Ундина, лесби-тематика, часть 1, глава 10

  В каморке охранника работал телевизор, на столе лежал журнал с наклейкой «2008 год». Сотрудник отвлёкся от телеэкрана, взял обратно ключ у девушек и вывел их за ограду. Прикрывая за собой калитку, рыжеватая блондинка уточнила, что дверь в комнату они заперли. Охранник вернулся в здание, проверил «ту дверь» и ту комнату. Затем активировал видеокамеры через компьютер. Наконец, сел обратно в кресло…  и вдруг закимарил на несколько минут.
Снилась то ли вода, то ли небо, и далекий женский вокал, который будоражил и удивлял.
Человек резко проснулся.
«Где я раньше мог слышать такую музыку?!…» - вставая с кресла, подумал он. В руке у него был ключ. «Это ещё зачем?» - он ничего не понял, - «Что я хотел-то? Что там, в той комнате?». Неожиданно в душе его повисло подлое чувство растерянности, словно он что-то ещё забыл. Он выключил телевизор, повесил ключ в настенную ключницу, но вдруг рванулся к компьютеру, с ходу открыл папку видеоархива, и тихо буркнул: «Вот ведь интуиция стала!».
Не хватало куска видеозаписи сразу на двух камерах, синхронно, на приборах из выставочной комнаты!
Страж неприкосновенности музея, шипя матерную околесицу, кубарем помчался туда. Но ничего подозрительного там не оказалось, он десять раз всё проверил и перепроверил. Все вещи, пломбы и даже пыль – всё было на своих местах. «Никто не мог сюда проникнуть, никаким образом!» - отмахнулся дядька, - И сообщать не буду никому, - решил он, - А то всех собак на меня повесят. Авось прокатит!».

Напрочно забытые им гражданки уже стояли на обочине соседней улицы, «ловили частника». Марина в последний момент всё-таки решила ехать на метро.
«Бывает! - подумала Дарья, - А лично я в московскую подземку ни за что не спущусь! Я уж помню, какая там давка!»

В машине Дарья поняла, что очень устала… Хотелось к девчонкам, к своим…

Выглядели они уже замечательно, рассредоточились по номеру в цветных халатах, яркие, как стая колибри. 
Анжела, полусидя на кровати, записывала что-то в блокнот. Единственное кресло оккупировала Полина: она сидела, наматывая полотенце чалмой на голове. Это с её-то короткой стрижкой! Видимо, женщину до сих пор знобило.
Лада балакала на кровати у Тани, придерживала ребёнка. Сама Таня рылась в тумбочке, откуда высовывались голубые пластиковые банки детского питания. На столе стоял электрический чайник, какая-то посуда и детский рожок.
Мира сидела на подоконнике, листая газету, рядом лежал справочник Жёлтые страницы.
На одной из кроватей, закинув ногу за ногу, девушка лениво жевала сухофрукты из пакета. Дарье показалось, что на щеках у этой девушки проступала бледность даже сквозь нездоровый песочный цвет лица. «Боже мой, сероглазая Кася!» - вздохнула мысленно Дарья и подбадривающе улыбнулась ей.   
-  Значит, ты с ними в консульство не поехала? – спросила в ответ полулежащая Кася.
В консульство, канадское, отправились, как выяснилось, Нора со Светой. Эти блондинка и брюнетка, оказывается, всё-таки встретились, в конце концов, в магазине неподалёку. Потом они примчались в гостиницу, закинули в номер сумки с купленными вещами, а на вопрос где Даша, неопределённо отшутились и умчались.
- Они вообще были очень весёлые! И мобильники нам не оставили! - сказал кто-то из девушек, - А на ресепшене сотрудницы – не наши, мы не могли ключ взять.
- Света тебе краску для волос купила! – добавил ещё кто-то.
Дарья вернулась на первый этаж на ресепшен, предъявила паспорт, ей выдали ключ от номера. 
Мобильники для девчонок нашлись в двухместной комнате, в столе. Там же оказались паспорта для всех, ещё, к Дашиному удивлению, там были загранпаспорта, 
На стуле так и висела Норина жилетка… А на своей кровати Даша увидела коробку – краску для волос, ярко-рыжего цвета.
Таня помогла Дарье покрасить волосы. Цвет краски оказался густо-рыжий, приятный, красивый, и Дарье очень даже подходил.
Весь этот вечер она провела в общем номере со своими и была от этого как зачарованная. Колокольчиком искристого смеха заливалась изящная Таня. Анжела улыбалась своей волшебной улыбкой, и от этого холодность её взгляда казалась обманчивой. А мечтательность, которой светились Ладины глаза, напротив, казалась присущей, постоянно характеризующей романтичную тихую девушку с косой-колоском. Деловитая Полина, не отрываясь от телевизора, обсудила с Дашей парочку новых сериалов. Танин ребёнок забавно ползал по её дивану и по полу.  А загадочная Мира всё сидела на подоконнике, то и дело бросая за окно колкий взгляд своих темно-карих глаз, выдававших в ней натуру любознательную и противоречивую.
Ближе к вечеру вернулась Света:
- Нора завтра улетает в Ванкувер! – заявила она и добавила, возведя очи горе: - При том, что с утра при ней даже паспорта не было… Ну всё, я спать!
 
