустя несколько считанных мгновений мистер Муфрен Кад снова взглянул на своих гостей, но уже каким-то добродушным и веселым взглядом.
- Простите меня за мою скрупулезность. Я немного переусердствовал, поэтому сейчас же отведу вас к мистеру Гриму. Вы сможете пробыть с ним, столько сколько посчитаете нужным. Я же буду покорно ожидать вас за дверью, - благодушно объявил он, и на его лице отразилась немного странная и неестественная улыбка.
Все трое удивленно переглянулись между собой, а затем последовали за главным врачом в один из больничных отсеков, где в тесных палатах содержалось множество не совсем здоровых людей. Следуя за ним по одному из протяженных коридоров, Геон, Лют и Гера в очередной раз свернули за угол и, оказавшись в другом блоке этого больничного учреждения, перед ними предстала весьма неприятная картина.
Вдоль бледно-зеленых стен слонялись пациенты с болезненными и несчастными лицами. Их внешний вид и манеры поведения, а так же общая атмосфера этого отделения психиатрической лечебницы, произвели неизгладимое впечатление на каждого, кто следовал за главврачом. «Неужели Эгон Грим сейчас находится в подобном состоянии?» - с ужасом подумала Гера Грэтхен, поглядывая на лица несчастных.
- Вообще-то посторонним сюда нельзя, - невинным тоном пояснил мистер Кад, - но для вас я сделал некоторое исключение. К тому же, у нас происходит решение некоторых организационных вопросов, касательно посещения пациентов, так что не берите в голову... - Он обернулся, обвел беглым взглядом следующих за ним и глубокомысленно прибавил: - Хотя, честно говоря, я даже не знаю откуда взялись такие строгие правила. Пациенты в этом блоке совсем не агрессивны, так что не бойтесь - вам ничего не грозит! - ободряюще сообщил мистер Муфрен Кад, энергично шагая вперед.
Гера Грэтхен поравнялась с Лютом и вполголоса осторожно спросила:
- Что произошло?
- Ты меня спрашиваешь? - недовольно прошептал тот. - Если выйдем отсюда, спросишь об этом нашего загадочного друга.
- Что значит «если выйдем»?
- То и значит: если мозги главврача раньше положенного срока встанут на место, то он просто закроет нас вместе с этим ненормальным, а его андроид в белом халате любезно предложит нам каких-нибудь лекарств.
- Не смеши, - нервно усмехнулась Гера.
В очередной раз Муфрен Кад свернул за угол, когда оказался в конце коридора, а затем наконец остановился перед шестой по счету высокой дверью и провел ладонью над блестящей рукояткой. Загорелся ярко-зеленый индикатор, а внутри дверного полотна послышался отчетливый щелчок магнитного замка.
- Прошу входите, - любезным тоном предложил главврач, ласково взглянув на стоящих за спиной гостей. - А вы, - обратился он к Люту, - подождете вместе со мной здесь, за дверью.
Муфрен Кад, Геон и Гера осторожно вошли в палату и прикрыли за собой дверь.
Внутри больничного помещения было сумрачно и прохладно. В палату сквозь единственное окно, имеющееся здесь, просачивался искусственный свет городских колонн, а на низком потолке горела плоская зеленоватая лампа. С правой стороны от входной двери, рядом с маленьким невзрачным оконцем прямоугольной формы, находилась кровать, намертво привинченная к полу. На кровати неподвижно лежал мужчина средних лет. Под его прямыми и черными бровями поблескивали невыразительные глаза с отсутствующим туманным взглядом, а засаленные черные волосы, аккуратно уложенные назад, слабо лоснились на свету. Маленький рот пациента с узкими тонкими губами ровной неподвижной полосой застыл на его аморфном и бледном лице, напоминая при этом растрескавшуюся от недостатка влаги старую вискозную губку. На нем была надета просторная белая пижама, на правом рукаве которой светилась электронная табличка с мелкими зеленоватого оттенка буквами. Когда в помещении появились два незнакомых ему человека, пациент лишь безэмоционально взглянул на них, слабо приподняв правую бровь, после чего вновь перевел свой отсутствующий и пустой взгляд на серый потолок. Темные глаза больного отражали абсолютное равнодушие и какую-то мертвенную, ороговелую безмятежность; по этой причине казалось, будто человек этот ненавидел весь мир, в том числе и за какие-то свои ошибки, которые он совершил в жизни.
- Эгон Грим, к тебе пришли. Будь добр поднимись и поздоровайся с гостями, - громко распорядился главврач.
Человек на железной койке неохотно покачнулся, с деланным усилием приподнял одну половину своего туловища над кроватью, а затем неторопливо и небрежно соскользнул на пол, встав на ноги. На неопрятной пижаме пациента то тут, то там виднелись какие-то странные рисунки и непонятные надписи, вероятно, сделанные им с помощью разноцветных мелков.
- Я буду ждать вас снаружи, - сказал напоследок Муфрен Кад и покинул палату, затворив за собой дверь.
Геон и Гера некоторое время просто смотрели на стоящего впереди нездорового вида мужчину, не понимая с чего начать разговор, хотя до этого тщательно обсуждали эту ситуацию между собой.
- Здравствуйте, вы Эгон Грим? - решившись, спросила Гера.
Пациент в пижаме неподвижно стоял на месте и смотрел на лица вошедших стеклянным взглядом. Но потом, спустя может быть минуту, на его каменном лице возникла слабая, глуповатая ухмылка, после чего он вернулся к кровати и опустился на ее край.
- Вы пришли узнать, что со мной стало? - послышался его апатичный голос. - Я не уверен, что вам стоит доверять.
- Мы лишь хотим помочь, - спокойно заявил Геон, озадачено взглянув на Геру.
- К тому же, я не совсем понимаю, как вы сюда пробрались, - монотонно проговорил Эгон Грим.
Вошедшие вновь обеспокоенно переглянулись между собой. Исходя из того, что из уст пациента звучала вполне осмысленная речь, Гера сделала резонное предположение, что человек этот способен трезво рассуждать, а значит, вероятнее всего, находился в более или менее здравом уме.
- На самом деле это нам нужна ваша помощь, - неожиданно призналась Гера Грэтхен в надежде привлечь интерес Эгона к назревающему разговору, а заодно и его расположение. - Дело в том, что мы пытаемся собрать как можно больше информации о бесследном исчезновении посетителей реабилитационного цента «Ренессанс». Слышали что-нибудь об этом? - Гера сосредоточенно смотрела на мрачное и заспанное лицо пациента.
Однако тот даже не шелохнулся и не произнес ни единого слова.
- Если мы сможем получить от вас, - продолжила Гера, - хоть сколь-нибудь полезную информацию по этому делу, это спасет множество невинных жизней.
На некоторое время в полутемной палате воцарилась глубокая, почти что осязаемая тишина. Двоим вошедшим было совершенно невдомек, какой реакции ожидать от этого человека.
