Второго сентября 2007 года мы приехали в монастырь из Дорогобужа и не успели вдохнуть полной грудью лесного воздуха, как я увидела отца А на крыльце игуменского дома. Он выразил желание со мной поговорить. Он был хмур и грозен. Новость сообщил мне сразу без предисловий: «Катька беременная уехала!» Я в шоке не поверила и начала его уверять, что это сплетни и наговоры. Но он стоял на своём. Сказал, что у него верные сведения от какого-то человека из Москвы.
- А от кого беременная?
- От Дионисия!
- Так ведь он уехал в мае, а она в августе.
- А она к нему поехала! – казалось, отец А еле сдерживал себя.
Я сказала, что она настолько больная, что даже при всех условиях не забеременеет. Миф о том, что Катька смертельно больна, практически живой мертвец, был внедрён среди сестёр с ещё юсуповских времён.
Мои слова возымели успокаивающее действие на отца А. Но он был зол ещё и на Варвару: «Я Варьку сегодня выгнал! Она бегает возле дома Герасима. Стоит под деревом и ждёт!» Про Варьку видели и знали все. Она была для нас как открытая книга. Там все эмоции на виду. А вот Катька совсем завралась.
Много после этого было проведено бесед, поисков виноватых. Отец А собрал нас всех в келье ин.Елены и обвинил во всём произошедшем старших сестёр. Его обвинения были логичны. Он не вмешивался в управление сёстрами, а старшие сёстры не уследили за своей подопечной. И младших не слушали. И ещё обвиняли нас в осуждении ин.Екатерины. Почему ни одной старшей не пришло в голову проверить телефон. Ин.Елена заявила, что все звонки на телефоне после пользования ин.Екатериной регулярно и тщательно удалялись. Где она гуляла, никто не мог сказать. Мы её искали и на кладбище, и в дровяных сараях, и в часовне с костницей, и среди елей и кустов, и даже в дупле дуба преподобного.
Впоследствии через много-много лет ин.Иулиания рассказала, что видела на свежевыпавшем снегу следы ин.Екатерины, ведущие на главную колокольню. Там у отца Дионисия была мастерская. Ин.Иулиания удивилась, потому что было время вечерней посуды. Она сказала сразу ин.Елене, и они вместе стали следить за дверью колокольни из темноты. Очень скоро на колокольню поднялся отец Дионисий. Сёстры обалдели. Они даже дождались выхода отца Дионисия и подошли к нему под благословение. Он был доволен собой и весело жевал шоколад. Сёстры доложили, как положено, матери Софии, но она начала ругаться и обвинять их в том, что у них самих не всё в порядке. Чистому всё чисто и так далее. Все гулянья матери Екатерины с эмалированным ведром под луной стали понятны. Ведро брал из её рук отец Дионисий и помогал набрать воды из колодца и донести до кельи. А потом после правила ей нужно было появиться в келье и мазаться кремом, как ни в чём не бывало.
После нашего переезда в гостиницу в домике, где мы жили, оставалась одна мать Евфалия. И кто-то подозревал, что парочка могла встречаться под носом матери Евфалии в пустовавших кельях. Ключ им был доступен. Старой матери Евфалии то ли было всё равно, то ли она ждала с любопытством, чем закончится это романтическое кино. Но, похоже было, что про встречи она знала. Исповедовал заблудших иером.Гавриил. И на вопрос настоятеля сказал, что исповедь была только общими словами.
Мать София не нашла ничего более умного и радикального, чем предложить отцу А уехать всем сёстрам из Болдина. Отец А после этого сразу сменил тон с яростного обвинения на более миролюбивый. Он хотел, чтобы мы остались и работали. Он сказал так: «Нужно нам с вами взаимодействовать, общаться. Нельзя игнорировать друг друга. Мы будем видеть свои немощи, вы - свои! И так будем спасаться». Он решил частично взять управление сёстрами в свои руки. Его вина была тоже велика. Ему, как оказалось позже, жаловался и покойный отец В на Катьку. И Сергей Малой, приезжая из Левочи, рассказывал отцу А, что Катька к нему пристает и преследует его. Вот почему она не спала по ночам с телефоном в Левоче. И ей запрещали причащаться. Всё открылось, но было слишком поздно.
