Рисую

Ноябрь. Пока ещё без снега,
И, потому, темным-темно.
Весь день в нависших тучах небо.
Я вечером смотрю в окно. 

Сияют города огни -
где  стойко светят, где - мерцают.
Сырой, после дождя, асфальт
их живописно отражает. 

Уже прошел поток машин,
и свет от фар теперь все реже.
Шаги в промокшей темноте - звучат.,
я двух прохожих вижу.

Гуляющих. Два силуэта.
Идут неспешно. Лист шуршит.
Подходят ближе. - Слышишь, это?
- Конечно. 

- Так ему скажи
о том, как мир вокруг прекрасен,
и ждёт его, и рад ему!
- А, что - ты думаешь он слышит?
Как так? Вот это не пойму.

Подходят ближе. Рядом встали.
Остановились. 

- Это что?

- Живот тяжел, и книзу давит.

Он руки  втиснул под пальто.

- Ого, какой. Такой игривый.
Спешит. Придет уж скоро срок.

Расправил капюшон красиво,
поцеловал жену в висок.

- Какая ты! 
- И , что?  Какая?   

- Мы назовем его - Иисус. 

- Так это было, дорогая. Давно.

- Я знаю.
Сладкий вкус
у губ твоих.
А ты что скажешь? -
Ладонью  прядь сняла со лба.   

- А если девочка, то Маша -
Мария, как и ты сама. 
 
Ноябрь. Окно. Снаружи холод.
И сыро. Слякоть и темно.
А, я стояла , улыбаясь -
глядела в темное окно.

И, радость тихая, и нежность,
и Мир спустились на меня.

Менялись времена. 
Как прежде
Мир Света рисовала я!