- Ах, вот оно что! - наконец-то негромко воскликнул пациент. - Значит вы трактуете это именно таким образом? - Неожиданно переменившимся и вполне осмысленным взглядом Эгон Грим уставился на застывшие от изумления лица своих гостей. - Вы и вправду думаете, что люди бесследно пропадают? - Пациент тихо рассмеялся, поднеся руку к своему оживившемуся лицу, несколько раз откашлялся и продолжил: - Наверняка вам просто захотелось подробнее изучить мой случай? Ну, хорошо, хорошо: все может быть! Только вот скажите пожалуйста, мне-то от этого какая выгода? Что получу взамен я? - Взор его устремился вверх, растворившись в воображаемых фантастических грезах и мечтаниях. - Может быть я стану свободным и наконец-таки выберусь из этого проклятого места, и этот мерзкий врачишка Муфрен Кад вынесет меня от сюда на своих собственных руках? Что, нет? Тогда зачем вы здесь? - Эгон дважды хлопнул в ладоши и указал пальцем на дверь.
Не сдержавшись от негодования, Гера Грэтхен приблизилась к угрюмому пациенту почти что вплотную, встав напротив него, пододвинула к себе невысокий пластиковый табурет и уселась на него.
- К сожалению, мы не можем предоставить вам этого, - честно призналась она, внимательно разглядывая лицо не вполне здорового человека.
- Что ж, это весьма ожидаемо от таких, как вы, - язвительно усмехнулся Эгон Грим, затем устало потянулся и глубоко зевнул, будто бы нарочно пытаясь действовать таким образом своим гостям на нервы.
- Послушайте, - настойчиво продолжила Гера, - все, что нам необходимо знать: что именно вы съели в тот день, перед тем, как оказались здесь?
Эгон Грим вальяжно развалился на кровати, заложив руки за голову и самодовольно улыбнулся.
- Пока не скажите, откуда вы тут взялись, я ни чем не смогу помочь, - разочарованно проговорил он с мрачной и кривой ухмылкой.
В затененном углу больничной палаты показалось неспешное и расплывчатое движение. Геон Гринт бесшумно подступил к больному, после чего спокойным и рассудительным голосом произнес:
- Сюда нас направил один человек. Он усиленно занимается расследованием подобных происшествий. Мы не знаем откуда он взялся, он сам нас нашел. У него имеется свое собственное сыскное агентство, причем особого рода секретности, - осторожно пояснил Геон, присев на краешек кровати.
Эгон нехотя повернул голову в сторону подошедшего, но почему-то побоялся посмотреть ему в лицо.
- Совсем недавно, - продолжил Геон, смахнув левый борт расстегнутого пальто в сторону, - мы стали свидетелями того, как на наших глазах исчез человек. Перед этим в его руках находилось что-то съестное. Оно было круглым и очень холодным. Несчастный употребил это в пищу и начал медленно таять, буквально растворяясь в воздухе прямо у нас на глазах. Вскоре он полностью исчез, и мы больше никогда не видели его, хотя нам было известно где он может находиться.
Геон поднялся с кровати и встал напротив стены, уставившись в потолочную лампу, слабо при этом щурясь от ее тускло-зеленого света. По какой-то причине он казался ему не очень приятным, будто бы свет этот препятствовал ясному и логичному ходу мыслей, хотя, возможно, это были лишь его субъективные ощущения.
Пациент некоторое время задумчиво и неопределенно молчал, а затем, собравшись с мыслями, которые у него имелись на данный момент, неопределенно и туманно заявил:
- Выходит, человек тот достаточно сильно был верен своим убеждениям. Он не сомневался и ушел в лучший, как ему казалось, мир. - Эгон Грим приподнял свое туловище над тонким пружинящим матрацем и вновь уселся на краешек кровати, опустив ноги на мягкий прохладный пол. Казалось, что лицо его несколько потемнело, покрылось ядовитой ненавистью и злобой. - Лично я, после того, как оказался здесь, больше не нуждаюсь в этом коварном обмане, в этой мерзкой лжи.
Гера потрясенно взглянула на напарника справа. Геон утомленно провел рукой по своему внезапно похолодевшему лбу и убрал руки в карманы.
- Вы разуверились в какой-то доктрине? - осторожно предположила Гера Грэтхен.
- Я лишь могу догадываться, кто вас сюда послал, - пространственно проговорил пациент с мрачным заспанным лицом и поднялся с кровати. Он подошел к стене, обтянутой мягкими темно-зелеными панелями, обессиленно опустился на пол и злобным скрипучим голосом прошипел: - В тот день я сподобился получить из рук наставника запеченный ямс. Овощ был очень горячим. Даже когда я вернулся домой, он нисколько не остыл.
- Вы его съели? - настороженно поинтересовался Геон, не сводя глаз с лица пациента, которое было наполовину скрыто в прохладной полутьме больничной палаты. - Неужели ямс все это время оставался горячим?
- Все верно, - мрачно подтвердил Эгон. - В самый последний момент меня одолели сомнения. - Мужчина опустил голову на ладони, закрыв потемневшее от неприятных воспоминаний лицо.
- Что произошло дальше? - затаив дыхание, спросила Гера.
- Ничего особенного, - каким-то нездоровым тоном пробормотал Эгон Грим, сидя на полу в своей белой пижаме, - я заподозрил что-то неладное, какой-то подлый и гнусный обман: не существует никакого вечного и неизменного существования, а таких наивных и доверчивых людей, как я, просто нагло используют в своих мерзких целях те, кому это выгодно. - Эгон Грим убрал руки от лица. Глаз его почти не было видно, они казались лишь темными пятнами под глубокими дугами его суровых черных бровей. - Тем, кому удается заглушить в себе голос сомнения и здравого рассудка, действительно бесследно пропадают из этого мира. Более чем уверен, что их ожидает незавидная участь.
Эгон уставился в потолок отсутствующим взглядом. Под поблекшими затуманенными глазами мужчины чернели большие темные круги, будто бы он не спал несколько ночей подряд. Гера Грэтхен вдруг ощутила, как ее виски наливаются жгучей свинцовой тяжестью.
- Больше я ничего вам не скажу, если не пообещаете меня освободить, - спокойно заявил Эгон Грим, смерив непрошеных гостей насмешливым взглядом, а затем прибавил: - Кажется, я и так поведал вам довольно много из того, что знаю. Однако имейте ввиду, это лишь вершина айсберга.
Геон и Гера неспешно побрели к двери, негромко перешептываясь между собой. Им хотелось бы вытянуть из Эгона как можно больше полезной информации, причем сделать они это планировали обманным путем. Данная затея - не лучший вариант, и об этом они смутно догадывались: слишком велика вероятность, что Эгон распознает ложь и оставит своих наивных гостей в дураках; а может заодно и поведает главврачу о том, кто они на самом деле, когда тот придет в себя.
Однако, несмотря на все опасения Геон и Гера все-же решили попробовать.
- Как ваше самочувствие на данный момент? - неожиданно поинтересовалась Гера Грэтхен. - Вы здоровы?
Эгон Грим ничего не ответил, он лишь молча вращал головой, при этом иногда слышались неприятные похрустывания его шейного отдела.
