Азбука жизни Глава 6 Часть 166 Задушевный разговор

Глава 6.166. Задушевный разговор

Войдяд в кабинет, я прикрыла за собой дверь, будто оставляя за порогом остатки утренней тяжести. Но, видимо, не все.

— Доченька, ты какая-то задумчивая сегодня, — мягко констатировала мама, не отрываясь от бумаг, но ее внимание было целиком на мне. Ее материнский радар никогда не подводил. — Как всегда, часть работы сделала быстро. Всё же хорошо, что после школы ты пошла на мехмат.

Я поставила чашку с уже остывающим кофе на стол.
— И Дмитрий Александрович мне то же говорил, — отозвалась я, — когда Эдик после консерватории поступил на тот же факультет.

Мама наконец подняла на меня взгляд, и в её глазах мелькнуло что-то знакомое, почти ностальгическое.
— Догадываюсь. Судьба у вас с Ксенией Евгеньевной в чём-то похожа. Когда она поступала на матфак, то даже не написала об этом Дмитрию.
— А когда он прилетел в Москву, — тихо добавила я, заканчивая за неё известную семейную историю, — бабуля уже была замужем за моим дедом.

Мама кивнула. Пауза повисла в воздухе, тёплая и понимающая.
— Мамочка, ты заметила, что я задумчивая. Очень странный сон приснился. Давно мне не снилась ни школа, ни университет.

Она улыбнулась чуть с грустинкой, будто видя меня насквозь.
— Вернее, не школа, а твой одноклассник.
— А как ты догадалась? — удивилась я, хотя тут же махнула рукой. — Хотя, это неважно.

— Верно, — сказала мама твёрдо, но с бездной нежности в голосе. — Всё в своей жизни ты всегда решала сама. И когда после первой сессии мы с Ксенией Евгеньевной решили, что тебе стоит переехать с ней в Петербург, ты обрадовалась... как будто освобождалась...

— От своих же фантазий? — подсказала я. — Нет, я тогда ни о чём таком не думала. Просто дедуля мудро подсказал, понимая, что университет я обязана окончить. Но он же и следил, чтобы я не забросила музыку. Нашёл для меня в Питере, через Владимира Александровича, прекрасного пианиста и педагога по вокалу.

В дверь бесшумно вошла Дианочка, словно поймав нить разговора.
— Не помешала? — спросила она, одаривая нас своей светлой улыбкой.
— Нет, Дианочка! — я повернулась к ней. — Я маме пыталась рассказать про странный сон. А она всё и так поняла. И, кажется, не захотела услышать подробностей.

— Отдельные сны нельзя рассказывать, — с серьёзностью, не свойственной её обычно лёгкому тону, произнесла Диана.

Мама улыбнулась этой её серьёзности, а я мысленно согласилась с моей мудрой американочкой. Мариночка, кажется, тоже всё догадалась. Иногда действительно нужно промолчать. Этому меня с детства учили и бабуля, и мама. В этом и есть настоящая мудрость — знать, что следует оставить при себе. Наверное, по этой же самой причине я так часто удаляю из интернета свои, выплеснутые было, мысли. Некоторые вещи должны оставаться в тишине.