Поздним вечером, когда Дарья вернулась к себе в двухкомнатный номер, Света проснулась.
- Завтра идём закупаться! – сказала она, лежа в кровати, - Я им взяла одежду на первое время, а завтра купим всё на месяц.

На следующий день компания ходила по магазинам. Все, исключая Касю, та осталась «на домашнем режиме», смотрела телевизор, нянчилась с Таниным ребёнком и по графику пила витамины. А, кстати, вид у неё уже был вполне свежий. 
Когда девушки вернулись после шопинга, с «пакетами пакетов», номер превратился в гримёрку-примерочную, одежда валялась повсюду, барышни надевали то одно, то другое, крутились у зеркала, цепляли аксессуары, иногда меняясь своими обновками. Затем все накинулись на буклеты и журналы с расписанием спектаклей, кинопоказов, выставок и прочих вариантов досуга.
Танин ребёнок между тем всё чаще бывал на руках у Полины. Полина то и дело хлопотала с ним: меняла памперсы, разводила в ковшике сухую молочную смесь, наливала её в рожок, кормила ребёнка. Вытаскивала из холодильника баночки с пюре или творог в пластиковых стаканчиках, ходила на кухню, просила тамошних кухонных работников погреть эту еду в тарелке. 
- Полина всё время с моими детьми сидит! - пояснила Таня, заметив непонимающий Дашин взгляд.
- Как? «Детьми»?! – переспросила Дарья удивлённо.
- Третий! - всплеснула руками хрупкая девушка, - Сколько раз переживала временнОе искажение, непременно вылетаю в некую параллельную реальность! – грустновато прищурилась она - Вот что за дела?!
Полина спросила её:
- Ты хоть помнишь мужиков, от которых у тебя дети? 
- Не помню! Помню, что я всё время пьяная и без денег! Вернее, наоборот – щебетала она, - сначала я без денег, нищета какая-то, потом я пьяная… А дальше - ничего не помню! Вернее, что-то помню, нищеты нет, деньги есть, но ещё есть муж и ребёнок! В общем мрак, - подытожила девушка, - И в результате мужа в упор не помню!
Дарья спросила:
- А дети… где они остаются? 
- У бабушки. Условно говоря, у бабушки… 
И что представляет из себя та, кого Татьяна условно назвала «бабушкой», Дарья так и не увидела. Только выяснилось, что она из Воронежа, что она «прекрасная», и что это Танина родственница, у которой не было своих детей. Накануне вечером говорили, что эта женщина сейчас в поезде, едет в Москву.
Наутро она забрала ребёнка, пока в двухместном номере ещё спали.

- Ничего не говори Таньке!  – сказала потом Анжела, зайдя к Дарье в двухместный номер, - Она психанёт совсем. Она может! Пойми для неё эта параллельная реальность была как сон. И ничего у неё не спрашивай! 
Потом и другие девочки сказали ей то же самое «Ничего не говори Тане». И хотя Даша и не собиралась ничего такого говорить, её всё равно предупреждали.
«Скажи ещё спасибо, что она вовремя вернулась» - буркнула потом Полина.
   


Рецензии