«ТАЙНА НА ДНЕ КОЛОДЦА»
Экранизация одноимённой повести
Николая Носова
(Сценарий многосерийного фильма)
Автор
Александр Захарьев
Москва
8-916-134-23-28
azakhariev@mail.ru
НА ТЁМНОМ ФОНЕ.
Спокойный мужской голос.
ГОЛОС(ЗК)
Взрослые часто не понимают детей,
потому что видят мир не таким, каким
его видят дети. В окружающих предметах
взрослые видят их назначение, видят
то, чем эти предметы полезны для них…
ИНТ. КОМНАТА В ДАЧНОМ ДОМЕ-НОЧЬ
Из ЗТМ
Дом недалеко от железнодорожной станции Ирпень в двадцати пяти километрах от Киева. Комната небольшая. Обстановка начала 20-го века. Шкаф, буфет, стулья, кресло, железная кровать и т. п. На диване и креслах – белые чехлы. На стенах фотографии в рамках, часы, барометр со стрелкой и циферблатом с надписями: “Ясно”, “Пасмурно”, “Умеренный ветер”, “Буря”.
ГОЛОС(ЗК)
(продолжает)
Дети же видят лицо вещей. Они не
знают, откуда эти вещи явились, кто
их сделал и сделал ли кто. Дети знают,
что вещи существуют, что вещи живут,
и относятся к вещам, как к живым
существам.
ШКАФ-крупно.
ГОЛОС(ЗК)
Вот шкаф. Он стоит, подпирая своей
широкой спиной стену, погрузившись
в какую-то свою глубокую,
бесконечную думу. От него не много
добьешься слов. Если он и произнесет
что-нибудь на своем скрипучем,
непонятном для меня языке, то лишь
когда открывают дверцы, чтоб достать
что-нибудь из одежды, хранящейся в
его недрах.
БУФЕТ-крупно. Верхние дверцы украшены деревянной резьбой, изображающей битых уток, подвешенных вниз головой. На нижних дверцах такие же резные изображения корзин, наполненных виноградными гроздьями. По бокам - выточенные из дерева шпилеобразные фигуры, напоминающие собой что-то вроде двух огромных шахматных ферзей.
ГОЛОС(ЗК)
По сравнению со шкафом буфет более
легкомысленное и франтоватое существо.
Этот чудак буфет, наверно, воображает,
что очень красиво, когда на плечах две
такие нелепые штуковины.
Полки буфета – крупно. За стеклом видны: сахар, печенье, варенье в стеклянных банках, конфеты, соль, масло, хрен, перец, горчица, чай, кофе, какао, консервы, посуда, кофейная мельница, огромные блюда, медные подсвечники, чугунная ступка.
ГОЛОС(ЗК)
Во всяком случае, он не такой
задумчивый и не такой молчаливый,
как шкаф. В ящиках, которые выдвигаются
из его живота, лежат ложки, вилки, ножи,
салфетки и другие нужные вещи, которые
постоянно приходится доставать, отчего
буфет то и дело говорливо скрипит,
шипит, сипит, визжит, хрипит, крякает
всеми своими дверцами и ящиками.
Словом, он существо хотя и нелепое,
но вполне компанейское, чего не скажешь
о креслах…
КРЕСЛА-крупно.
ГОЛОС(ЗК)
Вот уж!.. В своих белых полотняных чехлах…
они похожи на каких-то чопорных
пожилых теток. Чувствуется, что им
до зарезу хочется поговорить, посудачить
о том о сем, да неохота показывать,
что их могут интересовать такие
пустяки, как праздные разговоры.
Мне кажется, что, эти старые ханжи
только и ждут, чтоб я поскорей выкатился
за дверь и не мешал им изливать друг
перед дружкой душу или перемывать
косточки своим знакомым.
ДИВАН-крупно.
ГОЛОС(ЗК)
Диван тоже из их породы, но характер
у него другой. Он смешит меня тем,
что старается быть похожим на кресла.
Пыжится, напускает на себя важность,
а ничего не выходит. Но, может быть,
он просто передразнивает кресла?
Может быть, он подшучивает над ними?
На самом деле его, может быть, распирает
от смеха и от этого он такой надутый?
Как все толстяки, диван — добродушное
существо, а все, у кого добродушный
характер, любят пошутить, посмеяться.
Если мне случится попрыгать по дивану,
он с удовольствием поскрипит пружинами,
маскируя этими звуками свой смех. Только
мне, сказать по правде, не то, что
прыгать, но даже сидеть на нем, точно
так же, как и на креслах, нельзя: могу
чехлы испачкать. Да это не очень-то
мне и нужно. Подумаешь!
СТУЛЬЯ-крупно.
ГОЛОС(ЗК)
У меня больше дружбы со стульями.
Они не пыжатся изо всех сил, стараясь
изображать из себя каких-то недотрог.
С ними можно, как говорится, запросто,
без особенных церемоний.
У одного стула сломана ножка. Крупно-следы починки.
КРОВАТЬ-крупно. На кровати спит ребёнок.
ГОЛОС(ЗК)
А вот самая близкая для меня вещь
в мире вещей — моя кровать. Да, вот,
к стати и я в ней лежу. На её
железных спинках — две замечательные
овальные картинки.
КАРТИНКА на спинке кровати-крупно: ветряная мельница, вдали — деревенские домики среди кудрявых лип и березок, а впереди — зеленая лужайка и поблескивающий на солнце ручей.
ГОЛОС(ЗК)
Я люблю смотреть на эти
“романтические” пейзажи… Вернее сказать,
любил бы, если бы изготовители
кровати не переусердствовали в своем
стремлении усладить жизнь ребенка и
не украсили верхушки обеих спинок
изображениями головы какого-то
чудовищного старика.
Крупно-МЕТАЛЛИЧЕСКИЕ ГОЛОВЫ с волосами, как у мифической Горгоны, открытый рот, заросший вокруг кольцами бороды и усов.
ГОЛОС(ЗК)
Даже днем при взгляде на это,
с позволения сказать, украшение
меня охватывает неприятное, беспокойное
чувство страха. В темноте же вид у
него еще более зловещий. Когда гасят
свет, и комната погружается
во мрак мне чудится, что старик сходит
со своего места и неслышно
подкрадывается, чтобы схватить
меня. Я накрываюсь с головой
одеялом и пытаюсь поскорее заснуть.
Время идет. Никто меня не хватает.
Камера наезжает на раскрытый рот одной из голов старика.
ЗТМ.
ГОЛОС(ЗК)
Наконец спасительный сон незаметно
берет меня на руки и уносит в своё
волшебное царство.
ТЫТРЫ на чёрном фоне:
«ТАЙНА НА ДНЕ КОЛОДЦА»
ИНТ.ГОСТИНАЯ В ДОМЕ. УТРО
Открывается дверь в гостиную, входит мальчик. Он только что проснулся. На его ногах – огромные отцовские туфли.
КОЛЯ
Когда папа приедет?
МАМА возле большого зеркала.
МАМА
Это будет в воскресенье.
КОЛЯ
А когда воскресенье?
МАМА
Воскресенье через пять дней.
КОЛЯ
А сколько это пять дней?
МАМА садится возле круглого стола, КОЛЯ подходит к ней.
МАМА
Ну сколько у тебя на руке пальцев?
КЛОЛЯ смотрит на свою руку с широко растопыренными пальцами.
КОЛЯ
Много.
МАМА
У тебя пять пальцев.
(загибая пальцы на его ладони)
Один день, два дня, три дня…
КОЛЯ с недоумением смотрит на свою руку, стиснутую в кулак. МАТЬ подводит его к висящему на стене календарю.
МАМА
Сегодня какой день? Вторник?
КОЛЯ кивает головой, МАМА загибает кверху листки календаря.
Вот смотри: пройдет вторник, за ним
среда, потом четверг, пятница, суббота…
а вот видишь на листочке красная цифра
— это и есть воскресенье. Мы будем
каждый день отрывать по листочку, и,
когда дойдем до этого листка с красной
цифрой, приедет папа.
КОЛЯ
У, это долго. Давай оторвем все сразу.
МАМА
Нет, всё сразу нельзя. Надо – каждый
день по листочку. Понятно?
КОЛЯ кивает головой, продолжая смотреть на календарь. МАМА, улыбаясь отходит к столу.
НАТ.САД ПЕРЕД ДОМОМ-ДЕНЬ
Открывается дверь на улицу. КОЛЯ идёт по саду, рассматривает яблони, высокие цветы, нюхает их, пытается поймать то бабочку, то стрекозу, то найти кого-то в траве.
КОЛЯ заглядывает в глубокий колодец. В нём плещется лягушка.
За садом - зеленая поляна, пестреющая беленькими ромашками, лиловыми колокольчиками, синими васильками и седыми одуванчиками. Вдалеке — лес. Вдоль леса по железнодорожной насыпи ползёт чёрный поезд, оставляя за собой белые клубы дыма.
ИНТ.ГОСТИНАЯ-ВЕЧЕР
КОЛЯ стоит перед календарём и внимательно смотрит на него. МАМА – перед зеркалом примеряет платье.
За окном, далеко-далеко едет поезд.
КОЛЯ по полу катает игрушечный паровозик с прицепленными к нему двумя вагончиками.
МАМА
Почему ты не спишь?
КОЛЯ
Ещё не хочется.
МАМА
Пора уже спать.
КОЛЯ
А папа скоро вернётся?
МАМА
Ложись в кроватку, родной!
Завтра придет новый день.
Чем быстрее ты ляжешь спать, тем
быстрее вернётся папа.
МАМА отходит спиной от зеркала и наступает на паровозик. Игрушка лежит на полу, сплюснутая в лепешку. Колеса отломаны. Одно из них катится по полу далеко в сторону.
КОЛЯ смотрит на последствия катастрофы.
МАМА
Вот ты вечно бросаешь на полу
свои игрушки! Я и не заметила,
что здесь твой поезд.
Слезы брызгают из глаз КОЛИ.
МАМА
Ну, не реви, не реви. Я скажу
папе, чтоб купил новый.
КОЛЯ
Да! Это еще жди, чтоб купил! И
потом: когда купит новый, не будет
старого, и опять состав получится
только из двух вагончиков.
МАМА
Вот ревет! Небось если бы мать
умерла, не плакал бы так.
МАМА встаёт на колени, собирает остатки поломанной игрушки. КОЛЯ обнимает её и начинает рыдать с удвоенной силой.
МАМА
Ишь что делается! И все это из-за
какого-то паровозика! Из-за пустой
игрушки!
КОЛЯ
Нет! Не из-за игрушки!
МАМА
А из-за чего?
КОЛЯ
Не из-за чего…
Мать иронически усмехается, берёт сына на руки и несёт укладывать спать.
ИНТ/НАТ.ГОСТИНАЯ-УТРО
КОЛЯ подставляет стул к стене, встаёт на него и отрывает от календаря один за другим листочки, пока не появляется листок с красной цифрой. Входит МАМА.
КОЛЯ
Вот, сегодня папа приедет!
МАМА
Глупый! Я ведь тебе объяснила.
Значит, ты ничего не понял! Один
листок надо было оторвать.
КОЛЯ
А если я хочу, чтоб папа приехал?
МАМА
Мало чего ты хочешь. Разве пройдут
дни, оттого что ты оторвал листочки?
КОЛЯ
Ну, я не знаю, как это там получается.
Может быть, и пройдут.
МАМА
“Может быть”, “может быть”! Слушал бы,
что говорят старшие. Давай одевайся.
КОЛЯ сидит за столом на застекленной веранде и ест гречневую кашу с молоком. За окнами на ярком солнышке мельтешат серебристыми листочками березы, над калиткой порхают бабочки, жужжат суетливые мухи, проносятся деловитые пчелы. Слышен далёкий шум проходящего поезда.
Наклонившись над блюдцем, КОЛЯ пьёт чай и болтаю под столом ногами.
Калитка неожиданно открывается, и в ней появляется ПАПА с цветами.
КОЛЯ
(кричит)
Папа приехал!
Он от радости фыркает прямо в блюдце, и весь чай выплескивается ему в лицо, попадая даже за уши. Выскочив из-за стола, он бежит по дорожке к ПАПЕ.
ПАПА.
Гоп!
ПАПА подхватывает сына и сажает на плечо. Мать вышла из дома и стоит возле двери.
КОЛЯ
Вот! А ты говорила — глупый!
Сын въезжает в дом, сидя на плече отца.
МАМА
Посмотри, что этот упрямец сделал
с календарём! Уж так ему хотелось
что бы ты поскорее вернулся.
КОЛЯ
Ну вот он и вернулся!
ПАПА
(весело хохочет)
Ах ты фантазёр!.. Это просто так
получилось. У нас заболел аккомпаниатор
и пришлось отменить несколько
выступлений. А ты думаел, я приехал
потому, что ты календарь испортил?
КОЛЯ
Конечно.
ПАПА
Это обычное совпадение. Знаешь, что
такое совпадение?
КОЛЯ
Может это когда кто-то куда-то
падает?
Отец весело хохочет, отдаёт букет МАМЕ.
ПАПА
Да нет же, Кока! Хотя… Вот если
шлёпнулся один человек, то это -
несчастный случай, а если одновременно
двое, то это уже будет – совпадение.
Понимаешь?
КОЛЯ смотрит на отца, моргает глазами, улыбается, пытаясь осознать услышанное. ПАПА достаёт из кармана игрушечный железнодорожный вагончик.
ПАПА
Держи! Идите поиграйте с братом,
а мы тут пока с мамой поговорим
по секрету.
КОЛЯ
Спасибо! (кричит) Павлушка, а мне
папка вагон-ресторан купил!
КОЛЯ выбегает из дома на улицу. Взрослые остаются наедине, пристально с нежностью смотрят друг на друга.
НАТ.ЗА САДОМ-ДЕНЬ
ПАША, старший брат главного героя сидит на заборе. Свистит, засунув два пальца в рот, громко кричит.
ПАША
Кока! Айда за мной!
ПАША спрыгивает с забора. КОЛЯ карабкается через забор за братом, обдирая коленки.
ГОЛОС(ЗК)
Вообще-то я не один. Нас двое.
Я и мой старший брат. Он старше
меня на полтора года и представляет
собой самостоятельную жизненную
единицу, способную проявлять свою
волю, принимать и отменять собственные
решения, знающую, что, где, как и
когда надо делать.
Они бегут сквозь травяные пампасы, мчатся через лесной массив, причем брат попутно сбивает ногами шляпки с попадающихся поганок и мухоморов, после чего преодолевают болотистую местность, заросшую густым мхом, в котором буквально тонут ноги.
ГОЛОС(ЗК)
Я же при нем нечто вроде тени,
отбрасываемой в солнечный
день предметом. Иными словами, я
делаю то, что делает он, и бегу вслед
за ним, если ему вдруг вздумается
куда-нибудь бежать.
На пути канава. Брат с разгона ловко взвивается в воздух — вот он уже на другом берегу канавы. КОЛЯ тоже прыгает и плюхается точно посредине канавы, увязая по пояс в грязной, рыжеватого цвета ржавой воде. Цепляясь руками за траву, растущую по берегам канавы, он выкарабкивается из трясины и бежит, стараясь догнать брата, который уже далеко впереди.
НАТ.ВОЗЛЕ ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОЙ НАСЫПИ-НА ЗАКАТЕ
Братья на берегу болота у подножия железнодорожной насыпи. Над спокойной поверхностью болотной воды, затянутой местами ряской, возвышаются зеленые кочки и островки с растущими на них тонконогими, худосочными березками и ольхами. У некоторых деревьев стволы торчат прямо из воды. Берега болота усеяны голубоглазыми незабудками.
Слышен громкий лягушачий хор. Настоящее лягушиное царство.
Дети ловят лягушек. Старший брат очень ловко умеет справляться с ними. Зажав пойманную лягушку в кулаке, он размахивается и высоко подбрасывает лягушку над головой.
КОЛЯ с завистью смотрит на его лягушачьи подвиги. Ему тоже хочется поймать и подбросить хоть одну лягушку, но для этого у него не хватает ловкости. Он не успевает подбежать к высунувшейся из воды лягушке, как она тут же ныряет обратно под воду и прячется в тине. КОЛЯ бегает от лягушки к лягушке, брат наблюдает за ним и смеётся.
ПАША
Ты так никого, Кока, не поймаешь!
Сядь спокойно на берегу и, как только
поблизости из-под воды высунется лягушка,
тут же хватай ее.
КОЛЯ приседает на корточки у края болота и терпеливо ждёт. Прямо перед ним над поверхностью воды появляется лягушачья голова с выпученными, глядящими прямо в небо глазами. Он уже готов протянуть руку, но медлит, боясь спугнуть добычу. В это время лягушка начинает энергично шевелить под водой лапами, поворачивается головой прямо к солнцу и, зажмурив глаза, громко говорит:“Квак!”
КОЛЯ хватает её. В его глазах - счастье! Всё-таки он своего добился. Взмах руки. Бац! Лягушка остается на земле без движения. ПАША подходит к брату.
ПАША
Зачем ты это сделал?
КОЛЯ
А чего я сделал?
ПАША
Ты же так её сильно подкинул, что
убил.
КОЛЯ
Я не хотел…
ПАША
«Не хотел», теперь дождик пойдёт.
КОЛЯ
Почему?
ПАША
По кочану… Примета такая. Ладно,
Кока, одной лягушкой меньше, одной
больше… Не расстраивайся. У тебя,
кажется, есть денежки?
Он засовывает руку в карман младшего брата, достает три медных монеты. Зажав в кулаке монетки и не сказав ни слова, брат начинает бежать. КОЛЯ, разумеется, бежит за ним. На этот раз цель их бега — бакалейная лавочка немца Шеккера на соседней улице.
КРУПНО - Лягушка, вытянув задние лапки и раскинув передние, словно ручки, лежит среди незабудок на берегу.
ИНТ.БАКАЛЕЙНАЯ ЛАВКА-ВЕЧЕР
Дети вбегают в магазин. ПАША протягивает стоящему за стойкой продавцу зажатые в кулаке монетки.
ПАША
Дайте нам, пожалуйста, три плюшки.
ШЕККЕР
Молодые люди хотеть драй сдобный
булька?
ПАША
(говорит как с глухим)
Да, три плюшки.
Бросив полученные монетки в ящик под стойкой, Шеккер заворачивает в розовую бумажку булочки и отдает брату.
ШЕККЕР
Вitte.
Ребята выходят из лавочки.
НАТ.ПУСТЫРЬ ВОЗЛЕ ЛАВКИ.ВЕЧЕР.
Ребята сидят под большим дубом, уплетают с аппетитом плюшки, которые после продолжительной беготни на чистом воздухе кажутся особенно вкусными.
КОЛЯ
Ты зачем отдал Шеккеру мои монетки?
ПАША
Что ж ты хотел, чтоб он дал нам
плюшки без денег? Он не дурак.
КОЛЯ
А если б ты ему не отдал копеечки,
он бы не дал тебе плюшки?
ПАША
Какой же дурак станет давать тебе
плюшки даром?
КОЛЯ
А зачем Шеккеру деньги?
ПАША
Деньги каждому дураку нужны,
потому что каждый дурак может
купить за деньги, что ему надо.
КОЛЯ
Значит никакой дурак никакому
дураку ничего не даст, если тот
ему не даст взамен денег?
ПАША
Ну конечно!
КОЛЯ доедает свою плюшку, долго думает над тем, что поведал ему брат. В это время ПАША, не доев булочку до конца, бросает оставшийся кусочек в траву и принимается за другую.
КОЛЯ
Ты чего выкинул такую вкуснятину?
ПАША
Мы же брали руками лягушек и чтоб
не испоганить всю булочку, надо
держать её за кончик, а потом этот
кончик выбросить.
ПАША доедает вторую плюшку и опять выбрасывает кончик в траву.
КОЛЯ задумчиво смотрит на свои ладони.
ПАША
В следующий раз, Кока, тоже так
делай. А то лягушки в животе
заведутся.
ПАША хохочет, снова куда-то бежит, брат хвостом устремляется за ним.
КРУПНО – маленькая лягушка, вытянув задние лапки и раскинув передние, словно ручки, лежит среди цветов. Крупные капли дождя с шумом обрушиваются на неё.
ИНТ.КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ.ВЕЧЕР
КРУПНО – афиша на стене:
«СЕГОДНЯ в 19.00!
Квартет «СИБИРСКИХ БРОДЯГ»
Песни тюрьмы и воли»
В зрительном зале полно людей. Аншлаг.
На сцене – четыре человека, одетые в ветхую, изорванную одежду, покрытую всевозможнейшими заплатками, обутые в крестьянские лапти, изображая собой арестантов, бежавших с каторги, исполняют «Дубинушку». Им аккомпанирует на белом рояле дама в чёрном бархатном платье, искрящимся от блёсток.
В одном из певцов квартета с трудом можно узнать ПАПУ. Он самозабвенно поёт, косясь на даму-аккомпаниатора.
Зрители горячо аплодируют артистам.
КРУПНО – В первом ряду сидит лысый господин в строгом костюме, на носу – пенсне. Он тоже хлопает, но очень сдержано.
Артисты раскланиваются, на сцену летят букеты цветов.
ИНТ.ПОЕЗД-УТРО
ПАПА сидит возле окна. На коленях - большая сумка, на сумке – огромный букет цветов. На лице ПАПЫ застыла счастливая улыбка. Он смотрит на пробегающий мимо пейзаж за окном поезда.
ИНТ.ДЕТСКАЯ СПАЛЬНЯ-ВЕЧЕР
Братья играют, шумят перед сном, прыгают на кроватях. Входит отец.
ПАПА
Ну-ка быстро спать, разбойники.
ПАША
Не охота.
КОЛЯ
Пап, расскажи нам сказочку – мы
сразу заснём.
ПАПА
Да я вам уже всё по пятьдесят
раз рассказал. А нового
ничего не знаю.
КОЛЯ
А нам и не надо новых.
ПАША
Мы старые хотим.
КОЛЯ
Расскажи про Кота, петуха и лису.
Ребята начинают, лёжа в кроватях, разыгрывать любимые сказки.
ПАША
“Петушок, петушок, золотой
гребешок, маслена головушка,
шелкова бородушка, выгляни в
окошко, дам тебе горошку”.
КОЛЯ
“Котик, братик, выручи меня!
Несет меня лиса за темные леса,
за высокие горы, в глубокую нору”.
ПАЩА
А вот петух – дурень такой! Говорил
ему кот: «Не выглядывай, не выглядывай!
Не поддавайся на уговоры лисы!»
А ему всё равно!
ПАПА
В жизни очень трудно не попасться
на лесть…
КОЛЯ
Я его понимаю, этого петуха:
бывает, и не хочешь чего-нибудь
сделать, а возьмешь - и сделаешь;
и помнишь, что тебе двадцать раз
твердили: нельзя, нельзя, нельзя,
а тебя будто под руку кто-то
толкает.
ПАША
А мне нравится про волка и лису.
Как лиса подучила волка сунуть
хвост в прорубь, чтоб наловить
рыбы. Вот волк-простофиля опустил
хвост в прорубь, вода в проруби
замерзает, а лисица приговаривает:
КОЛЯ
(голосом лисы)
“Мерзни, мерзни, волчий хвост”.
ПАША
(голосом волка)
“Что ты, кумушка, говоришь?”
КОЛЯ
“А я говорю, ловись, рыбка,
большая и маленькая”.
ПАПА
(изображая вьюгу)
А хвост у волка примерзает
ко льду…
КОЛЯ
“Мерзни, мерзни, волчий хвост”.
ПАША
“Что ты, кумушка, говоришь?”
КОЛЯ
“Я говорю, ловись, рыбка,
большая и маленькая”.
ПАПА
Но тут прибегают мужики и начинают
колотить волка!
ПАПА одеялом накрывает с головой ПАШУ и принимается щекотать.
ПАША
(заливаясь смехом)
А волк отрывает хвост и убегает…
ПАПА
Не убежишь, глупый волк!..
КОЛЯ смотрит на них, не улыбается.
ПАПА
(Коле)
А ты, лиса, что не радуешься?
КОЛЯ
Мне жалко волка. Ему ведь,
наверное, без хвоста больно!
Приоткрывается дверь в комнату, появляется лицо МАМЫ.
МАМА
Хватит так громко кричать.
Соседям спать не даёте.
ПАПА
Всё, всё, дорогая…
Лицо МАМЫ исчезает, ПАПА продолжает зловещим шёпотом.
Повадился медведь на пасеку к
мужику мёд воровать…
ПАША и КОЛЯ
О, нет…
Дети медленно прячутся под одеяло, улыбаясь и подыгрывая ПАПЕ, что им очень страшно.
ПАПА
Мужик выскочил с топором.
Медведь — удирать, а мужик бросил
топор и отрубил медведю ногу. Баба
стала варить мясо от этой медвежьей
ноги, шерсть ободрала и стала прясть.
А медведь решил отомстить. Сделал
себе деревянную ногу из липы и
березовую клюку, ночью пошел в
деревню. Идет и приговаривает:
“Скирлы, скирлы, скирлы, на липовой
ноге, на березовой клюке. Все по
селам спят, по деревням спят,
одна баба не спит — мою шерстку
прядет, мое мясо варит…”
КОЛЯ
(высунув нос из под одеяла)
Может лучше про мальчика с пальчика?
ПАПА
Только вы слушайте и засыпайте, а
то мама опять ругаться будет.
ПАПА тушит весь свет в комнате. Только через окно проникают в спальню бледные лучи далёкой луны.
ПАПА
Жили муж и жена. И у них было много
детей. Самый маленький - мальчик с
пальчик. Муж и жена были небогатые,
а скоро и совсем обеднели. И вот
однажды вечером муж говорит жене…
В это время КОЛЯ засыпает и видит во сне то, что рассказывает ПАПА.
СОН КОЛИ.
ИНТ.ДЕРЕВЕНСКИЙ ДОМ-ВЕЧЕР
За деревянным столом сидят муж и жена(ПАПА и МАМА), перед ними пустые миски. На полу под рваным одеялом спят их дети, мальчик с пальчик, это сам КОЛЯ.
ОТЕЦ
Давай заведем наших детей
в лес да там и оставим. Всё
равно у нас уже нет денег, и
кормить их нечем будет.
МАТЬ
Делать не чего, видно, придётся
так и сделать.
ЖЕНА вытирает слезу со щеки, КОЛЯ открывает глаза. Он слышит разговор родителей.
НАТ.ЛЕС-УТРО
ОТЕЦ переводит детей через ручей к лесу. КОЛЯ (мальчик с пальчик) зачерпывает камушки со дна ручья и прячет в карман. Идут по лесу, ОТЕЦ поёт песенку, дети подпевают, а КОЛЯ не поёт, озирается по сторонам и тайком бросает из кармана по одному камешку на землю.
Тёмный-претёмный лес, самая гуща.
ОТЕЦ
Ну вот, дети, вы тут погуляйте
пока, а я пойду поищу грибов.
ОТЕЦ уходит, дети остаются одни. Уже вечер приближается. Вороны на ёлках сидят, каркают. Совы гугукают, дикие звери за деревьями прячутся, глазами сверкают. Все дети начинают плакать.
КОЛЯ
Не плачьте, братья, не плачьте
сёстры, я найду дорогу домой.
КОЛЯ по тем камешкам, которые бросал, ведёт детей домой.
ИНТ.ДЕРЕВЕНСКИЙ ДОМ-ВЕЧЕР
За деревянным столом сидят муж и жена, плачут. В дом входит богатый купец в дорогой одежде, с бородой и усами (в Колином сне это ПАША).
КУПЕЦ
Доброго здоровья, брат, здравствуй,
хозяюшка. А чего вы слезами заливаетесь?
Ни как беда какая приключилась у вас?
ОТЕЦ
Да вот, брат, обнищали мы до
последней нитки! Есть, пить нечего.
Пришлось детей в лес отвести. Никто
теперь не поможет горю нашему.
КУПЕЦ
Да что же вы наделали! Я ведь вам
денег привёз из Парижа!
КУПЕЦ вываливает на стол гору золота из мешка.
МАТЬ
Что же мы, муж, наделали! Как же
мы без детей жить то будем! Ведь
их уже видать растерзали звери
лесные хищники!
ОТЕЦ
И на кой чёрт нам теперь твоё
богатство французское, брат?
ОТЕЦ и МАТЬ рыдает, КУПЕЦ шапкой меховой слёзы по глазам размазывает.
Дверь распахивается, в дом вбегает мальчик с пальчик, за ним остальные дети.
КОЛЯ
А вот и мы!
ОТЕЦ и МАТЬ
Дети! Как мы рады, что вы вернулись!
ОТЕЦ
Простите нас. Мы теперь никогда
больше не отведём вас в лес.
МАТЬ
Да, у нас теперь видите сколько
богатства! На долго хватит!
КУПЕЦ
Отныне будем мы жить-поживать,
да добра наживать!
КРУПНО – на горе золота сидит огромная лягушка и квакает. Уход в ЗТМ.
КОНЕЦ СНА КОЛИ
НАТ.НА КРЫЛЬЦЕ-УТРО
Братья сидят на ступенях крыльца. Они только что позавтракали и теперь раздумывают: чем бы заняться сегодня. Через широкие стёкла террасы видна МАМА, которая занимается обычными утренними делами.
МАМА
ПАША! КОЛЯ! Кто кисель размазал
по скатерти?
КОЛЯ
Никто не размазывал. Я просто
пытался собрать его обратно в стакан.
МАМА
А кто стакан опрокинул? Пушкин?
КОЛЯ смотрит на брата, не зная, что ответить.
ПАША
Он сам опрокинулся.
МАМА выходит из дома к ребятам, держа в руках белую скатерть с красным пятном.
МАМА
Вы становитесь просто невозможными!
Сегодня вы испортили скатерть!
Вчера – разбили чашку и крутили
швейную машину! Позавчера изжарили
в духовке сандалии! Только что
купленные!
КОЛЯ
Разве я знал, что так выйдет? А их
положил туда для просушки.
МАМА
Не надо было бегать по болоту!
МАМА швыряет сандалии под ноги КОЛИ.
Вот что теперь с ними делать?
Гвозди забивать? Ну что молчите?
ПАША
От таких случайностей никто не
застрахован…
МАМА
Приедет отец, я ему всё расскажу!
Он вам такие «случайности» покажет!
МАМА уходит в дом и продолжает ругаться оттуда.
Задаст вам лупцовку! Никаких
денег на них не напасёшься!
Дети смотрят на открывающийся перед ними простор. По железнодорожной насыпи медленно ползёт поезд.
ПАША
(шёпотом)
Хорошо, что она не знает, что
ты вчера в бочку упал.
КОЛЯ глядит на рядом стоящую бочку для сбора дождевой воды.
КОЛЯ
Паш, ты никогда не думал,
что наши родители могут обеднеть?
ПАША
Как это?
КОЛЯ
Ну, вот, кончатся у них все,
все деньги и - привет.
ПАША смотрит на МАМУ, которая поливает цветы на подоконнике. Он снова смотрит на КОЛЮ, за тем – опять на МАМУ, которая стоит уже в лохмотьях, плачет и обгладывает большую белую кость. К ней подходит ПАПА, тоже в лохмотьях, с деревянным посохом и просит кость у МАМЫ, та протягивает ему другую, поменьше.
ПАША
Ты что, Кока? Как же они могут
обеднеть? ПАПА же работает, а у
того, кто работает никогда деньги
не кончаются.
КОЛЯ
А если обеднеют и отведут нас с тобой
в лес на растерзание диким зверям?
ПАША
Дурак ты Кока! Это же сказка такая,
а в сказках всё не по-настоящему,
понарошку.
Ребята одновременно поворачиваются в сторону МАМЫ. МАМА, как ни в чём небывало, продолжает поливать цветы.
Доносится громкое кошачье мяуканье.
ПАША
О! Мы забыли про нашу Мурку.
Мурка лежит под крыльцом на куче ветоши, из которой она устроила для котят гнездо. Глаза ее светятся счастьем. Видно, что она очень довольна тем, что у нее есть маленькие котята и ей можно заботиться о них. Котята ползают по животу кошки.
ПАША отдирает одного котёночка от живота Мурки, она ласково мурлычет: “Мур-р!”. Лижет его руку, как бы в благодарность за то, что он приласкал её детеныша.
ПАША
Эксперимент начинается!
Он берёт у кошки одного котенка, кладёт подальше в траву.
ПАША
Посмотрим, что она станет делать!
Кошка тотчас же вскакивает, подбегает к котенку, хватает его прямо зубами и тащит обратно в свое логово.
КОЛЮ прямо передергивает от страха.
КОЛЯ
А котёнку не больно?
ПАША
Что ты! Наша Мурка очень осторожная!
Ребята осматривают жалобно пищащего котёнка.
ПАША
Она умеет так брать котенка зубами,
что ему никакого вреда сроду
не будет.
ПАША громко чмокает котёнка в нос и опять уносит его в траву, на этот раз ещё дальше.
Дети бегают по саду с котятами, прячут их от кошки. Мурка покорно собирает своих детей и водворяет на место.
Ребята идут по тропинке. В руках у ПАШИ большой, сколоченный из толстых сосновых досок ящик из-под гвоздей. В ящике мяукают котята. Мурка бежит следом за детьми, трется боками о их ноги, просительно заглядывает в глаза, как бы умоляя не сделать зла ее детям.
НАТ.НА БЕРЕГУ ПРУДА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Ребята подходят к берегу пруда. Пруд похож, скорее всего, на огромную черную четырехугольную яму, вырытую в черноземной почве и наполненную черной, как деготь, застоявшейся водой, в которой не живут ни рыбы, ни лягушки, ни пиявки, а живут какие-то противные бледно-серые, мягкотелые жуки величиной с большого кузнечика.
ПАША спускает ящик с котятами на воду.
ПАША
Отдать швартовы!
КОЛЯ
Есть, отдать швартовы!
КОЛЯ отталкивает котят от берега. Ящик выплывает на середину пруда. Котята выглядывают из ящика, словно заправские матросы из-за бортов парохода. Кажется, что они улыбаются, радуясь тому, что плывут по воде.
Кошка встревоженно мечется вдоль берега пруда то в одну сторону, то в другую, но, видя, что посуху ей до котят не добраться, вдруг прыгает в воду и плывет к ящику.
КОЛЯ
Смотри! Наша Мурка, оказывается,
воды не боится!
Кошка цепляется когтями за борт ящика. Ящик опрокидывается и начинает наполняться водой. Кошка успевает схватить одного котенка зубами и плывет с ним обратно к берегу.
КОЛЯ
Мурка! Ты чего делаешь?..
ПАША
Вот глупое животное! Одного
спасла, а остальные утонут!
Погружаясь все больше в воду, ящик ложится набок, но котята не тонут. Спасаясь от заливающей ящик воды, они выкарабкиваются на боковую стенку. Но ящик, продолжая вращаться, переворачивается кверху дном. Каким-то чудом котята успевают перебраться со стенки на дно. Ящик между тем вертится дальше и ложится на другой бок. Спасаясь от наступающей воды, котята перекочевывают на этот бок. Вращение ящика все убыстряется, и котятам приходится совершать чудеса эквилибристики, чтоб удержаться на поверхности.
ПАША
(командует)
Приступить к спасению!
КОЛЯ
Есть, приступить к спасению!
КОЛЯ поспешно сбрасывает штанишки и, преодолевая отвращение к противным жучкам лезет в воду. Добравшись до тонущего ящика, КОЛЯ вытаскивает его вместе с котятами на берег. Кошка уже тут как тут. Собрав измокших котят вокруг себя, она ведет их обратно в свое гнездо.
КОЛЯ сидит на траве, тяжело дышит, рядом валяется мокрый ящик.
ПАША
За спасение утопающего экипажа
объявляю благодарность! Одевайся,
герой, завтра повторим эксперимент.
ИНТ.ГОСТИНАЯ-УТРО
За круглым столом, покрытым белой скатертью, сидит отец. Он пьёт кофе и читает газету. Мимо него пробегают с шумом братья. КОЛЯ удирает от ПАШИ.
ПАПА
Павлушка, ну-ка стой! Ишь расшумелись!
Постеснялись бы… У мамы второй день
голова болит.
Дети покорно останавливаются.
ПАПА
(ПАШЕ)
Иди сюда, охламон.
ПАША с опаской подходит к отцу.
ПАПА
Ты азбуку вызубрил?
ПАША
Вызубрил.
ПАПА
Сейчас проверим.
Отец кладёт перед сыном газету, разглаживает её своими широкими ладонями.
ПАПА
Знаешь, сам я учился читать
по вывескам на магазинах,
а ты у меня будешь по газете
учиться. Давай читай что напечатано
самыми крупными буквами.
ПАША называет подряд все буквы.
ПАША
Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и.
ПАПА
Ну, и что получилось?
ПАША
(немного подумав)
Газета.
ПАПА
Вот и болван! Читай снова
внимательно.
ПАША
Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и.
ПАПА
Ну, и что вышло?
ПАША
Газета.
ПАПА
Ну и балбес! Где же ты видишь
“газета”? Какие тут буквы? Читай.
ПАША
Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и.
ПАПА
Ну, и что будет?
ПАША изображает на своем лице глубокомыслие.
ПАША
Газета.
ПАПА
(закипая)
Вот балда так балда! Смотри,
какая здесь первая буква? Эн?
ПАША
Эн.
ПАПА
Вторая буква какая?
ПАША
(потупившись)
О.
ПАПА
Правильно! Третья какая?
ПАША
Вэ.
ПАПА
Вэ! Правильно! Вэ! Дальше какая?
ПАША
О.
ПАПА
(вопит)
О!О! Правильно. Дальше!
ПАША
Сэ.
ПАПА
Не «сэ», а Эс. Дальше.
ПАША
Тэ.
ПАПА
Так, правильно! Тэ. И последняя
буква какая?
ПАША
И.
ПАПА
И!
Он торжествующе кричит и хлопает рукой по газете.
ПАПА
Что вместе будет?
ПАША
(угрюмо)
Газета.
ПАПА
Дубина, ты последняя! Я вижу,
что это газета и ты видишь,
что это не одеяло, и не садовая
лейка, а газета! А как она называется?
ПАША
Так и называется – газета.
КОЛЯ сидит тут же и смотрит на все происходящее, как на какое-то состязание, в котором ни один из соперников не хочет уступать победу другому.
ПАПА
Да смотри же, балбес! Вот:
Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и!
Повторяй!
ПАША
Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и.
ПАПА
А вместе будет?.. Ну!
КОЛЯ
Новости.
ПАПА
Правильно! “Новости”! Смотрите,
что делается: Колька маленький,
а уже научился читать. А его ведь
и не учил никто! Как же это ты
сумел, а?
Отец вскакивает со стула, усаживает младшего сына рядом за стол, тычет пальцем в газету.
ПАПА
Давай, Кока, прочти вот это!
КОЛЯ
Кэ, а, ше, а.
ПАПА
Кэ, а, ше, а! Что получилось?
КОЛЯ
Не знаю.
ПАПА
(потеряв терпение)
Как? Такое слово, как “Новости”,
ты сумел прочесть, а тут пустяк
прочитать не можешь! Ну смотри, это
же так просто! Вот – ка, вот – а,
вот – шаааааа! И что получается?
КОЛЯ
Не знаю.
ПАПА
Э, так ты, значит, не прочитал,
а просто угадал, что там написано
“Новости”! “Новости”! “Новости”!!!
Отец разрывает газету в клочья.
ПАПА
А ну убирайтесь из-за стола!
Оба! И не попадайтесь мне на глаза!
Пентюхи!
Раздаётся гудок приближающегося к станции поезда.
ПАПА
Дорогая, я побежал на станцию!
Вернусь завтра!
МАМА выходит из комнаты, подаёт ему сумку.
МАМА
Хорошо. Не опоздай на поезд.
НАТ.ВО ДВОРЕ-УТРО
Отец, выскочив из дома, бежит через распахнутую калитку как сумасшедший к железнодорожной станции.
МАМА подходит к калитке, закрывает её. По улице проходит женщина – соседка, они здороваются, некоторое время о чём-то говорят, смотря в ту сторону, куда помчался отец. Женщина уходит, МАМА подходит к колодцу, набирает в ведро воды.
МАМА медленно идёт в дом. Вода выплёскивается из ведра, наполненного до краёв, обливая её ноги и оставляя на дорожке тёмные кляксы.
ИНТ.КОМНАТА СО ШВЕЙНОЙ МАШИНКОЙ-УТРО
Братья стоят напротив швейной машинки.
ПАША
Давай, ты первый лезь на машинку -
я тебя покатаю, потом я залезу и
ты меня покатаешь. Договорились?
КОЛЯ
Лишь бы мама не заметила, а то опять
ругаться будет.
ПАША
Мы потихонечку.
Подставив стул, КОЛЯ вскарабкивается на машину и садится на ней верхом, брат принимается толкать машину сзади. Он кряхтит и пыхтит, машина медленно движется на середину комнаты.
ПАША
А как ты смог прочесть эти
дурацкие «Новости»?
КОЛЯ
Да я почему-то вспомнил как
отец иногда спрашивал: “Принесли
“Новости”?” Вот и сказал наугад.
ПАША
Нашего отца не так-то просто
вокруг пальца обвести.
КОЛЯ
Это точно… А всё-таки как же
из букв получается слово?
ПАША
Это, Кока, какая-то тайна.
Дверь открывается и в комнату входит отец. Вид его не предвещает ничего доброго. Лицо сердитое. Усы топорщатся.
ПАПА
Ну, я вам задам лупцовку!
В его руках оказывается полотенце. Это полотенце он берет за середину зубами так, чтоб оба конца свободно свешиваются вниз, затем начинает скручивать руками один конец наподобие толстой веревки. Скрутив этот конец как можно туже и придерживая его рукой, чтоб он не раскрутился, он начинает точно таким же образом скручивать и второй конец.
Сейчас я вам устрою мойку!
Он громко сопит носом. Братья, замирая от страха, прислушиваются к этому сопению.
Но вот и второй конец полотенца скручен так же туго, как первый. Отец берет оба конца в правую руку и выпускает полотенце из зубов. Освободившись, оба конца полотенца уже сами собой скручиваются плотным жгутом. Размахивая этим жгутом, отец начинает гоняться за детьми по всем комнатам, нанося удары по спине то одному, то другому.
Набегавшись по комнатам и воображая, что с честью выполнил свой родительский долг, отец успокаивается и вешает полотенце на место.
НАТ.ВО ДВОРЕ ДОМА-УТРО
ПАША
Чего это он? Ведь он сказал,
что вернется из Киева завтра.
КОЛЯ
Ну… (разводя руками) Совпадение.
ПАША
Ты дурак. Никакого совпадения
здесь нет, потому что он вовсе
и не ездил в Киев.
КОЛЯ
А куда он ездил?
ПАША
Да никуда. Каждый дурак догадается,
что никакой дурак не успеет за такое
время доехать до Киева и вернуться
обратно. Просто он опоздал на поезд
и с досады отколотил нас.
ИНТ.ДЕТСКАЯ-ВЕЧЕР
КОЛЯ на полу раскладывает клочки газеты, которую разорвал ПАПА. Пытается сложить их в одно целое.
ГОЛОС
То, что я рассказываю, — лишь
отдельные случаи. Обида проходит,
как проходит боль. На тех, кого
любишь, нельзя долго сердиться.
И да не подумает никто, что у меня
было несчастливое детство. Я был
счастлив хотя бы уже тем, что меня
никогда не воспитывали при помощи
наказаний. Меня никто никогда не
ставил в угол или на колени, не
оставлял без обеда или без сладкого,
не заставлял сидеть в душной комнате,
когда так хотелось побегать на свежем
воздухе во дворе. Если мне иногда и
влетало, то это можно было рассматривать
лишь как случайность, непредвиденное
обстоятельство или стихийное бедствие
вроде наводнения или землетрясения,
от чего не убережешься и на что нельзя
сердиться, как нельзя сердиться на угол
стола, о который ушибся.
КОЛЯ пристально смотрит на газету с названием «Новости».
КОЛЯ
Как же из этих букв получаются
«Новости»? Эн, о, вэ, о, эс, тэ, и.
Не понятно… Вот так задачка.
(читает) «Эновэоэстэи». Павлушка,
получается какое-то чудацкое,
непонятное слово “Эновэоэстэи”,
совсем не похожее на слово “Новости”.
К КОЛЕ подходит полусонный ПАША.
ПАША
Ну-ка, ещё раз повтори.
КОЛЯ
Эновэоэстэи.
ПАША
Вообще-то чем-то смахивает на
слово “Новости”, только его вроде
как бы произносит какой-то криворотый
человек со свернутой набок челюстью.
А то еще такие люди бывают, которые
ничего не могут сказать без того,
чтоб вначале не протянуть: “Э-э”.
Это “э-э” нужно им как бы для разбега,
без которого они никак не могут
заговорить.
КОЛЯ
Вот и тут: если написано “Новости”
то к чему же вначале “э”?
ПАША
А ты попробуй без разбега. Может
отбросить это начальное “э”?
КОЛЯ
“Новэоэстэи”.
ПАША
Это уже больше похоже. А может
попробовать держать тебе рот
поровней и поуже, так, чтобы
при чтении звук “э” совсем не
выговаривался? Давай я тебе помогу.
ПАША сжимает своими пальцами рот брата.
Начинай читать.
КОЛЯ
«Новости». Пашка, получилось!
«Новости»! Я, кажется, догадался!
“Э” здесь лишнее. Буквы, должно
быть, имеют свои имена или названия.
При чтении названия не произносятся
полностью, а лишь частички этих
названий. Смотри: “эн” — это
название буквы, а при чтении “э”
отбрасывается, а выговаривается
только “н”. У буквы “тэ” опять
отбрасываем “э”, а произносим “т”.
ПАША
Это надо обязательно проверить!
Поставим эксперимент. Надо
попробовать прочитать какое-нибудь
новое, незнакомое слово.
КОЛЯ
А какое, Павлушка?
ПАША ищет незнакомое слово в газете.
ПАША
Да вот хотя бы это. Не волнуйся,
соберись и начинай читать.
КОЛЯ
“Утро”. Получилось!
ПАША
Ну-ка, а это? Читай!
КОЛЯ
«Нога». Не какая-то непонятная
“эногэа”, а самая обыкновенная,
самая настоящая человеческая нога!
ПАША
А я? Дай я попробую!
КОЛЯ
Вот читай! Полегче сначала.
ПАША
(читает)
«Мэ-и-рэ»… А, мир! Получилось
- мир!
КОЛЯ
А теперь посложнее.
ПАША
Ко-ро-ва. Корова! Бежим к буфету,
там всё перечитаем!
Братья подбегают к буфету, раскрывают дверцы, хватают всё, что попадается им на глаза и читают названия на коробках, банках и бутылках: «чай», «кофе», «конфеты», «уксус», «сода» и т.п.
В комнату входят родители.
МАМА
Что вы тут опять безобразничаете?
КОЛЯ
МАМА! ПАПА! Мы с Павлушкой читать
научились!
МАМА
Да неужели?
ПАША
Ага, сами! Вот смотрите: «спички»!
КОЛЯ
«Водка анисовая»!
ПАПА подходит к сыну, забирает у него бутылку, целует в макушку.
ПАПА
Ну, может вам всё-таки кто-то
помог?
ПАША
Мне Кока очень помог!
КОЛЯ
А мне Павлушка!
МАМА
А ПАПА – нам всем.
МАМА забирает водку у ПАПЫ, прячет в буфет. ПАПА целует МАМУ, обнимает детей.
Уход в ЗТМ.
ИНТ/НАТ.ПОЕЗД-УТРО
Папа, мама, Паша и Коля, одетые красиво по-праздничному, сидят по обе стороны от окна в вагоне поезда. Мама выглядит так, словно сошла с обложки модного журнала. На груди её поблёскивает золотой медальон. Отец глядит на неё с нежностью и любовью, словно видит впервые, заставляя её смущаться то и дело.
Они едут в городской зоопарк. Дети, не переставая, читают всё, что видят вокруг и за окном поезда.
КОЛЯ
«Стоп-кран»
ПАША
«БЕЛИЧИ»
КОЛЯ
«Не курить!»
ПАША
«СВЯТОШИНО»
КОЛЯ и ПАША
«Чугунолитейный завод…»
Не успевают прочитать, смотрят с досадой на родителей.
ПАПА и МАМА
«Греттера и Криванека»
Дети смеются над чуднЫми фамилиями.
ИНТ/НАТ.ТРАМВАЙ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Семья продолжает своё путешествие, но уже в трамвае.
ПАША
«КИНО-ТЕАТР»
КОЛЯ
«Папиросы»
Среди зелени кустов и деревьев — гигантские цилиндрические резервуары для бензина, керосина, нефти, и на каждом — надпись огромнейшими буквами.
ПАША и КОЛЯ
“НОБЕЛЬ”, “НОБЕЛЬ”, “НОБЕЛЬ”.
ОТЕЦ
(передразнивая)
Шнобель, шнобель, шнобель!
Братья смеются, мама тоже улыбается, но, нарочито нахмурив брови, толкает мужа в бок.
МАМА
Николай, как ребёнок, ей Богу…
НАТ.ЗООПАРК-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Наши герои гуляют по зоопарку среди клеток, вольеров и загородок с животными. Братья несут в руках воздушные шары, продолжая, уже автоматически, читать все вывески.
Дикие утки, гуси, лебеди беззаботно плавают и ныряют в своих водоемах. Страусы бродят по своей большой территории.
Целая толпа собралась возле клеток с обезьянами. Это природные акробаты. К тому же очень смешат своим сходством с людьми. Все посетители смеются, не переставая, над их выходками.
В тесном вольере сидит грустный бедняга мишка, Он смотрит на всех добродушным, умоляющим взглядом.
МАМА
(медведю)
Ну что ты так смотришь на нас.
Ну, Мишенька… Если бы мы могли,
честное слово, выпустили бы!
Клетка с волками. Коля и Паша суют сквозь решетку клетки палки. Волки с ожесточением кусают палки. Шерсть на них дыбом, острые зубы оскалены, глаза горят бешеной ненавистью. Братьям страшно.
МАМА
Не надо, не надо. Неужели вам
их не жалко.
КОЛЯ
Жалко, конечно...
ПАША
Нам всех жалко, но иногда так хочется
кого-нибудь подразнить!..
Паша, Коля, мама и папа сидят на лавочке, улыбаются, едят мороженое. Воздушный шарик у Паши неожиданно вырывается из рук и взмывает вверх. Коля, посмотрев на огорчённого брата, тоже отпускает свой шарик в небо.
Два шарика летят всё выше и выше. Солнце садится за деревья.
ЗТМ
ИНТ.КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ-ДЕНЬ
Вновь на сцене – квартет «Сибирских бродяг». Артисты исполняют:
«По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах…»
Зрители аплодируют. Крики: «Браво!». Лысый человек в пенсне и строгом костюме сидит, скрестив руки на груди, смотрит с прищуром на сцену.
ИНТ.СПАЛЬНЯ РОДИТЕЛЕЙ-ДЕНЬ
Братья входят в комнату. Фоном продолжает звучать песня «По диким степям Забайкалья».
ПАША
Хочешь покажу папино «золотишко»?
КОЛЯ
Золотишко? А у него есть оно?
ПАША
Ха! У него ещё и не то имеется.
КОЛЯ
Давай, только аккуратно, чтобы
мама не узнала.
ПАША
Она в лавку пошла.
Они достают из ящика комода шкатулку с разными безделушками, открывают. ПАША вынимает из шкатулки крошечный флакончик из-под духов с хорошо подогнанной пробкой. На дне флакончика - щепотка песка, но не светлого, как на берегу реки, а темноватого, не просвечивающегося.
ПАША подносит золото к окну.
ПАША
Смотри, Кока.
КОЛЯ забирает у брата флакончик, смотрит через увеличительное стекло на свет.
КРУПНО – огромные золотые песчинки, светящиеся изнутри магическим золотым светом.
КОЛЯ
Ух ты!..
ПАША
Вот она, романтика! Вот оно, золото,
на которое все люди тратят столько
стараний и которому, как говорит
наш папа, «шлют столько проклятий».
КОЛЯ
Откуда это у нас?
ПАША
Я слышал, как отец рассказывал
маме о своих приключениях на золотых
приисках в Сибири. О встречах в
тайге с золотоискателями.
КОЛЯ
Это с разбойниками что ли?
ПАША
Нет, с теми, кто золото ищет.
КОЛЯ
Ну и ну!
ПАША
Рассказывал, как он бродил
с тазиком по берегам какой-то
речушки.
КОЛЯ
А зачем с тазиком?
ПАША
Чтобы намывать золото.
КОЛЯ
Ясно.
ПАША
Вот и намыл.
КОЛЯ под впечатлением от увиденного и услышанного, немного даже испуган, отдаёт брату флакон.
КОЛЯ
Держи, Павлушка, прячь обратно.
Потом ещё залезем и посмотрим,
когда опять дома никого не будет.
ПАША кладёт флакон в шкатулку и захлопывает крышку. Песня «По диким степям Забайкалья» смолкает.
ИНТ.ГРИМЁРКА-ДЕНЬ
Квартет «Сибирских бродяг» стоит вдоль стены, дама-аккомпаниатор сидит у зеркала. Лысый человек в пенсне ходит посреди комнаты, он взбешён, но сдержан.
ЧЕЛОВЕК В ПЕНСНЕ
Что это еще за песни тюрьмы?
Кому нужно слушать песни тюрьмы?
ПАПА
(отрывая наклеенную бороду)
Но вы же видите какие у нас сборы!
Популярность! Какие аншлаги! Наши
граммофонные пластинки продаются
по всей стране!
ЧЕЛОВЕК В ПЕНСНЕ
Вот из-за таких, как вы, у нас и
творится в России чёрт знает что!
ПАПА
Не думаю.
ЧЕЛОВЕК В ПЕНСНЕ
А вы подумайте. На досуге…
И какая еще там воля? Чтоб никакой
воли и духу не было!
ЧЕЛОВЕК В ПЕНСНЕ снимает со стены афишу квартета «Сибирских бродяг» медленно разрывает её пополам, целует руку даме в бархатном платье.
Простите, мадам, за мою несдержанность.
ЧЕЛОВЕК В ПЕНСНЕ выходит из гримёрки.
ИНТ.ГОСТИНАЯ-ВЕЧЕР
ПАПА сидит за столом, ужинает, наливает себе водку из графина выпивает. Стол освещён большим абажуром. МАМА стоит у окна.
ПАПА
Так, что квартет наш со вчерашнего
дня прекратил своё существование…
Но ничего, ничего… Пойду работать
в железнодорожные мастерские. Там
плотник нужен, буду строгать
деревянные лопаты для очистки
путей от снега… Или устроюсь
кочегаром на паровозе. С голоду,
как говорится, не помрём.
МАМА
А как же дети?
ПАПА
А что дети?
МАМА
Их теперь могут совсем не принять
в гимназию, даже в частную.
ПАПА
Почему?
МАМА
Так теперь они станут дети простого
рабочего.
ПАПА
Зачем мне говорить, что я рабочий?
Буду говорить, что я домовладелец.
У меня дом есть. Так и в анкете
буду писать.
МАМА
Уж ты выдумаешь! Домовладелец — тот,
у кого большой дом с квартирами,
которые он сдает жильцам за плату.
А у тебя какой дом?
ПАПА
Будто кто-то поедет смотреть,
какой у меня дом. Может быть,
у меня тут дом в пять этажей.
МАМА
Это в Ирпене-то! Пять этажей!
Скажи еще, что у тебя небоскреб тут.
ПАПА
И скажу.
ПАПА раздражённо выходит из-за стола на улицу.
ИНТ.СПАЛЬНЯ-НОЧЬ
Отец и мать лежат в кровати. Горит ночник.
МАМА
(шёпотом)
Сумасшедший! Как же ты будешь
говорить, что ты домовладелец,
если решил продать дом?
ПАПА
Ну, пока я не продал дом, буду
говорить, что домовладелец.
А когда продам, буду говорить,
что торговец, торгую домами: один
дом продал, куплю другой, а другой
тоже продам.
МАМА
Тогда уж лучше говорить, что ты
какой-нибудь маклер или же аферист.
ПАПА
Что ж, это идея. У нас к какому-нибудь
аферисту больше доверия, чем к рабочему
человеку.
Отец выключает ночник и отворачивается. На лицо матери падает узкая полоска лунного света.
ИНТ.ПАРОВОЗ-ДЕНЬ
Паровоз мчится по железной дороге. Отец, весь чёрный от копоти, забрасывает уголь в топку паровоза, громко напевает:
«Бежал из тюрьмы тёмной ночью,
В тюрьме он за правду страдал,
Идти дальше нет уже мочи,
Пред ним расстилался Байкал…»
Он захлопывает топку, выглядывает в окно, дёргает за рычаг, паровоз жалобно ревёт. За окном проплывают дома станции Ирпень.
«Бродяга к Байкалу подходит,
Рыбацкую лодку берёт,
И грустную песню заводит,
Про родину что-то поёт…»
ИНТ.ДЕТСКАЯ-УТРО
МАМА входит в комнату, будит братьев.