- От чего вас лечат? Нам необходимо знать, чтобы мы могли понимать, каким образом вас лучше вызволить отсюда, - старательно схитрила Гера, не подавая вида.
- Зачем обещать невозможное? - хриплым голосом вопросил Эгон, исподлобья взглянув на пару мрачным и насмешливым взглядом.
- Чем вы больны? - серьезным тоном повторил Геон.
- Ничем, - холодно отозвался мужчина в пижаме. - Ничего такого серьезного у меня не наблюдается, что требовало бы моего здесь присутствия. - Он снова закрыл свое лицо руками, вероятно, почувствовав к себе жалось или злость. - Просто на данный момент происходит некоторая переоценка моих ценностей и мировоззрения в целом, - произнес он таким конспирологическим и неопределенным голосом, будто давно вынашивает в себе тайный план скорейшего побега от сюда. - Никто из этих так называемых врачей не относится к этому процессу серьезно. Меня тут видите ли лечат от какого-то душевного расстройства при чем абсолютно бездейственными способами. Лично я считаю, что не возможно вылечить человека, если он сам того не пожелает, если он сам не разберется в своем внутреннем мире и наведет там порядок. Наверняка для вас это звучит странно и совсем непонятно, но это сущая правда!
- Не могу поверить, что специалисты лечебницы нисколько не помогают вам этого сделать? - Гера смерила мужчину не вполне здорового вида осторожным и сострадательным взглядом.
- Не в этом дело, - тяжело вздохнул Эгон. - Конечно же, мне оказывают помощь, по крайней мере хорошо имитируют этот вид деятельности, однако никто не знает меня лучше, чем я сам. Верно?
- Мистер Грим, видите ли в чем дело, - как бы начиная издалека, подключился к разговору Геон Гринт, - мы не сможем вас вытащить отсюда, и это правда. Но если мы вернемся с нужной от вас информацией к тому, благодаря которому мы здесь, то непременно поведаем ему о вашей просьбе. Этот человек, обладающий огромными возможностями и властью, непременно согласится помочь вам. Я более чем в этом уверен. Что скажете?
Эгон Грим устало поднял голову с колен и подозрительно воззрился на темноволосого посетителя, стоящего перед ним.
- Очень умно, - раздраженно проскрипел он, - неужели ты думаешь, что я так ничему и не научился? - Эгон тяжело встал на ноги и вальяжно облокотился спиной о мягкую стену. Блеклый свет палаты, высветил на его лице пренебрежительную ухмылку. - Вам меня не провести, - проговорил он, разгуливая взад-вперед, - все что я сказал вам недавно - полная чушь! Я выдумал это, чтобы позабавить вас. А вы что поверили во все это? - Пациент в белой пижаме залился гомерическим смехом и обессиленно рухнул на кровать.
- Похоже он действительно не в себе, - сквозь зубы, процедил Геон.
- А ты ожидал другого? - Гера нервно взглянула на свое блестящее кольцо. - Думаю нам пора возвращаться.
Геон неожиданно потеснил свою напарницу, приблизился к Эгону Гриму и, смотря тому прямо в глаза, ядовито проговорил:
- Действительно, спрос с таких, как вы весьма невелик. И если в будущем пострадают люди, винить вас за это никто не имеет права. Простите что побеспокоили вас, мистер Грим. - После чего он развернулся и поспешил к полутемной двери, чтобы скорее покинуть мрачное и унылое пространство.
Однако, как только он дотронулся до дверной ручки, потолочный светильник внезапно резко погас, и внутри дверного полотна зловеще щелкнул замочный механизм. Геон непонимающим взглядом оглянулся вокруг, а затем приложился к двери, пытаясь провернуть рукоятку в какую-нибудь сторону. Однако у него ни на йоту не получилось этого сделать.
- Что это значит? - недовольно прошипел он и стукнул кулаком в дверь.
Снаружи послышался голос Люта:
- Свет в коридоре погас, и включилось резервное энергоснабжение, - взволнованно доложил он, а потом спешно прибавил: - Мистер Муфрен Кад сейчас вернется и откроет эту чертову дверь. - Напарник несколько раз с усилием дернул за ручку, но дверь даже и не шелохнулась. - Он отлучился куда-то, сказал что совсем ненадолго.
- Ты уверен, что он не пришел в себя?
- Не знаю...
- Значит придется ждать, - заключил Геон и тревожно уставился на небольшое прямоугольное оконце, расположенное высоко в стене.
Гера Грэтхен неподвижно стояла на месте, будто парализованная змеиным сильнодействующим ядом. Она растерянно поглядывала то на запертую дверь, то на мутноватое оконце, по спине девушки пробежал неприятный холодок.
- Это случилось вновь, - бесцветным голосом проронила она, сложив перед собой руки в замок.
- Подожди-ка, не спеши с выводами, - утешительно прокомментировал Геон. - Вероятно энергия пропала только в этом здании, а не во всем городе. Ты не подумала об этом?
По озадаченному лицу угрюмого пациента, можно было предположить, что это событие так же весьма напугало его. Эгон Грим внезапно соскочил с кровати, поставил невысокий стул к стене, взобрался на него и любопытствующим взглядом уставился в окно.
- Что ты там видишь, Эгон? - осторожно поинтересовалась Гера, но тот ничего не ответил.
Спустя некоторое время он спрыгнул со стула и вновь уселся на свою кровать. Затуманенный и отстраненный взгляд Эгона несколько изменился: глаза его стали серьезными и осмысленными, в них прослеживались неподдельный трепет и серьезная озадаченность.
- Что там произошло? - повторно осведомилась Гера, прислушиваясь к слабому уличному шуму, едва доносившемуся сквозь оконное стекло. - Не переживайте, скоро все наладится, - едва дрогнувшим голосом прибавила она, обращаясь к Эгону. При этом Гера старательно скрывала свою пошатнувшуюся эмоциональную стабильность, нервно переминаясь с ноги на ногу. Эгон вновь ничего не ответил. - О чем вы думаете? - серьезно спросила у него Гера. - В этой лечебнице подобное уже бывало?
- Очень странно и необычно, - вдруг негромко отозвался Эгон, спустя некоторое время, - электроэнергии нет и в зданиях, что напротив.
- Что? - Гера решила лично в этом убедиться. В один миг она оказалась у окна и быстро взобралась на стул.
Высокие многогранные дома были сплошь окутаны тенистым, неизвестно откуда появившимся сумраком.
- Теперь это произошло и здесь, в этом городе, - не отрывая глаз от полутемных очертаний стеклянных высоток, потускневшим голосом сообщила она. Спустя мгновение, девушка внезапно пошатнулась, едва не соскользнув со стула, а затем неожиданно и громко объявила: - Там всюду эти световые пятна.
Потом несколько успокоившись и переведя дыхание, она более спокойным и уравновешенным тоном прибавила:
- Они действительно очень похожи на обыкновенные шаровые молнии. Может быть это они и есть? - неуверенно предположила Гера и спрыгнула на пол.
