Глава 49. Пьяные объятья

В монастырь постоянно приезжали разные люди, трудники, паломники и важные гости. Как-то раз приехала одна дама, весьма приличного вида. Она помогала нам на кухне чистить картошку, перебирать крупу и делать другие несложные послушания. В беседах она рассказала, что является бабушкой бывшего насельника монастыря инока Саввы. Савва ушёл давно. А теперь вернулся помогать делать кирпичную кладку на соборных стенах. И остался на зиму. Мы с братией старались совсем не общаться. Но бабушка имела свои понятия на этот счёт. И обмолвилась о своём желании женить внука на хорошей, доброй девочке.


Через какое-то время бабушка уехала, и Савва тоже поехал в свою Белоруссию. Возвращаясь же в монастырь, он застал нас на подворье в Дорогобуже и торжественно объявил: «Выйдите все! Я должен поговорить с Надеждой наедине!» Все послушно вышли, даже Раиса Егоровна, округлив глаза, убежала на улицу. Он подошёл ко мне, и заплетающимся языком сообщил, что должен передать кое-что от бабушки. Он раскинул криво руки и обнял меня. Я вспомнила в этот момент свою любимую бабушку, которая всегда меня учила не кричать на пьяных и не делать резких движений. Я аккуратно освободилась от его рук. Отошла подальше и сказала: «Савва, вам будет стыдно потом за своё поведение!» Он замахал указательным пальцем перед моим лицом и заплетающимся языком проговорил: «Мне никогда не будет стыдно за мою бабушку!»

 
После этого происшествия я перепугалась не на шутку. Я пошла в храм на службу и стала там колотить земные поклоны, прося Бога, чтобы меня не выгнали из обители. Я уже прекрасно понимала ложность нашего положения, самая хорошая сестра в мужском монастыре ценится ниже самого худшего брата. То есть я была в шаге от вылета. Мне было очень тошно и страшно. Я должна была сообщить начальству и подписать себе приговор. Я решила поговорить с игуменом Тихоном. Он более других внушал мне доверие. Отец Тихон проявил великую тактичность. Он сказал: «Если стесняешься, я могу сам бате рассказать». Я обрадовалась такому покровительству. И уже считала, что всё позади. На следующий день инока Савву за пьянство отправили домой. А я ещё исповедовалась отцу Петру. И он закричал на весь храм, потеряв как всегда над собой контроль: «Ах, он, негодяй!»


   http://proza.ru/2022/11/30/782



   Фото из личного архива, ин.Савва (п.Тимофей?)