МАМА
ПАША, вставай, сынок, одеваться
пора.
ПАША
Куда пора?
МАМА
Как «куда»? Надо ехать в Киев.
Сегодня же у вас вступительные
экзамены в гимназию.
ПАША опускает голову на подушку.
ПАША
(жалобно)
Головка болит.
Мать подходит, прикладывает ладонь к его лбу.
МАМА
По-моему, у него жар.
Отец подходит и тоже прикладывает ладонь ко лбу брата, пожимает плечами.
ПАПА
По-моему, жара нет.
МАМА
Отчего же голова болит?
ПАПА
Очень болит?
ПАША вздыхает, страдальчески морщится.
ПАША
Очень.
ПАПА
Может быть, простудился.
Отец растерянно пожимает плечами.
Как же теперь с экзаменом быть?
МАМА
Ну какой тут экзамен, когда
ребенок болен! Вдруг это скарлатина!
ПАПА
Ага, скажи ещё тиф или холера.
МАМА
Типун тебе на язык!.. Договорись
на потом как-нибудь.
ПАПА
Ладно. Кока, одевайся быстрее,
а то на поезд опоздаем.
КОЛЯ одевается, бросает взгляд на брата, тот показывает ему язык.
ИНТ.КЛАСС ГИМНАЗИИ-ДЕНЬ
Огромная комната с высоким беленым потолком, такими же белеными стенами, только в нижней части окрашенными до высоты человеческого роста краской в красновато-коричневый цвет. Три огромных, высоких окна, черная доска на стене, несколько рядов черных парт. Коля, вместе с другими ребятами входит и садится за парту.
Идут приёмные испытания: диктант и арифметика. КОЛЯ что-то пишет, решает, но делает всё словно во сне. Он занят тем, что разглядывает учителя, но более всего – ребят.
Все они разные и какие-то вроде бы не такие, как надо. У одного слишком толстые, выпяченные вперед губы; другой слишком курносый; у третьего какие-то нелепо торчащие в стороны огромные уши; у четвертого неестественно бледное лицо с узко поставленными черными глазками и съехавшимися на переносице бровями; у пятого лицо красноватое, словно поджаренное и непокорный вихор на лбу; у шестого на лице словно застыло выражение удивления; седьмой как-то осовело смотрит по сторонам сквозь узенькие щелочки глаз, будто вот-вот собирался заснуть…
КОЛЯ стоит возле огромной чёрной доски, читает молитву «Отче наш». Учитель склонился над ним, брезгливо скривив рот, пытаясь разобрать его бормотание.
НАТ.ГОРОДСКАЯ УЛИЦА-ДЕНЬ
Отец широко шагает по тротуару, то и дело дергая сына за руку, в результате чего тот совершает гигантские прыжки, причём КОЛЯ ещё как-то ухитряется есть «эскимо».
ПАПА
Коленька! Ну какой ты молодчина!
Всего шесть лет, а ты уже гимназист.
А ведь там, Колюха, такие
знания требуют для поступления!..
Отец и сын видят трамвай и бегут к нему.
ИНТ.САЛОН ТРАМВАЯ-ДЕНЬ
ПАПА и КОЛЯ сидят на сиденье. Отец с гордостью рассказывает о своём сыне пожилой тётке с курицей в корзине.
ПАПА
В диктанте по русскому языку
не сделал ни одной ошибки.
Представляете? Точно так же,
без ошибок, решил по арифметике
все задания! Все примеры на сложение,
вычитание, умножение и деление.
ТЁТКА
Ну, дай Бог… Молодец, хороший мальчик…
Тётка с курицей выходит из дверей трамвая, ПАПА кричит ей вдогонку.
ПАПА
Что не дай ему – всё решит!..
ИНТ.ПОЕЗД.НА ЗАКАТЕ
Отец и сын сидят у окна. Громыхают колёса. КОЛЯ спит на груди у ПАПЫ, который широко улыбается и гладит сына рукой по голове.
НАТ.ПЕРЕД ДОМОМ-ВЕЧЕР
ПАША бродит по двору возле пруда и старательно сшибает палкой колючки с чертополоха.
ПАПА с Колей входят в калитку. Увидев ПАШУ, отец многозначительно крякает и, не сказав ни слова, шагает к дому. КОЛЯ бежит к брату, ликуя от радости:
КОЛЯ
Я экзамен выдержал!
ПАША продолжает сшибать палкой колючки.
ПАША
Вот и дурак!
КОЛЯ
Почему дурак?
ПАША
Потому что будешь теперь
как дурак ходить каждый
день в гимназию. Понял?
КОЛЯ
А ты разве не будешь?
ПАША
Зачем же я буду ходить?
Я не дурак. Я ведь не сдавал
экзамен. А в гимназию без
экзамена не берут.
КОЛЯ
Ты ведь заболел.
ПАША
Ты дурак, Кока. Я вовсе не
заболел. Я так просто сказал,
что заболел, чтоб на экзамен
не ездить.
ПАША сшибает палкой большую колючку, которая попадает КОЛЕ по лбу.
Теперь понял?
КОЛЯ смотрит на брата, трёт лоб и, понурившись, бредёт домой.
НАТ.ПЕРЕД ДОМОМ-УТРО
Братья играют во дворе, отбивая палками штукатурку от стены своего дома. Из-под осыпающейся известки все больше обнажается деревянная стенка, обитая дранкой.
ПАША
Видал из чего дом сделан?
КОЛЯ
Ничего себе!.. Я думал, он каменный,
а он плетёный как корзинка.
МАМА выглядывает из окна.
МАМА
Вы что делаете? Ну-ка прекратите
немедленно! Вот додумались!
Быстро положите палки на место
и - в дом! С вами отец поговорить
хочет.
Мальчики обречённо складывают орудия своего преступления.
ПАША
(шёпотом)
Ну держись, Кока…
ИНТ.ГОСТИНАЯ-УТРО
Отец сидит за столом, мать – напротив, дети стоят возле стола, опустив глаза в пол.
ПАПА
Дети… Как бы нам не хотелось,
но мы с мамой… в общем, мы
вынуждены продать наш дом.
В воздухе повисает долгая пауза. КОЛЯ смотрит на всех, не понимая сказанного отцом.
КОЛЯ
Разве дом можно продать или
купить, как какую-то тыкву,
или кусок колбасы?
ПАПА
Можно, сынок. Я уже почти обо
всём договорился с одним
человеком по фамилии Елисеев.
КОЛЯ
Как же он, этот Елисеев унесёт
его? Разве можно унести дом?
ПАПА
Когда продаётся дом, покупатель
приходит, платит деньги, но уже
не уходит, а вместо него уходит
продавец… Скоро здесь будут жить
другие, а мы все переезжаем в
город.
Вновь повисает пауза.
ПАПА
Это было первое, теперь
– второе: Павлушка, ну как,
сегодня у тебя не болит головка?
ПАША
Ничего не болит. Сегодня уже хорошо.
ПАПА
Тогда собирайся. Поедем сдавать
экзамен в гимназию.
ПАША
Прямо сейчас?
ПАПА
Прямо сейчас. Мы заранее не стали
ничего тебе говорить, чтобы ты
опять не переволновался и не заболел
в ожидании экзамена.
ПАША покорно идёт собираться на экзамен. Когда он проходит мимо КОЛИ, то опять незаметно показывает ему язык.
ПАПА раскладывает на столе огромную кипу документов и жестом подзывает жену взглянуть на план участка.
ПАПА
(жене)
И всё-таки я решил не продавать
вместе с домом весь земельный
участок, а продать только ту
половину, где находится дом.
Другую половину мы оставим себе,
мало ли, может когда-нибудь
построим новый дом…
МАМА
А колодец?
ПАПА
Колодец останется целиком на
нашей части земли. Елисеев, конечно,
хочет, чтобы граница между обоими
участками проходила по колодцу,
(показывает на плане)
то есть так, чтобы воду можно
брать как с той, так и с другой
стороны, но…
МАМА
Елисеев прав. Известно же, что вода
в колодце тем чище, чем чаще из
него берут воду. Если воды берут
мало, она медленно обновляется,
в колодце заводятся личинки комаров
и других насекомых, а вслед за ними
лягушки…
МАМА наливает себе воды из кувшина, пьёт.
ПАПА
Да, да. Никому не интересно пить
воду из колодца с лягушками! И
многие соседи сооружают один
общий колодец на границе своих
владений. Некоторые даже делают
колодец перед домом, на улице,
чтоб и живущие поблизости могли
пользоваться водой… Но ты же
знаешь — тайна на дне колодца…
КОЛЯ
А чего там?
Отец и мать удивлённо глядят на КОЛЮ, будто забыли о том, что он всё время стоял рядом.
ПАПА
Где?
КОЛЯ
Ну, на дне нашего колодца?
Ты сказал, что там какая-то
тайна.
ПАПА
Тайна — это то, чего никто
не должен знать, иначе она
не была бы тайной. Так что
ты держи язык за зубами и
о том, о чем слышал дома,
не вздумай нигде болтать.
Понял?
КОЛЯ
Понял.
ПАПА
(кричит)
Павлушка! Едем поступать в
гимназию!
Слышен гудок паровоза. Отец быстрым шагом выходит из дома, старший брат мчится за ним.
НАТ.КОЛОДЕЦ-НА ЗАКАТЕ
КОЛЯ открывает колодец, смотрит на тёмную воду, видит там своё отражение. Отражение говорит с ним.
ОТРАЖЕНИЕ
Тайна… Тайна — это то, чего
никто не должен знать… Никто!
Иначе она перестанет быть тайной.
КОЛЯ закрывает колодец.
НАТ.ДОРОГА ОТ СТАНЦИИ-НА ЗАКАТЕ
Отец шагает впереди, за ним, метрах в пятидесяти - ПАША, рядом семенит КОЛЯ.
КОЛЯ
Ну как, сдал?
ПАША
Сдал, сдал… Куда я денусь.
КОЛЯ
Ну, поздравляю. Теперь значит
вместе будем в гимназию ходить.
ПАША
Будь она неладна…
КОЛЯ
А я, это… Знаю кое-чего.
КОЛЯ остановился, ПАША идёт дальше.
ПАША
Да чего ты знаешь? Чего ты,
вообще, знать можешь!..
КОЛЯ
Я знаю то, чего ты не знаешь.
Ясно тебе?
ПАША подходит к брату, ухмыляясь.
ПАША
Ну и что же это?
КОЛЯ
Это тайна.
ПАША
Что за тайна?
КОЛЯ
Отец сегодня рассказал, что
на дне нашего колодца какая-то
тайна.
ПАША
Какая?
КОЛЯ
Я не знаю, он не сказал.
ПАША
Раз мы не знаем, какая там
тайна, то надо сперва узнать,
что это за тайна.
НАТ.КОЛОДЕЦ-НА ЗАКАТЕ
Братья стоят возле колодца. У них в ногах трётся Мурка, мяукает.
ПАША
Может быть, это какая-нибудь
тайная тайна, которую надо
держать в тайне, потому что
если всякий дурак поймет, что
эта тайна — уже не тайна, а
такая тайна, которая известна
каждому дураку.
ПАША
Мурка, брысь отсюда!
Кошка убегает в кусты. Мальчишки глядят в колодец, видят лягушек.
КОЛЯ
Вон, видишь?
ПАША
Чего?
КОЛЯ
Лягушки.
ПАША
Разве это тайна, что в колодце
живут лягушки?
КОЛЯ
Это, конечно, не тайна, но это
значит, что пора чистить колодец.
Бежим, отцу доложим.
ИНТ.ПРИХОЖАЯ-НА ЗАКАТЕ
Отец сидит в прихожей, снимает ботинки, мать подаёт ему тапочки.
МАМА
Ну, хорошо. Больше нечего не
сказали?
ПАПА
Вроде, всё… А нет!
(достаёт листок)
Вот дали задание: выучить несколько
французских слов к началу занятий.
(читает)
“Лампа” - “ля лямп”, “линейка” —
“ля линеаль”, “самовар” — “ле самуар”.
А “утка” знаешь как будет?
МАМА
Судя по всему – «ле утка»?
ПАПА
А вот и нет! Утка почему-то у
них — “ле канар”.
МАМА
(вспомнив)
Точно! «Ле канар». А ведь я
когда-то это помнила…
Вбегают дети.
ПАША
Пап, в колодце опять завелись
лягушки.
ПАПА
Много?
ПАША
Четыре. В каждом углу по штуке.
Отец вдруг окидывает взглядом детей.
ПАПА
А с чего это вы вздумали
смотреть в колодец?
ПАША
Мы хотели проверить, есть ли
там лягушки.
КОЛЯ
Да. Оказалось – они там
есть.
Отец понимающе смотрит в Колину сторону.
ПАПА
Завтра, значит, после работы
полезу в колодец вычерпывать
воду и вылавливать лягушек.
КОЛЯ
Вот пусть теперь этот Елисеев
сам и чистит наш колодец!
ПАПА
Гм!
ПАПА сердито сопит носом, усы у него ощетиниваются.
НАТ/ИНТ.ДЕТСКАЯ-ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
Вид из раскрытого окна: в садовых цветах и зарослях малины прячется колодец, МАМА и ПАПА сидят под окном на лавочке, в полголоса ведут разговор о будущем переезде.
ПАПА
Ничего… Главное то, что у нас
останется здесь земля. Раз есть
земля, можно построить дом. Вот
если бы земли не было, тогда и
думать, конечно, нечего. Не в
воздухе же дом построишь. А
поскольку земля есть, все можно
сделать…
Дети в своих кроватях перешёптываются друг с другом .
КОЛЯ
ПАШ, ты спишь?
ПАША
Нет ещё.
(пауза)
А ты?
КОЛЯ
Я тоже. Паш, а может отец верит,
будто этот колодец должен принести
ему счастье и поэтому не хочет его
продавать?
ПАША
Он что, этот колодец, волшебный
что ли? Как в сказках?
КОЛЯ
Нет, но ведь бывают в жизни
такие вещи, которые приносят
счастье. Вот и этот колодец такой.
ПАША
Ну, не знаю… Счастливый колодец
что ли?
КОЛЯ
Да, тайный счастливый колодец…
Во время их разговоров мы видим все вещи в доме (как в начале): шкаф, кресла, буфет, диван и т. д.
Отец продолжает разговор с матерью.
ПАПА
Не сразу, конечно, а постепенно,
потихонечку, помаленечку: сначала
сарайчик построить, а там, глядишь,
понемножку и домик… Сразу ведь
ничего не делается…
Дети незаметно засыпают.
ЗТМ.
НАТ.УЛИЦЫ КИЕВА-ДЕНЬ
Зима. Парки, бульвары и скверы, с витыми чугунными оградами, ровными кустами и деревьями, покрытыми снегом, дома — словно сказочные дворцы. По улицам движутся толпы прохожих, скачут во всю прыть рысаки, звенят трамваи, проносятся автомобили, оглашая воздух трубными звуками сигнальных рожков.
ГОЛОС
В те времена не было у меня мечты
прекраснее, чем мечта навсегда
поселиться в Киеве. Я был еще
очень мал тогда. У меня не было
никакого жизненного опыта, и я
не мог знать, что мечты не всегда
соответствуют действительности,
что за очарованием часто следует
разочарование, что планы, которые
мы создаем в своем воображении,
обычно бывают богаче, чем их
воплощение, что мы часто сами
не знаем, нужно ли нам хотеть
того, чего хочется, и не лучше
ли нам хотеть не того, чего
хочется, а того, чего и не
хочется вовсе.
Вдоль по улице маршем проходит рота солдат. КОЛЯ и ПАША с портфелями, одетые в форму гимназистов, глазеют на ружья, фуражки с блестящими козырьками, и сапоги, втаптывающие в булыжную мостовую одинокую серую газету.
ИНТ.КВАРТИРА-ДЕНЬ
Одноэтажный дом на окраине города. Маленькая квартирка: сени, кухня, комната. Сюда переехали наши герои со всеми вещами и мебелью во главе с шкафом и буфетом, со всеми кроватями, стульями и столами, с сундуком, комодом, швейной машиной, граммофоном, а также с картинами, о которых было известно, что отец привез их с японской войны.
В комнате - два окна, выходящие во двор. Под окнами растёт большая черемуха. Голые, корявые темно-серые ветки, опушенные сверху белым снежком, а на ветках сидят красногрудые снегири.
КОЛЯ и ПАША смотрят в окно, между ними - Мурка. Мать на кухне собирает посуду со стола.
ПАША
(не разжимая зубов)
Пойдем гулять.
КОЛЯ
А уроки делать когда?
ПАША
Уроки сегодня не будем делать.
КОЛЯ
А если завтра спросят?
ПАША
А может быть, и не спросят.
Братья потихоньку одеваются.
КОЛЯ
А вдруг спросят?
ПАША
У нас в классе почти сорок
человек. Попробуй, опроси тут
такую ораву… А если учитель
не каждый день спрашивает уроки,
то можно не каждый день и учить их.
Ребята проходят через кухню к выходу.
МАТЬ
Куда же вы? А уроки учить?
ПАША
Нам сегодня ничего не задано!
Старший брат выскакивает в сени.
КОЛЯ
(кричит)
Нам сегодня ничего не задано!
Младший брат, проскакивая боком сквозь полуоткрытую дверь бежит вслед за старшим, оставляя мать в лёгком недоумении.
НАТ.ВО ДВОРЕ-ДЕНЬ/ВЕЧЕР
Дворовые мальчишки устроили ледяную горку за домами. На фанерках или без них, а кто и на ногах, скатываются с огромной скоростью вниз, сталкиваются друг с другом, падают, хохочут. Тут и наши герои. День сменяется вечером.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ДЕНЬ
КРУПНО – звенит звонок на урок.
ПАША стоит возле классной доски, пытается решить задачу по арифметике. Он щурится, морщится, чешет макушку, учитель возмущённо глядит на него.
КРУПНО – учитель выводит двойку в дневнике и отдаёт ПАШЕ.
ИНТ.КВАРТИРА-ДЕНЬ
Ребята проходят через кухню к выходу.
МАТЬ
Вы куда? А уроки учить?
ПАША
Ничего не задано!
Старший брат выскакивает в сени.
КОЛЯ
Нам сегодня опять ничего не
задано!
Младший брат бежит за старшим.
НАТ.УЛИЦА-ДЕНЬ/ВЕЧЕР
ПАША лает, КОЛЯ мяукает, братья дразнят собаку, которая страшно лает на них из-за штакетника, двигаясь вдоль забора. Внезапно они доходят до дыры в ограде. Собака умолкает, ребята тоже.
По улице с криками бегут братья, за ними, с диким лаем бежит собака.
Вечер. На дереве, обнимая ствол сидят ПАША и КОЛЯ, собака, высунув язык лежит под деревом.
КОЛЯ
Лучше бы дома остались делать
уроки.
ПАША
Не дрейфь, Кока, жрать захочет -
уйдёт.
КОЛЯ
Пёсик, беги домой, кушать пора.
Пёс тут же вскакивает и заливается злобным лаем.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ДЕНЬ
КРУПНО – звенит звонок на урок.
КОЛЯ стоит у доски, пытаясь правильно написать простейшее слово, делая в нём самые невероятные ошибки. Он вес вымазан мелом. Класс хохочет, учитель гневно глядит на него.
КРУПНО – учитель выводит единицу в дневнике и отдаёт КОЛЕ. Тот садится за парту, рядом с братом. Они печально глядят друг на друга.
ИНТ.КВАРТИРА.ДЕНЬ
Ребята проходят через кухню к выходу.
МАТЬ
Опять ничего не задано?
КОЛЯ
Почему? Задано, только мы
это…
ПАША
Да, мы уже всё решили!
Старший брат выскакивает в сени.
КОЛЯ
Да, мам, мы всё решили, всё
написали и прочитали.
МАМА
Ну, смотрите…
КОЛЯ
Хорошо, хорошо, всё посмотрим…
Ребята выбегают из дверей дома.
КОЛЯ
Павлушка, мы опять ничего
не сделали из того, что нам
задали.
ПАША
Не бойся, братишка, завтра придём
пораньше и всё, что нужно спишем
у кого-нибудь в классе.
НАТ.ВО ДВОРЕ-ДЕНЬ/ВЕЧЕР
Детвора играет тряпичным мячом в футбол. Все грязные, мокрые, но счастливые, азартно носятся по двору. КОЛЯ с оторванным рукавом защищает на воротах. (ворота – это две каменные урны) ПАША со всей силы бьёт по мячу, тот отскакивает от урны и летит в окно. Стекло разлетается в дребезги. На лицах мальчишек застыл ужас.
По улице мчится толпа мальчишек, а за ними – дворник с метлой и свистком в зубах.
Вечер. По той же улице, но в обратную сторону мчится ПАША, за ним КОЛЯ, а за ними - лающая свора собак.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ.УТРО
Звенит звонок с урока.
Ученики покидают класс. Учитель сидит за своим столом, перед ним два дневника. ПАША – слева от учителя, КОЛЯ – справа.
КРУПНО – рука учителя аккуратно выводит в каждом дневнике по двойке и отдаёт в руки ребят.
Братья уставились друг на друга. Учитель спохватывается, понимая, что перепутал дневники, и меняет их местами.
Ребята удовлетворённо смотрят в свои дневники.
ИНТ.КВАРТИРА-ВЕЧЕР
КРУПНО – страница дневника с жирной двойкой. Большие мужские ладони перелистывают дневник – двойки и колы на каждой странице.
Дневник в руках отца, который громко сопит носом и медленно шевелит усами. В глазах читается вопрос: «И как теперь с вами поступить?»
КОЛЯ
Просто задают очень трудные
задания.
ПАША
Да и мы не знаем, как с ними
справиться.
ОТЕЦ
Так всё-таки задают?
ПАША
Задают, но не всегда.
КОЛЯ
Да, да, с промежутками.
ОТЕЦ
Ну-ну… Что ж, придётся мне
вам помочь. И что вам, например,
задали сегодня.
ПАША
Вот, по арифметике задачка.
ПАША протягивает отцу раскрытый учебник.
ОТЕЦ
КОЛЯ, читай.
КОЛЯ
Купец купил 16 пудов муки
первого, второго и третьего
сорта, причем муки первого
сорта было на 3 пуда меньше,
чем муки второго сорта, и
стоила она на 5 копеек дороже
за пуд, чем мука третьего сорта,
а муки третьего сорта было на 4
пуда больше, чем первого сорта,
и стоила она на 7 копеек дешевле
за пуд, чем мука второго сорта.
Спрашивается, сколько денег
заплатил за всю купленную
муку купец, если известно,
что за муку третьего сорта
он заплатил 9 рублей.*
------------
*Цифры в задаче стоят произвольно, так-как не это главное.
ОТЕЦ
Что нужно сделать?
ПАША
Помножить.
ОТЕЦ
Что помножить?
ПАША
Шестнадцать на девять?
ОТЕЦ
Ну, и что будет?
ПАША
Нет, поделить, поделить.
ОТЕЦ
Ну, и что будет?
ПАША
Не знаю.
ОТЕЦ
Вот и балбес! Не знаешь, а
говоришь! Что же будет, если
ты станешь делить всю муку
на стоимость третьего сорта?
ПАША
Не знаю.
ОТЕЦ
Вот именно! Думать надо! Думать,
а не болтать чепуху! Что нам
известно?
Братья молчат, боясь навлечь на себя гнев родителя, поэтому отец сам отвечает на свой вопрос.
Ну-ка дайте камне карандаш.
Он берёт карандаш и начинает всё записывать и зарисовывать на серой обёрточной бумаге.
Нам известно, сколько всего
было муки, — это раз; известно,
что муки первого сорта было на
3 пуда меньше второго, а третьего
на 4 пуда больше, чем первого,
— это два; еще известно, что пуд
муки первого сорта был на 5 копеек
дороже, чем пуд второго сорта, а
пуд третьего сорта был на 7 копеек
дешевле второго. Известно так же,
что вся мука третьего сорта стоила
9 рублей. Что мы можем узнать?
Братья продолжают молчать, сохраняя благоразумие. Отец старается натолкнуть мысль своих детей на верный путь, старательно вырисовывая цифры, мешки с мукой и даже пузатого купца с бородой и плёткой.
ОТЕЦ
Мы знаем, сколько стоила вся
мука третьего сорта. Если бы
мы знали, сколько стоит пуд
муки третьего сорта, то, поделив,
могли бы узнать, сколько пудов
было третьего сорта. Мы можем
узнать цену пуда муки третьего
сорта.
КОЛЯ
(почти беззвучно)
Этого мы не можем.
ОТЕЦ
(резко)
Можем! Почему?.. Потому что мы
знаем, что пуд третьего сорта
стоил на 7 копеек дешевле пуда
второго, а пуд второго — на 5
копеек дешевле пуда первого.
Сложив эти числа, мы узнаем,
на сколько дешевле был пуд
первого, чем пуд третьего…
Нет, наоборот: третьего, чем
пуд первого, а чтоб узнать,
сколько стоил пуд третьего,
надо это число отнять от цены
пуда первого сорта.
С каждым предложением отец говорит всё громче и громче. Он злится, по несколько раз обводит жирными кругами свои цифры, рисует стрелки от одного мешка к другому.
Мы не знаем цены пуда первого.
Правильно? Правильно. Но мы
можем узнать, так как
знаем, сколько было всего пудов
муки, и знаем, что первого было
на 3 меньше второго, а
третьего — на 4 копейки больше
второго.
КОЛЯ
Пуда.
ОТЕЦ
Что пуда?
КОЛЯ
На четыре пуда больше.
ПАША
И не второго, а первого.
ОТЕЦ
Вы меня не путайте!.. Если
мы сложим эти числа и результат
отнимем от общего количества муки,
а то, что получится, поделим на три,
а к тому, что получится, прибавим,
на сколько больше, то узнаем, сколько
было пудов муки первого сорта…
Он суёт им под нос бумагу со своими каракулями.
Отсюда уже нетрудно будет узнать,
сколько было второго и третьего
сорта, так как мы знаем, на
сколько их было меньше…
Вот видите — все ясно!
Дети послушно кивают головами совершенно перестав понимать всё, что говорит отец, будто он с русского перешёл на китайский язык.
ОТЕЦ
Значит, какой будет первый вопрос?
Что вы глазами хлопаете?
(кричит)
Какой будет первый вопрос?
В комнату входит мать, стараясь успокоить разбушевавшегося мужа.
МАТЬ
Что тебе не понятно?
ОТЕЦ
Мне-то всё понятно! Как на ладони!
Вот, послушай!
Отец хватает учебник встаёт на центр комнаты и начинает громогласно вещать.
Купец купил 16 пудов муки
первого, второго и третьего
сорта, причем муки первого
сорта было на 3 пуда меньше,
чем муки второго сорта, и
стоила она на 5 копеек дороже
за пуд, чем мука третьего сорта…
Он неожиданно наступает на кошку, которая дико вопит.
Мурка! Ты хоть не мешай!..
А муки третьего сорта было
на 4 пуда больше, чем первого сорта,
и стоила она на 7 копеек дешевле
за пуд, чем мука второго сорта.
Мать в ужасе. Дети словно погружены в гипнотический сон.
Спрашивается, сколько денег
заплатил за всю купленную
муку купец, если известно,
что за муку третьего сорта
он заплатил 9 рублей.
ОТЕЦ
Что нужно сделать? Что сделать
нужно я вас спрашиваю, балбесы!!!
МАТЬ
Николай, ты бы не мог спрашивать
потише, а то соседи подумают,
что у нас погром.
И всё начинается заново, только уже с участием матери, которая активно включается в решение этой злополучной задачи. Родители совершенно забывают о детях, переключаясь в своих спорах друг на друга. В конце концов все окончательно запутываются в этих мешках с мукой, в пудах, сортах и копейках.
Отец продолжает бегать по квартире, то и дело наступая на кошку.
ОТЕЦ
Да пропади он пропадом, этот
несчастный купец, вместе со своей
проклятой мукой!
МАТЬ
Николай, прекрати орать! Здесь тебе
не железнодорожное депо!
ОТЕЦ
А они что там, у себя в гимназиях,
не могут задачи попроще задавать?
МАТЬ
Успокойся и попробуй ещё раз
сформулировать первый вопрос.
ОТЕЦ
Нет уж! Да убей меня Бог на
этом самом месте, если я могу
сказать, какой будет первый
вопрос! Хватит с меня! И кто
только сочиняет для детей
такие задачи, что и взрослый
не может решить!..
Отец уходит на кухню, хлопнув дверью, оставляя семью перед так и не решённой задачей.
НАТ.УЛИЦА-ДЕНЬ
Ярко светим майское солнце, отражаясь в окнах домов, молодая зелёная листва на деревьях, жёлтые цветочки на кустах акации.
КОЛЯ с сумкой выходит из калитки своего двора. У дома напротив, в соседнем палисаднике две девочки: одна чёрненькая, (с чёрными волосами), другая беленькая, раскачивают на качелях своих кукол. КОЛЯ видит, как девочки шепчутся, поглядывая на него и громко хихикают.
КОЛЯ
(девочкам)
Чего ржёте, малявки?
Девочки смеются еще громче. КОЛЯ идет дальше по своим делам.
Дворник из шланга поливает мостовую. Брызги на солнце отливают радугой. Цветут каштаны. Коля шагает вприпрыжку по тротуару. Он замечает впереди отца.
КОЛЯ
Папка!
Он бежит ему навстречу и запрыгивает на руки.
ОТЕЦ
Ух, какой тяжёлый стал! Ты
куда, в лавку?
КОЛЯ
Да, там хлеб привезли. А
ты был в гимназии?
ОТЕЦ
Был…
Отец опускает сына на землю.
Видишь, брат, тут дело-то
какое… Ты, выходит, у нас
человек исключительный.
КОЛЯ
Правда? А это как?
ОТЕЦ
Ну, как… Поговорил я с дирекцией,
они сказали, что все ученики
переведены в первый класс, исключая
тебя.
КОЛЯ
А я?
ОТЕЦ
А ты, Кока, остаёшься в
приготовительном.
КОЛЯ
И даже Павлушка, переведён? У
него же отметки ни чуть, не лучше
моих.
ОТЕЦ
Директор считает, что тебе будет
полезнее посидеть еще годик в
приготовительном классе, потому
что ты, говорит, слишком мал.
КОЛЯ
Получается, что меня оставили
на второй год не потому, что я
плохо учился, а потому, что -
«слишком мал»?
ОТЕЦ
Получается, что так, брат.
Коля отворачивается от отца к зарослям акации.
КОЛЯ
Выходит, плохо — не плохо учиться,
а плохо быть маленьким?
ОТЕЦ
Ну, да… То есть нет, не совсем…
Отец кладёт ему руку на плечо.
Я уже и сам, Колюнь, запутался…
ИНТ.КВАРТИРА-ВЕЧЕР
Отец сидит на кухне, поёт и аккомпанирует себе на баяне. Перед ним на столе – графин с водкой.
«Ты прости, прощай-ка – каменный острог.
Благодарим тебя, что крепко нас берёг.
Мы прощаемся. В родную сторону.
Мы познаемся с сибирскою тайгой.
В рудниках, да в цепях
Будем золото брать.
В рудниках, во цепях
Свою Варю окликать…»
Мать в комнате шьёт на машинке и недовольно поглядывает на мужа.
«За гульбу да удаль - цепи на руках
За гульбу мы роем землю в рудниках.
Ни чего бы и сибирская нам даль,
Только цепи, только волю преподай..
В рудниках, да в цепях
Будем золото брать.
В рудниках, во цепях -
Свою Варю окликать...»
Мать входит на кухню, убирает в буфет графин.
МАТЬ
Ну, всё на сегодня, а то у меня
уже голова заболела.
НАТ.У ВХОДА В БУЛОЧНУЮ-ДЕНЬ
У двери дежурит огромный, ростом с теленка, рыжий лохматый пес с толстым, как полено, хвостом и страшной, свирепой мордой, представляющей собой нечто среднее между мордой дикой свиньи и пятнистой гиены.
К каждому, кто выходит из булочной, этот рыжий разбойник бросается и хриплым лаем выпрашивает подачку. Все покупатели, проходя мимо, бросают кусочек хлеба, который он ловит на лету и проглатывает, словно акула.
Маленький КОЛЯ выходит из лавки с половинкой буханки хлеба и уже приготовленным для собаки, отломанным кусочком.
Пёс начинает рычать, Коля сразу швыряет кусочек и быстро-быстро устремляется прочь. Проглотив подачку, пёс тут же бросается за ним вдогонку и рявкает у него над ухом. Чтоб отделаться от своего преследователя, КОЛЯ швыряет еще кусочек хлеба, стараясь забросить его назад, подальше, надеясь, что, пока пёс будет разыскивать хлеб, он успеет удрать.
Пёс быстро находит брошенный кусок и, проглотив его, снова догоняет КОЛЮ.
КОЛЯ
Вот привязался!
Он швыряет ему ещё кусок, всё с тем же результатом. Пёс снова догоняет его.
КОЛЯ
Да отстань ты от меня, крокодил!
Этот «четвероногий друг» преследует Колю чуть ли не до самого дома, после чего, облизываясь, возвращался обратно к булочной.
ИНТ.КУХНЯ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
КОЛЯ кладёт на стол общипанный кусок хлеба.
МАТЬ
Сынок, этого нельзя делать,
если ты хочешь кушать, то должен
потерпеть до обеда… Иди, мой руки.
КОЛЯ
Это не я, это опять эта страшная
собака. Сидит там, возле
булочной и набрасывается
если ей не дать хлеба.
МАТЬ
Не надо её бояться. Я её знаю,
она вовсе не страшная. Она
старенькая и беззубая, и никого
не кусает.
Коля моет руки с мылом, пускает с ладоней мыльные пузыри.
МАТЬ
Она, бедняга, живёт без дома,
без хозяина и вынуждена сама
заботиться о своем пропитании.
КОЛЯ
Лучше совсем не есть хлеба, лишь
бы не ходить в булочную.
МАТЬ
В следующий раз вместе пойдём
в лавку и я тебе покажу, что она
совсем не злая.
Мама ставит на стол тарелку с горячим супом. Коля набрасывается на еду, обжигаясь и морщась.
КОЛЯ
Только… она не всегда там сидит.
Я думаю, что, наевшись у булочной
хлеба, она отправляется… или отдыхать,
или куда-нибудь в мясную, чтоб…
подкрепиться мясом.
МАТЬ
(улыбаясь)
Ну ты и фантазёр! Можно подумать,
ты говоришь не про бездомного пса,
а про какого-нибудь Рокфеллера.
Она открывает окно, с улицы доносятся детские голоса.
МАТЬ
(кричит в окно)
Паша, иди домой! Я суп уже
подогрела!
НАТ.ВОКЗАЛ-ДЕНЬ
Идёт посадка на поезд. Пассажиры с чемоданами, коробками, корзинами, даже со стульями и всем, что можно тащить на руках, берут штурмом вагоны. Паровоз шипит, выпуская клубы пара, ревёт, заставляя людей паниковать и толкаться. Проводники ругаются, пытаясь навести хоть какой-то порядок.
На перроне мальчишки размахивают газетами, громко выкрикивая главные новости.
«Австро-германские войска
перешли в наступление на фронте!»
«У немецкого агента Карла Генриха
Шульца отобрали пивной завод!»
«Царь Николай II берет на себя
командование русской армией!»
«Прима-балерина императорских
театров Матильда Кшесинская весь
доход от представления жертвует
на нужды военнослужащих!»
«Атака мертвецов! Русские не
сдаются!»
«Альберт Эйнштейн опубликовал
в Германии теорию относительности!»
Рабочие депо (среди них – ОТЕЦ) сидят в сторонке, курят, поглядывая на весь этот бедлам.
СТАРИК-РАБОЧИЙ
Побежал народ…
РАБОЧИЙ
А что ты хотел? Говорят, в сентябре
немцы уже под Киевом будут.
ОТЕЦ
Ничего, не дрейфь, обойдётся… А
там, того и гляди, большевики
придут к власти и покончат со всем
этим бардаком.
РАБОЧИЙ
(с иронией)
Ага… И наступит тогда свобода…
ОТЕЦ
А как же… Революция не за горами.
РАБОЧИЙ
Не будет ни царя, ни дворян, ни
богатых, ни бедных…
ОТЕЦ
И все люди будут равны между
собой, и всем будет хорошо.
РАБОЧИЙ
Слышали мы эти «сказки про белого
бычка».
Мимо них пробегает мальчишка с газетами.
МАЛЬЧИШКА
Гастроли известного дрессировщика
Анатолия Дурова! Четвероногие
подопечные под управлением маэстро
в грандиозном спектакле на злобу дня!
РАБОЧИЙ
Никак цирк приехал? Вечером с женой
надо сходить, на мартышек посмотреть.
ОТЕЦ
Сходи, сходи, получишь огромное
эстетическое наслаждение.
СТАРИК-РАБОЧИЙ
Ладно, братцы, отдохнули,
подискутировали – пойдём дальше
уголёк покидаем.
По перрону ведут огромного слона. Весь народ, буквально, застыл глазея на этого гиганта, накрытого красным ковром. Слон уходит, паровоз призывно ревёт и вокзал, будто очнувшись от внезапного видения, снова погружается в суматоху.
НАТ.УЛИЦА-ВЕЧЕР
Вдоль своего забора ходит КОЛЯ, делая вид, что ловит жуков или стрекоз. На самом же деле его интересуют соседские девочки, которые играют в своём палисаднике и тоже поглядывают на КОЛЮ. Ему хочется, чтобы девочки заговорили с ним. Наконец он не выдерживает и кричит сам.
КОЛЯ
Эй! Хотите я вам стрекозу поймаю?
Или майского жука? Хотите?
ЧЁРНЕНЬКАЯ
Нет, мы такой чепухой не интересуемся!
КОЛЯ
Ну и пожалуйста, не очень-то и
хотелось…
БЕЛЕНЬКАЯ
Мы скоро в гимназию учиться
пойдём!
КОЛЯ
Подумаешь! А я уже хожу! Ясно?
ДЕВОЧКИ
А мы знаем!
(звонко смеются)
КОЛЯ вздыхает, вспомнив, что остался на второй год, хмурится и садится на деревянную скамейку у забора.
По дороге шагает вразвалочку долговязый ушастый мальчишка, года на два старше КОЛИ. Одна рука в кармане широких брюк, в другой – здоровенный огурец, который он смачно откусывает и жуёт. За пазухой у него лежат ещё огурцы. Девочки его провожают взглядами и когда тот уже почти скрывается за углом, начинают кричать.
ДЕВОЧКИ
Степка-растрепка, Бешеный Огурец!
Степка-растрепка, Бешеный Огурец!
Степка моментально останавливается, круто поворачивается и бросается к обидчицам. Девчонки успевают захлопнуть у него перед носом калитку и запереть на крючок.
Степка с разбегу налетает на калитку и тут же отскакивает от неё, как футбольный мяч, попавший в штангу ворот.
Видя, что калитка заперта, он со всего маху бьёт по ней ногой и, больно ударившись, прыгает на одной ноге.
КОЛЯ громко хохочет. СЁПКА, услышав смех, мчится к КОЛЕ.
СТЁПКА
А ты тут чего ещё зубы скалишь?
КОЛЯ успевает спрятаться у себя во дворе. СТЁПКА грозит кулаком.
Ну, ты ещё попадешься мне!
Вы все мне здесь попадётесь!
СТЁПКА со всей силы швыряет огурец, который перелетает через забор и разбивается о стену дома.
НАТ.ИППОДРОМ-УТРО
На территории городского ипподрома бурлит ярмарочное цирковое веселье, на сценах под открытым воздухом проходят спортивные состязания, представления кукольных балаганов, торговля пряниками, медом, конфетами. Отдельно можно посмотреть трофейную технику. Играют духовые оркестры.
Братья смотрят как возле огромного танка с чёрным крестом, слон качает на хоботе всех желающих.
Отец уговаривает мать покататься.
Мама садится на хобот и взмывает в воздух. Слон ревёт, мама кричит от страха, внизу – папа с детьми заливаются весёлым смехом.
В одном из павильонов размещается аттракцион – «Мышиная железная дорога». Из маленького вокзальчика с часами выбегают мыши, залезают в маленький поезд и мчатся по свое маленькой заснеженной стране. Коля заворожённо глядит на это чудо. Поезд переезжает через овраг по мосту, через лесок, реку, поле и, в конце концов скрывается в чёрном туннеле.
Семья проходит мимо человека в чёрном цилиндре, во фраке, в руках которого красный рупор.
ЧЕЛОВЕК С РУПОРОМ
Дамы и господа! Все средства,
собранные сегодня будут перечислены
в пользу армии! Соотечественники! Не
проходите мимо! Жертвуйте в пользу
армии! Родина в опасности! Не
проходите мимо!..
Рядом с этим человеком стоит фанерный ящик с нарисованным двуглавым орлом, куда все опускают деньги.
Отец даёт Коле несколько монет.
ОТЕЦ
Иди, Кока, помоги отечеству.
Коля бросает монеты в ящик, успевая заглянуть внутрь. Человек замечает это.
ЧЕЛОВЕК С РУПОРОМ
Мальчик, не суй свой нос, куда
не надо!
КОЛЯ отходит от ящика.
Братья и сестры! Поможем нашим
доблестным защитникам отечества!
ПАША
(Коле)
Ну чего, много там денег?
КОЛЯ
(хитро)
Нам бы на ватрушки хватило…
ИНТ.ЦИРК ШАПИТО-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Семья сидит в первом ряду и смотрит представление. Паша и Коля жуют пряники.
На арене – дрессировщица с чёрными усами на резинке, одетая в форму германского офицера, командует своими «солдатами». Несколько шустрых обезьянок, изображающих немецких, австрийских и турецких военных выкатывают пушку. Они тщетно пытаются её зарядить, куда-то прицелиться, бегают по пушке и дерутся друг с другом. Дрессировщица кричит на них, изображая немецкую речь, обезьяны визжат ей в ответ. Зрители заливаются весёлым смехом.
Обезьянка в турецкой феске с кисточкой срывает усы с дрессировщицы и мигом их съедает. Зал аплодирует.
ДРЕССИРОВЩИЦА
(громко)
Ахтунг! Ахтунг! Ан алле труппен,
файер фрай!*
Звучит барабанная дробь. Дрессировщица дёргает за верёвку. Выстрел! Из пушки вылетает конфетти. Обезьяны разбегаются в разные стороны. Оркестр играет марш. Дрессировщица срывает с себя немецкую форму с каской и оказывается в искрящимся изумрудном купальнике. Зрители аплодируют и одобрительно свистят.
НАТ.ВОЗЛЕ ЦИРКА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Толпа выходит из циркового шатра.
ОТЕЦ
Не понимаю, что здесь хорошего?
Какая-то глупость…
МАТЬ
Ну, почему «глупость»? Довольно
остроумная сатира.
КОЛЯ
А мне всё понравилось! Особенно
дрессировщица!
ОТЕЦ
Да ну, какая-то костлявая. Мама
лучше!
Они весело смеются, сливаясь с толпой.
ЗТМ.
------------------
*Внимание! Внимание! Всем отрядам, открыть огонь!
НАТ.УЛИЦА-ДЕНЬ
Колодец в полутора кварталах от дома. Коля хочет набрать воды из колодца.
Над бревенчатым срубом - ворот с наматывающейся на него длиннущей цепью. Коля, вращая железную рукоятку ворота, медленно опускает ведро на дно колодца. Он начитает манипулировать рукояткой так, чтоб ведро наполнилось не целиком, а только наполовину (полное ведро ему не вытащить из колодца). Ведро ударяется о воду, о стенки колодца, цепь звенит, Коля засунул голову в колодец, пытаясь разглядеть непослушное ведро. Ему кажется, что оно наполнилось, он вращает рукоятку, цепь наматывается на сруб.
КРУПНО – ведро, наполненное водой всего лишь на четверть.
Коля медленно опускает ведро на дно колодца. Теперь он вынужден начать всё сначала.
Мимо колодца проходят соседские девочки со своей мамой. Коля пыхтит, делает вид, что не замечает их. Девочки специально громко хихикают над ним.
Наконец нужный объём воды набран. Теперь надо одной рукой придерживать рукоятку ворота, а второй рукой поскорей схватить ведро за дужку, чтоб оно не полетело обратно в колодец. После этого можно совсем отпустить рукоятку и, уже ухватившись обеими руками за дужку, вытащить ведро наружу.
Сделать такой трюк, не упустив ведро, не так-то легко. Коля долго примеряется, смотрит то на ручку, то на ворот, то на ведро. В его голове звучит барабанная дробь. Он хватает дужку, та выскальзывает, он чуть не срывается, вцепившись в брёвна сруба, и ведро летит обратно на дно колодца.
Коля пытается выкрутить ручку ворота и понимает, что ведро теперь ему не поднять, оно полностью погрузилось в воду.
К колоду подходит СТАРИК с пустыми вёдрами и папиросой в зубах (тот который работает в паровозном депо)
СТАРИК
Ну, чего у тебя тут? Никак «мало
каши ел»? Давай помогу.
Старик спокойно, «одной левой» выкручивает железную рукоятку, улыбается, щурясь от дыма и наливает воду в ведро Коли.
КОЛЯ
Мне половинку, а то я не дотащу.
СТАРИК
Как скажешь, начальник.
Коля, поднимает своё ведро и счастливый спешит домой. Старик смотрит ему вслед.
Коля останавливается, вспомнив, что не поблагодарил старика.
КОЛЯ
Спасибо, дедушка!
СТАРИК
На здоровье! Привет родителям!
НАТ.УЛИЦА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Коля, с насквозь промокшими по бокам штанами, тащит ведро, перекладывая из руки в руку. Вода выплёскивается через край.
Внезапно перед ним возникает силуэт. Это Стёпка. Он опять жуёт огурец, его уши горят на солнце.
СТЁПКА
Я же сказал, что ты мне ещё
попадёшься.
Он даёт Коле подзатыльник. Коля останавливается.
СТЁПКА
Иди, иди, коротышка, тащи своё ведро,
а не то я туда плюну.
Снова даёт Коле подзатыльник. Тот убыстряет шаг, стараясь не выпустить из рук ведро.
А поставишь на землю - переверну.
Придётся тебе опять за водой идти.
Ха-ха-ха!..
Подзатыльник.
Ну и кто тут «бешеный огурец»?
Подзатыльник.
Кто тут «растрёпка»?
Подзатыльник.
Стёпка спокойно идёт за Колей и отвешивает подзатыльники один за другим, пока, в конце концов, они не добираются до заветной калитки.
СТЁПКА
Что, получил своё? Вот теперь
будешь знать, как смеяться над
старшими.
Отвешивает последний подзатыльник, самый обидный.
Коля закрывает калитку на крючок и сквозь слёзы принимается громко кричать.
КОЛЯ
Степка-растрепка, Бешеный Огурец!
Степка-растрепка, Бешеный Огурец!..
Стёпка в ответ показывает кулак.
СТЁПКА
Ничего, в следующий раз я тебе не
так «шею намылю».
(уходит)
Коля сидит на корточках рядом с ведром и плачет.
ГОЛОС(ЗК)
В общем, терпеть от этого Степки
мне приходилось не меньше, чем
от собаки, дежурившей у булочной.
Может быть, даже больше. Собака
просто хотела есть и не имела
намерения обидеть или напугать.
Но Степка колотил и унижал
меня. И за что? За то, что я
смеялся? Но попробуйте не смеяться,
когда вам смешно, и вы увидите,
что это так же трудно, как плакать,
когда не хочется плакать.
И вот в довершение всех бед я
остался еще на второй год. И
опять-таки, выходит, потому,
видите ли, что был “слишком уж мал”.
Что тут скажешь на это?.. Ха-ха,
как говорится! И ничего больше.
Голос звучит за кадром. Мы видим: соседских девочек, играющих в «парикмахерскую»; огромную собаку возле булочной; старика, несущего вёдра; слона, шагающего по ночному перрону.
ЗТМ.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ДЕНЬ
Учитель что-то рисует мелом на чёрной доске, объясняет. Ребята сосредоточенно рисуют тоже самое у себя в тетрадях. Коля сидит один за последней партой, смотрит в окно.
Он снова учится в приготовительном классе.
Звенит звонок на перемену. Учитель выходит из класса, дети встают из-за парт и начинают готовиться к следующему уроку.
За парту к Коле подсаживается худенький мальчик с остреньким носиком, бледным лицом и большими голубыми глазами. ВОЛОДЬКА МИТУЛИН.
ВОЛОДЯ
Смотри, какой карандаш. Правда,
красивый?
КОЛЯ
(неохотно)
Карандаш как карандаш, ничего
особенного.
ВОЛОДЯ
Вот попробуй, как хорошо рисует.
КОЛЯ берёт карандаш, проводит по бумаге.
Правда, хорошо?
КОЛЯ
Хорошо.
ВОЛОДЯ
Хочешь, тебе подарю?
КОЛЯ
Зачем? У тебя же тогда не
будет карандаша.
ВОЛОДЯ
Да мне ни капелечки не жалко.
Если я захочу, у меня завтра же
будет тысяча таких карандашей.
КОЛЯ
Ты ещё скажи миллион.
ВОЛОДЯ
Ну хорошо, пополам! Пополам!
Вытаскивает из кармана перочинный нож и разрезает карандаш на две части и кладёт на парту: одну часть перед Колей, другую перед собой.
Коля берёт свой ластик и тоже разрезает пополам. Отдаёт половинку ВОЛОДЕ.
Тот достаёт мел, разламывает и кладёт на парту.
Тогда Коля вынимает из портфеля открытку и разрывает пополам.
КРУПНО – на парте две половинки открытки (Картинка: «С Новым годом!» 1916. Солдаты с саблями и знамёнами бегут в атаку)
ВОЛОДЯ кладёт перед КОЛЕЙ медную солдатскую пуговицу. КОЛЯ таращится на неё, будто это не пуговица, а золотой слиток.
КОЛЯ, подумав, кладёт перед ВОЛОДЕЙ переводную картинку с лицом какой-то графини.
ВОЛОДЯ достаёт осколок красного стекла.
КОЛЯ смотрит в это стёклышко. Весь мир вокруг преображается: всё становится ярким, красочным, необычным, словно попадаешь в волшебное царство.
ВОЛОДЯ
Хочешь, тебе подарю?
Увидев по выражению лица, что КОЛЯ не можешь принять от него такую драгоценность, тут же спохватывается.
Ну, ладно, пополам! Пополам!
Он кладет стеклышко на пол — и трах каблуком. Вместо того чтоб расколоться надвое, стеклышко разлетается на мелкие части, которые и собрать нельзя.
Он смотрит на них с каким-то спокойным недоумением.
ВОЛОДЯ
Ну вот, ни мне, ни тебе!
Он смеётся и неспеша садится за парту. Коля смеётся тоже.
ИНТ.КВАРТИРА.ВЕЧЕР
За столом сидят, пьют чай: ОТЕЦ, МАТЬ и ДЯДЯ КОЛЯ, брат мамы и его жена АННА.
ОТЕЦ
Да пойми ты!.. Простому русскому
человеку, так же, как и простому
рабочему-немцу, не за что убивать
друг друга, что война нужна только
нашему царю Николашке и немецкому
кайзеру Вильгельму, которые задумали
отнять друг у друга какие-то земли.
ДЯДЯ КОЛЯ
Не скажите, Николай Петрович… А как
Турция? Думаете там одни дураки?
А Англичане?..
Раздаётся звонок в прихожей. Мать открывает дверь. Входят Коля и Володя, одетые по-зимнему, в руках держат портфели.
МАТЬ
Ты где это ходишь опять?
Смотри, уже стемнело.
КОЛЯ
Мы немного с горки покатались.
ВОЛОДЯ
Здравствуйте, Варвара Николаевна.
МАТЬ
Здравствуй, Володя, проходи.
Ребята раздеваются и разуваются.
МАТЬ
Володя, а ты же недавно в гимназию
поступил?
ВОЛОДЯ
Да, мы до этого жили с родителями
в Екатеринодаре, я там учился.
МАТЬ
А где тебе больше нравится: здесь
или в Екатеринодаре?
ВОЛОДЯ
В Екатеринодаре лучше, а здесь тоже
хорошо. И ещё мы жили в Одессе, там
тоже было хорошо.
МАТЬ
Значит у тебя хороший характер, раз
тебе везде хорошо.
ВОЛОДЯ
Нет, у меня плохой характер. Мама
говорит, что я слабохарактерный и
ничего не добьюсь в жизни.
МАТЬ
Почему же мама так говорит?
ВОЛОДЯ
Потому что я никогда вовремя
уроков не делаю.
МАТЬ
Значит, ты такой, как наш Коля.
Он тоже не любит делать вовремя
уроки. Вам надо взяться и вместе
переделать свой характер.
КОЛЯ
Мне Володька как раз поможет по
арифметике.
МАТЬ
Хорошо.
(Володе)
А твоя мама знает, то ты у нас?
ВОЛОДЯ
Да, я её ещё утром предупредил,
что к вам зайду.
МАТЬ
Мойте руки и садитесь кушать.
КОЛЯ
Мы не хотим.
ВОЛОДЯ
Да, мы у нас поели.
Подходит ДЯДЯ КОЛЯ с книгой и ТЁТЕЙ АНЕЙ.
ДЯДЯ КОЛЯ
Здравствуйте, ребята!
КОЛЯ
О! Дядя Коля!
ДЯДЯ КОЛЯ
А это моя жена АННА.
АННА делает лёгкий реверанс.
АННА
Бонжур, месью.
КОЛЯ и ВОЛОДЯ
Бонжур, модам.
Дядя Коля пожимает руки ребятам.
КОЛЯ
Это мой товарищ, Володя.
ДЯДЯ КОЛЯ
Очень приятно, молодой человек.
(Коле)
Держи подарок.
Подаёт Коле книгу «Гадкий утёнок».
Почитаете с приятелем после
уроков.
КОЛЯ
Спасибо.
Ребята уходят в комнату. Взрослые продолжают свой спор.
ОТЕЦ
Так вот, если мы сделаем революцию и
свергнем царя, а немцы свергнут
своего Вильгешку, то война прекратится
сама собой, солдаты разъедутся по
домам, и всем сразу станет…
Мать прерывает мужа.
МАТЬ
Можно чуть-чуть потише, мы мешаем
нашим гимназистам заниматься.
Да и вообще…
ОТЕЦ
(громким шёпотом)
Но кое-кто этого не хочет!
ДЯДЯ КОЛЯ
Это кто же?
ОТЕЦ
Вы этого не хотите!
ДЯДЯ КОЛЯ
Да мы то как раз обеими руками
«за»!
ОТЕЦ
Э, нет! Вы одной рукой «за», а другой -
«против». Говорите одно, а делаете
другое!
ДЯДЯ КОЛЯ
А вы и то говорите, и это, и пятое,
и десятое, а на деле что?
ОТЕЦ
(угрожая)
Что?
ДЯДЯ КОЛЯ
Да ничего.
ОТЕЦ
Вот то-то же. Вот она, вся ваша
сущность. А правда на нашей стороне.
ДЯДЯ КОЛЯ не знает, что возразить отцу на такой «весомый» аргумент. Они молчат, мать разливает чай. Спорщики закуривают. Отец снимает со стены мандолину, напевает.
ОТЕЦ
«Товарищ, я вахты не в силах стоять -
Сказал кочегар кочегару,
Огни в моих топках совсем не горят,
В котлах не сдержать мне уж пару…»
Дядя Коля с добродушным упрямством мотает головой.
ДЯДЯ КОЛЯ
Не-ет, я все-таки меньшевик!
ОТЕЦ
(перестав петь)
А я большевик!
ДЯДЯ КОЛЯ
А я меньшевик!
ОТЕЦ
А я большевик!!!
Отец вскакивает со стула и спор разгорается с новой силой.
ИНТ/НАТ.ГИМНАЗИЯ.ДЕНЬ
Идёт урок. Коля сидит за одной партой с Володей. За окном падает снег. Учитель диктует, ребята старательно выводят буквы в тетрадках.
УЧИТЕЛЬ
«Тонкое облачко задернуло лик
солнышка. Ветерок шевельнул
нежные листочки молодой липы…»
(делает замечания)
Держим спинки ровно. Никто не
горбится.
«Сыплется величественный гром
украинского соловья…»
Ровнее наклон! Митулин! Тебе
хоть «кол на голове теши»!
Выпрямись! Согнулся как креветка…
Дети прыскают смехом.
Ну-ка тихо, угомонитесь!
(продолжает)
«Идёт зима в белом сарафане из
серебряной парчи. Мой двоюродный
брат Тарас застрелил в соседнем
саду большого тетерева…»
В класс входит директор. Все встают. Директор что-то шепчет учителю на ухо.
УЧИТЕЛЬ
Мальчики, внимание! Сядьте!
Воцаряется тишина.
ДИРЕКТОР
(торжественно)
У нас в стране произошла революция.
Великий государь Николай Второй
отрёкся от престола.
Ученики тут же выскакивают из-за парт.
УЧЕНИКИ
(громко)
Ура! Революция!