Внутри потолочной лампы затеплилось слабое зеленоватое свечение, которое производило на Геона неприятное впечатление, а на дверной ручке загорелся индикатор, однако дверь в палату все-еще была заблокирована.
- Может быть все-таки это обыкновенные молнии? - со слабой надеждой в голосе произнес Геон Гринт, взглянув на напарницу, но та лишь неуверенно пожала плечами, стараясь подобрать логичное обоснование только что увиденному.
- Ну, конечно же, это шаровые молнии, но откуда они тут взялись? - неожиданно вспылила она и отвернулась в сторону.
- Что это с тобой? - удивился Геон.
В коридоре послышались чьи-то расторопные шаги, на ручке дважды сверкнул яркий огонек, и дверь послушно отворилась.
- Попрошу вас двоих на выход. - В коридоре стоял главный врач лечебницы, мистер Муфрен Кад. - Надеюсь вам удалось хорошо побеседовать, и вы не остались разочарованными его апатичным поведением.
За спиной главврача стоял Лют Алгой, растерянно поглядывая на своих товарищей.
- Нет, все прошло нормально. - Геон вышел из палаты, пропустив вперед встревоженную и впечатлительную напарницу.
Все трое сразу же поспешили к выходу из лечебницы. Снаружи их уже ожидал межпланетный астроомнибус, он невысоко парил над площадью, слабо покачиваясь из стороны в сторону. Геон, Лют и Гера мигом забрались внутрь космолета, Лют ухватился за рулевое колесо, и судно резко поднялось над зданием лечебницы и устремилось к ближайшему городскому тоннелю. Когда же корабль оказался за пределами защитного хольнитена, Геон и Гера изложили своему напарнику все, что им удалось разузнать от несчастного пациента.
Гера долго расспрашивала Люта, просидевшего все это время в коридоре, об удивительных световых явлениях, которые появились на улицах города сразу же после внезапного сбоя в работе энергетической установки. Но оказалось, что тот ничего не видел, поскольку был занят составлением какого-то важного отчета на своем протографе. Астроомнибус вскоре оказался в открытом космосе, после чего направился к бледно-голубой планете из первого сектора звездной системы. На лобовом метастекле высветился старинный, давно заброшенный маяк с неестественным природным явлением внутри.
С контактного кольца задумчивого мужчины, чьи глаза вечно скрывались под широкими локонами его длинных и абсолютно черных волос, раздался отчетливый монотонный сигнал.
- Слушаю, - тихо проговорил Геон Гринт, едва приподняв кисть левой руки.
- У меня есть для тебя, кое-какие новости, - прозвучал голос Кавина.
- Что случилось?
- Я был у одного своего знакомого... Ну тот, про которого я тебе рассказывал, помнишь? В общем я недавно заходил к нему в гости... Он хотел, чтобы я сам это увидел...
- Так о чем речь, Кавин? - нетерпеливо перебил его Геон.
- В его комнату случайно залетал один из этих шаровых сгустков... В общем, возникли некоторые проблемы...
- Какие именно? - тяжело вздохнул Геон.
- В комнате появилось какое-то необычное свечение. Если бы ты сам это увидел...
- А что с твоим приятелем?
- С ним, вроде, все в полном порядке. Где ты?
- Пока что я немного занят, - Геон обеспокоенно взглянул на Люта и Геру. - Нахождение там может быть небезопасным, ты слышишь меня?
- Отправляйся туда прямо сейчас, - вмешалась Гера, - а мы обо всем расскажем нашему общему знакомому.
- Что ж, не возражаю. - Геон опустил руку и коммуникационное устройство на ней потускнело, а затем резко погасло.
Астроомнибус застыл в космическом пространстве неподалеку от газовой планеты, на обледенелой поверхности одного из спутников которой, светились стеклянные полусферы крупных иноземных городов. Космолет совершил небольшую посадку, Геон перебрался на один из межпланетных лайнеров и вернулся в Амфиполис.
Глава №13 (Скорбное отречение)
В прохладном гостевом зале, за широкой барной стойкой суетился Кавин Кальд. На голове у него, как всегда лоснились взъерошенные волосы, а поверх рубашки висела просторная синяя жилетка, увешанная десятками различных карманцев: широкими и узкими, на пуговицах и на застежках, большинство из которых были чем-то набиты, да так, что с трудом застегивались.
- Что произошло? - раздался, обеспокоенный голос Геона, прокатившийся звонким эхом по залу. Геон подошел к другу. - Дай-ка мне еще что-нибудь перекусить.
- Знаешь ли... - с взволнованным выражением лица протянул Кавин, все-еще находясь под глубоким впечатлением, - тебе лучше самому взглянуть. - Он подогрел коробку с пиццей и подал ее другу.
- Кроме тебя и Павла кто-то еще видел то, что ты хочешь мне показать? - уточнил Геон. - Если какой-то необычный феномен появился у него в комнате, то наверняка там уже полно сотрудников СКБ? - Геон пододвинул к себе бутылку с газированным напитком и наполнил стакан.
- Там никого нет, - быстро ответил Кавин.
- Откуда ты знаешь? - скептически усмехнулся Геон, исподлобья поглядывая на друга. Кавин выглядел обеспокоенным и много суетился.
- Павел просил никому не говорить, пока он со своими ребятами хорошенько не изучит эту чертовщину.
- Он так тебе и сказал? - Геон озадаченно уставился в стол. - Чем твои друзья занимаются? Не припомню, чтобы ты раньше особо распространялся по этому поводу.
Кавин еще сильнее занервничал.
- Да так... ничем таким важным... В общем, они высококлассные технические специалисты и занимаются самыми разнообразными вещами, - невнятно пробормотал он. - Думаю, никто из них не станет возражать... Так ты идешь?
- Ну, раз ты в этом уверен, то давай посмотрим. - Геон поднялся со стула, надел пальто и направился к выходу.
Во время полета Кавин несколько раз выходил на связь со своим другом, пытаясь выяснить не исчезло ли то самое свечение из его комнаты. Высотное многогранное здание, возведенное из блестящих полупрозрачных блоков, находилось на второй жилой платформе города. Геон опустил гравилет на плоскую поверхность, Кавин и он быстро переместились на несколько этажей ниже, воспользовавшись скоростным лифтом, свернули за угол одного из протяженных коридоров, быстро отыскали нужную дверь и тихо постучались.
Дверь неспешно отворилась. За ней показался высокий худоватый молодой человек с добродушным лицом, выпученными утомленными глазами, на узкие и покатые плечи которого ниспадали светлые и немного засаленные волосы.
- А, это вы заходите, - кисло улыбнулся он, приоткрыв дверь шире.
Скромные апартаменты приятеля Кавина Кальда, впрочем, как и большинства жителей иноземных городов, состояли из двух небольших комнатушек, при чем одна из них являлась кухонным помещением. Жилье было довольно-таки тесным, но зато весьма уютным и комфортным.