Еще прозвучало одно немаловажное заявление от отца А и отца Иринарха. Из Болдина монастыря ушло 57! постриженных братьев. Меня эта цифра поразила и врезалась в память. Потому что настоятели обычно эту цифру стараются уменьшать. А тут за шестнадцать лет с возобновления монашеской жизни под шестьдесят монахов! Это примерно 3-4 монаха в год.
http://proza.ru/2022/12/03/952
Фото В.В.Завадкин. Отец А на крыльце иг.дома
Глава 60. Изгнание Варвары. Вероломство Катьки
© Copyright: Эмилия Лионская, 2022
Свидетельство о публикации №222120201547
Свидетельство о публикации №222120201547
Рецензии
Доброе утро, Эмилия!
Я уже писал о неуместности, на мой посторонний взгляд, проживания в одном монастыре разнополых молодых монахов и монахинь. Зачем целенаправленно подвергать людей такому искушению?
Но вспомнилось и изречение Козьмы Пруткова: "Не поступай в монахи, если не надеешься выполнить свои обязанности добросовестно".
PS
Я вот ещё о чём подумал. Случается так, что молодые люди хотят постричься под влиянием тяжёлых жизненных обстоятельств, стресса, аффекта, разочарования в жизни и даже несчастной любви. Из стремления зачеркнуть предыдущую жизнь и начать новую в новом качестве. Или желая сделать карьеру в монашестве. Или под влиянием более сильных друзей. А не из желания посвятить себя Творцу. И как им поступать, когда прежнее разочарование в жизни прошло? Или монастырская жизнь показалась слишком суровым испытанием.
Не лучше ли продлять молодым кандидатский стаж (послушничество) лет до десяти?
Григорий Рейнгольд 29.06.2026 09:26 • Заявить о нарушении
Я уже писал о неуместности, на мой посторонний взгляд, проживания в одном монастыре разнополых молодых монахов и монахинь. Зачем целенаправленно подвергать людей такому искушению?
Но вспомнилось и изречение Козьмы Пруткова: "Не поступай в монахи, если не надеешься выполнить свои обязанности добросовестно".
PS
Я вот ещё о чём подумал. Случается так, что молодые люди хотят постричься под влиянием тяжёлых жизненных обстоятельств, стресса, аффекта, разочарования в жизни и даже несчастной любви. Из стремления зачеркнуть предыдущую жизнь и начать новую в новом качестве. Или желая сделать карьеру в монашестве. Или под влиянием более сильных друзей. А не из желания посвятить себя Творцу. И как им поступать, когда прежнее разочарование в жизни прошло? Или монастырская жизнь показалась слишком суровым испытанием.
Не лучше ли продлять молодым кандидатский стаж (послушничество) лет до десяти?
Григорий Рейнгольд 29.06.2026 09:26 • Заявить о нарушении
Доброе утро, Григорий! Спасибо Вам большое за отклик! Изначально эта идея вызывала у всех здравомыслящих неприятие. Но отцу настоятелю было выгодно поселить сестер на территории. Расходы на нас были небольшими, а работа выполнялась качественно и бесперебойно. Причём такая работа, которую братья не любили делать(мытье посуды). Сестры - это рабочие без зарплаты, без выходных, без больничных, без вредных привычек, без конфликтов, без прав. Они могли в отличие от братьев жить по двое-трое, могли организованно трудиться в команде. У братьев так не получалось. Сестрам доверяли кассу без боязни, что они убегут в город и прокутят. Сестрам впоследствии сделали права, доверили машину, закупку продуктов и хождение по инстанциям. Несколько раз сестры в мужском монастыре пели архиерейскую службу! А это очень показательный момент. Ну и не сосчитать, сколько закрыли консервации, приняли и накормили автобусов с паломниками и прочее. Если все это перевести в денежки, то станет ясно, почему нас там поселили. А деньги решают все.