Несмотря на присутствие директора, широко распахнув дверь, бегут вон из класса.
УЧЕНИКИ
Революция! Воля! Свобода!
Коридор быстро заполняется учениками, выбегающими из других классов.
В коридоре КОЛЯ лоб в лоб налетает на орущего старшего брата. Оба падают, встают продолжая ликовать.
КОЛЯ
Пашка, свобода!
ПАША
Равенство!
На подоконник запрыгивает Володя.
ВОЛОДЯ
Братство!!!
Он швыряет портфель под потолок. Тетрадки, учебники, карандаши разлетаются праздничным фейерверком.
С диким визгом, криком и гиканьем все бросаются вниз по лестнице, словно лавина с гор.
НАТ.ПЕРЕД ГИМНАЗИЕЙ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Выбежав на улицу, ученики принимаются рвать в клочья свои тетради, дневники и даже учебники. Весь переулок, на котором стоит гимназия, густо усеян изорванными листочками из книг и тетрадей.
Переулок пустеет. Сильный ветер выметает все бумажки прямо на площадь. Они кружатся в воздухе, словно птичья стая, вокруг памятника Богдану Хмельницкому.
ЗТМ.
НАТ.ПЛОЩАДЬ-ВЕЧЕР
Та же площадь с памятником Богдану Хмельницкому. Железный гетман, сидя на железном коне, властно указывает на вихрившиеся вокруг обрывки бумаги своей гетманской булавой.
Под памятником сидят два дворника с мётлами, смотрят на всё это и рассуждают.
БОРОДАТЫЙ
Чего там рассусоливать долго?
Отобрать у богачей все богатства
и поделить между остальными.
ЛЫСЫЙ
А как делить? Поровну, что ли?
БОРОДАТЫЙ
Знамо дело, поровну. Как же еще?
ЛЫСЫЙ
Ишь ты! “Знамо дело”! Вот поделим
поровну. Тебе, скажем, тыщу рублей
и мне тыщу.
Он поднимает с земли два листа бумаги, один отдаёт БОРОДАТОМУ, другой себе.
Ты свою тыщу проедать начнешь,
а я в дело пущу: фабричку
заведу, рабочих найму, продукцию
выпускать начну да тебе и таким,
как ты, продавать буду. Ты свою
тыщу через год проешь да ко мне
в работники наниматься придешь.
Рвёт листок бородатого и пускает по ветру.
Вот так и будет: сначала поровну,
а пройдет время — новый класс богачей
народится. Тогда что? Новую революцию
делать?
БОРОДАТЫЙ
Ну, тады что? Тады новую…
ЛЫСЫЙ
Эх, ты! “Тады, тады”!
Он корчит презрительную гримасу и, раскрыв рот, показывает бородачу язык.
Вот тебе и “тады”!
Дворники встают и уходят с площади.
ЗТМ.
ИНТ.КИНОТЕАТР
На сцене перед экраном горит яркий свет, иллюзионист распиливает под аккомпанемент тапёра женщину в ящике. В зале среди зрителей – КОЛЯ и ПАША. Они смотрят, разинув рты, смеются, аплодируют.
ГОЛОС (ЗК)
Никакой концерт тогда не обходился
без так называемых куплетистов,
рассказчиков, танцоров, а также
фокусников, иллюзионистов, отгадчиков
мыслей на расстоянии, эксцентриков,
которые до упаду смешили публику,
разыгрывая самые уморительные сценки.
Дуэт чечёточников исполняет комический танец.
Как только произошла Февральская
революция, все запреты царского
правительства отпали как бы сами
собой, и на сцене снова появился
квартет “сибирских бродяг”. В это
время я и услышал песни тюрьмы и
воли, но уже не дома, а на концерте.
Зал «взрывается» аплодисментами. На сцену выходит квартет «Сибирских бродяг». Они наряжены в какую-то несусветную рвань, у всех всклокоченные, словно давно не чесанные волосы, лица заросли дремучими бородами, за плечами — котомки, в руках — длинные суковатые палки или посохи. Лишь у одного вместо палки - баян.
КОЛЯ
А где отец?
ПАША
Ты чего, Кока, родного отца не
узнаёшь? Вон, гляди, того деда с
нашим баяном видишь?
КОЛЯ
Вижу.
ПАША
Вот это и есть наш отец.
Коля удивлённо смотрит на брата.
КОЛЯ
Как же он так быстро оброс?
ПАЩА
Это они всё себе клеем приклеили.
Чтоб смешнее было.
В зале гаснет свет, на экране вспыхивают первые кадры фильма “По диким степям Забайкалья”. Квартет запевает.
«По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах…»
В это время на экране идёт кино.
У какого-то бедняка крестьянина за неуплату долга помещику городовые отбирают единственную корову. Отчаявшийся крестьянин оказывает сопротивление полиции. За это его отдают под суд и ссылают в Сибирь на каторгу. Дома остаются жена, малые ребятишки, старенькие родители. Истосковавшись по родным, по дому, бедняга совершает побег.
«Бежал из тюрьмы темной ночью,
В тюрьме он за правду страдал —
Идти дальше нет больше мочи,
Пред ним расстилался Байкал…»
Коля смотрит по сторонам - весь зал буквально пестрит беленькими носовыми платочками, которыми зрители утирают слезы.
На экране бедняга пробирается с неимоверными трудностями через всю Сибирь.
«Бродяга к Байкалу подходит,
Рыбацкую лодку берет,
Унылую песню заводит:
Про родину что-то поет…»
Бродяга действительно садится в лодку и, открывая рот, что-то поет. КОЛЯ не выдерживает, и слезы текут из его глаз.
И когда бродяга уже почти добирается до родного дома, его снова хватает полиция и водворяет обратно на каторгу, так и не дав повидаться с родными.
Кино заканчивается, зрители хлопают артистам, свистят.
КРИКИ ИЗ ЗАЛА
Долой войну! Долой буржуев! Долой
Временное правительство! Долой
министров-капиталистов!
КАДРЫ ХРОНИКИ РЕВОЛЮЦИИ 1917 ГОДА.
КАДРЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ.
(ЗК) Квартет «Сибирских бродяг исполняет» "Кочегар".
«Раскинулось море широко,
И волны бушуют вдали.
Товарищ, мы едем далеко,
Подальше от нашей земли…»
НАТ.НА ВХОДЕ В ГИМНАЗИЮ-ДЕНЬ
Над входом учитель с директором вешают лозунг "Бей буржуев!"
Отец несёт вёдра с водой. Подходит к гимназии. Чтобы встретить Колю после занятий.
Отец с сыном идут по улице.
ОТЕЦ
Завтра поедем с тобой выступать
в госпиталь перед красноармейцами.
КОЛЯ
Это чего же, вы там станете
петь, играть и плясать прямо
в больничной палате, а раненые
будут стонать на своих койках?
Вы будете их развлекать, а им -
колоть уколы?
ОТЕЦ
Да нет же!.. Там у них зал, сцена…
Будет большой концерт… Завтра сам
всё увидишь.
Мимо них по дороге пробегает кошка, а за ней - стая голодных собак.
ИНТ.ЗАЛ В ГОСПИТАЛЕ
КОЛЯ слоняется по скупо освещенной сцене, разглядывая кулисы и несложную декорацию, вернее сказать — задник, изображавший стену комнаты со стоящими на подоконниках олеандрами, фикусами и геранью в горшках. Сбоку приколочена к полу довольно шаткая рама с навешенной на нее легкой фанерной дверью, открывая которую актеры могут входить, появляясь на сцене.
Певцы распеваются. Несколько актеров и актрис намечают, кто и откуда будет выходить на сцену, наскоро проговаривали текст своих ролей. Из услышанных слов понятно, что играть будут гоголевскую “Женитьбу”.
Занавес закрыт. КОЛЯ сквозь щёлку подсматривает в зал. Там понемногу, не спеша начинают собираться зрители. Некоторые в старорежимных солдатских гимнастерках или матросских бушлатах, другие — в простых рубахах-косоворотках, куртках или френчах с застегивающимися на пуговицы огромными накладными карманами.
Женщин нет. Кто-то с рукой на перевязи, кто-то с палочкой или даже с костылем, в основном это уже почти совсем оправившиеся от своих ран бойцы. Зал забит до отказа.
Начинается представление. На сцену выходит певец в черном старомодном фраке и с такими же черными, прилизанными до блеска волосами, словно он только что выскочил из парикмахерской.
КОЛЯ стоит за кулисами.
Певец исполняет “Куда, куда вы удалились”.
Он так долго и нудно завывает, что КОЛЯ устаёт стоять и приседает на корточки.
Зрители хлопают, певец переходит ко второму романсу “Не счесть алмазов в каменных пещерах”.
После певца выступает певица, огромного роста, исполняет «Во саду ли, в огороде».
ПЕВИЦА
«Во саду ли, в огороде
Девица гуляла -
Невеличка, круглоличка,
Румяное личико…»
КОЛЯ встаёт на колени.
«За ней ходит,
за ней бродит
Удалой молодчик.
За ней ходит, за ней носит
Дороги подарки…»
ВИДЕНИЕ КОЛИ
Певица достаёт платочек, начинает пританцовывать, подвизгивать, пристукивать каблуками. Доски трясутся под её мощными ногами.
ПЕВИЦА
«Я пойду ли, молоденька,
Во торг торговати.
Что во торг ли торговати,
На рынок гуляти…»
Вдруг сцена под ней проламывается и она исчезает под обломками.
Коля хохочет.
КОНЕЦ ВИДЕНИЯ
ИНТ.ЗАЛ В ГОСПИТАЛЕ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
После певицы опять выходит певец с прилизанными волосами. На этот раз у него в руках скрипка. Во время проигрыша он играет на ней.
ПЕВЕЦ
«Я помню чудное мгновенье:
Передо мной явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты…»
Коля замечает за кулисой с противоположной стороны сцены «Мимолетное виденье» в образе женщины, довольно еще молодой и красивой. ОНА тоже поглядывает на Колю с едва заметной улыбкой на губах.
Коля окончательно устал, и стоять, и сидеть, но следит за женщиной.
Она вдруг исчезает, а через минуту появляется рядом с Колей.
ОНА
(шепчет)
Хорошо поет, правда?
Коля хочет сказать: "Плохо", глядит в её карие глаза с длинными чёрными ресницами и кивает головой.
КОЛЯ
Ага!
ОНА
Тебе нравится?
КОЛЯ
Ага!
ОНА
Ну, слушай, слушай!
Слегка прикоснувшись ладошкой к волосам на макушке мальчика, ОНА уходит так же бесшумно, как появилась.
Квартет "Сибирских бродяг" исполняет "Маруся отравилась".
Коле совсем не интересно их выступление, он ищет глазами ЕЁ, свое "Мимолетное Виденье".
Актёры играют отрывок из пьесы Гоголя "Женитьба".
ОНА предупреждает артистов, когда кому выходить на сцену, говорит, когда поднять или опустить занавес, и всё время находится за противоположной кулисой.
На сцене Подколесин, в гороховых штанах, в бакенбардах валяется на диване. Он тянет слова жалобным, недовольным, хныкающим голосом, так, словно его обидел кто.
Подколесин.
Не приходила сваха?
Степан.
Никак нет.
Актёр, играющий Степана в огромном кучерявом парике.
Подколесин.
А у портного был?
Степан.
Был.
Подколесин.
Что ж он, шьет фрак?
Степан.
Шьет.
Подколесин.
И много уже нашил?
Степан.
Да, уж довольно. Начал уж
петли метать.
Подколесин.
Что ты говоришь?
Степан.
Говорю: начал уж петли метать.
Подколесин.
А не спрашивал он, на что, мол,
нужен барину фрак?
Степан.
Нет, не спрашивал.
Подколесин.
Не говорил ничего о том, что не
хочет ли, дискать, жениться?
Степан.
Нет, об этом не заговаривал.
Подколесин.
Хорошо. Теперь ступай.
Степан уходит.
Коля перестаёт следить за "Момолетным видением", его теперь больше занимают актеры на сцене.
Подколесин.
Эй, Степан!
Входит Степан с надетым на руку сапогом, а в другой руке у него сапожная щетка, которой он старательно начищает сапог.
Подколесин.
А ваксу купил?
Степан.
Купил.
Он чешет нос и пачкает его ваксой.
Коля хохочет.
Подколесин.
Где купил? В той лавочке, про
которую я тебе говорил, что на
Вознесенском проспекте?
Степан.
Да-с, в той самой.
Подколесин.
Что ж, хороша вакса?
Степан.
Хороша.
Подколесин.
Ты пробовал чистить ею сапоги?
Степан.
Пробовал.
Подколесин.
Что ж, блестит?
Степан.
Блестеть-то она блестит хорошо.
Он пачкается ваксой всё сильнее и сильнее.
Подколесин.
А когда он отпускал тебе ваксу,
не спрашивал, для чего, мол,
барину нужна такая вакса?
Степан.
Нет.
Подколесин.
Может быть, не говорил ли: не
затевает ли, дискать, барин жениться?
Степан.
Нет, ничего не говорил.
Подколесин.
Ну, хорошо, ступай себе...
Каждый раз, когда Коля видит Степана, он начинает хохотать, а вслед за ним смеются уже все остальные.
"Мимолетное Виденье" делает ему из-за противоположной кулисы какие-то знаки, отрицательно качая головой и прикладывая палец к губам.
Коля пытается сдерживаться, но смеётся всё громче и громче.
На сцену выходит сваха.
Говорит нараспев старушечьим голосом, шепелявя и не выговаривая половину букв.
Подколесин.
А, здравствуй, здравствуй, Фекла
Ивановна. Ну что? как? Возьми стул,
садись, да и рассказывай. Ну, так
как же, как? Как бишь ее: Меланья?..
Фекла.
Агафья Тихоновна.
Подколесин.
Да, да, Агафья Тихоновна. И верно,
какая-нибудь сорокалетняя дева?
Фекла.
Уж вот нет так нет. То есть как
женитесь, так каждый день станете
похваливать да благодарить.
Подколесин.
Да ты врешь, Фекла Ивановна.
Фекла.
Устарела я, отец мой, чтобы врать;
пёс врёт.
Подколесин.
А приданое-то, приданое? Расскажи-ка
вновь.
Фекла.
А приданое: каменный дом в Московской
части, о двух елтажах, уж такой
прибыточный, что истинно удовольствие.
Один лабазник платит семьсот за лавочку.
Пивной погреб тоже большое общество
привлекает. Два деревянных хлигеря:
один хлигерь совсем деревянный, другой
на каменном фундаменте; каждый рублев
по четыреста приносит доходу. Огород
есть еще на Выборгской стороне: третьего
года купец нанимал под капусту; и
такой купец трезвый, совсем не
берет хмельного в рот, и трех
сыновей имеет: двух уж поженил,
«а третий, говорит, еще молодой,
пусть посидит в лавке, чтобы торговлю
было полегче отправлять. Я уж, говорит,
стар, так пусть сын посидит в лавке,
чтобы торговля шла полегче».
Подколесин.
Да собой-то, какова собой?
Фекла.
Как рефинат!
Актриса смешно коверкает слова, путается, начинает заново.
Белая, румяная, как кровь с
молоком, сладость такая, что
и рассказать нельзя. Уж будете
вот по этих пор довольны
(показывая на горло);
то есть и приятелю и неприятелю
скажете: «Ай да Фекла Ивановна,
спасибо!»
Подколесин.
Да ведь она, однако ж, не штаб
-офицерка?
Фекла.
Купца третьей гильдии дочь. Да
уж такая, что и генералу обиды
не нанесет. О купце и слышать не
хочет. «Мне, говорит, какой бы ни
был муж, хоть и собой-то невзрачен,
да был бы дворянин». Да, такой
великатес! А к воскресному-то как
наденет шелковое платье — так вот
то Христос, так и шумит. Княгиня
просто!
Подколесин.
Да ведь я-то потому тебя спрашивал,
что я надворный советник, так мне,
понимаешь…
Фекла.
Да уж обноковенно, как не понимать.
Был у нас и надворный советник, да
отказали: не пондравился. Такой уж
у него нрав-то странный был: что ни
скажет слово, то и соврет, а такой
на взгляд видный. Что ж делать, так
уж ему бог дал. Он-то и сам не рад,
да уж не может, чтобы не прилгнуть.
Такая уж на то воля божия.
Коля больше не может сдерживаться, он ржёт как молодой конь, выпущенный на свободу. Вслед за ним - и весь зрительный зал.
"Мимолетное Виденье" опять является перед Колей. В ЕЁ руках стул.
ОНА
Ну миленький! Ну так нельзя!
На сцене никто не должен смеяться.
ИНТ. ЗРИТЕЛЬНЫЙ ЗАЛ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
ОНА за руку ведёт Колю посреди прохода. Ставит стул и усаживает на него.
ОНА
Сиди вот и смейся сколько угодно.
Тут можно.
ОНА крепко целует Колю в щеку и быстро уходит. Он сидит, глубоко вдыхая оставшийся запах ее духов.
На сцене - дом невесты, Агафьи Тихоновны.
Концертмейстер исполняет на фортепиано что-то эксцентричное.
Актёр, играющий Яичницу, такой толстый, что застревает в дверях.
Стены комнаты ходят ходуном, а он никак не может пролезть сквозь дверь. Наконец девка Дуняшка пихает его сзади ногой с такой силой, что он, как пробка, вылетает на середину сцены.
От смеха Коля падает со стула. Многие бойцы поднимаются со своих мест, чтоб взглянуть, кто это смеется так.
Действо заканчивается. Аплодисменты.
Все бросаются к Коле, хватают на руки.
СОЛДАТ
Качать парнишку!
КОЛЯ летит верх, подброшенный десятком рук.
КОМАНДИР
Отставить качать парнишку!
Отпустите его! Вы что, живого
ребёнка не видели?
СОЛДАТ
(с Колей на руках)
Да где же его увидишь, товарищ
командир? У меня дома Васятка
совсем несмышленыш был, когда
меня на царскую службу взяли.
Потом три года империалистической,
потом год на гражданской.
Васятка теперь небось аккурат
такой, как этот мальчонка будет.
БОЕЦ
(громко)
Братишки! Братишки, покончим с
белой гидрой! Добьемся счастливой
жизни! Помрем, так пусть хоть наши
детишки счастье увидят.
КОМАНДИР
Ша! Тише! Никому помирать не надо.
Отпустите сейчас же мальчонку!
Напугали ведь!
Бойцы тянутся к Коле со всех сторон и целуют кто в щеку, кто в лоб, кто просто в плечо. Передавая из рук в руки, они наконец ставят его на сцену.
"Мимолетное Виденье" хватает его за руку и уводит за кулисы.
ИНТ.ЗА КУЛИСАМИ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
На сцене разбирают декорацию, актеры переодеваются.
Певец скандалит с певицей, размахивая смычком.
ОНА
Ты, видно, любишь смотреть
спектакли?
КОЛЯ
Люблю.
ОНА
Так ты приходи к нам в театр.
У нас по воскресеньям бывают
утренники. Знаешь, где театр
Соловцева?
КОЛЯ
Знаю.
ОНА
Вот и приходи перед спектаклем,
когда захочешь. Скажешь, что ты
ко мне, и тебя пропустят. Меня
зовут...
Между ними два человека проносят дверь от декорации, Коля ничего не слышит.
ОНА
Не забудешь?
КОЛЯ
Нет.
Снова проносят декорацию - длинную стену. Когда стена уходит, ЕЁ уже нет.
Коля удивлённо глядит по сторонам, потом, опомнившись, бежит искать своего отца.
НАТ.ПЕРЕД НОВЫМ ДОМОМ-УТРО
Вдоль по улице едет трамвай. Перед входом в пятиэтажный каменный дом с балконами, поддерживаемыми кариатидами, с затейливыми лепными украшениями на стенах, стоит мебель. На мебели и вокруг неё - куча домашней утвари.
ГОЛОС(ЗК)
Всему на свете бывает конец.
Поэтому пришел конец и нашей
улице с её кособокими, щербатыми
тротуарами, бездонным колодцем,
страшной собакой и Степкой-растрепкой,
Бешеным Огурцом. То есть улица
со всеми её атрибутами осталась на
месте, но мы-то оттуда уехали.
Сбылась наконец моя мечта поселиться
в большом пятиэтажном каменном доме
с балконами, с затейливыми лепными
украшениями на стенах, красивыми
каменными статуями у подъезда или
над подъездом.
Наши герои всей семьёй носят вещи на последний этаж. В окне на первом этаже мальчик играет на скрипке гаммы.
ИНТ.НОВАЯ КВАРТИРА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Две маленьких комнаты и зал с камином. Мать протирает окна и подоконники. Братья ставят пластинки на патефон, чтобы было веселее работать. Отец, со своими друзьями из квартета носит мебель.
КОЛЯ с самодельным луком носится за ПАШЕЙ по комнатам, играя в индейцев. ПАША «отстреливается» из воображаемого пистолета.
ОТЕЦ
Ну что, мои краснокожие братья,
теперь будет где поохотится!
ПАША
Это точно.
ОТЕЦ и дети входят в зал с камином.
ОТЕЦ
До нас здесь жил какой-то
белогвардейский генерал с семьёй.
ПАША
А где сейчас они?
ОТЕЦ
Бог его знает, наверное, сбежали
за границу.
КОЛЯ
Пап, давай в эту комнату пока
ничего ставить не будем, мы здесь
с Пашкой вигвам сделаем.
МАТЬ
(из другой комнаты)
Ещё вигвама нам не хватало!
ОТЕЦ
Вы тут пока осваивайтесь, а я
пойду вещи потаскаю.
МАТЬ
Аккуратнее с посудой, а то уже
одну вазу разбили.
Коля садится у камина, представляя, себя английским лордом с подагрой в обеих ногах или какой-нибудь другой фамильной болезнью. Он смотрит своим тусклым, старческим взором на пылающее в камине пламя (воображаемое, конечно), и в этом пламени передо ним проходят "картины далекого, невозвратимого прошлого"
ВИДЕНИЯ КОЛИ
В камине горит жаркое пламя.
Звучит мелодия из оперы Глюка "Орфей и Эвридика"
Коля, в смокинге и цилиндре сидит в кресле, на коленях раскрыта книга "Последний из могикан". В ногах его лежит большой белый дог. Коля пАрит в тазике ноги.
Рядом с ним - Паша, одетый в перья, как вождь краснокожих, курит трубку мира, гладит кошку Мурку. К нему подходит его "жена" (бывшая соседка, девочка с черными волосами). Она тоже наряжена в разноцветные индейские перья. Садится рядом.
К Коле подходит его "супруга" (бывшая соседка, девочка с белыми волосами), из чайника подливает в тазик кипяток. Коля обжигается и выпрыгивает из тазика.
КОНЕЦ ВИДЕНИЯ КОЛИ
Паша стоит перед Колей.
ПАША
Ты чего, Колюня, заснул что ли?
Зову, зову тебя, а ты не слышишь.
(шепотом)
Иди сюда.
КРУПНО - руки Паши открывают одну изразцовую плитку сбоку камина, возле самого пола. Под ней - тайник. Из этого тайника он извлекает два старинных пистолета с длинными иссиня-черными стальными дулами и красивыми узорчатыми рукоятками, отделанными черненым серебром. Один пистолет капсюльный, с помощью которого можно стрелять пистонами или капсюлями, другой — с кремневым запалом.
ПАША
Видал чего!
КОЛЯ
Это, наверное, тайник того генерала,
который здесь жил раньше.
Паша засовывает старинный пистолет за пояс.
ПАША
Ну как, я похож на бледнолицего?
КОЛЯ
Ты больше на запорожского казака,
Павлушка, похож. Идём отцу покажем!
ПАША
Ты что, дурак? Хочешь, чтобы он у
нас всё отобрал? Лучше положим на
место и будем доставать, когда никого
дома не будет.
Они ещё немного держат свою находку в руках и услышав, что кто-то идёт, быстро прячут обратно в тайник.
НАТ.ВОЗЛЕ БУЛОЧНОЙ-ДЕНЬ
Длинная очередь за хлебом. В основном - женщины, некоторые с маленькими детьми. Вид у всех усталый, озабоченный. Дети капризничают. Мать слушает причитания СТАРУШКИ в круглых очочках.
СТАРУШКА
Эти паразиты плодятся повсюду
в огромных количествах! Такие
маленькие, желтенькие… И глазом
то не всегда разглядишь. Я и так
слепая стала, ни черта не вижу,
а тут ещё эта напасть!
ЖЕНЩИНА С РЕБЁНКОМ
Всё кипятить надо. Всё! Они только
кипятка боятся.
СТАРИК
(куря папиросу)
Я керосином натираюсь. Мне помогает.
ЖЕНЩИНА С РЕБЁНКОМ
Ребёнка тоже что ли керосином
натирать прикажете? Нет, только
кипятить! Бельё, сорочки – всё, что
можно.
СТАРУШКА
Для этого дрова нужны, а их нет.
Мебелью же не будешь печку топить.
СТАРИК
Жить захочешь - будешь. Это тебе не
ангина. С тифом шутки плохи.
НАТ.БОТАНИЧЕСКИЙ САД-ДЕНЬ
КОЛЯ и ПАША отламывает ветки от кустов орешника и складывают в две кучи. После гимназии они зашли за ними в Ботанический сад.
КОЛЯ
Потом, когда сплетём все эти
прутья - получится хороший каркас.
ПАША
Каркас индейцы обшивают бизоньими
шкурами, а мы чем будем?
КОЛЯ
Шкуры сделаем из старых газет.
Покрасим их в коричневый цвет,
гуашью.
НАТ.ПЕРЕД НОВЫМ ДОМОМ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
КОЛЯ и ПАША несут по охапке ореховых прутьев. В окне на первом этаже их дома мальчик играет на скрипке что-то заунывное без всякого намека на какой-нибудь музыкальный мотив.
ПАША
Эй, Алёшка, кончай пилить, уши
вянут!
КОЛЯ
Кончай пилить, уши вянут!
Алёшка начинает играть ещё громче. Братья входят в подъезд.
НАТ. ВОЗЛЕ БУЛОЧНОЙ.ДЕНЬ(ПРОДОЛЖЕНИЕ)
Очередь за хлебом.
Из дверей магазина выходит продавец.
ПРОДАВЕЦ
Граждане! На сегодня хлеб закончился!
Не стойте! Нет больше хлеба.
Он уходит внутрь помещения. Очередь, возмущается и, ещё немного подождав, начинает нехотя разбредаться.
Когда из очереди никого не остаётся к магазину возвращается СТАРИК. Он видит, как из дверей быстрым шагом выходит некто с двумя буханками за пазухой и скрывается за углом.
СТАРИК поднимает с земли кусок красного кирпича и швыряет в витрину.
СТАРИК
(кричит)
Сволочь! Морда жидовская!
Он убегает, прихрамывая. Продавец выскакивает из магазина и громко свистит в свисток. Никто не приходит ему на помощь. Только ВАСЯ, городской дурачок радостно машет ему рукой с противоположной стороны улицы.
ВАСЯ-ДУРАЧОК
А Петлюра наступает! А Петлюра
наступает!..
Круглый год, и летом, и зимой, даже в самый лютый мороз, этот ВАСЯ ходит без шапки и босиком, опираясь на две палки.
ИНТ.КВАРТИРА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
КОЛЯ с братом входят в квартиру. Заносят прутья в зал с камином.
В углу стоит недоделанный вигвам. На полу лежит лук и стрелы.
Поняв, что дома никого, они открывают генеральский тайник. Достают пистолеты.
Начинают разыгрывать сцену из «Тараса Бульбы».
КОЛЯ
(с пистолетом)
А поворотись-ка, сын! Экой ты
смешной какой! Эдак все у вас
ходят в гимназии?
ПАША
(с пафосом)
Не смейся, батька, а то поколочу!
КОЛЯ
Как же хочешь ты со мною биться?
разве на кулаках?
ПАША
(засучив рукава)
Ну, давай на кулаках.
Они начинают по театральному драться, со стонами, «ахами» и «охами». КОЛЯ на секунду выходит из роли.
КОЛЯ
Всё, Паш, теперь ты - Андрей.
ПАША залезает на стул как на коня.
КОЛЯ
Что, сынку, помогли тебе твои
ляхи?
ПАША заливается смехом.
КОЛЯ
Павлушка, не смейся!
(продолжает играть)
Так продать? продать веру? Продать
своих? Слезай с лошади!
ПАША «слезает он с коня». КОЛЯ ставит стул «на дыбы» и ржёт за него, потом возвращается к своей роли Тараса Бульбы.
КОЛЯ
(страшным голосим)
Стой и не шевелись! Я тебя породил,
я тебя и убью!
КОЛЯ наводит на брата пистолет и хорошенько прицелившись, нажимает курок. Раздаётся грохот. ПАША-Андрий падает на пол.
Открывается дверь в зал. Входит бледная мать, видит пистолет в руках одного брата.
КРУПНО - из дула пистолета тянется синеватый дымок.
Другой сын лежит, распластавшись на полу. Мать падает как подкошенная.
КАДРЫ ХРОНИКИ.
Эпидемия сыпного тифа. Больные в госпиталях. Горы трупов на улицах.
Кадры хроники перемежаются надписями на плакатах:
«Вошь и смерть друзья-приятели.
Уничтожайте вшей, разносящих заразу!»
«Хлеба! Хлеба! Хлеба!»
Газетные заголовки:
«Красная Армия заняла Вильнюс»
«Товарищи! Боритесь с заразой!
Уничтожайте вошь!»
«Все излишки – государству!
Не одного фунта частнику!»
«Вопиющая грязь и запущенность
в театрах, кинематографах и цирках»
«Предательское убийство Розы
Люксембург и Карла Либкнехта»
«Вошь и социализм не совестимы!»
Постепенно КАДРЫ С ХРОНИКОЙ переходят в ВИДЕНИЕ горячечного бреда.
ВИДЕНИЕ.
МАМА лежит с обезумевшими глазами.
МАМА
Уходи, дьявол! Убирайся! Нет!
Нет, не хочу!..
На неё наползает огромная чёрная вошь. Она кричит, запрыгивает на подоконник, бьётся головой в стекло. Отец оттаскивает её от окна.
Повсюду белые простыни, покрывала. У камина стоит большой самовар. ТЁТЯ АНЯ, жена ДЯДИ КОЛИ кипятит бельё, мешает палкой, будто это каша.
ОТЕЦ обливается пОтом, пьёт воду из чашки, которую подаёт ему ДЯДЯ КОЛЯ.
ОТЕЦ
А я всё-таки большевик. Большевики,
они за народ, за самых бедных,
за неимущих, у кого совсем ничего
нет… за бедняков, и не просто за
бедняков, а за самых бедных, за
неимущих, у кого совсем ничего нет,
за пролетариев.
Он отталкивает чашку с водой.
Ну хочу быть буржуем! Я большевик!
Больше всегда лучше, чем меньше; лучше
иметь чего-нибудь больше, нежели
меньше, лучше быть большим, а не
маленьким…
ОТЕЦ плачет. ВАСЯ-ДУРАЧОК стучит палкой в окно.
ВАСЯ-ДУРАЧОК
А холера наступает! А холера
наступает!..
ПАША наводит пистолет на чью-то чёрную тень. Тень прыгает по покрывалам. ПАША стреляет в неё.
ПАША
Я тебя породил, я тебя и убью!
Ты остался на второй год! Потому
что ты глупый. Ты глупый гадкий
утенок, вот ты кто!
Смерть вшам, разносчикам тифа!
Тени «сибирских бродяг» сбрасывают двуглавого орла. Какие-то старухи смеются и стригут мать огромными ножницами.
МАТЬ
Ну-ка, подойди сюда. Подойди!
КОЛЯ
Зачем?
МАТЬ
Ну подойди, не бойся! Фу! Как
тебе не стыдно! Боится родной
матери!
Вместо матери в постели лежит огромная серая жаба. Она открывает красный рот, громко хрипит.
ЖАБА
Небось хочешь, чтобы мать
умерла? Хочешь? Тогда пусть
Стёпка-растрёпка плюнет в ведро!
КОЛЯ целится в жабу из самодельного лука. Он со всей силы натягивает тетиву. От вида этой страшной жабы его тошнит.
ЖАБА
Стреляй, смелее! Но тебе уже
никогда не узнать нашей тайны.
Он плачет и не может выпустить стрелу.
Идёт снег, сменяется дождём…
Коля в костюме индейца лежит в каноэ и медленно плывёт по дымящейся реке.
КОЛЯ
(еле слышно)
Если бы вы знали, как я хочу
есть.
ЗТМ
КОНЕЦ ВИДЕНИЯ
КОЛЯ открывает глаза. Перед ним лицо отца.
ОТЕЦ
Ну, слава Богу, Колюня, родной…
Наконец-то есть захотел. Варя!
МАТЬ подбегает с блюдцем.
МАТЬ
На скорее, сыночек, покушай.
Они его кормят пшённой кашей.
ОТЕЦ
Мы уже все поправились, а ты
всё лежишь и лежишь…
КОЛЯ смотрит на родителей, улыбается.
МАТЬ
Видишь, какие мы теперь смешные.
Пришлось подстричься налысо, чтобы
побыстрее выздороветь.
КОЛЯ смотрит в окно. Жёлтые листья падают с деревьев.
КОЛЯ
Как я долго болел…
ОТЕЦ
Если бы не тетушка АНЯ…
Она проводила у нас целые дни,
готовила еду, за всеми ухаживала…
Ну теперь всё хорошо будет.
Коля пытается приподняться над подушкой.
Ты лежи, лежи, не вставай.
ИНТ.ДЕТСКАЯ-ВЕЧЕР
Фонарь светит в окно. ПАША спит в своей кровати.
КОЛЯ пытается встать с постели. Ноги подгибаются под ним, и он садится прямо на пол. Он хочет встать на колени, держась за кровать руками, а когда выпрямляется, то ноги опять подгибаются, и он плюхается на пол. КОЛЯ смеётся.
Мать приходит из другой комнаты и видит его возле кровати.
МАТЬ
Почему ты смеешься?
КОЛЯ
Я не могу ходить.
Она молча берёт сына на руки и кладёт обратно в постель.
МАТЬ
Это ничего. После болезни всегда
так бывает. Я тоже не могла ходить,
когда начала выздоравливать. Тебе
надо еще полежать. Ты понемногу
наберешься сил и научишься снова
ходить.
КОЛЯ
Почему ты плачешь?
МАТЬ
Это от радости, так бывает… Все
мы остались живы, а теперь я вижу,
что и ты выздоровел. Я так счастлива!
КОЛЯ
А я думал, что плакать можно только
от горя.
ИНТ.КВАРТИРА-ВЕЧЕР
ОТЕЦ с ПАШЕЙ заносят маленькую железную печечку на четырех ножках и несколько железных труб. Отряхивают её от снега.
Они устанавливают «буржуйку» в зале.
КРУПНО – в печке горит огонь, рядом лежит несколько поленьев дров, фанерный ящик и доска от забора.
ПАША греет руки.
Дверь в зал открывается, входит КОЛЯ, опираясь на бамбуковую палочку. Он подходит к вигваму, рассматривает свое индейское снаряжение: лук, и стрелы, всё это он будто видит впервые.
КОЛЯ
Знаешь, Паш, мне кажется, что
это не я всё сделал, а какой-то
другой мальчик, очень на меня
похожий, но всё же не я.
ПАША
Конечно не ты, а мы вместе…
Иди, Кока, погрейся пока дрова не
кончились.
КОЛЯ начинает разбирать вигвам, прутья кладёт радом с печкой. Туда же кладёт лук и стрелы.
ОТЕЦ
И как сказал поэт: “Я сжег всё,
чему поклонялся. И поклонился всему,
что сжигал”. Или что-то вроде этого.
И они дружно ломают прутья и бросают в огонь.
Вся семья сидит возле печки, смеются, отец играет на баяне.
КОЛЯ держит в руках мандолину, отец учит его зажимать аккорды.
ОТЕЦ играет на баяне, Коля пробует ему подыграть на мандолине. ПАША стучит ложкой по кастрюле. Мама улыбается. За окном идёт снег.
НАТ.ВОЗЛЕ МУЗАКАЛЬНОГО МАГАЗИНА-ДЕНЬ
КОЛЯ возвращается домой после уроков. На ходу лепит снежок и бросает вслед проезжающему автомобилю. Ему навстречу – пара, мужчина и женщина. Коле вдруг кажется, что женщину он где-то видел. Когда пара проходит мимо, КОЛЯ оборачивается, женщина оборачивается тоже, не останавливаясь машет ему рукой. КОЛЯ узнаёт своё «Мимолётное видение», но делает вид, что рассматривает витрину. Пара исчезает, он продолжает глазеть на витрину.
За стеком лежат музыкальные инструменты: гитары, балалайки, гусли, бубны, медные трубы…
Стоит манекен, в его руках скрипка и смычок.
ИНТ.КВАРТИРА-ВЕЧЕР
Отец втаскивает в коридор железнодорожную шпалу.
ОТЕЦ
Подержите дверь кто-нибудь!
КОЛЯ выходит из комнаты и помогает отнести её в зал к печке.
МАТЬ
Если так дальше пойдёт, вы начнёте
разбирать железнодорожный вокзал.
ОТЕЦ
Ну не замерзать же.
Он принимается распиливать шпалу, положив на два кирпича. Коля поддерживает её.
КОЛЯ
Пап, а ты на всём умеешь играть?
ОТЕЦ
(переспрашивает)
Чего?
КОЛЯ
Я говорю, ты играешь на всех
инструментах?
ОТЕЦ
Не на всех, конечно, но на многих.
А что?
КОЛЯ
Я тоже хочу научиться.
ОТЕЦ
Ну, учись пока на мандолине.
У тебя уже что-то получается.
КОЛЯ
Я на скрипке хочу.
Отец устал пилить, присел немного передохнуть.
ОТЕЦ
У нас же нет скрипки. Вон мандолина
висит, учись на ней. Не хочешь на
мандолине – бери баян, на баяне учись.
КОЛЯ
А мы не можем купить скрипку?
ОТЕЦ
Нет, Кока, сейчас - никак. Тяжело
у нас сейчас с деньгами… Впрочем,
как и со всем остальным.
Он вновь начал пилить шпалу.
Чтобы учиться играть на скрипке
надо сперва заработать на эту
самую скрипку.
КОЛЯ
Тогда я пойду торговать газетами.
Отец протягивает ему ладонь для рукопожатия.
ОТЕЦ
А я помогу тебе накопить на неё.
КОЛЯ пожимает руку отцу.
ЗТМ
НАТ.УЛИЦА-РАННЕЕ УТРО
КОЛЯ смотрит на скрипку в витрине музыкального магазина. У него в руках охапка свежих газет.
Он бежит по улице, размахивая газетами, подбегает к вокзалу.
КОЛЯ
Покупайте газету! Газеты!
Покупайте свежие газеты!
Коля идёт по перрону, натыкаясь на тележки, на пассажиров с чемоданами и коробками.
КОЛЯ
Покупайте свежие газеты!
НОСИЛЬЩИК
Парень, ну-ка не мешайся под
ногами.
КОЛЯ утыкается в ЖЕНЩИНУ, держащую под руку мужчину на шатающихся ногах.
ЖЕНЩИНА
(протягивая монету)
Мальчик, дай нам скорее что-нибудь
в дорогу.
КОЛЮ кто-то сильно толкает в спину, он падает и роняет свои газеты в лужу. Он пытается собрать их, его обступает компания мальчишек.
МАЛЬЧИШКА 1
Ой, какая досада! Все газеты
промокли.
(женщине)
Вам, мадам, «Правду» или «Вестник».
ЖЕНЩИНА
Да… без разницы. Нам воблу
завернуть надо.
МАЛЬЧИШКА 1
Тогда возьмите «Правду».
МАЛЬЧИШКА 1 забирает деньги у женщины и подаёт ей газету.
МАЛЬЧИШКА 2
(Коле)
Теперь твои газеты никто не купит.
МАЛЬЧИШКА 3
А хочешь, пошли с нами. Мы тебе
покажем, где их можно подсушить.
КОЛЯ растерян. Его хватает под руку МАЛЬЧИШКА 2 и тащит за угол вокзала.
МАЛЬЧИШКА 3
Вот здесь их можно подсушить.
КОЛЯ ничего подходящего не видит, кроме чугунной урны, забитой до самого верха разным мусором.
МАЛЬЧИШКА 1
Тебя как зовут?
КОЛЯ
Коля.
МАЛЬЧИШКА 1
Так вот, Коля, клади в мусорку
свои газеты и шуруй отсюда к своей
мамочке. Здесь мы торгуем.
КОЛЯ
Почему? Мне тоже нужно продавать
газеты. Тем более у вас «Правда»,
а у меня «Новости». Мы друг другу
не будем мешать.
МАЛЬЧИШКА 2
Коля, ты что-то не понял?
КОЛЯ
Я правда, ребята, не понимаю почему
мы не можем работать вместе.
МАЛЬЧИШКА 3 сильно бьёт кулаком ему в нос.
МАЛЬЧИШКА 3
По кочерыжке.
МАЛЬЧИШКА 2
И по кочану.
МАЛЬЧИШКА 2 бьёт Колю по уху, зло смеётся. Коля жмурится и сгибается от боли.
МАЛЬЧИШКА 1
И не вздумай ещё раз здесь появиться.
Иначе твоя мамочка сильно расстроится
когда опять увидит своего птенчика
с разбитым клювиком.
МАЛЬЧИШКИ уходят, КОЛЯ шмыгает носом, глядит сквозь слёзы как капли тёмной крови растекаются по мокрым газетам.
НАТ.БАРАХОЛКА-ДЕНЬ
Мама с братьями идут между торговых рядов. Люди продают всё, что можно продать в такое тяжёлое время: начиная от хлеба и заканчивая старыми ботинками.
Цыган пляшет с дрессированным медведем, петрушечник с куклами, фокусник-китайц демонстрирует фокусы, поёт песни старый седоусый кобзарь и тому подобное.
КОЛЯ задержался возле книжной палатки.
КРУПНО – книги: Жюль Верн, Майн Рид, Фенимор Купер, Луи Буссенар, Киплинг, Брег Гарт, Густав Эмар, Конан Дойл, Стивенсон…
ПРОДАВЕЦ
Мальчик, есть великолепные серийные
выпуски с отдельными рассказами
про сыщиков Ната Пинкертона, Шерлока
Холмса, Ника Картера… Только взгляни,
какие иллюстрации!
Коля рассматривает книжки, предлагаемые продавцом.
МАТЬ
(кричит)
Коля, не отставай, а то потеряешься!
Он отходит от прилавка, ему преграждает дорогу фокусник-китаец с шариком на пальце.
КИТАЕЦ
Шарика — есть, шарика — нет.
Видала? Шарика — есть, шарика — нет.
Холосо?
КОЛЯ
Да…
КИТАЕЦ
Делзы шарика, давай деньга.
Фокусник насильно всучивает ему шарик и хватает за карманы.
Давай монетка! Фокуса смотлела -
давай деньга!
ПАША
(подойдя)
А фигос под нос не хочешь? Пойдём,
Кока, нас мама ждёт.
Паша отдаёт шарик обратно и уводит брата.
ИНТ.АНТИКВАРНАЯ ЛАВКА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Мать кладёт перед продавцом-антикваром барометр. Седовласый пожилой мужчина рассматривает прибор.
На прилавке стоит чучело ястреба, хрустальная ваза, чайный сервиз, графин с граненой стеклянной пробкой, никелированный самовар, полдюжины медных подсвечников, сифон для сельтерской воды. На боковой полке выстроились в ряд, дамские туфельки разных фасонов и размеров, тут же гипсовый бюст Лермонтова и гармонь-трехрядка. На противоположной полке в таком же порядке - мужские ботинки и полуботинки, также разных размеров и разной степени изношенности. На нижних полках и по бокам прилавка в самых неожиданных сочетаниях стоят и лежат такие предметы, как морские ракушки самых причудливых форм, употреблявшиеся в качестве декоративных украшений и пепельниц, бронзовые статуэтки, фарфоровые безделушки в виде галантных средневековых кавалеров и расфранченных придворных дам, веера с изображением японок в кимоно или летящих аистов, шеренга мраморных слоников — один меньше другого, целый набор шкатулок, ларчиков, корзиночек с принадлежностями для вышивания или вязания, увесистый чернильный прибор из серого с прожилками мрамора и с таким же мраморным увесистым пресс-папье, морской бинокль самых невероятных размеров, пульверизатор из синего стекла с красной резиновой грушей для накачивания воздуха, волшебный фонарь, толстенный альбом для семейных фотографий, глиняная копилка в виде тупорылой свиньи с продолговатым отверстием на спине для опускания монет и т. д.
Пока мать договаривается с продавцом насчёт цены за барометр. Дети разглядывают всё это богатство на полках магазина.
На специальной подставке стоит киноаппарат. Он похож на волшебный фонарь для демонстрации диапозитивов. Он сказочно сверкает своими металлическими деталями, хоть и заметно, что он уже не новый. Сам фонарь, в котором помещается небольшая керосиновая лампа, покрыт яркой красной эмалевой краской, бобины матово-черные, а оправа объектива, как и зубчатые барабаны с прижимными роликами - никелированные.
АНТИКВАР
Что, господа-товарищи, интересуемся
синематографом.
ПАША
Интересуемся.
АНТИКВАР
Тогда позвольте, я вам немножко
продемонстрирую это чудо двадцатого
века.
Антиквар расправляет на стене небольшой экран, тушит свет, начинает вертеть торчащую сбоку рукоятку. Слышится мерный таинственный стрекот. Застывший на экране человек ожил, сделал шаг, другой и пошел, пошел по улице, держась поближе к стене и поминутно оглядываясь, ожидая, что вот-вот сзади из-за угла выскочат преследователи. Вот он уже совсем повернулся и шагает спиной вперед, чтоб не оглядываться поминутно назад. На его пути продуктовая лавочка, владелец которой выставил для рекламы свои товары прямо на тротуаре. Тут ящик с куриными яйцами, лоток с аккуратно уложенными на нем помидорами в несколько рядов, в виде пирамиды, рядом — лоток с так же красиво уложенными апельсинами. Не заметив препятствия, преследуемый спотыкается и садится прямо в ящик с яйцами…
Вдруг изображение исчезает, аппарат стрекочет впустую, на экране – белый квадрат. Антиквар перестаёт крутить ручку.
АНТИКВАР
Да что ты будешь делать! Плёнка
оборвалась.
КОЛЯ
На самом интересном месте.
АНТИКВАР
Ну как, успели впечатлиться?
КОЛЯ
Ещё бы!..
АНТИКВАР
Вот так-то! Как говорится: «Освещаем
темноту – просвещаем бедноту».
АНТИКВАР расчитывается с матерью за барометр.
МАТЬ
Огромное вам спасибо. Дети идём,
нам ещё картошку надо покупать.
ИНТ.ДЕТСКАЯ-ВЕЧЕР
Братья, почти засыпая в своих кроватях, шепчутся перед сном.
КОЛЯ
(зевая)
Павлушка, вот бы нам накопить на
такой аппарат. Мы бы могли дома
показывать кинокартины.
ПАША
Ты же копишь на скрипку.
КОЛЯ
Да скрипка подождёт, давай сначала
купим киноаппарат, а потом -
скрипку.
ПАША
Нет, давай я буду копить на киноаппарат,
а ты продолжай копить на скрипку.
КОЛЯ
Хорошо, только я тебе буду помогать,
чтобы побыстрее было… Уж очень мне
хочется…
Не договорив, он погружается в сон.
СОН КОЛИ.
КОЛЯ, в образе того человека из кино движется, озираясь по сторонам спиной вперёд. На его пути продуктовая лавочка, владелец которой выставил для рекламы свои товары прямо на тротуаре. Тут ящик с куриными яйцами, лоток с аккуратно уложенными на нем помидорами в несколько рядов, в виде пирамиды, рядом — лоток с так же красиво уложенными апельсинами (точь-в-точь как в кино). Не заметив препятствия, КОЛЯ спотыкается и садится прямо в ящик с яйцами. Пытаясь выбраться из ящика, он сшибает ногой лоток с помидорами. Помидоры сыплются ему на голову. Наконец ему все же удается выбраться из ящика с раздавленными яйцами. Он растерянно ощупывает рукой измокшие в липком яичном белке штаны, но тут же поскальзывается на раздавленном помидоре и снова летит на землю, опрокидывая на этот раз лоток с апельсинами. Апельсины катятся по тротуару в разные стороны. Из дверей выбегает ПАША - владелец магазина. Увидев произведенные разрушения, он заботливо помогает упавшему прохожему подняться, после чего наносит ему сильный удар кулаком в челюсть. КОЛЯ отскакивает в сторону. Разозлившись, он налетает на обидчика и пытается нанести ему прямой удар в лицо. ПАША, однако, ловко уклоняется от удара. КОЛЯ с разбега проскакивает в дверь и исчезает в магазине. Противник спешит следом за ним. Вот они уже оба в магазине. Между ними развертывается настоящее сражение. В ход идут пакеты с сахаром и мукой, гири и другие предметы, которые противники мечут друг в друга. Прикрываясь барометром, словно щитом, КОЛЯ швыряет в лавочника бутылки с уксусом и вином. ПАША, ловко прячась за стойкой, “отстреливается” банками с тертым хреном, горчицей и фруктовым сиропом. Израсходовав запасы “снарядов”, КОЛЯ отступает по лестнице вверх. ПАША преследует его, но получает удар барометром по голове. Прибор рассыпается на кусочки. ПАША катится вниз по лестнице и сшибает с ног женщину (переодетый ОТЕЦ), вошедшую в магазин. Женщина вскакивает и, обозлившись, бьет ПАШУ зонтиком по голове. Удар! Еще удар!..
КОНЕЦ СНА КОЛИ.
ИНТ.ДЕТСКАЯ-УТРО
Звенит будильник.
ПАША
Кока, просыпайся скорее!
КОЛЯ
Как всегда на самом интересном
месте. Что за Божье наказание!
ПАША
Одевайся, опаздываем.
КОЛЯ
Куда? У нас же в гимназии уже
второй месяц солдаты живут.
ПАША
Да на барахолку опаздываем,
газетами торговать.
Братья вскакивают с кроватей и начинают быстро одеваться.
НАТ.БАРАХОЛКА-УТРО
ПАША и КОЛЯ ходят по рядам размахивают газетами.
ПАША
Свежие газеты! Свежие газеты!
КОЛЯ
Граждане, покупайте свежую прессу!
Никто на них не обращает внимания.
ДЕД С ШАПКОЙ
Хлопчики, да кому нужна ваша свежая
пресса? Людям жрать нечего, а вы им -
газеты.
БАБКА С МЕШКОМ
Одну брехню там печатают, ей
Богу…
(выкрикивает)
Махорка! Махорка!..
ДЕД С ШАПКОЙ
А кому - шапку собачьу! Отдам
задаром! Шапка из собаки, почти
не ношана!..
Ребята отходят в сторону, к поломанной телеге.
КОЛЯ
Плохи наши дела, Павлушка. Мы так
ни копейки не заработаем.
ПАША
А может так попробовать?..
ПАША открывает последнюю страницу.
Вот, читай название статьи.
КОЛЯ
“Из мухи сделали слона”.
ПАША
Видишь – обычная заметка про каких-то
дураков, которые чего-то там наврали
другим дуракам. Написано тут хоть одно
слово про мух или про слонов?
КОЛЯ
(вчитываясь)
Кроме названия, нигде ничего нету.
ПАША
А мы, вместо того чтобы просто
горланить: «Газета!», будем кричать:
«Сенсация! Слон из мухи!» или «Из мухи
сделали слона!». У нас живо всё
разберут.
КОЛЯ
А нам по шее не надают, за враньё?
ПАША
Это не враньё, а реклама. Усёк?
КОЛЯ
Усёк.
КОЛЯ вскакивает на телегу и высоко над головой поднимает газету.
Новейшее достижение науки! Из мухи
сделали слона! Сенсация! Сенсация!
Слон из мухи!
ПАША
Граждане! Не проходим мимо! Научный
эксперимент увенчался успехом!..
Через несколько секунд вокруг ребят образовывается толпа. Все тянут к ним руки, требуя всё больше и больше газет.
Отдав деньги и получив газету, люди утыкаются носами в заметки и расходятся по рынку.
Ребята выкрикивают и выкрикивают свои «сенсации».
Вскоре у ребят ничего не остаётся.
НАТ.УЛИЦА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Звеня мелочью в карманах, они бегут по улице.
ПАША
Ну, что я тебе говорил! Реклама –
двигатель торговли.
Пробегают мимо витрины со скрипкой, Коля шлёт ей воздушные поцелуи.
КОЛЯ
(радостно)
Потерпи, моя красавица! Скоро
я буду наяривать на тебе гаммы
скрипичные сонаты!
ПАША
Сначала – киноаппарат!..
Они подбегают к дому с большими дверями, над которыми висит вывеска «ТИПОГРАФИЯ».
Они выбегают из дверей с вывеской «ТИПОГРАФИЯ». В руках у них по стопке новых газет.
КОЛЯ
(на бегу)
А чего теперь будем кричать?
ПАША
Видал, там статью про Джордано
Бруно, которого реквизиторы обвинили
в ереси и приговорили к сожжению?
КОЛЯ
Какие реквизиторы?
ПАША
Средневековые.
КОЛЯ
Не реквизиторы, а инквизиторы.
ПАША
Да какая разница!
НАТ.БАРАХОЛКА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Вокруг Коли снова толпа народу, требующая новостей.
КОЛЯ
Последняя новость! Человек,
которого сожгли на костре живьем!
Последняя новость! Живого человека
сожгли на костре!
ПАША собирает деньги и раздаёт газеты направо и налево.
ДЕД С ШАПКОЙ, надев очки, тоже уткнулся в «Новости». Он щурится, что-то бормочет. Плюёт.
ДЕД С ШАПКОЙ
Ну! Я ж говорю – одна брехня!
(кричит)
Кому шапку из лисы! Новая шапка
из молодой лисы!
ПАША
Не проходите мимо! Инквизиторы жгут
людей на кострах! Покупайте газету
«Новости»!
БАБКА С МЕШКОМ
Испанский табак! Настоящий табак из
Испании!
КОЛЯ возвышается над толпой, стоя на телеге как Ленин на броневике.
КОЛЯ
Последняя новость! Маленький ребенок
решил убить мать, отца и родного
дедушку!
КРУНО – ПАША подмигивает глазом своему брату. Коля подмигивает в ответ.
КОЛЯ
Последняя новость! Четырехлетний
ребенок убил мать, отца, родного
дедушку и маленького котенка!
Сенсация!..
Кажется, что уже весь рынок в газетах.
Люди забыли о торговле, о своих трудностях, о войне… Они погружены в чтение газет.
ГОЛОС (ЗК)
В основном же весь доход от продажи
газет мы отдавал отцу “на скрипку”.
Впрочем, это только так говорилось
“на скрипку”, на самом же деле
деньги уходили “на жизнь”. Срок
приобретения скрипки все отодвигался
и отодвигался, так что в конце концов
я перестал верить, что когда-нибудь
получу ее.
КОЛЯ с газетами подмышкой стоит перед витриной магазина и смотрит на манекен, в руках которого скрипка. Он вздыхает.
Идёт мокрый снег.
Манекен оживает, взмахивает смычком и начинает играть скрипичную сонату.
ЗТМ
ИНТ.КВАРТИРА-ДЕНЬ
Отец возле "буржуйки" чистит картошку, мать шьёт на машинке.
ОТЕЦ
Вот раньше, до революции, стать
богачом было нетрудно, нужно только
узнать, как это делается. А вот стать
дворянином было нельзя. Дворянином
надо было родиться, то есть надо,
чтоб родители твои были дворянами.
Если же родился недворянином, то
тут хоть пищи, а ничего не выйдет.
Так тебе всю жизнь и будут твердить:
“Не суйся с суконным рылом в калашный
ряд”.
МАТЬ
Зато сейчас: ни дворян, ни господ,
ни бедных, ни богатых - одни
пролетарии.
Входит Коля, высыпает перед отцом на стол большую горсть мелочи.
ОТЕЦ
О, Колюня, ну ты молодец! Один
заработал больше, чем вдвоём с
Павлушкой.
Отец достаёт из буфета жестяную банку с наклейкой "на скрипку" и ссыпает в нее монеты.
Дело идёт "в гору". Варя, завтра
можно будет сходить на рынок за
мукой.
КОЛЯ
Пап, мне кажется, что я давно заработал
уже не то, что на скрипку, а на целый
контрабас.
ОТЕЦ
Погоди ещё капельку. Сейчас зима
пройдет, весной будет полегче, и
с продуктами, и с дровами... У меня,
может, снова начнутся концерты...
КОЛЯ
Знаешь, мне уже и не верится, что
я когда-нибудь получу её.
Коля отходит. Отец бросает в кастрюлю недочищенную картошку и ножик, хватает банку с мелочью.
ОТЕЦ
Кока, одевайся! Варя, дочисть
картошку, мы идём за скрипкой!
МАТЬ
Встретите Пашку, скажите, чтобы
бежал домой. Надо за водой сходить.