- Надеюсь Кавин, рассказал вам, что сообщать об этом никому не следует, по крайней мере пока что, на данный момент? - обратился светловолосый обитатель скромной квартиры к Геону и, не дожидаясь ответа, тут же продолжил: - Это свечение очень напоминает северное сияние, однако оно таковым, конечно же, ни в коей мере не является. Дело в том, что полярное сияние образуется в верхних слоях атмосферы в результате движения заряженных частиц солнечного ветра в магнитном поле планеты. Здесь же, - мужчина похожий на неопрятного и невыспавшегося системщика, указал на закрытую дверь в комнату, - это просто не возможно по вполне очевидным причинам. - Да, в наших городских хольнитенах, используется магнитное поле, но лишь снаружи, за границей купола, а там, как всем хорошо известно, никакой атмосферы нет.
- Может быть мы все-таки посмотрим на сие чудо? - не выдержал Геон.
- Да, конечно. - Павел загадочно улыбнулся словно какой-нибудь дотошный психолог и открыл настежь дверь.
Перед вошедшими в комнату предстала невероятная картина: в углу помещения, прямо над узким выдвижным диваном, мерцало призрачное световое полотно, медлительно извиваясь в воздухе, подобно обыкновенному матерчатому флагу, колышущемуся на слабом ветру; при этом оно завораживающе переливалось разнообразными пестрыми цветами и оттенками. Поразительное явление было около полутора метров в длину, полуметра в ширину и при этом очень тонкое - не более одного или двух сантиметров. Свет от этого сияющего полотна рассеянными и рыхлыми линиями окутывал собой абсолютно все, что находилось в комнате: пол, потолок и стены, а так же рабочий стол, темное кресло и вещевой шкаф.
- Необыкновенно красиво, - затаив дыхание, прошептал Кавин. По его застывшему от изумления лицу скользили разрозненные световые пятна, неспешно сменяющие друг друга.
- Просто поразительно, - согласился Геон, тревожно всматриваясь в небывалый объект. Несмотря на уже известные ему факты существования удивительных природных явлений - например, неестественных теней, называемых ингрессивными, - тем не менее данный экземпляр, напоминающий полярное сияние, производил на него не менее глубокое впечатление. - Кавин сказал мне, - Геон указал на плоскую световую ленту, слабо извивающуюся над диваном, - что оно появилось после исчезновения шарообразного сгустка, это правда? - Павел утвердительно кивнул. - Так же Кавин говорил о том, что вы планируете хорошенько изучить это явление. Как это понимать?
- Ну, скорее просто понаблюдать, - Павел недоверчиво покосился в сторону Геона, облокотившись о дверной косяк.
- Простите, что спрашиваю вас об этом... - Геон почувствовал осторожность в его голосе. - Конечно же, это не моего ума дело, но обещаю, что об этом никто не узнает.
- Что вы хотите от меня? - насупившись, осторожно поинтересовался Павел. - Кавин уверял меня, что вы благонадежный человек и вам можно доверять. - Он уставился на Геона своими большими, выпученными глазами, словно ожидая от него каких-то убедительных пояснений за свое неосторожное любопытство.
- Так и есть. Кавин - мой лучший друг! Мы уже очень долго работаем вместе, я не собираюсь его подводить, - утешительно проговорил Геон и, заглянув в глаза Павла, который казался ему весьма расхлябанным и неопрятным человеком, спешно добавил: - Я лишь хочу узнать правду: что на самом деле представляют из себя эти поразительные явления? Конечно, если вы пожелаете поделиться со мной результатами ваших наблюдений. - Геон метнул настороженный взгляд в Кавина, а затем обратил внимание на неряшливого вида системщика. - Хотя, может быть, вам стоит пригласить сюда сотрудников СКБ?
- Я не собираюсь этого делать, - непримирительным тоном пробормотал Павел, - они лишь опечатают здесь все, а меня отправят куда-нибудь на задворки города. Зачем мне это надо?
- Возможно, вы правы, - неохотно согласился Геон, искоса взглянув на светящееся полотно, при этом полностью отдавая себе отчет в невероятной опасности происходящего здесь. - Однако на вашем месте я был бы крайне осторожен с этой штуковиной.
- Не беспокойтесь! - высокомерно произнес Павел, будто бы понимая с чем имеет дело, - все под контролем: если что-то пойдет не так, я сразу же отсюда съеду. - Неопрятный светловолосый субъект воровато покосился на развевающееся в пространстве полотно, а на его лице при этом отразилась дурацкая и самонадеянная ухмылка. - В нем присутствует только видимое излучение электромагнитного спектра, без каких-либо посторонних волн. Так что это абсолютно безопасно, иначе я не согласился бы пригласить вас сюда, - пояснил он тоном всезнайки.
- Что ж, благодарю за объяснение. - Геон осторожно приблизился к световому явлению, по груди его пробежала трепетная и колкая дрожь. - Думаю мы достаточно увидели на сегодня, нам пора возвращаться. Еще раз большое спасибо, что пригласили. - Геон по-дружески пожал руку мозговитому системщику и вышел из комнаты. Кавин сразу же последовал за ним.
Когда Геон и Кавин оказались на улице, то решили не использовать гравилет, а немного пройтись пешком. Они свернули за угол высотного здания и чуть несколько более расторопным шагом побрели по дорожке, ведущей к Центральному парку Амфиполиса. Именно таким путем они собирались вернуться к дому с небольшой библиотекой внутри и комнатой для ментальных трансляций на окраине первой жилой платформы.
- Какой-то он странный. Тебе так никогда не казалось? - усмехнулся Геон.
- Да он всегда был таким, так что не удивляйся.
На левой руке Кавина послышался отчетливый одиночный сигнал, он хорошенько пригляделся к поверхности контактного кольца и огорченно объявил:
- Ну вот, настало время срочно продлить когнитивный полис. Мне придется ненадолго забежать в ближайшую комнату, - с виноватой улыбкой он покосился на своего друга. - Скоро я буду на месте. Необходимо все подготовить заранее, ведь завтра первый сеанс с новым оборудованием... Помнишь?
- Конечно, - умиротворенно вздохнул Геон, пребывая мыслями в каком-то своем измерении. - Кавин, у меня намечено на сегодня несколько важных дел, так что увидимся пожалуй завтра.
- Ну, ладно... Как скажешь... Тогда до встречи. - Кавин растерянно улыбнулся и заковылял в сторону ближайшей конверсионной комнаты, у входа в которую светилось голографическое табло с расписанием работы этого общественного учреждения.
Поскольку астроомнибус Геона находился на техническом обслуживании, а платить за аренду другого не было никакого желания, он поспешил к космопорту Тиндр, находящемуся на окраине города, на второй жилой платформе. Спустя некоторое время межпланетный лайнер, на который он приобрел билет, добрался до сине-голубой планеты с плотными белыми облаками и погрузился в эти туманные пучины, подсвеченные со всех сторон теплым солнечным светом. Лайнер вскоре прибыл в ближайший наземный космопорт.
Геон покинул салон межпланетного судна, сразу же перебрался в один из свободных гравилетов, круглосуточно дежуривших снаружи терминала, и очень скоро оказался совсем недалеко от старинного навигационного маяка.
