Спасенья нет

Не вижу ничего. Темно, и холодно, и зябко, и тревожно.
"Спасенья нет!" - кричит мне сердце, надрываясь.
А мозг шумит и всё твердит, что можно...
"Живи, пируй, ликуй, люби!", - и рвётся ввысь, на пике нарастая...

Но как тут пировать, когда кругом тупик, а не спасенье?
И сердце право! И сердце знает, что не полюбит
Земную твердь и голубые облака, и солнечный рассвет! Их нет...
Их даже не луна или природа забрала. Забрал всего лишь человек,
Чьей воле слепою подвластны все предметы.

Он пошатнул устои мира и сознания.
Он посягнул на то, что даже не его.
Как будто находясь на стадии отрицания,
Он и не думал "злого" ничего.

Он думает: "Не будь по-моему - так не достанься никому."
Жесток, суров и кровожаден, стальной его накал.
Властитель пережил десяток лет и повидал немало.
Вот только власть та всё-таки ведёт в тюрьму,
Ведет опасную игру.

Клянусь, я знала жестокость и меча, и палача,
Но чтобы так... Но чтобы больно было до корней,
До седины и старости? До мозга и костей?
До криков, шёпотов, стены молчания и плача...

А голоса лжецов, стяжателей и шакалья
Несут такую чушь отвратную и мерзкую,
Что даже логике не поддаётся подобная галиматья,
Которую назвать-то даже лицемерно зверской.

Но мир же шире: в тебе, во мне и даже в тех,
Кто верит, что скрываясь под маской лжи,
Добиться много усилиями чужими - не грех.
Но грех свой определяют сами, крутые закладывая виражи.

"Так что ж, действительно спасенья нет?"
И вот уж мозг подвластен одному лишь опасенью...