НАТ.УЛИЦА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Отец и Коля стремительно шагают по улице в направлении магазина. В руках у Коли жестяная банка гремит мелочью.
ОТЕЦ
Вот, найдём тебе учителя, выучишься
хорошенько играть на инструменте,
потом поступишь в консерваторию,
потом станешь знаменитым скрипачом,
будешь у нас в квартете "Сибирских
бродяг" играть...
КОЛЯ
Вообще-то я не очень хочу сделаться
на всю жизнь музыкантом, мне больше
нравятся путешествия, приключения...
ОТЕЦ
Одно другому не мешает. Достаточно
вспомнить Шерлока Холмса, ну и
доктора Ватсона заодно.
Коля с отцом застыли перед пустой витриной магазина. Там нет ни одного музыкального инструмента, даже манекен раздет догола.
На груди у него висит картонка: "Магазин больше не работает". Коля отдаёт отцу банку с надписью "На скрипку".
ОТЕЦ
Не переживай, завтра утром пойдем
на толкучку, а там любую вещь
можно купить, за исключением разве
что пианино или трамвайных вагонов.
НАТ.БАРАХОЛКА-УТРО
Отец с сыном подходят к толкучке.
Им навстречу идёт ВАСЯ-ДУРАЧОК.
Опираясь на две клюки, которые держит в руках, он ковыляет по улице на своих обмороженных, покрытых болячками ногах. За ВАСЕЙ-ДУРАЧКОМ увязались ребятишки.
ВАСЯ-ДУРАЧОК
А Петлюра наступает! А Петлюра
наступает!..
ОТЕЦ
Вася, ей Богу, нам сейчас не до
этого.
Отец замечает безобидную, скромно одетую интеллигентную женщину со скрипкой в руках, спускающуюся по бульвару к рынку.
ОТЕЦ
О! На ловца и зверь бежит.
КОЛЯ
Ой, деньги дома забыли!
ОТЕЦ
Спокойно! У меня всё в наличии.
Они подходят к женщине.
ОТЕЦ
Продается скрипка?
ЖЕНЩИНА
(виновато улыбаясь)
Продается.
Отец берёт скрипку, проводит несколько раз смычком по струнам. Потом вручает скрипку Коле.
ОТЕЦ
Сколько стоит?
ЖЕНЩИНА
Можно вас на пару слов?
Женщина отводит отца в сторону, что-то объясняет ему, тот понимающе кивает, смотрит на сына, затем достаёт из кармана бумажник и расплатился с женщиной. Поблагодарив, женщина поворачивается и поспешно уходит обратно, так и не дойдя до рынка.
Отец подходит к Коле, радостно улыбается, хлопает его рукой по спине.
ОТЕЦ
Ну, брат, нам здорово повезло.
Смотри-ка, недаром говорится:
"на ловца и зверь бежит".
Мне надо сейчас по делам в депо
сходить, а ты дуй думой, начинай
учиться играть на скрипке.
НАТ.ДЕНЬ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Коля бредёт по улице к своему дому. В руках - скрипка.
ГОЛОС(ЗК)
Я поплелся со скрипкой домой.
Именно поплелся. Не бежал. Не
помчался. Не полетел, как на
крыльях! Я воображал, что буду
радоваться, как только скрипка
окажется в моих руках, но почему-то
не радовался. Не ликовал.
Коля проходит мимо здания гимназии. Над входом развевается триколор. Из дверей выходят солдаты, загружают пулемет, несколько ящиков с патронами. Выносят скелет (учебное пособие из кабинета биологии), на него надета шинель и фуражка. Солдаты смеются, ставят скелет в кузов, залезают в грузовик и уезжают.
ГОЛОС(ЗК)
Я понимал, что, добившись наконец
скрипки, я сделал свой выбор,
определил свой жизненный путь.
Правилен ли он?
Коля проходит мимо музыкального магазина. Витрина разбита, манекен валяется без головы.
Этого ли я хотел для себя от
жизни? Я мысленно уверял себя,
что да. Именно этого! И сам не
верил себе.
Коля поднимается по лестнице, стучит в дверь.
Дверь открывается, он видит мать.
МАТЬ
(улыбаясь)
Купили скрипку! Ну, наконец-то!
Поздравляю! Проходи. А у нас ещё
один сюрприз.
Паша выбегает в прихожую.
ПАША
Закрой глаза, Кока, только, чур,
не подглядывать.
Он ведёт Колю за руку в тёмную часть коридора.
ПАША
Абракадабра, алле ап! Открывай.
Коля видит на табурете киноаппарат.
ПАША
Чудо двадцатого века теперь
у нас в квартире.
На стене уже висит лист белого ватмана, пленка заряжена, словом, все готово для демонстрации.
КОЛЯ
Пашка, как же ты его один
дотащил?
ПАША
Почему один, мне продавец помог.
МАТЬ
Оказался таким милым господином.
ПАША
Мам, дай спички!
МАТЬ
Только, умаляю, не подожгите
квартиру.
Они зажигают лампу внутри фонаря.
Вместо изображения на стене возникает прямоугольник с размазанными краями и покрытый расплывчатыми, бесформенными грязными пятнами.
КОЛЯ
По-моему этот "милый господин"
всучил вам не чудо двадцатого
века, а какую-то старую, испорченную
мясорубку!
ПАША
Подожди, не паникуй.
Он пробует подвинуть вперед объектив. Изображение на стене принимает более определенные очертания.
КОЛЯ
Точно, мы забыли навести фокус.
Еще движение объектива — изображение становится четким.
ПАША
Вот тебе и фокус-покус! Крути
ручку, братишка!
Коля начинает вертеть, торчащую сбоку, рукоятку. Слышится мерный таинственный стрекот. Мелькают лопасти пришедшего во вращение обтюратора. Поползла кинолента с верхней бобины на нижнюю.
И опять на экране улица с застывшей у стены дома фигурой человека. Опять человек поворачивает голову, смотрит назад, чего-то боится, шагает спиной вперед, чтоб не оглядываться поминутно назад. На его пути продуктовая лавочка, владелец которой выставил для рекламы свои товары прямо на тротуаре. Тут ящик с куриными яйцами, лоток с аккуратно уложенными на нем помидорами в несколько рядов, в виде пирамиды, рядом — лоток с так же красиво уложенными апельсинами. Снова, не заметив препятствия, преследуемый спотыкается и садится прямо в ящик с яйцами...
Они смотрят ленту ещё и ещё. С каждым новым просмотром кино вызывает больше и больше радостных эмоций.
ИНТ.ЗАЛ С КАМИНОМ-ВЕЧЕР
Семья расположилась вокруг киноаппарата, в их глазах отражается кадры американского фильма с ковбоями и индейцами, скачущими на лошадях и палящими друг в друга из ружей. Мелькают лошадиные ноги. Вьются по ветру длинные гривы. Белые дымки вылетают беззвучно из ружейных стволов. Всадники на полном скаку падают с лошадей.
ИНТ.ЗАЛ С КАМИНОМ.ВЕЧЕР
Вся комната заполнена восторженными зрителями - друзьями Паши и Коли. Здесь и Алёшка Димидюк с первого этажа, и одноклассник Володька Митулин, и ещё кто-то из класса Паши и даже дядя Коля со своей женой Анной.
ПАША крутит ручку кинопроектора, Отец с баяном ловко заменяет тапера, на экране - кадры "Золотой лихорадки" Чарли Чаплина.
ИНТ.КВАРТИРА-ДЕНЬ
Коля настраивает скрипку. Перед ним раскрыт сборник упражнений для обучающихся игре на скрипке. Он пробует играть этюд, терзая свои уши собственной музыкой. Что-то не нравится ему.
В квартиру входит отец.
ОТЕЦ
Как успехи, Паганини?
КОЛЯ
Я переиграл почти все упражнения
из сборника, но не знаю, добился
ли каких-нибудь успехов. По-моему,
что-то у меня не ладится…
ОТЕЦ
Ничего, я тебе, как раз, учителя
нашёл. Он живет на Малой Васильковской
улице. Там у него на четвертом этаже
маленькая квартирка, но это не важно.
Зовут его...
Отец достаёт клочок бумаги, читает.
Его зовут… Луарсаб Саркисович.
Как он сам о себе говорит:
“Я не турок, я не грек, я кавказский
человек”.
ИНТ.КВАРТИРА УЧИТЕЛЯ-ДЕНЬ
Учитель невысокого роста. Худой. Волосы черные с проседью. Глаза задумчивые, грустные. Очень густые брови. Одет небрежно.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
(поет)
"Я не турок и не грек,
Я кавказский человек..."
Коля со своей скрипкой стоит у пюпитра, на котором сборник упражнений “Школы Берио”.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Сыграй мне, дорогой, вот это
упражнение.
Он тычет в сборник самодельный папироской.
Коля старательно играет, учитель шагает по комнате за его спиной, курит.
Прослушав до конца он продолжает шагать, погрузившись в задумчивость, словно забыл обо всем.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Так, конечно, можно играть…
Вместо “канешно” у него получается “канечино”.
Можно, конечно... Но если ты так
будешь играть, то из тебя никогда
не выйдет хорошего музыканта.
Понял?
КОЛЯ
(не понимая)
Понял.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Ну, вот и хорошо. Тебе нужно
поставить левую руку, и тебе
нужно поставить правую руку.
Скрипку держи вот так…
Он показывает, как держать скрипку, бесцеремонно хватая Колю за локти, пытаясь согнуть руки так, словно они у него сделаны из проволоки.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Играй ещё раз это же упражнение,
но обозначенные в нем четвертные
ноты сыграй как целые, то есть
увеличивая продолжительность их
звучания в четыре раза. Понял?
КОЛЯ
Понял.
Коля снова начинает играть упражнение, но в более тягучем, занудливом темпе.
Учитель ходит, изредка поглядывая и подавая команды.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Руку со смычком надо держать
ближе к себе.
Ик (и к себе)...
Руку со смычком держать дальше
от себя.
От (от себя)...
Дочка Луарсаба Сркисовича, красивая девочка с длинными черными волосами и неуловимого цвета змеиными, немигающими глазами, подходит к двери, молча слушает.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
На сегодня урок окончен. Дома
продолжай играть все то же
упражнение, но обозначенные в
нем четвертные ноты играй как целые,
и обязательно перед зеркалом,
чтоб видеть, когда надо держать
смычок: ик себе, и от себя,
ик себе, и от себя, ик себе,
и от себя... Понятно?
КОЛЯ
Хорошо, всё понятно, ик себе,
и от себя. Спасибо.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
До встречи.
КОЛЯ
До свиданья.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ДЕНЬ
Кабинет анатомии. В нём ПЁТР ЭДУАРДОВИЧ ДЕЛАРЮ, из обрусевших французов, учитель русского языка и анатомии, вытирает доску, завершает урок.
ДЕЛАРЮ
(грассируя)
И в заключении ещё раз повторим
названия основных частей скелета
человека. А так как почти все наши
пособия куда-то пропали, придется,
мне снова всё показывать на себе.
Что делать?.. Надо как-то
приспосабливаться к реалиям
военного времени...
Итак начинаем.
Он приставляет карандаш к разным частям своего тела.
ДЕЛАРЮ
Это что?
УЧЕНИКИ
(хором)
Череп.
ДЕЛАРЮ
Верно. А здесь что у меня.
УЧЕНИКИ
Ключица.
ДЕЛАРЮ
Так. Это что?
УЧЕНИКИ
Рёбра.
Ученики начинают потихоньку хихикать. Чем ниже опускается Петр Эдуардович, тем больше это всех веселит, в том числе и самого учителя.
ДЕЛАРЮ
Это?
УЧЕНИКИ
Плечо.
ДЕЛАРЮ
Плечевая кость
А это что у меня за костяшка?
УЧЕНИКИ
Ха-ха! Локтевая кость!
ДЕЛАРЮ
Молодцы. Дальше что?
УЧЕНИКИ
(заливаясь смехом)
Это у вас таз! Ха-ха! Пётр
Эдуардович, а где у вас корыто?
ДЕЛАРЮ
Эх, моё корыто давно разбито…
Ну что ж, рад, что анатомия
доставляет вам такое удовольствие.
Хорошо. Итак, на сегодня и на
ближайшие дни все занятия окончены,
город в осадном положении. Идите
домой. О дне возобновления занятий
будет объявлено.
Уже привыкшие к частым отменам занятий, дети спокойно собирают портфели.
В класс заглядывает Паша.
ПАША
Пацаны, кончай зубрёжку!
ДЕЛАРЮ
НосОв! Подойди ко мне, пожалуйста.
Паша идёт к столу учителя. Дети выходят из класса.
ДЕЛАРЮ
Что ж, я проверил твоё задание
по русскому языку... Ну и наработал
же ты тут!
ПАША
Что, очень много ошибок сделал?
ДЕЛАРЮ
Да не так чтоб уж очень много,
а, если сказать по правде, порядочно.
Вот, смотри сам.
Паша утыкается в листок.
КРУПНО - листок с кучей исправленных учителем ошибок. Внизу листка стоит жирная двойка.
Вместо "гора" ты написал "гара",
вместо "веселый" написал "висёлый",
вместо "тяжелый" "тижёлый".
ПАША
Ну вот, я так и знал. Мне никогда
удачи не будет.
ДЕЛАРЮ
Здесь не в удаче дело, надо знать,
как писать. Ты ведь учил правило?
ПАША
Учил.
ДЕЛАРЮ
Ну, скажи: что там говорится?
ПАША
В правиле? Да я уж и не помню.
ДЕЛАРЮ
Как же ты учил, если не помнишь?
Ай-яй-яй, Паша, Паша...
Учитель раскрывает перед ним учебник русского языка.
Читай.
ПАША
"Безударные гласные проверяются
ударением".
ДЕЛАРЮ
Вот ты написал "тижелый". Почему
ты так написал?
ПАША
Наверное, "тежелый" надо писать?
ДЕЛАРЮ
А ты не гадай. Знаешь правило -
пользуйся правилом. Измени слово
так, чтоб на первом слоге было
ударение.
ПАША
Тяжёлый... тяжёлые... тяжеленный...
А! Тяжесть.
ДЕЛАРЮ
Значит, надо писать не "тижелый" и
не "тежелый", а "тяжелый". Это
понятно?
ПАША
Теперь понятно.
ДЕЛАРЮ
А что ты тут пишешь?
Паша снова утыкается носом в листок.
ДЕЛАРЮ
Надо писать "зуб", а ты что
написал?
ПАША
"Зуп".
ДЕЛАРЮ
"П" на конце.
ПАША
А какое тут правило?
ДЕЛАРЮ
Тут такое правило, что надо
внимательно списывать. Ты же
кучу ошибок наделал просто при
списывании с учебника. То букву
пропустишь, то не допишешь слово,
то вместо одной буквы другую
напишешь. Вместо "кастрюля" у
тебя какая-то "карюля". Вместо
"опилки" что у тебя?
ПАША
"Окилки".
ДЕЛАРЮ
Это у тебя от невнимательности.
А невнимательность оттого, что
нет желания заниматься как следует.
Сразу видно, что ты очень торопишься.
Спешишь, как бы поскорей отделаться
от уроков.
ПАША
Да нет, я не очень спешу.
ДЕЛАРЮ
Как же не спешишь? Почему у тебя
буквы такие некрасивые? Посмотри:
и косые, и кривые, так и валятся
на стороны. Если б ты старался,
то и писал бы лучше. Если ученик
делает уроки прилежно, с усердием,
то обращает внимание не только на
ошибки, но и на то, чтобы было
аккуратно, красиво написано.
Понятно тебе?
ПАША
Понятно.
ДЕЛАРЮ
И мне тоже всё понятно с тобой.
Человек ты способный, только
учится не хочешь, ленишься.
Придётся мне поставить вопрос
о твоей успеваемости перед
дирекцией гимназии. И не удивляйся
если ты не увидишь себя в числе
тех, кто будет переведён в
следующий класс. Иди, Паша, и
подумай об этом хорошенько.
ЗТМ
НАТ.УЛИЦА-ДЕНЬ
Братья в компании других гимназистов бредут с портфелями домой.
ПАША
Опять у нас каникулы.
КОЛЯ
Я уже сбился какие по счету.
ПАША
Мне сказали, что с моей успеваемостью,
вернее не успеваемостью, меня могут
оставить на второй год. Вот родители
"обрадуются", когда узнают.
КОЛЯ
Получается, Павлушка, Я тебя
скоро догоню?
ПАША
Получается... Да, вообще, плевать
мне на эту учёбу. Я уже решил стать
художником, а художнику ни какие
там правила, ни математика, ни
физика и никакая другая наука не
нужны вовсе. После обеда пойдем
лазать по сараям?
КОЛЯ
Не, мне ещё на скрипке играть
упражнения перед зеркалом.
ПАША
Для чего перед зеркалом, чтоб
красиво было?
КОЛЯ
Нет, чтоб видеть, когда и как
надо держать смычок.
Коля пародирует ЛУАРСАБА САРКИСОВИЧА.
КОЛЯ
Ик - к себе, и от - от себя.
Тоска зелёная...
ПАША
(смеётся)
Ну ты же сам захотел стать
скрипачом.
КОЛЯ
Я уже не знаю кем я хочу стать...
У меня какая-то путаница в голове.
Если мне надо что-нибудь делать,
то я никак не могу заставить себя
это делать, а если мне не надо
чего-нибудь делать, то я никак
не могу заставить себя этого не
делать.
ПАША
Это от того, Кока, что у тебя
совсем нет силы воли. Вот я,
например, не хочу делать уроки
и не делаю.
КОЛЯ
Да нет, у меня воля есть, только
она не сильная, а совсем-совсем
слабенькая воля...
Мальчишки, выстроившись вдоль тротуаров, смотрят, как по улице в город вступают части одержавшей победу армии. Легко гарцует нарядная конница, дробным, свободным шагом шагает уставшая, посеревшая от дорожной пыли пехота, тарахтят по булыжной мостовой пулеметные тачанки, тяжело громыхает артиллерия.
ИНТ.КОМНАТА УЧИТЕЛЯ-ДЕНЬ
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ ходит по комнате. Коля стоит у пюпитра со скрипкой, играет.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Ик и от. Ик и от ...
Плавнее, плавнее...
Открывается входная дверь. Слышен грохот сумок и причитания вечно недовольной жены Луарсаба Саркисовича.
ЖЕНА
Ну и погода! Чтоб ее черти взяли!..
То снег, то дождь, то не пойми что!
Мерзость какая-то...
На рынке цены - умереть, не встать.
Чтоб они сгорели со своей кислой
капустой и морковью в придачу!
Она появляется в дверном проёме комнаты.
КОЛЯ
Здравствуйте.
ЖЕНА
Доброго здоровья. ЛУАРСАБ,
иди сюда, дорогой.
Они выходят в коридор.
ЖЕНА
Он деньги принес?
ЛУАРСАБ
Сарочка, мы обо всем договорились.
Его папа заплатит сразу, как только
появятся деньги.
ЖЕНА
Люди добрые, скажите на милость,
где вы такое видели? Ты разве
не знаешь, что ученики должны
платить за уроки? Ты что,
Рокфеллер или Ротшильд? А?
ЛУАРСАБ
Ньу-ньу-ньу!
ЖЕНА
Где ты только таких учеников
берешь?
ЛУАРСАБ
Ньу-ньу-ньу!
ЖЕНА
Ты что, можешь воздухом питаться?
Или манной небесной?
ЛУАРСАБ входит в комнату, успокаивающе потряхивает пальцами левой руки в ее сторону, потом ободряюще потряхивает пальцами правой руки в сторону Коли.
ЛУАРСАБ
Играй.
Коля продолжает пиликать прерванное упражнение. Она, захватив свои продукты, уходит на кухню, откуда доносятся звуки стука топором по полену, ножом — по капусте, горшком — по плите.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Знаешь, Коля меня всю жизнь
тянуло к исполнительской деятельности.
Я мечтал об аплодисментах, жаждал
творчества! Я хотел сочинять музыку.
Навсегда погрузиться в мир звуков...
ЖЕНА
(на кухне)
Что за топор! Это валенок,
а не топор! Что б ему треснуть!
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Играй, играй...
Ик.
От.
ЖЕНА
Ножи не кому наточить! Гори оно
все синим пламенем!
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
(задумчиво)
Я не турок, я не грек, я кавказский человек...
Ик.
От.
Дочка Луарсаба Саркисовича смотрит украдкой и насмешливо улыбается своей змеиной улыбкой.
Лицо приближается всё ближе и ближе, плавно превращается в лицо Коли, отражённое в большом зеркале.
ВИДЕНИЕ КОЛИ
ОТРАЖЕНИЕ КОЛИ
Ты сам сделал свой выбор, определил
свой жизненный путь. Правилен ли он?
Этого ли ты хочешь для себя от жизни?
Этого ли?..
ВИДЕНИЕ КОЛИ ПЕРЕХОДИТ В СЛЕДУЮЩУЮ СЦЕНУ.
ИНТ.КВАРТИРА-ВЕЧЕР
Коля смотрит в зеркало на дверце шкафа и нудно водит смычком по струнам. Мама на кухне чистит самовар.
Звонят в дверь.
МАТЬ
Сынок, открой, пожалуйста, а
то у меня руки грязные.
Коля откладывает скрипку и идёт открывать.
К Коле зашёл ВОЛОДЬКА МИТУЛИН. Он запыхался и весь вспотел.
ВОЛОДЬКА
Колюня, пошли в футбол с нами,
а то у нас на воротах некому стоять.
КОЛЯ
Не могу, мне на скрипке играть надо.
ВОЛОДЬКА
Эх... А Пашка где?
КОЛЯ
Пашка уже час, как за дровами
в сарай пошёл, наверное, где-то
во дворе лазает.
ВОЛОДЬКА
Ладно, играй на скрипке...
Побегу, а то мы и так семь-ноль
проигрываем.
Коля закрывает дверь, идёт продолжать своё занятие.
МАТЬ
Ты бы сходил, побегал немного
с друзьями, а то играешь и играешь
с утра до ночи одно и тоже.
КОЛЯ
Не могу, я так свою волю закаливаю.
МАТЬ
Ты, Коленька, помимо своей воли
ещё и мои нервы закаливаешь.
КОЛЯ
Выходит, я одновременно два нужных
дела делаю.
МАТЬ
Выходит...
Коля опять заелозил смычком по струнам.
МАТЬ
А почему ты к ЛУАРСАБУ САРКИСОВИЧУ
перестал ходить?
КОЛЯ
Я не переставал.
МАТЬ
Ты у него когда был последний
раз?
КОЛЯ
Месяца два назад.
МАТЬ
Уже два месяца? Почему? Он что,
заболел?
КОЛЯ
Нет, с ним все в порядке,
просто мне стыдно приходить
к нему и каждый раз говорить,
что обещанные деньги потом будут.
За все занятия, что я у него был,
мы не заплатили ещё ни копейки.
МАТЬ
Хорошо, то есть это, конечно,
не совсем хорошо... Ладно, сегодня
я поговорю с отцом.
Входит Паша с охапкой дров и бросает их возле печки.
ПАША
Ну все? Я могу идти гулять?
МАТЬ
А воду? Водопровод опять не
работает.
ПАША
Пусть Кока идёт. Хватит ему
пиликать одно и тоже.
МАТЬ
Не "пиликать", а упражняться.
Иди, сегодня твоя очередь.
Паша громко вздыхает, но всё-таки берет ведро и, задевая им обо все углы, идёт за водой.
ИНТ.КВАРТИРА УЧИТЕЛЯ-ДЕНЬ
Коля протягивает деньги ЛУАРСАБУ САРКИСОВИЧУ.
КОЛЯ
Вот, здесь за все дни, что мы
вам были должны.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Ой, спасибо… Сарочка, Коленька
денежки принес.
Его жена входит в комнату, выхватывает деньги из рук мужа.
ЖЕНА
Наконец-то. Не прошло и полгода.
(уходит)
Откуда только такие люди берутся...
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Эх, Коля, Коля! Почему ты не
приходил? За это время ты уже
концерты давал бы.
Он открывает ноты.
Давай повторим наше упражнение.
Играй, только в замедленном темпе.
Смычок начинает мучительно ползать по струнам, извлекая тягостные, заунывные звуки с раздражающим скрипом на “поворотах”.
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ
Плавнее. Ик и от.
Ик и от.
Коля обречённо водит смычком. Время тянется медленно.
ГОЛОС(ЗК)
Я проверил себя. Эта проверка мне
не дешево обошлась. Я бы мог обвинить
в своей неудаче отца: ему нужно было
купить мне скрипку раньше, чем он купил.
Ему не нужно было задерживать оплату
уроков. Он должен был поинтересоваться
моими занятиями, подбодрить меня…
Я бы мог обвинить учителя.
Учитель ходит по сильно задымлённой комнате и курит.
Его уроки слишком скучны и
однообразны. Он должен был
понимать, что имеет дело с
мальчишкой, которого распирает
от нетерпения, который ненавидит
зубрежку и толчение воды в ступе.
Я бы мог обвинить его ведьму жену
за то, что ворчала и злилась.
Дочка ЛУАРСАБА САРКИСОВИЧА наблюдает за Колей.
Я бы мог обвинить и дочку за то,
что смотрела на меня, как удав
на кролика. Я бы мог обвинить
весь свет. Но я никого не виню.
В том числе и самого себя.
У меня не хватило настойчивости?
Нет!
У меня не хватило любви к делу.
Всего лишь!
И этого больше, чем достаточно.
Хорошо еще, что я не слишком
поздно узнал об этом!
ИНТ.КВАРТИРА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Коля приставляет табурет к шкафу. Наверху лежит старый чемодан со всяким барахлом. Он кладёт в чемодан свою скрипку и навсегда закрывает его.
НАТ.УЛИЦА-УТРО
Братья идут на занятия в гимназию. На путях стоит обгоревший каркас трамвайного вагона.
Целая свора собак, обдирают мёртвую лошадь со всех сторон, с покрасневшими от лошадиной крови мордами, а некоторые от головы до хвоста вымазанные в крови, они грызутся между собой.
Мальчишки бросаются камнями в собак.
Собаки с лаем и злобным рычанием бегут на них. Ребята удирают.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ДЕНЬ
Перемена между уроками. Ученики бегают, дерутся, шалят и развлекаются.
По коридору движется, заложив руки за спину худой и высокий учитель - инспектор гимназии. В его руках длинная острая указка. Завидя его, все мигом успокаиваются, в страхе встают ровно по стенке.
КОЛЯ с двумя своими товарищами навалились на дверь и держат ручку. Ученики не могут выйти из класса, молотят в дверь кулаками.
Подбегает Паша.
ПАША
Пацаны! Карапет идёт!
Они отпускают ручку, дверь распахивается, ученики с криками и воем вываливаются в коридор. Под ногами у учителя образуется куча-мала.
Коля успевает прошмыгнуть у него между широко расставленных ног. Двоих других КАРАПЕТ ловит за шиворот.
КАРАПЕТ
Ну что, друзья, доигрались?
Идёмте, вас теперь ждёт очень
увлекательный разговор.
Учитель уводит ребят по коридору.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Под лестницей, спрятавшись от инспектора гимназии, сидят Коля, Паша и Володька Митулин.
КОЛЯ
Видали как я прошмыгнул у него
между ног! Как уж.
ПАША
Да, а попадись мы Карапету в руки,
нас бы точно выгнали из гимназии.
КОЛЯ
С нашими оценками, как пить дать.
ВОЛОДЬКА
Это у него что ли фамилия такая -
Карапет?
КОЛЯ
Кто его знает. Я ни разу не слышал,
чтобы кто-нибудь обращался к нему
по имени.
ПАША
Вроде, на самом деле его зовут
Карапет Иванович.
ВОЛОДЬКА
Чего? Карапет Иванович? Ты ещё
скажи Кораед Иванович! Или Муравьед
Иванович!
Володька с Колей заливаются смехом.
ПАША
(Володьке)
А ты не веришь? Вот задай ему
на уроке какой-нибудь вопрос,
например, "Карапет Иванович,
можно в туалет?"
КОЛЯ
Я бы на такой эксперимент ни за
что не отважился. Вдруг этот Карапет
Иванович окажется не Карапетом
Ивановичем, а кем-нибудь другим.
ВОЛОДЬКА
Ну да, вдруг он окажется Карапузом
Ивановичем! Или хуже того Карапузом
Болвановичем!
Они опять громко смеются.
Внезапно под лестницей появляется лицо Карапета. Он глядит на ребят сквозь очки, словно на какое-то ничтожное насекомое.
КАРАПЕТ
Вы что здесь делаете, голубчики,
развлекаетесь?
РЕБЯТА
(вместе)
Мы не развлекаемся.
ПАША
Мы это... мы здесь дежурим.
КАРАПЕТ
Дежурите?
КОЛЯ
Да, нам Владимир Алексеевич
приказал тут сидеть и следить
за порядком.
ВОЛОДЬКА
Чтоб никто здесь ну… не мусорил.
КАРАПЕТ
Значит, говорите, Владимир Алексеевич?
КОЛЯ
Да...
Паша незаметно толкает брата локтем в бок.
Ой, нет, Владимир Александрович!
Он же у нас недавно стал классным
руководителем, вот мы его ещё и
не выучили.
КАРАПЕТ
Ну что же, всё проверим, всё
выясним... Вы тут ничего не
прячете?
РЕБЯТА
(вместе)
Ничего.
КАРАПЕТ
Быстро на урок!
Звенит звонок и ребята бегут в класс.
ИНТ.КОРИДОР ГИМНАЗИИ-ДЕНЬ
Камера медленно движется вдоль коридора.
Идут занятия. Из-за каждой двери слышатся голоса учителей, объясняющих свои предметы и учеников, отвечающих у доски.
ГОЛОС(ЗК)
Спасаясь от голодухи, все больше
учителей уезжало из города в деревню.
Там они учили крестьянских детишек,
а крестьяне снабжали их продуктами:
яйцами, салом, картошкой, кукурузой —
всем, что годилось в пищу. Наступил
период, когда в гимназии у нас
не осталось и половины учителей,
лишь сугубые интеллигенты, у которых
не было никаких связей с деревней.
Ввиду нехватки учителей Петр
Эдуардович ДЕЛАРЮ преподавал
в тот год у вас не только русский
язык, но и анатомию. Ольга Николаевна,
помимо немецкого языка, преподавала и
географию. Владимир Александрович
преподавал уже не природоведение,
а физику. Грозный Леонид Данилович,
преподававший математику, куда-то
исчез, а вместо него появился худой
и высокий, но не менее грозный
Карапет, преподававший ранее
математику лишь в старших классах.
КРУПНО - затылок Карапета, идущего по безлюдному коридору.
В конце коридора, возле самого пола у двери видна небольшая дыра в фанерной стене.
Ни имени, ни фамилии этого учителя
никто не знал, а Карапет была его
кличка. Он преподавание математики
совмещал с должностью исчезнувшего
инспектора и вылавливал на переменах
шаливших в коридорах учеников
(а может быть, это у него было такое,
как теперь называют, хобби)
Учитель подходит к дыре в стене, наклоняется, разглядывает, постукивает своей указкой и уходит.
ИНТ.КАБИНЕТ ФИЗИКИ-ДЕНЬ
Над доской висит портрет Ломоносова.
Учитель ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ слушает, переминающегося с ноги на ногу, Колю, тот что-то мямлит себе под нос у доски.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Ну, что ты замолчал? От солнечного тепла что происходит?
КОЛЯ
От солнечного тепла?
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Да.
КОЛЯ
Ну...
Коля трёт себе лоб, украдкой наблюдает как Володька Митулин жестами пытается ему подсказать.
Всё нагревается вокруг.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Правильно, нагревается и?
КОЛЯ
Становится жарко всем...
и животным там, людям, насекомым...
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Так, и ?
КОЛЯ
Пить хочется...
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
С водой что происходит?
КОЛЯ
Воду пьют.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Причём тут это?
КОЛЯ
Когда жарко всегда хочется
пить.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Да, это, конечно, правда, а от
нагревания что делает вода?
КОЛЯ
Я же говорю - нагревается.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Нагревается и ис...?
КОЛЯ
Ис-чезает?
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Испаряется вода! Солнце нагревает
воду и она испаряется! И этот процесс
называется как?
Ломоносов с портрета строго глядит на Колю. Коля молчит, опустив голову.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
(всему классу)
Кто может ответить?
ВОЛОДЬКА
Это называется круговорот воды
в природе.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Правильно. А ты Николай, опять
не выучил домашнее задание.
КОЛЯ
Я учил.
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Как же ты учил, если двух слов
связать не можешь? Я же вижу -
ты даже не открывал учебник.
Как всегда. Садись, Носов, очень
плохо.
Коля садится за парту рядом с Володькой Митулиным.
КОЛЯ
Чего, не мог подсказать по-человечески?
ВОЛОДЬКА
Я тебе подсказывал! Круговорот в
воздухе рисовал.
КОЛЯ
Я думал это ты каких-то мух
разгонял. Эх, ещё одну двойку
схлопотал...
Коля отворачивается к окну. За окном возвышаются большие зелёные каштаны. Учитель продолжает свой урок, чертит на доске какие-то схемы, что-то объясняет, Коля не слушает его он смотрит в окно, за которым уже идёт дождь.
Под деревом, весь промокший, стоит ВАСЯ-ДУРАЧОК.
ВАСЯ-ДУРАЧОК
А Деникин наступает! А Деникин
наступает!..
ИНТ.КАБИНЕТ ФИЗИКИ-ДЕНЬ
Перемена. Одноклассники бегают по кабинету, кидаются друг в друга каштанами. Плоды попадают, то кому-нибудь по лбу, то в стекло, то в портрет Ломоносова.
ИНТ. КОРИДОР ГИМНАЗИИ.ДЕНЬ
Ученики выбегают из кабинета в коридор.
Сначала лицо Коли появляется в дыре возле двери, затем он сам выползает на четвереньках. Внезапно раздаётся громкий треск с внутренней стороны стены, в коридор через дыру летит несколько каштанов.
Коля упирается лбом в ноги грозного Карапета.
Карапет хватает Колю повыше локтя.
КАРАПЕТ
Ты зачем, негодник, портишь стену?
Думаешь, её здесь для тебя делали,
чтобы ты её ломал?
КОЛЯ
Я её не ломал, я просто вылезал
из класса.
КАРАПЕТ
Ты мне лапшу на уши не вешай! Я
же ясно слышал треск!
КОЛЯ
Нет, звук, который вы слышали,
произошел оттого, что кто-то
бросил в меня вот этим каштаном,
а дырка в стене уже была давно.
Коля поднимает с пола каштан и показывает учителю.
КАРАПЕТ
А ты значит тут и на причём?
Ловко у тебя выходит. А зачем
ты тогда в дырку полез, тебе что,
дверей не хватает?
КОЛЯ
Через дырку интереснее.
КАРАПЕТ
Что через дырку?
КОЛЯ
Романтичнее.
К двери подходит учитель Владимир Александрович.
КАРАПЕТ
Владимир Александрович, а что
вы можете скачать вот об этом
своём ученике? Он тут стены лбом
прошибает, романтики ему, видите ли,
не хватает.
КОЛЯ
Да я же говорю, эта дыра здесь
давно уже...
КАРАПЕТ
Помолчи, я сейчас не с тобой
говорю.
Владимир Александрович долго смотрит, то на Карапета, то на Колю. Коля испуганно глядит в глаза Владимира Александровича.
КАРАПЕТ
А? Что вы молчите, Владимир
Александрович?
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
Ну, как обстоят его дела у других
учителей, мне пока не совсем понятно.
Как вы знаете, я всего лишь в этом
году был назначен их классным
наставником, учебный год к тому же
совсем недавно начался...
КАРАПЕТ
И всё-таки как он учится?
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
(уклончиво)
Ничего...
КАРАПЕТ
Ничего?
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
(нечто среднее между "хорошо" и "плохо")
Ничего.
КАРАПЕТ
Ну что ж, посмотрим.
КАРАПЕТ забирает каштан у Коли и выходит на лестницу.
НАТ.УЛИЦА-ДЕНЬ
КОЛЯ идёт вприпрыжку из гимназии домой, разговаривая сам с собой, повторяя "ничего" на разные лады, постепенно превращая свой монолог в пение.
КОЛЯ
(строго)
"Как он учится?"
"Ничего".
"Как он учится?"
"Ничего."
"Как он учится?"
"Ничего-го-о-о!.."
ВИДЕНИЕ КОЛИ
Вокальный диалог между КАРАПЕТОМ в образе демона и хором учителей в образах ангелов.
КАРАПЕТ
"Как он учится?"
ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ
"Ничего-го-о-о!"
КАРАПЕТ
"Как он учится?"
ДЕЛАРЮ
"Хорошо-шо-о-о!"
КАРАПЕТ
"Как он учится?"
ОЛЬГА НИКОЛАЕВНА
Очень хорошо!
ЛЕОНИД ДАНИЛОВИЧ
Да! Да! Хорошо!
ВСЕ УЧИТЕЛЯ
(хором)
"Совсем при-лич-но-о-о!"
(И т.п.)
КОНЕЦ ВИДЕНИЯ КОЛИ
НАТ. КРЫША САРАЯ-ВЕЧЕР
Братья сидят на самом краю крыши сарая за домом, смотрят на закат солнца.
ПАША
Дурак ты, Кока, это он тебя
просто пожалел.
КОЛЯ
Кто, Карапет или Владимир Александрович?
ПАША
Конечно, Владимир Александрович,
Карапет никого не жалеет.
КОЛЯ
А что если, и Владимир Александрович,
и другие учителя не знают, что
учусь я на самом деле плохо, что
я неспособный, пропащий и... Как
там ещё учителя нас называют?
ПАША
Отпетые двоечники.
КОЛЯ
Точно. Помнишь, когда нашу
гимназию отдали под военный
госпиталь, а после из классов
пропали все коллекции насекомых,
банки с каракатицами, электрические
машины, глобусы, географические
карты...
ПАША
Даже скелет исчез. Интересно,
какому дураку мог понадобиться
обычный человеческий скелет?
КОЛЯ
Так может вместе со скелетом
и другими вещами из гимназии
исчезли и классные журналы с
нашими оценками за прошлые годы.
ПАША
Журналы наверняка порвали на
цигарки раненые солдаты.
КОЛЯ
Взяли и выкурили все вещественные
доказательства наших неуспехов в
учении.
ПАША
Хорошо, если бы это было на самом
деле, хотя мне "до лампочки", я же
сказал, что буду художником.
КОЛЯ вскакивает на ноги.
КОЛЯ
А если так, если никто не знает,
что я плохо учусь, то, может быть,
никто этого и не узнает, если я
постараюсь и начну учиться получше?
ПАША
А ты сможешь?
КОЛЯ
Я не знаю.
ПАША
И вообще, может ли человек
вот так вот взять и начать
вдруг учиться получше?
КОЛЯ
На знаю. Я только знаю, что хочу.
КОЛЯ разбегается и прыгает с крыши серая. Он долго-долго парит над землёй пока не приземляется прямо за стол перед кучей раскрыты учебников и тетрадей.
Мелькают формулы, уравнения, чертежи, примеры: “а+а=“, “в+в=“, “а-а=“, “с+с+с=“… от самых простых до самых сложных.
КРУПНО - лицо Коли, глаза бегают слева направо и обратно, внимательно вчитываясь в задачи, в задания по русскому языку, по литературе и другим предметам.
Обложки с названиями: “Алгебра”, "Задачник Шапошникова и Вальцева", “Арифметика”...
Коля пишет в тетрадях, на черновиках, на отдельных бумажках, на досках.
“2а+3а=“, “3а+4в-2в=“, “4с-с=“…
Коля, и дома, и на улице, и в гимназии, и сидя, и стоя, и лежа, и на ходу, и обедая и ужиная, и ложась спать, и одеваясь и умываясь - везде он поглощён учёбой.
Он крутит ручки электрических приборов, переливает жидкости из колбы в колбу, скрываясь в густом дыму.
Над ним склоняются учителя, родители, бурно обсуждающие решения задач, Ломоносов, с портрета аплодирующий упорству Коли.
В руках у него одна книга сменяет другую : “Капитанская дочка”, “Евгений Онегин” Пушкина, “Герой нашего времени” Лермонтова, “Шинель”, “Ревизор”, “Мертвые души” Гоголя, “Обломов” Гончарова, “Дворянское гнездо”, “Накануне” Тургенева.
Вечер. Коля спит в своей кровати, рядом, раскрытая книга "Гадкий утёнок" Андерсена.
В комнату тихо входит мама, забирает книгу, целует сына, тушит свет и выходит.
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ДЕНЬ
Карапет проводит урок математики. На доске крупно записывает уравнение, громко произнося всё, что пишет.
КАРАПЕТ
Вчера, дорогие мои, ни один
из вас так и не смог решить
этой простейшей задачки про маляра.
Посмотрим, может сегодня...
В это время за задней партой шепчутся двое мальчишек.
Карапет резко разворачивается и направляет на них указку.
КАРАПЕТ
Кто там болтает? Быстро сюда.
Ребята медленно подходят к доске, как к лобному месту.
КАРАПЕТ
Не можете ли вы, голубчики,
удовлетворить мое любопытство
и сказать, чему равен икс?
Они таращатся друг на друга, на уравнение, пожимают плечами.
КАРАПЕТ
Так-так... Ну-ка, вот ты,
Смирнов, сделай, пожалуйста,
одолжение и объясни нам, чему
равен икс.
СМИРНОВ выходит и тоже не может сделать такого одолжения.
КАРАПЕТ
Быстров, милости просим к доске.
За БЫСТРОВЫМ выходят ещё и ещё... Постепенно у доски становится тесно. В классе начинают раздаваться смешки.
КАРАПЕТ
Кто смеется? Кому там весело?
Тебе, Носов, весело?
КОЛЯ
Мне не весело.
КАРАПЕТ
Ах, тебе не весело? Тебе, стало
быть, скучно! Ну, чтоб тебе не было
скучно, иди к доске и объясни нам,
чему равен икс.
Коля подходит.
КОЛЯ
Чему равен икс?
КАРАПЕТ
Да, будь любезен.
И, деловито стуча по доске мелом, Коля начинает неожиданно для всех излагать объяснение.
КОЛЯ
Так как в задаче говорится,
что маляр в июне покрасил 58
дверей, а это на 21 дверь больше,
чем в июле месяце, то "х" дверей
в августе месяце равен 58+(58-21),
а вместе это дает 143 двери.
Составляем уравнение: "х" плюс
58+(58-21) равно 143.
Решаем уравнение: "х" равняется
143 минус 95. В результате получаем
48 дверей. Значит, икс равен 48.
КАРАПЕТ
(ошарашенно)
Ну вот... Теперь понял?
КОЛЯ
(отряхивая ладони от мела)
Конечно понял.
КАРАПЕТ
Садись, в таком случае. Все поняли?
УЧЕНИКИ
Да! Все всё поняли! Понятно.
Да!..
Они дружно отвечают, но не потому, что действительно поняли, а надеясь, что КАРАПЕТ не поставит на этот раз двойку.
КАРАПЕТ
Все садитесь.
Дети гурьбой удаляются от доски.
КРУПНО - кончик указки ломается в руках учителя.
Паша показывает брату большой палец вверх - "отлично!"
КАРАПЕТ выходит из класса.
Коля садится за парту смотрит на своё уравнение и хитро улыбается.
ИНТ.КВАРТИРА.ВЕЧЕР
Кухня, за столом сидит отец. КОЛЯ входит кладёт перед ним раскрытый дневник.
КРУПНО - страница в дневнике, на которой стоит оценка "отлично".
ОТЕЦ
Пятёрка по математике? Глазам
своим не верю!
(кричит)
Варя! Наш Колюня пятёрку принёс!
В кухню входит мать.
МАТЬ
Ну что ты опять стряслось?
ОТЕЦ
Смотри! Пятёрка по математике!
КОЛЯ
Пока только с минусом.
ОТЕЦ
Да, какой там минус! Это же
просто какая-то еле заметная
чёрточка! Каждый минус это недоделанный
плюс! Погоди ещё, Москва не сразу
строилась!
Отец гордо поднимает к потолку дневник сына.
МАТЬ
Осторожно, абажур!
ОТЕЦ
Молодец, Колюня! Я всегда говорил,
что “хочу” — это значит “могу”!
КРУПНО – отец пожимает руку сыну.
ИНТ. Ж/Д ДЕПО.ДЕНЬ
Выступление квартета "Сибирских бродяг". Прямо среди вагонов и поездов сколочена и обита красным кумачом деревянная сцена. Над сценой - лозунг: "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!" Вокруг целое море рабочих. Они стоят, сидят на крышах вагонов и металлических конструкциях.
Артисты, одетые в костюмы красноармейцев, исполняют песню. Вся публика громко подпевает.
"Мы дети тех, кто наступал
На Белые Отряды,
Кто паровоз свой оставлял,
Идя на баррикады.
Наш паровоз, вперед лети.
В Коммуне остановка.
Иного нет у нас пути -
В руках у нас винтовка..."
Коля с Пашей сидят на футляре от отцовского баяна и тоже вдохновенно голосят.
"Мы в недрах наших мастерских
Куем, строгаем, рубим,
Не покладая рук своих,
Мы труд фабричный любим.
Наш паровоз мы пустим в ход,
Такой, какой нам нужно.
И пусть создастся только фронт—
Пойдем врагов бить дружно.
Наш паровоз, вперед лети!
В Коммуне остановка.
Иного нет у нас пути—
В руках у нас винтовка."
Рабочие горячо аплодируют, свистят и кричат, благодаря артистов. В первом ряду - ЛЫСЫЙ мужчина в кожанке, с красным бантом (тот который когда-то запрещал выступления квартета), он хлопает громче всех.
ИНТ. Ж/Д ДЕПО. ПРОДОЛЖЕНИЕ
Комната за сценой. Слышны аплодисменты. Братья с баяном в футляре ждут отца и через приоткрытую дверь, наблюдают как артисты переодеваются и получают у АДМИНИСТРАТОРА деньги за выступление.
Радостный отец с несколькими купюрами выходит из комнаты.
ОТЕЦ
Ну что, архаровцы, не устали?
КОЛЯ
Ни капельки.
ОТЕЦ
Видали?
(показывает купюры)
Копейка в копеечку! Новенькими!
ПАША
Долой разруху, нужду и голод!
КОЛЯ
Да здравствует новая жизнь!
КАДРЫ ХРОНИКИ
Послевоенная жизнь 20-х годов. Восстановление народного хозяйства. Колхозы. Выступления В. И. Ленина перед трудящимися. Заводы и фабрики вновь начинают работать на полную мощность.
И т. п.
ГОЛОС(ЗК)
Кончалась гражданская война.
Постепенно возвращались в города
разбежавшиеся по деревням горожане.
Возвращались и учителя в школы. И
порядка в школе становилось больше.
И всё больше спроса было с учеников.
И я увидел, что вовремя взялся за ум.
Ко мне предъявляли больше требований.
Но и я сам предъявлял больше
требований к себе.
НАТ.ДОРОГА ДОМОЙ-ВЕЧЕР
Отец несёт футляр с баяном, дети шагают по тротуару за ним.
ОТЕЦ
Завтра выступаем в цирке.
КОЛЯ
А клоуны будут?
ОТЕЦ
Конечно, и клоуны, и дрессировщики
с обезьянами, и джигиты, и даже борцы.
КОЛЯ
Борцы? Тогда мы и завтра с тобой
пойдем, а то мы уже и забыли,
когда в цирке были.
ОТЕЦ
Отлично! Как раз захватите мой
баян. Я завтра не успею за ним
заехать перед концертом, вот вы
мне и поможете.
ПАША
А мы дотащим?
ОТЕЦ
Вы то? Палку какую-нибудь возьмёте,
сквозь ручку просунете и порядок.
Вы же у меня о-го-го! Силачи!
КОЛЯ
Слыхал, Пашка, ты силач Бамбула.
ПАША
Сам ты Бамбула… «поднял четыре стула,
широкую кровать, а спички не поднять».
Коля, Паша и отец смеются, подходят к своему дому.
ИНТ.ЦИРКОВОЙ МАНЕЖ.ДЕНЬ
Идёт подготовка к концерту. Квартет, за исключением отца, сидя в зрительном зале проводит спевку. Клоуны ЖАКОНИ и ДОНАТО на манеже отрабатывают свои трюки и фокусы, дрессировщица никак не может успокоить тявкающую собачку с бантиком.
ДРЕССИРОВЩИЦА
Рикки, тихо! Нельзя, Рикки! Нельзя!
Ах ты дрянь такая, замолчишь ты или
нет!
ЖАКОНИ
Можно потише! Вы же мешаете репетировать!
ДРЕССИРОВЩИЦА
Мы здесь все репетируем, между прочим!
А вы бы могли и в гримёрке свои
морды корчить!
(собачке)
Рикки!!! Я тебя сейчас по стенке
размажу!
НАТ.УЛИЦА.ДЕНЬ
Братья несут баян в футляре. Чтобы было легче, они продели сквозь ручку футляра палку от половой щетки и положили её на плечи. Торопятся, боясь опоздать к началу концерта.
КОЛЯ
Мы с тобой как два туземца из
Центральной Африки несём убитую
на охоте косулю.
ПАША
Это не косуля, а целый буйвол.
Давай остановимся, плечо устало.
Они ставят баян на тротуар и, чуть передохнув и поменяв плечи, бегут дальше.
ИНТ.СЛУЖЕБНЫЙ ВХОД В ЦИРК.ПРОДОЛЖЕНИЕ
Коля и Паша, все потные, открывают дверь и втаскивают свою ношу. На входе – ВАХТЁР, мужчина 60-ти лет, явно бывший силовой жонглёр.
ВАХТЁР
Вы куда, молодые люди?
ПАША
Мы баян принесли.
ВАХТЁР
(шутливо)
Для кого? У нас сегодня коза не
выступает.
Вахтёр гогочет от своей же «удачной» шутки.
Может вы перепутали? Может вам
надо в «Мулен-Руж»?
КОЛЯ
А мы не для козы, мы для нашего
отца, Николая Петровича. Он в
«Сибирских бродягах» поёт.
ВАХТЁР
А, как же, наслышан, проходите.
По лестнице вниз, потом прямо по
коридору, затем завернёте за угол
направо, там будет такая маленькая
лестница…
Мимо ВАХТЁРА проходит клоун в широченных штанах, длиннющем, до колен, пиджаке, огромнейших штиблетах, раза в два больше, чем надо. На голое - парик с огненно-рыжими волосами и огромнейшей, во всю голову, розовой лысиной, огромный красный нос и румяные щеки.
ВАХТЁР
Жакони, постой. Отведи ребят в
в артистическую уборную, а то они
сами не найдут.
ЖАКОНИ
(придуриваясь)
О! Это не так-то просто! Даже мне,
а я ведь здесь родился. За мной!
Жакони ведёт ребят по лабиринтам цирка.
КОЛЯ
(шёпотом)
Какой он страшный.
ПАША
Ну может это только вблизи, а
издалека будет не такой страшный.
ЖАКОНИ
Вы что, первый раз в цирке?
КОЛЯ
За кулисами в первый. А вы и правда
тут родились?
ЖАКОНИ
Да, прямо между ящиком с опилками
и клеткой льва. Вот здесь.
Они проходят мимо льва. Лев издаёт страшный рык.
КОЛЯ
(шёпотом Паше)
Ужас.
ИНТ.АРТИСТИЧЕСКАЯ.ПРОДОЛЖЕНИЕ
Перед зеркалом сидит второй клоун - ДОНАТО. У него всё лицо серое, словно вытесанное из камня, а на голове такая же серая арестантская шапочка. ДОНАТО никогда не смеётся и не улыбается, даже когда попадает в очень смешные положения.
ЖАКОНИ
ДОНАТО, гляди кого я тебе привёл.
ПАША
(шёпотом Коле)
Этот ещё страшнее.
ДОНАТО
А, наконец то. Дети, у меня пропало
яйцо, которое снесла дрессированная
курица.
ПАША
А мы то тут при чём?
КОЛЯ
Мы здесь, вообще, в первый раз.
ЖАКОНИ
Как это при чём? Вы же мне сказали,
что это вы стянули.
ПАША
Чего вы врёте? Мы ни чего вам такого
не говорили, ни про курицу, ни про её
дрессированные яйца!
КОЛЯ
Мы отцу баян принесли.
ДОНАТО
Да? А это что такое?
Донато суёт руку Паше в карман, достаёт яйцо. Брат краснеет от смущения.
ДОНАТО
(погрозив пальцем)
Больше не делай так. И ты тоже.
Донато вынимает второе яйцо из кармана Коли.
Жакони оглушительно смеётся, смех переходит в плачь, «из глаз» прямо на ребят вырываются две струи.
ПАША
(Коле)
Уходим, пока не поздно.
В артистическую вбегает ОТЕЦ, чуть поскальзывается на луже.
ОТЕЦ
Ой… Добрый день! Ну что, архаровцы,
дотащили? Давайте, дальше я сам.
Он забирает баян и они выходят из артистической.
Идём, я покажу, где можно посидеть,
посмотреть выступление.
ИНТ.ЦИРКОВОЙ МАНЕЖ.ПРОДОЛЖЕНИЕ
Идёт концерт. Паша и Коля сидят в оркестре на чехле от баяна, смотрят выступление «Сибирских бродяг». Квартет поёт песню «Чечётка», солирует баритон Галковский, ему «подпевает» собачка Рикки. Стоя на блестящем кубе, она невпопад подтявкивает и подвывает.
«Летела чечетка,
Летела лебедка
Эх, на боярский двор,
Эх, на боярский двор.
Прижила себе чечетка,
Прижила себе лебедка
Ровно семь дочерей,
Эх, ровно семь дочерей.
Эх, Дарью да Марью,
Онисью, Федосью,
Окулину, Степаниду
Да седьмую Катерину.
Эх, душу Катиньку,
Да душу Катиньку…»
Песня заканчивается, публика аплодирует, ДРЕССИРОВЩИЦА поднимает Рикки с кубика, чмокает её в нос и кланяется.
Начинается цирковая пантомима. На арене – Африканские джунгли. Выходит старая, хромая горилла, охотники ловят её, привозят в клетке и продают какому-то богачу. Горилла вырывается из клетки, похищает дочь-красавицу богача и удирает с ней.
Бедная седая горилла играет свою роль вяло, без «огонька». Видно, что ей всё даётся с трудом.
Убитый горем богач назначает огромное вознаграждение тому, кто поймает гориллу и вернет ему дочь. Горилла мечется, задыхаясь, по арене и по оркестровой площадке, лазает под куполом цирка по натянутым тросам, качается на трапециях с девушкой в руках, которая поминутно падает от страха в обморок. Охотники гоняются за гориллой с ружьями, опасаясь стрелять, так как убитая или раненая горилла может выпустить свою жертву из рук и несчастная девчонка может свалиться сверху.
Гремит барабанная дробь. На арену выкатывают огромную ракету. Из-под её днища вырывается огонь. Взрыв! Из ракеты вылетает красавец-герой в красном плаще. Он кружит над гориллой, выполняя «смертельные» акробатические трюки.
Наконец измученная горилла окончательно поймана.
Дочь-красавица – в руках у героя в красном плаще. Отец дочери дарит зрителям воздушные шары.
Оркестр играет финальный парад-алле, выходят все артисты, выступавшие в этот вечер.
От громкой музыки братья затыкают уши и удивлённо глядят друг на друга.
КОЛЯ
А где борцы?
ПАША
Чего?
КОЛЯ
Я говорю, куда делись борцы?
ПАША
А джигиты?..
НАТ.УЛИЦА.ВЕЧЕР
Отец с баяном торопится домой. Ребята, чуть сзади, идут за ним. У Коли в руках палка от швабры.
ПАША
Ты же говорил, будут джигиты
на лошадях?
ОТЕЦ
Не знаю, чего-то не приехали.
Зато вместо джигитов была горилла.
Между прочим, эта горилла ещё при
Царе Александре III представления
давала.
КОЛЯ
А борцы?
ОТЕЦ
Они не смогли сегодня выступать
по уважительной причине. Дизентерия
никого на щадит, даже борцов.
Так что мойте руки перед едой.
«Да здравствует мыло душистое,
И полотенце пушистое,
И зубной порошок,
И густой гребешок!..»
Эх, хлопцы, давайте поторопимся,
а то мне тоже не по себе что-то.
Отец зашагал ещё быстрее, ребята бегут за ним.
КОЛЯ
Мы думали, будет чего-то интересное…
ПАША
Да, то, чего мы раньше никогда
не видели, а не эта мура с тявкающей
собачонкой и глупыми клоунами.
ЗТМ
ИНТ.ГИМНАЗИЯ.ДЕНЬ
Перемена между уроками. Паша и Коля сидят под лестницей, в своём излюбленном месте.
ПАША
Ну что, Кока, сегодня вечером
опять - в цирк?
КОЛЯ
Вряд ли, отец заболел, все выступления
у него отменились. Это теперь
надолго.