Неожиданно с поверхности контактного кольца раздался звонкий монотонный сигнал, Геон сразу же насторожился, взглянув на него. Послышался бесцветный и расстроенный голос Кавина:
- Извини за беспокойство, но я должен тебе об этом сказать...
- Что стряслось, Кавин?
- Я дождался своей очереди, зашел в комнату, начался процесс... - Кавин запнулся. По тону его голоса было ясно, что он сильно переживал и едва мог внятно формулировать мысли.
- Кавин, возьми себя в руки и спокойно объясни мне, что там у тебя стряслось? - Геон перевел управление в режим автопилота.
- Когда я вошел в комнату... - волнительно продолжил Кавин, - в общем, конверсионное излучение не подействовало на меня.
- Что? Почему? С чего ты это взял? - Геон недоверчиво взглянул на светящееся устройство, с поверхности которого звучал обреченный голос его друга.
- Я и сам не знаю почему, - печально вздохнул Кавин.
- Ты уверен?
- Да. Статус моего когнитивного полиса остался прежним.
- А что было после?
Кавин еще раз прерывисто и тяжело вздохнул:
- Мне пришло приглашение посетить реабилитационный центр «Ренессанс» - один из лучших, кстати! Там как раз оказывают помощь таким, как я. - Голос Кавина звучал слишком тихо и нечетко. Связь стала намного хуже. - Ты меня слышишь?
Геон тяжело молчал. Он совершенно не представлял что ответить другу. Из кабины гравилета, показались смазанные очертания каменной башни. По стеклам застучал сильный проливной дождь, а резкие порывы ветра стали раскачивать гравилет из стороны в сторону.
- Да, слышу, - ответил Геон, спустя небольшую паузу. - Не переживай, все наладится. Главное, никуда не ходи. Я кое-что разузнаю и сразу же вернусь. Жди меня в гостевом холле. Ты меня понял? - Геон почти что кричал, держа запястье перед своим лицом.
Кавин же ничего не ответил: по какой-то причине межпланетная аффилиация - речевая связь - неожиданно прервалась. Гравилет завис над старинным маяком, и пока Геон перебирался через металлические поручни, он насквозь промок из-за дождя. Затем он быстро откинул тяжелую крышку люка, спустился вниз и оказался в служебном помещении старой башни.
Геон принялся спешно обыскивать все комнаты маяка на наличие неестественной тени - насколько он помнил, она редко оказывалась на одном и том же месте. Он спускался все ниже и ниже, пока наконец не добрался до кладовой. Аномальное теневое пятно от старой опрокинутой керосиновой лампы, стелилось по бревенчатому полу против бледного дневного света. Геон подступил ближе, еще ближе, двигаясь очень осторожно, а затем прикоснулся к теневому отражению и опустился на пол, прислонившись спиной к стене. Пространство вокруг поплыло, а время будто бы остановилось.
Когда он приоткрыл глаза, то обнаружил, что все вокруг покрывал холодный свет. Смещение в Пограничный Мир, в эту незримую область мироздания, находящуюся на границе физического мира и Вселенского Бессознательного, успешно завершилось. Геон мигом взобрался по узкой лестнице наверх и, осторожно ступая по скользкой обмороженной поверхности, придерживаясь рукой о холодную стену, устремился к противоположной башне древнего замка. В небе по-прежнему светила полная луна, а из под одиноких серых облаков неспешно кружа падали рыхлые снежные хлопья. С обеих сторон слышалось тихое завывание зимнего ветра. Геон приблизился к высокой полутемной двери и, изо всех сил потянув за тяжелую чугунную ручку, громко прокричал:
- Здесь кто-нибудь есть?
А в ответ лишь морозный воздух задул с новой силой. Геон втянул руки в рукава, чтобы не обморозить пальцы и тревожно оглянулся по сторонам.
- Сейчас помогу! - изнутри каменного пространства послышался знакомый голос.
Дверь со скрипом отворилась, и за ней показался Лют Алгой.
- Заходи! - сказал он и толкнул массивную створку от себя.
Внутри теплой комнаты все оставалось по-прежнему, как и в прошлый раз. С середины высокого бревенчатого потолка свисала тяжелая старинная люстра, освещая все пространство вокруг ровным золотисто-рубиновым светом. В округлой каменной стене полыхал старый камин, напротив него стояли красивые резные стулья, два из которых были заняты: на одном сидела Гера, а на другом - Лют. Рядом с морозным оконцем, в глубоком кресле, располагалась высокая фигура пришельца из иного мира. Лицо его скрывалось в темной полости остроконечного капюшона.
- Что произошло, мистер Гринт? - испытующим тоном осведомился Экзарх.
Проникновенный голос пришельца удивительным образом резонировал в сознании гостей, вызывая при этом самые глубокие и благоговейные чувства, словно он исходил из уст какого-то древнего мифического существа, сошедшего с небес к людям.
- Я надеялся успеть на эту встречу... - волнительно пробормотал Геон. Только сейчас он осознал, что одежда его уже высохла. - Я кое-что обнаружил. Очень любопытное явление, - Геон взглянул на лица остальных. - Оно было похоже на призрачное световое полотно. Я наблюдал его в комнате у одного не очень знакомого мне человека. Оно выглядело как настоящее полярное сияние, только в миниатюре.
- Неужели? - слабо изумился Сцион. - И что вы думаете об этом, мистер Гринт?
- Я не знаю что это такое. - Геон рассеянно схватился руками за голову и тяжело вздохнул. - Мы были там вместе с моим другом Кавином. Несколько минут назад он сообщил мне, что на него не подействовало конверсионное излучение, а когнитивный полис остался не продленным. - Геон устало провел рукой по своим черным волосам. Кажется, именно в этот момент ему пришло понимание всей серьезности происходящего в мире. - После этого странного инцидента, ему поступило предложение пройти курс восстанавливающей терапии в том самом реабилитационном центре, который мы недавно навещали. - Геон Гринт стоял всего в двух шагах от Экзарха. Обернувшись, он озадаченно посмотрел на Геру и Люта. Их лица побледнели. - Я попросил Кавина никуда не выходить и оставаться дома. Так же мне не ясно почему на прошлой встрече мы не могли вспомнить о том, что видели в городе, когда остановился реактор.
На поверхности пальто обеспокоенного молодого человека с задумчивым и потерянным взглядом прыгали яркие отсветы от горящих в камине поленьев. За окном умиротворенно шелестел холодный ветер. Блеклый лунный свет проникал внутрь комнаты сквозь заиндевевшее оконце, освещая правую сторону высокого кресла, в котором находилась статная фигура Экзарха. Волнистый лазурно-синий плащ загадочного пришельца в этой полутьме казался почти что черным.
- Это очень ценные сведения, - сумрачно пояснил Экзарх, прервав безмятежную тишину замковой комнаты.
- Вам известно, что это такое? И почему у нас отшибло память? - осторожно уточнил Геон.