Про послушничество. Тот вариант, когда уходят в монастырь из-за несчастной любви или потери, безвозвратно остался в дореволюционном прошлом, когда люди рождались и взрослели в церкви. Те люди очень сильно и крепко привязывались, могли пронести любовь через всю жизнь. Поэтому и посвящали жизнь Богу , понимая, что больше никто не заменит в сердце предмет любви. Мы другие, любовь у нашего поколения уже не такая долгая и верная. Мы, в основном из безбожного Советского Союза, бывшие пионеры и комсомольцы, так мыслить не могли. В наше время людей собирают и обольщают харизматичные лидеры. И не только в монастыри, но и в приходы, в секты, в другие организации, - механизм везде одинаковый. Приходишь в монастырь из любопытства или потрудиться во славу Божию, возможно, за упокой своих родных(есть такая традиция). Батюшка(или матушка) находит к тебе ключик. И все, ты в клетке. И тут, наоборот, в интересах батюшки(матушки) тебя побыстрее постричь, пока на адреналине и не успел опомниться. Меня лично постригли спустя шесть лет послушничества. И это считается долго. Но я видела случаи и более длительного пребывания в послушниках с последующим покиданием монастыря и женитьбой (замужеством). Мне еще кажется, что идея монастыря сама по себе привлекательная для нашего тщеславия, но не всякий желающий способен на отречение своей воли. Как не всякий желающий играть в оркестре сможет издавать гармоничные звуки. Нужны определенные способности души и умение подчинять тело духу. Отбор должен производиться. И если настоятель его не проведет, то сама жизнь за него это сделает. А в случае, описываемом мною, сам настоятель не обладает навыками доброго монаха. В таком монастыре, где все внешнее, но ни любви, ни взаимоуважения, я бы не желала жить.
С уважением,
Эмилия Лионская 29.06.2026 11:30 Заявить о нарушении
Про послушничество. Тот вариант, когда уходят в монастырь из-за несчастной любви или потери, безвозвратно остался в дореволюционном прошлом, когда люди рождались и взрослели в церкви. Те люди очень сильно и крепко привязывались, могли пронести любовь через всю жизнь. Поэтому и посвящали жизнь Богу , понимая, что больше никто не заменит в сердце предмет любви. Мы другие, любовь у нашего поколения уже не такая долгая и верная. Мы, в основном из безбожного Советского Союза, бывшие пионеры и комсомольцы, так мыслить не могли. В наше время людей собирают и обольщают харизматичные лидеры. И не только в монастыри, но и в приходы, в секты, в другие организации, - механизм везде одинаковый. Приходишь в монастырь из любопытства или потрудиться во славу Божию, возможно, за упокой своих родных(есть такая традиция). Батюшка(или матушка) находит к тебе ключик. И все, ты в клетке. И тут, наоборот, в интересах батюшки(матушки) тебя побыстрее постричь, пока на адреналине и не успел опомниться. Меня лично постригли спустя шесть лет послушничества. И это считается долго. Но я видела случаи и более длительного пребывания в послушниках с последующим покиданием монастыря и женитьбой (замужеством). Мне еще кажется, что идея монастыря сама по себе привлекательная для нашего тщеславия, но не всякий желающий способен на отречение своей воли. Как не всякий желающий играть в оркестре сможет издавать гармоничные звуки. Нужны определенные способности души и умение подчинять тело духу. Отбор должен производиться. И если настоятель его не проведет, то сама жизнь за него это сделает. А в случае, описываемом мною, сам настоятель не обладает навыками доброго монаха. В таком монастыре, где все внешнее, но ни любви, ни взаимоуважения, я бы не желала жить.
С уважением,
Эмилия Лионская 29.06.2026 11:30 Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.