ПАША
А давай так сделаем: потихоньку
вытащим из сарая баян, отнесём
в «Мулен-Руж» и посмотрим представление.
КОЛЯ
Так квартет же не выступает
сегодня в “Мулен-Руж”.
ПАША
Ты дурак? Кто там знает, выступает
квартет или не выступает. Билетёрша
увидит, что мы принесли баян, и
пропустит нас.
КОЛЯ
А вдруг она догадается, что мы
обманываем?
ПАША
Ну, скажем — ошиблись: нам в
“Ша-Нуар” нужно, а мы в “Мулен-Руж”
пришли.
Под лестницу заскакивает радостный Люсик Боровский, недавно поступивший в гимназию.
ЛЮСИК
Пацаны, слыхали, Закон Божий отменили?
ПАША и КОЛЯ
Да ну?
ЛЮСИК
Ей Богу! Со следующей недели!
КОЛЯ
О! Меньше зубрёжки будет.
ПАША
Ещё бы химию отменили, вот бы
красота наступила.
ЛЮСИК
Химию? Да это же самый нужный
предмет в жизни!
ПАША
Никакого проку от твоей химии,
сплошные формулы.
ЛЮСИК
Смотри!
ЛЮСИК вынимает из кармана маленький блестящий свёрточек, поджигает спичкой, кладёт его на пол. Свёрточек шипит, выпуская струю едкого дыма.
КОЛЯ
Атас! Сейчас рванёт!
Ребята выскакивают из-под лестницы, за ними вылетает ракета, она шипит, свистит. Ученики застыли, ракета мечется по всему коридору, словно ищет выход. ЛЮСИК распахивает большое окно, ракета вылетает на улицу, гремит оглушительный взрыв и в разные стороны разлетаются разноцветные огни.
Все радуются, хлопают ЛЮСИКУ, словно фокуснику в цирке.
ЛЮСИК
Видали? Пермангана;т ка;лия, плюс
магний, плюс хлорат калия, плюс
ещё кое-что.
(Паше)
А ты говоришь: «никакого проку».
По лестнице, разгоняя завесу дыма, бежит сторож (бывший дворник)
СТОРОЖ
Это что за вандализм? Едрит твою
дивизию, кто это сделал? Это не
гимназия, а чёрт знает что!
Сборище террористов!
Ребята исчезают в дыму.
ИНТ.МУЛЕН-РУЖ.
КРУПНО – вспышки фотографов.
На сцене десять полуголых танцовщиц в ярких платьях с перьями исполняет зажигательный канкан. Публика восторженно ликует. Оркестр гремит всеми своими струнами и клавишами.
Братья сидят за кулисами, ПАША, не дыша уставился на сверкающую огнями сцену. КОЛЯ, покраснев, рассматривает свои ботинки.
ПАША
Вот это, Колюня, я понимаю! Никакой
театр, никакой цирк не сравнится с
таким зрелищем!
КОЛЯ
Ну не знаю… Чего здесь хорошего?
По-моему, представление со старой
гориллой и то интересней…
ПАША
Ладно, завтра тогда в цирк пойдём,
может там борьба будет,
а послезавтра – опять сюда или в
“Ша-Нуар”. По рукам?
КОЛЯ
По рукам!
На сцене танцовщики в белых фраках и цилиндрах поднимают на руки солистку с ангельскими крыльями, она размахивает голыми ногами и поёт по-французски «Марсельезу».
ИНТ.КВАРТИРА.ДЕНЬ
Отец на кухне сидит за столом. Перед ним – ломтик чёрного хлеба, солонка, рюмка и бутылка выпитой на половину водки.
ОТЕЦ
(напевает)
«Отречемся от старого мира!
Отряхнем его прах с наших ног!..»
(повторяет)
«С наших но-о-ог…»
Нет, чего-то не звучу.
Он наливает водки, выпивает, заедает хлебом.
МАТЬ
(из другой комнаты)
Ты там не увлёкся своим лечением?
ОТЕЦ
Почему? Мне Александр Иванович дал
чёткий рецепт от этой заразы:
водка, соль и кусочек чёрного хлеба.
МАТЬ
Так Александр Иванович сколько водки
сказал выпить?
ОТЕЦ
Грамм сто…
МАТЬ
Ну, сто грамм, а ты уже бутылку
допиваешь.
Отец удивлённо глядит на водку.
ОТЕЦ
Ой! И правда…
Мать подходит к столу, берёт бутылку и ставит в буфет на полку.
ОТЕЦ
А всё-таки народными средствами
лечиться намного эфф… эфф…
эфффективнее, чем там всякими
порошками. Завтра буду как огурчик!
МАТЬ
Ложись спать, Николай…
(целует его в щёку)
а то будешь как помидорчик,
маринованный.
ИНТ.ДЕТСКАЯ.ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР
Братья лежат в своих кроватях. Темнота.
КОЛЯ
Это, ты здорово, Павлушка, придумал.
Мы так теперь можем на любое
представление, на любой концерт
попасть.
ПАША
Только знаешь, мы с тобой дураки.
КОЛЯ
Почему?
ПАША
А ты не догадываешься?
КОЛЯ
Нет.
ПАША
Потому что ты дурак, вот и не
догадываешься.
КОЛЯ
Ну ладно, я дурак, потому
что не догадываюсь, а почему
мы с тобой дураки?
ПАША
Потому что, чтоб попасть в “Мулен-Руж”
или в какой-нибудь другой театр,
вовсе не нужно тащить туда
тяжелый баян.
КОЛЯ
Так без баяна же нас не пропустят.
ПАША
А мы вынем баян из футляра и
принесем пустой футляр. Никто
же не станет проверять, есть в
футляре баян или нет.
Открывается дверь в комнату, виден силуэт матери.
МАТЬ
Хватит вам шушукаться. Спать
давно пора.
ПАША и КОЛЯ
Спокойной ночи, мамочка.
ЗТМ
ЗВУЧИТ КАНКАН
МЕЛЬКАЮТ КАДРЫ:
НАТ.УЛИЦА-ВЕЧЕР
Братья бегут с чехлом от баяна. Слева направо. Взбегают по лестнице, над которой мигают большие буквы «ЦИРК»
ИНТ.ЦИРК-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Братья смотрят представление. Клоуны, собачки, борцы.
НАТ.УЛИЦА-ВЕЧЕР
Братья бегут с чехлом от баяна. Справа налево. Перед ними распахиваются широкие двери под вывеской «МУЛЕН-РУЖ»
ИНТ.МУЛЕН-РУЖ -ПРОДОЛЖЕНИЕ
Братья смотрят представление. Хлопают танцовщицам, музыкантам, певцам.
НАТ.УЛИЦА-ВЕЧЕР
Братья бегут с чехлом от баяна. Сверху вниз.
КРУПНО – «ША-НУАР»
ИНТ.ША-НУАР-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Братья смотрят представление. Танцовщики хлопают музыкантам, чечёточники хлопают сами себе. Летят букеты цветов.
НАТ.УЛИЦА-ВЕЧЕР
Братья бегут с чехлом от баяна. Снизу вверх.
ОЧЕНЬ КРУПНО – «ЦИРК».
ИНТ.ЦИРК-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Братья смотрят представление. Клоуны, танцовщицы, собачки, чечёточники, борцы, музыканты, горилла…
Всё перемешалось в головах наших героев. Они уже видят себя в окружении артистов, животных, огромных красочных афиш.
КАНКАН УМОЛКАЕТ
ИНТ/НАТ.ЦИРК-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Коля с Пашей выходят из цирка. Им вслед смотрят клоуны ЖАКОНИ и ДОНАТО.
КРУПНО – лицо ДОНАТО, который беспрерывно вынимает и вынимает изо рта куриные яйца.
Ребята машут им руками и уходят по улице, унося свой футляр от баяна.
ЗТМ.
НАТ.ВХОД В ТЕАТР «ПИКОЛЕ»-ВЕЧЕР
КРУПНО – афиша на стене:
«СЕГОДНЯ в 19.00! Большой
Первомайский концерт!
Квартет «СИБИРСКИХ БРОДЯГ»
Песни Труда и Свободы».
Братья с баяном подходят ко входу. Двери распахиваются, им навстречу - лысый гражданин в пенсне.
ЧЕЛОВЕК В ПЕНСНЕ
А вот и наши юные помощники!
Давайте, давайте, летите, орлы!
Ваш баян уже все заждались.
Братья взбегают по лестнице театра.
ИНТ.ЗА КУЛИСАМИ ТЕАТРА «ПИКОЛЕ»-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Квартет уже весь в сборе. Отец открывает футляр, растерянно моргает глазами.
ОТЕЦ
(в недоумении)
Что это такое?
ПАША заглядывает в футляр и от удивления разевает рот.
ОТЕЦ
Что это за фокусы, я спрашиваю?
ПАША
(запинась)
Э-это Донато… и Жакони. Я уверен!
ОТЕЦ
(кричит)
Какие еще Донато и Жакони? Я же вижу,
что это кирпичи!
Коля глядит в футляр.
КРУПНО – два красных кирпича в чёрном футляре.
Вокруг постепенно собираются все артисты, участвующие в концерте: бас АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ, баритон ВАСИЛИЙ ГАЛКОВСКИЙ, КРИНЁВ, концертмейстер в бархатном платье и другие.
Подошёл и лысый товарищ в пенсне.
ОТЕЦ
Где баян?
ПАША
(разведя руки)
Ну, там, наверно.
ОТЕЦ
Где — там?
ПАША
Ну, в сарае…
Отец выскакивает за дверь, но тут же возвращается.
ОТЕЦ
Ключ!
ПАША
Какой ключ?
ОТЕЦ
Ну, ключ от сарая, растяпа!
Брат достаёт из кармана ключ.
ОТЕЦ
(в истерике)
Ни стыда, ни совести! Отец дома
от дизентерии страдает, места себе
не находит, а они развлекаются!
Фокусы показывают!
АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ
Николай Петрович, вы ещё не окрепли!
Возьмите извозчика.
ОТЕЦ
Ну разумеется! Не бегом же я побегу!
Отец выбегает. Оставшиеся члены квартета стоят вокруг футляра с кирпичами.
АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ
Н-да… Ну, рассказывайте, как же всё
получилось?
ПАША
Это Донато и Жакони.
ГАЛКОВСКИЙ
Ну ты же видишь, что это кирпичи,
а никакие не Донато и Жакони.
ПАША
Честное слово, дядя Вася, это
Донато и Жакони. Я уверен…
Галковский прикладывает руку брату ко лбу, чтобы узнать, нет ли у него жара.
ПАША
Честное слово, это Донато и Жакони.
Это они положили. Я уверен.
АККОМПОНИАТОРША
Фу! Какое беспардонное враньё!
Ещё и клоунов сюда приплели…
Даже слушать противно!
Она уходит, гневно цокая своими каблуками.
АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ
Н-да…
ГАЛКОВСКИЙ
Так Донато и Жакони в цирке,
а мы с тобой где?
ПАША
Так мы же вчера-то ведь были
в цирке.
ГАЛКОВСКИЙ
Ну, вы были в цирке, а кирпичи-то
как попали в футляр?
КОЛЯ
И футляр был в цирке.
ГАЛКОВСКИЙ
Как же он в цирк-то попал?
ПАША
Ну, мы всегда так делаем…
ГАЛКОВСКИЙ
Всегда так делаете? Как же это?
ПАША
Ну, берем пустой футляр… и путешествуем
по концертам с пустым футляром.
АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ
Так вы, значит, всегда так делаете?
КОЛЯ
Угу. Каждый вечер.
Александр Николаевич заливается громким басом.
АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ
Ха-ха-ха!.. Видали аферистов?
Предъявляют пустой футляр от баяна и
их везде пропускают. Это ж надо так
всё придумать!.. Гениально!
Он вытирает слёзы от смеха носовым платком.
Ну, вы, братцы, бегите в зал,
а то прозеваете представление.
А я поговорю с аккомпаниаторшей.
Может быть, нам придется под рояль
выступать. Еще неизвестно, найдет ли
отец баян в сарае. Может быть, он и
не в сарае вовсе, а в цирке… Ха-ха!..
Представление смотрит.
Ребята спешат по коридору в зал.
ГАЛКОВСКИЙ
(им вслед)
Может быть, на нём в цирке Донато
и Жакони играют!
ИНТ.ЗРИТЕЛЬНЫЙ ЗАЛ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Братья пробираются по последнему ряду на свободные места. На сцене в это время гимнасты в белых майках и красных трусах выстраивают под аккомпанемент рояля разные хитроумные пирамиды.
Ребята сидят в креслах, дёргаясь как на иголках.
ПАША
Это клоуны сделали, сто процентов.
КОЛЯ
Больше некому. Заметил, как они
оба смотрели на нас, когда мы
уносили футляр с кирпичами? Даже
Донато улыбался, а он вообще всегда
грустный ходит.
ПАША
А я еще подумал, чего-то футляр
такой тяжёлый стал? Наверное, мы уже
устали с ним бегать по разным
представлениям, пора заканчивать.
КОЛЯ
Лишь бы отец успел с баяном к
выступлению, а то нам дома такой
концерт будет.
На центр авансцены, перед занавесом выходит КОНФЕРАНСЬЕ. Во время его речи зал покидает довольно большое количество зрителей.
КОНФЕРАНСЬЕ
И в заключении нашего праздничного
вечера выступают любимцы публики,
лауреаты многочисленных певческих
конкурсов, так сказать, соловьи
Всемирной Революции Пролетариата –
Квартет Сибирских Бродяг!
КОНФЕРАНСЬЕ уходит за кулисы, занавес медленно поднимается. Стоят только три человека, они начинают петь «а капелла».
«По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Бродяга, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах…»
Братья с тревогой глядят друг на друга, в предчувствии своей мрачной участи.
Неожиданно раздаются громкие раскаты баяна. Отец выходит с инструментом на сцену, зал аплодирует, квартет продолжает петь под баян.
«Бежал из тюрьмы темной ночью,
В тюрьме он за правду страдал —
Идти дальше нет больше мочи,
Пред ним расстилался Байкал…»
Коля и Паша с облегчением глядят на сцену.
ГОЛОС(ЗК)
Вот так и закончилось наше странное
знакомство с клоунами Жакони и Донато.
В цирк после этого случая мы не
скоро попали. Отец строго-настрого
запретил нам трогать баян, и наши
вылазки на разные представления
прекратились. Тем более, надо было
нажать на учение, ведь это был уже
последний год нашего пребывания в
школе.
КРУПНО – поблекшая и потрёпанная афиша на стене:
«СЕГОДНЯ в 19.00! Большой
праздничный концерт!
Квартет «СИБИРСКИХ БРОДЯГ»
Песни Труда и Свободы».
Через всю афишу от нижнего угла до верхнего:
«КОНЦЕРТ ОТМЕНЯЕТСЯ!!!»
Дождь стекает по буквам, смывая краску с бумаги.
КРУПНО – чьи-то руки срывают старую афишу, сминают и афиша летит в мусорную урну.
ИНТ.КВАРТИРА-ВЕЧЕР
За окном – гроза. Коля делает домашнее задание. Отец с матерью на кухне перебирают картошку.
ОТЕЦ
Да, наступили новые времена, а
как говорится, новые времена -
новые песни. Будь они неладны!
МАТЬ
Ну подожди, может ещё всё вернётся…
То есть, я имею в виду, вернутся
ваши выступления, концерты…
ОТЕЦ
Кому теперь нужны все эти
страдания про цепи и кандалы,
про тюрьму и неволю, про железные
решетки и каменные остроги? Эти
лохмотья, усы, бороды, в которых
мы когда-то блистали перед публикой?..
(поёт)
«Бывало в дни веселые —
Гулял я, молодец,
Не знал тоски-кручинушки,
Как вольный удалец…»
Нет, Варя, всё уже в прошлом.
Хлопает входная дверь, входит Паша с самодельным этюдником. На нём мокрая несуразно длинная блуза, как у настоящих художников.
ОТЕЦ
Ты там не промок, Шишкин?
ПАША
Ерунда, искусство требует жертв.
МАТЬ
Переоденься, не хватало ещё
кому-нибудь заболеть.
Паша проходит в комнату, где сидит Коля, на канцелярскую кнопку крепит к стене только что написанный этюд.
ПАША
Видал, Кока?
КОЛЯ
Очередная картинка с кустами и облаками?
ПАША
Не картинка, а пейзаж, темнота.
Это тебе не алгебру зубрить.
Он любуется своей живописью. Вся стена увешана изображениями полей, лесов, рек, облаков, деревьев и пр.
Алгебра чепуха, её каждый дурак может
выучить, а картину написать —
талант нужен.
КОЛЯ
Если алгебра чепуха, то возьми
вот реши задачку.
ПАША
А я не дурак, чтоб задачи решать.
Тебе надо, ты и решай сиди, а нам,
художникам, математика ни к чему.
КОЛЯ
Чтобы стать художником, надо отучиться
в художественном институте, а перед
институтом окончить художественную
профшколу, а до этого надо сначала
окончить семилетку. Так что, без
алгебры и тебе никак нельзя обойтись.
ПАША
Ладно, убедил. Ну ты решай свою
задачу, а я у тебя потом спишу.
Паша выходит из комнаты.
Отец стоит напротив буфета, что-то ищет на полках.
ОТЕЦ
Бас наш, Александр Николаевич,
уезжает в Одессу, на дрожжевую
фабрику работать, Галковский, глядя
на него, тоже куда-то «намылился»…
Как говорится: «Finita la commedia».
Варя, а где водка?
МАТЬ
Кончилась ещё вчера.
ОТЕЦ
Эх, ну почему мне так не везёт
в жизни?
МАТЬ
Что значит «не везёт»? В конце концов
мы всегда можем вернуться в Ирпень.
Ведь мы уехали потому, что детям надо
было учиться. Теперь учение кончается
и ничто не мешает нам возвратиться
обратно.
ПАША
А где мы там жить будем? Вы же всё
продали!
ОТЕЦ
Помолчи! Что за манера влезать в
чужие разговоры?
ПАША
Вы мне не чужие.
ОТЕЦ
Всё равно, помолчи! И мы не всё
продали! У нас там остался небольшой
участок, между прочим. С колодцем!
Отец начал нервно ходить по комнате, потирая ладони и покусывая кончики усов.
Конечно, в Ирпене будет легче. Там
всё своё будет.
МАТЬ
Ну, да. Огородик разведём -
будет своя картошечка, огурцы,
помидоры, капуста… Можно кур завести.
ПАША
А жить мы где будем? В курятнике?
ОТЕЦ
Да что ты заладил? «Где? Где?»
Найдём! Мне вон давно уже приятель
из квартета предлагает жить в его
доме.
МАТЬ
Это у которого дача в Ирпене?
ОТЕЦ
Ну да, Кринёв.
МАТЬ
А сам он там почему не живёт?
ОТЕЦ
Он как туда приезжает, сразу
чихать начинает и чихает так,
без остановки, пока не уедет.
Не может и боится, что дом без
присмотра растащат.
КОЛЯ
(из другой комнаты)
А мы там сами чихать не начнём?
ОТЕЦ
Не начнём. Я уже проверял.
МАТЬ
Хорошо бы козу купить.
ОТЕЦ
И козу, и поросёночка можно выкормить.
На зиму свое сало будет.
(Коле)
А со временем и свой домик построим.
Не сразу, конечно, а понемножечку.
Сначала — сарайчик…
Коля входит на кухню и сразу подхватывает «знакомую песню» отца.
КОЛЯ
Да, постепенно. Сразу ведь ничего
не делается…
ОТЕЦ
Вот-вот правильно, Кока. Всё
нужно начинать с маленького…
Это вам, друзья мои, не фунт изюму.
ПАША
Апчхи!
ОТЕЦ
Точно.
МАТЬ
Ну я же тебе сказала, переоденься…
ЗТМ
ИНТ.ГИМНАЗИЯ-ВЕЧЕР
ПЁТР ЭДУАРДОВИЧ ДЕЛАРЮ ведёт урок русского языка. Ученики по одному подходят к учителю, индивидуально отвечают, получают отметку и выходят из класса. Те, кто ждёт своей очереди, переговариваются, шумят.
ДЕЛАРЮ
Так, можно потише? Вы же мешаете
друг другу.
ЛЮСИК
Петр Эдуардович, но урок уже
давно закончился.
ДЕЛАРЮ
Я вижу, вижу… Мне сегодня
обязательно нужно опросить всех,
так как учебная четверть кончается,
а отметки не выставлены. Потерпите,
осталось недолго.
Коля сидит за последней партой в крайнем ряду. Он никуда не торопится, склонился, "ломая голову", над листком с заданием.
ДЕЛАРЮ
Кто ответил по глаголам и местоимениям,
может идти домой. И давайте быстрее,
а то и правда, мы тут надолго
задержались.
Помещение постепенно пустеет. Последних отвечающих Петр Эдуардович спрашивает быстро, забирает листок с заданием и ставит оценку.
К учителю подходит ЛЮСИК БОРОВСКИЙ.
ДЕЛАРЮ
А ты, Боровский, вместо того,
что бы замечание учителю делать,
подстригся бы лучше. А то ходишь
как Махно.
ЛЮСИК
Почему как Махно? Я как Менделеев.
СМИРНОВ
А надо как Котовский!
СМИРНОВ звонко шлёпает себя по бритой по «ноль» голове.
Ученики громко хохочут. ПЁТР ЭДУАРДОВИЧ строго стучит указкой по столу.
ДЕЛАРЮ
Успокойтесь! Вы доиграетесь!..
Пётр Эдуардович устало вздыхает и бормочет себе под нос.
Вот брошу вас, уеду в Москву
и не буду больше никого учить,
нервы тратить…
Устроюсь там в какой-нибудь
театр, буду пьесы пописывать,
статейки в газеты или журналы…
Наконец в классе остался только Коля.
Пётр Эдуардович не замечает его, сидит перед раскрытым журналом, о чём-то долго думает. Затем встаёт, закрывает журнал, суёт его под мышку, словно собрался совсем уходить, но вдруг глядит в сторону. Видит Колю.
ДЕЛАРЮ
Слушай, а тебя-то ведь я не спросил!
Ты так тихонько сидел, что я тебя и
не заметил. Как же это случилось, а?
КОЛЯ
Не знаю.
ДЕЛАРЮ
Надо же, такого у меня ещё никогда
не было. Вот так казус.
КОЛЯ
Сказать по правде, я нарочно сидел
тихо, чтоб не привлекать к себе ваше
внимание.
ДЕЛАРЮ
Зачем? Ты же грамотно пишешь.
КОЛЯ
Это потому, что я много читаю и
просто запоминаю, как пишется каждое
слово, а вот что у глаголов имеются
какие-то залоги, действительный там
или страдательный, а местоимения бывают
возвратные, притяжательные и ещё какие-то… -
в этом разбираюсь не шибко.
ДЕЛАРЮ
И ты поэтому сросся с партой, думая,
что я тебя не замечу и не спрошу?
КОЛЯ
Знаете, я прочитал недавно в одной
книжке, что у животных глаза
устроены так, что легко
замечают движущиеся предметы,
и что если в лесу, к примеру,
сидеть тихо, не шевелясь, то
животные и птицы будут подходить
и подлетать к тебе близко, словно
принимая за какой-нибудь неживой
предмет. Вот я и решил проверить.
ДЕЛАРЮ
Что ж, эксперимент твой, в общем,
оказался удачным. Ну, иди домой,
мы и так засиделись с тобой тут.
КОЛЯ
А как же оценка?
ДЕЛАРЮ
Ах, оценка...
Он открывает журнал и ставит четвёрку.
КОЛЯ
Спасибо, Петр Эдуардович.
ДЕЛАРЮ
Всего тебе хорошего, Коля.
НАТ.ДАЧА КРИНЁВА-УТРО
Слышны звуки патефона – «Аргентинское танго».
КРУПНО – кисть в руке Павла кладёт на небольшой холст аккуратные мазки масляной краски.
На холсте: железная дорога с ползущим по ней товарным составом. Прямо, за железной дорогой, — дача с балконами и фестонами. Направо — возвышающийся над прибрежными ивами железнодорожный мост с величественными, пересекающимися по диагонали металлическими фермами. Налево - сквозь деревья еле видна зеленая крыша домика, в котором когда-то жили наши герои.
ГОЛОС(ЗК)
Да! Целая эпоха прошла с тех пор,
как отец продал наш домик купцу
Елисееву. И вот мы снова на прежнем
месте. То есть почти на прежнем.
Зато теперь у нас всё своё будет:
картошечка, огурчики, помидорчики…
Не сразу, конечно, а постепенно.
Всё начинается с малого, как любил
говорить отец.
Картина «оживает». Теперь всё, что было на холсте мы видим глазами Павла, который стоит у своего этюдника. Рядом на табуретке – патефон. Ветер развевает длинные волосы Павла. За его спиной – дом Кринёва. Это заурядное одноэтажное строение дачного типа, обитое тесом, окрашенным теперь уже облупившейся и полинявшей краской, которая была когда-то зеленого цвета. Крыша железная, темно-бурая. В общем, дом довольно крепенький. Три комнаты с кухней. В одну сторону выходят сенцы с крылечком, в другую — открытая веранда.
НАТ.ДАЧА КРИНЁВА-УТРО
К Павлу подходит Николай с удочкой и ведёрком с пойманной рыбой. Они заметно изменились: возмужали, подросли. Это уже не дети, а взрослые юноши, НИКОЛАЙ и ПАВЕЛ.
НИКОЛАЙ
Ну что, братишка, идём огород
копать?
ПАВЕЛ
Где ты здесь копать собрался?
На этом бугре один песок.
НИКОЛАЙ
Конечно не здесь, а на нашем
участке.
Они смотрят вдаль, туда, где видна зелёная крыша их бывшего дома.
НИКОЛАЙ
Там земля жирная, чернозём! Целина!
Как говорит отец, только приложить
руки — урожай будет ого!
ПАВЕЛ
А сам он чего не хочет копать?
НИКОЛАЙ
Ему некогда. Он целыми днями в
ресторане поёт, на жизнь зарабатывает.
ПАВЕЛ
Не, я сегодня не могу. Надо до вечера
ещё два этюда написать и один
натюрморт… Мне ведь теперь нужно
готовиться к поступлению в художественную
профшколу.
НИКОЛАЙ
А мне, думаешь, не нужно? Думаешь,
на химический факультет Политехнического
института просто так берут?
ПАВЕЛ
Ну ты сравнил химию и живопись!
НИКОЛАЙ
Я ничего не сравниваю! Я просто
знаю, что человек сам должен
зарабатывать себе на кусок хлеба.
И все мы должны работать ради того,
чтоб обеспечить себя этим куском и
не есть чужого куска. Даже если
работа не по вкусу… Работаем мы,
в конце концов, не для удовольствия,
а для того, чтоб прокормить себя, и
чтоб не сидеть на шее у родителей
или вообще на чьей-нибудь шее!
НАТ.ВОЗЛЕ Ж/Д НАСЫПИ-УТРО
Коза, привязанная к колышку, ходит вокруг него и щиплет зелёную травку. По насыпи проезжает поезд. К козе подходит мать, отвязывают её и они вместе уходят.
НАТ.ОГОРОД-ДЕНЬ
Николай копает лопатой заросшую землю. Он с трудом переворачивает чёрные комья и разбивает остриём лопаты. Пот стекает ручьями по его лицу на грудь.
В его голове звучит многоголосый хор, исполняющий песню:
«Расскажу-ка вам, ребята,
Жили в лагере мы как,
И на солнце, как котята,
Грелись этак, грелись так.
Наши бедные желудки
Были вечно голодны,
И считали мы минутки
До обеденной поры.
Дым костра, луны сиянье,
Белый пепел и зола,
Дразнит наше обонянье
Дух картошки из костра.»
Песня умолкает. Николай останавливается передохнуть.
У него пересохло в горле. Он видит сквозь заросли кустарника старый колодец.
НАТ.КОЛОДЕЦ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Николай подходит к колодцу, открывает дверцу, опускает ведро на цепи.
КРУПНО – металлическое ведро, наполненное наполовину прозрачной водой, отражающей солнечные лучи.
Николай жадно пьёт ледяную воду, вешает ведро на гвоздик. Заглядывает в колодец.
В самом низу медленно плещется тёмная вода. Он видит там своё отражение. Отражение говорит с ним.
ОТРАЖЕНИЕ
Тайна… Тайна — это то, чего
никто не должен знать… Никто!
Иначе она перестанет быть тайной.
Николай закрывает колодец.
НАТ.ОГОРОД-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Николай выходит из зарослей кустарника. На огороде стоит брат с лопатой.
ПАВЕЛ
Ну, где ты прохлаждаешься, братишка?
Работа ведь стоит!
НИКОЛАЙ
Вот сходил проведать наш старый колодец.
ПАВЕЛ
И как, лягушек много?
НИКОЛАЙ
Ни одной.
ПАВЕЛ
Это хорошо! Отец будет рад.
НИКОЛАЙ
Тогда за работу?
ПАВЕЛ
Давно пора!
Вновь зазвучала многоголосый гимн картошке. Братья вскапывают огород и поют.
«Ах, ты, милая картошка,
Низко бьем тебе челом,
Даже дальняя дорожка
Нам с тобою нипочем.
Ах, картошка, объеденье,
Лагерников идеал,
Тот не знает наслажденья,
Кто картошки не едал.
А мальчишки-то обжоры
Всю картошку поедят,
А потом завоют хором:
“Животы у нас болят!”»
На огороде появляется мать, за ней идёт коза. Мать с тачкой, в которой лежат мешки с картошкой, предназначенной для посадки.
МАТЬ
«Наши храбрые ребята
Исколесят ближний лес,
Понастроят себе хаты,
Не залезет в них и бес.»
Павел и Николай ещё продолжают докапывать огород, а мать уже сажает картошку.
«На дежурство из палатки
Очень трудно вылезать,
И приходится за пятки
Наших мальчиков таскать.
Вот собрались бегемоты,
Издают протяжный вой
Хоть и знают они ноты,
Но поют... О, Боже мой!»
Огород вскопан, картошка посажена. Солнце садится за горизонт. По железнодорожной насыпи устало ползёт товарный состав. Коза одиноко стоит на бугорке и жуёт траву.
ЗТМ
НАТ/ИНТ.РЕСТОРАН-НОЧЬ
Фасад ресторана «Галицкий». Ярко горит свет в окнах, занавешенных розовыми «французскими» шторами, на которых мелькают тени веселящейся публики. Звучит громкая музыка: баян и скрипка.
Роскошные интерьеры ресторана. Публика времён НЭПа ест и пьёт за столиками. Несколько пар танцует перед маленькой сценой. На сцене два музыканта: один с баяном (отец), другой со скрипкой. Этот другой - очень черноволосый и смуглолицый венгр. Зовут его просто ДЕМКА.
Он довольно бойко играет на своём инструменте, отец задорно поёт.
«…Потому — режим экономический,
И во всем нам надо действовать практически:
Изживать все недостатки,
Чтобы все было в порядке,
И народный капитал беречь.
По-то-му — ре-жим э-ко-но-ми-че-ский…»
Пьяная публика подпевает, хлопает в ладоши. Женские крики: «Браво, Демка! Брависсимо!».
Скрипач широко улыбается, раскланивается, обнажая жемчужные зубы.
Развесёлая мадам не «первой свежести» лезет на сцену.
МАДАМ
Эх, черноголовые! Кончай эту политическую
химеру!
ЧЕЛОВЕК В ПЕНСНЕ
Саратовский марш давай!
МАДАМ
Тихо!
Мадам запихивает несколько бумажных банкнот в карман пиджака отцу.
А сыграй нам, касатик, «Стаканчики
гранёные»! Я плачу!
Она целует отца в глаз, хохочет. Отец одним глазом быстро переглядывается с Демкой и начинают играть.
МАДАМ
(горланя невпопад)
«Стаканчики гранёные упали со стола,
Упали и разбилися, а с ними жизнь моя!
Ах, на ни, на ни на...
Ах, на ни, на ни на...
Подайте мне гитару, налейте мне вина,
Найдите мне мальчонка, в кого я влюблена!
Ах, на ни, на ни на...»
НАТ.УЛИЦА-УТРО
Демка и отец «навеселе» идут по проезжей части улицы. Демка поддерживает отца, который то и дело спотыкается и норовит упасть. В правой руке Демки – баян, в левой – скрипка, под мышкой несёт, завёрнутую в газету косу без косовища.
ОТЕЦ
В сельском хозяйстве всё надо
делать вовремя. Понимаешь? И
картошку сажать, и траву
надо косить своевременно. Потому
что на месте скошенной травы к
концу лета вырастет что?
ДЕМКА
Сено.
ОТЕЦ
Балда ты. Какое сено? Новая
трава вырастет и её еще раз
можно будет скосить.
Понимаешь?..
ДЕМКА
А то.
ОТЕЦ
Эх, Демка, ты меня понимаешь!..
А вот жена моя, ненаглядная Варвара
Николаевна, целыми днями, и пилит,
и пилит… Ну чего им надо? А?
ДЕМКА
Да кто их разберёт, Николай Петрович.
Отец достаёт почти пустую бутылку из кармана. Они допивают вино из горлышка.
ОТЕЦ
Нет, когда деньги есть – они
все такие добрые, ласковые… А стоит
только чуть оступиться, чуть дать
слабину - всё! Хоть и не приходи
домой!
ДЕМКА
Вот я и не женюсь поэтому.
ОТЕЦ
Ты молодец, Демка. Ты один меня
понимаешь, хоть и еврей.
ДЕМКА
Я не еврей, а мадьяр.
ОТЕЦ
Да какая, к чёрту, разница!..
А где моя коса?
ДЕМКА
У меня она. Всё в порядке.
ОТЕЦ
Смотри, не потеряй.
ДЕМКА
А ты, смотри, баян не посей.
ОТЕЦ
Не волнуйся, у нас всё под
контролем.
ИНТ.ПОЕЗД-УТРО
Полусонный отец возвращается домой. Он периодически засыпает, склоняясь головой на плечо соседу по сидению, роняет на пол косу. Сосед - здоровенный ВЕРЗИЛА средних лет с волосатыми кулачищами и рыжими усами. Он, хмурясь, зыркает по сторонам, отталкивает отца, тот просыпается и поднимает косу.
ОТЕЦ
Миль пардон, товарищ…
ВЕРЗИЛА
И вас туда же.
Отец опять засыпает и всё повторяется.
Наконец поезд подъезжает к станции Ирпень. Сосед сильно толкает отца в бок.
ВЕРЗИЛА
Эй, гражданин хороший, твоя остановка?
ОТЕЦ
Ой, мать честная! Чуть не проспал!
Отец бежит к дверям на выход.
ВЕРЗИЛА
Эй, гражданин! А гармонь?
ОТЕЦ
(хлопая себя по лбу)
Тфу ты, господи! Спасибо вам.
Отец бежит с баяном на выход.
ВЕРЗИЛА
А косу то?
ОТЕЦ
(хватая косу)
Огромное спасибо! Вот я растяпа…
Отец наконец-то выбегает из поезда.
ВЕРЗИЛА
(улыбаясь)
Маша-растеряша.
ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Комната родителей. Мать сидит на стуле, отец стоит в дверях, переминаясь с ноги на ногу.
ОТЕЦ
Вот, косу купил, теперь коза
наша зимой без сена не останется.
МАТЬ
(задумчиво)
Косил косой косой косой…
ОТЕЦ
Чего?
МАТЬ
Я говорю, косу купил, а косить
некому.
ОТЕЦ
Как это некому? А я? Сейчас я умоюсь,
переоденусь и за работу. Надо только
это… косовище приладить и вперёд.
МАТЬ
(резко)
Да ты иди проспись сначала, а то ведь
на ногах еле стоишь! Косить он собрался!
Тебе сейчас не только косу, вилку
в руки нельзя брать! Глаза спьяну
повыкалываешь! Постыдился бы! Каждый
день «под мухой».
ОТЕЦ
Не правда, не каждый!
МАТЬ
Ну через день.
ОТЕЦ
И не через день!.. А через два, на
третий, я считал. И только тогда, когда
наш художественный ансамбль работает
в ресторане. В конце концов я же
зарабатываю на жизнь.
МАТЬ
Зарабатывает…
ОТЕЦ
Да, зарабатываю! А если и выпью когда
немного, так то посетители угощают, а
я ни копейки себе не возьму! Всё в семью!
Всё до гроша! Вот, смотри! Сегодня
как раз прилично получили… Косу купил
новую…
Отец полез по карманам искать кошелёк с заработанными деньгами.
МАТЬ
Да пойми ты, мне совершенно безразлично
на какие деньги вы там пьёте! Мне
вообще не нравится, что ты выпиваешь.
Посетители тебя там угощают или дружок
твой бесшабашный…
ОТЕЦ
(роясь в карманах)
Погоди, Варя, а где кошелёк-то? Я
же помню, что сюда его прятал, подальше.
МАТЬ
Может Демка себе забрал?
ОТЕЦ
(продолжая рыться)
Да зачем ему мой кошелёк? Он
мне помог баян и косу до поезда
донести, а кошелёк при мне был, я
за билет расплачивался…
МАТЬ
Ну, может, на станции обронил или
в поезде вытащил кто-нибудь.
Отец, поникнув головой, садится рядом с матерью, тяжело вздыхает.
ОТЕЦ
Не знаю, Варя, в поезде все такие
приличные были, с виду. Один даже
разбудил меня, чтобы я нашу станцию
не проехал… И про баян мне напомнил,
и про косу… Вот досада.
Мать встаёт и нежно целует его в макушку.
Ты, Коля, лысеть что ли начал?
Отец поднимает голову, трогает свои волосы.
Ну вот ещё… Что же мне так не везёт
то в жизни!..
ИНТ.ПОЕЗД-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Поезд стоит на станции. Здоровенный верзила средних лет с волосатыми кулачищами и рыжими усами, тот который ехал рядом с отцом, курит в тамбуре поезда у открытой двери. Он пыхтит папиросой, достаёт портмоне отца, вынимает толстую пачку банкнот, прячет банкноты за пазуху, швыряет портмоне точно в урну на платформе.
ВЕРЗИЛА
(весело напевая)
«Мы наш, мы новый Мир построим:
Кто был ничем, тот станет всем.»
Он громко высмаркивается, зажав одну ноздрю и закрывает дверь поезда. Поезд трогается.
ЗТМ
НАТ.УЛИЦЫ КИЕВА-ВЕЧЕР
Николай с сумкой и буханкой хлеба бредёт по городу. Ему навстречу – люди, спешащие после работы домой, автомобили, трамваи и т д.
ГОЛОС(ЗК)
Время моё в тот период было
уплотнено до предела. На рассвете
я бежал с молотком в руках на
бетонный завод и дробил щебень.
Нужно было зарабатывать деньги,
чтобы ездит на занятия в рабшколу.
После обеда я бежал на станцию.
В поезде я спокойно мог отдохнуть,
почитать какую-нибудь книжку
или учебник пока поезд шел
от Ирпеня до Киева. Занятия в
школе были с семи часов вечера
до десяти или одиннадцати. После
занятий я мчался обратно на вокзал
чтоб не опоздать к поезду.
Николай стоит на перроне и смотрит вслед уходящему составу, он откусывает хлеб от буханки и задумчиво жуёт. Вокруг него – ночная вокзальная публика: носильщики, такие же опоздавшие на поезд, беспризорники и пр.
ИНТ.ЗАЛ ОЖИДАНИЯ ВОКЗАЛА-НОЧЬ
Николай, положив буханку под голову и обняв сумку с учебниками, спит лёжа на лавочке ж/д вокзала. Рядом с ним сидя кимарят два каких-то давно небритых и небрежно одетых субъекта.
ГОЛОС(ЗК)
(продолжает)
Часто бывало, что последний
поезд уходил без меня и приходилось
коротать ночь прямо на вокзале или
бродить по улицам в ожидании утреннего
поезда.
Публики на вокзале становится всё меньше. К спящему Николаю подходит ДЕЖУРНЫЙ в форме. Дежурный расталкивает сначала двух субъектов, они быстро вскакивают и, не сказав ни слова расходятся в разные стороны. Дежурный долго трясёт за плечо Николая. Наконец тот открывает широко глаза, долго не понимая, где он находится и что от него хотят. Его сумка падает на пол, из неё вываливается всё содержимое: тетрадки, учебники, карандаши, книжка рассказов Мамина-Сибиряка и даже молоток, которым он дробит щебень на бетонном заводе.
ДЕЖУРНЫЙ
Эй, парень! Парень! Ты долго тут
дрыхнуть собрался?
НИКОЛАЙ
Чего?
ДЕЖУРНЫЙ
Я говорю, вокзал закрывается и
зал должен быть очищен от пассажиров.
НИКОЛАЙ
А я что, засоряю его своим присутствием?
ДЕЖУРНЫЙ
Ты плохо слышишь?
(говорит как с глухим)
Вокзал закрывается. Ночью здесь
никого быть не должно. Давай,
выходи на улицу.
Николай, собрав свои вещи, выходит из здания.
КРУПНО - большой циферблат часов на здании вокзала, обе стрелки опущены вниз.
Когда Николай пытается понять сколько времени, длинная стрелка соскакивает и падает на мостовую.
Николай оглядывает привокзальную площадь. Вдали, по правую руку, возле забора, ограничивающего владения “железнодорожной державы”, полыхает огонек костра, вокруг которого сидит четверо беспризорников, на вид лет восьми – десяти. Неподалеку от костра стоит огромный черный котел цилиндрической формы. В таких котлах разогревают асфальт для покрытия мостовых и тротуаров, пришедших в негодность за время войны. В течение дня котёл настолько разогревается, что не успевает остыть за ночь и, таким образом, является хорошим прибежищем для беспризорников на ночь, особенно с наступлением холодов.
НАТ.У КОСТРА-НОЧЬ
К костру подходит Николай. Беспризорники совершенно никак не реагируют на его появление. Только худенький, ТОНКИЙ, как тростинка, мальчишка, косится в его сторону, сверкая белками глаз на совершенно черном от грязи лице.
Недолгое молчание нарушает, сидящий напротив, мальчишка постарше – КОЧАН.
КОЧАН
(Тонкому)
Слышь, Тонкий, ты сидишь ближе,
спроси у фрайера, чего это он принес
нам.
ТОНКИЙ тычет своим грязным пальцем в буханку, которую Николай держит под мышкой.
ТОНКИЙ
Что это у тебя?
НИКОЛАЙ
Хлеб с маслом. Сейчас поужинаем
и будем ложиться спать.
Николай разламывает буханку на пять частей. Со всех сторон тянутся грязные руки и каждый берёт свою долю.
ТОНКИЙ
А масло?
НИКОЛАЙ
Масло? Масло, понимаешь, в магазине
осталось.
Все смеются, кроме Тонкого.
Он бросает на колени Николаю свой кусок хлеба.
ТОНКИЙ
(сердито)
Ты что, пришёл сюда надсмехаться
над нами?
КОЧАН
А ты чего хлебом швыряешься?
Может ты лорд Керзон? Или как его?..
Чемберлен, может быть? Ну-ка, иди
за обрезками.
ТОНКИЙ
Сам иди!
КОЧАН молча встаёт, подходит к забору, отгибает в сторону доску и исчезает в образовавшемся отверстии.
Тонкий быстро забирает брошенный им кусок хлеба.
ТОНКИЙ
Ты, видать, из детского дома
сбежал?
НИКОЛАЙ
Это ты, наверное, сбежал.
ТОНКИЙ
Я-то сбежал.
НИКОЛАЙ
А зачем?
ТОНКИЙ
Там скучно. Все кричат. И никуда
не пускают.
НИКОЛАЙ
А куда тебе надо?
ТОНКИЙ
Ну, “куда, куда”! Я мамку ищу.
НИКОЛВЙ
А где твоя мамка?
ТОНКИЙ
Вот чудак! Если бы я знал где,
зачем бы искал? А у тебя есть мать?
НИКОЛАЙ
Есть.
ТОНКИЙ
(удивлённо)
Ну? Почему же ты не поедешь к ней?
НИКОЛАЙ
Я и хотел, да на поезд опоздал.
ТОНКИЙ
А это далеко?
НИКОЛАЙ
Двадцать пять верст.
ТОНКИЙ
А двадцать пять верст — это
много?
Николай на секунду задумывается, снова скрипит доска в заборе. Это парнишка, отправившийся за обрезками. В руках у него что-то завернутое в старую засаленную газету.
ЧЕРНОВОЛОСЫЙ
Зеркай, пацаны, Кочан обрезков припер!
Кочан садится у костра и, не сказав ни слова, разворачивает газету. Он по одному поднимает обреки колбасы и, вглядываясь и обнюхивая каждый кусок, торжественно произносит названия.
КОЧАН
«Чайная», «Любительская», «Краковская»,
«Кровянка», «Ветчинная».
Тыкая пальцем в сторону каждого сидевшего у костра, Кочан пересчитывает всех, не забыв ткнуть в грудь и себя, после чего делит принесенные обрезки на пять частей и вручает каждому его порцию.
Все, аппетитно чавкая, уплетают колбасные обрезки с хлебом.
ТОНКИЙ
(Николаю)
Шамай, хорошие!
НИКОЛАЙ
Откуда такие деликатесы?
КОЧАН
Лучше это никому не знать.
Все смеются.
ТОНКИЙ
Ну как?
НИКОЛАЙ
Если не давать волю воображению,
то есть можно.
ТОНКИЙ
Слышь, Кочан, у него ма-а-ать
есть.
КОЧАН
Врёшь.
ТОНКИЙ
Чтоб я так жил! Только она далеко:
двадцать пять верст на поезде
ехать.
КОЧАН
Олух царя небесного!
ТОНКИЙ
Чего?
КОЧАН
Ничего. Если б у меня была мать,
я бы двадцать пять раз по двадцать
пять верст пехтурой протопал. Я бы
топал, топал, топал, пока не упал.
Понял?
ТОНКИЙ
Понял.
В это время Николай замечает, что кто-то лезет к нему в карман. Обернувшись, он видит, что сидящий рядом ЧЕРНОВОЛОСЫЙ, вытаскивает торчашую из кармана свернутую трубкой книжку.
ЧЕРНОВОЛОСЫЙ
(притворно)
Ой, что это у тебя?
НИКОЛАЙ
Сам видишь, книжка.
ЧЕРНОВОЛОСЫЙ
А-а…
ТОНКИЙ
А для чего книги?
НИКОЛАЙ
Книги — это пища для ума.
ТОНКИЙ
Как это?
НИКОЛАЙ
Ну, что такое пища, знаешь?
ТОНКИЙ
Ну… Пища — это такая шамовка.
НИКОЛАЙ
Пища — это всякая шамовка или еда,
вот как хлеб или колбаса. Только
хлеб, колбаса — это шамовка для
желудка… Что такое желудок, знаешь?
ТОНКИЙ
Это который у меня в пузе?
НИКОЛАЙ
Вот-вот. Хлеб, колбаса — это шамовка
для желудка, который у тебя в пузе,
а книга — это шамовка для ума,
который у тебя тут.
Николай стучит пальцем по его лбу.
Понял?
ТОНКИЙ
Понял. А ты почитай… Или не можешь?
НИКОЛАЙ
Почему не могу? Только больно поздно!
КОЧАН
Читай, читай, всё равно без дела
сидим. А надоешь, так скажем.
Николай, вытерев руки о штаны, листает книжку, стараясь отыскать что-нибудь более доступное по возрасту и развитию своих слушателей.
НИКОЛАЙ
Вот, слушайте: рассказ “Зимовье на
Студёной”. Знаете, на зимовье обоз
приходит только раз в году…
ТОНКИЙ
(перебивая)
Теперь знаем, читай.
НИКОЛАЙ
(читает)
«Старик лежал на своей лавочке,
у печи, закрывшись старой дохой
из вылезших оленьих шкур. Было
рано или поздно - он не знал, да
и знать не мог, потому что светало
поздно, а небо еще с вечера было
затянуто низкими осенними тучами.
Вставать ему не хотелось; в избушке
было холодно, а у него уже несколько
дней болели и спина и ноги. Спать он
тоже не хотел, а лежал так, чтобы
провести время. Да и куда ему было
торопиться? Его разбудило осторожное
царапанье в дверь, - это просился
Музгарко, небольшая, пестрая вогульская
собака, жившая в этой избушке уже лет
десять...»
(объясняя)
«Вогульская собака» это значит порода
такая – лайка вогульская. Они живут
на севере, охотники с ними ходят на
медведя. А на севере, то есть…
Дети нетерпеливо замахали руками.
КОЧАН
Ты читай! Читай! Ну тебя!
НИКОЛАЙ
Я объяснить хотел, чтоб понятней
было.
КОЧАН
Потом объяснишь, читай дальше!
НИКОЛАЙ
Ладно, дальше так дальше.
(продолжив чтение)
«Он в темноте подошел к двери, отворил
ее и все понял, - отчего у него болела
спина и отчего завыла собака. Все, что
можно было рассмотреть в приотворенную
дверь, было покрыто снегом. Да, он ясно
теперь видел, как в воздухе кружилась
живая сетка из мягких, пушистых
снежинок…»
В глазах ребят отражаются языки костра. Они полностью погружены в рассказ, сидят недвижно, приоткрыв рты, лишь изредка шмыгая носами от холода.
Дети уже видят и старика, и его собаку, и снег, и слышат завывания ветра…
ГОЛОС(ЗК)
Забыв всё на свете, они жадно
ловили слова писателя об огромной
нечеловеческой дружбе простого,
одинокого, всеми забытого старика
и одинокой собаки, которую, как
сказал писатель, старик любил гораздо
больше, чем люди любят друг друга.
И она его тоже любила.
Николай дочитывает последние слова рассказа, закрывает книгу. Он вглядывается в лица своих новых друзей.
ГОЛОС(ЗК)
Они словно прислушивались к словам,
которые уже улетели. Куда? Кто знает.
А может, и не улетели вовсе? Может,
остались в их душах. Навсегда.
На всю жизнь.
ТОНКИЙ
Прочитай ещё раз самый конец.
НИКОЛАЙ
«…Дунул холодный ветер, рванул
комья снега с высоких елей и пихт,
и посыпался он на мертвого Елеску;
к утру от его ямки и следов не осталось.»
Снова наступает пауза.
ЧЕРНОВОЛОСЫЙ
Стариком плохо быть.
КОЧАН
(со вздохом)
Да…
Все сидят, опустив головы, словно отдавая последний поклон старику из рассказа.
КОЧАН
Молодым лучше быть. Вот как мы.
ТОНКИЙ
Да! Молодым лучше.
Все поднимают головы словно освободившись от придавившей их тяжести.
В трепетном свете костра возникает из ночной темноты фигура беспризорника, голову которого украшает большая, не по размеру, матросская бескозырка. Это БОЦМАН.
БОЦМАН
Это шо за фраерок к нам зашёл
на костерок?
НИКОЛАЙ
Ого! Тарас Григорьевич Шевченко
случайно не твой дедушка?
БОЦМАН
Может и мой, откуда я знаю.
КОЧАН
(горячась и волнуясь)
Слушай, Боцман, какая пилюля!
Старик, понимаешь, один с собакой,
а вокруг на сто верст ни души. Он
людей только раз в году видел,
когда обоз приходил за рыбой.
Так он, понимаешь, разговаривал
с собакой, вот как я с тобой.
БОЦМАН
Шо? Ты со мной, как с собакой?
КОЧАН
Да нет! Это старик с собакой,
как ты со мной. И пес все понимал,
вот как ты понимаешь.
БОЦМАН
Шо? Я как пёс понимаю?
КОЧАН
Да нет! Ты не понимаешь! Вот пёс
понимал…
БОЦМАН
Шо? Я не понимаю, а пёс понимал?
Вот как дам тебе, так это тебе уже
не пилюля будет, а микстура потекёт
из носа!
КОЧАН
Э!..
Кочан досадливо машет рукой.
Вот ты послушай!
(Николаю)
Ты почитай. А?
НИКОЛАЙ
Что? Ещё раз читать?
КОЧАН
Ну и что? Пусть Боцман послушает.
НИКОЛАЙ
Кто же это читает по два раза
одно и то же!
ВСЕ
Ну ничего. Ну, а ты читай! Ничего!
Что тебе стоит? Пусть послушает.
И мы послушаем.
Из огромного чёрного котла вылезает по пояс беспризорник, вымазанный точно мавр.
МАВР
Скажите ему чтобы читал и не отвлекался
на разную ерунду!
МАВР исчезает в котле. Боцман ложится у костра.
БОЦМАН
Нехай читает.
НИКОЛАЙ
Ладно, как говорится, на “бис”.
Николай принимается читать ещё раз про старика Елеску с его Музгаркой, но, не прочитав и двух страниц, слышит мерное похрапывание. Оглядевшись, он видит, что все его слушатели и сам Боцман в том числе, спят, растянувшись в разных позах вокруг костра. Подбросив в костер оставшуюся охапку сосновых щепок, он опускает голову на ещё не совсем остывший после заливки мостовой асфальт и засыпает как убитый.
ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-УТРО
КРУПНО – тарелка с картошкой, от которой идёт пар.
Мать ставит тарелку перед отцом и накладывает еду себе.
Отец опрокидывает рюмашку водки, крякает и закусывает.
ОТЕЦ
Нет, все эти разговоры о “щедрых
дарах природы”, о “дарах земли” —
не что иное, как миф, поэзия, красивая
сказка! Земля никаких даров не дает
даром. Ко всему надо приложить труд.
Отец запихивает в рот большие куски картошки и обжигается.
Даже вот гриб, к примеру…
МАТЬ
Чего?
ОТЕЦ
(прожевав)
Я говорю гриб не просто пойдешь в
лес да возьмешь. Его еще поискать
надо. А теперь, если бы кто-нибудь
за нас и землю вскопал, и посадку
произвел, и прополку провел, и
окучивание, в общем, сделал бы всё
до конца и сказал: “Ну, что ты
предпочитаешь, пойти в магазин за
картошкой или принести с огорода?”-
я бы, не задумываясь пошел в магазин.
Отец пьёт мелкими глотками молоко из стакана.
МАТЬ
Так ты почти ничего и не сделал.
ОТЕЦ
(поперхнувшись)
Что значит «ничего не сделал»?
МАТЬ
Ну вот это всё: вскопать, посадить,
окучить, прополоть… Всё же Кока с
Павлушкой делали, а ты?
ОТЕЦ
Что я?
МАТЬ
Сколько нам ждать пришлось пока ты
хоть пуд мелкой картошки для посадки
купишь?
ОТЕЦ нервно швыряет вилку на тарелку.
ОТЕЦ
Чтобы купить для посадки картошку,
нужны деньги! Деньги! А где их взять,
когда, как назло, дела идут совсем
плохо!
МАТЬ
Пить надо меньше!
ОТЕЦ
Давай, конечно! «На бедного Макара все
шишки валятся!»
МАТЬ
Тебе нужно устроиться на работу. На
нормальную, а не по ресторанам буржуям
недобитым песенки петь! Хватит уже!
Допелся!
ОТЕЦ
Варенька, милая, ну ты же знаешь,
что сейчас безработица в стране.
Думаешь, так легко найти нормальную
работу?
МАТЬ
Как-то же находят люди.
ОТЕЦ
Да “у людей и долото бреет, а у нас
и бритва не берет”. Знаешь что такое
«не везёт»? А “если уж не повезет,
то и на верблюде собака укусит”.
МАТЬ
Опять начал сыпать своими поговорками…
Стыдно. Кока вон и на бетонный
завод успевает, и в вечернюю школу,
и по хозяйству…
Возникает долгая пауза. Отец встаёт из-за стола, подходит к окну, стоит, заложив руки за спину. Мать ест в тишине.
ОТЕЦ
Знаешь, Варя… Нам надо лошадь
купить.
МАТЬ
(ошарашена)
Что?
ОТЕЦ
Лошадь, говорю, купить надо. Некоторые
наши мужики, имеют лошадей, промышляют
спокойно себе извозом: то на железнодорожную
станцию кирпич отвезут с кирпичного
завода, то брёвна из леса, то круги
с бетонного завода, и неплохо зарабатывают.
МАТЬ
А на что мы её купим? Лошадь то?
ОТЕЦ
Продать можно граммофон, швейную машину…
У нас ещё остались какие-то золотые
вещи, можно что-то сдать в скупку,
чего не жалко, конечно.
Мать выходит с кухни, возвращается со шкатулкой и ставит её на стол. Отец подходит к столу, открывает шкатулку.
КРУПНО – руки отца перебирают скромную кучку семейных ценностей: два обручальных кольца, браслет, небольшой флакончик со щепоткой золотого песка и овальный медальон матери, подаренный ей отцом в день их свадьбы. Отец открывает медальон, внутри на его крышках - слева миниатюрный фотопортрет отца, а справа — матери.
Он закрывает медальон и берёт флакончик.
ОТЕЦ
Единственная вещь, с которой я
не смогу расстаться, вот эта мизерная
щепотка золотого песка, который я
когда-то намыл своими руками в Сибири.
Много за это золото всё равно не заплатят,
а оно мне дорого как память. Прости, но
я скорее согласен расстаться с обручальными
кольцами, чем с этим песком.