Экзарх лишь слабо кивнул, а затем не вполне ясно объяснил:
- Кое-что мне известно об этом, - сказал он. Я знаю откуда возникают эти пятна, а так же для чего потом превращаются в широкие мерцающие полосы. Вы не смогли поведать о случившемся, когда город окутала мгла, потому, что вмешался кто-то и не позволил вам этого сделать. Полагаю, это были Непреходящие, но доказательств этого у меня нет. Их воля проявляется в том, чтобы застолбить и замедлить течение жизни вокруг себя, чтобы таким образом продлить свое существование.
- Что же нам со всем этим делать? - Лют Алгой задумчиво поглядывал на свое контактное кольцо, которое утратило в этом мире большую часть своих полезных свойств.
- На самом деле, - неспешно продолжил Экзарх, - сейчас каждому из вас предстоит сделать выбор: либо продолжить работу со мной, но несколько в ином ключе - ради служения человечеству, либо же обо всем забыть и вернуться к своему обыденному существованию. Это весьма не легкая ноша, предупреждаю об этом сразу. Вероятно, некоторые из вас не вполне готовы к таким радикальным переменам в жизни. И тем не менее, я не отказываюсь от своего предложения. - Экзарх поправил тяжелый волнистый плащ и задумчиво склонил голову. Длинные бесформенные тени догорающих поленьев, исполняли замысловатый танец на каменном полу замковой комнаты, прямо возле его ног, а так же и на прохладных высоких стенах. - Боюсь, что теперь и в вашем мире, начинает происходить что-то неведомое и поистине ужасное. - Экзарх замолчал и повернул голову к бледному оконцу, насквозь промерзшему от суровой зимы.
В пространстве повисла напряженная тишина. Было слышно лишь потрескивание камина и слабое дуновение ветра снаружи. Геон, Лют и Гера ощущали себя попавшими в некую западню, бездонную пропасть, из которой попросту не существовало никакого выхода.
- В любом случае, - вновь заговорил Экзарх, - вам еще только предстоит осознать будущее, ваше предназначение. - Из под плотной тьмы широкого капюшона Экзарха сверкнул его безмятежный неземной взгляд. - Какое призвание выберет каждый из вас - решать вам!
Лют Алгой печально склонил голову и закрыл лицо руками, застыв в мучительных раздумьях. Геон и Гера отстраненно наблюдали за неспешным танцем алых языков пламени старого камина.
- За какое время исчезли жители далеких звездных миров? - спросила Гера, взглянув на темный полупризрачный стан Экзарха.
- Этот процесс мог занимать от пяти до десяти лет в пересчете на понятное вам время, - пояснил тот и сразу же добавил: - Тем из вас, кто осмелится продолжить этот нелегкий путь, потребуется уделять моим поручениям намного больше времени. Объекты шаровидной формы, состоящие из плотного света, которые вы наблюдали в городе, конечно же, не являются никакими молниями. Это особые сгустки психической энергии - аэробы! Когда они разрушаются, на их месте возникает некое полотно или пелена, негативно воздействующая на разум и чувства живых существ, лишая их внутреннего покоя и равновесия. - Экзарх сверкнул своим неземным, проницательным взглядом в сторону Геона. - Ваш друг подвергся этому негативному воздействию, хотя он и не понимает этого до конца. На индивидуальный бессознательный разум этого человека наложена особая печать, которая будет медленно разрушать его изнутри. - Экзарх склонил голову и поправил широкий плащ. - Для уничтожения аэробов вам потребуется пройти специальное обучение. Тем же, кто пожелает сотрудничать со мной и дальше, гарантированно безбедное существование. Вам больше не придется думать ни о работе, ни о повседневных заботах, чтобы обеспечивать себя необходимым. - Пришелец, кажется, еще раз взглянул на Геона сквозь многослойную тьму капюшона и мягко добавил: - С вашим другом, мистер Гринт, все будет хорошо. Я уверен, что вы сможете ему помочь.
- Что это такое за обучение? - негромко спросил Лют Алгой, причем сам того не особо желая.
- Вас научат обезвреживать аэробы. Они неизбежно будут проникать в иноземные города. И если их не остановить, - глубоким и безмятежным голосом разъяснял Экзарх, - произойдет нечто ужасное, о чем и помыслить страшно.
- Значит аэробное полотно может влиять на психоэмоциональное состояние человека, - рассуждая вслух, проговорил Лют, - что может привести к невосприимчивости к излучению... Выходит, что все больше и больше граждан будут обращаться в центры за помощью. Но что их там ждет? Что с ними будет дальше? Не может быть... Неужели они... - Лют не решился завершить мысль и замолчал, погрузившись в тревожный ступор.
- По-моему, закономерность вполне очевидна, мистер Алгой, - подтвердил его самые страшные опасения Экзарх.
- Но как такое возможно? - Лют почувствовал напряжение вокруг головы, а так же нервную скованность в животе. - Почему все это происходит именно сейчас? - вдруг запричитал он, растерянно разводя руками. - У меня все так замечательно складывается... Дела идут в гору, все вокруг кажется таким ясным и простым... Как же мне со всем этим жить теперь? - не унимался он и даже осмелился с упреком посмотреть в сторону Экзарха. Мужчина поднялся со стула и прикрыл глаза рукой. - Я теперь совсем не понимаю, что мне делать... Вообще-то, у меня были совершенно иные планы... Почему тень появилась именно в моем ресторане? - Лют Алгой томно вздохнул, запрокинул голову вверх и потерянным взглядом уставился в потолок.
Мягкий рубиновый свет безмолвно мерцал на его печальном и сером лице.
- Я прекрасно вас понимаю, мистер Алгой, - словно из какой-то другой, непостижимой реальности мягко отозвался Экзарх. - Это легко исправить, вам лишь стоит довериться мне.
- Вы предлагаете стереть мне память?
- Не совсем, я предлагаю лишь огородить ваш разум от всех тревожных и неприятных воспоминаний. На самом деле они никуда не исчезнут, но зато станут абсолютно вам недоступны.
Лют Алгой стыдливо потупил голову и бросил невинный взгляд на своих приятелей, которые были явно ошеломлены его последними словами.
- Я хоть что-нибудь буду помнить?
Гера Грэтхен с недопониманием смотрела на замешкавшегося напарника, но не стала ему досаждать своими упреками, поскольку прекрасно понимала его внутреннее состояние. Она лишь разочарованно вздохнула и спокойно произнесла:
- Неужели ты решишься на это? - Глаза Геры Грэтхен слабо увлажнились, а затем она сердито отвернулась в сторону.
- Прошу, только не нужно излишних переживаний, - скорбно произнес Лют Алгой, а на лице его отразилась скупая улыбка. - Уверен, что вы отлично справитесь и без меня.
Разочаровавшийся в устройстве окружающего мира мужчина повернулся к Экзарху и замер в ожидании чего-то необыкновенного.
- Если вам так угодно, мистер Алгой. - Экзарх поднялся с кресла. - Отныне стылая тень подействует на вас совершенно иначе. Когда вернетесь домой, прошлое покажется лишь глупыми фантастическими грезами. Вы уверены в своем решении, мистер Алгой?
