Сталкер. Зона - это маленькая жизнь

–  Остин!  Тут вот трое по твою душу! – гаркнул из-за барной стойки Гусь. – Ты же вроде на мели, а, Остин?

Сталкер даже не обернулся, продолжая закидывать в себя жареную картошку с грибами. Сбив первый голод, он опрокинул половину стакана прозрачной, хрустнул малосольным пупырчатым огурцом, выскреб миску до дна и только после этого взглянул на стоявших парней.

Молодежь. Опять в Зону попросятся за приключениями. Судя по одежде и снаряге, вроде при деньгах. Это кстати. И лавэ можно срубить и отмычки будут, троих как раз хватит.

– Падайте, – буркнул он, не показывая интереса. Чертов Гусь, какого лешего ляпнул вслух про пустые карманы! – Как звать? Чего надо?

– Я Виктор, это Стас и Илья, – ответил модно стриженный брюнет. – Поможете в Зону сходить?

Сутулый хипарь с короткими зелеными волосами и блондинистый колобок оккупировали соседние стулья и уставились на Остина. Он всегда производил неизгладимое впечатление на новичков. Весь квадратный, как будто собранный из конструктора Лего. Круглой была только лысая загорелая голова со шрамом от «жгучего пуха».

– На кой вам в Зону, туристы? Это вам не в космос на экскурсию слетать! – нагнал страха сталкер. Тут главное не переборщить, чтобы не соскочили.

– Родители у меня там погибли… – Виктор выложил на стол планшет и показал Остину карту и документы.

Эх, как удачно совпало! Путь как раз через кладбище техники нужно проложить, по-другому никак. А дальше Остину и не надо. Заберет оттуда «жидкую радугу» и дело с концом. А концы, как известно в Болото, и больше его на Зоне не увидят.

– А вы давно в Зону ходите? – с детским интересом спросил кучерявый толстяк.

– Ты еще не родился, когда я первую гайку кинул, – Остина начал утомлять разговор, но он уже принял решение. – Я про Зону все знаю, давно понял как она устроена, поэтому и не хожу туда. Но для тебя, Витек, исключение сделаю. Семья – это святое.

Остин повернулся к бармену. Тот с укоризной смотрел на них и скептически качал головой.

– Гусь, чего ты головой трясешь как гусь, – плоско пошутил Остин и заржал. – Лучше пива своего фирменного плесни пацанам, обмоем, значит, договор!

***

Первую часть маршрута прошли быстро и без приключений. Остин специально выбрал хорошо знакомую дорогу попроще, но чтобы и эффект произвести, и доверие создать. Новичкам все сойдет за диковинку: и мелкие «комариные плеши», и притягательные «радуги», и «жарки», в которых гайки плавились на лету, опадая на землю белой раскаленной каплей. А «ведьмин студень» он им ночью покажет, чтобы наутро слушались его как кошки -- Куклачева.

Так и получилось. На следующий день сталкер пустил парней вперед, на то они и отмычки. Вот и пусть открывают проходы между ловушками, да мутантов привлекают. Детишки быстро поняли, что ни вперед, ни назад они без него не пройдут, поэтому даже зеленоволосый балбес выполнял команды беспрекословно.

Ведущего в группе Остин менял постоянно. И безопасно, и развлечение есть. Решил посмотреть, кто из них гробанется первым, такое вот колесо фортуны. Ставил на толстяка, но не угадал.  Сначала хипарь влетел в «мясорубку» между двумя пригорками.  Разрядило электричеством по нему так, что даже душу в пар превратило, не то, что органику.

С колобком по-другому вышло, контроллер ему в мозг залез и направил группу прямиком на «трамплин», чтобы, значит, его слепые псы полакомились без драки. Вот и улетел жирдяй прямиком в зубы собачкам, это Остина с Витьком и спасло.

Брюнет держался до последнего, только на пятый вечер сорвался. Почти уже ночью упала у него планка и кинулся, дурак, с голыми руками на сталкерский калаш. Убивать его было Остину не с руки, поэтому только получил прикладом в лоб и угомонился в безсознанке.

***

Витька очнулся в полной темноте. Башка трещала, как после студенческой пьянки, когда мешается все – от портвейна «три топора» до 15-ти летнего Чиваса. Но даже в угольном мраке он различил еще более черный силуэт. От этой темноты резало глаза. Странно, обычно от света зрачки болят, а тут… Фигура приблизилась и как будто посмотрела на него, хотя капюшон закрывал почти все лицо. Витька съежился и зажмурился снова. Теперь точно писец. Черный только, а не белый, как в смешных мемчиках.

Выжигая закрытые веки, по сетчатке поползли буквы, как в старом фильме про космические войны.

«Зона – это как жизнь, Виктор. Она постоянно меняется. Ее нельзя узнать и понять. Даже я не знаю о ней всего. Тут невозможно проложить путь, который сможешь использовать завтра.

Но только здесь можно жить полной жизнью. Только здесь ты в контакте с миром, а не долбаной сетью. Только здесь ты должен каждый раз выбирать новый способ отношений с реальностью. Именно за этим сюда возвращаются. А не за хабаром и деньгами.

И запомни, пойти дважды одной дорогой в Зоне — значит умереть. Здесь не возвращаются тем путем, которым приходят. Поэтому сталкер ваш не вернется, корона у него на лысине, а Зона коронованных не любит. А у тебя есть шанс… И выпей стакан за Диму Шухова, если дойдешь…»

 ***

Человек в драном комбезе зашел в бар и двинул к стойке.

– Гусь, четыре стакана прозрачной, – выдавил он через разбитые губы и брякнулся на лавку, громыхнув АК-шкой. Каска съехала на затылок, через весь лоб тянулся запекшийся шрам.

На столе моментально оказались полные стаканы и нехитрая закусь. Виктор снял каску Остина, накрыл три стакана шматами черного хлеба, помедлил секунду и опрокинул четвертый внутрь.

– Нашел родителей, пацан? Убила их Зона, да? И друзей твоих тоже, вместе с Остином. А ты выжил. Вот и погоняло тебе само нашлось. Гарри Поттером будешь. – Гусь уже стоял за стойкой и протирал ее как ни в чем не бывало.

– К черту все эти ваши порядки, Гусь! Свалю я отсюда завтра же! – огрызнулся Виктор.

– Не свалишь, брат. Даже если вернулся не вляпавшись в «зимнюю паутину», считай уже привязали тебя намертво. Зона умеет взять свое. И тебя она уже получила. Добро пожаловать домой, сталкер.