Мать молчит, долго смотрит на мужа своими красивыми чёрными глазами.
ЗТМ
ИНТ.ВОКЗАЛ-ВЕЧЕР
После занятий в рабшколе Николай идёт по городскому вокзалу. В тихом закуточке зала ожидания собралась небольшая толпа. Маленький сгорбленный человек в котелке, положив чемодан на пол, крутит-вертит тремя стаканами, пряча под ними шарик.
Николай подходит поближе. Это тот самый китаец, который когда-то показывал фокусы на барахолке. У него на левом глазу чёрная повязка.
КИТАЕЦ
Шарика – есть? Шарка – нет!
Куручу-веручу, обману – хочу!
Где шарика? Нет шарика! Куручу-веручу,
куручу-веручу. Где шарика?
КРУПНО – рука в перчатке пальцем указывает на центральный стакан.
КИТАЕЦ
(переворачивая стаканы)
Нет шарика! Где шарика? Шарика – есть!
Давай деньга!
Николай отходит в сторону, мимо него идут двое беспризорных. Один оглядывается, улыбается во всю ширину рта. Николай узнаёт КОЧАНА, своего старого знакомого.
КОЧАН
Кимарить чапаешь?
НИКОЛАЙ
Негде, Кочан.
КОЧАН
Чапай за нами, у нас лявая хазовка
есть.
НИКОЛАЙ
Какая?
КОЧАН
Ну, «лявая», то бишь хорошая.
НИКОЛАЙ
Аа… Тады почапали.
НАТ.УЛИЦЫ ГОРОДА-ВЕЧЕР
Николай молча идет по улице за беспризорниками. КОЧАН и его приятель, по кличке АРТИСТ, что-то активно обсуждают, спорят находу, размахивают руками. Пройдя по улице, сворачивают во двор, заходят в дом с чёрного хода.
ИНТ.ДОМ(ХАЗОВКА)-ВЕЧЕР
Ребята поднимаются по лестнице до пятого этажа и еще выше лезут по какой-то совсем уже узенькой лестничке, на чердак.
Очутившись под самой крышей, останавливаются на площадке перед низенькой дверью.
КРУПНО - на двери висит замок довольно внушительного размера.
НИКОЛАЙ
Вот и попали в хазовку!
КОЧАН
Замки для дураков вешают. Айда
за нами!
Кочан лезет в слуховое окно, слабо светящееся сбоку площадки, за ним – АРТИСТ, Николай тоже лезет за ними. Выбравшись на крышу, они ползут на четвереньках друг за дружкой по краю крыши. Добравшись до другого слухового окна, они по очереди лезут в него ногами вперед. Кочан и Артист уже стоят внутри чердачного помещения, а Николай застрял в окне, болтая ногами.
КОЧАН
Прыгай, не бойся.
Николай прыгает. Слышен треск разорвавшихся штанов.
КОЧАН
Чего, портки порвал?
НИКОЛАЙ
Да, ерунда, мать заштопает.
ИНТ.ЧЕРДАК-НОЧЬ
Прилепленная к выступу кирпичной трубы, светится тоненькая восковая свечка. Свет от неё тает в наседающем со всех сторон мраке обширного чердачного помещения. На дымоходах, тянувшихся с разных сторон к кирпичным трубам, располагаются во всяких позах с десятка полтора беспризорных.
Один из них, КРЕНДЕЛЬ, подходит к Николаю. На голове — рваная черная поповская шляпа. Обут в дырявые галоши, подвязанные веревочками, чтоб не свалились с ног. Руки — в карманах брюк.
КРЕНДНЛЬ пристально разглядывает Николая.
КОЧАН
Не бойся, Крендель, он фартовый,
я знаю.
КРЕНДЕЛЬ
(Николаю)
Ты откуда?
НИКОЛАЙ
Оттуда.
Николай показывает пальцем на крышу.
КРЕНДЕЛЬ
Еще скажешь, что ты сам ангел,
с неба спустился.
АРТИСТ
Ангел! Ха-ха!
КРЕНДЕЛЬ
А ты что за птица?
КОЧАН
Это Артист. Петь умеет.
КРЕНДЕЛЬ
А ну-ка, ну-ка, спой что-нибудь.
Крендель, подойдя к трубе, где горит свеча, садится на дымоход.
Артист принимает позу певца, выпячивает живот и голосит что есть сил.
АРТИСТ
«Позабыт, позаброшен
С молодых ранних лет,
Я остался сирото-ою,
Счастья-доли мне нет…»
КРЕНДЕЛЬ
(орёт)
Стой, стой! Заткнись! Что вы все,
черт вас побери, одну и ту же песню
поёте? Хотелось какую-нибудь новую
песню послушать, а он все про то же!
Ты что, никаких других песен не знаешь?
АРТИСТ
Так это же самая жалостливая.
Я как войду в вагон, как завою,
так все только сморкаются и медяки
суют: только подставляй шапку.
КРЕНДЕЛЬ
Выучи другую, больше сувать будут.
Кочан и Николай отходят в дальний угол и садятся на валяющуюся на полу драную подстилу.
КОЧАН
(Николаю в полголоса)
Артист счастливый. Петь хорошо.
А вот воровать страшно. Я мильтонов
ужасти до чего боюсь!
НИКОЛАЙ
Так чего ж не поёшь? Ты бы пел
тоже.
КОЧАН
Как же петь, не умеючи? Попробуй
сам.
НИКОЛАЙ
Мне пробовать незачем. Попробуй ты,
я проверю, есть ли у тебя слух.
КОЧАН
Тут не слух. Голос надо.
НИКОЛАЙ
Я лучше знаю, что надо. Ну-ка,
пропой, как Артист пел: “Позабыт,
позаброшен…”
КОЧАН
(заголосил фальшиво)
«По-за-быт, по-за-бро-шен…»
КРЕНДЕЛЬ
Эй! Хватит там! Только один успокоился -
другой завыл.
НИКОЛАЙ
(шёпотом)
Уж лучше тебе не петь пока.
Сначала надо слух развить.
КОЧАН
Да слух у меня отличный, я вон
даже отсюда чую как у Кренделя
в животе урчит!
НИКОЛАЙ
Нет, тут другой слух нужен,
музыкальный.
В угол к Николаю и Кочану подходит Артист. Садится рядышком.
КОЧАН
(Николаю)
А где же твоя книжка? Ты бы почитал,
а мы бы послушали.
НИКОЛАЙ
Опять про Елеску?
КОЧАН
А чего? Хорошо бы и про Елеску.
НИКОЛАЙ
Эту книжку я дома оставил. Хочешь,
стихи почитаю?
КОЧАН
Без книжки?
НИКОЛАЙ
Ну, я и так помню.
КОЧАН
Эй, пацаны, садись ближе, Ангел
стихи будет читать без книжки!
Николай садится на теплый дымоход. Ребята рассаживаются вокруг.
НИКОЛАЙ
«У лукоморья дуб зеленый;
Златая цепь на дубе том:
И днём и ночью кот ученый
Все ходит по цепи кругом;
Идет направо - песнь заводит,
Налево - сказку говорит.
Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит;
Там на неведомых дорожках
Следы невиданных зверей;
Избушка там на курьих ножках
Стоит без окон, без дверей;
Там лес и дол видений полны;
Там о заре прихлынут волны
На брег песчаный и пустой,
И тридцать витязей прекрасных
Чредой из вод выходят ясных,
И с ними дядька их морской;
Там королевич мимоходом
Пленяет грозного царя;
Там в облаках перед народом
Через леса, через моря
Колдун несет богатыря;
В темнице там царевна тужит,
А бурый волк ей верно служит;
Там ступа с Бабою Ягой
Идет, бредет сама собой;
Там царь Кащей над златом чахнет;
Там русской дух... там Русью пахнет!
И там я был, и мед я пил;
У моря видел дуб зеленый;
Под ним сидел, и кот ученый
Свои мне сказки говорил.»
КОЧАН
Здорово! Мне бы так, я бы в поездах
читал, как Артист. Тоже, наверно,
деньги давали бы.
КРЕНДЕЛЬ
Еще как давали бы!
НИКОЛАЙ
Ну и чего тут? Выучи и читай.
КОЧАН
Да разве выучишь?
НИКОЛАЙ
Почему же не выучишь? Дети легко
стихи выучивают.
КОЧАН
Так то дети.
НИКОЛАЙ
И вы дети.
КРЕНДЕЛЬ
Мы беспризорники.
НИКОЛАЙ
Не имеет значения. Давайте-ка все
повторяйте за мной.
Николай начинает читать, все повторяют за ним, точно эхо.
“У лукоморья дуб зеленый…”
ВСЕ
“У лукоморья дуб зеленый…”
НИКОЛАЙ
“Златая цепь на дубе том…”
ВСЕ
«Златая цепь на дубе том…»
Все постепенно двигаются ближе и ближе к Николаю. В их глазах, смотрящих на своего учителя снизу вверх, светится надежда, что они осилят “науку”.
Ребята хорошо перенимают интонацию Николая, то спокойную, напевную, то тревожную, загадочную. Всё отражается в их, широко раскрытых, глазах.
Наконец они добираются до последних строчек.
ВСЕ
«И там я был, и мед я пил;
У моря видел дуб зеленый;
Под ним сидел, и кот ученый
Свои мне сказки говорил.»
НИКОЛАЙ
(жалобно)
Подайте копеечку на пропитание!
ВСЕ
(повторяют)
Подайте копеечку на пропитание!
НИКОЛАЙ
Вот и все. А теперь повторим сначала.
Только теперь сами. Ну-ка, разом!
Повисает пауза. Никто не отваживается начинать. На центр выходит Крендель.
КРЕНДЕЛЬ
Зх, слабаки!
“У лукоморья дуб зеленый!..”
Все тут-же подхватывают Кренделя и общим дружным хором читают, нараспев, всё стихотворение целиком.
Если кто-нибудь забывает продолжение, то обязательно в общей массе находится кто-нибудь, кто вспоминает, и все подхватывают. Они повторяют и повторяют стихотворение по кругу, без остановки.
Растянувшись на теплом дымоходе, Николай спит под хоровое исполнение стихов.
ЗТМ
СОН НИКОЛАЯ
НАТ.ПОЛЕ-ДЕНЬ
На широком белом просторе стоит одинокий дуб. Вокруг толстого ствола намотана золотая цепь, на самом конце её привязана коза. Идёт мокрый снег. Коза жалобно блеет.
К дубу подъезжает повозка (коляска), запряжённая худой клячей. С повозки спрыгивают три человека в чёрных крылатках: ПУШКИН, ДАНТЕС и секундант ДАНЗАС.
ПУШКИН – Николай, ДАНТЕС – Павел, ДАНЗАС – отец.
У Данзаса в руках деревянный футляр для дуэльных пистолетов и китайский меч. Данзас тщательно выбирает место для того, чтобы воткнуть меч. Находит. Раскрывает футляр.
КРУПНО – в футляре лежат два длинных свежих огурца.
Пушкин и Дантес достают огурцы из футляра и расходятся по обе стороны от меча. Данзас вынимает носовой платок и взмахивает над головой. Противники начинают сходиться, нацелив свои орудия друг на друга.
Когда расстояние между ними сокращается до десяти шагов, коза громко блеет, Дантес швыряет в Пушкина огурец и попадает ему точно по лбу. С ветвей дуба, оглушительно каркая, слетает стая ворон. Пушкин падает на снег. Жалобное лошадиное ржание, разносится громким эхом над заснеженным полем.
КОНЕЦ СНА НИКОЛАЯ
ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-УТРО
Идёт подготовка к продаже вещей. Отец, Павел и Николай, втроём, подтаскивают швейную машину поближе к выходу. Мать стоит и смотрит на неё с нескрываемой растерянностью и тревогой.
МАТЬ
Как будто родное дитя своё
собираюсь продать.
НИКОЛАЙ
Может быть, лучше оставить, не
продавать машинку?
МАТЬ
Тогда мы не сможем собрать нужную
сумму.
НИКОЛАЙ
Но ведь тебе постоянно приходится
что-нибудь шить.
МАТЬ
Шить не обязательно на машинке.
Шить можно вручную. Я это умею.
Я ведь училась в детстве.
Отец подносит патефон, за ним идёт брат, тащит коробку с пластинками.
НИКОЛАЙ
И пластинки тоже продадим?
ПАВЕЛ
А что нам с ними делать без
патефона? Пойдём, Кока, поможешь
киноаппарат с чердака стащить.
ОТЕЦ
Киноаппарат не надо. Елисеев сказал,
что кино его не интересует. Кстати…
Отец смотрит на настенные часы.
ОТЕЦ
Он ещё час назад должен был приехать.
Он снимает со стены часы и кладёт их на швейную машину.
МАТЬ
Ну чего-то задерживается, ты же знаешь,
он деловой человек, мало ли что.
ОТЕЦ
Он, конечно, деловой, но и мы здесь
тоже, знаешь, не «баклуши бьём».
Я уже с Апельцыным договорился на
12.00! А он то ждать не будет!..
(Павлу и Николаю)
Значит сделаем так: вы берите кольца
с медальоном и дуйте в ювелирную
мастерскую, которая прямо рядом с
вокзалом, в подвальчике. Как раз
к двенадцати поспеете. А я буду
тут Елисеева дожидаться.
Отец протягивает Павлу маленький газетный свёрток, на котором написано карандашом: «АпельцЫну».
ОТЕЦ
Вот, держи, только спрячьте подальше,
а то, не дай Бог, ещё посеете там
по дороге.
ЗТМ
ИНТ.ЮВЕЛИРНАЯ МАСТЕРСКАЯ-ДЕНЬ
Апельцын сидит за столом. Над ним висит большой стеклянный шар, наполненный прозрачной голубоватой жидкостью. Луч света, проходящий сквозь эту жидкость, фокусируется на изделии, которое Апельцын держит щипчиками. Это - золотая сережка, отделанная бирюзой, к которой он припаивает золотую дужку. В глазу у Апельцына торчит монокль, а во рту - тонкая, изогнутая на конце медная трубочка, в которую он старательно дует с таким расчетом, чтобы пламя от стоящей на столе ацетиленовой лампы было направлено на припаиваемую дужку.
Николай и Павел стоят возле стола и внимательно наблюдают за его работой.
Звучат 12 ударов настенных часов.
АПЕЛЬЦЫН
Давайте, что там у вас?
Павел кладёт на стол газетный свёрток.
Оставив свою работу, ювелир осматривает принесенные вещи. Кольца взвешивает на маленьких аптекарских весах, что-то записывает на бумажке, считает на маленьких счётах. Опять записывает. С браслетом проделывает такую же манипуляцию.
С медальоном поступает по-другому. Открыв его, зачищает изнутри край тупоносым ножом, смачивает зачищенное место желтой жидкостью из флакона.
Николай и Павел шумно принюхиваются.
НИКОЛАЙ
(на ухо брату)
Азотная кислота.
Апельцын, бросив на них недовольный взгляд, выковыривает из медальона красные камешки и, завернув их в бумажку, кладёт на стол.
АПЕЛЬЦЫН
Это забирайте.
Специальными щипчиками он безжалостно сплющивает обе крышки медальона, так что они сразу превращаются в бесформенные обломки, и только после этого кладёт их на весы.
НИКОЛАЙ
Можно узнать зачем вы сломали
медальон?
АПЕЛЬЦЫН
Такие медальоны, молодой человек,
уже давно вышли из моды, а золото
всё равно пойдёт в переплавку.
ФЛЕШБЭК
НАТ.САД ПЕРЕД ДОМОМ-ДЕНЬ
Весна. Мама в красивом платье входит в калитку. Ей навстречу мчится маленький Коля, мама улыбается, широко раскрывает руки, Коля прыгает в её объятья.
Мама его о чём-то спрашивает, он отвечает, смеётся, несколько раз целует маму, затем начинает разглядывать медальон на её груди. Мама нажимает на маленькую кнопочку, медальон раскрывается. Коля с удивлением разглядывает медальон.
КРУПНО – на одной половинке его - фото отца, на другой – фото матери.
КОНЕЦ ФЛЕШБЭКА
АПЕЛЬЦИН
Значит так, всё принесенное вами
золото разной пробы и оценивается
по-разному за грамм.
Апельцын показывает братьям свои расчёты на бумажке.
Вот эту сумму я вам могу заплатить
за кольца, эту – за браслет, а эту –
за медальон. Итого…
Он снова быстро считает на счётах.
Да, всё верно. За все ваши “фамильные
драгоценности” я вам должен вот эту
кругленькую сумму.
Апельцын делает заключительный росчерк на бумажке и смотрит на ребят.
ПАВЕЛ
Ну, если всё верно – давайте.
Апельцин отворачивается отсчитывает деньги и кладёт их перед Павлом.
ПАВЕЛ
(пряча деньги в карман)
Спасибо.
Ювелир протягивает Николаю бумажку с расчётами.
АПЕЛЬЦЫН
Это тоже передайте своему отцу.
Там всё подробно расписано.
ПАВЕЛ
А сколько платят за грамм золотого
песка?
АПЕЛЬЦЫН
(настороженно)
А что, у вас золотой песок есть?
ПАВЕЛ
Нет, это я так просто спросил.
АПЕЛЬЦЫН
Вообще в самородках или в виде
песка золото совершенно чистое,
без всяких примесей, и поэтому
ценится наиболее высоко. Так что
если найдёте кусок золота у себя на
огороде, когда будете копать картошку,
милости просим в ювелирную мастерскую
Апельцына.
И, вставив себе в глаз монокль, он загадочно смеётся.
ЗТМ
ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-ВЕЧЕР
Вся семья сидит вокруг печки. Павел подбрасывает дрова, отец, надев очки изучает расчёты ювелира Апельцына.
ОТЕЦ
Вот прохиндей! Всё-таки запудрил
он нам мозги этими пробами, граммами…
Ничего не разберёшь тут в его
каракулях!
МАТЬ
Надо было самому тебе и ехать.
Сейчас бы не сидел, не ворчал.
ОТЕЦ
Да, а я-то понимаю, что ли во всех
их ювелирных тонкостях?
Отец выбрасывает бумажку в огонь, снимает очки.
МАТЬ
Ты же говорил, что ты «спец по золоту»!
И своими рассказами про золотые прииски
все уши нам прожужжал.
ОТЕЦ
Это совсем другое. Золотые прииски
это прежде всего - романтика!
Когда ранним утром ты бредёшь с
тазиком вдоль берега какой-нибудь
таёжной речушки. Вода чистая-пречистая!
Журчит! Камешки перекатываются,
рыбки снуют стайками то тут, то
там. Тишина, благодать! И вдруг
блеснёт что-то на дне, среди камешков!
Думаешь – вот оно, золото! Аж сердце
под горло начинает подпрыгивать…
Отец замолкает, долго сидит молча, вспоминая то далёкое счастливое время.
МАТЬ
Слушай, может тебе книжки начать
писать? Будешь как Пришвин или Мамин-
Сибиряк?
ОТЕЦ
(задумчиво)
Может и начну когда-нибудь. Это и
то лучше, чем честных пролетариев
обсчитывать, да обвешивать. Ладно,
Бог с ним. Нам и так на лошадь хватает.
НИКОЛАЙ
Я вот в библиотеке нашёл книгу о
том, как выбирать при покупке лошадь
и кое-что выписал оттуда.
Николай достаёт тетрадный листок.
ОТЕЦ
Что я не знаю как покупают лошадь?
Я же в деревне вырос, дорогой мой!
Да я с этими лошадьми с пелёнок,
как… как…
Отец никак не может подобрать слово и раздражается.
ПАВЕЛ
Как Маугли?
ОТЕЦ
Почему Маугли?
ПАВЕЛ
Ну, Маугли вскормили волки в джунглях,
а тебя лошади в деревне.
МАТЬ
Представляю эту трогательную картину.
Николай прыскает смехом.
ОТЕЦ
Смейтесь, смейтесь…
(Паше)
Только когда ты, Пашенька, будешь
просить у меня денежки на новые краски,
я тоже тогда посмеюсь.
МАТЬ
Ну ладно, хватит вам.
(Николаю)
Так, что ты там, вычитал интересного про
покупку лошадей?
НИКОЛАЙ
(читает)
«Лошадь живет около тридцати лет.
Для того, чтобы узнать возраст
лошади, необходимо заглянуть ей
в рот и посмотреть, насколько стёрлись
у неё зубы. Если каких-нибудь зубов
у неё нет, то эта лошадь — уже никуда
не годится, так как не сможет нормально
пережевывать пищу и питание будет ей
не впрок. Так же, если лошадь очень
худа, то она, скорее всего, уже стара.»
НИКОЛАЙ
И ещё в книге сказано было, что у
каждой лошади должен быть паспорт,
в котором указан её «возраст, масть,
рост и имеющиеся недостатки». Без
паспорта лошадь покупать нельзя,
потому, что она может оказаться
краденой.
ПАВЕЛ
Главное, чтобы там правильно были
записаны её имя, фамилия и отчество.
А то она откликаться не станет.
МАТЬ
Павлушка, прекрати! Всё-таки покупка
лошади - дело нешуточное.
ОТЕЦ
Надо ещё проверить, нет ли у неё
каких-нибудь изъянов: не хромая
ли она и чтоб, не слепая… Не дай Бог.
МАТЬ
Это уж само собой… И самое главное –
ни в коем случае нельзя покупать
лошадь у цыгана.
ОТЕЦ
Да это то каждый дурак знает!
НАТ.ОКРАИНА ГОРОДА-УТРО
Ярмарка. Воскресный день на Демиевке, то есть в одном из окраинных районов Киева. Тьма народу.
Продаётся всё, что нужно крестьянину в его хозяйстве. А также всё, что ему не нужно.
Лён, конопля, пенька, лыко, мочало, пух, перо, шерсть, волос, кожи, метлы, овчины, корзины, лукошки, бочки, кадушки, корыта, решета, ведра, тазы, грабли, лопаты, гончарные изделия, кони, волы, коровы, козы, овцы, куры, гуси, маленькие поросята…
Над всем этим шум, гомон, крик. Все на всяческие лады расхваливают свои товары. Не стесняются в средствах, чтоб привлечь к себе внимание.
Торгующий бочками не только орёт во всё горло, но и стучит скалкой по бочкам, извлекая из них громоподобные звуки.
ПРОДАВЕЦ Б.
Бочки! Кадушки! Корыта! Навались,
у кого деньги завелись!
Продавец скобяных товаров, схватив какую-то железяку, колотит ею изо всех сил по лопате.
ПРОДАВЕЦ С.
Вёдра! Вёдра! Лопаты! Грабли!
Продаем, чуть не даром отдаём!
Вёдра! Лопаты! Косы! Серпы!
Крестьянка, торгующая гончарными изделиями, подняв над головой горшок, старательно колотит по нему палкой.
КРЕСТЬЯНКА
А ось глэчики (горшки), глэчики,
макитры, кухлыки, крынки! Глэчики!
Ось, купать горшенятко!
ДЕД-ПОКУПАТЕЛЬ
Скильки за цю макитру?
КРЕСТЬЯНКА
Два карбованци.
ДЕД-ПОКУПАТЕЛЬ
Що?!
КРЕСТЬЯНКА
Два рубли, кажу.
ДЕД-ПОКУПАТЕЛЬ
Дорого!
КРЕСТЬЯНКА
А скильки б вы далы?
ДЕД-ПОКУПАТЕЛЬ
Пять копийок.
КРЕСТЬЯНКА
А трясця вашей матери! Идить по
три чорты! От як дам цэю макитрою!
Матери твоей ковинька!
Через весь этот «Бум! Бам! Блям! Бах! Трах! Звяк! Бряк! Топ! Мык! Хрюк! Кряк! И гогот!» пробираются наши герои. Впереди – отец, за ним Павел и Николай.
КРЕСТЬЯНКА
Глэчики! Миски! Макитры!
ПРОДАВЕЦ Б.
Бочки! Кадушки! Навались!
ПРОДАВЕЦ С.
Вёдра! Вёдра! Вёд-р-р-р-а!!!
Они останавливаются возле ширмы петрушечника, где идёт кукольное представление.
Музыкант в широкой красной рубахе, надетой поверх пальто, лупит в бубен, что есть силы. На ширме танцуют куклы: ПЕТРУШКА и ЦЫГАН.
ЦЫГАН
Я цыган Мора из народного хора, пою
басом, запиваю квасом, заедаю ананасом!
ПЕТРУШКА
А ты языком не болтай, зубы не заговаривай.
Говори, что надо, да мимо проваливай.
ЦЫГАН
Мой знакомый хранцуз Хома, который
совсем без ума, говорит, что тебе
хорошая лошадь нужна, чтобы призы
на скачках брать.
ПЕТРУШКА
Это, брат, дело. Мне лошадь давно
заводить приспело. Хочу и я поскакать,
да призы на скачках брать. Только
хороша ли лошадь?
ЦЫГАН
Не конь, а диво: бежит - дрожит,
спотыкается, а упадет - не поднимается.
По ветру без хомута гони в три кнута.
На гору бежит - плачет, а с горы так
скачет, а как завязнет в грязи, так
оттуда, уж сам вези! Отменная лошадь!
Отец улыбается, смотрит на братьев, подмигивает им.
Появляется кукла лошади.
ПЕТРУШКА
Ого-го! Вот так лошадь! А какой
масти?
ЦЫГАН
Лошадь не простая: пегая с пятнами,
золотая, с гривою, лохматая, кривая,
горбатая, аглицкой породы с фамильным
аттестатом.
ПЕТРУШКА
Ого-го! Такую-то мне и надо. А
дорого ли стоит?
ЦЫГАН
По знакомству не дорого возьму -
триста.
ПЕТРУШКА
Что ты, фараоново племя, дорого
просишь?! Как тебя язык не сломался
запросить три сотни?
ЦЫГАН
Сколько же дашь, чего не пожалеешь?
ПЕТРУШКА
Бери два с полтиной да в придачу
дубину с горбиной.
ЦЫГАН
Мало! Прибавь ребятишкам хоть на
молочишко.
ПЕТРУШКА
Давай сначала лошадь.
ЦЫГАН.
Получишь лошадь из полы в полу,
только давай сначала задаток.
ПЕТРУШКА
Изволь, брат Цыган, держи карман.
Вот только я сначала сбегаю, мелочь
разменяю. (скрывается)
ЦЫГАН
Эй, скоро ли задаток?
ГОЛОС ПЕТРУШКИ
Погоди капельку, кошелек затерял.
Петрушка появляется с дубиной и начинает бить Цыгана.
ПЕТРУШКА
Вот тебе сто, вот тебе полтораста!
Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе!
Цыган убегает. Отец хохочет как ребёнок.
ОТЕЦ
Вот тебе и театр! Никакой Шекспир
не нужен!..
(братьям)
Ладно, хорошего, как говорится, понемножку,
нас ждут великие дела!
Они идут по ярмарке дальше. Шум, словно на стадионе в разгар футбольного матча. Отец что-то пытается объяснить Николаю и Павлу, но они его не понимают и просто кивают головами.
Конный ряд (то есть там, где продают лошадей) представляет собой два ряда телег с выпряженными лошадьми, а между этими двумя рядами — как бы улица, по которой можно провести покупаемую лошадь, посмотреть, как она ходит.
Первое, что они видят посреди этой улицы, — это огромный, раза в полтора крупнее всех остальных продающихся лошадей, конь, исхудавший до предела возможного. В далёком прошлом это, может быть, даже какой-нибудь знаменитый рысак, но сейчас это просто живой конский скелет, обтянутый лошадиной шкурой. Буквально, как принято говорить, кожа да кости.
Демонстрирует этот живой скелет бородач в синих штанах, заправленных в сапоги, в вышитой косоворотке, подпоясанной красным кушаком. Поддерживая под уздцы коня, бородач то и дело тычет ему кулаком в зубы, отчего конь старается держать голову выше, шарахает по сторонам глазами, пытается встать на дыбы, но так как сил для этого нет, он просто приседает на задние ноги.
Окружающие с улыбкой посматривают на это даровое представление. Да и у самого бородача весёлые огоньки в глазах. Он, видимо, доволен резвостью своего подопечного коняги или просто старается сделать вид, что ничего грустного в этой картине нет.
ОТЕЦ
Пойдём, пойдём! Надо всё хорошенько
посмотреть!
Они идут по рядам, присматриваясь к лошадям, прислушиваясь к разговорам и прицениваясь.
Отец, при осмотре каждого коня, испытывает какое-то затруднение, то ли не зная, на чём остановить свой выбор и чем его обосновать, то ли опасаясь заплатить лишнее или купить не то, что нужно.
ОТЕЦ
Значит так. Я сейчас отойду на
минутку, а вы тут пока походите
сами, поприциняйтесь.
Отец исчезает в толпе по направлению к избушке с вывеской «ЧАЙНАЯ».
Братья подходят к скромному, флегматичному коняге, которого продаёт молчаливый седоусый крестьянин с люлькой в зубах, похожий на запорожского казака в отставке. Что-то типично деревенское, сермяжное, в этом коне. Вся его фигура говорит о какой-то безучастности ко всему окружающему.
Неожиданно, словно из-под земли возникает отец. Он хватает за морду этого понурого коня. Вокруг отца вьётся черноволосый тип с красными выпученными глазами – МИРОН.
ОТЕЦ
Ну, этот что ли, МИРОН?
МИРОН
Он самый! Какой хороший конь! А?
Я тебе сто процентов даю! Если возьмёшь -
не пожалеешь!
ОТЕЦ
А чего он сутулится? Да и…
горбатый вроде?
МИРОН
Э! Это порода такая! Масть!
(казаку)
Правильно я говорю?
КАЗАК
Знамо дело.
МИРОН
Он же привык таскать за собой
плуг или соху, или телегу.
ОТЕЦ
Нам как раз для этого…
МИРОН
Вот!
МИРОН целует в нос коня.
Видал какой красавец!
НИКОЛАЙ
Худоват.
МИРОН
Что???
НИКОЛАЙ
Худощавый конь-то, тощий.
МИРОН
Господи! Да как у тебя только язык
не отсохнет такие слова произносить!
Ты, парень, тощих коней не видел!
А его ты только подкорми немного,
приласкай, расчеши ему гриву и будет
не конь, а пегас с крыльями! Вот те
крест!
Он пытается разорвать ворот своей рубашки, крестится.
(казаку)
Я правду говорю, отец?
КАЗАК
Знамо дело.
Мирон вырывает люльку из зубов казака и делает пару глубоких затяжек, отдаёт люльку обратно и протягивает руку отцу.
МИРОН
Ну, что, брат, берёшь?
ОТЕЦ
Да погоди ты, Мирон! Надо же его
осмотреть хорошенько.
МИРОН
О, святые угодники! Смотри! Кто тебе
не даёт? Хоть спереди, хоть сзади!
Ничего не найдёшь! Никакого изъяна!
Смотри какой у него хвост!
ОТЕЦ
Да что мне с этим хостом делать?
Ну-ка, Кока, загляни-ка ему в пасть.
Николай пробует открыть рот коню, тот начинает уворачиваться, кусаться и брыкаться. Мирон ржёт.
МИРОН
Видишь? Видишь какой прыткий!
Нет, что не говори, а таких жеребцов
ещё поискать надо.
КАЗАК
Смотри, хлопец, сейчас он тебе пальцы
пооттяпывает!
Мирон снова ржёт.
НИКОЛАЙ
Вот, зараза, не даётся! И, главное,
в книжке про это ничего не было написано!
Как его рот-то заставить открыть?
МИРОН
Его теперь хрен заставишь! Гордый
коняга!
ПАВЕЛ
А паспорт есть у него?
Мрон наклоняется к лицу Павла, изображая всей своей фигурой внимание.
НИКОЛАЙ
Да. Про паспорт-то мы забыли!
Отец, подмигнув, делает знак Николаю, чтоб тот помалкивал, так, словно они пришли на ярмарку не для того, чтоб купить коня, а чтоб украсть его.
Мирон начинает снова рвать на себе ворот, бить кулаком в грудь, хватать пятерней землю.
МИРОН
Да что вы за люди! Бюрократы!
Вот, я землю готов грызть! Пусть
меня гром разразит на это самом
месте, если я лукавлю! Обойдите
хоть всю ярмарку по десять раз
вдоль и поперёк, а не сыщете такого
доброго коня! Счастья вы своего не
видите!
ОТЕЦ
Конь то хороший, Мирон, его только
подкормить надо…
МИРОН
А я тебе что битый час толкую?
ОТЕЦ
Видно, что рабочий конь…
МИРОН
Да не то слово, брат!
(казаку)
Отец, доставай документы на своего
Буцефала!
Отец, как загипнотизированный достаёт деньги и отдаёт Мирону, казак вручает отцу паспорт. Отец отдаёт паспорт Николаю.
ОТЕЦ
Ну, вы давайте, орлы, ведите коня
домой, а мы пойдём с товарищами в
чайную и, так сказать, обмоем нашу
сделку.
МИРОН
А как же! Без этого никак нельзя!
Без «обмывки» никакая покупка не
будет счастливой, а тем более такая!
(казаку)
Я правильно говорю?
КАЗАК
Знамо дело!
Отец со своими «товарищами» уходит в сторону чайной. Крики кончаются.
Николай смотрит на коня, затем с тревогой раскрывает паспорт.
НИКОЛАЙ
Павлушка, а ему что, двадцать семь
лет что ли?
Павел забирает документ.
ПАВЕЛ
Если верить тому, что тут написано,
двадцать восемь. Как раз, вчера день
рождения был. Зовут Ванькой.
(коню)
Ну что, Ванька, поздравляю, дело
сделано, а теперь поскакали до
дому.
Ванька в ответ фыркает и, будто поняв человеческую речь, медленно потопал с рынка прочь.
НАТ.УЛИЦЫ ГОРОДА-ДЕНЬ
Вдоль обочины мостовой идут Павел, Николай и конь Ванька. Павел - впереди тянет коня за повод, привязанный к уздечке, Николай с хворостиной сзади, чтобы в случае надобности подгонять коня.
НИКОЛАЙ
Павлушка, знаешь народную
мудрость?
ПАВЕЛ
Какую?
НИКОЛАЙ
“Бойся собаки спереди, лошади —
сзади…»
ПАВЕЛ
(продолжив)
«А дураков — со всех сторон”.
Так, что ты смотри там, Кока,
аккуратнее.
НИКОЛАЙ
Смотрю. А ты гляди спереди. Вдруг
цапнет за ухо. Мало ли что ему в
голову придёт.
ПАВЕЛ
Не страшно. У него и зубов-то не
осталось.
Их обгоняет легковой автомобиль. За ним громыхает довольно тяжелый грузовик. С непрерывным звоном проезжает трамвай. Пассажиры разглядывают коня. Ваньку же ничего не интересует, он, опустив голову и прикрыв глаза, продолжает неспеша шагать, синхронно переставляя одно за другим свои четыре копыта.
НИКОЛАЙ
Вот если кони, как было написано в
книжке, живут до тридцати лет, то
это же в среднем. Нам, может быть,
повезет, и наш Ванька проживёт до тридцати
пяти. Может быть, его действительно
подкормить надо…
ПАВЕЛ
Может… Только чем мы его будем
подкармливать…
НИКОЛАЙ
Вот и я про то же.
ИНТ.ЧАЙНАЯ НА ЯРМАРКЕ-ДЕНЬ
Тесное прокуренное помещение забито посетителями до отказа. Даже между столами можно протиснуться с большим трудом.
Отец и Мирон выпивают «на брудершафт».
МИРОН
(декламирует)
«Ты любишь нас, хоть и рождён
Среди богатого народа.
Но не всегда мила свобода
Тому, кто к неге приучён.»
ОТЕЦ
(растроган)
Ах ты, поросёнок! Дай, я тебя обниму,
дружище!
(обнимаются)
Слушай, Мирон, а ты не цыган
случайно?
МИРОН
Я? Да ты что? Я же этот… как его?..
мадяр.
ОТЕЦ
Мадьяр? Это хорошо. Я знаю одного
мадьяра. Мировой парень, между прочим.
МИРОН
Все мы хороши, когда спим зубами
к стенке.
(казаку)
Я правильно говорю?
Седоусый крестьянин мирно храпит с люлькой в зубах. Из люльки поднимается тонкая струйка табачного дыма.
НАТ.УЛИЦЫ ГОРОДА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Братья и Ванька проходят мимо величественного готического собора, к которому по случаю воскресного богослужения тянутся со всех сторон благочестивые прихожане-католики.
Трамваи, которые то и дело обгоняют их, проходят чуть ли не впритирку. Но Ваньке всё нипочем! Он держится с завидным хладнокровием, в отличии от ребят.
Они идут мимо дома, в котором прожили столько трудных, но счастливых лет.
Идут мимо здания гимназии.
Проходят памятник Богдану Хмельницкому.
Шагают вдоль высокой бетонной ограды, за которой владения бывшего нефтяного короля Нобеля.
КРУПНО – ржавая потускневшая вывеска «НОБЕЛЬ».
Напротив нобелевских владений — безлюдный завод сельскохозяйственных машин Фильверка и Дидина.
Небольшой кинотеатрик “Рекорд”. Когда-то в этом “Рекорде” Николай впервые в жизни увидел кинофильм.
Узенькие, кривые, убийственно длинные, одноэтажные улицы детства. Улицы, наполненные воспоминаниями.
Киевский политехнический институт, завод «Большевик» (бывший завод Греттера и Криванека).
Город кончается. Начинается пустырь по левую сторону шоссе. По правую же видны клетки и покосившиеся вольеры зоопарка.
Николай и Павел ненадолго останавливаются, осматривают заброшенную территорию зоопарка, где, судя по полуразрушенным бетонированным берегам, были когда-то водоемы для водоплавающих птиц или для рыб, где обитали львы, тигры, питоны и крокодилы, медведи и леопарды, зубры, шакалы, страусы, лоси, койоты, верблюды, слоны, фламинго, дикие собаки динго, обезьяны, тюлени, лебеди, муравьеды, кенгуру, утконосы…
Клетка одного вольера открывается, из неё выходит человек и заговаривает с ними, будто продолжая разговор.
ЧЕЛОВЕК 1
И чего же вы, хлопчики, пешком идёте?
Уж один-то из вас может точно ехать
верхом. По очереди. Сначала один едет,
а другой ведет коня на поводу, а потом
другой едет, а первый ведет.
НИКОЛАЙ
Страшновато.
ЧЕЛОВЕК
Да вы что, никогда на лошади не сидели?
Эх, молодёжь… Ну, с кого начнем? С тебя,
что ли?
Человек помогает Николаю взобраться на спину коня.
Держись за гриву.
Он хлопает коня по крупу.
Но! Пошёл, родимый!
Ванька вновь шагает по дороге. Постепенно первоначальный испуг на лице Николая, с которым он вскарабкался на коня, превращается в улыбку. Он поглаживает коня ладонью по гриве.
НИКОЛАЙ
Ну что, Ванька, значит будешь пока
пастись на подножном корму вместе с
козой, потом купим тебе телегу…
ПАВЕЛ
(нервно)
Где мы её купим? Телегу делать надо.
Проще машину купить чем телегу!
Отец всё время твердит, что ему не
везёт в жизни, а как же может повезти
если делать всё не по-людски, а
шиворот-навыворот? Сначала нужно
было достать телегу, а потом уже
покупать лошадь! И дураку понятно!
А теперь что мы с ней, то есть с ним,
делать будем? Кататься для развлечения?
Павел останавливает коня.
А ну, слезай! Теперь я поеду! Ишь,
расселся как падишах.
Николай спешивается, держит коня под уздцы, ждёт, когда Павел залезет ему на спину.
Снова отправляются в путь.
Навстречу им попадается еще один добрый человек.
ЧЕЛОВЕК 2
(смеётся)
Слушайте, парни, вы разве не знаете,
что на лошади можно и двоим ехать?
Чего же один из вас отдыхает, а
другой плетется пешком?
ПАВЕЛ
Да нам жалко чего-то...
ЧЕЛОВЕК 2
Чего её жалеть, это же лошадь!
ПАВЕЛ
Вдруг ещё «копыта откинет».
ЧЕЛОВЕК 2
(смеётся)
Небоись, не откинет.
Братья решают последовать совету этого доброго человека. Павел двигается поближе к шее коня, забирает в руки поводья, Николай лезет на коня и, сидя сзади, держится руками за плечи брата.
ЧЕЛОВЕК 2
Поехали!
НИКОЛАЙ
Но!
Он ударяет коня пятками по бокам.
Всадники продолжают путь. Миновав поселок Святошино и прокрутившись по кривым уличкам деревни Беличи, они вновь идут вдоль шоссе. Конь никуда не мчится, а шагает всё с той же скоростью, на которую, кажется, был запрограммирован со дня рождения.
У дороги стоит ТЁТКА с мешком и вилами.
ТЁТКА
(издалека)
И не стыдно? Два здоровых балбеса
вздумали мучить бедное животное!
Он же еле на ногах держится! Труп ходячий!
Ему же прямая дорога на живодёрню, а
они скачки устроили! Нет, вы только
посмотрите!
Тётка так распаляется, что, кажется, вот-вот и она сама воткнёт вилы в брюхо бедному коню, чтобы «тот не мучился». Братья молча хлопают глазами.
Только гляньте, люди добрые! Да
у вас мозги-то работают? Это же
надо додуматься вдвоём забраться
на спину такой кляче! Да этот
шкилет на четырёх палках, того и
гляди, рухнет под вами!..
Они молча проезжают мимо этой злой тётки и когда перестаёт уже доносится до них ругань, оба спешиваются и дальше уже транспортируют коня по своему прежнему методу, то есть один спереди, другой сзади.
НАТ.ВОЗЛЕ Ж/Д НАСЫПИ-ДЕНЬ
Коза, привязанная к колышку, щиплет скудные пучки травы. Появляется мать с конём, привязывает его к тому же колышку. По насыпи проезжает поезд. Мать замирает, стоит и смотрит на поезд. Поезд уезжает, она уходит. Конь и коза смотрят друг на друга.
НАТ.ДАЧА КРИНЁВА-ВЕЧЕР
Ужин. За обеденным столом сидят мать и братья, молча едят. Входит отец, снимает верхнюю одежду. Видно, что он опять пьяный, хоть и не шатается. Никто и никак не реагирует на его появление.
Отец моет руки, садится за стол. Он ждёт, что ему дадут поесть.
МАТЬ
Кока, ты насчёт телеги узнавал?
НИКОЛАЙ
Делают.
МАТЬ
А колесник что сказал?
НИКОЛАЙ
Как всегда развёл руками: «Нема
ни единой сухой спицы.» А потом ещё
выругался на прощанье: «Донэр вэтэр!
Пся крэв! Тшорт побери!»
ПАВЕЛ
Надо же, по-русски знает всего
несколько слов, зато ругаться умеет
и на русском, и на польском, и даже
на немецком.
ОТЕЦ
(пытаясь влезть в беседу)
Он же немец, на немецком ему привычней
всего.
МАТЬ
(наигрывая)
Ой! А я и не заметила, что ты уже
здесь! Ну иди ложись отдыхать, а то
завтра опять кабак с утра пораньше,
вдруг выспаться не успеешь.
Отец со всей силы бьёт кулаком по столу, так, что подпрыгивает вся посуда.
ОТЕЦ
Хватит! Варя, я тоже человек! Я тоже
достоин всяческого уважения! Мне тоже
хочется, чтоб дома встречали меня
улыбками, радовались моему приходу!
Даже тогда, когда у меня чёрная
полоса в жизни! Когда меня судьба
швыряет как щепку по волнам! Когда…
Отец садится, обхватив руками голову с взъерошенными волосами.
Ведь не так у нас всё было, Варя!..
Тогда, в молодости, когда мы встретились,
когда полюбили друг друга, когда решили
не расставаться всю жизнь и делить
все радости и печали! Как Джульетта
с Ромео…
МАТЬ
(выходя из-за стола)
Кока, завтра утром тебя будить на
бетонный завод?
НИКОЛАЙ
Не надо. Завод ещё на прошлой неделе
закрылся. Так, что я теперь тоже
безработный.
Мать уходит в свою комнату.
ОТЕЦ
Почему меня никто не слышит?
Никто даже не пытается меня понять!
ПАВЕЛ
Я тебя понимаю, как художник
художника.
Отец встаёт из-за стола, подходит к раковине, умывается.
ОТЕЦ
Но ничего, скоро я всем докажу,
скоро всем станет ясно, все скоро
увидят.
ПАВЕЛ
Чего увидят-то?
ОТЕЦ
Всё! Скоро я напишу книгу и тогда
сразу все всё поймут!
ПАВЕЛ
И как же будет называться книга?
Отец подходит к Павлу, вытирая руки о полотенце, и наклоняется к его лицу. Усы его топорщатся, жевлаки играют на скулах.
ОТЕЦ
А ты небось думаешь, что я не знаю,
как она будет называться?
ПАВЕЛ
Ничего я не думаю. Я так просто
спросил.
ОТЕЦ
Хотел над отцом посмеяться! Вот,
мол, батька твердит всё, что
напишет книгу, а сам даже не знает,
как она будет называться! Нет, брат,
батька у тебя не такой дурак. Он
знает, что название для книги —
это всё. Будет название — будет
и книга, а не будет названия, так
и книги не будет. Понял?
ПАВЕЛ
Ну вот мне и интересно, какое
будет название. Его ведь ещё
придумывать надо.
ОТЕЦ
Ничего не надо придумывать! Всё
уже сделано. Вот тут всё есть.
ПАВЕЛ
(махнув рукой)
Ничего там нет.
ОТЕЦ
Чего нет?
ПАВЕЛ
Названия нет.
ОТЕЦ
А если я скажу, тогда что будет?
ПАВЕЛ
Ну, тогда будет.
ОТЕЦ
Что будет?
ПАВЕЛ
Ну, название будет.
ОТЕЦ
Ну, так слушай, название будет
такое: “Тайна на дне колодца”.
ПАВЕЛ
Не модно. Это во времена Диккенса
такие названия книгам давали. А
теперь мода другая.
ОТЕЦ
Какая же теперь, по-твоему, мода?
ПАВЕЛ
Вот если б ты, к примеру, книгу
назвал “Бред сивой кобылы” или
“Сарынь на кичку, елова шишка”,
то было бы модно, или, например,
“Печаль полей винцом полей”…
ОТЕЦ
Каким винцом?
ПАВЕЛ
Будто не знаешь, какое винцо
бывает!
ОТЕЦ
(кричит)
А! Издеваешься!
Он бросается на кухню, хватает топор, но брат успевает выскочить за дверь.
НАТ.ДВОР ДАЧИ КРИНЁВА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Отец выбегает во двор с топором и принимается гоняться вокруг дома за братом. Мать и Николай с тревогой глядят в окна, наблюдая за этой погоней при лунном свете.
ОТЕЦ
Я тебе покажу, пентюх, как над
родным отцом смеяться!
Отец скрывается. Появляется брат.
ПАВЕЛ
(дразнит)
“Сарынь на кичку, елова шишка”!
Брат исчезает, отец выбегает.
ОТЕЦ
Сейчас я тебе такую «елову шишку»
устрою!
Отец убегает, брат выбегает.
ПАВЕЛ
«Печаль полей винцом полей!»
Брат убегает, отец выбегает, тяжело дыша.
ОТЕЦ
Замолчи! Ни стыда у тебя не
совести!..
Отец скрывается. Появляется брат.
ПАВЕЛ
«Нет повести печальнее на свете,
Чем повесть о поэте в туалете!..»
ОТЕЦ
Варя! Он же, паразит, издевается
над нами!
Брат скрывается, отец продолжает бегать вокруг дома.
А ну выходи, балбес! Попадёшься
ты мне…
Отец, обессилив, садится на ступеньку перед домом. Мать выходит из дома, забирает у него топор.
МАТЬ
Ну, всё?
ОТЕЦ
Всё.
МАТЬ
Спокойной ночи.
ЗТМ
НАТ.ОГОРОД-УТРО
Николай и Павел окучивают лопатами грядки.
ПАВЕЛ
Что он там вчера про тайну на дне
колодца трепался?
НИКОЛАЙ
Книгу он так свою назвать хочет.
ПАВЕЛ
А почему, не догадываешься?
НИКОЛАЙ
Может и догадываюсь, только не
до конца.
Братья одновременно перестают копать и втыкают лопаты в землю.
ПАВЕЛ
Помнишь, как раз перед тем, как нам
поступить в гимназию, мы уже слышали
об этой колодезной тайне, пытались
её разгадать, а потом о ней уже и
не думали.
НИКОЛАЙ
Это ты не думал, а я иногда подумывал.
ПАВЕЛ
А знаешь, Кока, до чего я додумался
после вчерашнего разговора?
НИКОЛАЙ
Ну?
ПАВЕЛ
Отец зарыл на дне колодца какой-нибудь
клад, потому что если бы клада не было,
то и никаких разговоров о какой-то там
тайне не было бы.
НИКОЛАЙ
Он мог… То-то он всё время вспоминает
про свои золотые прииски. Идём к колодцу.
Они оставляют лопаты торчать в земле, а сами шагают к колодцу.
НИКОЛАЙ
Знаешь, я совсем недавно прочитал в
одном журнале статью о кладах.
Не то в “Вокруг света”, не то в
“Хочу все знать”… или это в “Глобусе”
было напечатано… Вот не помню, там
ещё такой сундук был нарисован. Вроде…
ПАВЕЛ
(перебивая)
Да какая разница!
НИКОЛАЙ
Так вот, в статье писалось, какие
бывают клады, почему они возникают,
как их отыскивают… При этом рассказывалось,
как незадолго до революции группа
каких-то не то преступников, не то
экспроприаторов напала на поезд и
ограбила вагон, в котором перевозили
серебряные слитки. Остановив поезд,
они нагрузили этими слитками телегу
и умчались на тройке лошадей. На
след этих грабителей напала полиция.
Тогда они спрятали слитки, а сами
разбежались кто куда. Полиции,
как-то, удалось задержать одного
из них, и он на допросе сознался,
что похитители всё бросили в колодец,
только он не знает, в какой именно,
потому что сам не участвовал в этом
деле. Полиция после этого облазила
все-все колодцы во всей округе,
но слитков так и не нашла.
Братья подходят к колодцу.
НАТ.У КУЛОДЦА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Павел открывает колодец и заглядывает на дно.
ПАВЕЛ
Всё ясно. Как пить дать, слитки
лежат в нашем колодце и отец об
этом знает.
НИКОЛАЙ
Ты еще скажешь, что он был в
этой шайке, которая похитила слитки!
ПАВЕЛ
А что ты думаешь, по пьяной лавочке
ещё и не то можно сделать. Сегодня
он за родным сыном с топором гоняется,
а завтра возьмет да и поезд ограбит.
НИКОЛАЙ
Но слитки-то ведь были похищены
тогда, когда отец еще не пил.
ПАВЕЛ
Это верно. Но, может быть, они
бросили слитки в наш колодец, а
он про то и не знает.
НИКОЛАЙ
Почему же он тогда твердит, что
тут какая-то тайна?
ПАВЕЛ
Правда. Он не может не знать. И
я буду не я, если не узнаю, что
там за слитки.
Братья смотрят в колодец.
НИКОЛАЙ
Всю воду вычерпывать будем?
ПАВЕЛ
Да, как это делал отец, когда
вылавливал лягушек. Вычерпаем
воду, после чего ты…
НИКОЛАЙ
Почему я?
ПАВЕЛ
Ладно, трус. Я спущусь вниз и
покопаюсь на дне. А для того
чтобы не возникло каких-нибудь
подозрений у соседей, сделаем вид,
что берём воду для поливки огорода.
НАТ.У КОЛОДЦА-ДЕНЬ
Братья вычерпывают воду из колодца «в четыре руки». Павел выкручивает ведро воротом, Николай вытаскивает другое ведро на верёвке, выливают на землю, вода по канавке бежит на грядки. Снова Павел выкручивает ведро воротом, Николай вытаскивает другое ведро на верёвке, выливают на землю, вода бежит на грядки и опять всё повторяется…
НАТ.У КОЛОДЦА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Жарко печёт полуденное солнце, потные ребята сидят на корточках у колодца, тяжело дышат. Рядом валяется ведро с привязанной длинной верёвкой к дужке.
НИКОЛАЙ
Но если ты вытащишь слитки, то
могут узнать, что это отец их похитил.
Это может для него плохо кончиться.
ПАВЕЛ
Не страшно. Во-первых, слитки были
похищены еще при старом режиме. А
во-вторых, мы будем действовать
осторожно. Сначала посмотрим, что
там есть, а потом будем думать,
что делать.
Павел встаёт и по верёвке лезет на дно колодца. Николай ждёт наверху.
НИКОЛАЙ
Ну как там?
ПАВЕЛ
(голос)
Прохладно, Кока, тащи!
Николай выкручивает ворот, достаёт ведро, полное песка. Вываливает песок и опускает ведро вниз.
ПАВЕЛ
Эй! Ты потише там! Прямо по
затылку треснул!
НИКОЛАЙ
(улыбаясь)
Извини, я не нарочно!
ПАВЕЛ
Тащи, давай!
Николай вытаскивает из колодца ведро за ведром, под ногами у него растёт горка мокрого песка.
ПАВЕЛ
(голос)
Всё, Кока, нет тут никаких
слитков. Одни камни, да гвозди
ржавые. Вытаскивай меня отсюда!
НИКОЛАЙ
Держись!
Николай пробует выкрутить ворот, пыхтит, тужится, но ничего не получается.
Павлушка! Ты чего-то тяжёлый стал.
ПАВЕЛ
Это не я тяжёлый, а ты хилый.
Я же говорил, что тебе надо было
в колодец лезть. Я бы тебя
мигом выкрутил.
НИКОЛАЙ
Тогда сам попробуй карабкаться по
верёвке!
ПАВЕЛ
Не могу я! Устал!
НИКОЛАЙ
Ну ты тогда отдохни, посиди там
немного, силы у тебя восстановятся
и сможешь выкарабкаться.
ПАВЕЛ
Эх, дурак я, послушался тебя, полез
в колодец…
Николай молчит, ничего не отвечает, только пожимает плечами.
НАТ.КУЗНИЦА-НА ЗАКАТЕ
ОТЕЦ идёт по улице, вдоль забора.
Он подходит к старому, черному, насквозь прокопчённому дымом деревянному строению, вроде покосившегося набок сарая, без окон, с широкой дверью, которая распахнута настежь.
Из дверного проёма валит дым, слышны звонкие удары молотков о железо.
ОТЕЦ делает шаг внутрь.
ОТЕЦ
Куй железо, пока горячо!..
Он проходит дальше.
НАТ.У КОЛОДЦА-ВЕЧЕР(ПРОДОЛЖЕНИЕ)
Николай сидит у колодца. День между тем кончается. Смеркается. В колодце становится совсем темно и страшно. Николай слышит, как брат дрожит в темноте.
ПАВЕЛ
(кричит)
Кока! Ты что там, уснул что ли?
НИКОЛАЙ
Я жду, когда ты отдохнёшь!
ПАВЕЛ
Нечего ждать, тут уже воды
по колено! Кока, чего делать? Я
не вылезу, ей Богу!
НИКОЛАЙ
Погоди, я сбегаю позову кого-нибудь
на помощь.
ПАВЕЛ
Ты что, дурак? Не вздумай! Хочешь
чтобы над нами все стали смеяться?
НИКОЛАЙ
Ну а чего делать? Я же не знаю.
ПАВЕЛ
Кок-к-ка, тут такая холодрыга
как в х-х-холодильнике.
(жалобно)
Придумай что-нибудь…
Николай замечает верёвку, которая валяется на земле. Он быстро отвязывает её от ведра и бросает в колодец.
НИКОЛАЙ
Павлушка, лови! Обвяжись покрепче!
Я буду тебя тащить, а ты ухватись
руками за верёвку, которая привязана
к вороту и лезь.
ПАВЕЛ
Х-х-х-хорошо, я с-с-сейчас…
На улице уже совсем стемнело.
Поднимай!
Николай, тянет верёвку, слышно, как внизу ведро бьётся о стенки колодца, мокрые верёвки скрипят. Появляется голова Павла.
Павел хватается за края колодца, переваливается через них и падает на землю.
Полежав несколько секунд молча, он вскакивает на ноги и пинает кучу вытащенного ими песка, потом плюёт на неё.
ПАВЕЛ
Вот дураки мы! Я там чуть не утонул!
Никаких слитков на дне колодца нет
и не было! Ясно тебе?
Павел решительно шагает домой. Николай, с лопатами, роняя то ведро, то верёвку, поспевает за ним.
ПАВЕЛ
Никакие дураки не стали бы бросать
слитки в чужой колодец, а если и
были там слитки, то их уже давно
и без нас достали! Так что, как
хочешь, а меня лично ты в колодец
больше никакими коврижками не заманишь!
НИКОЛАЙ
Интересно! Я что ли придумал, что
там слитки?
ПАВЕЛ
А кто? Пушкин?
НИКОЛАЙ
Я сказал, что читал статью в журнале,
но что слитки у нас в колодце, я
ничего не говорил. Это ты сам
домыслил, а теперь оказывается,
что я во всем виноват.