Лют ненадолго призадумался.
- Кажется, да, - ответил он и еще раз обернулся, что бы взглянуть на знакомых ему людей, а затем будто наивное дитя невинным тоном спросил: - Мы ведь будем знакомы?
- Это маловероятно, - безмятежно пояснил Экзарх, - если только похожие события вновь не произойдут с вами.
- Что ж, значит такова судьба, - не без сожаления проговорил Лют, внимательно посмотрел на свое контактное кольцо, облегченно выдохнул и решительно объявил: - Я готов!
- Тогда, мистер Алгой, помогите мне сдвинуть этот старый и никчемный предмет, - Экзарх указал на высокий старинный шкаф справа от камина, на который раньше никто из гостей не обращал внимания, - поскольку я опасаюсь, что он может сложиться пополам, если я попытаюсь это сделать в одиночку.
При неспешных движениях Экзарха тяжелый и волнистый плащ его слабо покачивался из стороны в сторону, издавая при этом тихий шелест. Экзарх слабо толкал шкаф вперед, а Лют придерживал его с другой стороны, чтобы он не завалился на бок. На освободившемся участке округлой стены, показался большой дверной проем, запечатанный темной чугунной дверью. Геон Гринт удивленно поднялся со стула и встал напротив потайного хода. Желая удовлетворить свое любопытство, его примеру последовала и Гера.
- Куда ведет эта дверь? - непринужденно спросила она.
- Этот трансграничный переход предназначен для вашего друга, - пояснил Экзарх. - Это путь к вашему ресторанному заведению, мистер Алгой, туда, где вы впервые увидели неестественное теневое отражение. Однако вначале вы попадете на заброшенную автобусную станцию, где мы встречались с вами ранее. Тень одного из старых деревьев перенесет вас в обозначенное место, и вы окажетесь в свободной гостевой комнате.
- Хорошо, пусть будет так. - Лют зачарованно смотрел на темную дверь, будто бы только что стал причастником какого-то древнего волшебства или необъяснимого чуда. - Как такое может быть? - вопросительно пролепетал он.
- Не забывайте, что мир этот прилегает к границам Вселенского Бессознательного, распространенного по бескрайнему космосу, а потому находится за пределами видимого бытия, поэтому здесь возможно многое, - непринужденно напомнил Экзарх.
Лют Алгой по-дружески кивнул своему напарнику Геону, а затем перевел потухший взгляд и на Геру, но та раздраженно отвернулась, не желая его видеть.
- Что-ж, простите меня за все ошибки, - неловко пробормотал Лют и подступил к высокой фигуре Экзарха, окутанной ветхим волнистым плащом.
Грациозный стан пришельца из недосягаемого мира грозно возвышался над человеком, пожелавшим вернуться домой и обо всем забыть, словно бесплотный призрак, но при этом вполне реальный и осязаемый. В свете догорающего пламени Экзарх с небольшим усилием потянул за стальную рукоять, и дверь со скрипом отворилась. Пред глазами Люта предстала поразительная картина: вид на старую автобусную станцию, где все трое получили от Экзарха первое рабочее задание.
- Вам сюда, мистер Алгой, - безмятежным голосом распорядился Сцион, указывая на разверзшийся впереди ход.
Обернувшись, Лют в последний раз посмотрел на лица приятелей, после чего сделал шаг вперед и тут же скрылся из вида. Экзарх затворил за ним дверь и уселся обратно в кресло. Лунный свет унылыми бледными полосами отразился на поверхности его одеяния, стылый наружный ветер продолжал вяло посвистывать за массивной входной дверью.
- Вам потребуется новый напарник, - неожиданно объявил таинственный пришелец. - Предлагаю обратить внимание на мистера Кавина Кальда.
Оставшиеся двое удивленно переглянулись.
- Да, но... Вы уверенны, что он подойдет? - Геон от растерянности открыл рот.
- Я почти наверняка знаю это.
- Хорошо, но как же быть с этой разрушающей печатью в его разуме?
- Вы найдете решение этой проблемы, не сомневайтесь.
Геон склонил голову и тяжело проговорил:
- Хорошо, я попробую...
- Удачи вам, мистер Гринт. Я уже говорил о том, что вам необходимо пройти специальное обучение. Оно будет проходить в Малой Академии Праксиса. Вашим Ментором будет Серторий Квинт. Вы получите подробную инструкцию, как до него добраться. Думаю, этого на сегодня достаточно с вас.
Сцион приоткрыл тяжелую дверь, и свежий морозный воздух хлынул в уютное пространство, со всех сторон окруженное каменными стенами. Геон и Гера покинули комнату и направились вперед.
Осторожно ступая по обледенелой стене, то тут, то там припорошенной искрящимся снегом, они добрались до противоположной угловой башни и вскоре оказались в своем привычном мире, лишь коснувшись холодного теневого отражения на полу одного из внутренних помещений замковой башни.
Гера опустила руку, и объемная голограмма, переливающаяся тонкими световыми линиями, над поверхностью кольца тут же погасла. На уровне световой камеры навигационного маяка появился серебристый астроомнибус. Свежий воздух с насыщенным землистым запахом, нежно овевал понурые лица двоих, только что вернувшихся из незримого мира, а янтарные лучи солнечного света, пробиваясь сквозь причудливые рыхлые облака, мало-помалу согревали их своей тепловой энергией.
Вскоре на контактные кольца Геона и Геры поступили новые координаты того самого места, откуда начнется их новое путешествие. Геон решил пока не торопиться и забыть обо всем хотя бы на несколько дней. Ему не терпелось вновь оказаться в своей проекционной комнатке и оценить работу нового оборудования, поэтому и все мысли его были захвачены этим предстоящим событием. Однако, когда в эти мечтания пробирался образ Кавина, он всеми силами пытался не думать о том, что должен ему рассказать. Как поведать обо всем том, чего не должно быть? И как решить проблему с невосприимчивостью к излучению? Ведь Кавин был семейным человеком, а без действующего когнитивного полиса на любого гражданина накладывались строгие социальные ограничения, дабы обезопасить здоровую часть общества от возможных негативных проявлений со стороны таких людей.
Гера Грэтхен подумывала оставить работу в школе и всецело посвятить себя новой деятельности. Сейчас она направлялась к ближайшему космопорту, чтобы ненадолго вернуться домой, еще раз все хорошенько обдумать и немного отдохнуть. Громадный межпланетный лайнер, на фюзеляже которого ярко светилось название корабля, едва покачиваясь в воздухе, оторвался от посадочной платформы и стал ускоряться. Преодолев широкий транспортный тоннель, он устремился в чернеющую пустоту звездного неба, оставляя за собой протяженные бледные полосы. Спустя некоторое время судно окончательно скрылось из вида, затерявшись на фоне мелких точек, слабо мерцающих туманистой синевой.
Звездный порядок. Вестники перемен
© Copyright: Даниил Войд, 2022
Свидетельство о публикации №222103101503
Свидетельство о публикации №222103101503
Рецензии