ПАВВЕЛ
Какую глупость пишут в этих твоих
журналах!
НАТ./ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-ВЕЧЕР
Павел подходит к дому, Николай – за ним следом. Отец сидит на ступеньках крыльца. Отец молча провожает взглядом проходящего мимо него Павла и останавливает Николая.
Павел, сильно хлопнув, скрывается за дверью.
ОТЕЦ
Ну, хлопцы, чего-то вы припозднились.
НИКОЛАЙ
Мы подумали, будет лучше если полить
огород, а то вся земля сухая.
ОТЕЦ
Правильно. Картошка водичку любит.
Вода, как говорится, всему госпожа…
Я сегодня у кузнеца был, он, вроде,
начинает делать нашу телегу, и велел
прислать помогать мальчишку. Ну, а
ты, вроде, у нас…
НИКОЛАЙ
(перебивая, с сарказмом)
Ну конечно! Кто же у нас мальчишка?
Конечно, я! Не Павлушка, же! Когда
идти к кузнецу?
ОТЕЦ
Завтра. Да там ничего делать не надо,
будешь только раздувать горн.
НИКОЛАЙ
О, замечательно! Буду и горн раздувать,
и в барабан, если надо барабанить… Не
забудьте разбудить маня пораньше.
Николай уходит в дом, громко хлопнув дверью.
Отец остаётся сидеть на ступенях. Закуривает.
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-НОЧЬ
Павел лежит на своей кровати, отвернувшись лицом к чёрному плюшевому ковру на стене. К нему в ноги подсаживается Николай.
НИКОЛАЙ
Может нам попытаться её промыть?
ПАВЕЛ
Кого?
НИКОЛАЙ
Ну, кучу, которую вытащили из
колодца. Вдруг там всё-таки обнаружатся
какие-нибудь золотые крупинки?
ПАВЕЛ
Кока, в твоей голове больше ничего
не осталось, кроме этих дурацких
мыслей? Или у тебя золотая лихорадка
началась?
НИКОЛАЙ
Да нет, я чувствую, что там что-то
есть.
ПАВЕЛ
Где, в голове?
НИКОЛАЙ
В куче! Надо только взять отцовский
тазик и попробовать, пока кто-нибудь
из соседей не забрал этот песок для
какой-нибудь своей надобности.
ПАВЕЛ
Да бери ты хоть тазик, хоть корыто,
хоть ночной горшок, промывай что
хочешь, а меня больше не заманишь
в этот дурацкий колодец ни за какие
коврижки.
Павел ногами сталкивает брата с кровати.
Слезь с одеяла, и так ноги чуть не
отморозил!
НАТ/ИНТ.КУЗНИЦА-УТРО
Старый, черный, прокопчённое дымом деревянный сарай, без окон, с широкой дверью, которая всегда распахнута настежь. Посреди кузницы, прямо против двери, на огромном деревянном чурбане, напоминающем древесный пень, стоит наковальня. Неподалеку от наковальни, слева – горн. Справа, грубо сколоченный крепкий дубовый стол с тисками. В темных углах сарая валяется, покрытый пылью и копотью, разный железный хлам.
КУЗНЕЦ - невысокий, короткорукий и коротконогий, коренастый мужик, заросший до самых ушей дремучей, торчащей во все стороны бородой, отчего голова его кажется вдвое больше, чем нужно.
КУЗНЕЦ
Качай!
Николай принимается растягивать и сжимать кожаные мехи горна, выжимая струю воздуха, который раздувает пламя в горниле.
За его работой наблюдает сын кузнеца – АЛЁША, высокий, почти на голову выше Николая, юноша. Он очень худой, бледный, всегда молчит.
Железо, после долгих усилий Николая, раскаляется до нужной кондиции, КУЗНЕЦ берёт его клещами и кладёт на наковальню.
КУЗНЕЦ
Алёша, вдарь!
Молот в руках Алёши двигается снизу, от самой земли, описывает в воздухе круг и с размаху бьёт по раскаленному железу, после чего отскакивает в сторону. Алеша даёт молоту опуститься вниз, опять почти до земли, и, не задерживая кругового движения, снова поднимает над головой и с силой опускает на обрабатываемую деталь. Кувалда кружится в воздухе, непрерывно нанося железу удары.
Кузнец только поворачивает нужной стороной обрабатываемую деталь и в перерывах между ударами молота стукает по ней небольшим молотком, как бы для ритма.
Кузнец суёт, успевшее потемнеть, железо в горн.
КУЗНЕЦ
Качай!
В то время, когда Николай, как загнанная лошадь, качает горн, Алёша отдыхает.
КУЗНЕЦ
Алёша, вдарь!
Алёша лупит кувалдой, Николай отдыхает. Кузнец суёт железо в горн.
КУЗНЕЦ
Качай!
Снова Николай раздувает мехи.
КУЗНЕЦ
Вдарь!
Алёша бьёт.
КУЗНЕЦ
Качай!
Николай качает.
КУЗНЕЦ
Вдарь! Качай! Вдарь! Качай! Вдарь!
Качай!..
В голое у Николая всё начинает кружится и вертеться.
КУЗНЕЦ
Вдарь! Качай! Вдарь! Качай! Вдарь!
Качай! Вдарь! Качай! Качай! Качай!..
НАТ.КУЗНИЦА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
На низенькой лавочке, стояшей у стены кузницы, сидят Николай и Алёша, молча смотрят на зеленую лужайку, пестреющую полевыми цветами, на лесную опушку, на небо. Их дыхание становится менее глубоким и более ровным, напряженное выражение лиц сменяется спокойным.
Алёша с каким-то непонятным интересом разглядывает и траву, и деревья, и небо, словно видит всё это впервые.
Гремит гром, падают крупные капли дождя, но Алёша продолжает сидеть неподвижно. Дождь стекает ручейками по его серым щекам.
КУЗНЕЦ
(голос из кузницы)
Алёша!
Он бросает взгляд в сторону Николая, молча вздыхает, отворачивается.
ИНТ.КУЗНИЦА-ДЕНЬ
Снова в кузнице идёт работа: Николай качает горн, Алёша бьёт кувалдой по железу, кузнец – руководит процессом.
ГОЛОС(ЗК)
Во мне росло неприязненное чувство
к отцу этого несчастного мальчика.
Кузнец бы мог нанять себе помощника,
но теперь, по советским законам,
он должен был платить ему положенную
зарплату, а расставаться с деньгами
ему не хотелось. Куда уж лучше
эксплуатировать своего сына!..
ВИДЕНИЕ НИКОЛАЯ
Кузнец, в образе капиталиста-эксплуататора с множеством рук, в цилиндре и сигарой в зубах, сидит на троне. Он жадно жонглирует золотыми слитками и кричит: «Вдарь! Качай! Вдарь! Качай!».
ГОЛОС(ЗК)
(продолжает)
В моем воображении этот кузнец
представлялся мне в образе кулака-
мироеда или капиталистической гидры,
а мы с Алешей были пролетариат и
могли сделать революцию.
Ребята, по пояс раздетые, потные и чумазые куют железо.
Но революция уже была сделана без нас,
так что нам оставалось помалкивать и
целыми днями торчать в этой
осточертевшей кузне.
Кузнец, размахивая золотыми слитками, демонически хохочет.
КОНЕЦ ВИДЕНИЯ КОЛИ.
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-УТРО
Николай лежит на кровати, его глаза закрыты, но видно, что он уже проснулся и о чём-то сосредоточенно думает.
В его воображении – куча песка, оставленная возле колодца.
КРУПНО – песчаная куча, освещённая лучом солнца, на вершине которой поблёскивают крупинки золота. Куча приближается, блеск золота становится всё ярче и ярче.
Николай резко вскакивает с кровати и начинает быстро одеваться.
Он лихорадочно ищет в сарае тазик, который куда-то запропастился. Рядом мать развешивает на верёвке постиранное бельё.
МАТЬ
Сынок, ты что там потерял?
НИКОЛАЙ
Так, ничего особенного. А где
Павлушка?
МАТЬ
Наверное, как всегда ушёл этюды
свои писать. У него ведь через
несколько дней начинаются занятия
в профшколе.
Николай видит перед собой этюдник брата.
Николай забегает о двор дома и видит Павла бегущим из-за железнодорожной насыпи к дому. От быстрого бега он ничего не может сказать, а только протягивает грязный тазик, который держит в руках.
НИКОЛАЙ
(испуганно)
Кучу украли?
ПАВЕЛ
Какую кучу?
НИКОЛАЙ
Ну, песок!
ПАВЕЛ
(махнув рукой)
А! Я золото нашел. По-моему…
НИКОЛАЙ
Какое золото?
ПАВЕЛ
Ну, какое золото бывает?
НИКОЛАЙ
Где же оно?
ПАВЕЛ
А вот!
Он протягивает тазик, который держит в обеих руках.
Николай смотрит на брата как на спятившего с ума.
НИКОЛАЙ
И где же золото?
ПАВЕЛ
Ну, в тазу.
НИКОЛАЙ
Так он же пустой!
ПАВЕЛ
А ты хотел, чтоб был полный?
Это никакой дурак, я думаю, не
отказался бы!
Николай берёт у него тазик и внимательно осматривает.
КРУПНО - на дне лежит с десяток темных песчинок.
ПАВЕЛ
Ты химик. Ты можешь определить,
золото это или, может быть, какая-нибудь
мура?
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Взяв стеклянную пробирку, Николай осторожно собирает в неё песчинки и разглядывает их в увеличительное стекло.
КРУПНО – песчинки на дне пробирки отсвечивают металлическим блеском.
НИКОЛАЙ
Где ты это нашел?
ПАВЕЛ
Ну, в песке.
НИКОЛАЙ
В каком песке?
ПАВЕЛ
Ну, в куче, которую мы из колодца
вытащили.
НИКОЛАЙ
Ты всю кучу промыл?
ПАВЕЛ
Нет, я только попробовал. Там еще
много, наверно.
НИКОЛАЙ
Тогда надо бежать.
ПАВЕЛ
Куда?
НИКОЛАЙ
Промывать песок. Куда же еще!
ПАВЕЛ
А анализ не надо делать?
НИКОЛАЙ
Анализ — потом. Сейчас надо бежать,
пока не растащили кучу.
ПАВЕЛ
Кто же её растащит?
НИКОЛАЙ
Ну, мало ли кто. Может быть, кто-нибудь
видел, как ты мчался как сумасшедший.
НАТ.ПО ДОРОГЕ К КОЛОДЦУ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Павел и Николай, как два сумасшедших, бегут с тазиком к колодцу. Куча - на месте.
Бросив в тазик две пригоршни песку и наполнив его до половины водой, Николай принимается усиленно встряхивать тазик круговым движением. Затем выплёскивает её вместе с песком. На дне тазика остаётся как бы мазок желтоватого цвета.
ПАВЕЛ
Золото!
НИКОЛАЙ
Оно! Всё как в рассказах про
золотоискателей.
Собрав со дна таза золотые песчинки в пробирку, Николай снова наполняет его песком и водой из ведра.
Брат вырывает у него таз из рук. Встряхивает. Выплёскивает.
КРУПНО – тазик пуст.
ПАВЕЛ
Что-то неудачно у меня получилось.
(отдавая таз)
На, болтай лучше ты, у тебя больше
опыта.
НИКОЛАЙ
Откуда?
ПАВЕЛ
Из рассказов.
Николай промывает песок. Дело идёт с переменным успехом. Иногда получается вполне заметный мазок, как и в первый раз. В другой раз - одна или две песчинки. А иногда - совсем ничего.
НИКОЛАЙ
Видно, распределение золота в
песке имеет неравномерный характер.
ПАВЕЛ
Мой, мой лучше, профессор.
Наконец весь песок промыт. Николай держит пробирку, наполовину наполненную темным песком.
НИКОЛАЙ
Тяжёленькая.
ПАВЕЛ
Дай мне.
(взяв пробирку)
Похожа на дробь. Это, несомненно,
металл, но какой? Может быть, это
вовсе и не золото?
Николай забирает пробирку обратно.
НИКОЛАЙ
Вот придём домой и установим точно.
ПАВЕЛ
А как мы установим?
НИКОЛАЙ
Увидишь.
Николай прячет пробирку в карман и шагает к дому, Павел с тазиком спешит за ним.
ИНТ.ЧЕРДАК ДАЧИ КРИНЁВА-ДЕНЬ
Укрепив на специальной деревянной подставке три пробирки, Николай бросает в каждую из них по нескольку крупинок добытого металла, после чего в одну пробирку наливает жидкость из коричневого пузырька, во вторую пробирку — из зелёного, в третью — из прозрачного.
Брат внимательно смотрит, нюхает и морщится.
ПАВЕЛ
Это что ты туда за вонючие жидкости
льешь?
НИКОЛАЙ
Это не вонючие жидкости, а серная,
соляная и азотная кислоты. Если
крупинки хоть в одной из этих кислот
растворятся, то это не золото.
ПАВЕЛ
А если не растворятся?
НИКОЛАЙ
Ну, тогда золото.
ПАВЕЛ
А если, допустим, в серной растворятся,
а в соляной и азотной не растворятся?
НИКОЛАЙ
Тогда не золото. Золото не растворяется
ни в серной, ни в соляной, ни в азотной
кислотах.
ПАВЕЛ
А долго надо ждать?
НИКОЛАЙ
Ну, я не знаю. Я ведь с золотом никогда
не имел дела. Подождем до завтра.
ПАВЕЛ
Это до завтра ждать???
НИКОЛАЙ
Зато уж наверняка будет.
Братья уходят с чердака.
ИНТ.СТОЛОВАЯ-ВЕЧЕР
Мать ставит перед братьями тарелки с картошкой и огурцами, чашки с молоком.
НИКОЛАЙ
Спасибо, мама.
ПАВЕЛ
Да, спасибо.
МАТЬ
Ешьте на здоровье.
Она уходит на кухню. Братья жуют и перешептываются.
ПАВЕЛ
Отцу ничего говорить не надо.
Ему не понравится, что мы раскрыли
его тайну.
НИКОЛАЙ
А он, думаешь, знает, что в колодце
золото?
ПАВЕЛ
Почему же он, по-твоему, про
какую-то колодезную тайну болтал?
Ясно, знает. Должно быть, когда
колодец копали, он попробовал промывать
песок и нашел золото. Он ведь видел,
как промывают в Сибири золото, когда
на японскую войну ходил.
НИКОЛАЙ
Да, точно. Он же и сам там нашел
золото, которое во флаконе.
ПАВЕЛ
Верь ты ему! Это он не там нашел,
а здесь.
НИКОЛАЙ
Где здесь?
ПАВЕЛ
В колодце. Где же еще?
НИКОЛАЙ
Почему же он говорит, что в Сибири?
ПАВЕЛ
А что он, дурак, чтоб говорить,
что не в Сибири? Станет говорить,
что у него в колодце золото, чтоб
каждый дурак лазил к нему в колодец
за золотом! Он не дурак!
НИКОЛАЙ
Значит, то золото, которое у него во
флаконе, вовсе не из Сибири, а из
нашего же колодца?
ПАВЕЛ
Ясно.
ИНТ.ЧЕРДАК-ВЕЧЕР
Братья разглядывают пробирки.
КРУПНО - крупинки без всякого изменения лежат на дне пробирок.
НИКОЛАЙ
А чего это тебе вдруг вдарило в
голову самому там искать? Ты же
говорил: «не за какие коврижки…»
ПАВЕЛ
Да я чего-то ночью проснулся и
подумал: вдруг там на самом деле
золото?
НИКОЛАЙ
Почему же ты мне не сказал?
ПАВЕЛ
Так ты спал.
НИКОЛАЙ
А утром?
ПАВЕЛ
Утром не хотел тебя будить. Ну, и
думал, вдруг там никакого золота не
окажется, и ты будешь надо мной смеяться,
скажешь: заболел золотой горячкой.
НИКОЛАЙ
Не горячкой, а лихорадкой.
ПАВЕЛ
Да хоть лихоманкой…
Павел подходит к чердачному окну и смотрит на улицу. Он видит коня Ваньку, щиплющего траву недалеко от дома, видит, как отец, с косой на плече, ведёт козу за верёвку, подходит к дому, его встречает мать.
ПАВЕЛ
Ты мне лучше объясни, Кока, почему
золото могло оказаться на такой
глубине?
НИКОЛАЙ
(подходя к окну)
Вообще золото находят по берегам
рек, потому что вода размывает
природные месторождения и уносит
крупинки золота, которые оседают
по берегам и на дне…
ПАВЕЛ
Погоди. Значит у нас в колодце
природное месторождение?
НИКОЛАЙ
Похоже на то. Так вот, реки часто
меняют русла…
ПАВЕЛ
(прерывая)
Ладно, это всё трепотня, а мы вот
что сделаем: поищем золото на участке
пониже. Колодец — на возвышенности,
а мы пороемся в более низких местах.
Там, может быть, только копни — тут
же золото.
Павел идёт к пробиркам, разглядывает, прищурившись.
Надо только быстрее, а то у меня
скоро занятия начинаются.
НИКОЛАЙ
Ага, завтра приступим к геологическим
изысканиям.
Николай накрывает пробирки тряпкой, чтобы не увидели родители.
НАТ.БЕРЕГ РЕКИ-УТРО/ДЕНЬ
Братья лопатами копают яму глубиной с метр. Под слоем чернозема обнаруживается слой песка. Этот песок они тщательно промывают в тазике.
ПАВЕЛ
Ну как, есть?
Николай долго разглядывает дно таза.
НИКОЛАЙ
Ни крупинки. Давай в другом месте
попробуем.
Братья роют ещё яму глубиной с метр. Николай бежит к берегу, промывает песок.
ПАВЕЛ
Ну чего там?
НИКОЛАЙ
Опять шиш с маслом.
ПАВЕЛ
Ладно. «Кто ищет, тот всегда
найдёт!»
Павел решительно плюёт на ладони и начинает копать ещё одну яму, потом ещё и ещё, и ещё, без остановки.
Николай только успевает бегать с тазиком к воде, промывать песок.
ПАВЕЛ
Кока, есть?
НИКОЛАЙ
Нет!
ПАВЕЛ
Есть?
НИКОЛАЙ
Нет!
Уже почти весь участок изрыт ямами.
ПАВЕЛ
Есть?
НИКОЛАЙ
Есть!!!
Павел бросает лопату и подбегает к брату.
ПАВЕЛ
Неужто есть?
НИКОЛАЙ
Показалось…
ПАВЕЛ
Вот дурак!
Павел бьёт по тазику, таз вылетает из рук брата и падает в воду.
ПАВЕЛ
Показалось ему! Когда кажется
креститься надо!..
НИКОЛАЙ
Скажи ещё, что я опять я виноват!
ПАВЕЛ
Ладно… Мы с тобой тут оба, как
дураки роемся, а может быть, это
и не золото вовсе.
НИКОЛАЙ
Как это не золото? Мы же всё
проверили.
ПАВЕЛ
Ты что - ювелир?
НИКОЛАЙ
Нет, но…
ПАВЕЛ
Вот, и я не ювелир. Поэтому лучше
я отнесу нашу добычу Апельцыну и узнаю
точно. Завтра всё равно ехать в город
на занятия.
НИКОЛАЙ
А если Апельцын спросит, где ты
взял этот песок?
ПАВЕЛ
Скажу, отец из Сибири привез.
Братья идут со своими инструментами домой.
НАТ.У ДОМА КОЛЕСНИКА-ДЕНЬ
На завалинке своего дома сидит и покуривает коротенькую деревянную трубку старый, флегматичный и наполовину глухой немец по фамилии Штокфиш. На нём огромнейшие деревянные башмаки.
К заборчику подходит ОТЕЦ. Он говорит с колесником громко, так-как тот по-русски понимает плохо, да ещё и плохо слышит.
ОТЕЦ
Здорово, Штокич!
ШТОКИЧ в ответ хмурит брови и невпопад машет рукой.
ОТЕЦ
Я говорю, доброго здоровья!
Как там наши колёса?
ШТОКИЧ
Пэче!
ОТЕЦ
Это да, а как колёса, говорю,
готовы?
Колесник, как-бы не слыша вопроса хлопает себя рукой по накалённой солнцем коленке и кивает в сторону высоко стоявшего в небе солнца, крутит головой.
ШТОКИЧ
Пэче! Пся крэв!
ОТЕЦ
Пэче, пэче! Это я уже понял! На то
и солнце чтобы греть всё подряд!..
Отец начинает рисовать в воздухе всё, о чём говорит.
А заказ-то наш, колёса для телеги
ты начал делать или нет?
Штокич, выколотив о край завалинки свою носогрейку, словно в недоумении, разводит руками.
ШТОКИЧ
Нема ни единой спицы сухая!
Он поднимается с завалинки и, повернувшись к отцу спиной, идёт в дом.
Донэр вэтэр! Пся крэв! Тшорт
побери!..
Отец с досады плюёт себе под ноги и отходит от забора колесника Штокича.
ИНТ.КУЗНИЦА-ДЕНЬ
Кузнец сидит за пнём с наковальней.
КРУПНО – мятая газета, на которой лежат две картофелины в «мундире» и здоровенная луковица.
Кузнец берёт луковицу и откусывает, словно яблоко, заедает картошкой с солью. Он хмуро наблюдает за работой Николая и Алёши.
У стола напротив Николай и Алёша нарезают резьбу на ось от телеги.
Ось вертикально зажата в тисках, ребята с огромным трудом прокручивают вокруг оси два металлических рычага, попеременно передавая их друг другу.
Кузнец продолжает жевать лук и незаметно посмеиваться над своими помощниками.
В то время как Алёша толкает рычаг с одной стороны, Николай толкает другой рычаг с другой стороны, плашки медленно навинчиваются на ось. Видно, что ребятам очень тяжело. Дело идёт медленно, это больше похоже на пытки, чем на работу.
Наконец оба в изнеможении не падают грудью на рычаги (каждый со своей стороны), стараясь отдышаться.
Кузнец встаёт из-за пня, вытирает руки газетой, издаёт оглушительный рык (такой, что даже задрожал стоящий в углу ржавый жестяной лист) и подходит к тискам.
КУЗНЕЦ
Ну-ка, отойди, шпана.
Ребята плюхаются на лавочку. Алёша сидит с широко открытым ртом, почти задыхаясь.
Кузнец лихо пронимается вращать рычаги вокруг оси и посматривать на ребят. Нарезав резьбу, он снимает рычаги с оси, капает на неё масло из маслёнки, берёт со стола большую гайку, ставит на резьбу и, точно факир, ловким ударом заставляет гайку вертеться по оси.
Гайка останавливается, ребята устало глядят на неё.
КУЗНЕЦ
Финита ля комедия! Всё на сегодня.
Отдыхайте.
Он проходит мимо Алёши, потрепав его по волосам.
(Николаю)
Скажи отцу, чтобы деньги готовил.
Ну и намучились мы с вашей
каретой…
Кузнец выходит из сарая.
Николай виновато смотрит на Алёшу, тот устало улыбается.
НАТ/ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-НА ЗАКАТЕ
В оконных стёклах отражаются розовые облака заката. В раскрытом окне видна мать, которая готовит ужин.
От станции к дому шагает Павел, несёт в руках два больших свёртка.
Мать замечает его.
Павел в модном однобортном коверкотовом пиджаке, в таких же брюках-дудочках, из-под брюк выглядывают наимоднейшие пёстрые носки, на ногах — остроносые штиблеты из желтой кожи, на голове — модная фетровая шляпа, на шее повязан модный узенький галстук-гудочек.
Мать ошарашена такой переменой сына. Павел широко улыбается.
ПАВЕЛ
Физкульт привет!
Он, задрав нос и ударяя каблуками новеньких ботинок, входит в дом.
С чердака с грохотом спрыгивает Николай. Увидев, что Николай на него воззрился, Павел подмигивает ему, приложив палец к губам, чтоб тот помалкивал.
МАТЬ
Где это ты всё взял?
ПАВЕЛ
Купил.
МАТЬ
А деньги откуда?
ПАВЕЛ
Картину продал.
МАТЬ
Какую картину?
ПАВЕЛ
Ну, свою картину “Зимний пейзаж”.
У нас в профшколе устроили выставку
прошлогодних работ. Я ещё весной
дал для выставки этот пейзаж, и
вот теперь его купил кто-то.
Мать качает головой.
Николай разворачивает один из принесенных братом свертков, надеясь, что там костюм для него.
КРУПНО - свертке аккуратно сложенная старая одежда брата.
Николай разворачивает другой свёрток и достаёт новенький модный непромокаемый плащ.
НИКОЛАЙ
Что же ты мне только плащ купил?
ПАВЕЛ
Это не тебе. Это тоже мне, на тебя
этот плащ велик будет.
Он забирает плащ из рук Николая и идёт в комнату.
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Дверь прикрыта. Напялив на себя ещё и плащ, Павел вертится в нём перед зеркалом, выпячивая грудь, как индийский петух.
НИКОЛАЙ
(шёпотом)
Сколько же тебе Апельцын заплатил
за золото?
Брат на ухо называет какую-то сумму. У Николая округляются глаза.
НИКОЛАЙ
А сколько ты истратил?
ПАВЕЛ
Всё и истратил.
НИКОЛАЙ
Значит, тебе всё, а мне ничего!
ПАВЕЛ
За что же тебе? Золото ведь я
нашел. Ты вон сколько искал и
ничего не нашел, а я взял пошел
и сразу нашел.
НИКОЛАЙ
Вот что это проклятое золото
с людьми делает! Вместе работали,
вместе копали, а как только золото
попало в руки, сейчас же — моё!
ПАВЕЛ
Ну чего ты ерепенишься? В следующий
раз найдём — твоё будет.
НИКОЛАЙ
А где его найдешь? Мы уже весь участок
обыскали.
ПАВЕЛ
Чудак! Из колодца достанем. Там много.
НИКОЛАЙ
Под каким же предлогом ты сейчас
в колодец полезешь? Тогда огород
поливать нужно было.
ПАВЕЛ
Предлог найдём. Если в это время
кто-нибудь из соседей придет за
водой, скажем, что я часы уронил
в колодец.
У Николая глаза округляются ещё больше.
НИКОЛАЙ
А ты что, ещё и часы купил?
ПАВЕЛ
Нет, на часы не хватило денег.
В следующий раз и часы можно будет
купить.
НИКОЛАЙ
Нет уж! Сначала мне купим одежду.
Я тоже не хочу оборванцем ходить.
Братья слышат, как в дом входит отец.
МАТЬ
(за дверью)
Глянь-ка, наш Павлушка как
отличился. Картину с выставки
у него купили.
ОТЕЦ
(за дверью)
Да что ты? Ну-ка, ну-ка!
Отец открывает дверь, водит в комнату.
Да ты только погляди на него!
Красавец! Экипировался, значит!
Это какую картину?
ПАВЕЛ
“Зимний пейзаж”.
ОТЕЦ
«Пейзаж» говоришь? Слушай, да
ты везучий, я вижу! Талант! Деньгу
зашиб своим трудом. Теперь я за
тебя спокоен! Ты свою дорогу нашел
в жизни. Я же говорю: искусство
должно приносить пользу… художнику!
Брат вертится перед отцом в своем новом костюме, то наденет шляпу, то снимет, то плащ на себя напялит, одним словом, выпендривается.
ОТЕЦ
Ха-ха-ха! Ну-ка, покажись, покажись!
Дай я тебя поцелую, сыночек!
Николай сидит на стуле и смотрит на них, покусывая губы.
ОТЕЦ
Вот, глядите на него! Талант! “Зимний
пейзаж”! Везучий! Деньгу зашиб!
Варя, сын-то наш шляпу надел!
Обеспеченный кусок хлеба с маслом!..
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-НОЧЬ
Все спят. Темно, только узкая полозка лунного света лежит на открытых глазах Николая.
В голове у Николая эхом отражаются радостные возгласы отца.
ОТЕЦ(ЗК)
Слушай, да ты везучий, я вижу! Талант!
Деньгу зашиб своим трудом. Ну теперь
я за тебя спокоен! Ты свою дорогу нашел
в жизни. Я же говорю: искусство
должно приносить пользу… художнику!
Слышно, как за окном кричит сверчок, доносятся звуки проезжающего ночного поезда.
НАТ.У КОЛОДЦА-ДЕНЬ
Братья, вычерпав всю воду из колодца, поднимают со дна песок. Под ногами у Павла уже довольно большая куча.
ПАВЕЛ
(в колодец)
Всё, хватит, Кока! Давай наверх
шуруй!
Павел, таким же способом, как и в предыдущий раз, помогает брату выбраться из колодца.
Снова Павел накладывает лопатой мокрый песок в таз, Николай пробует промывать его, но каждый раз безрезультатно.
НИКОЛАЙ
(растерянно)
Ни одной золотой крупинки. Ни
одной!
ПАВЕЛ
Может это какое-то ошибочное
явление? Может попробовать промыть
весь песок еще раз?
Николай молча вручает таз и лопату брату, а сам садится на край колодца. Издевательски поёт и глядит на Павла.
НИКОЛАЙ
«По диким степям Забайкалья,
Где золото роют в горах,
Павлушка, судьбу проклиная,
Тащился с сумой на плечах…»
ПАВЕЛ
Нет, если ты не хочешь, то и я
не буду промывать.
Павел бросает на землю лопату и таз, садится на колодец рядом с Николаем.
Что я нанялся что ли – в одиночку
тут ковыряться.
НИКОЛАЙ
Тут не ковыряться, а бурить надо
скважины.
ПАВЕЛ
А я не дурак, чтоб бурить скважины,
потому что если повезет, то золото
можно найти и на поверхности, а если
не повезет, то тут хоть бури, хоть
не бури — все равно ничего не найдешь.
А если ты дурак, то бери и бури.
НИКОЛАЙ
Как шляпу с костюмом одному покупать,
то не дурак, а песок одному промывать -
так сразу - дурак?
ПАВЕЛ
Можно подумать, что тебе этот костюм
так уж нужен?
НИКОЛАЙ
Тебе нужен и мне нужен! Ясно?
ПАВЕЛ
Мне надо в нём в профшколу ездить,
чтобы прилично выглядеть! А тебе
зачем? Картошку копать? Или на кузницу
ходить?
Николай готов уже начать драться с братом.
НИКОЛАЙ
Единоличник! Куркуль! А ещё брат
называется!
ПАВЕЛ
Сам ты куркуль! Золотопромышленник
несчастный…
Внезапно колодец под ними громко «ухает» и уходит вниз под землю. Братья от неожиданного толчка вскрикивают и хватаются друг за друга. Ещё чуть и они полетели бы вниз на самое дно.
Они соскакивают с колодца на песок, с ужасом уставившись на сруб, который опустился на половину.
ПАВЕЛ
Вот это он «ухнул»!
НИКОЛАЙ
Я думал, землетрясение началось.
ПАВЕЛ
Из-за чего это?
НИКОЛАЙ
Не знаю… Может это от того, что мы
подрыли основание там внизу? Вот он
под действием собственной тяжести и
«ухнул»?
ПАВЕЛ
Скорее всего… Да, как бы нас, Кока,
кто-нибудь не заметил…
НИКОЛАЙ
«Сматываем удочки»…
ПАВЕЛ
А то обвинят в том, что мы укоротили
колодец чуть ли не на целый метр
против нормы.
Они поспешно собирают свой золотопромышленный инвентарь и потихоньку уходят.
НАТ.ДОРОГА К ДОМУ-ВЕЧЕР
Братья со своим инструментом шагают домой.
ПАВЕЛ
Что за оказия! Почему в тот раз
вон сколько золота оказалось, а
на этот раз — шиш?
НИКОЛАЙ
Должно быть, золотоносный слой
кончился.
ПАВЕЛ
Зачем же ему понадобилось так
вдруг кончаться? Я понимаю, если
бы мы в первый раз побольше добыли,
во второй — поменьше, а там и совсем
ничего, это было бы понятно. А так
непонятно что-то выходит!
НИКОЛАЙ
Это легко объяснить. Если бы мы в
первый раз вытащили одно ведро
песка и сразу промыли, то было бы
побольше, потом вытащили бы еще
ведро — стало бы поменьше; в третьем
ведре оказалось бы еще меньше, а в
четвертом — совсем бы уж ни крупинки
золота. А у нас как получилось?
ПАВЕЛ
Как?
НИКОЛАЙ
А так, что мы вытащили сразу несколько
вёдер вместе со всем золотом, а теперь
там наверняка ничего нет, хоть до центра
земли копай.
ПАВЕЛ
Мы не дураки, чтоб до центра земли.
Теперь каждому дураку ясно, что надо
в другом месте копать.
НИКОЛАЙ
Вот сам и копай в каком хочешь месте,
а мне больше до твоего золота никакого
дела нет!
ПАВЕЛ
Нет и не надо! Мне тоже, между прочим,
не до этой белиберды! У меня дела
поважнее имеются! Мне пора в город
уезжать, на занятия…
НИКОЛАЙ
Вот и проваливай, единоличник!
ПАВЕЛ
От единоличника слышу!
НИКОЛАЙ
Шляпу не забудь!..
Братья решительно расходятся в разные стороны.
НАТ.ПО ДОРОГЕ К ДАЧЕ КРИНЁВА-ДЕНЬ
Поздняя осень. Пожухлая трава, вдоль дороги стоят тёмные, почти голые деревья, серое небо. Идёт мокрый снег.
ГОЛОС(ЗК)
На этом наши поиски золота
закончились. Брат уехал в Киев.
Мне же вскоре снова пришлось
отправиться к кузнецу, нужно было
кончать с телегой. Дело это снова
потянулось в том же темпе, то есть
не спеша, поскольку постоянно
перемежалось какой-нибудь посторонней
работой.
Николай подъезжает на новой телеге, запряжённой Ванькой, к дому.
НАТ.ВО ДВОРЕ ДОМА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Отец встречает Николая. Он открывает ворота, Ванька входит во двор, волоча за собой новую телегу.
ОТЕЦ
(ударив кулаком по телеге)
Красота! «Готовь телегу зимой, а сани
летом»!
НИКОЛАЙ
Осталось теперь дождаться лета,
чтобы начать делать сани.
Николай спрыгивает с телеги и заходит в дом. Отец отводит Ваньку под навес, распрягает и даёт овёс.
НАТ/ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-УТРО
Вид из окна: во дворе всё в снегу, под навесом конь Ванька жуёт сено, рядом с навесом стоит никому не нужная телега, засыпанная толстым слоем белого снега.
В доме за столом сидят Николай, мать и отец, пьют чай.
Видно, что отец уже собрался в город и скоро побежит на станцию.
ОТЕЦ
Пока вы там возились с телегой,
я тоже время зря не терял. А вы
думали!.. Договаривался с Елисеевым
насчёт саней.
МАТЬ
А у него что, сани есть?
ОТЕЦ
Есть, а что тебя так удивляет?
МАТЬ
Ну не знаю… Зачем они ему?
ОТЕЦ
Да откуда я знаю, зачем человеку
сани? Я спросил, он сказал - есть.
Какое мне дело? Возьмём у него, потом,
когда деньги будут, разочтёмся.
МАТЬ
Когда же они только будут, эти деньги…
ОТЕЦ
Ничего, Варя, наш брат, как говорится,
«медленно запрягает, да быстро едет».
Я, правда, пока ещё не могу начать
возить брёвна на станцию.
МАТЬ
А что с тобой?
ОТЕЦ
Ничего, просто возчикам, я узнавал,
деньги выплачиваются не ежедневно,
а раз в две недели. А тебе-то
каждый день нужно давать на расходы…
Павлушке тоже… А тут ещё прибавились
траты на корм для этого крокодила.
Отец тычет пальцем на коня во дворе.
Опять, видишь: «то понос, то золотуха!»
МАТЬ
(останавливая)
Господи, за столом-то!..
ОТЕЦ
Буду пока потихоньку в депо подрабатывать,
там хотя бы каждый день деньги
платят, да и в кабаке пока…
Отец выскакивает из-за стола, целует жену и одевается.
Ну, а ты что молчишь, Кока?
НИКОЛАЙ
А что тут скажешь? «Ха-ха» и больше
ничего.
Отец убегает на поезд.
НАТ.ЛЕС-ДЕНЬ
Конь Ванька тащит сани по накатанной дороге через лес. В санях сидит Николай. Он одет в довольно легкое пальтецо, хотя и на вате. Шапка такая, что приходится то и дело хвататься за уши. Вместо рукавиц на руках интеллигентские перчатки, на ногах ботинки.
Ему навстречу попадаются возчики с бревнами. Они одеты в овчинные тулупы, шапки-ушанки, меховые рукавицы и сапоги.
ВОЗЧИК 1
(проезжая)
Хлопчик, да ты кормишь чем-нибудь
своего коня или он живет на пище
святого Антония?
Николай молчит, не зная, что ответить, ВОЗЧИК 1 смеётся.
Мимо проезжает ВОЗЧИК 2, удивлённо разглядывает сначала коня, потом Николая.
ВОЗЧИК 3
Эй, парень, животину-то ежедневно
надо кормить, потому, ежели его не
кормить, он может подохнуть!
НИКОЛАЙ
Он ещё тебя переживёт!
ВОЗЧИК 3
Чего?
НИКОЛАЙ
Чего слышал!
ВОЗЧИК 3 недовольно сморкается, проезжает мимо.
Николай подъезжает к делянке, где, по всей видимости, происходили недавно порубки.
На занесенной снегом полянке чернеют в разных местах штабеля брёвен. У одного из штабелей кто-то из возчиков нагружает свои сани.
НАТ.ДЕЛЯНКА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Николай подруливает по снежной целине к штабелю из брёвен, накладывает на сани бревна, выбирая не самые тяжелые, а те, что под силу поднять.
К нему подходит возчик ОНИСЬКО.
У него тоненький, ехидно загнутый крючком, ястребиный нос и скудная, рыжеватого цвета, бородёнка на подбородке.
Возчик с серьёзным видом рассматривает Ваньку, пытаясь заглянуть в зубы.
ОНИСЬКО
Ну хорош! Хорош, чертяка! Как звать?
НИКОЛАЙ
Ванькой.
ОНИСЬКО
(«очень серьёзно»)
Ванькой? Ты что? Такого конягу
надо было назвать Буцефал или
Хазбулат! Он же благородных кровей!
НИКОЛАЙ
Правда?
ОНИСЬКО
А ты чего, сам не видишь? И кормить
его надо не сеном или овсом, а
кашей, лучше всего манной, а поить
надо “какавой”.
Онисько отходит, поглаживая бородку и заливаясь смехом. Николай продолжает накладывать брёвна.
Онисько прыгает на свою уже гружёную телегу. Пара его небольших, но очень ладненьких, гладеньких, старательных и смышленых лошадок тут же трогается без всякого понукания.
Николай, нагрузив сани, погоняет коня. Ванька дергается и стоит как вкопанный.
НИКОЛАЙ
Но! Ванька! Пошёл!
Ванька стоит.
Чтоб облегчить тяжесть, НИКОЛАЙ слезает с саней, но этим не пробуждает сознательности коня.
Пошёл, тебе говорят!
Николай стегает коня кнутом, но тот остаётся недвижим. Тогда он сбрасывает часть бревен, уменьшив поклажу чуть ли не наполовину. Николай продолжает лупить коня, но Ваньке безразлично, стегают его кнутом или не стегают.
НИКОЛАЙ
Ты думаешь, я ничего с тобою не
сделаю, тупое ты животное? Посмотрим!
Николай выламывает из орешника прут. Пробует ударить себя по ноге. Выбрасывает прут, отламывает палку и, понукая коня, бьёт его хорошенечко этой палкой.
Ванька шевелит ушами.
После второго удара он, вдобавок еще завертев глазами и, уловив боковым зрением, что Николай снова замахивается палкой, рванул вперед.
НИКОЛАЙ
Вот так-то, голубчик «благородных
кровей»! Будет тебе, и «какава»,
и чай с ватрушками!
Сани двигаются. Размахивая палкой, Николай, ухватившись рукой за оглоблю, идёт рядом, стараясь помочь Ваньке вытащить сани из снежной целины на дорогу.
НАТ.У Ж/Д СТАНЦИИ-ДЕНЬ
Николай на санях подъезжает к месту приёмки брёвен. Видно, что он весь продрог.
Рядом со сторожкой стоят уже разгруженные сани, запряжённые парой лошадок.
Навстречу Николаю выходит здоровенный мужик в огромном тулупе и валенках, с толстой тетрадью под мышкой, деревянной рейкой-меркой и папиросой в зубах. Мужик указывает место между четырёх вбитых в землю шестов. Когда начинает говорить становится понятно, что это всё-таки женщина с осипшим голосом.
ПРИЁМЩИЦА
Вот сюда аккуратно сваливай в
штабель. Девять аршин в длину и
три аршина в высоту.
НИКОЛАЙ
А в ширину?
ПРИЁМЩИЦА
На ширину бревна, само собой.
Глянь вон как тут.
Приёмщица тетрадью указывает на рядом лежащий штабель, высотой больше двух метров и длинной больше шести метров. Она приставляет мерку к брёвнам.
ПРИЁМЩИЦА
Такую кучку сложишь – получишь
от меня расчёт. Всё ясно?
НИКОЛАЙ
Да.
ПРИЁМЩИЦА
Как тебя звать-величать?
НИКОЛАЙ
Носов Николай.
Приёмщица, послюнявив карандаш записывает в тетрадь.
ПРИЁМЩИЦА
Отчество?
НИКОЛАЙ
Николаевич.
ПРИЁМЩИЦА
Давай, Николай Николаич Носов,
вперёд, как говорится, и с песней.
Приёмщица бежит в свою сторожку.
ПРИЁМЩИЦА
(обернувшись)
И оденься потеплее, а то всё себе
отморозишь, к едреней фене!
Дверь сторожки отворяется перед приёмщицей, выскакивает Онисько, почти уткнувшись ей в грудь.
ОНИСЬКО
Нонна Марковна, я отчалил.
ПРИЁМЩИЦА
Попутного ветра.
Онисько проходит мимо саней Николая, пряча ехидную ухмылку в рукавицу и делая вид, что приглаживает свою несчастную бородёнку.
ОНИСЬКО
Да, ничего не скажешь, «могучая
кучка». Этак ты будешь до весны
брёвна возить… Хотя твой скакун
раньше «копыта откинет».
Он прыгает в свои сани, лошадки послушно трогаются с места.
Николай разглядывает огромную кучу чужих брёвен, потом принимается за работу.
НАТ.ЛЕС-ДЕНЬ
Солнечный день, на деревьях иней. Николай едет на санях, гружёных брёвнами. Он уже основательно одет: теплые рукавицы на вате, отцовская мохнатая папаха, сохранившуюся у него со времен русско-японской войны, поверх ботинок намотана мешковина, обмотанная верёвочками, чтоб под брюки не забирался снег.
Конь идёт всё медленнее и медленнее, наконец, останавливается совсем. Николай слезает с саней, подходит к его морде.
НИКОЛАЙ
Что, Ванька, устал? Ну отдохни,
постой, отдышись… Только не долго,
а-то как бы нам не замёрзнуть.
Видишь морозы-то какие.
Мимо них проезжает ВОЗЧИК 2.
ВОЗЧИК 2
Эй, парень, табачком не угостишь?
НИКОЛАЙ
Не курю я.
ВОЗЧИК 2
Эх, молодёжь… Ну ты и вырядился!
Как башибузук, ей Богу! Такого ночью
встретишь – в портки наделаешь!
Ха-ха-ха!
Николай ничего не отвечает ему. Залезает на брёвна.
НИКОЛАЙ
Но! Поехали!
Он дёргает поводья, Ванька стоит недвижим.
Ты опять за своё? Трогай, кому
сказал!
Конь стоит, Николай хватает палку, спрыгивает с брёвен и подносит палку к его морде.
(кричит)
Вот, видал? Не вынуждай меня.
Себе же хуже делаешь!.. Ну чего
смотришь?
Николай опускает палку.
Я же понимаю, ты старик по лошадиным
меркам, тяжело тебе, ты уже отбегал
своё… Но а мне-то что делать?
Вон этот плешивый Онисько на своей
паре коньков за один раз чуть ли не
целую четверть сажени везёт, а мы
с тобой не можем прихватить больше
восьмушки. Да и восьмушки, видно,
не выходит… Уж и не помню сколько
дней возим, возим, а никак не можем
выложить полную сажень… Слышишь?
Поехали!
Подъезжает возчик Онисько.
ОНИСЬКО
Тпру… А ты с ним по-французски не
пробовал? Может он только «божур»
да «сильвупле» понимает?
НИКОЛАЙ
(себе под нос)
Всё он понимает.
ОНИСЬКО
Ну-ка садись.
Николай прыгает в сани.
Онисько оглушительно свистит, хлопает своим кнутом так, что Николай вздрагивает от испуга.
Ванька получает удар кнутом по крупу, чуть-ли не встаёт на дыбы, и мчится, волоча за собой сани с брёвнами и перекатывающегося по ним Николая.
ОНИСЬКО
(кричит)
Поводья держи крепче, интеллигенция!
НАТ.У Ж/Д СТАНЦИИ-ДЕНЬ
На площадке приёма брёвен несколько возчиков сдают свою работу. Приёмщица ходит между штабелей и делает замеры.
ПРИЁМЩИЦА
(возчику 2)
Значит, у тебя всё нормально…
(возчику 1)
А у тебя, Агеич, недостаёт пары
брёвен.
ВОЗЧИК 1
Ой, да ладно «Ваньку-то валять»!
Нонна Марковна, что ты тут бюрократию
развела…
ПРИЁМЩИЦА
Ты дурак или глухой? Брёвен у тебя не
хватает! Завтра привезёшь, закончишь
свою сажень и получишь расчёт.
ВОЗЧИК 1
Чего «завтра»? Мне сегодня деньга
нужна.
ПРИЁМЩИЦА
Я тебе всё сказала.
Приёмщица уходит в свою сторожку.
ВОЗЧИК 1
Тфу ты, едрёна Матрёна!.. Вот вредная
баба!
ВОЗЧИК 2
Агеич, да ты возьми вон, из стопки
этого пацанёнка с дохлой клячей и
дело с концом.
Возчик 1 смотрит на брёвна, привезённые Николаем. Его жалкий штабель на много ниже остальных.
ВОЗЧИК 2
Я сам так сколько раз делал.
ВОЗЧИК 1
Да?
ВОЗЧИК 2
Ну чего ты будешь туда-сюда мотаться.
А он молодой, пущай покатается на
свежем воздухе.
ВОЗЧИК 1
Да и то верно.
Возчик 2 убегает в сторожку за расчётом.
Возчик 1 по-деловому стаскивает со штабеля Николая бревно.
В это время подъезжает Николай, он видит, как Возчик 1 ворует его брёвна.
НИКОЛАЙ
Тпру, Ванька, стой!
Николай спрыгивает с саней подходит к Возчику 1, который застыл с бревном.
ВОЗЧИК 1
Тут это, видишь… У меня не хватает пары
брёвнышек, я тебе потом подкину…
НИКОЛАЙ
А я-то думал, как же так получается?
Вокруг такие штабеля растут, а у
меня всё какая-то жалкая кучка. А оно
вон что оказывается! Один – брёвнышко
потихоньку возьмёт, другой - брёвнышко,
третий – парочку… Деньжата в кармашек
положили и порядок.
ВОЗЧИК 1
Да что ты кипятишься, пацан? Успеешь
ещё заработать-то…
НИКОЛАЙ
Вот-вот, я же для вас никто, пацан!
За себя постоять не смогу. Я же малолетка!
Должен уважать старших! В морду дать
не посмею!
Возчик 1 бросает бревно под ноги.
ВОЗЧИК 1
(громко)
Э! Ты говори, да не заговаривайся!
На шум из сторожки выходят другие мужики, собираются вокруг Николая. Подъезжает Онисько.
НИКОЛАЙ
Вас в детстве не учили, что брать
чужое не хорошо?
ВОЗЧИК 1
Чего ты нам тут нотации читаешь?
НИКОЛАЙ
Да уже поздно вам нотации читать.
Мама рОдная! Вы взрослые, серьезные,
рассудительные, справные мужики,
каждый из вас годится мне в отцы и
сам может чему-нибудь поучить.
Да только чёрта с два вы можете научить
чему-нибудь хорошему! Для вас нет
ничего зазорного взять что плохо
лежит. Но взять у такого же справного
мужика, как ты сам, — это одно, это
уже вроде как несолидно, а взять у
мальчишки, который в ответ не может
ничего сделать, — это и сам Бог велел,
это уже и не воровство вовсе, это
только дурак не сделает. А ну-ка я
начну тырить из ваших штабелей
брёвна?
К Николаю подходит Онисько.
ОНИСЬКО
Если кто возьмет у меня хоть брёвнышко,
хоть щепку, то я того так хрясну по
черепу, что мозги вон. И ничего мне
за это не будет. Потому как — моя
собственность.
Онисько берёт Николая за грудки.
Имею полную праву. Ясно тебе?
ПРИЁМЩИЦА
Онисько! А ну отпусти парня!
Приёмщица бежит из своей сторожки, расталкивая мужиков.
Ну чего к ребёнку пристал? Заняться
не чем?
Она бьёт Онисько тетрадью по башке, так, что у того падает шапка. Онисько подбирает шапку, поправляя свою бородку.
ОНИСЬКО
А чего он тут умника из себя
корчит? Мал ещё умничать. Молоко
на губах не обсохло.
ПРИЁМЩИЦА
Уж кто бы говорил! Отпустил мочалку
под носом и думаешь теперь всё можно?
(Николаю)
Пойдём со мной, Коля, я тебе чайку
горячего налью, погреешься.
(мужикам)
А вы – живо разгружать его сани!
И чтоб всё ровно сложено было!
Брёвнышко к брёвнышку! Обормоты,
кулачьё недобитое…
Приёмщица уводит Николая в сторожку.
ВОЗЧИК 1
Вот лютая баба.
ОНИСЬКО
Зверь, а не баба!
НАТ./ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-ВЕЧЕР
К дому подъезжают сани.
Николай распрягает Ваньку, заводит в сарай. Слышно, как в сарае Николай спотыкается о какие-то вёдра, блеет коза.
Николай входит в дом, раздевается. С кухни доносится голос матери.
МАТЬ
(голос)
Коленька, это ты, сынок?
НИКОЛАЙ
Ну а кто же…
МАТЬ
Сегодня Павлушка обещался вечером
приехать. Наверное, теперь уже завтра.
Николай подходит к висящему на стене календарю, отрывает верхний листок.
НИКОЛАЙ
Отец дома?
МАТЬ
Он спит.
Николай видит на столе недоеденный ужин и недопитую бутылку вина. В пепельнице валяются несколько окурков.
Мать входит в комнату, забирает бутылку и грязную тарелки.
Ты садись, попей пока молочка,
а я сейчас тебе ужин разогрею.
Николай усаживается за стол, мать ставит перед ним литровую банку с молоком и уходит на кухню.
КРУПНО – листок календаря лежит в руке Николая.
НИКОЛАЙ
(отпив молока)
Я помню, когда был совсем маленький,
отец уезжал так часто, что я уже
привык к этому. А однажды, по какой-то
надобности уехала ты. И мне почему-то
показалось, что я тебя никогда не
увижу. Знаешь, всё вдруг потеряло
всякий смысл. Я ходил целый день и
плакал…
ИНТ.КУХНЯ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Мать моет посуду и внимательно слушает голос сына.
КРУПНО - на огне стоит сковородка с едой.
НИКОЛАЙ
(голос из комнаты)
Помнишь ты куда-то уезжала?
МАТЬ
Ну… Я не могу сказать, столько
лет прошло…
НИКОЛАЙ
А я помню всё, как будто это было
вчера. Отец чего-то напевал
на кухне у раскрытого окна, а я
лежал во дворе под окном на голой
земле, подложив под голову старый
эмалированный тазик, перевернув
его кверху дном.
Мать медленно выливает вино из бутылки в раковину, кладёт бутылку в мусорное ведро.
НИКОЛАЙ
Отец поёт во весь голос какую-то
нескончаемую заунывную песню, а я
рыдаю под эту песню и удивляюсь:
как во мне, таком маленьком, помещается
такая огромная, такая нечеловеческая
тоска.
Голос Николая постепенно стихает, слова замедляются.
НИКОЛАЙ
Вот только не помню, чем всё это
кончилось… Наверно, я просто уснул…
уснул, лёжа на том холодном тазике…
Мать с тарелкой входит в комнату и видит спящего за столом Николая. Она садится рядом, краем полотенца вытирает слезу со щеки.
ФЛЕШБЭК
НАТ.САД ПЕРЕД ДОМОМ-ДЕНЬ
Открывается дверь на улицу. Маленький КОЛЯ идёт по саду, рассматривает высокие цветы, нюхает их, пытается поймать то бабочку, то стрекозу, то найти кого-то в траве.
КОЛЯ заглядывает в глубокий колодец. В нём плещется лягушка.
За садом - зеленая поляна, пестреющая беленькими ромашками, лиловыми колокольчиками, синими васильками и седыми одуванчиками. Вдалеке — лес. Вдоль леса по железнодорожной насыпи ползёт чёрный поезд, оставляя за собой белые клубы дыма.
КОНЕЦ ФЛЕШБЭКА
НАТ.ДАЛЬНЯЯ ДЕЛЯНКА-НА ЗАКАТЕ
Над лесом нависает огромное алое солнце.
Николай торопливо грузит брёвна на сани и переговаривается с Ванькой.
НИКОЛАЙ
Ну и денёк сегодня. Не по моей
худой обувке и одежонке.
Он потирает свой красный нос, притоптывая ногами.
Ванька фыркает, выпуская густые клубы пара.
Хошь не хошь, Ванка, а пора
заканчивать эту «одиссею».
Осталось немного, всего лишь
какой-нибудь десяток брёвен.
НАТ.ЛЕС-ВЕЧЕР
Сани скрипят по снегу. Николай погоняет Ваньку, вертит головой по сторонам.
НИКОЛАЙ
Чего-то не узнаю я, Ванька, дорогу.
Похоже, мы свернули не в ту сторону,
куда нужно.
Конь уверенно шагает вперёд. Николай старается согреть застывшие ноги. Уже совсем стемнело, только луна освещает путь.
Лес заканчивается. Николай останавливает коня, чтобы осмотреться.
НИКОЛАЙ
Ого! Ну и крюк мы с тобой сделали…
Хорошо, что сосем не заблудились.
Выйдя из леса, дорога сразу ныряет вниз, как бы на дно оврага, а потом круто взбирается вверх.
НИКОЛАЙ
(щёлкнув кнутом)
Но-о-о!
Ванька легонечко спускается с горки и встаёт.
НИКОЛАЙ
(щёлкнув кнутом)
Но-о-о! Пошёл! Ванька, давай!
Ванька стоит.
Так я и знал.
Николай отбрасывает кнут и несколько раз бьёт коня палкой.
Ванька не двигается.
Николай сбрасывает с саней половину брёвен и погоняет коня палкой.
Конь тащит первую часть груза на гору, Николай идёт рядом.
Наверху Николай опорожняет сани и, развернув коня, спускается за оставшимися внизу брёвнами.
Снова они тащатся с брёвнами в гору. Ванька то и дело останавливается, сани примерзают. Николаю снова и снова приходится бить его палкой и поддевать полозья запасной оглоблей, чтобы стронуть с места примерзшие сани.
Наконец сани снова наверху. Николай нагружает перевезённые в первый раз бревна, то и дело останавливаясь, чтобы растереть коченеющие руки и ноги.
Сани нагружены, Николай лупит коня палкой, Ванька продолжает стоять.
НИКОЛАЙ
(кричит)
Что, гад, решил объявить сидячую
забастовку? Или – стоячую?
(умаляя)
Ну, Ванька, родной! Холодно же, у
меня ноги совсем онемели от мороза…
Николай снова лупит палкой коня.
Что ж с тобой поделать, чёрт
тебя дери!!!
(чуть не плача)
Упрямый ты осёл, а не лошадь…
Хочешь, чтоб мы тут околели
вдвоём?
Николай оглядывается по сторонам и не видит ничего, где бы можно было укрыться от холода, только луна ярко светит на чёрном небе. Не зная, что предпринять, он хватает запасную оглоблю, встряхивает примерзшие сани и со всей силы бьёт оглоблей коня по крупу.
Конь с удивлением и упрёком оглядывается на Николая, получает ещё удар оглоблей и, рванувшись вперед, тащит сани.
Ванька медленно ковыляет по дороге, рядом топает Николай, шмыгая носом и растирая рукавицами заледеневшее лицо.
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-НОЧЬ
В комнате полумрак. Измученный Николай наливает из самовара в таз горячей воды и суёт в неё обмороженные ноги. Обе ступни белые как бумага. Он растирает их и разминает руками, стараясь восстановить кровообращение. Чувствительность постепенно возвращается к ступням.
Николай начинает корчится от боли, стараясь не закричать, чтобы никто его не услышал.
Боль постепенно утихает. Николай сидит на кровати и разглядывает свои покрасневшие ноги.
Он ложится под одеяло и закрывает глаза.
ЗТМ
СОН НИКОЛАЯ
ИНТ.ЗДАНИЕ СУДА-ДЕНЬ
Огромный зал с высоким белёным потолком, белёными стенами, в нижней части окрашенными до высоты человеческого роста краской в красновато-коричневый цвет. Три высоких окна, три чёрных стула с высокими спинками, на которых восседают судьи, одетые в красные мантии с капюшонами, скрывающими лица. Понять кто они невозможно.
Звери собрались и судят Николая. В зале - весь звериный ареопаг: львы, тигры, слоны, олени, леопарды, птицы…
Прокурором на этом судебном процессе выступает КОНЬ. Не потерпевший Ванька, а какой-то другой конь, представитель всей конской породы.
Адвокатом выступает ОСЁЛ.
Николай сидит на скамье подсудимых, опустив голову.
КОНЬ
Он должен ответить за всё.
Это еще пустячки, когда оглоблей
бьют. Думаете, коню хорошо, когда
его колют острыми шпорами, чтоб
он шибче скакал? А разве сладко
приходится, когда клеймят калёным
железом? Ведь так прижгут, что
испечётся кожа и шерсть потом уже
не растет в этом месте всю жизнь.
ОСЁЛ
А это делается, чтоб тебя не
украли.
КОНЬ
А ты, длинноухий, молчи, когда
не спрашивают! Мне неважно, для
чего это делают. Нельзя живую
скотину жечь. Он должен ответить
и за оглоблю, и за острые шпоры,
и за железо калёное…
Со своего места поднимается МЕДВЕДЬ.
МЕДВЕДЬ
А я вам, братцы, скажу, что хуже
всего — в неволе сидеть. Ну, ты
поймал меня. Ну, захотел подраться —
ударь дубиной или оглоблей и отпусти
в лес. А так, на всю жизнь в зверинец,
в клетку… В клетке-то два шага вперед
да два шага назад. Да ты лучше убей,
чем вот так всю жизнь за решёткой
держать! Раньше поймает цыган,
проделает дырку в носу, вставит
кольцо, да и водит на цепи с оглоблей
по ярмаркам — и то интеллигентнее было!
Нет, пусть ответит за всё: и за оглоблю,
и за кольцо в носу, и за клетку.
ВОЛК
А волкам что за жизнь? Говорят,
волков убивать надо, потому что
они обижают бедных овечек. А сами-то
что с овечками делают? Зарежут бедную,
да и съедят. Волк и то лучше. Он овцу
съест, так хоть шкуру оставит, а
человек и овцу съест, и шкуру на
себя напялит. Это как называется?
Волк во всём виноват?
ОСЁЛ
Это у них называется “лицемерие”.
ЛИСА
За такое лицемерие убивать надо!
Нагонят народу человек сто. Флажков
в лесу понаставят. Через каждые десять
шагов — охотник с ружьём. Выгонят
лисичку из леса, да и бах из ружья.
Так хоть бы ради мяса. А то мясо
это и не едят вовсе. Выбросят! А из
шкуры горжетку сделают — как будто
лисичка целая, даже глаза стеклянные
вставят — и носят на шее. Это как
называется?
ОСЁЛ
Это называется “мода”. А мода —
всё равно что закон.
ЛИСА
Варварство это, а не закон! За
такой закон судить его без всякого
снисхождения!
Из-за спины ЛИСЫ выпархивает полуобщипанный ЦИПЛЁНОК.
ЦИПЛЁНОК
А то ещё люди бывают. Он тебе и
курицу не зарежет, до такой степени
интеллигентный, а курятину любит и
шашлыки кушает. А цыплёнка, который
ещё и на свете не пожил, и того
слопает. Это как называется?
ОСЁЛ
А это у них называется “гуманизм”.
Или, вернее сказать, “гурманизм”.
Не знаю точно.
В зале постепенно поднимаются недовольные возгласы.
СУДЬЯ звонит в колокольчик. Наступает тишина.
СУДЬЯ
Слово предоставляется, так сказать,
«другу человека» – СОБАКЕ.
СОБАКА
Всё верно, собака, говорят, друг
человека. А сами на цепь сажают.
Ну, если я виновата, побей меня,
разве я что скажу? А то так, без
всякой вины, возьмут да и отрубят
хвост, а уши обрежут. Если бы им
еще для какой-нибудь пользы мой
хвост был нужен. А то так просто.
Что это?
ОСЁЛ
Эстетика.
СОБАКА
Да лучше меня оглоблей, чем такую
эстетику!
КРОКОДИЛ
За такую эстетику живьем глотать
надо!
ОСЁЛ
А это уже анархия! Сегодня ты меня
проглотил, а завтра я тебя. Что же
будет?
КРОКОДИЛ
Дурень ты, дурень! Если я тебя проглочу
сегодня, как же ты сможешь меня
проглотить завтра?
Начинают говорить все сразу, СУДЬЯ звонит в колокольчик и обращается к Николаю.
СУДЬЯ
Обвиняемый, признаешь ты себя
виновным в том, что бил лошадь
оглоблей?
Весь звериный ареопаг устремляет сои взгляды на Николая. Кажется, как только слово вылетит из его рта, все, как по команде, бросятся на него. Николай замирает от страха.
НИКОЛАЙ
Признаю.
СУДЬЯ
Что ты можешь сказать в своё
оправдание?
НИКОЛАЙ
Я хотел жить.
Тишину в зале вновь нарушают недовольные возгласы. ЦИПЛЁНОК запрыгивает на перила перед носом Николая.
ЦИПЛЁНОК
А мы? Разве мы не хотим жить?
Он пытается клюнуть Николая, тот брезгливо его отшвыривает в сторону.
Звери галдят ещё громче.
КРОКОДИЛ
(в гневе)
Живодёр! Куда только смотрит
Общество покровительства животным?!
Судья звонит в колокольчик, все умолкают.
СУДЬЯ
Обвиняемый, продолжай.
НИКОЛАЙ
Я сам знаю, что поступил нехорошо.
Нехорошо колотить коней острыми шпорами
или плёткой, а тем более оглоблей.
Нехорошо ради одной только моды отрубать
ни в чём не повинным собакам хвосты и
уши. Да, нехорошо резать ножом кур,
коров, маленьких телят и цыплят, а
потом есть их... Но об этом легко
рассуждать, сидя дома, в тепле, а
когда приходится туго, уж какие тут
рассуждения.
СУДЬЯ
Суд удаляется на совещание.
Животные, переговариваясь между собой покидают зал.
Николай остаётся в зале. Он поднимает взгляд, осматривает зал суда, который сильно напоминает класс гимназии, где когда-то он сдавал вступительный экзамен. Даже огромная чёрная доска висит на стене.
В самом дальнем тёмном углу Николай замечает коня Ваньку.
Все возвращаются. Николай пытается разглядеть судей, но опять так и не может понять кто это: люди или какие-нибудь звери.
СУДЬЯ оглашает приговор. Николай стоит.
СУДЬЯ
Приговор. Именем закона всех
зверей. Принимая во внимание.
Учитывая положение. Руководствуясь
презумпцией закона всеобщего
благоутробия. В согласии с согласованным
согласовательным согласованием. Виновного
считать виновным и приговорить к жизни.
Приговор привести в исполнение.
Осуждённого отпустить на все четыре
стороны и злобы на него не питать.
Судья ударяет молотком по столу. У Николая подкашиваются ноги, он падает на пол. Его начинают душить слёзы.
КОНЕЦ СНА НИКОЛАЯ
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Николая начинают душить слёзы. Он лежит в своей постели, всхлипывает. Мать стоит рядом с кроватью.
МАТЬ
Что с тобой? Коля, чего ты плачешь?
Николай резко открывает влажные глаза, но тут же закрывает и отворачивается к стенке сделав вид, что заснул.
ГОЛОС(ЗК)
Я не мог рассказать ей свой сон,
ведь тогда нужно было бы признаться,
что я бил Ваньку оглоблей. И я никогда
никому за все эти долгие годы не
признавался в том. Вот сейчас делаю это
впервые.
Мать присаживается на край кровати и нежно гладит сына по волосам.
КРУПНО – лицо Николая, отвёрнутое от матери. Глаза открыты.
ГОЛОС(ЗК)
Может быть, кто-нибудь думает, что я
купил из этой своей первой получки
матери цветов? Нет, я не купил матери
цветов. Получка эта у меня была не первая,
да и никому из нас не нужны были цветы.
А нужна нам была картошка. Та картошка,
которую я вырастил на огороде, уже
была съедена, и её снова нужно было
приносить с рынка. А в общем, я не
помню, на что ушли эти деньги. Скорее
всего, мы их проели.
ЗТМ
ИНТ/НАТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-УТРО
Николай просыпается в постели, приподнимается над помятой подушкой, смотрит в окно.
ЗА ОКНОМ – яркое весеннее солнце уже растопило снега. Чернеет дорога, которую так развезло, что ни на санях, ни на телеге не проехать. Из земли уже пробивается сочная травка.
Николай стоит у окна. Он видит, как Ванька выходит из двери сарая, идёт на бугор, останавливается на самой его вершине, откуда ему хорошо видны и железнодорожная насыпь с промчавшимся по ней стальным конем, и прекрасный железнодорожный мост над прибрежными ивами, и чудесная роща внизу с начинающими зеленеть молодыми листочками.
Ванька оглядывает всё это и опускается на землю, подогнув под себя все четыре ноги. Потом ложится на бок и тихо испускает свой последний вздох.
Николай стоит у окна. По ясному голубому небу плывут белые барашки облаков.
КАДРЫ ХРОНИКИ
Звучит бодрое фортепиано.
Оживлённые улицы крупных городов 1920-х годов. Машины, трамваи, до предела набитые людьми, регулировщики, размахивающие руками. Между машин снуют толы пешеходов, глотая дым из выхлопных труб.
Работают механизмы, сами люди будто механизмы. Мчатся поезда, нескончаемые конвейерные ленты пересекают полотно экрана.
ИНТ.ЗАЛ КИНОТЕАТРА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Чья-то тень встаёт и движется слева направо через весь экран.
Видны силуэты затылков зрителей, сидящих в зале. Над их головами, рассекая темноту, проходит яркий луч.
Павел и Николай на соседних стульях завороженно наблюдают за действием на экране.
Наконец мелькают последние кадры: улица с фонарями, огромный глаз в объективе киноаппарата и белая надпись на чёрном фоне «КОНЕЦ».
В зале вспыхивает свет, братья встают и вместе с другими зрителями покидают зал кинотеатра.
НАТ.УЛИЦА ГОРОДА-ВЕЧЕР(ПРОДОЛЖЕНИЕ)
Братья спешат из кинотеатра «КОЛИЗЕЙ» к ж/д вокзалу. У Николая в руках целая куча покупок: фотопластинки, фотобумага, нужные химикаты (метол и гидрохинон), журналы “Вестник фотографии” и “Фотографический листок”. Учебник по фотографии.
ПАВЕЛ
Ну ты, Кока, даёшь! Весь магазин
скупил. Так и без штанов можно
остаться.
НИКОЛАЙ
(улыбаясь)
Так я уже остался. Вернее, без
собственных штанов, так как штаны
на мне всё же имеются, но не собственные,
а государственные, от заводской
спецовки.
ПАВЕЛ
Вот, видишь! Мне, чтобы заняться
творчеством, достаточно простого карандаша
или уголька и клочка бумаги. Раз, два-с!..
Павел рисует в воздухе воображаемые штрихи.
Три-с!.. И вот оно! Произведение
искусства готово. «Весенний пейзаж»
или «Дерево у забора».
НИКОЛАЙ
Ну-ну…
ПАВЕЛ
А тебе? И бумага нужна, и пластинки
с эмульсией, и вон… что там у тебя?
(читая)
Ги-дро-хренон какой-то.
НИКОЛАЙ
Гидрохинон. Это для проявки.
Братья пересекают площадь перед ж/д вокзалом.
ПАВЕЛ
Так я и говорю!.. Ради какой-то
картинки, которая ничем не отличается
от того, что и так мы видим своими
глазами, вон сколько всякого барахла
нужно. Кстати, ещё и фотоаппарат нужен.
НИКОЛАЙ
Фотоаппарат, это не проблема. Его
несложно сделать. Любая деревянная
коробка годится, лишь бы не пропускала
света. Самая сложная часть в таком
аппарате — объектив, но его можно
сделать из стекла от простых очков.
Братья входят в здание ж/д вокзала.
ИНТ.ВАГОН ПОЕЗДА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Человек в очках с толстенными линзами сидит напротив Николая и Павла. Читает газету.
ПАВЕЛ
(тихонько)
Вот такие?
НИКОЛАЙ
Чего?
ПАВЕЛ
Стёкла такие подошли бы для фотоаппарата?
Как у этого, с газетой.
Павел украдкой указывает на человека в очках.
НИКОЛАЙ
(восхищённо)
О! То, что надо.
Человек замечает пристальный взгляд Николая, пугается, начинает озираться по сторонам, снимает очки и быстро уходит в другой вагон.
Павел смеётся над братом, хлопая по плечу.
ПАВЕЛ
Нет, Кока, что ни говори, а
Фотография — не искусство. Так…
Карточку подарить кому-то «на
добрую память».
НИКОЛАЙ
(раздражаясь)
Во-первых, фотография много, где
применяется. И для научных целей…
ПАВЕЛ
Ну и каких же?
НИКОЛАЙ
Вот, например, бывает микрофотография
или аэрофотосъемка. Или для
фотографирования при раскопках…
археологических. Или для съемки следов
преступлений…
ПАВЕЛ
Ну, а ещё где?
НИКОЛАЙ
В учебниках снимки очень полезны, по
географии или биологии… А во-вторых,
бывает фотография художественная!
А художественная фотография это
уже — искусство. Она, как и каждое
искусство, может действовать
не только на ум, но и на чувства.
Усёк, Айвазовский?
Николай протягивает Павлу свои журналы.
На, вот, почитай, всё здесь написано
чёрным по белому.
ПАВЕЛ
Да чего ты мне опять своими журналами
тычешь? Я и так знаю, что фотографию
каждый дурак снять может, а картину
или скульптуру изваять – не каждый.
НИКОЛАЙ
Допустим, а что это доказывает?
ПАВЕЛ
А то, что если каждый дурак может
заниматься фотографией, то каждый,
кто занимается фотографией — кто?
Правильно - дурак.
НИКОЛАЙ
Ой, какой неожиданный вывод!
ПАВЕЛ
И вообще, ты же, вроде, собирался
в политехнический поступать? А теперь
что?
Николай гордо встаёт с места.
НИКОЛАЙ
А это не твоё дело. Куда хочу,
туда и поступаю!
Он забирает свои фото-принадлежности и пересаживается в другой конец вагона.
Павел со своего места глядит на брата и посмеивается.
В вагон входит скрипач ДЕМКА, с которым отец иногда ещё выступает в кабаке. ДЕМКА начинает играть «Чардаш».
Николай, отворачивается к окну. Скрипач проходит по вагону, в надежде на чьё-нибудь вознаграждение.
ПАССАЖИР В КЕПКЕ
(скрипачу)
Слушай, ты! Хватит здесь пиликать
и так на душе тошно. Иди, вон, пиликай
в другой вагон!
Скрипач затихает, молча уходит.
Вбегают два беспризорника. БЕСПРИЗОРНИК 1 (с кружкой) сразу начинает обходить пассажиров, а БЕСПРИЗОРНИК 2 объявляет на весь вагон высоким голоском.
БЕСПРИЗОРНИК 2
Пушкин! У лукоморья дуб зелёный!
Отрывок из поэмы «Руслан и Людмила»!
«У лукоморья дуб зеленый;
Златая цепь на дубе том:
И днём и ночью кот ученый
Всё ходит по цепи кругом;
Идёт направо - песнь заводит,
Налево - сказку говорит.
Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит…»
Николай вглядывается в паренька, пытаясь вспомнить в нём кого-то из тех беспризорников, которых он когда-то учил этому отрывку из поэмы Пушкина. Постепенно от уносится в своих мыслях туда, на чердаки, в те ночи у костра…
ФЛЕШБЭК
Ночь.
КРУПНО – языки огня.
Вокруг костра сидят чумазые мальчишки и хором повторяют строки.
БЕСПРИЗОРНИКИ
«…Там на неведомых дорожках
Следы невиданных зверей;
Избушка там на курьих ножках
Стоит без окон, без дверей;
Там лес и дол видений полны;
Там о заре прихлынут волны
На брег песчаный и пустой,
И тридцать витязей прекрасных
Чредой из вод выходят ясных,
И с ними дядька их морской…»
КРУПНО – лица ребят. В их зрачках отражается огонь, дым, искорки летят перед лицами.
КОНЕЦ ФЛЕШБЭКА
Павел трясёт Николая за плечо.
ПАВЕЛ
Кока, очнись! Остановка наша!
Николай хватает свои покупки, братья выскакивают из вагона поезда.
НАТ.ДОРОГА ОТ СТАНЦИИ-ВЕЧЕР(ПРОДОЛЖЕНИЕ)
Павел помогает брату нести его вещи.
НИКОЛАЙ
В конце концов, можно снять фотографию,
которая будет пробуждать в нас добрые
чувства, а можно написать какую-нибудь
такую картину, которая вызовет лишь
омерзение. А сейчас даже некоторые
художники, сами начинают заниматься
фотографией. И из них получаются
неплохие мастера этого дела. А
овладев фотографией, кто-то из них
идёт дальше, работать в кино,
становится кинооператорами,
кинохудожниками. Ведь кино — не что
иное, как живая, движущаяся фотография.
ПАВЕЛ
Кино, кстати, тоже не искусство.
Николай в секунду «вспыхивает» и выхватывает всё из рук Павла.
НИКОЛАЙ
Да иди ты к лешему! Заладил одно
и тоже как дятел…
Николай быстро зашагал вперёд.
ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-ВЕЧЕР(ПРОДОЛЖЕНИЕ)
Николай входит в дом. За столом сидит отец, мрачный, как грозовая туча. Мать – на кухне.
ОТЕЦ
Заходи, Колюня, заходи. А где
брательника-то потерял?
НИКОЛАЙ
(раздеваясь)
Вон, сзади идёт он.
Следом входит в дом Павел.
ОТЕЦ
О! А вот и живописец пожаловал!
Отец подходит к Павлу, долго пожимает ему руку.
Талант! Ну, милости просим.
Отец обратно садится за стол. Павел раздевается.
Все молчат.
ОТЕЦ
Слушай, Кока, а ведь ты у нас,
оказывается, невезучка!
НИКОЛАЙ
(в недоумении)
Почему невезучка?
ОТЕЦ
Ну как, вон Павлушка, смотри, в
профшколе учится, деньгу зашибает,
картинами торгует, одет как лорд
Керзон, а ты…
НИКОЛАЙ
Что я?
ОТЕЦ
Ничего…
Отец, не обращая внимания на Николая, вновь подходит к Павлу, надевает его шляпу.
ОТЕЦ
Ты что думаешь, одну картину продал,
так умнее батьки стал? Твой батька
ещё себя покажет! Шляпу надел!
Плевал я на твою шляпу!..
Отец вешает шляпу на крючок и уходит в комнату.
ИНТ.КОМНАТА БРАТЬЕВ-ВЕЧЕР
Полумрак. Братья раздеваются перед тем, как лечь спать.
ПАВЕЛ
Чего это с ним?
НИКОЛАЙ
А он теперь, как выпьет, всегда такой.
ПАВЕЛ
И частенько он выпивать стал?
НИКОЛАЙ
Каждый вечер. Говорит, ему так легче
обдумывать свою книгу.
ПАВЕЛ
Неужто и правда начал писать книгу?
НИКОЛАЙ
Ага, начал… Слушай его больше.
Павел выключает светильник.
ЗТМ
ИНТ.СТОЛОВАЯ-ДЕНЬ
Николай и Павел сидят за столом. Мать чем-то занята во дворе.
Входит ОТЕЦ, в его руках флакончик с золотым песком. Он устремляет в сторону Павла испепеляющий взгляд.
ОТЕЦ
Вчера я был в городе и случайно
встретил Апельцина.
ПАВЕЛ
Какого Апельцина?
ОТЕЦ
А то ты не знаешь… Ювелира.
(громогласно)
Говори, мерзавец, где ты взял
золото?!
ПАВЕЛ
(заикаясь)
Ка-а-кое золото?
ОТЕЦ
Которое ты продал Апельцину.
Ты где его взял?
ПАВЕЛ
Ах, это… Ну, я взял его там,
где и ты.
ОТЕЦ
Там, где и я? У меня нет никакого
золота!
ПАВЕЛ
А это что у тебя в руках?
Отец трясёт флакончиком, который всё еще продолжает держать в руках.
ОТЕЦ
Этот песок я привез из Сибири.
ПАВЕЛ
Знаем, из какой Сибири.
ОТЕЦ
Где же я, по-твоему, его взял,
если не в Сибири?
ПАВЕЛ
В колодце.
(пауза)
ОТЕЦ
В каком колодце?
Павел смотрит на Николая, ища у него поддержки.
ПАВЕЛ
Ну, в нашем колодце. В каком
же еще?
Отец раскрывает рот, словно вытащенный из воды окунь.
ОТЕЦ
А-а… А… а ты, значит, песок,
который отвез Апельцыну, достал
из колодца?
ПАВЕЛ
Из колодца. О чем же я тебе толкую?
ОТЕЦ
А какое же ты имел право брать
песок из колодца? Ты его положил
туда, что ли?
ПАВЕЛ
А ты, что ли, его туда положил?
ОТЕЦ
Да, если хочешь знать, именно я
его туда и положил. А ты что думал?
ПАВЕЛ
Я думал… Что я думал? Я думал, там
золотоносная жила.
ОТЕЦ
Что? Золотоносная жила?!
Отец вдруг начинает так громко хохотать, что братья начинают переглядываться («не спятил ли он с ума»).
ОТЕЦ
(зовёт)
Варя! Послушай, что этот пентюх
придумал!
Входит МАТЬ, ставит на стол банку с парным козьим молоком.
МАТЬ
Что опять стряслось?
ОТЕЦ
Этот пентюх умудрился выудить
из воды золотой песок, который
мы вместе с тобой бросили в колодец
на счастье в день нашей свадьбы.
МАТЬ
Как это?
ОТЕЦ
Как-то смог! Он подумал, что там
у нас золотоносная жила! Прииск
организовал! Золотой рудник на дне
колодца!.. Золото отвёз в город и
загнал Апельцину. Молодец, ничего
не скажешь!
МАТЬ
(улыбаясь)
Я же говорила, что он весь в тебя
пошёл.
В приоткрытую дверь забегает маленькая беленькая козочка, которую недавно родила коза.
МАТЬ
Ты куда прискакала, дурочка? А ну
пойдём отсюда скорее… Вот глупенькая,
бегает за мною повсюду как собачонка.
Мать, виновато улыбается, выводит козочку из дома и уходит сама.
Пойдём, я вам с мамашкой кочерыжек
дам.
ОТЕЦ
Да какие кочерыжки?! Тут нешуточное
дело!.. А с какой стати тебе пришло
в голову лезть в наш колодец?
ПАВЕЛ
Кока сказал, что в колодце есть
золотые слитки.
ОТЕЦ
(Николаю)
Та-а-к… А ты откуда взял, что там
золотые слитки?
НИКОЛАЙ
Я вообще впервые слышу про золотые
слитки.
ПАВЕЛ
Чего? А кто мне рассказал историю
про то как слитки перевозили в
почтовом вагоне на поезде, а
какие-то бандиты-экспроприаторы
отцепили вагон, слитки переложили
в телегу и ускакали с ними на тройке
лошадей, а потом полиция целый год
искала этих похитителей и только
одного из них поймала, а он сказал,
что слитки бросили в колодец? Что,
скажешь, я сам это придумал?
НИКОЛАЙ
Никогда я о золотых слитках не
говорил, а если и говорил что-нибудь,
то только о серебряных слитках.
ОТЕЦ
Серебряные слитки бросили в наш
колодец?
НИКОЛАЙ
Да почему в наш! Мало ли колодцев
на свете.
ОТЕЦ
Просто какая-то чушь, ерунда,
сапоги всмятку! Золотоносная жила,
серебряные слитки, экспроприаторы,
полиция… Какая сейчас может быть
полиция!
НИКОЛАЙ
Так это же не сейчас, а при проклятом
старом прошлом ещё.
Отец машет рукой, собирается уходить, но спохватывается.
ОТЕЦ
А деньги, которые ты получил от
Апельцына, где?
ПАВЕЛ
Деньги на мне.
ОТЕЦ
Это как понимать?
Брат подходит к вешалке, надевает шляпу и плащ.
ПАВЕЛ
Ну, на мне.
ОТЕЦ
(понимающе)
А-а… А ты говорил, картину продал.
Ты продал картину?
ПАВЕЛ
Да ну вас с картиной! Теперь не
старый режим. Теперь буржуев нет,
и никакой дурак тратить деньги на
картины не станет.
ОТЕЦ
Как это так?
ПАВЕЛ
Да вот так.
Павел снимает плащ и шляпу.
ОТЕЦ
Чушь какая-то.
Отец, махнув рукой выходит на улицу.
ЗТМ
НАТ.ПЕРЕД ЗДАНИЕМ ИНСТИТУТА-ДЕНЬ
Яркий солнечный день. Бурлит студенческая жизнь. Абитуриенты выходят, заходят в здание, оживлённо беседуют, кто – стоя, а кто - сидя прямо на ступенях. Проходят строгие педагоги.
ГОЛОС(ЗК)
То был период, когда всех обуяло
стремление чему-нибудь учиться.
Поступала не только молодежь,
получившая среднее образование,
поступали кадровые рабочие, которые
в дореволюционные годы не имели
возможности учиться, теперь
закончившие рабфаки; поступали
бывшие военные, демобилизовавшиеся
из армии и успевшие пройти нужную
подготовку.
У входа рабочий откручивает отвёрткой вывеску, на которой написано крупно:
«КИЕВСКОЕ УЧИЛИЩЕ
ЖИВОПИСИ И ВАЯНИЯ»
Вешает на её места другую:
«КИЕВСКИЙ ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ
ИНСТИТУТ»
Затем собирает свой инструмент, забирает старую вывеску и уходит.
ГОЛОС(ЗК)
На фотокиноотделении, куда я
поступил, все ребята отличались
какой-то одержимостью, приверженностью
к своему делу. И это как бы само
собой объединяло, сближало нас.
А может, это была просто молодость
вообще.
Рядом Николай о чём-то болтает с ЛЕНОЙ, симпатичной девушкой. ЛЕНА улыбается. Видно, что она нравится Николаю.
Из дверей выбегает сокурсник Николая ВИКТОР КОНОТОП (его ровесник). Он нечаянно толкает в спину Николая, тот оказывается в объятиях девушки.
НИКОЛАЙ
Витёк, ты гляди, куда летишь-то.
ВИКТОР
Лечу навстречу светлому будущему.
ЛЕНА
Так можно и шею свернуть.
ВИКТОР
Ох, простите, ребята, не заметил.
В кино идём?
НИКОЛАЙ
Когда?
ВИКТОР
Да прямо сейчас.
НИКОЛАЙ
А что там?
ВИКТОР
«Необычайные приключения мистера
Веста в стране большевиков».
НИКОЛАЙ
Лена, пойдешь с нами?
ЛЕНА
Нет, мне ещё надо проявлять
материал в фотолаборатории…
(отходит)
Потом в парикмахерскую…
НИКОЛАЙ
Жаль.
ЛЕНА
До завтра.
Девушка машет рукой и уходит, Николай продолжает стоять, смотря ей вслед.
ВИКТОР
Ишь ты какая… «В парикмахерскую…»
К такой на кривой козе не подъедешь.
НИКОЛАЙ
Правильно понял, Витёк. Ни на козе,
ни на кобыле, ни на каком другом виде
транспорта. Даже не думай.
ВИКТОР
А чего тут думать? Их тут вон сколько -
целый институт!
Они пробираются через огромную толпу, состоящую из сплошных молоденьких девушек-студенток.
НАТ.УЛИЦА ГОРОДА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Виктор и Николай идут в кинотеатр. Виктор смотрит на часы.
ВИКТОР
До сеанса у нас ещё есть время,
зайдем к Женьке Зотову?
НИКОЛАЙ
Ты так спрашиваешь, как будто я
знаю кто такой Женька Зотов.
ВИКТОР
А разве нет?
НИКОЛАЙ
Ну, когда я учился в приготовительном
классе гимназии, у нас был мальчишка
по фамилии Зотов. Так в самом начале
его исключили за то, что он стащил
у одноклассника перочинный ножичек.
Потом он, я слышал, сбежал из дому,
долго его найти не могли…
ВИКТОР
Это он.
Виктор сворачивает в переулок, увлекая за собой приятеля.
НИКОЛАЙ
А хорошо получится, если я вдруг
приду? Такая встреча может быть
для него неприятна.
ВИКТОР
Да, вся эта история ему дорого
обошлась… В конце концов он вырос
честным человеком, но в нём живёт
чувство вины и какая-то неуверенность
в себе. Хотелось бы, чтоб он убедился,
что его детской ошибке сейчас значения
уже никто не придаёт, что всё это
осталось в прошлом.
НИКОЛАЙ
А я-то чем могу помочь?
ВИКТОР
Когда его мать узнала, что мы
вместе учимся, то просила затащить
тебя к ним. Она, кажется, знает
твоего отца и тебя, кажется, где-то
видала.
Виктор открывает высокую деревянную дверь в подъезд.
Нам сюда. Посидим полчасика,
заодно чайку попьём.
Они поднимаются на второй этаж.
Дверь в квартиру открывает ЖЕНЯ ЗОТОВ, долговязый худощавый молодой человек, с непокорным вихром на лбу и светлыми неприметными бровями. У него открытый взгляд приветливых серых глаз и робкая, привычная, словно застывшая на губах улыбка.
ВИКТОР
А вот и мы! Ну что, Колюня,
узнаёшь своего бывшего одноклассника
Зотова Евгения?
НИКОЛАЙ
А то! Десять лет прошло, а как будто
только вчера вступительные экзамены
вместе сдавали.
ЕВГЕНИЙ
Проходите на кухню, я сейчас чайник
поставлю.
Виктор подмигивает глазом Николаю. Все идут на кухню.
НИКОЛАЙ
Мы ненадолго, нам ещё в кино надо
успеть.
На кухонных полках, между посудой, расставлены большие морские раковины.
Евгений ставит чашки на стол и начинает рассказ, будто они расстались только вчера.
ЕВГЕНИЙ
Короче говоря, когда я сбежал из дому
решил, сами понимаете, пуститься в
дальнее плавание. Первым делом добрался
на поезде до Одессы, пробрался тайком
на корабль…
НИКОЛАЙ
Погоди. Ты так рассказываешь, будто
восьмилетнему ребёнку запросто можно
попасть на корабль?
ЕВГЕНИЙ
Ну, во-первых, мне уже к тому времени
было полных девять лет. А во-вторых,
знаешь сколько нашего брата-беспризорника
разъезжало по разным городам и странам
в то время!.. А эта братия куда хочешь
проникнет, не только на корабль.
НИКОЛАЙ
Я знаю.
ЕВГЕНИЙ
В общем, мне удалось побывать везде,
в каждом порту Чёрного моря, включая
Босфор, Константинополь, и уже дальше
туда, через Дарданеллы, наискосок, к
Афинам…
Евгений пытается для наглядности пальцем изобразить на обоях схему своих путешествий.
Эх, карты у меня сейчас нет, где всё
отмечено, товарищу отдал.
НИКОЛАЙ
Средиземное море, Мраморное море?
ЕВГЕНИЙ
Точно, только сначала Мраморное, а
потом Средиземное… Ну, в общем, вы
поняли.
Он снимает со стены открытку в рамке. Там изображение какой-то упитанной негритянки с кольцом в носу.
(Виктору)
Вот, кстати, с ней мы познакомились
в одном из портов.
ВИКТОР
Ничего себе! Это в Африке?
ЕВГЕНИЙ
Да нет, это в Ялте. Она там в цирке
выступала.
Виктор показывает негритянку Николаю, Евгений наливает чай в чашки, ребята пьют.
ЕВГЕНИЙ
Вот сахар берите.
НИКОЛАЙ
Спасибо. А сейчас ты что делаешь?
Опять в море не собираешься?
ЕВГЕНИЙ
Нет. Я сейчас кочегаром работаю
на паровозе. Хочу, вроде, поступать
на рабфак, но побаиваюсь - вдруг не
одолею алгебры.
НИКОЛАЙ
Тут бояться нечего. Знаешь, я задумал
снять учебный фильм: “Пять уроков
алгебры для отстающих или непонимающих”.
ЕВГЕНИЙ
Так это еще жди, когда ты снимешь.
НИКОЛАЙ
Ждать не надо. Я тебе расскажу содержание,
и ты всё поймёшь.
В комнату входит женщина. Николай всматривается в неё.
ВИКТОР
Мария Гавриловна, это Коля Носов.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА, приветливо улыбнувшись, протягивает руку Николаю, тот мнётся, затем пожимает ладонь.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
Мы, кажется, с Николаем Николаевичем
уже немножко знакомы. Вы помните?..
НИКОЛАЙ
Я помню чудное мгновенье… Я, как только
услышал ваш голос, сразу вспомнил.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
Вижу, вы точно помните. А я правда
была тогда хороша собой?
НИКОЛАЙ
Вы и сейчас не хуже.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
(смеясь)
Дамский угодник! А тогда смотрели
на меня волчонком. Вы были такой
хорошенький маленький гимназистик,
и мне так хотелось приласкать вас!
Она ласково ворошит волосы на голове Евгения, сидящего в кресле со своей застывшей улыбкой.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
Вы зачем смотрели на меня волчонком
тогда, там, за кулисами?
НИКОЛАЙ
Я вас принял за артистку. А я тогда
очень боялся артисток, потому что,
как только попадался им на глаза,
они тотчас бросались меня целовать.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
Но теперь вы уже не боитесь артисток?
НИКОЛАЙ
Теперь не боюсь, но теперь они
почему-то уже не бросаются целовать
меня.
Все хохочут, а Николай громче всех.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
Вы, я вижу, как и прежде, любите
посмеяться. Тогда вы, кажется,
чуть не упали от смеха со стула
у нас на представлении.
НИКОЛАЙ
Вы наговариваете на меня, Мария
Гавриловна. Я не чуть не упал, а
просто свалился со стула на пол.
Снова все смеются. Мария Гавриловна наливает себе чай и подливает остальным.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
А как дела у вашего отца?
НИКОЛАЙ
Ну, как сказать? Не очень, а если
честно – плохи. С тех пор как распался
квартет, он иногда играет в кабачках…
Главная же беда — пьет.
ЕВГЕНИЙ
Что пьет?
НИКОЛАЙ
Ну, не чай, конечно.
ЕВГЕНИЙ
Это я понял. Я в том смысле спрашиваю,
водку пьет или легкие вина.
НИКОЛАЙ
Пьет водку и от легких вин не
отказывается. Это зависит от того,
чем угостят захмелевшие посетители.
А у них страсть: как только напьются,
сейчас же музыканта угостить.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
Да, это нехорошее для него место.
НИКОЛАЙ
А куда он пойдет? В драматические
актеры не годится. Петь не может.
ЕВГЕНИЙ
Почему петь не может?
НИКОЛАЙ
Чтоб петь, надо голос иметь.
ЕВГЕНИЙ
Как же он пел в квартете?
НИКОЛАЙ
Так квартет как строится? Там четыре
голоса: первый тенор, второй тенор,
баритон и бас. Первый тенор, баритон
и бас могут выступать соло. Это
красивые голоса. А у него второй
тенор. Что называется, ни два, ни
полтора. Высокие ноты, как первый
тенор, он брать не может, низкие
ноты, как баритон, тоже не может.
В общем, для сольного выступления
не годится. Петь, конечно, можно,
только слушать нельзя.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
А что он до этого делал?
НИКОЛАЙ
По-моему, он всю жизнь пел да
на гармошке играл. Правда, одно
время работал на железной дороге.
Зимой лопаты делал, но это ему не
нравилось. Летом кочегаром на паровозе
ездил. Это, кажется, ему было больше
по душе.
ЕВГЕНИЙ
Почему же сейчас на паровоз не
идёт?
НИКОЛАЙ
Сейчас, говорит, безработица.
ЕВГЕНИЙ
Какая безработица? Сейчас транспорт
развивается. Мы закупаем паровозы в
Швеции. Получаем новые сормовские
паровозы. В депо требуются кочегары,
машинисты, помощники машинистов.
НИКОЛАЙ
Хорошо, что ты сказал. Надо будет
сказать ему.
ЕВГЕНИЙ
Мамуся, Коля собирается снять
научную кинокартину “Алгебра в
два счета для дураков”. Он поможет
мне одолеть эту науку.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
А вы хорошо учились по алгебре
в школе?
НИКОЛАЙ
Хуже некуда! Но это как раз и
ценно, потому что я теперь знаю,
на чём обычно спотыкаются изучающие
этот предмет. А вообще — это не наука,
а, как говорил Манилов Чичикову, в
некотором роде совершенная дрянь,
чепуха, выдуманная, чтоб пугать
маленьких детей. А взрослому человеку
надо только растолковать, в чём
секрет фокуса, глядишь — и самого
фокуса нет: просто ловкость рук,
мыльный пузырь, просто фу-фу, как
говорил Чичиков.
ВИКТОР
Это ты уж загнул. Про мыльный
пузырь Чичиков не говорил.
НИКОЛАЙ
Но про фу-фу говорил?
ВИКТОР
Про фу-фу говорил. Это точно.
И еще он говорил: “Какой же русский
не любит быстрой еды?”
Опять все хохочут. МАРИЯ ГАВРИЛОВНА смеётся до слёз, подсовывая всем угощения, которые ребята уплетают с истинно студенческим аппетитом.
ВИКТОР
(в панике)
Колюня, мы же в кино сейчас опоздаем!
Они вскакивают со своих мест.
У Николая от неожиданности изо рта вылетают крошки во все стороны.
НИКОЛАЙ
Извините, Мария Гавриловна, спасибо
за чай!
Ребята бегут к выходу.
МАРИЯ ГАВРИЛОВНА
(вдогонку)
Вы приходите ещё с Виктором!
ВИКТОР
(с лестницы)
Спасибо большое! Придём! Обязательно…
ЗТМ
НАТ/ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-УТРО
Греет тёплое сентябрьское солнышко. Возле дома пасётся коза со своей козочкой.
ГОЛОС(ЗК)
Обычно по субботам я приезжал на
воскресенье домой. И не только для
того, чтобы побыть с родными, но и,
как говорится, в рассуждении, чего
бы покушать, потому что жили мы с
братом на одну стипендию. На одну
в буквальном смысле слова, так как
стипендию получал только я.
Николай раскрывает окно нараспашку, лениво потягивается после сна.
ГОЛОС(ЗК)
В те времена стипендиями обеспечивали
не всех студентов подряд, а лишь членов
профсоюзов, рабочих с производственным
стажем, беднейших крестьян, так
называемых незаможников. Брат же
ни под одну из этих категорий не
подходил.
Отец выходит из спальни, садится за пустой стол, долго молчит, нахмурив брови.
Николай наливает себе стакан молока, садится напротив.
ОТЕЦ
А чего Павлушка не приехал?
НИКОЛАЙ
У него какие-то дела неотложные
в городе.
ОТЕЦ
Ты смотри! У всех дела! Все вдруг
такими деловыми сделались. Один
тут золото роет, другой в Венгрию
свою смотался…
НИКОЛАЙ
Это кто, Демка что ли скрипач уехал?
ОТЕЦ
А кто же. Неодолимая сила, говорит,
давно тянула его в родные края. Ну
Бог с ним. Катись оно всё!..
НИКОЛАЙ
Знаешь, тебе Мария Гавриловна велела
кланяться.
ОТЕЦ
Какая ещё Мария Гавриловна?
НИКОЛАЙ
Зотова.
ОТЕЦ
А, это у которой с сыном что-то
случилось?
НИКОЛАЙ
Ничего с ним не случилось. Объехал
на пароходе полсвета, теперь на
железной дороге работает кочегаром.
Доволен. На паровозе, говорит, лучше.
Не то, что в море!
ОТЕЦ
Да уж, конечно.
НИКОЛАЙ
Только не каждого туда и берут.
Я, помню, хотел на железную дорогу
хотя бы путевым ремонтным рабочим
устроиться, — не взяли. Сказали, что
только членов профсоюза железнодорожников
принимают. Это законно, по-твоему?
Чтоб стать членом профсоюза железнодорожников,
надо на железной дороге поработать,
а чтоб поработать на железной дороге,
надо членом профсоюза железнодорожников
быть. Заколдованный круг!
ОТЕЦ
Ну, на железной дороге свои правила.
У членов профсоюза железнодорожников
привилегии. Бесплатный проезд, например.
Напринимай всех в профсоюз, а потом
катай всех бесплатно!
НИКОЛАЙ
Ну и получили пилюлю! Паровозов в
Швеции накупили. Машинисты требуются,
кочегары, а их нет. Вот и стоят паровозы
без дела…
ОТЕЦ
Какая чепуха!
НИКОЛАЙ
Вот тебе и чепуха!
Мать вмешивается в разговор со двора через раскрытое окно.
МАТЬ
Ты бы пошел. Хотя, тебя не возьмут.
Отец высовывается в окно.
ОТЕЦ
Это почему же меня не возьмут?
МАТЬ
От тебя винищем за версту разит.
Разве пьянице паровоз доверят?
ОТЕЦ
Какой же я пьяница? Если выпью
когда, то разве что для компании.
МАТЬ
Все алкоголики так говорят.
ОТЕЦ
Ну вот: я уже алкоголик! Я член
профсоюза железнодорожников. Меня
не имеют права не взять.
МАТЬ
Какой же ты член?
ОТЕЦ
У меня профсоюзный билет есть.
МАТЬ
Так там уже забыли, что у них
такой член. Ты и членских взносов
не платишь.
ОТЕЦ
Я безработный. Имею право не платить.
Сегодня же пойду и устроюсь кочегаром!
Отец выпрыгивает из окна на улицу.
МАТЬ
Очнись, сегодня воскресенье.
ОТЕЦ
Значит завтра.
МАТЬ
Посмотрим.
ОТЕЦ
И смотреть нечего. Постирай мне белую
рубашку и костюм не забудь погладить.
Он решительно выходит за калитку и уходит в неизвестном направлении. Вдали по ж/д насыпи ползёт поезд.
ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-ДЕНЬ
В доме темно. Слышно размеренное тиканье часов. На улице пасмурно, шумит осенний дождь.
Мать что-то шьёт, пристроившись у окна. Она не то нетерпеливо, не то тревожно поглядывает на стрелки стенных часов. Заслышав грохот колес проносящегося по мосту поезда, мать прекращает шить и глядит в окно.
Николай лежит в постели, кашляет, вокруг шеи повязан шерстяной шарф. Читает книгу, тайком наблюдая за матерью.
Мать снова глядит на часы, потом накидывает на плечи свое ветхое осеннее пальтецо, идёт в сарай и выводит на пригорок козу. Николай продолжает наблюдать за матерью, подойдя к окну.
НАТ.ПРИГОРОК ВОЗЛЕ Ж/Д НАСЫПИ-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Увядшая трава на пригорке. Коза опускает голову вниз, нюхает сырую землю, потом поднимает голову кверху и заглядывает в глаза матери, будто хочет спросить, зачем она её сюда привела.
Со стороны моста слышится грохот. Выскочив из-за прибрежных ив, поезд мчится по железнодорожной насыпи. Мать поднимает руку, словно хочет поправить платок на голове, застенчиво оглядывается по сторонам и робко машет рукой навстречу приближающемуся паровозу.
Из окошечка паровозной будки кто-то высовывается и машет рукой, в которой трепещет на ветру зелёный железнодорожный флажок.
Поезд исчезает за поворотом дороги, постепенно стихает и шум от него.
ИНТ.ДАЧА КРИНЁВА-ПРОДОЛЖЕНИЕ
Мать возвращается домой, украдкой вытирает набежавшие на глаза слезы.
Николай делает вид, что ничего не замечает, «читает книгу». Мать уходит в свою комнату.
Николай откладывает книгу, смотрит в окно.
КРУПНО - за окном падают белые хлопья снега.
НАТ.ЛЕС-НОЧЬ
Фонарь на котле чёрного паровоза освещает путь. Мелькают заснеженные шпалы. Разрезая метель и пургу, громыхая железными вагонами, мчится, поезд. Клубы дыма взмывают в чёрное небо.
Через закопчённое стекло паровозного окошка виднеется лицо ОТЦА.
ЗТМ
ФЛЕШБЭК
(порядок и сами воспоминания могут быть изменены, в зависимости от режиссёрского замысла)
Фрагменты воспоминаний перетекают один в другой.
ИНТ.ГОСТИНАЯ-УТРО
КОЛЯ подставляет стул к стене, встаёт на него и отрывает от календаря один за другим листочки, пока не появляется листок с красной цифрой. Входит МАМА.
ИНТ.КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ.ВЕЧЕР
В зрительном зале полно людей. Аншлаг.
На сцене – четыре человека (в том числе и ОТЕЦ), одетые в ветхую, изорванную одежду, покрытую всевозможнейшими заплатками, обутые в крестьянские лапти, изображая собой арестантов, бежавших с каторги, исполняют «Дубинушку». Им аккомпанирует на белом рояле дама в чёрном бархатном платье, искрящимся от блёсток.
Зрители горячо аплодируют артистам.
В первом ряду сидят ПАША, КОЛЯ и МАМА.
Артисты раскланиваются, на сцену летят букеты цветов.
ИНТ/НАТ.ГИМНАЗИЯ-ДЕНЬ
С диким визгом, криком и гиканьем ученики бегут вниз по лестнице, словно лавина с гор, и, выбежав на улицу, принимаются рвать в клочья свои тетради, дневники и даже учебники. Весь переулок, на котором стоит гимназия, густо усеян изорванными листочками из книг и тетрадей.
Сильный ветер выметает все бумажки прямо на площадь. Они кружатся в воздухе, словно птичья стая, вокруг памятника Богдану Хмельницкому.
НАТ.НА БЕРЕГУ ПРУДА-ДЕНЬ
Ребята подходят к берегу пруда. В руках у КОЛИ коробка с котятами. Пруд похож на огромную черную четырехугольную яму, наполненную черной, как деготь, застоявшейся водой.
ПАША спускает ящик с котятами на воду.
НАТ.ВОКЗАЛ-ДЕНЬ
Идёт посадка на поезд. Пассажиры с чемоданами, коробками, корзинами, даже со стульями и всем, что можно тащить на руках, берут штурмом вагоны. Паровоз шипит, выпуская клубы пара, ревёт, заставляя людей паниковать и толкаться. Проводники ругаются, пытаясь навести хоть какой-то порядок.
На перроне мальчишки размахивают газетами, громко выкрикивая главные новости.
День. Поезд мчится по железной дороге.
НАТ.ИППОДРОМ-УТРО
На территории городского ипподрома бурлит ярмарочное цирковое веселье, на сценах под открытым воздухом проходят спортивные состязания, представления кукольных балаганов, торговля пряниками, медом, конфетами. Отдельно можно посмотреть трофейную технику. Играют духовые оркестры.
Братья смотрят как возле огромного танка с чёрным крестом, слон качает на хоботе всех желающих.
Мама садится на хобот и взмывает в воздух. Слон ревёт, мама кричит от страха, внизу – папа с детьми заливаются весёлым смехом.
ИНТ.КВАРТИРА-ВЕЧЕР
ОТЕЦ с ПАШЕЙ заносят маленькую железную печечку на четырех ножках и несколько железных труб. Отряхивают её от снега.
Они устанавливают «буржуйку» в зале.
КРУПНО – в печке горит огонь, рядом лежит несколько поленьев дров, фанерный ящик и доска от забора.
ПАША греет руки.
Дверь в зал открывается, входит КОЛЯ, опираясь на бамбуковую палочку. Он подходит к вигваму, рассматривает свое индейское снаряжение: лук, и стрелы, всё это он будто видит впервые.
ИНТ.КОМНАТА УЧИТЕЛЯ ЛУАРСАБА САРКИСОВИЧА-ДЕНЬ
ЛУАРСАБ САРКИСОВИЧ ходит по комнате. Коля стоит у пюпитра со скрипкой, играет.
ЛУАРСАБ ободряюще потряхивает пальцами правой руки в сторону Коли.
Дочка учителя смотрит украдкой и насмешливо улыбается своей змеиной улыбкой.
ИНТ.МУЛЕН-РУЖ
КРУПНО – вспышки фотографов.
На сцене десять полуголых танцовщиц в ярких платьях с перьями исполняет зажигательный канкан. Публика восторженно ликует. Оркестр гремит всеми своими струнами и клавишами.
Братья сидят за кулисами, не дыша уставившись на сверкающую огнями сцену.
На сцене танцовщики в белых фраках и цилиндрах поднимают на руки солистку с ангельскими крыльями, она размахивает голыми ногами и поёт «Марсельезу».
Ночь. Поезд мчится по железной дороге.
НАТ.УЛИЦЫ ГОРОДА-ДЕНЬ
Вдоль по улице маршем проходит рота солдат. КОЛЯ и ПАША с портфелями, одетые в форму гимназистов, глазеют на ружья, фуражки с блестящими козырьками, и сапоги, втаптывающие в булыжную мостовую одинокую серую газету.
НАТ.КОЛОДЕЦ-УТРО
Николай подходит к колодцу, открывает дверцу, опускает ведро на цепи.
КРУПНО – металлическое ведро, наполненное наполовину прозрачной водой, отражающей солнечные лучи.
Николай жадно пьёт ледяную воду, вешает ведро на гвоздик. Заглядывает в колодец.
В самом низу медленно плещется тёмная вода. Он видит там своё отражение. Отражение машет ему рукой.
НАТ.УЛИЦЫ ГОРОДА-ДЕНЬ
Вдоль обочины мостовой идут Павел, Николай и конь Ванька. Павел - впереди тянет коня за повод, привязанный к уздечке, Николай с хворостиной сзади, чтобы в случае надобности подгонять коня.
Их обгоняет легковой автомобиль. За ним громыхает довольно тяжелый грузовик. С непрерывным звоном проезжает трамвай. Пассажиры разглядывают коня. Ваньку неспеша шагает, синхронно переставляя одно за другим свои четыре копыта.
День. Поезд мчится по железной дороге.
ИНТ.КУЗНИЦА-ДЕНЬ
Кузнец сидит за пнём с наковальней.
КРУПНО – мятая газета, на которой лежат две картофелины в «мундире» и здоровенная луковица.
Кузнец берёт луковицу и откусывает, словно яблоко, заедает картошкой с солью. Он хмуро наблюдает за работой Николая и Алёши.
У стола напротив Николай и Алёша нарезают резьбу на ось от телеги.
Ось вертикально зажата в тисках, ребята с огромным трудом прокручивают вокруг оси два металлических рычага, попеременно передавая их друг другу.
Кузнец продолжает жевать лук и незаметно посмеиваться над своими помощниками.
ИНТ.ЗАЛ С КАМИНОМ-ВЕЧЕР
Семья расположилась вокруг киноаппарата, в их глазах отражается кадры американского фильма с ковбоями и индейцами, скачущими на лошадях и палящими друг в друга из ружей. Мелькают лошадиные ноги. Вьются по ветру длинные гривы. Белые дымки вылетают беззвучно из ружейных стволов. Всадники на полном скаку падают с лошадей.
Ночь. Поезд мчится по железной дороге.
ИНТ.СПАЛЬНЯ РОДИТЕЛЕЙ-ДЕНЬ
Братья достают из ящика комода шкатулку с разными безделушками, открывают. ПАША вынимает из шкатулки крошечный флакончик из-под духов с хорошо подогнанной пробкой. На дне флакончика - щепотка песка, но не светлого, как на берегу реки, а темноватого, не просвечивающегося.
ПАША подносит золото к окну.
КОЛЯ забирает у брата флакончик, смотрит через увеличительное стекло на свет.
КРУПНО – огромные золотые песчинки, светящиеся изнутри магическим золотым светом.
КОНЕЦ ФЛЕШБЭКА
НАТ.ПО ДОРОГЕ НА СТАНЦИЮ-НА РАССВЕТЕ
Из ЗТМ.
Ослепительное апрельское утро. Земля покрыта новеньким зеленым ковром. Деревья усыпаны свежими весенними листочками.
Отец с сыном идут на станцию. Отец - на работу, Николай — в институт.
Отец останавливается, делает глубокий, вдох, улыбается.
ОТЕЦ
Красота!
НИКОЛАЙ
Да, вот тебе и опять - весна.
Идут дальше.
ОТЕЦ
Полгода прошло, Кока.
НИКОЛАЙ
После чего?
ОТЕЦ
После того, как я… как я снова
пошёл работать. У меня сегодня
торжественный день. Уже не кочегаром
поеду, а помощником машиниста. Теперь
уже смело могу сказать, что трудности
позади.
НИКОЛАЙ
Трудно было кочегарить?
ОТЕЦ
Кочегарить было нетрудно. Трудно
было человеком стать.
Николай делает вид, что не понял.
НИКОЛАЙ
Как это?
ОТЕЦ
Всё тянуло к старому, понимаешь!
Спасибо, мать помогла!
НИКОЛАЙ
Как же она помогла?
ОТЕЦ
В первый же день она вышла на
бугор перед домом и помахала
рукой. И не знаю, почему эта
картина так взволновала меня.
На следующее утро у меня было,
однако ж, такое настроение, что
впору бросить всё и пойти обратно
в этот вертеп с его пьяным угаром,
к которому я привык за столько лет.
Но я задумал: поеду еще раз; если
мать выйдет снова, значит, такова
судьба — останусь на паровозе.
НИКОЛАЙ
И она вышла?
ОТЕЦ
Вышла. И представь себе: с тех
пор каждый раз — и в снег, и в
мороз, и в метель, и в дождь —
что бы ни было, она выходит на
пригорок и машет рукой. Теперь
вот — поверишь? — меня совершенно
не тянет к вину. И я знаю: больше
уже и не потянет. Я свободный человек.
Поезжу годик помощником и стану
машинистом. Так что всё впереди!
НИКОЛАЙ
Ты, правда, всегда считал, что
тебе не везёт в жизни?
Отец некоторое время идёт молча, обдумывая свой ответ.
ОТЕЦ
Знаешь, мы чувствуем, что счастье
было, когда оно уходит от нас. Но
не чувствуем, когда оно есть. Не
надо гневить судьбу. Я счастлив.
НИКОЛАЙ
Вот видишь, как вышло. Пока ты верил,
что тайна на дне колодца принесёт
счастье, оно отворачивалось от тебя.
А теперь, когда на дне колодца нет
тайны, счастье пришло.
ОТЕЦ
(хитро улыбаясь)
Почему же теперь нет тайны?
НИКОЛАЙ
Ну, мы с Павлушкой золото вынули.
ОТЕЦ
Золото вынули, а тайна осталась.
Когда в день нашей свадьбы мы с
матерью бросили в колодец это золото,
каждый из нас задумал желание, и мы
дали обещание прийти в день нашей
золотой свадьбы, то есть через
пятьдесят лет, к колодцу и сказать
друг другу, что каждый задумал.
НИКОЛАЙ
И вам ни разу не хотелось сказать,
что вы задумали?
ОТЕЦ
Хотелось, конечно. Терпеть трудно.
Но сказанное легко забывается. А то,
что нужно хранить в тайне, помнишь
крепче. Вот мы и терпим оба. И хочется
дожить, чтоб сказать…
НАТ.У КОЛОДЦА-ДЕНЬ
Из ЗТМ.
Густые заросли сада, сквозь которые выглядывает покосившийся колодец.
ГОЛОС(ЗК)
Я навсегда запомнил тот разговор
с отцом. И куда бы я ни поехал с
тех пор, где бы я ни был, я вижу
картину…
Летят белые лепестки отцветающих яблонь.
Постаревшие ОТЕЦ и МАТЬ осторожно ступают по зеленой траве, взявшись за руки.
ГОЛОС(ЗК)
Я вижу старый колодец. И я вижу
мужчину и женщину с белыми, словно
в снегу, головами. Они идут рядом,
точно маленькие детишки, боясь
потеряться в этом странном мире,
где мы с вами живем.
Они подходят к дряхлому полуразвалившемуся колодцу и долго стоят с непокрытыми головами.
Отец что-то шепчет на ухо матери. Обхватив его за шею руками, она прижимается к его груди.
ГОЛОС(ЗК)
И я вижу, как он наклоняется и
что-то шепчет ей на ухо. И я вижу,
как она что-то шепчет в ответ. Но
я не слышу, о чём они говорят. Это
тайна.
КРУПНО – титры: «ТАЙНА НА ДНЕ КОЛОДЦА»
27.10.2022 г.
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.
Тайна на дне колодца
© Copyright: Александр Захарьев, 2022
Свидетельство о публикации №222111101844
Свидетельство о публикации №222111101844
Рецензии